Дмитрий Санталов. Последний рейс (рассказ)

Предисловие

Среди полного вагона метро, где каждый из присутствующих прожигает большую часть своей жизни, погруженный в бесформенное размышление по пути домой, создается пейзаж зрелости и осознанности общности, у которой просто-напросто нет времени. Среди юных незрелых студентов, что занимают себя поиском новых брендов, среди офисных клерков в приталенных пиджаках и статусных туфель, среди пенсионеров, медленно погружающихся в дремы, ругалась молодая пара. На вид лет восемнадцать, парень же чуть постарше, красная куртка на девушке будто намекала о вспыльчивости ее характера и ожесточенности внутри разъяренного спора. Шум туннеля, в который зашел поезд, заглушал и так тихий голос двух влюбленных. Юность – возраст, когда чувства не дают тебе остыть и думать здраво, ощущение полной безмятежности и вдохновленности, порой, мешает не задевать чувства других и свои собственные. Ругались они громко, но громко для друг друга, остальные же пассажиры не замечали их, или же не хотели замечать.

Поезд остановился на Павелецкой, толпа сонных лиц двинулась в сторону дверей, в вагоне стало гораздо просторнее и тише. Отрезвляющая пауза помогла молодой паре немного успокоиться и прийти в себя. Весь взбудораженный, с красными щеками и намокшим правым глазом парень, девушка с разбухшими от слез веками смогли перевезти дух, чтобы вновь наброситься друг на друга. Молча, но все было понятно сразу: столкновение мнений, что превращает отношения в нескончаемый калейдоскоп ссор и битой посуды. Но разве можно отказаться от своих чувств? Можно ли себя винить за то, что любишь и обвинять того, кого боготворишь?

 

 

А познакомились мы просто. Я был юн, горяч и свеж, открыт для новых эмоций и новых свершений, что ждали меня после окончания учебы. Большая компания друзей и подруг, главный балагур и зачинщик всех приключений, что неизмеримо раскрашивали серые будни. В один день, что начинался как обычно: с утренней пробежки, свежего яблока с утра, умственный сражений с алгеброй и так далее. Хотелось бы мне так думать и в это искреннее верить, но мое утро начиналось со встречи с друзьями, несколько сигарет, рассказов о вчера и о завтра. Мы жили и прожигали то, что не могли еще постичь. Я, как обычно, пришел в школу, снял полные слякоти кроссовки, на дворе была осень, повесил куртку, задорно прихлопнув по плечу своих друзей, поднимался по лестнице на очередные сорок пять минут. На этаж стояла она. Стройная, в облегающим свитере, с темными волосами и прической под каре, подлатала ненавязчиво со своими новыми подругами. Да, может звучать как-то банально и с резким намеком на клише, но я влюбился. Не знаю почему, но то ощущение, что царило во мне, легкое покалывание в груди, вьюга в моем животе и тяжелые ноги, окрылило меня. Я незамедлительно подошел к ней, поздоровался, у нас завязался бестолковый разговор: пока она что-то рассказывала, я не слушал, а внимал ее глазам. Карим, кристально-чистым глазам, в которых я видел тот лучик, который был мне ранее не виден, тот свет, который вытянул меня из этого болота.

Спустя некоторое время, после непродолжительных бесед на переменах, я решился и сделал шаг. Прошла всего неделя с нашей первой встречи, я ничего о ней не знал, но так хотел стать с ней ближе, почувствовать ее руки у меня на плечах, прикоснуться носом кончиков ее волос, вдохнуть аромат наступающей зимы вместе с ней. После довольно глупых шуток, в столовой, где подавали очередное подобие обеда, я предложил ей погулять. Пройтись по набережной, зайти в только открывшийся парк, поболтать обо всем и не о чем. Как же я был счастлив, когда глаза ее засверкали, она нежно, но с легким волнением сказала да.

Встреча была назначена на сегодня. Пройтись от дома я решил пешком, я должен был ее встретить возле подъезда, и отвезти туда, куда мне показалось, нужным. От моего дома было двадцать минут дороги, я без остановки курил, продумывал ход беседы, думал о ее глазах и о том, как я выгляжу нелепо в этой шапке.

Гуляли мы долго. На улице стоял мороз, да и одеты были мы не по погоде, но это не мешало мне ее смешить, рассказывать небылицы и истории, о которых лучше не упоминать. Проводив ее домой, я понял, что хочу быть с этим человеком, также наслаждаться проведенным временем вместе с ней. Еще не раз мы погуляем, также замерзнем, но никогда друг другу об этом не скажем. Даже сейчас, я помню тот холод, что окутывал мои ноги, превращая их в огрубевший камень.

Все случилось в очередную прогулку. Арбат, вечер, возле вестибюля метро несколько энтузиастов собрались поиграть свою музыку. Остановившись послушать, я не успел ничего сказать, даже повернуться как сладкий вкус гигиенической помады попал на мои губы. Это был неумелый, в меру липкий поцелуй, который запомнился мне и был самым теплым и самым ярким за всю свою короткую жизнь. Я опустил глаза и увидел перед собой девочку, которая была растрогана своим же поступкам, испуганным видом, ведь она еще не знала, или не хотела знать, какие чувства зацвели во мне. Конечно же, потом последовал долгий романтический разговор по пути домой, где всю дорогу я ее целовал то в губы, то в румяные щеки, не переставал держать за руку и также ее обнимать. Я был счастлив. Я был.

 

Новая школа. Сложно вливаться в коллектив, особенно с тем скверным характером, который сопровождал меня долгие годы. Можно конечно сказать, что на все повлияла мама, с ее чрезмерно завышенной самооценкой, но мои взгляды на жизнь никак не помогали найти новых друзей. Переходила я в девятый класс, на носу экзамены, но тени прошлого не давали даже встать с улыбкой с кровати. До этого момента, пока я не переступила порог этого учреждения, мои достижения были весьма сомнительными. Несколько раз убегала из дома, за что и состояла в детской комнате милиции, множество веселых ребят, с которыми закручивались интрижки, не взирая на отношения и постоянные причинения вреда самой себе – все это была я. Руки и ноги в коротких порезах и шрамах, которые никак меня не красили, телефон полной переписок и тяжелые серые веки, которые никак не сходили. Я только закончила отношения с тем, кто сделал меня взрослой девушка. Бестактно воспользовавшись положением влюбленности и также халатно растоптав его в пух и прах. Как сейчас помню, стояла я возле кабинета, старалась притереться к новым друзьям, как вдруг из далека показалась компания парней, уверенных в себе и в своем превосходстве. Стоял смех на этаже и это невольно привлекло мое внимание. Высокий, светлый парень в темных брюках и синем поло что-то оживленно рассказывал своим друзьям, не обращая внимания на окружающих. Он будто был магнитом всех взглядов, как и моего, но вдруг подошел парень. Невысокий, с меня ростом, в коричневом свитере, грязных кроссовках. Что-то пошутил, но сказал так весело, что я невольно рассмеялась. Это был он, тот, который не раз заставит меня плакать и жалеть об этих отношениях.

Несколько встреч, несколько слов и он мне понравился. Не внешне, а как-то внутренне. В нем была теплота и харизма, который не хватало мне все эти годы. Была уверенность в нем и в ее словах и поступках, он не был самым обаятельным и смешным молодым человеком, но он был тем, кто мне нужен. Его плечо и наглое влечение к решению моих проблем помогло мне вновь почувствовать слепое чувство, что все будет хорошо.

Почти каждый день мы могли уделить время друг другу в школе, почти каждый день мы созванивались по телефону, не взирая на поздний час. Очередная прогулка, Арбат. На улице холодно, но те слова и те чувства, которые давал мне он не могли меня не согреть. Мы обсуждали мои переживания, он иногда касался моей руки или моего плеча, что как-бы придавало мне сил. Я собралась со своими силами, сделала резкий рывок к его губам и нежно их поцеловала. Его сухие и прокуренные губы никак не отреагировали. Они остались такими же бесформенными, но вмиг обрели улыбку, глаза заблестели, а внимание ко мне стало катастрофически много. Всю дорогу он меня обнимал и целовал, я всю дорогу прокручивала в голове, как же я могла так ошибиться. Не знаю, но этот поцелуй сопровождал порыв чувств, не более, он благодарил его, но не настаивал на большем. Он был очень счастлив, я была ошибочно права.

 

Эскалатор, пролеты и сам вестибюль прошел в шумном молчании. Всех разбирали чувства, но никто не мог с точностью сказать, взаимные ли они. Кого-то посетило чувство горести и отчаяния, с полным трепетом огорчения за все произнесенные вслух фразы, кого-то чувства прощения, но то же время собственной клетки, которая давно уже потеряла свою значимость. Они лишь разглядывали вдоль идущих прохожих, летая в своих мыслях, теряясь в своих поступках.

На улице было пасмурно. Легкий дождь сопровождался сильным и знойным ветром, что не отпускал до самого автобуса. На остановке толпились люди, одна серая масса, пар возвышался над нею, казалось, что еще шаг и погрязнешь в ней.

Время шло, молчание сгущалось. Резкий шаг одного из партнеров вызвал негодование второго. Вопрос «Что?» с дерзким ответом прервал это молчание. Они снова ссорились, будто испарялись в пучине, и не было блеклых зрителей, не было и их самих. Были только искры, пламени, что давно потухло, но оживлялось резким запахом гари.

Он хватал ее за руку, что ускользала вновь и вновь, старался прижать ее к себе, но он никак не мог к ней подобраться, в беспомощных попытках бился за ее внимание, но все было тщетно. Автобус подошел, толпа съела двух обывателей и погрузилась в бесформенный путь по своим остановкам.

 

Не знаю, когда стали закрадываться наши проблемы. Нет, не банальные ссоры, настоящие беды, ураган, что сносил наши построенные укрепления. Думаю, что предпосылки были: со временем, я стал замечать ее ограниченность. Нет, умом она не была обделена, но стереотипами и течением времени была окутана целиком и полностью. Каждый день я раздражался, высказывал свое недовольство. Я злился, переходил на откровенную грубость, но как всплеск эмоций тух, также оживленно извинялся.

После нескольких месяцев отношений, разговоры будто закончились. Появились лишь претензии и от бывалой страсти осталось лишь блеклое воспоминания. Шутки стали короче, ночи длиннее, а беседы сводились к обсуждению мирных, а иногда не очень, проблем. Порой, возмущений было так много, что казалось будто передо мной не тот лучик, которого я повстречал, а лишь свет прохожего фонаря. Конечно, многие психологи на различных форумах утверждают, что этот этап отношений нужно пройти, но мы его прошли, а не решили.

Отношения между нами стали гораздо ближе. Я знал пароль от ее всех соц. сетей, знал ее родителей, пусть и не близко, дарил подарки. В конце концов, в туалет мы стали ходить с открытой дверью. Чувство такой близости, безусловно связывало меня, не хотело отпускать, и я стал мириться с тем, что есть. Человека не переделать, но нельзя давать ему залезать на шею и вытирать об тебя ноги, но это, как мне казалось, был лишь этап нашей жизни и наших, еще не подозревавших о болезни, отношений.

Она мне изменила. Помню тот день: мы готовились к последнему звонку, было много смеха, различных костюмов, запах табака из гримерки разносился по всему актовому залу и было предвкушение лета, скоротечных экзаменов и горы новых эмоций. Как жаль, что они начались так быстро.

Звонок. Я поцеловалось с другим. Пустота внутри и потеря. Утрата той святой и наивной первой любви, веры в нее. Слепое прозрение, но себя не переделаешь. Она была для меня той же запутанной девочкой, что пряталась в тени своих комплексов и сомнений. Я простил, конечно простил. Но чувство незащищенности, чувство сломленной крепости, которая защищала мои чувства к ней и боязнь за нее – стали неотъемлемым спутником. Это повторилось еще несколько раз.

 

Проблемы всегда забавляли меня. Иногда их странность и неожиданное появление даже встряхивали наши чувства. Я всегда была довольна примирению, а во время ссор была возможность все обдумать и взвесить. Но не было ни одной причины, по которой не нашлось бы претензий.

С каждым месяцем, с каждым днем мое отношение к нему портилось и изменялось, дошло до такого, что я перестала отвечать на его звонки, просила не провожать меня до дома, просила не напоминать о себе. Как бы забавно это не выглядело, но я удаляла с ним фотографии, потом вновь добавляла, и так повторялось из раза в раз. Любовь – симпатия к недостаткам, но моя жизнь и так полна их. Я старалась сделать идеал, но его голос лишь портил ту симфонию, которую я создавала, его движения – тот танец, казалось все, что могло быть испорчено – было сломано им.

Секс. Мне было пятнадцать. Я была юна, не могла сдерживать слез после первого раза. Потом страсть и похоть забрали меня. Каждый день, когда мы виделись поцелуи превращались в прелюдию, руки были далеко не на талии. Думаю, это стало отправной точкой невозврата. Пока нас не связывали близкие узы, такие интимные и такие крепкие друг другу, у нас была возможность разойтись. Без боли и презрения, но мы могли делать друг другу приятно и это было нашей дозой, нашим витамином и прививкой. Те нежные часы, проведенные с ним в постели, заставляли забыть о проблемах и жить дальше. Его голос становился нежным, а руки жилистыми и сильными, я летала в облаках, а он меня в них превозносил.

Проходило время, проходили дни, что-то новое стало обычным. Было приятно, нежно, чувственно, но как все заканчивалось я снова и снова меняла его, делала старше, умнее, но он упорно этого не хотел. Вся его жизнь – летать в собственных мыслях, сражаться с собственными демонами. Я устала мириться с этим, начала от него отдаляться. Нашла новых подруг, начала заниматься в модельной школе, получила диплом об окончании художественной школы. Я смотрела на него свысока, не желая подать руку.

 

 

Дорога длинная. Здесь нечего добавить.

 

 

Друзей у меня осталось немного. Выбор между ней и моими друзьями пал на нее. Я сделал все, что мог, чтобы усидеть на двух стульях, но моих усилий было недостаточно. Когда ты откровенно теряешь связь с теми, с кем был так долго, то стараешься заполнить пробелы. Мы стали видеться каждый день, я стал оставаться у нее на ночь, а летом практически жил вместе с ней. Мы гуляли по центру, ходили в хорошие рестораны, я работал, она занималась домашними делами. Все было хорошо, но тянуло меня куда-то дальше. В те шумные компании, пьяные гулянки, что заканчивались под утро, веселые истории о вчерашнем провале, радостный наигранный визг моих друзей. Тоска – вот что сопровождало меня все лето. Я мечтал хоть раз неожиданно окунуться с головой туда, где я когда-то был, не ограничивать себя ни в чем и быть свободным человеком. Свободным от тех трудностей, переживаний – обыкновенным лодырем с большим рвением доказать этому миру, что я чего-то стою.

Пару звонков, несколько болтливых встреч. Я вновь стал курить, в этот раз гораздо больше, пропадать с друзьями. Я вернулся в ту обойму, но из той похоже выпал. Я не стал искать в себе виноватого, я не искал и в ней. Я просто был рад, что в моей жизни вернулась легкая отдушина, вернулись друзья. Не было никаких сложностей поговорить с ними и раньше, но сделать шаг навстречу – значит отдать то, к чему ты шел до этого.

Последующие полгода или год были серыми и тухлыми. Не было чувств, не было и ссор. Были крики, слезы, скандалы, но не ссоры. Я ждал чего-то нового, но не хотел его допускать к себе. Отношения были, но разве что деловые. Я был полностью убит.

 

 

Они вышли возле дома, даже не ругаясь. Они были поглощены тем звонким шумом, что зовется обидой. Не было ни слов. Ни криков. Была лишь безмятежная пустота. Молчаливым маршем проводив ее до подъезда, он отправился в сторону дома. Она же зашла в квартиру, скинула свое пальто, прошла в кухню и стала пить чай. Листала соц. Сети, переписывалась с подругами, приглядывала новые платья. Он просто шел молча, включив свою любимую музыку по громче, улыбался в витрины.

Они оба легли спать поздно. Кто-то читал книгу, кто-то провел вечер за компьютером. Смотря в экран телефона, они ждали от друг друга сообщений, но только ждали.

Прошло время. Несколько дней или чуть больше. Никто до сих пор не напомнил о себе и, как пыль на полке, тоска наполняла их, груз упущенных возможностей и ошибок, что не могли они оба признать. Шло время, каждый занимался все тем же, но не так как раньше. История закончилась, жарко начавшись и так же ярко потухнув. Каждый сделал свои выводы и каждый остался при своем. С любовью и печалью, с горьким смехом и яркими слезами. Одно есть важно: никогда не жалеть о том, что ты совершил, ведь если ты был счастлив, то последствия не так важны. Будь честен перед собой, перед другими и тогда каждый день будет наполнен смыслом.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ответьте на вопрос: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.