1
Оборви
Мне нельзя больше белое платье…
Не откинуть сомненье косой,
Расплести золотящийся вечер,
Отогретый твоею рукой.
Ожиданье сложить травяное —
Час свиданья. Полуденный сруб.
Захлебнуться оранжевым зноем
Этих нежно сорвавшихся губ.
В полутёмных сенях собирая
В мокрых нитях просвет голубой,
Где раскаты ложатся, смолкая,
Мне нельзя надышаться тобой.
На последнем сеансе у лета
Мне беспечности не возвратить.
Пусть твоя тетива не задета,
Оборви эту горькую нить…
Март 2024 — 25 января 2026
2
Мой художник
Чувствуешь силу на кончиках пальцев,
Вечер стучит в виски.
Северный жнец на холсте тривиальном
Сеет поля тоски.
Слышишь? Возьми свои лучшие кисти
И напиши весну!
Прикосновением выпиши чистым
Резкость и новизну.
Свет на подрамнике чуть разбелённый
Вслед за твоей рукой,
Горечь уходит, и, полувлюблённый,
Ты потерял покой…
Ночью сомкнутся кисти-ресницы,
Брошены все дела.
Ночь эта — взгляд перепуганной птицы,
Чёрный излом крыла.
Как же мучительно и невозможно:
Вижу я в каждом сне,
Как сквозь полотна, мой нежный художник,
Ты улыбаешься мне.
6-8 мая 2025
3
Несбывшееся
Несказанные сны, непрожитые песни –
Что может поглотить неторопливый шаг?
А мимо жизнь текла – казалась интересней,
(Я отвечала им, что проживу и так.)
Взгляни в своё окно. Неужто видишь утро?
А за моим апрель лакает пустоту.
Вплетается мотив, наивный почему-то,
Что будет новый твист, и я к тебе приду.
Переписать полёт на бело-синей ткани?
Ты снова не прочтёшь, о чём мои мечты,
Не бросишь мне в лицо поток своих желаний
И свой немой памфлет ты спрячешь под мосты.
Мне надо устоять. Но где найти опору?
Бессмысленно скользит неторопливый шаг.
Что говоришь? Душа? Она взорвётся скоро.
Тебя я не-на-ви…, а знаешь, ты — дурак!
2025
4
В ритме твиста
Не дождавшись твоего ответа,
Я поеду разгонять тоску.
А на Невском разомлело лето,
Невский твистом сносит суету.
Всё сверкает. Каблуки и стёкла,
Переходы, золотистый свет.
Из авто — из старой радиолы,
Льётся ритм — отчаянный привет.
В ряби молчаливого канала
Вспыхнет в отраженье резкий блик.
Нет, не жду я нового начала,
Но засветит память этот миг.
Ледяной удар короткой вспышки,
И споткнулась тонкая игла,
Будто поцарапана дорожка,
Старая пластинка подвела…
В ритме твиста пенятся бокалы,
Мне ладонь сжимает не твоя,
Этот твист на клавишах рояля,
На минуту, чтоб забыть тебя.
Что ж, любовь слепа и кособока,
Ты уехал на другой вокзал.
А когда смогу я быть жестокой,
Ты придёшь. Но поздно. Опоздал.
2025-2026
5
Следы на асфальте
В кармане сжимаю билет,
Но пыльно в кафе привокзальном.
Быть может, черкнёшь на стекле
Ты парочку строк на прощанье?
Смелей же, меня уже нет:
Я там, где взрывается солнце,
Где память твоих эполет
Вдогонку уже не коснётся.
Читаю по лезвиям рта:
Всё тлен, всё не то, всё некстати.
И тщетны попытки дождя,
А чувства — следы на асфальте.
16 ноября 2025
6
Набросок
Солёные сосны
Горячее небо
Шептания волн
Золотящий закат
Прохладные камни
Короткая вечность
Прижмись осторожно
«Люблю» невпопад.
Июнь 2024
7
***
Побудь со мной. Молчи.
Не надо слов.
Отлив. На мелководье — тонны соли.
Ракушками усыпан саван губ,
На парапете ветер сушит море.
Солгал ли? Солгала? Разлёт минут.
Лишь за спиною нервно дышит море.
Песок сметает. Нежен ты и груб.
Но решено. Влюбляться не позволишь.
Честны прикосновения любви.
Не слушай: если бо́льное скажу я,
Касания и глубину лови,
Дыши прикосновеньем поцелуя.
Опять сомненьем берег занесло.
Опять жива? Оставлена когда-то.
Я вспоминаю: чёрное пальто
И твои слёзы. Брошены фрегаты.
Ну вот и всё.
Мы разлетелись, словно брызги,
В никуда,
Не обожжёт любовь —
Холодная вода…
Только я прошу — не вспоминай,
Забытых слёз не призывай,
Прости-прощай.
Сколь ни было живым прощанье рук,
На парапете ветер хлещет море,
И в брызгах ледяных горит испуг
За тех, кто со своей стихией спорит.
Нам ни холстами, ни строкой не стать,
Здесь строчку мне не подобрать вернее.
Но, знаешь, можно просто помолчать.
И прижимать к себе. Любить не смея.
Ну вот и всё.
Мы разлетелись, словно брызги,
В никуда,
Не обожжёт любовь —
Холодная вода…
Только я прошу — не вспоминай,
Забытых слёз не призывай,
Прости-прощай.
27 марта 2025– 28 марта 2026
8
Яблоневый сад
Встрепенётся над прелой листвою
Терпких яблок густой аромат.
Ветки хруст. За туманной канвою
Я войду в этот призрачный сад.
Догоняю за девой златою
Прежних дней неуёмную прыть,
Но смеётся она надо мною:
Молодою мне больше не быть.
В час, когда проступает патина,
Пахнут яблоки терпко навзрыд,
И по листьям, как по паутине,
Тянет сыростью яблонный стыд.
Всё, что в жизни оплачено мною,
Посмеются. Швырнут по рублю.
От любви до любви – ножевое,
Я о новой любви не молю.
Это время моё — скажут: просто,
Что не будет дано — отпустить;
Да на скатерть — просыпаны крошки,
Да наветы: чужое — забыть.
А когда за густой тишиною
Ты зайдёшь в этот призрачный сад,
Не целуй меня дикой росою:
Я могу полюбить невпопад.
18 октября — 16 ноября 2025
9
Последний сплин
Во тьме качаются лампады,
И льётся полусонный свет.
Мне ничего от вас не надо:
У Бога я прошу совет.
Потрескивая, жмутся свечи,
Рисуя свод полутеней.
Притвор мерцаньями подсвечен,
Но в полумраке суть видней.
Я вижу зал. Венчанье. Шёпот.
И вас. Вы – венчанный супруг.
И как её упругий локон
Коснётся ваших нежных рук.
Любовь в тоске непостижима,
Она плывёт на витраже,
Коль скоро вы пройдёте мимо…
А, впрочем, я не здесь уже.
Там за оградой есть могилы,
Тенит сакральный уголок:
«Прощайте навсегда, мой милый,
И не ищите тайных строк».
Нет, вы не злитесь, я не стану
Тревожить колокольный звон,
Не покорюсь самообману,
Как все, кто был вот так влюблён.
Во мне отсветы и туманы,
Во мне – и хладность, и исток.
Моя любовь полна изъянов,
Но заблуждений вышел срок.
Я выйду молча за ограду,
И солнца луч по мне скользнёт,
И я уйду тенистым садом,
К тому, что меня после ждёт…
21 апреля 2024 – 24 ноября 2025

Каждый так или иначе придерживается некоего родившегося «до» направления. Стихи Екатерины отнесу к неоимажинизму. Самым известным имажинистом был Есенин: как он играл мнтафорами! Эти черты (а это внутреннее, ненарочное) нахожу в стихах Екатерины. Ещё вижу, как бы точнее сказать, парадоксальность текста (текстов, строк). Поэтому – если говорить о неоимажинизме – планка поднята! До этого было ниже. В «Оборви» нарисован МИГ, последние 4 строки в прозу не переводятся! Жаль потеряной беспечности. Каково! Его тетива не задета. И пусть! Образно, чувственно и парадоксально. Следующий стих – и тоже хочется что-то записать, приметить, но лучше и достаточно – читать. «Несбывшееся»: «Апрель лакает пустоту» – на пятёрку. В духе Есенина, но тогда только четыре с плюсом. А ведь яркая метафора нынче редкость. «Не бросишь!..», «Спрячешь!..» – то-то и то-то, и всё очень образно. А в «7» – здесь уже приятная, понятная, искомая, найденная (поэтессой и читателем) философия: «Честны прикосновения любви» – но «не обожжёт любовь – холодная вода…» Ох, честны, как честны! Но не обожжёт. Думай, читатель, решай философскую загадку. «Яблоневый сад»: слов нет. Цельная органика исповеди. «Последний сплин»: ЛГ уходит из сада, «не будем тревожить колокольный звон». «Луч солнца скользнёт» – но как холодно он скользнёт! Как луч испытаний. Читатель остаётся в шаге… от какого-то важного шага, по которому колокольный звон. Повторю: в обозримом мною периоде в НЛ планка стихов в манере (мании) имажинизма – поднята, к нашему удовольствию. Спасибо!
Флорентин, спасибо за отзыв, но перехвалили, конечно, чего уж там… Рада, что образы цепляют. На этом дальше молчу.
Екатерина! Конечно, я увидел и недостатки (со своей колокольни), и мог бы сначала остановиться на них. Но это был бы уже доклад к съезду партии. Самая общая претензия: стихи как бы сливаются в один долгий, длинный. Но может, это новизна подборки? Во времена Керенского были бумажные деньги «керенки», этакая лента примерно 1 метр длиной, я держал такие в руках. На ленте обозначены границы, по которым можно отрезать часть, на ней номинал как доля общей «керенки». Думаю, с тех времён появилось слово «отстригнуть» (например: «Вы и нам от этого дела отстригните на пряники»). Так вот, признаюсь: подборка стихов напомнила мне о длинной купюре «керенке», а это деньги! С золотым эквивалентом. Было важнее отметить достоинства, но дойдёт дело и до недостатков (разговор о которых и важен, и тоже интересен).
Флорентин, очень хорошо, что вы видите недостатки, обратная ситуация наводит на подозрение. Критику принимаю и спасибо за внимание. Тогда можно вопрос по делу: сливается в одно из-за интонации или из-за общей заунывности?
наверное от этого слова «отстригнуть» потом появилось «отстегнуть»
Не из-за заунывности. Из-за монотемности. Как круги ада у Данте: и одно, и круги.
В подборке стихов поэтессы Екатерины Флёр меня поражает зрелость интонации её сторочек: лирическая героиня её стихов фиксирует свою боль с почти клинической точностью. Она превращает разрывы отношений и несбывшиеся надежды в точные образы. В стихах можно увидеть контраст между телесной осязаемостью («горячее небо», «терпких яблок густой аромат») и абсолютной невозможностью удержать счастье. Ключевой момент её стихов— отказ от самообмана: «не покорюсь самообману, как все, кто был вот так влюблён». При этом каждый эпитет в её работах работает на расставание. Мне показался ритмически интересным переход от классического ямба к более рваным, джазовым ходам («в ритме твиста»), что показывает непредсказуемость её хода мысли.
Особого внимания заслуживает «Яблоневый сад», который в моём воображении всегда предстаёт вдохновением, особенно цветущий. А у Екатерины это вещь-медитация о невозвратности, где природная деталь становится мерой утраты для героини. Яблоки здесь пахнут «терпко навзрыд», а сырость превращается в «яблонный стыд». Сад оказывается призрачной границей между прошлым и настоящим: героиня входит в него, но знает, что «молодою мне больше не быть». Я думаю, что ключевая находка — образ девы златой, которая смеётся над попыткой догнать прежнюю прыть. Это отсылка не столько к мифологии, сколько к внутреннему расколу: себя прежнюю не вернуть, и смех её — суд без апелляции. Деньги здесь тоже не случайны: «всё, что в жизни оплачено мною, посмеются, швырнут по рублю» — любовь и страдание получают почти товарную оценку, которая обесценивает жертву.
Особенно остро для меня звучит финал: «Не целуй меня дикой росою: я могу полюбить невпопад». Это, конечно же, формула самозащиты образа, созданного автором, где нежность воспринимается как опасность. Она боится снова сорваться, снова обмануться. Автор не хочет драматизировать, но заявляет о психологической невозможности новой любви, даже если та придёт в образе росы. Давайте сравним с «оборви эту горькую нить» — там ещё есть импульс действия, здесь остаётся только отстранённое предупреждение. Сад не обещает ничего райского, он у поэтессы — архив чувств, где каждый шаг хрустит ветками несбывшегося. Таким он мне видится в её стихах.
В целом стихи, на мой взгляд, демонстрируют редкое умение держать лирическое напряжение без особого надрыва, на одной только смене воздушных масс между «золотящим закатом» и «чёрным изломом крыла». «Яблоневый сад» выделяется даже на этом фоне: он собран, метафорически плотен и при этом прозрачен, как вода, в которой уже никто не отразится.
Надежда! Благодарю за такой подробный разбор. Вы точно уловили суть подборки и красноречиво её передали. Спасибо!
Если говорить честно, в какой-то момент у меня выработалась аллергия на любовные стихи: пишут их невероятно много, и, чаще всего, с содержанием там всё грустно. Там всё, как по Станиславскому, – ну, не верю! Как проникнуться взрослому человеку душевными терзаниями юного поэта? (Никак. Поэтому – мимо кассы, увы). Взрослые же видят мир по-другому, чувствуют по-другому, карябая свои строчки набитыми шишками. Вот здесь и кроется дьявол: как написать о том, чего сам уже не понимаешь эмоционально? Написать-то, конечно, можно, но искушëнный зритель даже антракта ждать не будет: встанет в начале представления и пойдёт к выходу по рядам…
У Флёр же читаешь и понимаешь – это не написано, это прожито. Только честность заинтересует читателя. Но здесь тоже не всё так просто: к честности надобно приложить достаточное мастерство. И оно есть. На мой вкус, Екатерина пишет немного, скажем так, тяжеловато, временами ритмика нарушается, сбивая лёгкость хода, так было и в чеченском цикле. Некоторым строчкам не достаёт одного слога для гармонии: возможно, стóит эту самую строчку изменить? Тем не менее, такая подача складывается в своеобразный почерк, который можно узнать. В целом, картинка не вызывает больших нареканий. Немного портит впечатление неотмеченное смещение ударений местами. Понятно, что это сделает корректор, – если работа будет издана. Понятно, что всего не учтëшь. Тем не менее, такие мелочи про себя отмечаешь и ставишь зарубку: приятно видеть текст, максимально готовый к публикации – плюс к карме автора.
Кстати, о плюсах: сильные метафоры. Ну, это же самая соль! Вот она, подвижность интеллекта! Получилось наваристо и сочно, и так во всëм цикле. Лезвия рта, саван губ, солёные сосны, яблонный стыд, – всё в ёлочку, всё нравится. Вроде и не перебор, и достаточно.
Вообще, вся подборка вышла эдаким фотоальбомом души, в котором каждый порыв, каждое мгновение, которое завалилось за порог сердца, проявилось и вышло в цветной фотографии, – да, именно в цветной, хотя где-то она и хочет быть чёрно-белой. И вот этот мотив «любви» невпопад – очень хороший трамплин к размышлениям. Здесь личная лирика уже смешивается с философией, что заставляет читателя думать, а это, по моему глубокому убеждению, в наше время является важнейшим критерием. Красивая, но пустая картинка не годится. А здесь есть всё, что нужно: в концовке можно решить, что альбомчик-то – твой! Умение сделать так, чтобы читатель спроецировал происходящее в произведении на себя, – это очень круто. Поэтому весь цикл имеет приличный вес, и дело тут не в количестве, а в качестве «снимков».
Уважаемый автор!
Мне безумно понравилось Ваше творчество! Я считаю, что если человек обладает именно авторским голосом, индивидуальностью метафор, личностным видением и ощущением, то это бесспорно — поэт!
Желаю творческого непокоя!
Анна, Николай, огромное спасибо за обратную связь, это важно! Хотелось бы исправить тяжеловесные строки, Николай, может быть приведёте пример такой строки, а то изнутри этого не видно.
Флорентин, я поняла, о чём вы, да, так и есть, это было задумано.
Екатерина, самое начало не очень нравится, а дебют, как правило, задаёт тон. Искал ещё то, что смутило, – не нашёл, видимо, выспался (хе-хе). А по поводу тяжеловесности – здесь дело вкуса. Ваш язык кажется мне таким, но это не делает его плохим, конечно, он богат и плотен. Так как критика в приличном обществе – инструмент для улучшения продукта, будем считать, что цели мы достигли :). С уважением.
Хорошо, Николай, спасибо. Я только за критику!