– Сегодня снова чемпионат мира.
– Я не смотрю чемпионат мира.
– Как? Серьезно? Это же интересно. Только представьте: какая-нибудь Япония против какой-нибудь Ганы. Или арабы бьются с южноамериканцами – с Бразилией, с Аргентиной. Само появление таких команд на поле уже вызывает интерес. Притом результат бывает непредсказуем, но чаще всего, если не первый год наблюдаешь, примерно знаешь кто победит. Я даже ставки стал делать, и, вы знаете, выигрываю. Хотя ставлю по маленькой, с самым минимальным риском.
Зураб перестал щёлкать ножницами у виска клиента и взял машинку. Возле уха загудело, и клиент заговорил громче, перекрикивая жужжание.
– А вы, говорили, раньше ставили? Через приложение? Наверняка маленькими ставками с низким коэффициентом?
Зураб молчал, хмурясь. Машинка в его руках, словно газонокосилка, выстригала ровную полосу. В памяти всплыл рулеточный стол: зелёное сукно, приглушённый свет, щелканье фишек и шарик, прыгающий по ячейкам. Неделю назад он снова проиграл всё до последнего. И теперь особенно ясно помнил, как в восемь утра вышел из казино, уверенный, что это была последняя игра в его жизни.
– Я уже давно не играю через телефон, – сказал Зураб со свойственным ему акцентом. – Слишком мелко.
– Слишком мелко?
– Да. Ставишь на самый маленький коэффициент – туда, где выигрыш почти стопроцентный, – и забираешь своё. Делаешь пять-шесть ставок – пять-шесть раз собираешь выигрыш. Одна не сыграла, зато пять выиграли. Плюс стабильный, но мелкий.
– Ну а если разбираешься в спорте? Вот вы на какой вид ставили? Футбол?
– Не имеет значения. Не только. Бои ставил, теннис ставил, фехтование ставил, волейбол.
Машинка дёрнула волос, и клиент ёкнул. Зураб сдул с плеч мелкие волоски, затем снова взялся за ножницы и расчёску. Придётся как следует вымыть волосы, уложить их и припудрить, подумал он.
Вообще, за последний год Зураб проиграл немало. В казино он ходил примерно раз в месяц, и последние пять визитов закончились полным разгромом.
Поначалу он приходил туда просто развлечься. Ему нравилась кухня – единственная ресторанная кухня, которая не вызывала вопросов. Нравились люди, разговоры, истории о заоблачных выигрышах и сокрушительных поражениях. Он впитывал всё это, как губка, и был уверен, что почти разгадал таинственную «систему игры».
В существовании секретной кнопки, спрятанной у организаторов, Зураб не сомневался. Он скрупулёзно изучал последовательность выпавших чисел: их цвет, чётность, близость друг к другу. Если игра какое-то время «забирала», то рано или поздно обязательно возвращала часть проигранного. Именно в эту волну Зураб и стремился попасть – и иногда ему везло.
Он заметил и ещё одну закономерность: почему-то всегда везло пьяным. Чем пьянее игрок, тем удачнее складывалась игра. Но Зураб не пил, поэтому садился за стол трезвым, в непринуждённом настроении, стараясь не думать о проигрыше, и ставил по-крупному. Поначалу он оставался в плюсе, но потом всё изменилось. И началось это со стрижки того самого человека, который сейчас сидел перед ним в кресле. Тогда Зураб делился с ним своими методами, а клиент, не отрывая глаз от зеркала, как бы между прочим сказал:
– Знаете, рулетка – изобретение дьявола. Сложите все числа на колесе – получится ровно шестьсот шестьдесят шесть.
– Да ну… Не может быть!
– Вот и загуглите сами.
Зураб тут же загуглил – и рассмеялся: слова клиента подтвердились.
– Так что перехитрить её невозможно. Сатана всё равно заберёт своё.
– Значит, придётся с ним сотрудничать!
Эта новость его не остановила, но что-то в нём надломила. Суммы проигрышей начали расти почти в геометрической прогрессии: сорок тысяч, восемьдесят, сто шестьдесят, двести. На двухстах тысячах Зураб понял, что пора остановиться и навсегда забыть о желании отыграться. Но спустя некоторое время снова вернулся к игре. Его подтолкнуло внезапное озарение: он вдруг понял, что смешивал выигранные деньги со своими. «Игровые» деньги вернулись в казино и потянули за собой «кровные». Эта мысль вновь разбудила в нём навязчивое желание отыграться. Зураб снова проиграл всё – в пух и прах. На этот раз сумма достигла четырёхсот тысяч.
Бритва скользнула по шее клиента. Зураб опомнился и остановил руку, хотя внутри всё накалилось. Внезапная вспышка злости могла обернуться резкой, никому не нужной оплошностью. Ведь именно этот человек стал причиной череды его поражений. Он сидел спокойно, довольный собой, и наверняка хотел позабавиться, снова послушав истории о злоключениях Зураба за игровым столом. А заодно – просто ради развлечения – попытаться отговорить его от игры.
Зачем вообще нужны такие советчики? Зачем они живут, когда и без них всё горит синим пламенем – и, может быть, пусть горит ещё сильнее? А может, лучше пока потерпеть, а минут через пятнадцать выкурить сразу две, а то и три сигареты подряд? Пусть едкий дым будет жечь тем сильнее, чем больнее ему внутри.
– Ну так что, больше не играете? – продолжил клиент.
– Нет.
– А жаль. Думал, у вас проконсультируюсь.
На этом разговор закончился – как и стрижка. Зураб смахнул щёткой остатки волос с шеи и плеч клиента, затем снял с него накидку. Тот покрутил головой перед зеркалом, выискивая случайно оставшиеся волоски, и удовлетворённо кивнул. На телефон пришло уведомление о переводе за услугу, и настроение у обоих заметно улучшилось.
– Погодите, я покажу, как пользоваться приложением.
Зураб достал телефон и нажал на иконку. Приложение оказалось устаревшим. Пришлось дождаться обновления, а потом восстанавливать пароль. Клиент терпеливо стоял рядом, засунув руки в карманы.
Наконец экран ожил. Зураб, водя пальцем по дисплею, объяснил, куда нажимать и где смотреть коэффициенты.
– Вот, видите? Всё просто.
– Спасибо, Зураб. Однако, ваше приложение удобнее моего. Надо попробовать.
Они ударили по рукам, клиент вышел, а Зураб пошел курить. В парикмахерской, которая могла стать местом кровавой расправы, стало пусто. Доносился лишь шелест вентилятора, раздувающего душный воздух с запахами парикмахерской химии и человеческого пота.
Примерно через месяц клиент снова сидел в этом же кресле. Неделю назад он окончательно завязал с игрой – проиграл последнюю ставку, докатился до нуля и в итоге удалил приложение. Теперь он избегал любых разговоров о потерянном времени.
Зураб был особенно серьёзен, почти печален. Он работал молча, и лишь щёлканье ножниц нарушало тишину пока клиент не решился её прервать:
– Как дела?
Зураб вздрогнул и аккуратно положил ножницы на полку, взявшись за машинку, но не торопясь включать ее.
– Машину продаю. Может, кому из твоих знакомых будет интересно? «Тойота Прадо», 2008 года, на газу. Всего за миллион девятьсот, но только на несколько дней.
– Я бы подумал, да сам как раз машину продаю… Разве что, если свою продам…
– Машина отличная: не битая, не крашеная, в идеальном состоянии. Я всё, что нужно, заменил – все ролики, ремень, остальное отдам в комплекте. Настоящая надёжная техника, не какой‑нибудь «китаец». Для семьи – идеально – куда угодно можно поехать.
Возле уха клиента загудела машинка. Он поймал в зеркале взгляд Зураба, который старался не отрываться от стрижки..
– А чего продаёшь, если машина такая хорошая?
Зураб сглотнул, провёл рукой по затылку клиента, проверяя ровность среза, и произнёс:
– Долг надо отдать. Чемпионат мира…
Клиент всё понял. И действительно, Зураб подсел на то самое приложение, поставил на Аргентину в финале, которая проиграла Испании.
Машинка замерла. В парикмахерской стало тихо – только гудел вентилятор.
– А ты почему машину продаёшь? – спросил Зураб.
Клиент посмотрел на своё отражение. На половину остриженной головы. На человека в зеркале, который неделю назад удалил приложение и никому не рассказал о своих проигрышах.
– То же самое, – сказал он.
Зураб кивнул и продолжил стричь. В этот раз больше они не разговаривали.
Сюжет рассказа Карима Кергилова «Чемпионат мира» строится вокруг двух диалогов в парикмахерской, но за бытовой сценой скрывается глубокая драма: она о ловушке азарта, о том, как увлечение перерастает в зависимость и разрушает жизнь.
Идея произведения раскрывается автором через контраст между иллюзией контроля и реальностью. Не зря в рассказе показано, как случай и дьявольская математика (число 666 на колесе) забирают всё. А в финале мы ясно видим, что оба персонажа оказываются в одинаковом трагическом положении.
Отмечу, что композиция рассказа безупречна для малого жанра. Автор выстраивает сюжет на приёме зеркальности, который работает успешно на глубокий эмоциональный эффект: в первом диалоге Зураб — «учитель», клиент — ученик; во втором они равны в своей беде. Автор прекрасно справился с бытовыми деталями (жужжание машинки, запахи, щётка), которые создают очень достоверную атмосферу.
Что касается персонажей, они выписаны достаточно объёмно. Зураб показан человеком с обострённым чувством анализа. Его внутренний монолог, вспышки злости, попытки продать машину выглядят психологически достоверно. Клиент же представлен и антиподом, и двойником одновременно. Мотивация каждого представлена ясно и понятно: Зураб искал систему, клиент искал совета, но оба упали в пропасть.
Несмотря на то, что авторский язык довольно сдержан и напоминает репортажный, он хорошо соответствует теме, когда игра воспринимается как холодный расчёт. В диалогах, правда, есть некая недосказанность, но профессиональные детали парикмахерской удачно использованы как метафоры контроля. Ну и, конечно, нельзя не отметить яркие образы: «рулетка — изобретение дьявола», «машинка, словно газонокосилка».
Рассказ вызвал у меня искренние переживания. Особенно в сцене, где Зураб чуть не отомстил клиенту, который, по его размышлениям, принёс ему неудачу. Что делает рассказ запоминающимся, так это тихое принятие общей участи героями.
«Чемпионат мира» — это предупреждение о губительной силе игры, которая маскируется под интерес. Написан он с глубоким пониманием человеческой природы. Рекомендую его для публикации в журнале. Он достоин внимания читателей.
Для короткой прозы, как мне кажется, очень важно успеть зацепить внимание читателя буквально с первых строчек, так как произведению особо некогда раскачиваться. Представленный текст начинается с диалога. В таком случае хотелось бы каких-то необычных форм построения фраз или ярких речевых особенностей персонажей, но этого здесь, к сожалению, нет.
«– Сегодня снова чемпионат мира.
– Я не смотрю чемпионат мира…».
Повторение словосочетания, которое и так уже вынесено в название, сработало бы, если бы несло эмоциональную нагрузку или было подчёркнуто интонацией, но это просто обмен фразами. Следующий пассаж посетителя с рассуждениями о командах, возможном результате чемпионата и ставках показался весьма громоздким, довольно сложно представить, чтобы в реальной жизни люди разговаривали именно так.
Авторский текст сам по себе идёт чуть живее и ярче, и это уже хорошо, но несколько странно по отношению ко всему рассказу в целом. Есть некий намёк на интригу, на отношения, когда-то ранее связывавшие Зураба и его клиента, только они оказались не до конца выраженными. Зураб давит в себе обиду и в какой-то момент имеет возможность намеренно или случайно отомстить клиенту, но справляется с собой – всё это вполне могло бы сработать на глубину и персонажа, и конфликта, как и его воспоминания о том периоде, когда он был заядлым игроком. Только, увы, при прочтении не покидает ощущение непроработанности и недостаточной глубины. Ожидаешь большего проникновения в характеры обоих героев, хочется видеть контраст между прошлым и нынешним состоянием Зураба и более яркую внутреннюю борьбу по отношению к клиенту, из-за которого (в его представлении) дела пошли не так.
Страсть истинного игрока также могла бы стать интересной темой или краской в характере, даже если довести её до нездоровых переделов или мании. Вместо этого читатель наблюдает объяснение работы с приложениями и правил ставок. Заявленный в названии чемпионат мира в финале всё-таки в некотором роде срабатывает — он как будто уравнивает обоих героев перед Его Величеством Случаем или Её Величеством Удачей, приводя их в одно и то же положение. Это довольно ироничный финал, но и эту иронию тоже можно было бы подать ярче и интересней.
По итогу: при определённой доработке и проработке и возможном увеличении объёма у автора есть шансы реализовать заложенный в рассказе потенциал, но на данном этапе мне как читателю слишком многого не хватает.
Прочитал «про себя». Прочитал вслух. Ещё раз, с выражением, как бы для публики. Пытался представить аудиторию, для которой этот рассказ оказался бы интересным, захватывающим, полезным. Не нашёл.
Сносно. Норм конструкция, более или менее слог. Тематика, проблематика, герои — проходной текст для малой формы. Но рекомендовано просмотреть все места, где неясно, чья реплика, и приложение показывал барбер, хотя он не играет, тогда почему у него установлена апа, и потом писать , что он подсел на приложение, которое он показал, а не ему. Ну вот такие неточности надо исправить.
При вероятном потенциале слишком много не хватило как читателю.
Рассказ пустоват. В нём нет напряжения, нет динамики, финал наступает слишком быстро и слишком очевидно. Поскольку это всё-таки сюжетная проза (не лирическая) наличие кульминации и подход к финалу здесь важен. В итоге вышла абсолютно непримечательная история, в которой «непримечательность» — не эффект, созданный автором, а суть.
Рассказ требует доработки. Во-первых, нужно устранить противоречия, отмеченные в других комментариях. Например, между репликами Зураба «Я уже давно не играю через телефон» и «Погодите, я покажу, как пользоваться приложением». Ведь по контексту событий не понятно, что клиент хотел проконсультироваться именно по приложению. Может быть, стоит как-то указать на это? И проработать аналогичные невнятные моменты – кто говорит, на что отвечает, и т.д. Во-вторых, в манере изложения сквозит эмоциональная отстранённость как в действиях героя, так и в голосе рассказчика. Страсти нет. А ведь перед нами азартные люди, теряющие голову на ставках. Читаешь, и не веришь, что так всё неестественно спокойно может быть между ними. И как этой страстью наделить такой вот эмоционально нейтральный текст, я, честно говоря, не знаю.