Хозяин Северской области Емельян Палыч Богомол сидел под сенью дубовой рощи и потягивал через соломинку коктейль Кровавая Мэри.

— Ну, где ж они?

Ежеминутно интересовался губернатор у своего охранника Вани — стокилограммового двухметрового гиганта.

— Не могу знать. Отвечал Ваня, пожимая могучими плечами.

— А ты сходи на ворота. Поинтересуйся. Может там знают. Может случилось чего?

— Не могу…  по инструкции… я всегда должен при вас быть. А если что…  так я могу и позвонить.

— Ну, так позвони…  если что. Стоишь тут истуканом!

Ваня достал из кармана внушительного размера айфон:

— Алло КПП.  Приехали люди?

Ваня несколько минут молча слушал. Хмыкнул и утопил айфон в своем бездонном кармане.

— Приехали уже, сюда…

Не успел Ваня закончить фразу как на поляне показался человек.

— Добрый день.

Человек нежно сдавил губернаторскую ладонь.

— Здравствуй. Здравствуй. Ты у нас кто, — освободив ладонь, поинтересовался губернатор, — напомни

— По МВД я поставленный…  Андрей Петрович Криво – Шейнин.

— Правильно. Правильно, — губернатор обвел взглядом управляющего МВД, — а что это ты при костюме и галстуке.  На праздник что – ли какой собрался?

— Для меня встреча с начальством — всегда праздник.

— Ну, ты прям как в кино, — сделал недовольную гримасу губернатор, — у меня тут давай без либерастических церемоний. Праздник!  Ты разденься. Не тушуйся. Я вон сам… видишь… в трусах и майке. Если у тебя трусов и майки нет… так я велю горничной тебе их принести.

— Не стоит беспокоится, господин губернатор, я и так посижу. Тут так прохладно… под кленами.

— Да какие же это клены, — Богомол изумленно взглянул на управляющего МВД, — этот ж дубы. Вон под ними и желуди валяются. Видел ты, когда – нибудь, чтобы под кленами желуди лежали. Если только специально кто принес, а так не. Нет у кленОв желудЕв.

Губернатор заливисто рассмеялся.  Криво- Шейнин виновато улыбнулся:

— Прошу меня простить, но я не очень в ботанике… секу.

— Вижу, что не сечешь. Вижу. Ничего это мы с тобой наверстаем. У меня знаешь какой парк. Я в нем все деревья мира собрал. Даже пальмы морозоустойчивые есть.

Губернатор хотел было еще кое-что добавить, но в это время под своды дуба вступил коренастый широкоплечий мужчина.

— Доброго дня, господин губернатор. Поздоровался человек, учтиво приподнимая фетровую шляпу.

— Ишь ты в шляпу вынарядился, — оглядев новоприбывшего сказал губернатор, — ты бы еще перчатки надел.  Сними шляпу, пиджак на стул повесь и вообще разденься… тут все свои.

— Да у меня плавок нет, — смутился коренастый, — не думал, что буду загорать.

— А ты в чем есть в том и загорай.

— Голый что ли?

— А у тебя что трусов нет?

— Есть.

-Так чего ж говоришь, что голый. В трусах же не голый. Правильно я говорю, Ваня?

Охранник молча кивнул.

— Ну, пиджак и шляпу сниму, а брюки при себе оставлю.

Мужчина  снял шляпу, повесил пиджак на спинку стула.

— Если этот, — хозяин области указал на Криво – Шейнина, над МВД поставлен… то ты у нас стало быть по ФСБ смотрящий.

— Так точно, господин губернатор. Начальник управление ФСБ по вверенной вам области. Лацканов Александр Васильевич.

— Ну, раз все в сборе прошу к нашему гулагУ, точнее шалашУ… тьфу ты…  к столу. Столу!

Емельян Палыч встал со своего складного стула и валкой медвежье походкой направился к прекрасно сервированному столу.

— Прошу, — хозяин Северской области указал своим гостям на стулья, — садитесь или присаживайте, как кому лучшее. Чувствуйте себя как дома в гостях или  наоборот не помню.  Короче, ешьте, пейте.

Гости сели за стол.  Лацканов налил себе холодного кваса и поднося стакан ко рту, поинтересовался:

— А по какому делу вы нас позвали, господин губернатор.

— Что это вы, как сговорились, меня господином зовете. Я вам не господин, а единомышленник. Одно ведь дело делаем. Укрепляем вверенные нам президентом земли. Или у вас другие какие цели в голове?

— Нет, нет, что вы, что вы. Мы как в той песне. Раньше думай о Родине. Правильно я говорю, Александр Васильевич, — обратился поставленный над МВД к начальнику ФСБ, — о Родине, а потом уж о себе.

— А как же иначе, — кивнул головой Лацканов, — по-другому никак.

— Ох, вы какие, — усмехнулся хозяин области, -патриоты! На войну только не больно спешите. Уж сколько месяцев… как мы кровь на нацистских полях – лугах мешками проливаем, а не вас, не детей ваши в окопах не видать…

— Я бы хоть завтра пошел, — заверил губернатора начальник ФСБ, — но мне уже за полтинник. Немолодой для окопов я.

— Ой, за полтинник. Мне уже за шестьдесят, а со мной не всякий молодой на руку потягается. А ну… давай… ты по МВД который… попробуй!!!

— О, нет.

— А чего так.

— Знаю. Знаю. Знаю я вашу руку. Вы ей медведя завалите не то, что меня.

— Я… нет, — грустно вздохнул хозяин области, — а вот батя мой. Если надо было свинью кому в селе завалить, то ухаживал ее голыми руками. Немеряной силы был человек. Царство ему небесное. ВЫ про фронт забудьте. Считайте, что пошутил я так. Должен же кто – то и в тылу работать. Типа все для фронта. Все для победы. Вот я и хочу с вами поговорить… как нам фронт необходимым снабдить. А что у нас самое для него необходимое? Правильно. Люди. Солдаты. Бойцы.

 

Емельян Палыч трижды перекрестился. Пробормотал что – то отдалено напоминающее молитву и произнес:

— Ну, як кажуть у нас на батьківщині Пан із паном, а Іван із Іваном.

Гости удивленно уставились на хозяина стола.

— Чего смотрите? Не поняли.  Так я переведу.

— Поняли. Поняли, — дружно ответили гости, — но мы не знали, что вы мову знаете.

— Как же мне ее не знать если я в Украине родился. Я ж по паспорту Омельян, а батька мой Павло Богомолом был.

— На Украине. Поправил Емельяна Палыча начальник МВД.

— Не понял?

— Надо говорить на, а не в.

— Говорят, что кур доят. А много ты его видел?

— Кого?

— Молока куриного.

— Нет. Только конфеты.

— Какие конфеты?

— Куриное молоко, которые.

— Какая разница, — вступил в разговор начальник ФСБ, —  в или на. Главное родился. И я предлагаю тост за ваше здоровье, господин губернатор!

— Так наливай. Приказал хозяин Северских земель.

Начальник ФСБ наполнит рюмки.

— Так я же водку расплескаю, — глядя на полную рюмку с жалостью в голосе сказал начальник МВД, —  жалко ведь.

—  Птичку, — кладя на себе на тарелку куриную грудку, сказал губернатор, —  и то не жалко. Хотя она объект одушевленный, а водка вещь неодушевленная чего ее жалеть. Вон ее сколько. Ну, с Богом!

 

Все согласно опрокинули рюмки. Дружно крякнули.  Смачно хрустнули малосольными огурчиками. Емельян Палыч взял в руки бутылку перцовки;

-Ну, между первой и второй, пуля не пролетит!

Вновь выпили и принялись смачно закусывать. Наконец Емельян Палыч вытер салфеткой жирные губы:

— Ну, выпили, закусили. Теперь можно и о деле потрещать.

— Про фуа гра из топора

— Что за гра? Удивился хозяин области.

— Да, это у меня подследственный такую присказку имел. Чуть что он сразу Фуа гра из топора. Вот она ко мне и привязалась.

— А ты ее отлепи и меня слушай.

— Слушаю, Емельян Палыч.

— Я предлагаю организовать нам с вами Корпоратив.

— Новогодний? Поинтересовался Криво – Шейнин.

— Причем тут новогодний?

-Ну, у нас на Новый год организуют корпоратив и на двадцать третий февраль. То есть двадцать третьего.

— А ты в этом смысле, — ковыряя палочкой в зубе, сказал губернатор,- не, я предлагаю создать деловой Корпоратив.

— Это как?

Дружно спросили начальники силовых ведомств.

— А вот накатим еще по одной, огурчик погрызем, и я введу вас голубей в курс дела.

Губернатор опрокинул рюмку, забросил в рот черную маслину, выплюнул косточку:

— В общем тут. Сверху, — Емельян Палыч указал пальцем в синее небо, — пришла директива. Поощрять денежными и разными другими там  вознаграждениями  тех, кто поставит фронту больше бойцов.

Гости качнули согласно головами.

— Слышали.

— Я и так… и сяк пробовал, — продолжил Богомол, —  не хотят стервецы с нациками воевать. Уже два военкомата сожгли.  А оттуда требуют.

Губернатор указал пальцем на неожиданно возникшее на небосводе облачко и продолжил:

— Не выполнишь, говорят…  распорядки…  с места слетишь. И легко слечу, и вы заодно со мной тоже вылетите, а вам уже сами говорите, за пятьдесят. Так что, надо думать. Как из ситуации выходить. И я придумал корпоратив. Ваша задача. Быстренько. Каждый по своей линии. Организуйте уголовные дела на годных к строевой службе и ставьте перед ними альтернативу. Попасть на зону, где их тут же опустят или пойти с нациками воевать. Понятна моя мысль.

— Так точно. Очень хорошая мысль.

Дружно ответили силовики.

— Ну, тогда действуйте и без всяких там этих либерастических штучек. Раз его, голубчика и на матрас, а нам ордена и поощрение.

— У меня предложение. Сказал начальник ФСБ.

— Что за оно?

— Может лучше кооператив?

— Какой кооператив?

— Не какой, а просто кооператив. Операцию нашу назвать не корпоратив, а кооператив.

— Это почему?

— Коль мы общим делом занимаемся. То это, как бы, кооператив.

— А корпоратив, —  поинтересовался губернатор, — это не общее дело.

— Общее, — согласился силовик, — но оно подразумевает праздность, а у нас деловое предприятие.

— Корпоратив лучше, — заявил начальник МВД,  — потому что один уже наоткрывал кооперативов. Не его, не страны, не кооперативов.

— Вот это ты верно подметил, — восхитился Емельян Палыч, — в самую суть проник. Как это я сам не догадался. Хотя такая мысль… честно скажу… мелькнула в голове. Ну, давайте за наш корпоратив!

Хозяин стола наполнил рюмки.

— А какое название будет у нашего корпоратив? Поинтересовался начальник ФСБ

— Рай. Ответил Криво – Шейнин

— Почему Рай. Удивился Емельян Палыч.

— А потому что кто за родину погибнет…  тот в рай, а кто нет… тот просто сдохнет.

— Ну, ты, — изумился губернатор, —  и голова. Не голова, а госдума! Я б во век до такого не додумался.

Телохранитель Ваня подошел к столу и кашлянув, произнес:

— Прошу меня извинить, Емельян Палыч, но вас супруга «спрашивают»

Ваня протянул губернатору айфон.

— Супруга дело святое. Надо ответить. А вы, голуби, ступайте и в ближайшее время жду от вас результатов.

 

И результаты появились! Через месяц область была отмечена в президентском указе, а еще через два приехавший с проверкой важный чиновник вскрыл подлог.

Губернатор резко осудил действия своих силовиков и потребовал для них сурового наказания. Пятнадцать лет лишенья свободы. Однако в последнюю минуту тюремный срок был заменен (что благотворно отразилось на выполнении областью плана по поставке фронту бойцов) на воинскую повинность.

Начальник МВД Криво – Шейнин попал в танкисты, а Лацканов Александр Васильевич в артиллеристы.

Через месяц на них пришли похоронки.  Теперь жены бывших силовиков судятся с государством за компенсацию.

Многие регионы страны переняли патриотический почин, по – прежнему возглавляемой Емельяном Палычем Богомолом Северской области.