Михаил Чуев. Драбблы (сборник миниатюр)

Ателье Дядюшки Пу (драббл)

– Добро пожаловать в Ателье Дядюшки Пу, дамы-господа! В нашем ателье Вам пошьют любой сарафан либо армячишко. При условии их глубинной народности естессно. Держаться все будет на скрепах. Минуточку! Только мерочку сниму. А пока отдохните, да не смотрите, что пол уходит из-под ног, и крыша едет. Это все-таки Ателье, а не какой-нибудь Дворец, которого у Дядюшки отродясь не бывало.

А изделие на вас уже готово. Ложитесь, примеряйте. Ну как? Что значит: «На гроб похоже»? Это он и есть!

Извините – сами выбирали, какие теперь к нам претензии! И пожалуйста: не задерживайте очередь и ход истории!

Посмотрите, сколько за вами желающих!

 

Бог любит троицу (драбл)

– Бог троицу любит! – голос ведуньи, вывел меня из гипноза. – Два убийства ты совершила. От третьего – зависит твоя дальнейшая

***

– Уныние – смертный грех! – поп стоял возле койки

– Бог любит троицу! – попыталась я исповедоваться. –  Аборт – первое. Второе – муж изменял, сунула в «стиралку» его любимца.

– Кот не считается, отпускаю

***

– Она бывшая биатлонистка! – послышалось из-за приоткрытой двери.

– Хотела сдохнуть, ехала бы мочить этих… – Девушка, тут служебное, нельзя!

Медсестры смотрели на мои перебинтованные запястья

– Спасибо, девочки! Теперь знаю свое третье и всю дальнейшую.

Бог любит троицу! Может простит и меня…

 

Два нищих (драббл)

В ожидании очередного международного обострения, «закручивания гаек» и мозгов, а также смены всех правительств вместе взятых, я сидел в кафе «Тихая гавань» и смотрел, как обнуляются цифры на табло валютного обменника напротив. Обнуляются перед тем, как неотвратимо вырасти…

Я даже не заметил, откуда появился этот нищий. Подковылял и уселся за мой столик.

– Привет! – просипел он

– Привет, – ответил я

– Не узнаешь?

– Спасибо, нет

– Я – уровень жизни! – захрипев, он рухнул под стол.

Я хотел было ему помочь, но вместо этого свалился рядом

Курс доллара ко мне на табло взлетел, обнулился и больше уже не возникал.

 

Драббл о круглом и вечном

Хочешь жить – умей вертеться, сказали мне при рождении.

Что ж, с тех пор приходится соответствовать. Вся моя жизнь проходит в этой круговерти. День за днём, год за годом. То в жару, то в настоящем леднике. То вода стекает по мне ручьями, то все внутри воспаляется так, что вырывается наружу.

Вселенная – полная звезд – мелькает мимо, или быть может, это я лечу куда-то сквозь пространство.

Да еще с недавних пор – эти двуногие паразиты, что кишат и ковыряются во мне… Хорошо, ещё, что это не надолго.

Ведь как не крути, быть круглой лучше, чем плоской.

В масштабах вечности, конечно!

 

Драббл о моем брате

Без сомненья, все вы знаете мою сестру, а вот нашего с ней брата… Брат редкий экземпляр.  Одни говорят, будто видели кого-то похожего на сцене, другим он мерещился в музыке. Третьим… но я-то знал, что все это ерунда.

Брат – он такой один. Истинный англичанин и джентльмен. Его имя звучит так, как может звучать только у выходца с Альбиона. Не даром к нему обращались признанные метры литературы, а самые достойные из них воплощали в нем свой Талант

Но, пора бы уже представить вам мою сестру:

– Краткость!

Прошу любить и жаловать

А наш общий с ней брат – никто иной, как Жанр Драббл!

 

Драббл об аналогиях

В такие разрушительные времена, как сегодня, в попытке осмысления, неизбежно обращаешься к сравнению с прошлым. Не будем брать нашествие татар и смуту, вспомним ближайший к нам 20й век.

Война, революция, гражданка, разруха, коллективизация, голод, репрессии… 2я война – на полное уничтожение. Победа, космос, мир во всем мире. Потом тихая деградация застоя, Афган, перестройка, снова полу-разруха, гиперинфляция, стрельба на улицах городов изо всех видов оружия. Подрывы домов, метро, две войны в Чечне…

Все это наше – и два подпирающие нас обозримые поколения пережили. Что еще после «Русской Весны» должно на нас обрушиться, чтобы мы пережили и это?

Кажется, осталась только Ядерная Зима

 

Драббл об отношениях

– Я не против, чтобы моя жена изменяла мне

– И ты говоришь это мне, своей невесте, будущей жене?

– Да, дорогая. Если вдруг захочешь разок-другой с кем-то переспать, я не против. Главное, чтобы я об этом не узнал!!

– Но, дорогой! Если я захочу с кем-то переспать, я могу сделать это без твоего разрешения. Ты даже не узнаешь. В чем смысл твоего предупреждения?

– В том, любимая, что сделав это без моего предварительного согласия, ты будешь испытывать моральный дискомфорт и угрызения. Станешь нервной, как бы беспричинно раздражительной. Я стану подозревать измену. В итоге, все вместе, несомненно, разрушит наши отношения, которыми мы оба так дорожим!

 

Драббл памяти друга

Мы учились в начале 90х, задвигали пары, бухали под Егора Летова. В общаге он жил на крайнем  этаже – поближе к небу.

Однажды, сорвались  компанией и поехали к нему на родину в Таллин. Он панковал, булавки в косухие означали добрые дела. Не знаю, как он считал злые, но припомнить за ним таковые не могу.

Наши пути надолго разошлись и лишь в эпоху соцсетей  вновь встретились. За спиной остались рок, трава, а добрые дела он теперь считал иначе. Звал в Колодозеро, где восстановил храм и помогал людям. Я собирался но… как обычно слишком долго. Лучшие уходят первыми.

Посвящается памяти  Аркадия Шлыкова.

 

Правдивый вечер (драббл)

Летний вечер. Мы идем с отцом краем поля, по дороге округ дачной деревни. Дышится легко, свежий туман только собирается у подножия недальнего леса. В небе легкий полумесяц, на душе покой и тишина.

Вдруг я спрашиваю:

– Пап, а правда, что и сейчас люди в лагерях сидят?

– Бабкины сказки! – в сердцах отвечает отец

Только позавчера я узнал, что есть такое место «зона», на которой «чалятся зэки»

– Пап, зачем ты мне соврал? – хочу спросить через сорок лет. – Сказал бы: «Сидят убийцы, жулики». Диссиденты, враги народа – в конце концов.

Ты ведь не был правоверным коммунистом. Слушал «голоса». Стыдился сказать правду? Боялся? Или что?

 

Старый журнал (драббл)

Путешествуя по Америке, я заехал в городок у океана. Штормило, дайверский сезон закончился, и я отправился побродить без всякой цели.

Возле заправки, прямо на асфальте раскинулась местная барахолка. Я не проверил удаче, когда в истрепанном журнале увидел… Это был он! Точнее, его первый опубликованный рассказ.

Вернувшись в гостиницу, положил раритет на подоконник, сел напротив, долго смотрел на океан.

Ночью проснулся от раската грома с ощущением, что в номере я не один.

Спиной ко мне стояло Нечто и… шуршало страницами. Внезапно непогода стихла.

Чудовище обернулось и унося в клюве журнал с рассказом Лафкрафта, на прощанье коснулось моего плеча скользким ледяным щупальцем.

 

Я и моя подруга (драббл)

– Здравствуйте, давно не виделись. Говорите – лучше и не надо? Понимаю. Ведь Я – злоба и стресс мегаполиса. Его проклятие. Подкрадываюсь и похищаю ваше Сокровище, вместе с вашим временем и здоровьем.

Зачем? Спросите у того, кто меня придумал. Я такое же изобретение человека. Вот и наслаждайтесь.

Еще у меня есть подруга. По сравнению с ней – я случайное недоразумение. А вот Она – настоящий монстр. Сидит высоко – никому ее не достать – и все видит.  Ночью, днем, летом, зимой.

Близок день, когда в нашей власти окажется не только ваше Сокровище, но и сам Человече!

В этом я – Эвакуатор – с моей подругой Камерой едины!

 

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Ответьте на вопрос: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.