Светлана Чернышёва. Освобождение (рассказ)

В школу я ходить не люблю! Потому что там урок есть один отвратительный. Физкультурой называется. Сам урок, может, и ничего, очень даже подвижный. Только я никак не могу там отличиться. «Вот, – думаю, – на этот раз точно получу «отлично»! Бегать? Могу. Прыгать? Хоть на скакалке, хоть через коня. Может быть, и ещё способности имеются, стоит только разыскать. И я принимаюсь за эти самые поиски. И баскетбол, и футбол, и даже обычные гимнастические упражнения тянут на сплошные «двойки» – с минусом. А учительница Инга Олеговна ещё и улыбается, счастливая-пресчастливая, даже специальную двоечную печать изобрела, чтобы мне её в дневник, не глядя, ставить. Вот тебе, Генка – получай, что заслужил!

«Интересно, как мне выкрутится? – думал я, с осторожностью поглядывая на сугробы возле школы. – Многовато, конечно… Но, что делать, придётся всё съесть! А как ещё освобождение от «двоек» получить?»

Со всеми сугробами я, конечно, не справился бы, но на ангину – хватило. А может, и ещё на какую-то инфекцию, потому что я закипел, словно самовар. Когда я сварился до нормальной температуры, меня в больницу направили.

 

Больше всего я не люблю освобождение от физкультуры у врача выпрашивать. Только наберусь сил, чтобы про это дело заявить, а врач уже и печать на справку ставит. К службе годен! Тогда приходится чихать, давить из себя кашель – и погромче, будто бы болезнь захотела возвратиться! Но в этот раз, видимо, вышло очень правдиво, потому что врач сразу спросил:

– Освобождение выписать? От танцев, от музыки, от балета?..

А я, как назло, растерялся : мямлил-мямлил, а потом крикнул неожиданно для себя:

– От Инги Олеговны – можно?!

Врач немножко опешил: сидит и ручкой, словно дирижёрской палочкой, машет. А потом очнулся, протёр очки, и – вот оно чудо! – освободительная справка. Ну, я, схватив заветную бумажку, бегом в школу! Теперь-то мне ничего нестрашно. А в школе меня ждала большая неприятность – Инга Олеговна заболела! Неужели тоже сугробы ела?.. А так как освобождение выписали именно от неё, то пришлось мне топать на физкультуру. И только я добрёл до спортивного зала, как услышал громкий возглас:

– Потянулись… руки вверх!

«Ой, – думаю, – неужели Александр Васильевич?! Я слышал – он юных армейцев тренирует, пусть и меня перевоспитает.

И преспокойненько, с поднятыми руками, в спортзал… Потом, конечно, опомнился, но было уже поздно, тренер меня заметил и стал громко свистеть, а потом и вообще за шиворот схватил.

– Ты кто? – спрашивает. – Почему болтаешься с поднятыми руками?

Пока я соображал, что ответить, выскочил наш классный староста, Петька, и давай про меня всё с самого начала рассказывать.

– Во-первых, – важничал Петька, некрасиво показывая на меня пальцем, – он в баскетбол играть не умеет, потому что всегда в свою корзину забивает. Во-вторых, во время бега постоянно падает, получается, что прибегает к последнему уроку. А в-третьих, Генка – очень удивительно, ростом не вышел, поэтому с ним одни проблемы.

– Вот оно что… – вздохнул Александр Васильевич. – Думаю, это поправимо!

И стал он ко мне приглядываться, как обычно делают спортивные тренеры: правила баскетбольные объяснять, бегать со мной рядышком, чтобы я не травмировал свои коленки. Впрочем, у меня неплохо стало всё получаться! Но тут опять выскочил Петька и закричал:

– А давайте в «картошку» играть!..

«Ну, всё, – думаю, – сейчас меня и окучат!» Присел на карточки, голову спрятал в капюшон, чтобы мячом не попало, и притих. А Александр Васильевич меня за плечо теребит:

– Давай, Генка, будешь водить!

Ну, что поделать, взял я, конечно, мяч, а потом быстренько передумал: «Как я этот тяжёлый мяч в одноклассников запущу? Нет, пусть лучше мне по башке треснут, так спокойнее…»

– Ну, вот, – читая мои мысли, говорит друг-физрук, – раз ты так тонкости игры знаешь, будешь стараться никого не обидеть!

И я всё старался и старался…до конца игры. И вижу – одноклассники улыбаются, значит – ух! – справился. Только Петька опять за своё, видимо, чувствует, что его авторитет на глазах тает. И физкультуру полюби– на турник иди – виси! Нет, я бы повисел, только я высоты боюсь, а поэтому-то вмиг вниз падаю. Да и Александр Васильевич, смотрю, занервничал, всех нас на улицу стал собирать.

– На улице, – говорит, – турников много, разной высоты. И пташек там летает предостаточно, так что любуйтесь на них, считайте, сколько захотите, и результаты свои вверх подтягивайте.

И я так приступил, что даже сам не ожидал! «Уф, – думаю, – какие птицы удивительные, вот бы разглядеть вас поближе. И я так раскачался, что чуть на дерево не взлетел. Ну, вот, подтягиваюсь я, о-го-го, как высоко! И вижу – одна птица, с красной грудкой, совсем рядом оказалась. Сидит себе на деревце, в солнечных лучах купается, сама на яблоко похожа. И так мне с ней заговорить хотелось, что стал я ещё сильнее подтягиваться. Она тоже на меня посматривает, вроде, говорит: «Здравствуй, Генка! А ты боялся! Вот оно – спортивное счастье!».

Счастья, действительно, оказалось много. Ведь с этого дня мой дневник освободился от двоек. Потому что куда приятнее – светиться отличными результатами!

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ответьте на вопрос: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.