Владимир Важенин. О «предшественниках» коммунистов (эссе)

Гомерический смех ныне у нас вызывает восхищение и сакраментальное отношение неказистых новых коммунистов некоторыми якобы предсоцилистами и предмарксистами. Безусловно, помимо этого, доставляет отраду ретивые и рафинированные социалистические «резонёры», которые, без сарказма, могут быть назидательными для истых и мнимых либералов.          Однако мы остановимся на тех неофитах, которые слепо верят, что зачинатель их дела был Уинстенли или же Мадзини. Мы попытаемся решить данный иллюзорный курьез.

Прежде всего, упоминая о Д. Уинстенли, мы должны обращать внимание на его совсем не вольготную пролетарскую социалистическую, скорее даже капиталистическую жизнь. До революции Джерард ещё при обучении читал множество античных и средневековых философов и успел, после образования торговлей, оказаться среди членов торговой компании. И лишь в 1643 году разорился, став паупером. Из изучения понятно, что Уинстенли ощутил эйфорию высшего ротюрье с лихвой, в то время, как многие сегодняшние социалисты-санкюлоты, к сожалению, всю свою жизнь находятся на низшей ниве бедноты. С оскудения Джерард побывал в размножавшихся тогда сектах, в том числе в баптисткой, приняв вескую презумпцию, что истинная вера возникает во внутреннем опыте прозелита и искони существует внутри него самого безо всяких помпических церковных обителей. Диггер резонно изложил это в собственных памфлетах. Именно поэтому, минуя первичное понимание верующих, Уинстенли ретирует к Библии и, приписывая ей мирскую канву, говорит, что все должны делиться плодами труда друг с другом. Более того, он будет ратовать за высказанный принцип в прощальном увещательном уставе, где предложит древний и правильный почин государства: без денег, но с парирующей врагов иерархией органов и должностей; с общим мимикричным делом, но с торговлей и собственностью (не частной); с обширными правомочиями, но с рабством и т.п. В свою очередь Джерард форсировал свой «общий альков», опираясь хотя бы на сомнительных поповских кодифицированных богом текстах и недомолвках, когда современный «великий социалистический пролетариат», не беря на авансцену какую-либо подоплёку, клеймит фрименов.

Главный «копатель», побыв на подмостках революции всего около года, успел поддержать Д. Лильберна и вместе с левеллерами воспрянуть с его «прирождённым правом». При этом Джерард даже и не польстился на отечество бриттов, а лишь предложил делёж земли для «истинных левеллеров», посредством «права» Джона. Новые же коммунисты желают, инспирируя других своих благоразумных соратников, овладеть всем, в большей части деликатным к ним миром, устроив «аутодафе» всей интеллигенции. Что уж тут говорить – изобличая Джерарда как коммуниста, господа нарекают его миролюбивым революционером.

Вероятно, вам, читатели, известно злоключение о — как её надменно называют господа красные — «первой коммунистической колонии». Многие благоговеют диггерам, не сдавшихся на почве псевдореспубликанского изуверства. Но, несомненно, это же большинство вопрошает: не кажется ли их деятельность самым простым аскетическим глуповством на истерзанном урочище. Воистину, вопрос-трюизм является, что не на есть правильным и ответ на него очевиден. Однако здесь вуалирует больше вся высокомерность и болезненная казенщина кромвелевского протежирования: даже превозмогающей в политике армии показался арест копателей абсурдом, посему она и продолжительно якшалась с ними.

Возвращаясь к Уинстенли, то мы укажем на то, что культивировал свою идеологию он на подтвержденной исторической молве – на том, что аристократической препоной всему является нормандское завоевание острова. Упоминал эту причину и сам Лильберн, но глава диггеров развил данное конспираторское обстоятельство.

Наконец, Джерард, в отличии от современной коммунистической интервенции, признал своё поражения. И это признание, выраженное анонсом «Закона свободы» было именно фатальным и именно забвением для его концепции «дигерства». Сейчас господа коммунисты оспаривают и не желают и думать о их неотвратимом и скором конце под столь радикальными собственными мыслями. Джерард же, помимо того, что со всей горечью настало окончание его эпопеи, не поставил на собственное место какого-либо самоотверженного политикана, а лишь оставил сборник проблематики английской Республики и того, что её может консолидировать, о чём было написано выше.

Мы считаем, что изощрено исследовали тему гальванизирования и издёвки недальновидной коммунистической волны ретивых политических протагонистов. Мы предлагаем более не видеть в отдалённо схожих по догматам персонах коммунистов. Ведь таким образом и все другие идеологические контингенты отождествятся с коммунистическими, поскольку у всех даже принципиально различных обществ имеются подобные друг другу установление. И, наконец, предлагаем принять перемирие названным ранее двум идеологиям, так как все могут ошибаться.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ответьте на вопрос: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.