В замочной скважине повернулся ключ, и в квартиру, вместе с Иваном, зашла пара молодых людей. Он попросил их разуться, что они и сделали, а после – хозяин начал показывать им комнаты.

— Вот одна. Тут две кровати, комната большая, есть шкаф, но из-под окна поддувает. Прохладно. Там дальше есть комната поменьше, она намного теплее. Правда, шкафа нет, но есть несколько тумбочек.

— Ой, давайте посмотрим вторую. Я просто мерзлячка жуткая, — сказала коротко стриженая девушка с улыбкой на лице.

Они прошли в следующую комнату. Три старые тумбочки, двуспальная кровать, заляпанный письменный стол, небольшой холодильник. На полу лежит ковёр с серыми пятнами. На люстре висят несколько стеклянных палочек, некоторые из которых разбиты. Серые обои в углу были надорваны.

— Действительно теплее, — сказала она.

— Окна заклеены просто. Да и комната поменьше. Греется быстрее, чем предыдущая.

— Сколько? – спросил обросший парень в чёрном пальто.

— Ну, так обычно платят пять, иногда шесть. Квартира большая. Нам бы просто за коммунальные услуги заплатить, чтобы было легче её содержать. Квартира большая – вы это сами видите. Сложно содержать.

— Мы согласны, — в голос ответили парень и девушка.

— Отлично, ванная комната и туалет отдельно. Вы с собой посуду брали?

— Ну, так получилось, что нет, — сказал парень.

— Ладно, пока можете попользоваться нашей. Мы же всё понимаем. Только не наглеть, как предыдущая девушка. Кстати, жила тоже в этой комнате. Сначала всё было нормально, но это сначала. Она была с маленьким ребёнком. Без мужа, парня. Видно, нагуляла. К туалету ребёнок не был приучен. Сначала сделает, а потом просится. Постоянный бардак. Разрешили пользоваться стиральной машиной, так она не отключалась. Я понимаю два-три раза в неделю стирать вещи, но она каждый день её загружала. Это ещё пол беды. Девушка спросила про своих друзей. Ну, может чай с тортиком, пообщаются, но нет. Она приводила каких-то мужиков. Каждый день разных. Выгоняла из комнаты ребёнка, а сама там с ними… Это было ужасно. Дверь не запирала. Прохожу мимо и слышу их смех, вижу, как щупают друг друга. Куда это годится? В конце концов, эта девушка просто не могла платить за комнату. Устраивала истерики. Мы терпели-терпели, думали, работу найдёт, но ей только гулять. Пришлось выгнать. Бывают и такие.

— Мы не такие. Не волнуйтесь.

— Я уже понял. Вы – пара, можете себе позволить подобное за закрытой дверью. Но если решите постираться или же воспользоваться нашей посудой, то сообщите жене, хорошо? А вот и она.

Из зала, где шумел телевизор, вышла хрупкая на вид женщина с уже крупным пузиком. Её кожа бледна как мрамор. Тонкие ручки, на концах которых – небольшие веточки смородины. За ней бежала светловолосая девочка со своим плюшевым лисёнком с большой мордочкой. Она что-то кричала, обращалась то к маме, то к своей игрушке.

— Здравствуйте, я Ольга.

— Здравствуйте…

— Я Сергей, а это Мария, — сказал парень, вешая своё пальто.

Девушка опустилась к маленькой и спросила:

— Привет, а как тебя зовут?

— София. А вы будете жить с нами?

— Да, вроде того.

— Здорово, пойдём, я покажу свои игрушки.

Они вместе исчезли в других комнатах. Сергей пошёл разбирать вещи. Одежда в тумбочки, бритвенный станок, зубная щётка и прочее остаются в рюкзаке. Рядом с дверью стоял хозяин комнаты и повторял историю о прошлой владелице этой комнаты.

— … бывает же такое.

— Иван, а у вас есть интернет?

— Да, если хотите пользоваться, то плата пополам.

Сергей достал из рюкзака свой паспорт, а из него вынул купюры.

— Тут шесть. Тогда и за интернет сразу, хорошо?

— Хорошо. Положи на стол, пожалуйста. Я из рук не беру.

Парень положил деньги на стол. Хозяин посмотрел на них, взял и начал пересчитывать.

— Отлично. Сейчас я принесу пароль от wi-fi.

Он ушёл, но через несколько минут пришёл с небольшим листком.

— Вот… Ваша подруга уже не вернётся. София утащила её в свой мирок с игрушками. Девчонки любят куклы. Даже моя жена порой не прочь поиграть.

Парень засмеялся. Он уже стоял в шортах и красном поло, перебирая книги, которые взял с собой.

— Сергей, а вы курите? – спросил Иван.

— Да, периодически.

— Пойдём на балкон. Там пепельница, только дверь закрывай поплотнее, а то дым в комнату заползёт.

На балконе прохладно. По улице ходят женщины с колясками, дети лазают по турникам и лестницам, что у подножия дома, по дорогам ездят машины, а вдалеке виден небольшой лесок и золотистая верхушка церкви. Небо темнело.

Сергей достал сигарету из красно-белой пачки и закурил. Дым наполнил его лёгкие, отогнал тяжёлые мысли. Рядом курил Иван.

— Сергей, я так понимаю, что вы сбежали.

Парень задумался.

— Я не имею ввиду, что вы от кого-то бежите, а что не планировали уехать. Просто собрали вещи и…

— Это да. Как-то так получилось.

В голове Сергей пронеслись звонки от матери, которая рыдала в телефон и просила его вернуться домой. Всё это так сложно, но и так легко. Она хочет вернуть его, стабильность, а он хочет приключений, денег, жизни. Но сейчас есть лишь тлеющая сигарета и мужик, что рядом, объясняющий как ему трудно содержать семью, как сложно работать автомехаником, будучи программистом.

Глаза Ивана были похожи на пуговки того самого лисёнка, с которым таскается его дочь – тёмные, маленькие и жалкие. Худой. Потёртая сзади куртка, на которой он целый день лежит под автомобилями. Он делает всё, чтобы его семья не знала ни в чём нужды. Горбатится каждый день, приносит деньги, но их не хватает даже на оплату коммунальных услуг. Только дешёвая пища и китайская одежда.

— Ты сам видишь, в каких условиях живём.

На балкон вышла Мария. Попросила сигарету и закурила.

— Я так понимаю, что оба курите. По-хорошему, нужно бросать.

— Нужно, — подтвердила девушка, выдыхая дым в открытое окно балкона.

— Я хотел взять ваши паспорта, оформить официально, но я думаю, что не обманите.

— Всё будет хорошо, но если хотите… — сказал парень.

— Не, долгая морока. Вы расписаны? – спросил Иван.

— Нет, — ответила девушка, потушив сигарету о пепельницу.

— Ещё успеете.

Все вышли с балкона, а после разошлись по комнатам. На улицу пришла ночь.

 

На следующее утро Иван решил зайти в комнату, чтобы пригласить съемщиков пройтись по дешёвым магазинам, где они могли купить посуду, вилки, кружки. Постучавшись в дверь, он не услышал ничего. Потом постучался снова, снова. Тишина.

— Ребят, мы собираемся проехаться по магазинам. Вы с нами?

Хозяин дёрнул ручку двери, и та отворилась. В комнате было пусто: не было никаких вещей. Всё такая же пустая комната, как до приезда пары. Иван побежал обратно в комнату к жене и ребёнку. Начал обыскивать все тумбочки, шкафы, просмотрел все шкатулки. Пусто.

— Дорогой, что случилось? – спросила жена, расчёсывая дочку.

Иван сел рядом с женой и заплакал.

— Эти суки обчистили дом. Они…

— Пап, не ругайся, — сказала София, затыкая уши лисёнку.

Иван обнял жену. Его спина начала трястись. Он не знал что делать, ведь эти деньги – всё, что у них было. Для дочки, для жены, для будущего ребёнка. Это были все его сбережения. Откладывал с зарплаты автомеханика, перепродавал старые телефоны, собирая копейки, подрабатывал, возясь с программами соседей. Но всё зря. Пара украла не просто деньги, но его сон, силы, время, счастье и уверенность в будущем. Он рыдал навзрыд.

— Дорогой, успокойся. Звони в полицию, может, найдут их. Я спрятала немного денег под подушку Софии. Думаю, на пару недель хватит. А если их поймают, то всё вернут. Не волнуйся так. Думай о детях, о семье.

Иван поднял голову, смотря мокрыми от слёз глазками на свою жену. Его и без того худое лицо осунулось. Белки провалились куда-то в синеву. Горе и стыд сжирали мужчину.

— Я о вас и думаю. Я виноват перед вами. Простите дурака доверчивого. Должен был договор заключить. Хотя бы паспорта проверить. Должен…

Иван обнял свою жену и дочку.

— Простите, я найду вторую работу. Простите меня. Я люблю вас больше жизни.

— Пап, мы с мамой тоже любим тебя. Не плачь.

Щёки Ольги стали влажными от собственных слёз.