Валентин Баранов. Ночное озеро (сборник стихотворений)

Ночное озеро.
Мнится мраморным огнём
Озеро из звёзд.
По ночам таится в нём
Вольный разум грёз.

Не шевелится звезда,
Только чуть дрожит.
И отсюда никуда
Мысль не убежит.

Глади искренний кристалл,
Растлевает свет.
Я ответа не искал,
Мне ответа нет.

Что у Господа спрошу,
Озеро молчит.
Только звёзд мерцальный шум,
Высоко в ночи.

Только небо и вода.
Этот диалог
Не устану никогда,
Слушать. Это Бог.

Сразу жизнь встаёт иной,
Лучшей из затей.
Бог задумчив надо мной
Красотой своей.
***

Белые бабочки.
Мы просто брели по периметру,
Простора в волненьях своих.
И воздух был свеж, словно вымытый,
И в медленных паузах, тих.

Глядели фонарные лампочки,
На город, теряющий вес.
Снежинки, как белые бабочки
Летели куда-то с небес.

И вечер, в мгновеньях рассыпанный,
Был сладок и нежен на звук,
И в парке за зимними липами,
Никто не страдал от разлук.

И, в цель попадая, не метились
Ладони в тумане шагов.
Мы шли, мы ведь только что встретились,
И всё понимали без слов…

В квартире одни мои тапочки,
И нет больше прежних чудес.
Куда подевались все бабочки,
Что к нам прилетали с небес.
***
Блюз.
Неба зеркало тенью пасмурно,
Я не твой, я опять ничей.
Словно вечность страдает астмою,
Задыхается без лучей.

Вот и мне не хватает воздуха,
Не такого, который есть.
Каблучками блистая остренько,
Ты ушла и уже не здесь.

Я опять одиноким пастырем
Остаюсь там, где быть тоска,
Я бы душу заклеил пластырем,
Чтобы ей отдохнуть пока.

Я один; ничего за тучею,
Одиночество, словно груз.
Только вдруг серый день выкручивать,
Вышел звуком волшебный блюз.

Словно кто-то, пройдя безмолвие,
Вынул истину, как иглу.
Самых тонких мелодий молнии
Разогнали былую мглу.

И мне тело, пронзая токами,
Лёгкость нот оживила грудь.
Только блюз не умолкнул, только бы…
Буду счастлив я как-нибудь.
***
Разум звука не знает привычки
Выше музыкой душ этажи.
Меня блюз разберёт на частички,
Чтобы каждой частичкою жить.

Буду сладостно в звуки рассыпан,
Не пророк и ни в чём не умён.
Пахнет грусть, как цветущая липа,
Сквозь тоску бесконечных времён.

Каждый звук для души словно запах,
Словно гордая аура роз.
Снова жизни мгновенье внезапно,
И реальность игрушкою грёз.

Нет у музыки ровного края,
Нет у музыки твёрдого дна.
Только музыка жизнью играет,
Без неё неподвижна она.
***
У нас длинней закаты, разве юг
Вмещает столько церемоний лета?
У нас под вечер бесконечней мысль…

На юге день горячий, как утюг –
У нас же, можно затеряться где-то,
И ощутить прохлады компромисс.

А если чуть меняется погода,
И в воздухе пронзительны стрижи,
То значит, будет больше кислорода,
А в нём свободней летние бомжи.
***
Хоть взять, для примера, меня:
За мною лишь пыль от шагов…
Напрасная внутренность дум

Чем может продлиться, маня
Друзей за собой и врагов?
Кому, в круговерти миров
Сказать: « Подождите, иду…».
***
Жизнь пуста без мечты искушений,
Где избыток беспомощных чувств.
Время – самый единственный гений,
Простаком притворившийся чуть.

Миг волнует цветением сада,
Но всему наступает черёд:
Жизнь покажет, как делать не надо,
Сразу, как искушенье пройдёт.
***
Листопад. Плавно лес переходит
На расстеленный внутренний свет.
Словно рощами лунность растёт…

Листопад– удлинитель мелодий:
Только звуков почти уже нет:
Им легко исчезать на свободе.
***
Родной переулок.
Переулок ночной медной тенью луны пропечатан,
В переулке ночном замирает растерянный миг.
Как смеялись тогда, заходя в переулок девчата!
И как долго молчал пустотой переулок без них.

Я мечту подбирал для ночных бесполезных прогулок,
Но куда бы ни шёл, всюду небо светилось не так.
Возвращался туда, где ночами мерцал переулок,
Где луна распыляла в туман бесконечный нектар.

Там видения лип распускали тяжёлые тени.
И глазами сверкал на меня наблюдающий кот.
И несла тишина осторожно невольность смятений…
Как далёк этот май, и нельзя повторить этот год.

Я вернулся назад; небосвод звёздным множеством гулок,
Те же липы стоят, даже выше их гордая тень.
И размытый луной, так же нежится мглой переулок.
Только сердце не то, и мечта затвердела в кремень.

Срезы.
***
Долго стою у двери.
Значит, там нет никого.
Годы… не то, что вчера…

Прошлое как повторить?
Мстительна эта пора.

***
Мысли равны тишине,
Если живёшь над рекой,
Там, где река не спешит.

Розе небесной – луне,
Плыть с облаками легко
В ту бесконечную ширь
Медленной мысли одной.

***
Озера утренний свет,
Тише улыбки. Просторно,
Раннее солнце влечёт.

Если чего-то и нет…
Всё, чего нет, иллюзорно,
Всё – и обманчив почёт.
***
Время томленья луны…
Фонарь на мосту одиноком
Снова напрасно горел.

Лунные тени полны,
Словно небесного сока.
Смытые звёзды в воде,
Словно сверкающий мел.
***
***
Воздуха грусть шевелит
Лёгкий листок, возлетевший
Плавно, в осеннем лесу…

У замираний земли,
Средь тишины опустевшей,
Шелест повис на весу…
***
В марте чернеют грачи…
В первом весеннем бреду
Пенные мысли поэтов…

Жизнь не имеет причин.
Сколько же прелести в этом,
В марте, куда ни приду…
***
Берег изнежен закатом…
Но по дороге домой,
Женщина в тихом окне…

Лишь проходя стороной,
Грусть ощущаешь вполне.
Словно живёшь дубликатом.
***
Неслышной бабочки полёта лепетанье;
Рассветный сад ещё в бессилье грёз,
Неопытной доверчивости ранней.
А дальше жизнь, где будет всё всерьёз.
Как было нам легко страдать когда-то!
Но истина потом тяжеловата.
***
Сентябрь.
Всё призрачней распад осенних рощ.
Всё легче шаг берёз неторопливый.
И нет блаженств милей летящих прочь,
Бескрайних звуков в шелестах ленивых.
В пяти шагах, так долго падал лист,
Оставив грусть рассеянному взору…
Как будто вдаль ушёл саксофонист,
Ещё чуть слышный, лёгкому простору.
***
Я полон внутреннего взора,
Бреду. Волнением узора,
Меня минует листопад.
Уходит время наугад.
Куда оно меня уносит.
Ещё пока всего лишь осень,
На вид похожая на сад.
Ещё мечты недоуменье
Мир размывает в силуэт…
Ещё рассеянно мгновенье,
Но дальше продолженья нет.
***
Вас времени вышьет иголка,
Хоть время – движения кровь.
И ваша печаль ненадолго,
И мало продлится любовь.

А дальше живёте успешно:
Ничто не мешает потом,
Вам двигать игральные пешки,
И в прошлое верить с трудом.

Ничто не мешает подолгу
В июле лежать на песке.
Винцо попивать втихомолку,
Иль думать в ленивой тоске.

Ничто не мешает вам даже
Влюбиться в красотку на час.
Покуда в другом экипаже,
Она не уедет от вас.

Ничто вам уже не мешает
Пустяк неудачи забыть.
Поскольку душа, утешаясь,
Потом отстаёт от судьбы.
***
Пианистке.
Рояль находит звук…. навеянная звуком,
Мысль тянется туда, где призраки любви.
Так платим вновь и вновь мы дань былым разлукам,
Мечтательную грусть в себе возобновив.

Где музыка царит, душа не знает края.
Дано ль постигнуть ей обманчивость свобод.
Но слаще было жить, ошибки повторяя:
Ошибки создают любви круговорот…

Рояль роняет звук вершинами аккорда,
И дальше манит нас от истины немой.
Как мы могли терять любовь легко и гордо?
Надеясь, может быть, любовью жить другой.

Рояль роняет звук…. И угли, догорая,
Рубинами огня в камине глубоки.
И музыка мечты, потерю повторяя,
Мелодию ведёт волнением руки.
***

Романс №11.

Тебя, теряя, гасли зеркала,
Когда ты в вальсе проплывала мимо.
И жизнь моя была и не была,
Как видимость твоя, неуловима.

Я погасал и возгорался весь,
Томясь твоим скольжением по кругу.
Но проносясь, внезапная, как весть,
Ты чувств моих раскручивала вьюгу.

Я словно находил и вновь терял
Твоих очей мерцательные взгляды.
И машинально мыслью повторял,
Одни и те же легкие наряды.

Я весь тобою грезил наяву,
И в зеркалах стекло тобой блистало.
А я опять живу и не живу.
И без тебя о жизни помню мало.

И всё, что помню, словно позабыл.
И нет меня и больше быть не может.
И за тобою, жизнь моя, как пыль.
Но эта пыль теперь ещё дороже.
***

Песня про опоздание

Ночь молилась озёрами звёздно,
Луна таяла медленней льдин.
Но сказали: любить уже поздно,
Надо было вчера приходить.

Я ещё постоял у порога:
Ещё думал, что это игра.
Но сказали, что нет больше Бога,
Надо было молиться вчера.

Правда, вдруг, оказалась капризней,
Время строже за цифрами дней.
Оказалось, что нет больше жизни,
Что манила туманом огней.

Я ещё походил по округе,
Чтоб убавить волнение сил.
Август выронил звёздные вьюги,
И надежды мои погасил.

Есть всегда в понимании польза:
Оно боль уменьшает в груди.
Раз сказали: любить уже поздно.
Надо было вчера приходить.

И куда ни приду – уже поздно:
Надо было вчера приходить
***
Вечерний обморок сирени,
Как вдох изнеженною мглой,
Когда растерянность селений
Молчанье мнит передо мной.

Когда замедленные грёзы
Моей касаются земли.
Судьбы кончаются курьёзы,
И мысли, словно корабли

Уводят в сторону, где Боги
Не проповедуют печаль.
И не подводятся итоги,
Сомненья новые влача.

Где я ещё надежде верю,
Но всё ж, надежд дороже ты.
Я в миг сиреневый растерян
От наважденья красоты.
***
(из очень раннего)
1.
А глаза твои таинства синего.
Ты мерцаньем звезды погляди.
Без тебя гаснет сад обессилено.
Что искать в нём? И что находить?

Без тебя вымирают свечения,
Затуманенных ширью морей.
Ты единственный пункт назначения
Всех, придуманных мной, кораблей.
2.
Блоку.
Моря нет. Только сводят с ума
Парусов постепенные тени.
Где-то там, лишь мгновенье, зима.
Здесь же смешаны льды и ступени.

Море ж, чтоб увлекать небеса,
И слагать корабли из простора.
И растрачивать синью глаза,
Воскресив в них величие взора.

Сколько далью пленить кораблей,
Чтоб пространство не сузилось в веке.
Чтоб душе не сомкнуться моей
На углу, где фонарь у аптеки.
***

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Ответьте на вопрос: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.