Ольга Обломова. Скажи мне «Да»! (рассказ)

«Быстрее, быстрее, быстрее!» Виолетта мысленно торопила самолет, летевший рейсом Краснодар-Анталья и будто нарочно, судя по едва движущимся за иллюминатором облакам, оттягивающий её встречу с Амхедом. Ахмед был молодым, красивым и, судя по фото в Фэйсбуке за стойкой на ресепшн в одном из турецких отелей, высоким и накачанным молодым человеком. Виолетта познакомилась с ним там же, то есть в Фэйсбуке. А сейчас летела именно в тот отель, чтобы перевести знакомство из, так сказать, виртуального в реальное.

Новое знакомство было особенно волнительно. Это были ее первые серьезные, пусть и виртуальные отношения после расставания с Костиком – тоже очень красивым молодым человеком. Виолетте, наконец-то, удастся отвлечься от любовных переживаний, безуспешных поисков работы, предпринятых после окончания университета, и прочих жизненных неудач, в её прекрасном возрасте казавшихся судьбоносными. Хотя, как сказать… Возможно, и не казавшихся… Возможно, они ещё станут судьбоносными.

***

— Ты поедешь со мной? – Костик внимательно смотрел на Виолетту серыми вдумчивыми глазами. Он был потрясающе красив в военной форме курсанта авиационного училища, которая своим цветом придавала его глазам небесный чуть синеватый оттенок. Учеба подходила к концу, а дальше – военный гарнизон и аэродром в каком-то дальнем уголке России, название которого Виолетта даже не запомнила.

По словам Костика, ему обещали комнату в офицерском общежитии, где они могли бы поселиться вдвоём, а недалеко от воинской части и общежития была маленькая уютная школа, куда Виолетта могла бы устроиться учительницей. Костик Виолетте нравился, но также ей нравилось жить в родном почти миллионном Краснодаре, пользоваться всеми благами жизни в столице, пусть даже одного из многих регионов необъятной России. Ей так хотелось, чтобы Костик остался служить в Краснодаре или где-то рядом. Да и перспектива работать учительницей в провинциальной школе ее не прельщала. Виолетта иначе себе представляла будущее выпускницы университета, получившей диплом по специальности «философия».

— Понимаешь, Костик, — начала Виолетта, тщательно подбирая слова, но никак не находя нужные для выражения собственной мысли в не обидной для Костика форме. Не то, чтобы она не готова была примерить на себя роль жены офицера, которая вместе с ним будет стойко переносить тяготы и лишения воинской службы. Просто Костик до сих пор не удосужился сделать официальное предложение. С одной стороны, вполне логично сначала выяснить степень готовности будущей невесты к этим «тяготам и лишениям». С другой стороны получалось, что сначала – «тяготы и лишения», а уж потом — замуж, что изрядно напрягало Виолетту.

— Понимаешь, Костик,  — сделала непростительную для выпускницы гуманитарного факультета очередную неудачную попытку подобрать слова Виолетта.

— Я всё понял, — глаза Костика из синевато-небесных стали небесно-грозовыми, приблизившись своим оттенком к природному серому цвету. Костик нахлобучил фуражку и, развернувшись, пошёл прочь.

— Костя! – в отчаянии позвала Виолетта.

— До свидания! – ответствовал Костик, уходя всё дальше.

С тех пор они не общались, а от общего знакомого Виолетта вскоре узнала, что Костик получил лейтенантские погоны, убыл к новому месту службы и теперь командует взводом в батальоне аэродромного обслуживания в том самом отдаленном уголке России, название которого в очередной раз вылетело у Виолетты из головы.

***

«Быстрее, быстрее, быстрее!» Виолетта мысленно подгоняла автобус, выполнявший трансфер из аэропорта Анталья в курортную Аланью, что за сто километров от аэропорта. Она так спешила навстречу Ахмеду, что даже не рассматривала окрестности, мелькавшие за окном автобуса, хотя ранее она была лишь в Кемере, а в Аланью направлялась впервые. Именно там, в одном из отелей ждал её – точнее, трудился в курортный сезон — Ахмед. Хотя, одно другому не мешает: Виолетта была уверена, что он ждал, и ждал только её.

Из дома в аэропорт Краснодара Виолетту подвозил пожилой таксист, признававший, судя по репертуару в машине, исключительно советскую эстраду и, судя по энергичным подмигиваниям Виолетте, сохранивший энергию на дискотеку 80-ых. Из динамиков звучала какая-то группа из тех времен, название которой Виолетта не знала. А если бы знала, то всё равно тут же забыла бы. Но ей казалось, что это Ахмед голосом молодого солиста неведомой ей группы уговаривает:

— Скажи мне «да» — ведь это слово для меня как будто путнику вода!

— Скажи мне «да»!

В отелях Аланьи было централизованное горячее и холодное водоснабжение, но Виолетте казалось, что Ахмед пренепременно должен изнывать от жажды, хотя бы любовной. Песчаный пейзаж за окном автобуса, в которое она мельком глянула, вполне гармонировал с этой ее фантазией. Прочие фантазии Виолетты тоже вполне оправдались после первой встречи с Ахмедом: он, действительно, был молодым, высоким, красивым и накачанным.

— Привет! Как дела? – спросил Ахмед.

«Привет» прозвучало как «привьет». Буква «а» в словосочетании «как дела» была похожа на букву «я». Такое произношение свойственно жителям Турции, сделавшим первые успехи в изучении русского языка. Успехи у Ахмеда были, кстати, вполне заметными. Он полгода стажировался в одном из ВУЗов Алматы по программе обмена студентами, обучавшимися по специальности «отельный менеджмент» в Турции и Казахстане соответственно. Поэтому в постах в Фэйсбуке ошибок почти не делал, чем приятно удивил обладательницу гуманитарного диплома и безупречной грамотности Виолетту. Возможно, этот нюанс тоже внес свой штрих в портрет виртуального возлюбленного, нарисованного взбудораженным девичьим воображением.

— Спасибо, хорошо! – ответила Виолетта. Она сравнивала портрет, нарисованный сознанием, с оригиналом, теперь уже  в деталях. Ахмед лично взялся донести её вещи до номера, а ближе к вечеру – точнее, к окончанию своей смены – предложил пойти погулять по улицам вечерней Аланьи.

Ахмед был галантен и обходителен, охотно рассказывал о местных немногочисленных достопримечательностях, обещал свозить показать крепость и купил Виолетте сувенир – симпатичный магнитик на холодильник с прибрежным пейзажем и надписью «Аланья». Поужинала она в отеле, поэтому в ресторан Ахмед её звать не стал. А может, время прогулки изначально планировалось так, чтобы избежать лишних затрат. Впрочем, Виолетта на много и не претендовала: достаточно, что Ахмед был рядом, такой красивый, сильный и уже почти родной. Было впечатление, что они знали друг друга всю жизнь.

— Скажи мне «да»!

— Скажи мне «да», «да», «да»!

На площадке одного из кафе звучала русскоязычная музыка. Песня была другая, но Виолетте казалось, что это та же самая, а голос исполнителя 80-ых волшебным образом перенесся из таксующих стареньких «Жигулей» в Краснодаре на золотистое в лучах садящегося солнца побережье Средиземного моря.

— Скажи мне «да»!

Собственно, именно за этим Виолетта и приехала. Ну, а что она могла  сказать своему счастью, которого ждала несколько месяцев и за которым прилетела за тысячу с лишним километров? Они узнавали друг о друге всё больше и больше. Виолетта уже знала, что у Ахмеда есть старший брат и две младшие сестры, родители живут в каком-то кишлаке, название которого она не запомнила, а сам Ахмед в будущем видит себя крупным бизнесменом в сфере отельного бизнеса.

Ахмед тоже знал о Виолетте почти всё – ну, разве что за исключением её романа с Костей. Днём Ахмед работал, а Виолетта проводила время на пляже, периодически навещая его у стойки ресепшн. В свободные пару дней, которые выдались у Ахмеда, они съездили посмотреть крепость и сходили в дельфинарий. Дельфины казались такими же счастливыми, как и они с Ахмедом, и такими же беззаботными.

Виолетта за последнюю неделю всего раз мельком посмотрела российские новости по единственному российскому каналу, который показывал в отеле. Об операции российских ВКС в Сирии Виолетта узнала из разговоров соотечественников, устроившихся за соседним столиком в отельном ресторане. Обратила внимание на этот разговор только потому, что услышала знакомое название аэродрома, с которого дальняя авиация ВВС нанесла удар по позициям ИГИЛ. Кажется, именно там должен был проходить службу Костик.

Виолетта зачем-то зашла на свою страничку ВКонтакте, куда не заходила с момента расставания с Костиком. В столбике «Друзья онлайн» мигала точка напротив «Иван Терминатор» — так Костик назвал себя ВКонтакте, дабы не засветиться со своим видением политической ситуации в соцсетях перед командованием, которое не одобряло подобную угрозу секретности. А на страничке Кости в разделе «Город» значился теперь Моздок вместо привычного Краснодара. Виолетта вышла из сети…

***

На следующее утро Ахмед был явно серьезнее, чем обычно. Поздоровался чуть с меньшим энтузиазмом, чем всегда, пару раз ответил невпопад, и даже акцент был как-то заметнее, чем все предыдущие дни. От вопросов Виолетты «Что случилось?» он лишь отмахнулся, впрочем, предложив, как обычно, пойти погулять вечером. На пляже Виолетта, выставив яркость смартфона на максимум, снова зашла на свою страничку ВКонтакте, пытаясь рассмотреть информацию на бликующем от солнца экране. Костик по-прежнему был онлайн, будто и не уходил никуда со вчерашнего дня. И, вообще, не исчезал и её жизни.

— Привет! – зачем-то первой начала диалог Виолетта.

— Привет! – тут же откликнулся Костик, будто они виделись лишь вчера.

— Как дела? – продолжила ни к чему не обязывающий разговор Виолетта.

— Хорошо,  — ответил Костик, — а у тебя?

— Тоже, — набирала текст Виолетта. – Ты где сейчас?

— В Сирии,  — написал Костик.

— Где? – не поверила тексту на экране Виолетта.

— База Хмейним недалеко от Турции — ответил Костик.

— А написано Моздок,  — усомнилась Виолетта.

– Это для маскировки, – писал Костик так, будто они по-прежнему встречались и доверяли друг другу.

— А что ты там делаешь? – Виолетте казалось, что эту длинную по меркам соцсетей строчку она набирала бесконечно долго, и хотелось сказать тексту «быстрее».

— Самолеты обслуживаю, — Костик печатал явно проворнее. — Только тссс, это секрет!

— Там опасно? – спросила Виолетта.

— Нет, сюда не дострелят, — подбодрил её Костик. – Всё, я побёг, тут наш борт сел, наш взвод обслуживает. Обнадеживающая метка «онлайн» погасла. Костик с оборотами русского языка в сети никогда не заморачивался, чем слегка раздражал Виолетту, когда они еще встречались. Сейчас почему-то раздражения не было.

— Береги себя,  — написала Виолетта и тоже вышла из сети.

***

— Ты поедешь со мной? – Ахмед смотрел на Виолетту страстными темно-карими, почти черными глазами. Курортный сезон в Аланье подходил к концу, а на зиму Ахмед решил отправиться добровольцем в ИГИЛ. По его словам, на базе есть возможность разместиться вдвоём, а сам учебный лагерь находится далеко от линии фронта и не подвергается ударам российских ВКС. Он будет учиться стрелять из ПЗРК, чтобы потом сбивать российские самолеты и расстреливать российские базы, а Виолетта вполне может пройти курсы медсестер, организованные там же, в лагере. Такого поворота Виолетта совсем не ожидала.

— Видишь ли, Ахмед, — начала Виолетта, собиравшаяся рассказать, как её любят и ждут папа с мамой, как они будут волноваться, если она не приедет домой вовремя. И как она любит свой родной Краснодар, куда уже, честно говоря, собиралась пригласить переехать Ахмеда. Тем более что отелей в Краснодаре хватает, а русский язык у Ахмеда весьма неплох. Да и специальность медсестры никак не входила в ее философские планы на будущее. Или планы выпускницы-философа на будущее? Виолетта окончательно запуталась.

— Видишь ли, Ахмед, — слова по-прежнему не находились, невзирая на великолепный словарный запас Виолетты. Почему-то его всегда не хватало для того, чтобы сказать самое главное. Не то, чтобы она совсем не готова была расстаться с домашним уютом и отправиться навстречу приключениям. Но Ахмед при знакомстве не посвятил её в эти планы, поэтому сейчас Виолетта чувствовала себя обманутой.

— Вижу, что не поедешь,  — глаза Ахмеда стали ещё более темными и оттого казались уже не пылающими страстью, а выжженными, как уголь. Или как земля после бомбежки. Или как след от снаряда ПЗРК. Виолетта была не сильна в военных аналогиях. Более мирные сравнения в голову не приходили, а от пришедшей внезапно мысли, что снаряд, выпущенный Ахмедом, может убить Костика, выжженным показался не только взгляд, но и сердце.

— Ты завтра уезжаешь, прощай! – Ахмед в последний раз посмотрел на нее и шагнул в темноту.

— Ахмед! —  в отчаянии позвала Виолетта.

— Прощай! – повторил Ахмед и растворился в темноте средиземноморской ночи.

Утром дежурный отельер с ресепшн отнес вещи Виолетты из номера в автобус, совершавший трансфер из отеля в аэропорт. «Быстрее, быстрее, быстрее!» Виолетта мысленно подгоняла автобус, мчавший её в аэропорт. Она так хотела поскорее попасть домой, что даже не смотрела в окно, хотя за время отдыха за пределы Аланьи толком не выезжала.

Да, она поедет с ним, только не с Ахмедом, а с Костиком. Вчера поздно ночью он оставил Виолетте ВКонтакте сообщение, что его предложение действительно до сих пор, что он скоро вернется из Сирии, что ему обещали квартиру, а Виолетта, если не хочет, то может вообще никогда не работать и ездить к родителям в Краснодар так часто, как пожелает. ЗАГС для регистрации он уже присмотрел, когда ходил на свадьбу к сослуживцу. Сегодня рано утром, перед выездом из отеля, Виолетта прочитала сообщение. И будь Костик в тот момент онлайн, она бы сразу сказала «Да!» А так – пусть помучается еще чуть-чуть!

«Быстрее, быстрее, быстрее!» В этот раз экипаж, казалось, услышал мольбы Виолетты. А может, сыграл роль попутный ветер, но обратный рейс прилетел на 20 минут быстрее, чем прямой. На стоянке такси стоял тот самый пожилой водитель, который вёз Виолетту в аэропорт две недели назад.

— Как отдохнули? – оказалось, водитель не просто так подмигивал, но и запомнил Виолетту.

— Спасибо, хорошо! – ответила Виолетта.

— Слышали, что российские ВКС творят в Сирии? А как вам запуск «Калибров»? – безо всякого перехода спросил водитель. Про «Калибры» Виолетта что-то слышала краем уха, поэтому ответила неопределенно-положительно. К счастью, её ответ словоохотливому любителю музыки 80-ых был и не нужен. Перекрикивая динамики в машине, он за 20 минут пути пересказал ей все выпуски новостей за последние две недели. Последней перед домом Виолетты зазвучала та же песня, под аккомпанемент которой она добиралась в аэропорт. А может, и другая, но смысл был тот же.

— Скажи мне «да» — и ты увидишь, над землею как взойдет моя звезда!

— Скажи мне «да»!

Теперь Виолетте казалось, что это Костик вкрадчивым голосом некогда популярного солиста пытается убедить её сделать правильный выбор. «А интересно, какие в Сирии звёзды?» — почему-то подумала Виолетта. «Нужно будет спросить у Костика, какие они». Теперь она уже никуда не торопилась.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ответьте на вопрос: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.