Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2022 г.

Ирэн Анжели. Роза от Деда Мороза (рассказ)

Ирэн Анжели. Роза от Деда Мороза (рассказ)

Ирэн Анжели. Роза от Деда Мороза (рассказ)

Глава 1

«Уже конец декабря, – подумала я. – Пора создавать новогоднее настроение!»

И, как учили на курсе по исполнению желаний, за который я отвалила ползарплаты, начала прилежно визуализировать. Вот я, вся такая белая и пушистая, в новом нежно-розовом пуховичке и бежевых ботиночках, выпархиваю из дома в зимнюю сказку. Под ногами хрустит свежий снежок; белоснежное полотно, прикрывшее все несовершенства этого мира, искрится в солнечных лучах, а на встречу идут улыбающиеся люди.

Я сильно старалась поверить в то, что нафантазировала, пока наносила сложный мейк. Раз уж мир вокруг будет столь красив, то и мне негоже отставать. Но несмотря на отчаянную веру, что моя визуализация сработает (не зря ж я столько за этот курс заплатила), шторы я на всякий случай не раздвигала. Пусть у вселенной будет побольше времени привести мир в порядок.

И вот она я, с радостной улыбкой на накрашенной мордашке, выскакиваю из парадной. И конечно, реальность, как всегда, обломала все радужные ожидания. Злобный порыв ветра швырнул в лицо пригоршню недоснега, глубокие лужи под ногами, плотоядно чавкая, похихикивали над моей светлой обувью, а спешащий на работу народ выглядел, мягко говоря, нерадостно.

Из-за угла показался мой автобус, и я что есть мочи рванула к остановке. И так уже опаздываю. Если этот упущу, то уволят меня как пить дать. Я так спешила, что не заметила приближающуюся машину. Отпрыгнула в последний момент, но та успела окатить меня водой из лужи с ног до головы.

Я в ужасе застыла, не понимая, что теперь делать, и чувствуя, как грязные потоки уносят остатки любовно нанесённого макияжа. Если вернусь домой, то на работу можно уже и не идти – всё равно выгонят за такое злостное опоздание. У нас с этим строго. Видимо, придётся тащиться в офис как есть.

Пока я размышляла, автобус благополучно уехал, а я осталась стоять вся такая расписная на остановке. К счастью, следующий прибыл довольно быстро. Я даже инеем покрыться не успела. Ввинтившись в тёплое нутро салона, я замерла, плотно зажатая со всех сторон другими бедолагами, спешащими на службу. Теперь у меня есть законные полчаса, чтобы, стоя как лошадь, доспать.

С трудом расслышав сквозь сон, как водитель объявляет Площадь Конституции, стала пробивать себе путь к выходу. Автобус, слегка пожевав, выплюнул меня на остановку, и я засеменила к роскошному небоскрёбу, где мне выпала честь работать.

Охранники на входе посмотрели неодобрительно, но мне было не до них. Я во весь опор мчалась к лифту. Заскочив туда, перевела дух. Но рано, как оказалось.

– Доброе утро, Снежаночка! – раздалось сзади.

Я оглянулась. Вот блин! Три кумушки из отдела кадров разглядывали меня во все глаза. Ну надо же было именно сегодня столкнуться с самыми отъявленными сплетницами нашего офиса. Теперь все три этажа нашей конторы будут обсуждать, в каком виде я заявилась на работу.

Когда я подумала, что это самое страшное, что могло сегодня произойти, вселенная в очередной раз поржала надо мной. В лифт зашёл Паша. Стройный блондин с чуть вьющимися волосами и с голубыми, почти прозрачными глазами, от которого я сходила с ума весь последний месяц.

Паша работал в компьютерном отделе и пришёл мне на помощь, когда мой комп внезапно завис и наотрез отказался общаться со мной. С тех пор техника стала регулярно подводить меня. Паша исправно приходил, всё исправлял и удивлялся, как это я умудряюсь всё время что-то сломать. Знал бы он, каких усилий мне это стоило. Как оказалось, довести до ручки компьютер не так уж и просто. Эта мерзкая груда метала, словно издеваясь, покорно сносила все мои тычки и удары. А мне ещё каждый раз приходилось придумывать новый способ вывести его из строя, чтобы не вызвать подозрений.

Паша, сдаётся мне, так ничего и не понял. Молча чинил сотворённые мною поломки, смущённо улыбался и рассказывал, как не стоит себя вести с компом, словно тот был живым организмом. В эти наши вынужденные встречи парень больше внимания уделял пациенту, чем мне. И я даже не могла понять, нравлюсь я ему или нет.

И теперь этот прекрасный Пашенька видит меня в таком затрапезном виде. Ну, зашибись!

Я постаралась взять себя в руки и старательно улыбнулась красавчику-сисадмину, кокетливо отбросив волосы назад. Кто-то из отдела кадров с задних рядов недовольно хрюкнул, видимо, получив моими мокрыми волосами по физиономии. Паша ошарашенно посмотрел на меня и забился в угол лифта.

Я вздохнула. Похоже, месяц ритуальных танцев вокруг компьютерщика оказался перечёркнут этим утром. Уж если день не задался, то и неприятности будут множиться, как мухи вокруг варенья или чего-то менее аппетитного.

Двери лифта начали медленно смыкаться, но в последний момент в щель просунулась холёная рука с кожаным портфелем. Я похолодела. Эту руку нельзя было не узнать: от неё веяло властью и большими деньгами. Вместе с Владиславом Алексеевичем, управляющим банком, в котором я работала, в лифт вплыл и его греховный аромат. Каждый раз, когда мне доводилось вдыхать его парфюм с нотками ладана, пачули, кедра и чего-то ещё такого же святого и грешного одновременно, волна вожделения накрывала меня с головой. Мне стоило большого труда выгнать из головы все эротические фантазии с его участием, которые мигом наводняли мои мысли. О таком, как он, лучше не мечтать. Таких разбирают ещё щенками, и золотое кольцо на его безымянном пальце однозначно это подтверждало. Да и не посмотрит никогда такой небожитель на простую девчонку типа меня. Мы же не в сказке «Золушка», в конце концов.

Глава 2

– Опаздываем? – он обвёл взглядом вмиг притихший лифт.

Владиславу Алексеевичу не нужно было даже повышать голос. Один его укоряющий взгляд довёл до сердечного приступа всех присутствующих, хоть некоторые и не работали в нашем банке.

Ох, лучше б он на меня не смотрел. Теперь вот точно уволит. Я тут без году неделя, а уже опаздываю. Да ещё и видок у меня не для слабонервных.

Осторожно заглянув за плечо управляющего, я пыталась рассмотреть себя в зеркальных дверях лифта. Тушь, как я и предполагала, благополучно сползла на щёки, превращая меня в гибрид панды и Мэрилина Мэнсона. А мои светлые волосы, затонированные водицей из лужи, приобрели «очаровательный» оттенок «дохлая мышь». Придя в ужас от увиденного, я решила, что надо срочно исправлять ситуацию.

– Разрешите! – я сунулась поближе к зеркалу, слегка потеснив руководство.

Руководство при этом посмотрело на меня с удивлением, как будто дохлая мышь внезапно ожила, да ещё и осмелилась что-то пропищать. Но от зеркала наш небожитель всё же отодвинулся, давая мне место. Придвинувшись, я попробовала пальцами оттереть следы туши, но стало только хуже.

– Возьмите.

Я чуть не подпрыгнула от неожиданности. Владислав Алексеевич протягивал мне свой носовой платок. К чему бы это? Хотя понятно – не хочет, чтобы я своим неподобающим видом портила репутацию банка.

Осторожно взяв протянутый платок, я зависла, разглядывая это чудо. Нежнейшая ткань настолько тонкая, что почти прозрачная. Вероятно, батист? А в уголке вышиты инициалы В. А. Серьёзно? Кто сейчас вообще пользуется такими платками, да ещё и с вензелем? Как будто я в исторический сериал попала.

Портить столь красивую вещь было неловко, но выбора у меня не оставалось, потому я, поплевав на изысканную ткань, принялась оттирать утренний конфуз с физиономии. Закончив, протянула платок обратно его обладателю. Тот, взглянув на чёрные разводы на некогда белоснежной ткани, вежливо отказался:

– Можете оставить себе.

«Надо же, цаца какая», – подумала я.

Тут и лифт вознёс нас на нужный тридцать восьмой этаж, и я вместе с другим офисным планктоном вывалилась из кабины. Руководство обитало выше.

Светка, подруга по офису, перехватила меня уже на подступах к рабочему месту.

– Что это с тобой? – она с ужасом взирала на мою причёску, если, конечно, можно так назвать грязную подливку, зафиксировавшуюся на моих волосах.

– Машина окатила, – вздохнула я.

– Это к счастью, – тут же отозвалась Светка, для которой всё происходящее неминуемо вело к счастью. – Но последствия нужно срочно ликвидировать.

– И как я, по-твоему, смогу это сделать в офисе? – скептически прищурилась я на неё.

– Идём! – Крепко схватив за руку, подруга потащила меня в туалет и с разгона затолкала мою голову под кран.

– Что ты творишь! – попробовала вырваться я, но было уже поздно – Светка азартно намыливала мои волосы жидким мылом.

Стоя в позе «зю» и терпеливо ожидая окончания экзекуции, я с тоской думала, во что сейчас превратятся мои избалованные волосики без нормального шампуня и кондиционера.

Наконец подруга закончила издеваться над моей головой и принялась отжимать волосы.

– И как я теперь высушусь? – поинтересовалась я. – Тут не то что фена, даже полотенца нет.

– Зато есть сушилка, – азартно поведала Светка, подтаскивая меня к неистово гудящей штуковине.

– Снеж, где ты ходишь? Там тебя начальство вызывает! – в дамскую комнату ворвалась Татьяна.

– Подождёт Михалыч, – отмахнулась от неё Светка, продолжая запихивать меня под орущую сушилку.

Михалыч – это наш непосредственный начальник. Андрей Михалычу ещё и сорока не было, но выглядел он при этом так себе. Пивной животик уже невозможно было спрятать под одеждой, поредевшие волосики смешно разложены, чтобы прикрыть наметившуюся плешку, а от природы маленькие глазки по понедельникам и вовсе исчезали после хорошо проведённых выходных.

Сначала Михалыч показался мне вполне приличным мужиком, но потом… Потом, позвав к себе в кабинет, он подсел рядом, и его рука как бы невзначай легла на мою коленку. Мне стало противно и немного обидно. Почему такой, как он, решил, что я отвечу ему взаимностью? Неужели я настолько фигово выгляжу?

Руку я убрала и сразу отсела подальше. Начальник намёк, вроде, понял. Больше не приставал. Вот только с той поры мои рабочие задачи увеличились ровно вдвое, и я решительно перестала вписываться в график, хоть и оставалась допоздна в офисе.

– Да не Михалыч. Её на самый верх зовут, – перепуганная Танька, округлив глаза, ткнула пальцем в потолок. – Что ты натворила?

«Легче сказать, чего я не натворила. Отчёт ещё не сдала, опоздала, пришла в непотребном виде, испортила чудо-платок руководства и так далее, – с тоской пронеслось в моей голове. – Уволят теперь как пить дать».

На негнущихся ногах я доползла до лифта и нажала на кнопку с номером сорок. Вроде бы нас разделяет всего-то два этажа, но, когда двери распахнулись, я поняла, что попала совсем в другой мир.

Если на нашем нижнем уровне всегда стоял гвалт, кто-то куда-то бежал, то здесь, у небожителей, царили спокойствие и умиротворение, как в дорогих отелях. Откуда-то с потолка лилась тихая музыка, сплетаясь с журчанием фонтана, чьи тонкие серебристые струи то взмывали вверх, то распадались на мириады сверкающих капелек. Вокруг не было ни души, только девушка на ресепшн, словно сошедшая с обложки модного журнала, приветливо улыбалась мне.

– Вы к кому? – её нежный голосок прозвучал как музыка.

Я понятия не имела, к кому пришла, потому замешкалась с ответом.

– Вы Морозова? – догадалась нимфа.

Я радостно закивала.

– Пойдёмте, я вас провожу.

По дороге я, как завороженная, осматривала роскошные интерьеры и даже не успела спросить, к кому, собственно, меня ведут на заклание. Перед нами оказались массивные двустворчатые двери. Таблички не было, но один только вид этих дверей привёл меня в смятение. В ещё большее волнение я пришла, когда створки, словно по волшебству, стали отворяться. Девушка с ресепшн ободряюще мне кивнула, и я смело, ну или не совсем, шагнула внутрь.

Двери за мной закрылись, отрезая путь к бегству. А сбежать сразу захотелось. Кабинет подавлял своими гигантскими размерами. Две стеклянные стены открывали потрясающий вид на город с сорокового этажа. Прямо от двери начинался стол для переговоров, который тянулся через всё помещение. В конце его в крутящемся кресле сидел человек. Он отвернулся к окну и говорил по телефону. Я не могла разобрать, кто он, и это меня нервировало. Тут мой нос уловил знакомые волнующие нотки. Тот самый аромат, который завёл меня сегодня утром. Не может быть! Я в кабинете управляющего! Ну, всё. Мне хана!

Глава 3

– Никак сама боярыня Морозова пожаловала? – Владислав Алексеевич наконец закончил разговор и повернулся ко мне.

Меня передёрнуло. После того, как мы с классом во время поездки в Москву побывали в Третьяковке, эта кличка приклеилась ко мне намертво, что дико меня бесило всю школу. Я никак не могла взять в толк, чем напоминаю ту ужасную старуху с картины Сурикова. Это потом я узнала, что боярыне Морозовой было всего сорок два.

– Я не похожа на неё! И попрошу меня так не называть!

Мне б промолчать. Явно не в моём положении перечить начальству, но сдержаться я не смогла.

– Ну, почему же? Мне кажется, очень даже похожи, – усмехнулся наш управляющий.

Я уже хотела было возмутиться, но он продолжил:

– Боярыню Морозову казнили из-за конфликта с царём. Та ещё бунтарка была.

– Собираетесь меня тоже в яму бросить и голодом заморить?

«Ох! Пора заткнуться. Сейчас уволит к чертям, а там и голодная смерть не за горами».

– Вообще-то, я не собирался действовать так кардинально, но если вы настаиваете, то могу и этот вариант рассмотреть.

Владислав Алексеевич встал и пошёл вдоль своего длинного стола по направлению ко мне. Я испуганно вжала голову в плечи, ожидая скорой расправы. Но управляющий лишь обошёл меня, разглядывая с интересом.

– А это что? – вдруг спросил он, уставившись на пол.

Я проследила за его взглядом и увидела лужицу у своих ног.

– У вас что, волосы мокрые? – удивился он.

– Ну, да. Я их в туалете помыла, – пожала плечами я.

– Где? – поперхнулся управляющий.

– В раковине, – решила на всякий случай уточнить я.

– Может, вы хотите принять душ, или мыться в раковине – это ваша принципиальная позиция?

– Я б с удовольствием сходила в душ, да где ж его взять? – вздохнула я.

– Пойдёмте, – кивнул мне Владислав Алексеевич и открыл неприметную дверь слева.

Я с опаской заглянула туда. Оказывается, гигантский кабинет имел продолжение. За дверью простирался узкий коридор с несколькими дверями. Управляющий толкнул одну из них, и мы попали в шикарную ванную комнату. Мой сопровождающий подошёл к шкафу и, достав оттуда комплект пушистых тёмно-синих полотенец, протянул мне.

– Спасибо, – слегка офигев от происходящего, пискнула я, когда дверь за управляющим уже закрылась.

Полотенец было ровно пять. Интересно, для чего? Ну, ладно, одним голову вытираю, вторым – тело. А остальные три зачем? Загадка. Но много не мало, как говорится.

Скинув одежду, я полезла в душ перемывать голову. Выдавив на ладонь шампунь, принюхалась. Аромат, конечно, мужской, но всяко лучше жидкого мыла из дозатора в женском туалете.

Когда вылезла из душа, обнаружила в шкафу фен Dyson. Dyson, блин! Зачем он здесь и почему не у меня дома? Владислав Алексеевич навряд ли часто принимает тут душ, к тому же, что ему там феном сушить? Может, одолжить у него легендарный фен?

Хотя о чём это я? То, что управляющий сжалился и пустил меня в душ, ещё ни о чём не говорит. Может, это как последний ужин перед казнью? Хочет уволить меня на чистую голову?

Я как могла оттягивала момент, но из ванной всё же выйти пришлось. Владислав Алексеевич восседал в своём кресле, больше похожем на трон, уткнувшись в экран монитора. Моего появления он, казалось, не заметил. Я осторожно пошуршала к своему месту на другом конце стола. Офисный стул предательски скрипнул, когда я его отодвигала. Управляющий поднял голову:

– Всё в порядке?

– Да, спасибо большое.

– Кстати, как ваше имя отчество?

Я зависла. С этим у меня тоже были большие проблемы. Шеф терпеливо ждал целых полминуты.

– Мне же надо как-то к вам обращаться, раз боярыня Морозова вам не понравилась, – решил уточнить он.

Я понимала, что представиться придётся, но язык отказывался произносить собственное имя. Мне было известно, что за этим последует.

– Снежана Денисовна, – выдавила я наконец максимально тихо, уповая, что он не расслышит.

Но он расслышал.

Я видела, как он пытается погасить улыбку на своём красивом лице, но попытки провалились:

– Чуткий и умный педагог? Вам бы в школу идти работать с таким чудесным именем, – он откровенно ржал уже не в силах сдержаться. – Мне, кажется, стоило на боярыне Морозовой остановиться.

– Зовите меня просто Снежаной, – сквозь зубы процедила я.

Тоже мне юморист нашёлся.

– Хорошо, Снежана, вы можете идти, – отсмеявшись, сообщил он мне.

– И вы меня не уволите? – вырвалось у меня от удивления.

– А что, надо? – озадачено взглянул на меня шеф. – Ах, да. Жалуются на вас, говорят, с работой не справляетесь, опаздываете. Что мне с вами делать, даже не знаю.

– Я больше так не буду, – промямлила я совсем по-детски.

– Ну, тогда идите работайте, Снежана, – усмехнулся он и, отвернувшись, опять уставился в монитор.

Я предпочла побыстрее выйти из кабинета начальства, пока опять чего не ляпнула.

Глава 4

Вернувшись на свой этаж, я сразу была атакована подругами.

– Ну, что? Кто вызывал-то? – драматическим шёпотом выспрашивала Танька.

– Сам, – вторя ей, зашептала я, закатывая глаза.

– Управляющий? Уволил? – ахнула Светка.

– Не уволил. В душ пустил.

Девчонки примолкли. В их округлившихся глазах замелькал миллион вопросов.

– Остальное потом! – решительно пресекла я готовящийся излиться поток расспросов. – Сейчас мне надо поработать, а то точно уволят.

Под удивлёнными взглядами ещё не пришедших в себя девочек я направилась к своему рабочему закутку, по дороге прихватив кофе. В моих планах действительно было раскидать все накопившиеся задания, чтобы не бесить руководство. Но, стоило только включить компьютер и сделать первый обжигающий глоток кофе, как раздался грозный окрик:

– Морозова!

Это было так неожиданно, что я сильно дёрнулась. Кофе пролился прямо на клавиатуру.

«Чёрт!»

Я бросилась спасать технику, но тут раздался ещё один крик:

– Морозова! Срочно ко мне в кабинет!

Я снова вздрогнула. Интонация, с которой была произнесена эта фраза, не оставляла сомнений – сейчас меня будут пороть. Бросив всё, я, как отъявленная мазохистка, поспешила на зов.

Михалыч, пропустив меня в свою нору, запер дверь за моей спиной. Это мне страшно не понравилось, но деваться всё равно было некуда. Его тесный кабинет смотрелся как уменьшенная раз в десять копия офиса управляющего. Стол для переговоров тут тоже имелся, вот только вместить мог только шестерых. Стальной стеллаж, приткнувшийся в углу, напоминал тот, что я видела сегодня у Владислава Алексеевича, но был значительно меньшего размера. И в отличие от шкафа управляющего, заполненного аккуратно расставленными прозрачными файлами, эти полки были забиты кое как воткнутыми в хаотичном порядке старорежимными папками на завязочках. Единственным украшением данного места являлось панорамное окно, заменявшее одну из стен. Пусть и довольно узкое, оно открывало потрясающий вид на город.

Начальник отодвинул стул, приглашая меня сесть, а сам принялся кружить по кабинету. Из-за тесноты он периодически натыкался на предметы мебели, но не останавливался – нервничал.

– Ты же знаешь, Морозова, что я прекрасно к тебе отношусь? А знала бы ты, чего мне стоило сегодня отмазать тебя перед вышестоящим начальством. Ведь тебя уволить хотели, представляешь?

«Очень даже представляю. Ведь это ты настучал на меня управляющему», – злобно подумала я, удивляясь наглости Михалыча.

– Но опасность ещё не миновала. Давай сегодня вечером пойдём в кафе и обсудим стратегию наших дальнейших действий?

«Ах вот ты к чему клонишь, похотливый павиан! Фиг тебе, а не кафе!» – разозлилась я.

– Простите, Андрей Михайлович, но сегодня я не смогу пойти с вами. Так много работы, придётся задержаться допоздна.

– Пожалуй, я слишком много на тебя навалил, можешь завтра часть доделать, не страшно.

– Ох, нет, что вы! Я всё это заслужила. Позвольте я пойду выполнять свои должностные обязанности?

И прежде, чем Михалыч успел опомниться, я подскочила к двери, открыла её и вылетела из его каморки.

Радостно добежала до своего места, плюхнулась в кресло и только хотела приступить, наконец, к работе, но не тут-то было. Кофе за время моего отсутствия сделал своё чёрное дело. Компьютер теперь отказывался со мной разговаривать. Пришлось звонить Пашеньке. Его я, естественно, всегда рада видеть. Сегодня даже повод выдумывать не пришлось. Вот только он точно не будет рад тому, как я обращаюсь с офисной техникой.

И действительно, появившийся Паша недовольно крутил в руках клавиатуру и ворчал:

– Как же можно было так всё залить? Небось кофе ещё и сладкий был?

– Сладкий, крепкий, горячий… Прямо как поцелуй, – кокетливо проворковала я, но Павел мой посыл не поддержал.

– Клава же такая чувствительная, зачем ты с ней так? – причитал он.

Я почувствовала лёгкий укол ревности. Вроде бы умом и понимала, что он не про девушку Клавдию сейчас говорит, но звучало настолько похоже, что я немного запуталась и слегка приревновала его к клавиатуре.

– Прости, что сегодня утром в таком виде перед тобой предстала, – постаралась я сместить фокус Пашиного внимания на себя.

– В каком виде? – непонимающе посмотрел он на меня.

«Серьёзно? Значит, что клава мокрая, он заметил, а что я – нет? Так, надо прекращать ревновать его к технике».

– В мокром! В мокром виде я была, Паша. И грязном. Хорошо хоть Владислав Алексеевич меня в душ пустил.

Пашенька пару раз моргнул, как комп при перезагрузке, и посмотрел на меня повнимательнее.

– Ты с управляющим в душ ходила?

– Не «с», а «у», – очень «понятно» уточнила я.

– Что? – ещё больше напрягся Паша.

– Я имела в виду, у него в кабинете есть душ, и он мне разрешил им воспользоваться. В смысле, душем, а не управляющим.

Кажется, теперь красавчик-компьютерщик меня ревнует. Так мне больше нравится.

Глава 5

Мне пришлось ждать, пока Паша принесёт и подключит новую клавиатуру. Старая кофейный душ не пережила.

«Больно чувствительная», – фыркнула я про себя.

После того, как Пашенька закончил колдовать над моим компом, он внезапно предложил:

– Пойдём кофе попьём? А то ты своей порцией клаву напоила.

Давно стоило его на ревность вывести. Глядишь, мы бы уже встречались вовсю, а не переглядывались до сих пор, как тинейджеры какие-то.

Радость от приглашения немного омрачили непрошенные мысли: «Уж не затем ли он позвал меня в кафе, чтобы я кофе на рабочее место не приволокла и опять не залила уже новую клавиатуру?» Но я постаралась не думать об этом. Какое-никакое, а всё же у нас свидание. Пашенька даже на пироженку расщедрился, которую я, конечно, съела, забив на диету.

После такого приятного перерыва мне всё же пришлось вернуться к работе и просидеть над ней допоздна, как я и думала. До дома добралась только к началу одиннадцатого. Поднялась на свой этаж и замерла. У моей двери, привалившись к косяку, стояла роза невероятной красоты. Да не какой-нибудь задохлик, а шикарный экземпляр. Крупный цветок насыщенного красного цвета выглядел словно бархатный. Аромат я почувствовала уже от лифта, а такой длины и вовсе никогда не видела. Слышала, конечно, что бывают двухметровые розы, но вот увидела впервые.

Я начала крутить головой, решив, что это пранк. Явно ж не мне это чудо предназначалось. Но на площадке было пусто. Тогда я решилась: бережно подхватила розу и зашла с ней в дом.

В квартире меня поджидала злая кошка. Бонита терпеть не могла, когда я задерживалась. Пришлось выслушать все кошачьи претензии и вприпрыжку нестись кормить голодное животное. Насыпав корма Боне, я поспешила заняться розой. Чтобы она дольше простояла, я подрезала, зачистила и расщепила низ. Достойного сосуда для такой красоты у меня, естественно, не нашлось, пришлось запихнуть в обычную вазу и прислонить к стеночке для равновесия. От присутствия розы комната сразу преобразилась, но радость моя была недолгой. Пока я на кухне разогревала себе ужин, вернувшаяся в комнату после перекуса кошка решила вплотную заняться новым арт-объектом. Через минуту это животное, видимо, собравшееся станцевать аргентинское танго, появилось в дверях кухни с розой в зубах. Пришлось в срочном порядке бросать недоеденную котлету, чтобы пресечь внезапный кошачий танцевальный порыв. В этой схватке хоть я и вышла победительницей, но успела получить несколько ранений как от возмущённой кошки, так и от спасаемой розы.

Пока я поднимала с пола вазу, вытирала лужу и прятала цветок в ванной от греха подальше, кошка сочла мою недоеденную котлету достойной компенсацией за отобранный трофей и приговорила её. Я обречённо решила, что это знак – надо меньше жрать, и отправилась спать.

Но сон не шёл. В голове толпились мысли. Откуда взялась эта роза? Кому предназначалась? А если мне, то кто подарил? Цветов мне тысячу лет не дарили. Бывший приволакивал дежурный веник дважды в год – на день рождения да на Восьмое марта. Собственно, это и явилось одной из причин, почему он сейчас бывший.

Итак, если допустить, что роза всё же мне, кто ж её принёс? Может, это Паша? Больше-то и некому. А если он, то что это значит? Спросить у него завтра? А вдруг не он?

«Нормальные люди записки, вообще-то, оставляют! – начала мысленно злиться я на дарителя, который своим подарком выбил меня из колеи. – А может, там была карточка, а я в ажиотаже не заметила?»

Последнее умозаключение моего вскипающего мозга подбросило меня на кровати. Надо срочно бежать, посмотреть, не завалялась ли бумажка за дверью! Сказано – сделано. Подорвавшись, я, как была, в ночнушке, бросилась на лестничную клетку искать открытку с признанием в любви.

Надеюсь, мои соседи в это время уже видели десятый сон, потому что, если б им вздумалось посмотреть в глазок, увиденное могло бы их шокировать. На нашей площадке всегда царил таинственный полумрак: баба Дуся из сороковой квартиры, опасаясь кражи, красила единственную лампочку тёмно-синей краской. В результате действий бдительной соседки свет у нас горел крайне тускло, но, главное, на лампу действительно никто не покушался.

И теперь в час ночи в этом сумраке на нашей лестничной клетке нечто в белом балахоне рыскало по углам. Это я, путаясь в подоле ночной рубашки, искала любовное послание. Письмо я так и не нашла, но пока была занята поисковыми операциями, упустила из вида свою кошку-прохиндейку. Бонита, углядев в дверной щёлке открывшиеся возможности, рванула на свободу. Я бросилась отлавливать неугомонное животное, но сделать это оказалось не так просто. Боня, решив, что середина ночи – самое время для догонялок, радостно скакала по всей лестнице, а я, тихо матерясь, гонялась за ней. Отловив, наконец, бессовестную кошку, я отправилась с ней спать.

Глава 6

Проснулась я всё с тем же вопросом в голове: кто подарил мне эту злосчастную розу? Желая как можно скорее прояснить этот момент, я собрала женсовет, как только пришла на работу. Версий, как ни странно, у моих подруг набралось много. В первую очередь, конечно, под подозрение попали все коллеги мужского пола, которые имели неосторожность хоть однажды посмотреть в мою сторону. Тщательно перемыв кости этим бедолагам, девчонки переключились на совсем уж фантастические варианты. Особенно поразила меня версия про соседа-алкоголика, которого якобы излечила моя неземная красота. А когда подруги всерьёз принялись обсуждать возможность инопланетного происхождения цветка, я поняла, что пора завязывать. При всём богатстве выбора, предложенного девчонками, я по-прежнему склонялась к первоначальной версии с Пашей. Но поинтересоваться у него так и не получилось. В очередной раз ломать компьютер я не решилась, а сам Павел ко мне не заглянул, к сожалению.

«Ну, если завтра до обеда не объявится, то придушу мышку. Жаль, конечно, безответное создание, но он сам виноват», – подумала я и начала собираться, чтобы свалить домой пораньше.

У лифта поняла, что таких же умных, как я, кто решил сократить себе рабочий день, довольно много почему-то. У выхода из офиса царила настоящая атмосфера праздника: сотрудники оживлённо переговаривались, смеялись, некоторые даже слегка пританцовывали от счастья. Казалось бы, каких-то полчаса, а для офисного планктона, просиживающего штаны ежедневно с девяти до шести, это целое событие.

Поддавшись всеобщему ажиотажу, я подумала: «А не заказать ли мне суши? Проведу прекрасный вечерок в обществе кошки, вкусняшек и сериальчика!»

С головой погрузившись в захватывающий выбор роллов, я даже не заметила, как окружающая обстановочка резко изменилась. Когда оторвалась от экрана, поняла, что народ мгновенно рассосался, и я осталась в гордом одиночестве. А подняв глаза, увидела его. Управляющий банка смотрел на меня прищурившись и слегка склонив голову набок. Так обычно смотрят на таракана, решая, сразу его прихлопнуть или поглядеть, как тот забавно мечется, пытаясь найти укрытие.

Я, собственно, и оправдала его ожидания – попробовала сбежать. Но, так как я уже зашла в лифт, и он тронулся, то я просто влетела в стеклянную дверь. Медленно повернувшись, замерла, ожидая приземления тапка на свою голову. Владислав Алексеевич ещё какое-то время молча меня порассматривал, а потом спросил:

– А что, у нас сегодня укороченный день?

Загнанная в угол, я начала быстро соображать:

– Так праздник же!

– Какой? – удивился он.

– День банковского работника, – лихо соврала я, дико гордая своей придумкой.

– Он второго декабря, – разрушил мои надежды выйти сухой из воды управляющий.

– А я ещё не успела отметить, – выдала я, изо всех сил стараясь придумать отмазку, чтобы меня не уволили.

– Тогда понятно, – протянул Владислав Алексеевич и уткнулся в телефон, явно потеряв ко мне интерес.

Теперь по выражению его лица я не могла определить, миновала ли опасность увольнения. Мы продолжали стремительно спускаться, а я всё гадала: уволит-не уволит.

Все лифты в нашем небоскрёбе были скоростными, я иногда даже губы накрасить не успевала – пока помаду в сумке найдёшь, вот тебе уже и нужный этаж. Когда на работу опаздываешь, такая скорость только плюс, но иногда хотелось, чтобы лифт ехал подольше. Как, например, недавно, когда мне довелось оказаться в кабине вместе с Дэмианом и Анитой, теми самыми, моими любимыми героями реалити-шоу «Жених». Пока я решалась заговорить с ними, мы уже и приехали. Потом из соцсетей Аниты я узнала, что они приходили в агентство «Априори», чтобы заказать организацию своей свадьбы. Поэтому у меня появилась надежда, что я смогу их увидеть вновь. (Про Дэмиана и Аниту можно почитать в моих романах «Замок страсти» и «Рубин цвета страсти», а также в бесплатном рассказе «Чем пахнут лапки Валентина?»)

Так вот, обычно мне казалось, что спуск или подъём занимает секунды. Обычно… Но не сегодня. Присутствие рядом почти идеального мужчины будоражило. Я исподтишка разглядывала его. До блеска начищенные ботинки, чёрное пальто до пола, подчёркивающее его высокий рост; элегантное кашне на шее с буквами LV. Даже я знаю, что это логотип Louis Vuitton. Безупречен во всём. А его дьявольский аромат окутывал меня и заставлял воображение рисовать разные неподобающие картинки.

– Могу я подвезти вас до дома, Снежана? – вдруг спрашивает у меня управляющий.

Мы спускаемся на парковку и идём к его машине. Интересно, что у него? Кадиллак, Майбах, Бентли? На этом мои познания элитных авто заканчиваются.

– Первый этаж. По-моему, вам стоит выйти, – возвращает меня в действительность голос Владислава Алексеевича.

«Ну, вот! А я уже почти увидела его воображаемый автомобиль», – расстроено думаю я, выходя из лифта.

– Снежана!

Я резко разворачиваюсь на его зов. Неужели и правда предложит подвезти?

– Зайдите завтра в отдел кадров.

Лифт захлопывает двери и увозит мужчину мечты в его шикарный мир, а я понимаю, что он не только не собирался меня подвозить, но всё же принял решение меня уволить.

Глава 7

Настроение праздновать резко пропало. Даже маячившие на горизонте суши ситуацию не спасали. Я уныло доплелась до дома с одним желанием: залезть под одеялко и похныкать над своей неудавшейся судьбой. Но, поднявшись на этаж, замерла как вкопанная. Не может этого быть! Я даже глаза потёрла на всякий случай. Картинка при этом не поменялась – у моей двери на сей раз стояло уже пять двухметровых роз, кокетливо перевязанных красной ленточкой. Наученная горьким опытом, я сразу же обследовала площадку на предмет записки с именем отправителя, но её опять не оказалось.

Срочно созванный следующим утром женсовет мало чем помог. Всех кандидатов, включая маргиналов и пришельцев, мы обсудили ещё вчера, а как вывести на чистую воду дарителя, так и не придумали. Поэтому после обеда я приступила к осуществлению намеченного вчера плана – заманить Пашеньку. Задача вывести из строя мышку оказалась не из лёгких. Упрямое животное никак не хотело умирать. Я уже и за хвост её дергала и, завернув в шарф, чтобы скрыть следы побоев, молотила ею об угол стола, но толку всё не было. Отчаявшись замочить несговорчивую мышь, я просто села на неё. Подо мной что-то жалобно хрустнуло, и мышка наконец перестала коннектиться с компьютером. Радость от осуществления задуманного слегка омрачали мысли, что, похоже, моей тушке пора на диету. Но думать об этом мне не хотелось, потому я поспешила сообщить Пашеньке пренеприятнейшую новость о безвременной кончине мыши и стала ждать появления спасителя компьютеров всея Руси.

К моей радости, Паша возник довольно быстро и принялся разглядывать хладный трупик грызуна.

– И как это произошло? – поинтересовался сисадмин, вертя в руках неработающий аксессуар.

– О, это просто трагическая случайность, – покладисто принялась в который раз сочинять я. – Она упала.

– Просто упала? – недоверчиво покосился на меня Павел.

Я мигом осознала, что обычное падение не привело бы к летальному исходу, и прибавила:

– Она неудачно упала.

По взгляду Паши поняла, что и этот ответ его не удовлетворил, и продолжила:

– Ударилась о стол, а потом я полезла её подбирать и случайно задела стулом.

– Стулом? – в глазах Пашеньки высветилось крайнее неодобрение по отношению к мышеубийце.

Ситуацию надо было спасать, и я прибегла к безотказному женскому оружию.

– Я так корю себя! Как могла я быть столь неаккуратной? – дрожащим голосом произнесла я, пытаясь выжать из себя слезу.

Заплакать, как на грех, не получалось, но Паше хватило и намёка на это, чтобы забеспокоиться.

– Ну, что ты, что ты? Ничего страшного. Сейчас я постараюсь её реанимировать.

Я выдохнула, а мастер склонился над неработающей приблудой. Подняв глаза, я столкнулась со взглядами моих курочек. Они пучили глаза и махали конечностями в направлении моего Паши. Я понимала, что они подгоняют меня задать ему вопрос о розах, но не была к этому готова. Потому просто отвернулась, сделав вид, что не заметила. Но девицы не успокаивались. Они переместились поближе, так, чтобы я их точно видела, и продолжили свои пасы руками. Поняв, что они не отстанут, я завела беседу с компьютерщиком.

– Паш, а что ты вчера вечером делал? – как можно более непринуждённо спросила я.

Но вопрос, видимо, всё равно оказался для парня крайне неожиданным, потому что он, выронив из рук злополучную мышку, уставился на меня, моргнув пару раз.

– Э-э-э, ну, домой поехал после работы, а что?

– Да ничего, – быстро проговорила я. – Просто подумала, что тебе в офисе так компьютеры надоедают, что дома ты к ним не подходишь, наверно?

– Нет. Почему? Тут это работа, а дома я играю на компьютере.

Я никак не могла придумать, как спросить его о розах, а девчонки за спиной Паши не переставали бесноваться. Они крутили руками перед собой, призывая меня продолжать. Причём делали они это столь усердно, что мне даже казалось, лёгкий ветерок доносится с той стороны. Видимо, и Паша что-то почувствовал, повернулся и наткнулся взглядом на эти две долбанутые ветряные мельницы. Увиденное, должно быть, не на шутку его обеспокоило, потому что, быстро собравшись, он бросил мне, что поменяет мышь на новую, и сбежал.

Для начала высказав девицам всё, что про них думала, потом я всё же поделилась открытием:

– Кажется, Пашенька не женат!

– Почему? – тут же навострила ушки Татьяна.

– Он сказал, что зависает в видеоиграх, а какая нормальная женщина такое позволит? Значит, у него ни жены, ни подружки.

– Ничего это не значит! – припечатала Света. – Никто не в силах разлучить мужика с его любимой игрушкой.

– Ну вот, – расстроилась я. – И как теперь узнать, свободен он или нет?

– Надо в отделе кадров спросить. Они-то всё обо всех знают, – посоветовала Таня.

– Отдел кадров!!! – завопила я, изрядно напугав подруг.

Как же я могла забыть? Вполне возможно, что я уже здесь не работаю, но вчера, как только я увидела розы, из моей головы мгновенно исчезло всё остальное.

– Пойду сдаваться, – объявила я опешившим подругам и, чеканя шаг, отправилась к лифту, как на эшафот.

Глава 8

Отдел кадров, как привилегированное подразделение, находился на этаж выше нашего. На дверь каким-то шутником была прилеплена бумажка с надписью: «Lasciate ogne speranza, voi ch’entrate». Я знала откуда это и что означает. «Оставь надежду всяк сюда входящий» – гласила табличка над вратами ада в «Божественной комедии» Данте. И от того, что сотрудники данного отдела не стали снимать бумажку, становилась тревожно. Преступив порог офиса эйчаров, я замерла в нерешительности. Первый и последний раз была тут почти полгода назад при приёме на работу и больше заходить сюда не планировала. Эта колыбель офисных слухов пользовалась дурной репутацией. Стоило попасть на язычок к местным кумушкам, и твой тщательно выстроенный имидж накрывался медным тазом в считаные часы.

Вспомнив всё, что мне рассказывали про это страшное место, я разнервничалась, совсем позабыв, что ко мне это больше не относится. Ведь через пять минут меня уволят, и какая уже разница, что с репутацией?

Все это вихрем пронеслось у меня в голове, пока я переминалась с ноги на ногу под пытливыми взглядами сотрудниц отдела.

– С чем пришли? – наконец первой не выдержала ближайшая ко мне полноватая тётка лет пятидесяти.

– Мне сказали к вам зайти, – промямлила я.

Сказать об увольнении язык не поворачивался, и я сделала вид, что не знаю причину визита.

– Фамилия ваша как? – поинтересовалась толстушка, хищно занеся пальцы над компьютерными клавишами.

– Морозова, – призналась я.

Жирные пальчики станцевали фокстрот на клавиатуре, и тётка уставилась в экран.

– Снежана Денисовна? – хохотнула она.

Я кивнула, тихо скрипнув зубами.

– Вам тут премию выписали, поздравляю, – вдруг заявила мне сотрудница.

– Что? – ошалело переспросила я.

– Премия вам положена! – повысив голос, повторила тётка, видимо, решив, что я глуховата.

– Вы уверены?

Она посмотрела на меня с жалостью. Из разряда глухих я плавно перекочевала в придурошные.

– В бухгалтерию за деньгами зайдите, – посоветовала она мне. – Приглашение вы уже получили?

– Какое приглашение? – рассеянно поинтересовалась я.

В моей голове всё ещё пыталась уложиться премия вместо увольнения.

– Приглашение на новогодний корпоратив, – терпеливо объяснила мне кадровичка. – Оно у вашего непосредственного начальника должно быть.

– Спасибо большое, я уточню у него.

На этой прекрасной ноте мне бы стоило ретироваться, но один вопрос не давал покоя.

– Что-то ещё? – подняла на меня глаза усталая тётка.

– А можно узнать семейное положение одного сотрудника? – приблизившись, почти шёпотом поинтересовалась я.

– Ещё чего! – гаркнула она на меня. – Мы такие сведения не даём!

Я испуганно шарахнулась к двери и хотела уже уходить, когда вслед мне раздалось:

– Разводится он.

– Кто? – резко развернулась я.

– Да, Владик ваш. Вы ж про него все бегаете спрашивать, – захихикала тётка.

– Вы про Владислав Алексеевича? – поразилась я.

– Ну, а про кого ж ещё? Когда ж вы, девки, поймёте, что не по Сеньке шапка? – вздохнула толстушка.

Я не решилась вступать с ней в полемику, а тем более, задавать дополнительные вопросы. Пора отступать, пока под прицел их языков не попала.

Вернувшись на свой этаж, я, игнорируя призывные взгляды подруг, первым делом направилась к Михалычу.

– Пришла поблагодарить? – расплылся в сальной улыбочке начальник, завидя меня.

– Поблагодарить? – не смогла скрыть удивления я.

«Интересно, за что я должна быть ему благодарной? – и похолодела от закравшейся догадки: – А вдруг это он шлёт мне розы?»

– Ты же не могла не заметить, Снежаночка, мои добрые дела?

Хм, понятнее мне от его слов не стало. Что он имел в виду? Присланные цветы, или может, это он премию мне выписал?

– Можем пойти, посидеть куда-нибудь сегодня. Обсудим, что ещё хорошего я могу для тебя сделать, – вкрадчиво сообщая это, он медленно приближался, что совсем мне не нравилось.

С одной стороны, если пойти с ним, то я, вероятно, смогу прояснить, что же именно он для меня сделал. Но с другой, я лучше помру от любопытства, чем пойду на свидание с этим престарелым ловеласом.

– Приглашение! – чуть более громко, чем того допускали приличия, выпалила я, желая остановить его приближение ко мне.

– Что? – он испуганно взглянул на меня, остановившись.

– Приглашение на новогоднюю вечеринку. Мне сказали забрать его у вас.

– Ах, да. Сейчас.

Он вернулся к своему столу и принялся рыться в залежах бумаг.

– Там, кстати, планируется костюмированный бал. Вход только в маскарадных костюмах. Мне уже не терпится посмотреть на тебя в таком наряде, – он стрельнул в меня вожделеющими глазками.

– В каком «в таком»? – рассеянно переспросила я. – Последний раз на подобном празднике я была во втором классе в костюме Бабы Яги. Но вряд ли я сейчас в него влезу.

– Я, вообще-то, думал о костюме секси кошечки, – растерянно моргнул начальник, передавая мне откопанное приглашение.

По всей вероятности, я только что безжалостно разрушила его эротическую фантазию. Вот и славно. Выхватив приглашение, я откланялась.

Получив столь неожиданную премию, решила вечером заскочить в магазин, купить достойную емкость под розы. Негоже таким шикарным цветам в ведре простаивать. Долго колебалась, какого размера вазу выбрать, но оптимизм победил – взяла ту, что на вырост.

Предчувствия меня не обманули – у квартиры меня опять поджидал букет. Да какой! Целых пятнадцать длинных красных роз. Вот это да! В общей сложности у меня дома образовалась уже двадцать одна роза. Не припомню, чтобы когда-нибудь получала такие роскошные букеты.

Немного посомневавшись, решилась всё же выставить цветы в красивой новой вазе в гостиной. Боня обошла композицию по кругу, принюхиваясь, но, признав численное преимущество противника, к розам больше не совалась. А я, разглядывая неожиданно привалившее мне счастье, всё думала, от кого же цветы.

Глава 9

Утром, влетев в наш роскошный офисный холл, как всегда безбожно опаздывая, я увидела, как закрываются двери лифта. Включив сверхзвуковую скорость, мне удалось заскочить в кабину до её отправления. Вот только, не успев вовремя затормозить, я на всём ходу влепилась в широкую мужскую спину. Спина начала медленно поворачиваться ко мне.

– Ой, – испуганно пискнула я, осторожно поднимая глаза.

– Вы не ушиблись? – ласково поинтересовался бархатный баритон.

– О, мой Бог! – поняв, в чью спину врезалась, я испугалась ещё больше.

– Часто это слышу, но не перестаёт радовать, – усмехнулся обладатель сексуального баритона.

Я не могла поверить своим глазам – передо мной стоял Он, постоянный герой светской хроники, не сходящий с первых полос изданий о богатых и знаменитых. Слухи об опасном бизнесе, приносящем ему миллиарды, как и перешёптывания о таинственной татуировке, украшающей его выдающееся достоинство, только подогревали интерес к его персоне.

И вот теперь Дэмиан, тот, в кого я была слегка влюблена, как, впрочем, и миллионы его подписчиц в соцсетях, не просто оказался рядом в замкнутом пространстве, но ещё и обратил на меня внимание! Хотя, конечно, сложно было не заметить ту, что влетела тебе в спину.

– Простите, – слегка придя в себя, пролепетала я.

– Да, ничего. Мне даже было приятно, – подмигнул мне он, и почва вновь ушла из-под ног.

– Мне кажется, ты забыл, что без пяти минут женат, Дэм, – вдруг раздался совсем рядом знакомый голос.

Я так пялилась на Дэмиана, что не замечала ничего вокруг, включая Владислава Алексеевича, стоящего за его спиной. Мне от каждого из них по отдельности сносило крышу, а уж оба таких шикарных мужчины в непосредственной близости от меня – это уже перебор. И по всей видимости, они знакомы.

– Ты отстал от жизни, мы с Анитой отменили свадьбу, – Дэмиан говорит это другу, но при этом посматривает на меня. Или мне это уже мерещится?

– За тобой уследишь, как же. Сидишь там, в своей Трансильвании, и на родину нос не кажешь. И напомни-ка, в какой раз ты отменяешь свадьбу? – подкалывает несостоявшегося жениха наш шеф.

Значит Дэмиан свободен? Как интересно! Кстати, надо проверить, правду ли сказала вчера кадровичка. Может, они оба свободны?

Пока мальчики мило препираются, я стараюсь разглядеть, есть ли кольцо на пальце у Владислава Алексеевича. Как на грех, он активно жестикулирует, и мне приходится крутить головой, чтобы поймать в фокус его правую руку.

– Его нет, – вдруг поворачивается ко мне шеф и демонстрирует палец без кольца.

– Не понимаю, о чём вы, – слишком поспешно бормочу я и, опустив глаза, усердно разглядываю пол кабины, будто там начертаны все секреты вселенной.

– Кольца нет, – невозмутимо продолжает Владислав Алексеевич, – кстати, и жены у меня тоже теперь нет.

«Это он мне?» – вскидываю взгляд.

А, нет, это он своему другу.

– Действительно, надо чаще встречаться, – ошарашено чешет затылок Дэмиан.

– Мне кажется, или вы и так сильно опаздываете на работу, Снежана Денисовна? – вдруг спрашивает меня шеф. – Может, уже покинете кабину?

Только тут я замечаю, что лифт приехал на мой этаж, а Владислав Алексеевич зажимает кнопку, чтобы двери не закрылись.

«Интересно, давно я приехала?»

Остальной народ в лифте не возмущается. Женщины, затаив дыхание, наблюдают за Дэмианом, да и на шефа моего поглядывают с вожделением, а немногочисленные мужчины, видимо, знают, что лифт удерживает управляющий банка, и с ним лучше не спорить.

Торопливо попрощавшись, я выскакиваю из лифта. Жаль, конечно, что так мало времени было пообщаться с этими роскошными мужчинами. Но с другой стороны, не стоит мне привыкать к этому. Это люди из другого мира, где есть яхты, частные самолёты и замки. Может, наш шеф и не так крут, как его приятель Дэмиан, да только всё равно недосягаем.

Ну, и ладно. Пусть живут в своих замках на вершине холма. Зато у таких, как я, свои развлечения. Вот сегодня полдня девчонкам во всех красках буду рассказывать, как ехала в лифте с этими двумя.

Хвастовство – это особый вид удовольствия.

Девчонки ожидаемо охали и ахали во время моего рассказа, а потом засыпали вопросами.

– Дэмиан в жизни так же хорош, как на экране? – Таня мечтательно закатила глаза.

– Даже лучше, – заверила я.

– Они правда расстались с Анитой? – это уже Света подключилась.

– Да, они отменили свадьбу.

– А про татуировку его ты узнала? – Света даже слегка подпрыгивала рядом с моим столом от нетерпения.

– Свет, ты серьёзно? Мы вместе в лифте ехали. С нами был управляющий банка и ещё человек десять. Я что, по-твоему, должна была спросить человека, который меня впервые видит: «А что там на вашем достоинстве написано?» Или может, попросить показать?

– Ну, мало ли. Вдруг у вас разговор об этом зашёл? – обижено протянула Светка.

– Даже со всеми остановками мы ехали максимум минут пять. Это как же должна была развиваться беседа? – я уже откровенно хохотала, представив себе подобный диалог.

– Хватит ржать! – остановила меня Света. – В следующий раз, когда его увидишь, уж постарайся, чтобы разговор об этом зашёл!

– Непременно, – поклялась я, стараясь опять не засмеяться.

Глава 10

После работы мы с девчонками отправились за костюмами. Оказалось, что это задача не из лёгких. Всех секси кошечек, о которых грезил Михалыч, давно разобрали. Может, и к лучшему, подумала я, не к чему распалять воображение начальника. Да и Пашенька мальчик скромный, может не оценить слишком откровенный наряд.

Девочки же, в отличие от меня, сильно расстроились и требовали немедленно выдать им самые развратные костюмы.

– Да, поймите, – терпеливо растолковывала замученная предновогодней суетой тётка с растрёпанной кичкой на голове, – все гламурные костюмчики забронировали ещё в октябре. У нас остался только детский отсек. Пойдёте смотреть?

– И что, вы предлагаете мне Фионой нарядиться? В таком виде только Шрека и можно склеить. И на кой мне тролль?

– Он орк, вообще-то, – тихо возразила костюмерша.

– Это, безусловно, в корне меняет дело. Орк – это ж предел мечтаний каждой девушки. И зачем нам принцы сдались? – кипятилась Светочка.

– Девочки, ну давайте посмотрим, что там есть? Вдруг повезёт, и найдём что-то интересное? – примирительно сказала я и первая отправилась к вешалкам в детском отсеке.

Сначала попадались совсем уж неподобающие персонажи из сказок «Колобок», «Теремок», «Репка». Девчонки фыркали, разглядывая эти костюмчики, да и я уже начала расстраиваться. Наряд из секс-шопа мне, допустим, без надобности, но и в костюме репки идти на корпоратив совсем не хотелось.

Тут моё внимание привлекло что-то белеющее в конце длинного ряда вешалок. Я отправилась туда и обнаружила отличный вариант. Это был вполне себе соблазнительный костюм Снегурочки. Снежно-белое коротенькое платье с капюшоном, голубой меховой оторочкой и того же цвета снежинками, украшавшими подол. Я переживала, что, возможно, наряд чересчур откровенный, но всё же решила примерить.

Девчонки, зарывшиеся среди вешалок, не заметили моего отсутствия. Но, когда я вышла из примерочной в идеально севшем платье, рядом уже была костюмерша.

– Как на вас сшито! – восторженно выдохнула она.

Да я и сама видела, что наряд просто великолепен.

– Но это ещё не всё. К нему полагаются пояс, варежки и сапожки.

Я радостно разглядывала предложенные аксессуары. Пояс выгодно подчеркнул талию, пушистыми варежками непрерывно хотелось гладить себя по лицу, но особое впечатление произвели на меня сапожки. Белые ботфорты на изящном каблуке, с голубыми шнурками и такой же, как на платье, меховой оторочкой. Полностью нарядившись, я отправилась хвастаться девчонкам.

Первой эмоцией, промелькнувшей в их глазах, была зависть. Они уже, по всей видимости, во всех красках представили, как я иду на корпоратив в секси платьице, а они в костюмах Репки и Колобка.

– Что это ты вдруг решила Снегурочкой стать? – протянула Светка, оглядывая меня с головы до ног.

– А почему нет? Может, я Деда Мороза хочу склеить?

– Склеить? – заржала Света. – Ты же внучка его, извращенка.

– Ну, хорошо, тогда Санта-Клауса, – покладисто согласилась я.

– Показывай, где ты взяла такой наряд? Может, там ещё подобные найдутся? – наступала на меня Татьяна.

Я покорно отвела девочек в закуток, где нашла своё бесподобное платье, и там мы действительно откопали варианты и для них.

– Повезло, – улыбалась костюмерша, разглядывая выбранные наряды. – В этот укромный уголок никто не добирался до вас.

– Тань, тебе не кажется, что это слишком откровенно? – поинтересовалась я, разглядывая подругу, выпорхнувшую из раздевалки. – Это кто, вообще? Кошечка?

Чёрный латексный комбинезон венчал меховой капюшон с белыми ушками, перчатки на руках имитировали лапки, а довершали образ ботильоны на шпильке.

– В самый раз, – удовлетворённо промурлыкала Танюша, разглядывая обтянутую тканью попу, с которой свисал чёрный меховой хвост.

– А, уже всё, – махнула рукой я. – Проехали.

В этот момент я смотрела на появившуюся в поле зрения Светочку в костюме секси белочки. Ну, очень секси. На её фоне наряд Тани смотрелся монашеским облачением.

– У меня только один вопрос: почему белочка?

– Ну, во-первых, этот костюм тут самый развратный, а я планирую кого-нибудь непременно склеить. Во-вторых, я собираюсь напиться, так что это символично, да и падать на хвост мягче будет, – прагматично отозвалась подруга.

Сзади к её спине и правда был прикреплён здоровый мягкий хвостище. На такой падать не страшно. Хвост, кстати, представлял основную часть наряда, состоящего из ярко-оранжевого ультракороткого, не прикрывающего попу комбинезончика с меховыми ушками на капюшоне и из белых меховых сапожек.

Ещё раз придирчиво окинув взглядом подруг, я подумала, что на корпоративе стоит сделать вид, что я не с ними.

Глава 11

Около двери меня опять поджидал сюрприз. Мне бы уже привыкнуть к такому, но дыхание по-прежнему перехватывало от восторга. На сей раз и реально было от чего. Сегодняшний букет состоял аж из двадцати пяти шикарных роз. Тёмно-красные, немного отливающие синевой, они выглядели настолько бархатистыми, что я не удержалась и провела пальцем по ближайшей из них. Действительно, как будто бархат погладила.

Для такого количества, а с новоприбывшими роз набиралось уже сорок шесть штук, моих ваз бы не хватило, и пришлось бы переселять цветы в ведро. Но, к счастью, мой даритель позаботился и об этом. Новая партия роз стояла в высокой и явно недешёвой вазе.

Затащив букет в дом, я опять задумалась, кто же он, мой тайный поклонник?

В пятницу, двадцать девятого декабря, в нашем офисе уже, конечно, никто не работал. Сотрудники, сбившись в стайки, возбуждённо обсуждали надвигающийся корпоратив, обменивались подарками, а некоторые даже начали отмечать праздник.

С самого утра настроение у меня было приподнятым, но, когда Пашенька лично пришёл поинтересоваться, иду ли я на маскарад, мой праздничный дух взлетел до небес. Вообще-то, все мои поклонники, или подозреваемые, как мы их звали с девчонками, поинтересовались, буду ли я на празднике. Михалыч ещё пытался выведать у меня, в каком костюме я приду, но я не собиралась давать ему наводку.

Даже сам управляющий банка спустился со своих высот проверить, иду ли я на корпорат. Если честно, то вопрос был задан всем присутствовавшим, но мне показалось, что смотрел он при этом только на меня. Мне бы, понятное дело, не стоило забивать себе голову мечтами о нём, но как обуздать разбушевавшиеся фантазии?

Поработали мы в эту пятницу совсем чуть-чуть, вернее, побыли на рабочем месте, а потом всех распустили готовиться к корпоративному мероприятию.

Мне так хотелось скорее похвастаться своим крутым костюмчиком, что я в кои-то веки не опоздала. У меня даже хватило времени, чтобы немного пройтись по задекорированному Гранд Отелю «Европа». Этот лучший в городе отель всегда отличался крутым новогодним декором. Я сделала селфи с большим Санта-Клаусом в холле, затем поднялась по главной лестнице на второй этаж и прошла через знаменитое кафе «Мезонин», чтобы там сесть в лифт и отправиться на «Крышу», ресторан на верхнем этаже отеля. По дороге словила несколько восхищённых взглядов. Отличный у меня костюм всё же.

Поднявшись на пятый этаж, я замерла в восхищении. Зал был задекорирован в чёрно-золотых тонах. С потолка свисали сверкающие театральные маски, на круглых столах с тёмными скатертями стояли золотые приборы, а в чёрных складках задника сцены мерцали звёзды. Стильное оформление пространства шло вразрез с разномастными нарядами собравшихся. Видимо, когда руководство выбирало темой праздника бал-маскарад, оно не подумало, что сотрудники могут заявиться на мероприятие, в чём бог на душу положит. Но, как я уже знала, хорошие костюмы найти было не так-то просто, потому зал пестрел зайчиками, снежинками и прочими персонажами с детского утренника.

Осмотревшись, я поняла, что никого не узнаю в гриме. Народ так искусно замаскировался, что опознать, кто где, не представлялось возможным.

Девчонок моих ещё не было, и я пошла высматривать для себя подходящее место. Один столик сразу привлёк моё внимание. Там вальяжно развалились три поросёнка. Да-да, их было ровно три. Видимо, заранее договорились. На мой взгляд, смелым шагом со стороны этих женщин было обтянуть свои естественные складочки ярко-розовым нарядом, но хозяин – барин, как говорится.

Рядом с поросятками пристроилась колоритная сова. Она уже активно что-то хомячила, засовывая еду под хищно свисающий клюв. Многочисленные перья на её костюме мерно колыхались в такт жевательным движениям. Откуда она раздобыла себе угощения, для меня осталось загадкой, ведь столы пока пустовали. Наверное, предполагалась курсовая подача блюд.

По левую руку (или лучше сказать крыло?) от совы ерзала то ли мышь, то ли крыса. Этот грызун постоянно пугливо озирался и вздрагивал. Странно, что соседство совы, его природного врага, не особо при этом беспокоило боязливого мыша.

– Добрый вечер, – промурлыкала я и опустилась на единственное свободное место среди этого контактного зоопарка.

За столом мгновенно повисло молчание. Даже сова перестала дожевывать свою добычу и, не мигая, уставилась на меня. Крыска по соседству тоже замерла, только усики слегка подрагивали от возмущения. А шесть пар крохотных поросячьих глазок, казалось, сейчас дыры во мне прожгут.

– Милый нарядец, Морозова, – наконец хрюкнул ближайший ко мне поросёнок тоном, не предвещавшим ничего хорошего.

По голосу я догадалась, что это та самая тётка из отдела кадров, которая мне про приглашение на эту вечеринку сказала. Она уже, как пить дать, трижды пожалела об этом, потому что остальные два поросёнка, тоже из её отдела, явно не простят ей моего присутствия за их столиком.

Я немного поколебалась, прикидывая, уместно ли будет сейчас вскочить и убежать на другой конец зала, но подумала, что всё же нет. К тому же я невероятно выгодно смотрелась на фоне этих забавных зверушек, да и садиться рядом со своими развратными подружками не хотелось. Ещё одним плюсом поросячьего соседства было то, что тут я точно не напьюсь. Перспектива опозориться на глазах у главных кумушек конторы точно меня не прельщала, потому я твёрдо решила держать себя в руках.

Глава 12

Мои девчонки появились с опозданием и заняли оставшиеся места в конце зала. Заметив меня, они возмущённо замахали руками, призывая меня к себе. Я лишь пожала плечами, давая понять, что не собираюсь менять дислокацию. Тем более, что в этот момент на сцене появился ведущий.

Он отпустил несколько приветственных шуток и объявил начало торжественной части. На сцену поднялся Владислав Алексеевич. Узнать его было не трудно – на наше корпоративное мероприятие он надел классический темно-синий костюм, и лишь чёрная маска на глазах являлась в его облике данью маскараду. Он неспеша обвёл взглядом зал. Я услышала, как неподалёку кто-то судорожно сглотнул в звенящей тишине. Шефа все уважали и побаивались, а женская часть коллектива ещё и боготворила.

– Вы, наверное, ожидаете, что сейчас я, как обычно, толкну пространную, напичканную цифрами речь по итогам года минимум на полчаса? Но в этот раз я решил отойти от традиций. Прекрасно знаю, что никто мой спич особо не слушает. Вы все ждёте закусок и танцев. И кто я такой, чтобы стоять на пути между вами и вожделенными удовольствиями?

Народ в зале, ещё до конца не поверив своему счастью, несмело заулыбался. А мне показалось, что, говоря эти слова, он остановился взглядом на мне. И померещится же такое.

– Так что я буду краток, – продолжил шеф. – Вы все молодцы! Этот год для банка был успешен благодаря вам. И я надеюсь, премии, которые все получили по итогам года, вас порадовали. Желаю, чтобы в новом году мы с вами достигли ещё больших высот! А теперь приступайте к трапезе.

Под аплодисменты зала управляющий нашего банка спустился со сцены и отправился к выходу. Только после того, как шеф скрылся из виду, публика пришла в движение. Отовсюду слышался радостный смех в предвкушении праздника. А мне стало немного грустно, что Владислав Алексеевич не остался с нами. Хотя он, скорее всего, будет праздновать с такими, как его приятель Дэмиан, и другими богатыми и знаменитыми. Что ему делать с простым людом вроде нас?

Сразу после того, как управляющий завершил свою речь, боковые двери в зале распахнулись, и оттуда потянулись ручейки официантов. Они мгновенно окружили столы и поставили перед нами тарелки, накрытые золотыми полусферами, на секунду замерли, а потом поднятые крышки одновременно сверкнули и исчезли в боковых дверях зала вместе с уносящими их официантами. Я впервые была в ресторане такого уровня и видела подобное действо, потому сидела, открыв рот.

На блюдах перед нами тоже лежало нечто необычное. Это не какая-нибудь вам традиционная оливьешечка. Фиг разберешь, что это за закуска, но оформлена шикарно. На золотой тарелке чёрным соусом были выписаны причудливые узоры, а по центру в линию расположились горстки с едой: три горки каких-то салатов, а между ними крабовый мусс и тартар из красной рыбы, выложенные в форме кругов.

Вилочкой я осторожно расковыряла ближайшую к себе кучку, чтобы понять состав блюда. Так, тут, похоже, есть листья салата Айсберг, креветки, водоросли, а это зелёненькое, скорее всего, авокадо. Закончив с разбором первого салата, я уже приступила было к препарированию второй горки, но тут услышала:

– Не нравится? Я могу помочь.

Подняв глаза, я заметила, что хищный клюв совы повернулся в моём направлении. Ненасытная птичка, разделавшись со своей порцией, изготовилась прибрать себе и мою. Блюда поросят тоже сверкали так, будто те их вылизали. Да и мышь, судя по пустой тарелке, оказалась довольно прожорливой. Я сообразила, что, если стану медлить, останусь голодной, и ускорилась, как могла. При этом постаралась отвлечь внимание соседок по столу:

– Смотрите, какие забавные олени!

Тётки покорно повернули головы к сцене, где действительно отплясывали чудные оленятки.

– Кстати, видела сегодня прикол на эту тему в Нельзяграме, – оживилась знакомая мне кадровичка. – «В упряжке Дедушки Мороза три белых сказочных коня, а в Санта-Клауса упряжке собрались бывшие мои».

Наш столик дружно захихикал над удачной шуткой.

– Самцы северных оленей сбрасывают рога на зиму, так что в упряжке Санты, по всей видимости, собрались сильные независимые оленихи, – от расстройства, что ей не досталась вторая порция, сова, видимо, решила сразить нас своей эрудицией.

Поросята сразу встрепенулись.

– В смысле, самочки?

– У них же клички мужские?

– Рудольф что же, по-вашему, тоже олениха?

– Получается, что так, – развела крыльями сова.

– И что, все-все мальчики-олени рога сбрасывают? – чуть не плача спросила мышка. – Может, есть какой-то шанс, что они их сохранили?

– Шанс-то есть, – важно кивнула сова, наслаждаясь своей значимостью, – но он вам не понравится.

– Ну, не томи, что за шанс? Олени Санты должны остаться мужиками, – заёрзал рядом опознанный мною поросёнок.

– С рогами на зиму могут остаться только совсем молодые самцы оленей, до года. Либо кастрированные. И, если подумать, то второй вариант более вероятный. Кастраты лучше поддаются дрессировке, – вынесла свой вердикт сова.

– Так теперь выходит, что олени Санты – кастраты? – испугано пропищала мышь справа от меня.

– Погодите, получается, что наши бывшие не только олени, но ещё и кастрированные? – осторожно поинтересовался ближайший ко мне поросёнок.

Сначала хрюкнули два его товарища, а затем и весь наш столик разразился хохотом.

Глава 13

Отсмеялись мы как раз к моменту выноса горячей закуски. Официанты в точности повторили свой ритуал, и я по-прежнему наблюдала за этим во все глаза. На этот раз на тарелке оказалась до боли знакомая еда.

– Пельмешки? – разочарованно протянула мышка и, опустив носик пониже, принюхалась. – Рыбкой пахнут. Интересно, из чего они?

– А знаете, если отсканировать QR-код на вазе в центре стола, то открывается меню сегодняшнего вечера, – сова развернула к нам экран своего телефона.

– Напридумывают же! – возмутилась одна из свинок. – Ну, и чего там пишут?

– Пельмени из щуки с соусом Шампань, декорированные горошком и икрой, – прочитала сова.

– Соус Шампань содержит шампанское? Ох и нахрюкаемся мы сейчас, – развеселился самый дальний от меня поросёнок.

Учитывая, что эйчары хлестали виски, шампанское в соусе вряд ли бы сильно повлияло на их приближающееся опьянение.

Наученная горьким опытом, я смела закуску почти так же быстро, как мои соседки по столу. А потом заиграли танцевальные хиты, и мы дружно отправились на танцпол. Рядом сразу материализовались подружки в развратных костюмах, а ещё я заметила, как неподалёку начали маячить медведь с волком. Интересно, что это за персонажи? Наверняка Пашенька и Михалыч. Но где кто, понять не представлялось возможным. Костюмы были качественные, с реалистично сделанными головами. Мне стоило осмотреть зал до этого. Во время трапезы волк с мишкой явно снимали головы с плеч. Теперь придётся любезничать с обоими, пока не разберусь, кто есть кто.

Мои мохнатые поклонники неустанно кружили вокруг всё время, пока не заиграла медленная композиция. В этот момент вперёд вырвался медведь, который, не церемонясь, сгрёб меня в охапку. Я покорно пошла танцевать с косолапым, надеясь в процессе понять, кто же скрывается под маской.

Танцор из медведя был тот ещё. Мы просто неловко переминались с ноги на ногу, и я ещё пыталась лавировать, чтобы мой дикий партнёр не наступил на меня ненароком. Попробовала было задать ему вопрос, но громкая музыка и звуконепроницаемая медвежья голова свели возможность диалога к нулю.

Так и не разобравшись, кто передо мной, я уже надеялась следующий танец отдать волку, но текущий партнёр и не думал выпускать меня из своих медвежьих объятий. Наоборот, он ещё крепче стиснул меня в своих лапищах.

Я не знала, как реагировать на такую излишнюю близость. Круто, если это Паша прижимает меня всё сильнее, а если там под маской притаился похотливый Михалыч? Так ничего и не решив, я просто отдалась танцу. Но когда на третьей медленной композиции наглый миша не только не отпустил меня, но и начал лапать за разные места, я дала ему жёсткий отпор. Теперь я была уверена – скромник-Паша так бы не сделал. Значит, мне срочно нужно отыскать волка.

Но в этот момент объявили вынос основного блюда, и пришлось вернуться на свои места. На горячее я выбрала ростбиф Россини. Сова, информационный спонсор нашего вечера, зачитала, что в блюде помимо сочного куска говяжьей вырезки ожидаются два соуса: один с красным вином и трюфельным соком, а второй из сливок, сморчков и портвейна. К ростбифу также подаются фуа-гра и вяленые помидоры Болотова. Состав блюда мне показался крайне любопытным, да и вкус не разочаровал.

Уминая мясцо, я не забывала осматривать зал в поисках своего волчонка, но его нигде не было видно. Обзор был ограниченный, потому я еле дождалась продолжения дискотеки, надеясь, что серый разбойник появится на танцполе. Но его всё не было. Я уже и сама изготовилась выть на луну, но потом подумала, что стоит вначале поискать в других местах. К ресторану примыкал бар, куда гости выходили, чтобы отдохнуть от громкой музыки. Но заглянув туда, Пашу я не обнаружила. Не оказалось его и в холле, тогда я зачем-то выглянула на площадку, ведущую к лифтам. Лучше б я этого не делала!

Там, в тишине и уединении, волк (мой волк!) самозабвенно кого-то целовал. Вот же волчара позорный! Как он мог? Но и это оказалось не самое страшное. В порыве страсти парочка слегка развернулась, и я отчётливо разглядела толстый пушистый хвост. Паша целовал белочку-Светочку. Или лучше сказать гадюку?

Пашина голова, вернее, голова волка, хотя свою он тоже потерял где-то тут, валялась рядом с выходом. Мне стоило больших усилий не запустить этой увесистой головой в мерзкую парочку. Вместо этого я отпрянула от двери и понеслась в поисках места, где смогу всласть пореветь.

Осуществить задуманное не удалось. В холле я была отловлена Танюшей, которая, заметив моё состояние, оттащила меня на диванчик в закутке и принялась расспрашивать.

– Там волк белочку засосал, – обижено проскулила я.

– Ты сколько выпила, радость моя? – осторожно поинтересовалась подруга.

Сообразив, что моя информация не слишком понятна, я уточнила:

– В костюме волка мой Паша, теперь уже не мой. А в наряде белочки ты и сама знаешь, кто.

– Ничего себе! Ты уверена? – глаза Тани предсказуемо округлились.

– Гады какие! Как они могли? – причитала я. – Паша, блин, волк в овечьей шкуре!

– Ну, вообще-то, он как раз в волчьей шкуре, – тихо уточнила подруга.

– Таня!

– Ладно, ладно. Давай-ка успокоимся. Я, конечно, никого не оправдываю, но вы же с Пашей даже не встречались. Одна вылазка в местное кафе не в счёт. Он увидел, как ты с медведем обжимаешься, подумал, что не нужен тебе. А Светка выпила много, если честно, как и собиралась, собственно. И в её защиту, она ж не знала, кто под маской. Они потанцевали, потом решили уединиться, и когда он маску сбросил, может, не смогла уже остановиться.

Когда рассудительная Таня разложила всё по полочкам, это уже не выглядело так ужасно, но я всё равно была расстроена.

Глава 14

– Так! Всё! Хватит киснуть! Пошли! – крепко схватив за руку, подруга потащила меня обратно в зал.

Я не сильно сопротивлялась. Альтернативное развлечение наматывать сопли на кулак в женском туалете выглядело менее привлекательно.

– Тебе срочно надо с кем-то потанцевать! – заявила Татьяна. – Может, опять с медведем позажигаешь?

– Нет, только не это! – взвыла я.

– А что? Мишка оказался и правда косолапым? – хохотнула подруга.

– Это Михалыч!

– О, Господи! Тогда отбой. Ну, найди себе Деда Мороза, как планировала, – подмигнула кошечка-Таня.

Осмотрев зал, никакого Деда Мороза я не обнаружила, но кого-то выбрать точно стоило, Таня права. Но вот кого? В нашем офисе мне и так никто особо не нравился, а уж в этих уродских костюмах и вовсе паноптикум какой-то. А тот, кто меня действительно привлекал, целует там сейчас мою подругу! На меня опять накатило. Слёзы брызнули из глаз. Вырвав свою руку из Таниной ладони, я бросилась к выходу из зала.

Так спешила, что не заметила человека в дверях и с разбегу впилилась в него. Лицо утонуло в чём-то белом и пушистом. Отшатнулась, чтобы посмотреть, что это было, и поняла, что нырнула в бороду Деда Мороза. Где же ты раньше был, дедушка?

Хотела было обогнуть его и продолжить бегство, но он крепко взял меня за плечи и заглянул в заплаканные глаза.

– Ты что же, ревешь, Снегурка? Это не дело. Так и новогодний дух волшебства спугнешь. Пойдём-ка, потанцуем лучше.

Его голос, приглушённый бородой и усами, еле пробивался через громкие танцевальные биты. Но несмотря на это ему хотелось подчиниться. Да Мороз и не спрашивал моего мнения, просто обнял за талию и увлёк на танцпол. Тут же, как по заказу, включили медляк “Feel it” моего любимого Michele Morrone.

Мы закружились по залу, и отдавшись во власть нежной мелодии и сильных мужских рук, я, как по волшебству, начала забывать все предшествующие невзгоды. Вглядывалась в лицо своего партнёра, пытаясь угадать, кто же скрывается за этим сказочным образом, но густая растительность надёжно скрывала черты лица мужчины. Что-то неуловимо знакомое мелькало в моём спасителе, но ответ всё время ускользал от меня.

Красивые медленные мелодии сменяли друг друга, и я молилась, чтобы это не кончалось. С каждым движением я становилась всё счастливее, словно волна неподдельной детской радости заполняла меня изнутри. Может, это и есть тот самый волшебный новогодний дух?

Руки моего бородатого партнёра деликатно держали меня за талию, а мне хотелось, чтобы он крепче прижал меня к себе. То, что не позволялось Михалычу, от этого деда я приняла бы с радостью. Он словно прочитал мои мысли, ладони мужчины заскользили по моей спине, прижимая меня сильнее. Мои руки чуть сползли с его плеч, и я ощутила мощь перекатывающихся под тканью бицепсов. Сердце забилось быстрее. Я подняла глаза и, столкнувшись взглядом с партнёром, чуть не потеряла равновесие. К счастью, его надежные объятия удержали меня.

Внезапно нежный голос певца, лившийся из динамиков, был прерван боем курантов.

– Полночь, дамы и господа! – торжественно объявил ведущий. – Время сбросить маски!

Пальцы Деда Мороза аккуратно сняли маску с моих глаз. В ответ я потянулась к нему, дернула за бороду и, стянув её, взглянула в прекрасное лицо Владислава Алексеевича. А потом стояла, открыв рот, не в силах поверить в то, что вижу. Но в глубине души уже понимала, что именно его я так хотела и одновременно боялась найти под маской.

– Это вы? Но почему? – только и смогла пролепетать я.

– Сейчас поймёшь, смотри наверх, – подмигнул он мне.

Я послушно подняла голову. Под потолком висело несколько огромных золотых шаров, и мы стояли в центре зала под самым большим из них.

Вдруг шары стали взрываться друг за другом, а из них на танцпол полетели полоски золотой, переливающейся в свете приборов, фольги. Народ вокруг радостно загомонил. И тут раздался самый мощный взрыв – разлетелся шар прямо над нами. Из него, мягко планируя, полетели лепестки роз. У меня перехватило дыхание.

– Надеюсь, ты любишь розы? – шепнул мне на ушко шеф, и я расслышала улыбку в его вопросе.

Не в силах что-либо сказать, я лишь кивнула в ответ.

– Тогда сегодня ты получишь ещё один букет…

Эпилог

– Нам пора, пока меня не засекли, – шепнул он, и не успела я опомниться, как уже почти бежала вслед за ним к выходу.

Полумрак надежно укрыл нас от посторонних глаз, позволяя выскользнуть из зала до того, как сотрудники поняли, что на праздник наведывался шеф. Мы так торопились, что я совсем позабыла про свою сумочку.

– Сейчас вернусь, – пообещала я шефу и, оставив его у лифта, поспешила обратно в зал.

Забрав клатч, я уже почти подошла к дверям лифтового холла, когда вдруг рядом возникли Паша со Светой. Подруга бросилась ко мне, схватила за руку и затараторила:

– Снеж, прости! Не знаю, что на меня нашло! Это всё проклятый алкоголь!

Я смотрела на эту парочку и не верила, что ещё совсем недавно так сильно расстраивалась, застукав их за поцелуями. Сейчас мне было глубоко фиолетово на обоих. Не было ни злобы, ни обиды. Всё, чего мне хотелось теперь, это поскорее оказаться рядом с Владиславом Алексеевичем.

– Свет, не парься, – остановила я подругу. – Можешь забирать его, я не против.

Паша при этом стоял, смущённо опустив глаза.

В этот момент дверь в холл открылась, и вошёл Дед Мороз. Не обращая внимания на парочку, он приблизился ко мне и, обняв за талию, спросил:

– Ты идёшь?

– Да, – я улыбнулась ему в ответ.

Потом не удержалась и перевела взгляд на Пашу и Свету. Увидеть выражения их лиц напоследок было просто бесценно!

Мы вышли из холла и сели в лифт. Пока дверцы не закрылись, через стеклянную перегородку, разделяющую площадку у лифта и холл, я всё ещё могла видеть упавшие на пол челюсти волка и белочки.

Мы спустились на первый этаж, но направились не к выходу, как я ожидала, а в Лобби-бар. Народу в столь поздний час там почти не было. Парочка скучающих ночных бабочек за стойкой, да подвыпившая троица иностранцев за столиком в углу.

Шеф уверенно провёл меня во второй зал, где не было ни души. Мы заняли уютный столик в закутке и сделали заказ.

– Мы с тобой ещё не пили за Новый год, – объяснил шеф свои намерения.

– Это веский повод выпить, – не могла не согласиться я.

– Ты любишь фильм «Один дома»? – внезапно поинтересовался Владислав Алексеевич.

Я осторожно кивнула.

– Хочешь сейчас его посмотреть?

– А разве его показывают в кинотеатрах? – удивилась я.

– Только в одном. У меня дома.

Под его внимательным взглядом я заёрзала. Это было неожиданное предложение, и я понятия не имела, как на него реагировать.

– Я не могу, – наконец выдавила я.

– Почему? – удивился он.

– Вообще-то я твоя внучка, – решила я перевести всё в шутку.

– Что? – в этот момент шеф как раз дегустировал принесённое вино и чуть не подавился.

Я запоздало подумала, что стоило повременить с этим признанием хотя бы до того момента, пока уйдёт официант, потому что лицо у бедолаги вытянулось почище, чем у шефа.

– Всё отлично, разливайте, – кивнул Владислав Алексеевич крайне заинтригованному официанту.

Дождавшись, пока парень уйдёт, шеф поинтересовался:

– Так сколько, ты думаешь, мне лет?

– Около тридцати? – предположила я.

– И как, по-твоему, я могу быть твоим дедушкой?

– Ну, ты же Дедушка Мороз, а я внучка твоя, Снегурочка, – как младенцу, принялась разжёвывать я.

– Вообще-то, я Санта-Клаус! – обиделся шеф. – А у тебя явно не очень с родственными связями, да?

– Почему это? – напряглась я.

– Да потому, что ты меня от своего деда отличить не можешь. Чтоб ты знала, у твоего дедушки шуба до пят, валенки, варежки и шапка. А у меня вон колпак красный, брюки и куртка. Кстати, жарко в этом просто ужас как, – пожаловался он и начал расстёгивать свою курточку.

Я, не мигая, смотрела, как постепенно открывался вид на его загорелую подкачанную грудь и кубики пресса. Мне стоило бы отвернуться, но это было выше моих сил.

– Итак, мы выяснили, что не родственники. Теперь можем ехать, или тебя ещё что-то волнует? – усмехнулся шеф.

– Вы мой начальник, это неправильно, – с великим трудом выдавила я из себя.

На деле мне сейчас было глубоко плевать на это, потому что в моей голове мелькали фантазии, идущие в разрез с какой-либо даже минимальной субординацией.

– Во-первых, нам срочно нужно выпить на брудершафт, чтобы ты наконец перестала мне выкать.

Он придвинулся ко мне, вложил в мою руку бокал с вином и строго посмотрел:

– Это приказ!

Мне не хотелось возражать. Я покорно выпила вместе с ним и замерла. Он забрал у меня пустой бокал и, притянув к себе, накрыл мои губы своими. Стайка фантазий в моей голове рассыпалась с хрустальным звоном, потому что реальность превзошла все самые смелые мечты. Он целовался, как бог!

Я почувствовала, что ещё пара мгновений этой сладостной пытки, и моя рука, скользнув по его идеальному прессу, отправится под ремень этих красных штанов. Этого нельзя было допустить, потому я, собрав волю в кулак, прервала этот прекраснейший из поцелуев.

– А что во-вторых? – спросила я, чтобы отвлечься.

– Что? – его взгляд тоже ещё не мог сфокусироваться.

– Ты сказал: во-первых, а что во-вторых? – напомнила я.

– Ах, это. Во-вторых, я тебе больше не начальник, – как ни в чём ни бывало сообщил он.

– В смысле? – обалдела я. – Ты ушёл из банка?

– Я управляю этим банком, – напомнил он, как будто я могла забыть этот факт. – С чего бы мне уходить? Нет, я тебя уволил.

– За что? Как ты мог?!

Слёзы мгновенно брызнули из глаз. Я вскочила и понеслась к выходу.

«Вот ведь гад! Уволил меня, значит, чтобы в постель затащить? А ещё в доверие втёрся! И розы эти! Засуну их ему в одно место! Все сорок пять штук! Одну себе всё же оставлю», — всё это ураганом пронеслось в моей голове, пока я мчалась по пустому отелю на выход.

Он нагнал меня уже у самых дверей, развернул, прижал к стенке, отрезая пути отхода.

– Ну, вот что ты за человек такой? – покачал головой. – Чуть что, сразу в слёзы и бежать. Я уволил тебя, потому что не могу встречаться с подчинённой. Но тебе ведь даже не нравилась твоя работа?

Тут он был прав. Не особо интересно день за днём заниматься одними и теми же скучными цифрами. Но платили в банке хорошо, потому я и расстроилась.

– Я же не на улицу тебя выкинул. Уже другое место для тебя нашёл. Если понравится, то после праздников сразу и начнёшь. Работа креативная, как раз для тебя, да и зарплата повыше.

После его слов слёзы сразу высохли.

– Что за должность?

– Арт-менеджер в свадебном агентстве «Априори», в нашем же бизнес-центре находится. Будем неподалёку.

– А ты всё предусмотрел, как я посмотрю? – невольно усмехнулась я. – И кто там ждёт меня в этом агентстве, без опыта?

– Там директор Дмитрий, приятель Дэмиана. Ну, как приятель, так вышло, что они невестами махнулись, – хохотнул бывший шеф.

– Что? В смысле, невестами обменялись? – округлила глаза я.

– Я потом тебе расскажу, это долгая история (про Дэмиана, Дмитрия и невест, которыми они обменялись, читайте в романе «Рубин цвета страсти»). А у нас ещё куча дел на сегодня.

Его губы вновь нашли мои, и весь остальной мир перестал для меня существовать…

Как издать бумажную книгу со скидкой 50% на дизайн обложки

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ответьте на вопрос: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.