Любивое Ршумович. Только алы не хватало (цикл стихотворений)

перевод с сербского Никиты Никитина

НИ ГРОША

 

Мир сошел с ума:

короли, королевны

грошика, гроша

не подадут нам бедным,

чудовищам, страшилам,

страшно уныло!

 

Еще немного

И мы уходим!

 

 

ЕСЛИ ВИДИТЕ…

 

Если видите как аждая[1] сидит в траве

Размышляя

Знайте в это самое время она

Тихонько плачет

Читайте журнал «Новая Литература»

 

КАК ЖЕ МНЕ Б

КАК ЖЕ МНЕ БО

КАК ЖЕ МНЕ БОЛЬНО

 

ПОЧЕМУ МЕНЯ ЛЮДИ Н

ПОЧЕМУ МЕНЯ ЛЮДИ НЕ

ПОЧЕМУ МЕНЯ ЛЮДИ НЕНАВИДЯТ

 

 

ЧТО ЕСТ МАЛЕНЬКАЯ АЛА

 

Маленькая ала[2] может слопать

Пол-Белграда и не лопнуть.

 

По дороге в школу может ала

С голодухи тяпнуть пол-вокзала.

 

Если не дадут ей полдник,

Грустно будет жителям Вьетконга.

 

Achtung! Срочно приготовьте тортик

Или попрощайтесь с южным тропиком.

 

Крошка ала в юбке в складочку

Вон как уплетает остров Мальточку.

 

И вообще…  дети ала-мафии

Просто обожа, просто обожают географию.

 

 

ПОЧЕМУ АЖДАЯ ПЛАЧЕТ

 

Аждая плачет горько

Обижают ее аждайчонка

 

Злые люди «урод» кричат

Маме больно, пускай

 

Он такой неказистый

У мамы он самый красивый.

 

Идиллия

 

Видел я, как у реки

Водит алу на цепи

 

Старая старушка, а цепь звенит,

Ала неуклюжая мельтешит.

 

Вот еще немного и зарычит,

Вот еще немного: она скулит.

 

Старая старушка ее вкусы знает,

Она ей охапкой королей бросает.

 

 

Матери из Ливна понять не могли

 

Матери из Ливна[3] понять не могли,

Как им с непослушными быть детьми.

 

Школа их шокирует: ой-ой-ой,

Там их дети курят, пьют алкоголь.

 

А кино и вовсе – тушите свет:

Там любовь и деньги, и все не то!

 

Во дворах на лавочках дураки,

А у вас еще не деланы уроки.

 

Наконец, мамаши попили чай,

Чтобы всем заботам сказать «прощай».

 

И пошли искать поалее алу,

Пусть бы всех детей переглотала.

 

 

ЗМЕЙ ЖАЛУЕТСЯ

Много повидал я на своем веку:

И топор, и плаху, и кабалу.

 

Стоит только царскую тяпнуть дочь,

Все кричат: «Зверюга, эй, лапы прочь».

 

Милая дракониха Тереза

 

Милая дракониха Тереза

Поймала как-то парочку принцесс.

Надела фартучек, он весь в дракончиках,

Испекла себе принцесс-пончиков!

 

 

Была весна

 

Была весна, шел месяц май,

Листочки будто бы фисташки,

Несчастный змей не знал, куда

Девать себя из этой сказки.

 

Понурив голову, хвост влача,

Он брел по городу, по Белграду,

Он был похож на светлячка,

Которому погасили лампу:

 

Пил лимонады без сахара,

Мучил себя до последней капли,

Был он тогда, как три дня дождя,

Плакал, и слезы капали.

 

Дни утекали рекою прочь,

Ножницами он объявления все

Вырезал из журналов, но помочь

Не смогли ему объявления те.

 

Отовсюду гнали его взашей

Будто бы не змей он, а черт-те что

Все-таки пришел настоящий день:

Змей теперь у нас шофер!

 

И опять весна! Середина мая!

В веточках всякое чудится…

Змей себе сидит за рулем LAYLAND-a

Позади Белград, впереди Шумице[4]!

 

В сумерках вернется змей в депо

Звезды ему скажут: «Вот так да!

Ты сегодня просто дракон

По сравнению с тобой вчера»

 

 

ОДНАЖДЫ ОСЕНЬЮ

 

Вот что случилось однажды осенью:

В Среме[5] было время снимать урожай,

От жита уже гнулся колос –

Работы непочатый край.

 

Но в Среме было время лени,

Всем бы только петь да плясать.

Старикам – качаться на качелях,

Молодым – качели качать.

 

Заржавели сремские серпы

Замолчали сремские комбайны.

Притупилась косы, гуляют сербы,

Пьют и веселятся на свадьбах.

 

Спрашивают сремцы: «Что ж нам делать?

Мы же все умрем от голода!»

Спрашивают сремцы, но что-то делать,

Никому не приходит в голову!

 

Вдруг над городом змей навис,

Как гром среди ясного неба,

Грохнул: буду работать, только вид

На жительство выдайте мне немедленно.

 

Радость просыпалась словно град,

Город ликовал, на руках носил

Змея, как освобожденный Белград –

Красноармейца.

 

На себе рубаху разорвал он

И косил, косил, не зная меры.

Серп сиял, как зарево пожара,

Змей косил, косил, пока не умер.

 

Нет теперь печальнее сремчанцев,

Во всем мире нет таких несчастных.

Доктор бормотал: «Это от счастья,

Что он стал сремчанцем, сердце разорвалось».

 

Слишком плохо долго не бывает,

Имя змея гордо нынче носит.

Фабрика машин сельскохозяйственных…

В Среме уж серпом никто не косит.

 

 

АЖДАЯ НА ПАРАДЕ

 

Первого мая

Приехала в Белград аждая.

Откуда? Не знаю,

 

Она не сказала.

Наверное, стеснялась.

 

По городу шатаясь,

Примазалась к параду.

 

Музыка играла,

Она маршировала

 

И паром слов

Встретила послов.

 

 

Вампигры

 

Владимиру Андричу

 

Ночи напролет: полукруглые сутки

Вампиры играют в жмурки.

 

Падает с крыш, бьется черепица,

Вы думали, это птицы?

 

Нужно быть вампирам на чеку,

Чтобы не услышать кукареку.

 

Раз на рассвете во́де

Забыли сказать, что пора делать ноги.

 

Во́да по-прежнему водил,

Но никого не находил.

 

Пришел всех святых канун,

Но во́да как в воду канул.

 

 

КОГДА АЖДАЯ БОЛЬНА

 

Когда аждая больна,

Будет охать и ахать!

В Врницкую баню ее послать

Или послать на плаху

 

 

ВОСПОМИНАНИЕ ОБ АЖДАЕ

 

Была она классная,

Но в целом ужасная.

 

Только выйдет из дома,

Горе слопает город.

 

Стоит ей только выпить…

Лучше бы вам не видеть…

 

Любая безделица, любая мелочь

Была поводом, чтобы съесть меня.

 

Милая, милая гостья

Родом из братской Боснии,

 

Милая, милая аждая,

Вы хотели замуж за меня.

 

Только я не хотел жениться,

Мне бы сперва влюбиться.

 

 

Баба Рога

 

Есть одна пещера забытая Богом.

Кто же там живет? Баба Рога[6].

 

Ну, а я сам, вы, наверное, поняли,

Необыкновенно храбрый ребенок.

 

Вот я и решил как-то раз, ее сердце

В пятки отправить: на юга погреться.

 

Но сколько бы я не кричал: «Выходи»,

В темноте не видно ни зги.

 

Я ей лимон и манную кашу –

Баба Рога носа не кажет.

 

Есть она или ее нет?

Все равно! Я тут самый смелый!

 

 

СТРАШИЛЫ

 

Двум страшилам страшно ужасным

И в этой степени даже прекрасным

Встретиться (надо же!) дал Бог

На улице Браће Фогл.

 

Все пошло против масла,

Страшил влюбился ужасно,

Страшила отстать не хотела

И скромно в землю глядела.

 

Вскоре обоих уши

Хотелось мне рвать и кушать

Как же все-таки странно,

Что все таки так бывает!

 

 

АЖДАЯ – СЫНУ

 

Аждая говорит сыну:

Наказание ты мое милое,

 

Что же с тобою будет,

Как только ты выйдешь в люди?

 

Меня ты совсем забудешь,

Кто тебя приголубит?

 

Вырастешь вдруг в большое

Чудовище злое-презлое.

 

Станешь глотать детей

И урожай с полей.

 

А бедная мама твоя

Всю твою жизнь твоя.

 

 

КОНЕЦ ОДНОГО ДРАКОНА

 

Одному дракону жить надое

Жизнь его была так себе.

 

Одиноко коротал свой век

Он на берегу рек.

 

Как-то раз прекрасным утром летним дне

Он решил оставить это бытие.

 

И прибрежную скалу прогло

Он отправился в круиз на дно.

 

Где как раз снимали фильм о дне

Одного дракона и его…

 

The end

 

 

 

[1] В фольклоре южных славян змееподобный дракон с несколькими головами, обитающий в озерах и глубоких водах.

[2] В болгарской, македонской и сербской мифологии, дракон или змей.

[3] Ливно – город на западе Боснии и Герцеговины.

[4] Пригород Белграда.

[5] Срем — плодородный участок Среднедунайской низменности между реками Дунай и Сава, лежащий частью в Хорватии, а большей частью — в Сербии.

[6] Злая волшебница в южнославянском фольклоре.

Биографии исторических знаменитостей и наших влиятельных современников

Один комментарий к “Любивое Ршумович. Только алы не хватало (цикл стихотворений)

  1. admin Автор записи

    Что такое? Почему детские стихи именитого автора такие неказистые? Мне в детстве читали Чуковского и Маршака, Маяковского и Заходера – там всё складно было. Я нашёл и внимательно вслушался в оригинал, как он звучит по-сербски. https://youtu.be/DqS3GHG3otI. Да, ритм и рифмы там чётче, чем в переводе. Но всё равно, поэтическая речь звучит как-то нестройно. Нет, такое не по мне.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ответьте на вопрос: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.