Сергей Замоз, Микаэла Вейсмах. Жаба (сказка)

В одном болоте посреди мрачного  дремучего леса появилось однажды  странное существо: с телом земляной жабы и  лицом девушки. Днём оно пряталось в тенистых папоротниках на берегу, а ночью выбиралось из укрытия, карабкалось  на трухлявый пень и  заводило рассказ о своей жабьей доле. И так всем лесным обитателям надоели эти однообразные россказни, что слушать жабу никто не желал. Ветер нервно гнал за лес ночные тучи, деревья возмущённо трясли листвой, а звери искали укромные места, что бы спрятаться: дребезжащий голос уродицы навевал тоску и уныние.

Впрочем, саму жабу такое положение дел не удручало:  безразличие она принимала за высшее проявление зависти, а луна и миллионы звёзд вполне устраивали в качестве благодарных слушателей — убежать с небосвода они при всём своём желании не могли. И жаба с упоением  вещала о дальних странах, неприступных замках и торжественных балах.

 

— Как же меня любил принц Бульмар из сказочной страны Буль-Булькии! Я гостила у него целых два часа! А когда собралась домой, несчастный  принц лил слёзы и умолял: «Останься со мной, Броаска ненаглядная, без тебя сердце моё разлетится вдребезги!»

 

Жаба прижимала к груди коротенькие лапки, закатывала под лоб круглые глаза и шептала с упоением: «Я любима, любима!» И всласть навздыхавшись,  продолжала рассказ:

 

— А  светлоликий Нёркой называл меня Нежной Лапкой своей души и каждое утро присылал огромную шкатулку лунных жемчужин. Ах, как они были прекрасны, а он  угрюм! Мне он напоминал подтаявшую сосульку. Бр-р-р! Зато королевич Моко из страны Нарис был бесподобен! Галантен и учтив! Правда, беспрестанно сморкался, но  делал это в платок и с такой грацией, что просто загляденье! Или барон Каронеро из-за гор Подридос…  Этот пел бесподобно! Я даже помню один мадригал! Сейчас!

 

И Броаска, снова закатив глаза, томно квакала.

 

О, прекрасная Броаска,

У тебя на шейке ряска.

И моя любовь, как встряска.

Подарила мне ты сказку!

И застыл я в восхищенье

От безумной красоты.

Неба синего творенье!

Моё сердце там, где ты!

 

— А ещё по уши влюблён рыцарь Бота де Фердо из Барахи! Правда, он старый вояка и далёк от учтивостей, но  так метко стреляет из лука! Ах! Как натянет тетиву до тугого звона,  аж дыханье спирает!  А потом — пиу! И точно в яблочко! Или в сливу — смотря что оруженосец на голову себе положит. И рыцарь Бабосо из долины Тронко… У него такие томные глаза!.. И весь он такой… загадочный…  как гороскоп.

 

Жаба всхлипнула, смахнула слезу и продолжила:

 

— Жаль, что все они недостойны моей красоты! Но! Настанет день, пробьет час, когда прискачет красавец-принц на снежном барсе и бросит к ногам моим охапку цветущего папоротника! Тогда вы все! Все, слышите?! Вы,  недостойные мелкой бородавки на жабьей коже! Вы позавидуете моему счастью!

 

Броаска  мечтательно закатила глаза и облизнулась, словно проглотила жирного мотылька. Она уже было задремала, когда  противный комариный писк нарушил болотную тишину. Жаба открыла один глаз. Нахальная мошка кружила перед самым её носом, а потом  села на лист кувшинки.

 

— Всё мечтаешь? — комар покрутил головой. — Ничему тебя жизнь не учит. Радует, что не спешишь закусить мною. Помнишь, что случилось в прошлый раз, когда ты вывалила липкий язык?

 

Жаба открыла второй глаз и подобралась, стараясь сделаться незаметнее. Она прекрасно помнила, как застыла с высунутым языком и не могла пошевелиться до самого утра! А вокруг летали такие вкусные, сочные комары и ночные бабочки! Как такое произошло? Всё просто! Её заколдовали. Кто? Комар!

 

На самом деле, это был не комар, а волшебник. Да-да! Самый настоящий волшебник! Он жил в маленькой пещерке на краю болота и пытался вершить справедливость: помогать обиженным  и наказывать задир и хвастунов.

 

Три года назад он так же обернулся комаром и влетел в распахнутое окно покосившегося домишки. В комнате у зеркала сидела Броаска, дочь свинопаса, и расчёсывала жёсткие, словно засохший чертополох, волосы. Девушка вглядывалась в своё отражение и надменно улыбалась одним уголком рта: она казалась себе  милей, чем все феи округи. На самом же деле красоты в круглом и бледном, как непропечённый лаваш,  лице  её не было вовсе. Маленькие глазки-щёлочки, толстый нос, красный, как спелый томат, пышные, словно сдобные лепёшки, щёки.  Да в придачу Броаска была зла, завистлива и спесива. Пока отец работал, дочь проводила время  у зеркала и восторгалась собой.

 

— Разве такой жизни достойны красавицы?! — крутила она сальный локон. — Угораздило же папочку родиться свинопасом! Мог бы родиться герцогом! Или, на худой конец, бароном! Так нет! Ему приспичило жить среди свиней, а не во дворце! Ну что за жалкая лачуга?!

 

Девушка оглядела комнату.

— Вот так поедет прекрасный принц  Араган на охоту, остановится неподалёку, попросит у меня воды напиться. Я, конечно, поднесу ему ведёрко, чтобы уж и коню хватило, мне не жалко!  И посмотрит на меня принц, и сойдёт с ума от любви, испросит: «Как зовут тебя, прекрасное дитя? Чья ты дочь?» И что я ему скажу? Что батюшка мой —свинский предводитель? А потом понаедут сваты всех сортов: и бароны, и герцоги, и сам король. А их и в дом пригласить стыдно! Комнатки убогие, окошки мелкие, паутина на потолке,  мыши под лавкой хороводы водят. Нет!  В отцы надо брать королей!

 

— А что тебе стоит нагреть воды и для начала умыться?  Конечно, не зайдёт, к неряхам даже облезлые коты не заходят. Приберись. Смети паутину, протри пыль, выгреби золу из печи, помой окна и пол. А потом постирай занавески и скатерти, вытряси половички. Сразу дом преобразится!

 

— Вот ещё! Буду я спину гнуть да золу пересыпать! Делать мне больше нечего! — девушка заплела косу и перебросила её за спину. — А кто это говорит?

 

— Посмотри, я сижу прямо перед тобой — на зеркале.

 

— А-а-а! Так ты противный комар! И ты вздумал меня учить! — Броаска расхохоталась визгливо. — Вот умора! Комар вздумал жизни учить! Много ты понимаешь!

 

— А могла бы и прислушаться. Иногда даже комары дают дельные советы.

 

Но Броаску не смутил  укор мошки. Тот, кто влюблён в себя, никогда не услышит мудрого слова. Она продолжила мечтать:

 

— Есть поверье: если сможешь найти цветок папоротника, то тебе откроются все клады! Вот бы их отыскать. Богачкам даже мыться не надо: в жёны и грязной возьмут. Впрочем,  я и без того завидная невеста! От моей красоты…

 

«Мухи дохнут», — подумал волшебник и грустно улыбнулся.

 

— И всё же, милая барышня, взгляните на себя со стороны. По себе ли выбираете сарафан?

 

Девушка возмутилась и замахнулась, чтоб шлёпнуть насекомое. Но комар мигом придал себе человеческий облик.

 

— С такими манерами только свиньям корм разносить! — вздохнул он. — Хорошо же ты встречаешь гостей!

 

— А я никого не приглашала! — возразила девушка. — Ну раз уж  ты явился, то исполняй мои желания! И поскорее!

 

Волшебник на минуту задумался и ответил:

 

— Ты получишь, что заслужила!

 

— Принца! — Броаска завела глазки под лоб и прижала пухлые ладошки к груди.

 

— Пусть будет так! Желание исполнится! Когда расцветёт папоротник, к тебе явится…

 

— Принц на белом барсе, — снова перебила девушка. — И про наряды не забудь! Хочу платье из тончайшего муслина, платье из бархата, расшитое жемчугом, алмазную  диадему и парчовые туфельки!

 

— Постараюсь. Но предупреждаю — заклинания живут собственной жизнью. Не зависят от моего желания. Каждому воздают по заслугам.

 

— Вот и замечательно! Я-то заслужила принца и алмазы!

 

Хлопнул в ладоши чародей,  и растворилась, как мираж, грязная лачуга. На её месте вырос дремучий лес, а посреди него жирно поблёскивало чёрное Гнилое болото. Среди старых корявых сосен светились зловещими огоньками гнилушки, меж  корней вывороченных бурями деревьев скользили гадюки, а на вершине засохшего дуба мрачно каркал старый ворон Кастиго. Преобразилась и заносчивая девушка. Теперь на трухлявом пне сидела отвратительная жаба с человеческим лицом.  Передними лапками она сжимала маленькое зеркальце и скрипуче квакала:

 

— Нет никого в мире прекраснее меня, Броаски Великолепной!

 

— Не такой уж и великолепной! — возразил чародей. — Заклинания превратили тебя в уродливое земноводное. И быть тебе таковой до тех пор, пока не увидишь себя со стороны. Ну…  или пока  не прискачет принц на белом барсе с букетом цветов папоротника, как и хотела. Возможно, он полюбит тебя, и тогда колдовские чары рассеются.

 

Сказав это, волшебник исчез. Изредка прилетал он, чтоб проведать Сиятельную Броаску, как стала называть себя она. Чародей надеялся, что заносчивая дочка свинопаса поймёт, за что наказана,  и перевоспитается. Но, увы!

 

— Не мудрено, — развёл комар лапки в стороны.— Если в маленькой комнатёнке не было порядка, то откуда ж ему статься на большом болоте? А тем более, в голове и в сердце.

 

— Но-но-но, — возмутилась жаба. — С принцессой разговариваешь! Подавай мне принца скорее и лети на все четыре стороны.

 

— Жизнь ничему тебя не учит.  Что же — оставайся! А я подожду. Мне, в отличие от тебя, спешить некуда.

 

Год за годом ветер  гнал тяжёлые тучи на зловонную топь, чтобы опрокинуть небесные бочки над часто пересыхающим болотом. Год за годом одиноко сидела жаба на болоте и удручённо вздыхала:

 

— Куда-то не туда свернул мой принц. Хоть бы стрелу  пустил! Я бы знала, что он близко и песней своей указала путь. Сколько же сердечку моему томиться?! Эх…

 

Она вползла на трухлявый пень и стала нудно декламировать стихи собственного сочинения.

 

Над болотом горит закат,

Над болотом кваканье, плеск.                                                                                                                                Это жабы кормят жабят

И жабцы ищут невест.

Только я не простая девица!

День и ночь жду прекрасного принца!

Где же бродит мой скользкий герой?

И когда возвратится домой?

Ко мне.

 

Она бы, конечно, рассказала о том, как умна и что на всём болоте красивее её не найти, но тут над головой Броаски засвистел соловей.  Мрачное болото  давно не слыхало такого чуда. Затих в ветвях ветер, перестали  возиться змеи, зависла мошкара — все слушали дивную  песню соловья. Одна лишь девушка-жаба возмутилась тому, что её посмели перебить:

 

— Эй, бездарь, — обратилась она к соловью. — Ты гонишь от меня Музу, из-за тебя не рассказала о своей свадьбе с принцем. Ну-ка! Лети чирикать в другое место!

 

Соловей улетел. Ветер отогнал тучи. Звери заткнули уши, чтоб не слышать пения Броаски, а деревья недовольно зашелестели.

 

— Нет, если есть я, зачем болоту соловей? — подбоченилась  жаба. — Как глупо всё устроено. Три года подобно   редкой жемчужине украшаю я болото, а меня никто не замечает. Конечно, луна и звёзды, что любуются на меня с высоты, — это хорошо, но  мало! Нужен кто-то живой, чтоб восхищался мной. Кто-то мерзкий, гадкий, не затмевающий мою красоту. Броаска протяжно вздохнула:

 

— У-о-ок. Уок-уок!

 

И тут!.. Жаба подобралась, услышав  странный звук, обернулась.

 

Раздвигая камыши, к ней ползла  болотная гадюка: огромная, блестящая в свете луны.  Безжизненные глаза смотрели холодно и бесстрастно,  отчего   жабья спинка покрылась мурашками. Гадюка подползла вплотную к жертве и коснулась её раздвоенным языком.

 

— Давно хотела посмотреть, кто нарушает спокойствие на болоте и мнит себя принцессой. Теперь вижу. Это ты!

 

Гадина обвилась кольцом вокруг несчастной Броаски.

 

— Я люблю тишину, а вместо неё получаю ежевечернюю порцию душераздирающих воплей, — ледяной взгляд змеи, казалось, пригвоздил жабу к листу нимфеи, на котором та сидела.

 

— Я пою…

 

— А я не спрашиваю, что ты делаешь. Ты мне мешаешь. Распугиваешь  мои завтраки, обеды, полдники и  ужины.  Зачем ты пришла сюда?

 

— Это временное пристанище, — испугалась Броаска. — Пока жду принца на белом барсе.

 

— Принца… Как видишь, Вибора, это я,  оказалась расторопнее, — усмехнулась гостья. — Жизнь вносит коррективы. Не всем мечтам суждено сбыться. А я давно не лакомилась такими жирными…  экзэмплярами.

 

Глупое сердце Броаски  забилось с невероятной скоростью. Она попятилась, надеясь удрать, но наткнулась на упругое тело змеи.

 

— Может, мы ещё подружимся? — вякнула  жаба.

 

Змея зевнула, распахнув чудовищную пасть, в которой торчали острые ядовитые зубы.

 

— Какая польза мне от твоей дружбы? А?!

 

Броаска молчала, готовая вот-вот грохнуться в обморок от страха.

 

— А от твоей аппетитной тушки польза большая и вкусная: я наконец-то поужинаю с удовольствием.

 

— Но… Но я могу стать помощницей!

 

— Например? — Вибора заинтересованно взглянула на жабу.

 

— Могу приманивать пением глупых лягушек.

 

— Пением ты только распугиваешь всех. Готовься, дорогуша, мой аппетит достаточно разгулялся. Хотя… Если ты и вправду готова снабжать меня жирными сусликами и сочными лягушками, то я готова тебя помиловать.

 

— Клянусь своей красотой — в сусликах недостатка не будет, — поспешила заверить Броаска. — Ты ведь не сожрё… не скушаешь меня?

 

— Возможно… Пока я сыта, — ответила гадина.

 

— Ой, — затряслась жаба.

 

— Никогда не строй планов. Будущее зыбко, а рядом со мной — тем более… Если хочешь прожить дольше, корми меня вкусно! Не забывай разнообразить меню.

 

Почему-то вмиг забылись мечты о женихах: страх сбил спесь, жить хотелось сильно, причём долго и счастливо.

 

— И ещё один момэнт, дорогуша. Ты обязана развлекать меня.

 

— Это я с радостью! — воскликнула Броаска и тут же затянула. — Звёзды светят для меня, ветер веет в облаках. Нет прекраснее меня ни в полях, ни на лугах. Принц на барсе скачет прытко…

 

— Тш-ш-ш-шш! — зашипела гадюка. — Разве я велела петь глупые куплеты?

 

— А разве нет? Развлекать же!

 

— Развлекать, а не тиранить!  — змея скрутилась спиралью и положила голову на один из витков. — Пляш-ши-и-и!

 

— Как? — растерялась Броаска.

 

— Весело! — скомандовала гадина.

 

— Но… Я не умею плясать! — захныкала жаба.

 

— Учис-с-сь! Сарабанду! Ну?! — змея мигнула и прислушалась к собственным ощущениям. — Мне кажется, или я проголодалась?

 

Жаба засуетилась. Она выбрала лист кувшинки побольше, скакнула на него и растопырила передние лапки. А затем принялась смешно подпрыгивать то на одной, то на другой ноге, вертеться и хлопать в ладоши.

 

Змея со скучающим видом некоторое время созерцала жабьи ужимки и прыжки, потом резко поднялась на половину своей длины и нависла над Броаской.

 

— Мои аплодисменты! А сейчас мне пора спать. Режим. Помни, к завтрашнему утру завтрак должен быть готов!

 

Жабе пришлось согласиться. Она вышла на охоту, чтоб собрать снеди ядовитой подруге! Вылазка вышла неудачной. Броаска наловила мух и мотыльков гадюке, но та лишь недовольно прошипела:

 

— Я не ем всякую мелочь. Что ты обещала?! Мне подавай сусликов с мышами или таких, как ты, жирных дур!

 

Пришлось поступиться гордыней. Если раньше в каждой лягушке Броаска видела соперницу, то сейчас ей срочно понадобились друзья, чтоб было чем кормить новоявленную подругу. Она стала заводить знакомства с квакушками  из дальних уголков топи. Приглашала к себе в гости доверчивых сусликов, где на «званых вечерах» гости становились лакомым угощением. Глупое создание понимало, что это всего лишь временная отсрочка, что сама рискует стать деликатесом, когда закончатся «друзья». Гадюка не раз и её облизывала, приговаривая:

 

— Запретный плод с-с-сладок! Но не бойся! Ты нужна мне пока. С тобой сытно, но порой так хочется полакомиться болотной невестой, приправленной глупостью! — шипела отрывисто.

 

— Зачем ты пугаешь меня? — тряслась жаба. — Друзей же не едят!

 

— О-о-о! Ты ошибаешься! — сверкала жёлтыми глазами гадюка. — Ещё как едят, потому что они безоружны. Друзья… они вкуснее всего! Никогда, мерзкое создание, не жди верности от гадин. Мы хладнокровны и циничны, беспринципны и коварны.

 

Плоское лицо Броаски от ужаса побледнело.

 

«Рано или поздно она меня сожрёт. Пора избавляться от подруги, но как?» — думала про себя заколдованная девушка. Даже есть перестала — не хотелось ей в длинный желудок змеи.

 

Всё разрешилось само собой, когда жаба вышла за новой жертвой.

 

— Как же быстро заканчиваются друзья, когда их съедают! —  негодовала она. — Должен же быть выход! Рано мне гибнуть.

 

От бессилия захотелось плакать. Но тут на топкий берег приземлилась цапля. Белая птица с черными крылами с любопытством принялась разглядывать невидаль.

 

— Впервые вижу, — призналась она, — жабу с человеческим лицом. Ты, наверное, мутант? Даже есть тебя не хочется. Противно.

 

Броаска не знала, что значит слово «мутант», но какая разница?! Цапли ж не гнушаются змеями!

 

— Не надо меня глотать, есть  деликатес лучше, — предложила она. — Специально берегла для такой гостьи, как ты. Хочешь большую вредную змею? Не побрезгуешь?

 

— Почему бы и не полакомиться, — кивнула цапля. — Люблю  гадин! Думаю, от неё одни неприятности.

 

— Конечно, — вздохнула Броаска. — Давит таланты. Столько загубленных судеб!

 

Заколдованная девушка смолчала о себе, но разве должен был кто-то знать, что она всего лишь спасает свою жабью шкуру? Броаска легко вздохнула, когда цапля подкинула, а затем проглотила спящую змею.

 

— И те, что наводят ужас, бывают беспомощными. К ним нужен подход, — моргнула птица и покинула зловонную гать.

 

Почувствовав себя в безопасности, Броаска вновь принялась мечтать о принце. Она, как обычно, продолжала взбираться на пень и, раздувая щёки, пела глупые стишки собственного сочинения.

 

В один из дней был нарушен привычный ход времени. Жабье пенье прервали звуки рога. В страхе затаились лесные обитатели. Только Броаска вскочила на лист кувшинки и закатила глаза:

 

— Это ко мне едет суженый!

 

Громче и громче выдувала она жабью песнь любви, когда чьи-то грубые руки подняли её из смрадной жижи. Только, увы, это был не принц.  Чумазый мальчишка разглядывал Броаску, время от времени встряхивая чудище.

 

— Какая уродина! — радовался он. — Вот мне все обзавидуются, когда надую её и брошу в воду. Уж эта точно смешно станет нырять!

 

— Эй, что у тебя там? Изловил редкого зверя? — раздался мужской голос чуть дальше.

 

Броаска испуганно слушала разговор незнакомцев, неуклюже дергаясь в грязной ладони.

 

«Опасно быть красавицей, — думала она. — Только от змеи с цаплей отделалась, так новая напасть: все норовят уничтожить…»

 

— Неси сюда свою находку, может быть, Его Высочеству понравится!

 

«Принц!» — дёрнулась жаба, намереваясь бежать навстречу августейшей особе.

 

Но мальчишеские  пальцы  сильнее сдавили бугристое  тельце, отчего  Броаске стало больно.

 

— Эй! Полегче! — квакнула она. — Вам всем не поздоровится, когда стану принцесой! Ну-ка, покажите меня жениху! Сейчас я ему задам: почему не явился на снежном барсе! И где цветы папоротника?!

 

Пока она возмущалась, мальчик подошёл к знатному вельможе и показал находку.

 

— Ого, — удивился человек в чёрном камзоле и охотничьей шляпе с пером. — Какая прекрасная мерзость!  Обязательно надо показать находку принцу!

 

— Прекрасная! — услышала жаба любимое слово. — Но почему мерзость?  Что за непочтение к будущей королеве?! — кряхтела она. — Всех посажу на кол! Я научу вас ценить красоту!

 

Тем временем ее поднесли принцу.

 

—  Удивительная  жаба! Такого чуда нет ни в одной  коллекции мира! Но до чего же она безобразна!

 

Нет, не за обычным зверем пустился на охоту королевич! С некоторых пор ему стали интересны уродцы. Он коллекционировал невидаль: наводящие ужас скелеты драконов, злобных  троллей, саблезубых зайцев, многохвостых рыб, смешливых блох и двухголовых тараканов величиной с большую королевскую тыкву. Коллекцию  собирал не столько ради потехи, сколько в учёных целях, чтобы любознательные потомки изучали многообразие жизни королевства.

 

— Наконец-то! — Броаска подпрыгнула и чмокнула прекрасного принца в щёку, отчего тот поморщился и стёр поцелуй  батистовым платком. — Ты прискакал за мной! А где же твой белоснежный барс? А букет из цветков папоротника? Впрочем, это не главное.  Главное то, что мы сыграем свадьбу!

 

— В банку со спиртом  диковинку. И в кунсткамеру — показывать за деньги! Пусть украсит мою коллекцию!

 

Напрасно трепыхалась и кляла всё на свете Броаска! Уж и собственная комнатка теперь казалась дворцом,  болото царством, отец-свинопас — важной персоной, а принц — мерзавцем. Но…  Не зря в народе говорят! Цени то, что имеешь.

 

Верные слуги послушно исполнили приказ господина: посадили странную находку в банку со спиртом. Так и осталась она никем не понятой мечтательной глупышкой, поверившей в собственную исключительность. Эх… Коварство повсюду!

 

*************************

 

Скажете, я всё выдумал? Как знать! Никому не навязывал своих историй. И этой не поведал бы, кабы не кружил передо мной назойливый комар.

___

Авторы: Сергей Замоз (Молдова. г. Бельцы), Микаэла Вейсмах (Россия. г. Москва)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Ответьте на вопрос: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.