Радмила Лоренц. Я выбираю жизнь (рассказ)

Чем больше великие умы человечества пытаются улучшить жизнь людей, тем чаще сталкиваются с различного рода проблемами. От нехватки финансирования проектов до практически бесконечного поиска…подопытных.

Жестокая реальность такова, что разработка вакцин от различных вирусов подразумевает эксперименты на живых организмах. Конечно, было бы идеально наблюдать развитие и последующее уничтожение микробов в теле человека, но…в современных реалиях это невозможно. Поэтому остается довольствоваться животными. В основном это мыши и крысы. Но иногда бывают и кошки, и собаки. Гориллы. С последними иметь дело очень опасно, так как они весьма сильны и умны. Но в то же время наиболее эффективно. Их анатомия, строение мозга больше всего приближено к человеческому и шанс получить из ее антител действующую вакцину возрастает в разы.

Кто-то скажет – жестоко. Негуманно. Бесчеловечно. Но каждый ученый в вирусной лаборатории «Иерихон» скажет, что это оправданная жестокость. Все лекарства, прививки, терапии, вообще вся медицина, спасающая человеческие жизни уже какой век подряд, основана на опытах, экспериментах. А в военные времена некоторые не чурались использовать в этих целях и пленников.
История человечества пишется кровью и наука не исключение.

Но «Иерихон», еще даже не подозревая об этом, занес над существованием людской расы Дамоклов меч.
Сыворотка, над которой работали ученые, должна была разрушать опухоли мозга без хирургического вмешательства. Это будет воистину судьбоносный рывок в медицине. Но пока…пока все штаммы полностью разрушали клетки мозга, превращая животных в абсолютно бесконтрольных агрессивных существ. После окончательного разрушения мозга они не умирали – загадочным образом полный контроль над телом переходил спинному мозгу, но это была пародия на жизнь, нежели полноценное существование. Оставались лишь низменные инстинкты, как бы иронично по отношению к животным это ни звучало.
Но что было смертью для одного вида, было жизнью для другого.

Эльды, воинственная раса, существующая уже долгие тысячелетия, бесконечными гражданскими воинами полностью уничтожила свой мир. Планета стала абсолютно непригодной для существования – испарились моря и океаны, перестали расти деревья, не осталось ни одного животного. Каждый клочок земли был застроен крепостями, бункерами, изрыт окопами. Тела павших уже давно не хоронили и не сжигали – они разлагались прямо там, где пали, наполняя воздух смрадом разложения. И трупов были миллионы.

Совет эльдов, вернее то, что от него осталось, принял решение покинуть умирающий мир. Были сконструированы огромные космические корабли, размером не уступающие городам. Эльды забрали все ценное – технологии, архивы, редкие ископаемые, и бросили загнивающий мир.
Они тайком посылали своих шпионов на планеты, где кипела жизнь для выяснения, пригоден ли климат для эльдов. Они не могли действовать в открытую, так как после последней войны, которая и уничтожила планету, их военная мощь значительно упала.

После столетий, проведенных на своих кораблях, эльды добрались и до Земли. Они заслали шпионов в основные организации планеты – силовые структуры, образование и…медицина.
Так один из эльдов, под личиной ассистента одного из ученых, попал в «Иерихон». Там его знали, как выпускника медицинского университета по имени Йен Лион.

Хоть эльды в общих чертах и походили на людей, но все же имели весьма заметные отличия – заостренные зубы, вытянутые уши, чрезмерно высокий рост и ярко-фиолетовая радужка глаз.
Эту проблему развитая технологически раса решила весьма просто – иллюзии. Каждому шпиону выдавалось специальное устройство, конвертирующее его внешность под стандарты мира, в который они внедряются. Само устройство имело разные модификации – оно могло быть заколкой, запонками, ручкой, брошью. Всем, чем угодно, но небольшого размера и не притягивающим внимание.

Так, Йен Лион получил внешность блондина среднего роста, с легким загаром, пронзительными черными глазами и стройным телосложением.
Его основной задачей был сбор информации о вирусах, которые очень быстро распространяются и от которых еще не было найдено эффективное лечение. И новость о сыворотке, которая в своем несовершенстве уничтожает мозговые клетки, была настоящим подарком для эльдов.

Йену было поручено любым способом распространить злополучный штамм.

— Ее мозг умирает, — Лидия, одна из ученых, разрабатывающих сыворотку, делала пометки в планшете, стоя напротив клетки с гориллой Джейн.
Могучее животное уперлось руками-лапами в пуленепробиваемое стекло и взглядом пожирало ученую. Тягучая слюна свисала из ее пасти серебристой нитью, медленно уползая по стеклу вниз. Когда-то красивая черная шерсть теперь сплошь покрылась плешивыми пятнами, сквозь которые проглядывала серая шелушащаяся кожа. Оба глаза затянула катаракта. Губы периодически вздергивались вверх, обнажая почерневшие десны с мощными острыми клыками.

— Ох, Боже, жуть-то какая! – Йен подошел к клетке и встал рядом с Лидией. Девушка кивнула и продолжила делать записи – она уже давно привыкла к подобным зрелищам, ведь Джейн была не первой обитательницей этого загона. Хоть и протянула дольше прошлых ее товарок.
Лион осторожно приблизился ближе к стеклу. Взгляд слепых глаз гориллы тут же переместился с Лидии на него. Сухие ноздри раздулись, вбирая запах живого тела. Слюна закапала обильней.

Да, это существо не имело ничего общего с той весьма дружелюбной Джейн, которой она была в начале эксперимента. Тогда она с охотой взаимодействовала с персоналом, радовалась свежим фруктам и легко могла решать простые логические задачки. А сейчас…сейчас это была концентрация злобы, ярости и постоянного голода. Путем экспериментов удалось выяснить, что сырое свежее мясо, органы, кровь и мозги какое время поддерживают тело носителя штамма, делают его…живым. Но каждый раз требуется все больше и больше еды.

Джейн не кормили уже давно – с тех пор, как выяснили, что ее мозг тоже начал умирать. Теперь за ней просто наблюдали, ожидая конца.
Завороженный первобытным животным началом, Йен придвинулся еще ближе к клетке. Его раса была воинами и им прекрасно была знакома жажда…жажда крови и убийств. Завоеваний. Того, что в итоге их чуть не погубило.

Джейн ударила по стеклу рукой. Кожа на ладони лопнула и кровь ярким алым пятном размазалась по прозрачной поверхности.
— Лион, твою мать! Не подходи так близко! – Лидия оттащила парня от клетки и, подбежав к специальному пульту, пустила в клетку усыпляющий газ.
— Прости. Хотел поближе рассмотреть последствия штамма, — ни один мускул не дрогнул на лице Йена. Все-таки он был закаленным в боях воином и видел вещи пострашней зараженной гориллы.

Джейн все еще бесновалась в камере, окутанная газовым облаком. Еще пять или шесть мощных сотрясающих ударов пришлись по стеклу прежде, чем животное грузно осело на пол и отключилось. Лидия отключила подачу газа и, отчитывая Лиона, потащила его прочь. Йен виновато улыбался.

— Да ладно тебе, Ли, ничего же страшного не произошло. Пойдем лучше перекусим, пока помещение проветривается.
По толстому стеклу прошла едва заметная трещина.

Эльд был зол. Он все еще ни на йоту не приблизился к способу распространения штамма. Экземпляров готовой сыворотки было немного и этого количества едва хватило бы на этот небольшой город. Конечно, можно было бы организовать распространение чумы или холеры, но тогда самим эльдам тоже угрожала бы опасность заражения. А так…так под влиянием штамма люди уничтожат сами себя. Возможно, пострадают и некоторые животные, но эльды смогут восстановить необходимые популяции. Они не повторят тех же ошибок, что привели к гибели их родного мира.

Джейн очнулась глубокой ночью. В помещении с ее камерой горело лишь дежурное освещение, поэтому царил полумрак. Охранник лениво совершал очередной обход.
«Ну и образина, Господи помилуй! Что они тут творят, что творят!».
Ворчал он много, но увольняться никуда не спешил – платили очень хорошо, а на некоторые вещи можно…закрыть глаза, скажем так.

Горилла не пошевелилась, когда луч фонаря охранника выхватил ее почти лысое серое тело из мрака камеры. В слепых белых глазах была пустота.
Сплюнув, мужчина пошел к следующему пункту обхода.

Через трещину все запахи и звуки отдавались в рецепторах Джейн намного сильнее.

 

 

 

 

 

 

 

 

Как только охранник покинул помещение, горилла практически бесшумно поднялась на истощенные ноги и приблизилась к стеклу. Прижавшись стянутой морщинами мордой к трещине, Джейн шумно втянула воздух. Ее обостренного обоняния коснулись множество запахов – химикаты, бумага, кофе, ее засохшая кровь. Но самым ярким был запах охранника – смесь живой плоти, сигарет и стирального порошка.

Аромат крови осел на вздернувшихся губах гориллы. Все ее тело напряглось в предвкушении охоты…и свежей пищи. По серой, покрытой струпьями коже, пронеслась волна мурашек, местами вскрываясь кровоточащими язвочками.
Животное подняло огромную лапу и кулаком ударило прямо в трещину. Еще и еще. Присохшую кровь смыла новая волна – на этот раз черная и густая, как смола.

Джейн била и била в стекло все сильней, даже не замечая, что разбивает руки в кровь. На шум прибежал охранник.
— Ох черт тебя дери! – его руки мгновенно взмокли и перехватило дыхание, пока он впопыхах пытался снять с пояса выскальзывающую из потных ладоней рацию.
Трещина увеличивалась все быстрее и быстрее. На металлический пол уже посыпались первые осколки.
— Группу быстрого реагирования, скорее! – наконец, охранник справился с рацией и орал в трескочущий динамик на пределе голосовых связок, пытаясь перекричать дикий рев гориллы.
Стекло полностью покрылось паутиной трещин.
— Доложите обстановку! – послышался из рации спокойный строгий голос.
— Мы все сейчас сдохнем к чертовой матери!
Охранник отшвырнул рацию и вытащил из кобуры служебный пистолет. Не надо быть ученым, чтобы понять – это чудовище вот-вот выберется из камеры и устроит кровавую баню.
Он открыл огонь как раз в ту же секунду, когда изломанный барьер окончательно пал и Джейн, шумно втягивая воздух, выбралась на свободу.
Пули вошли в податливую плоть, открывая истекающие черной смолой раны, но атака оказалась незамеченной.

Когда все разошлись, Йен остался в кабинете, который делил с Лидией, будучи ее ассистентом. Он сидел за столом и в который раз перебирал бумаги по сыворотке. Просматривал файлы на рабочем компьютере.
И единственный вывод, к которому он пришел – это отправить образец сыворотки с формулой приготовления на корабль, чтобы ученые эльдов смогли сделать достаточное количество вещества и…и тогда уже можно будет о способе распространения. Но не сейчас, когда в работе всего восемь небольших колбочек.

Приведя бумаги в порядок, Лион вышел из кабинета и направился к хранилищу. Его шали гулко отдавались в тишине, когда он ступал по металлическому полу.
У хранилища он провел пластиковой картой-допуском и, получив зеленый свет, вошел внутрь. В помещении всегда царила приятная прохлада. Холодный свет ламп дневного освещения отражался от стеклянных дверц холодильников и хромированных деталей. Царила стерильная чистота.

Эльд открыл дверцу холодильника и посмотрел на колбы с сывороткой. Мутно-голубая жидкость ровно наполовину наполняла каждый стеклянный сосуд. Йен протянул руку и коснулся пальцами прохладной емкости, как на весь коридор прогремел резкий шум, сопровождаемый ревом и выстрелами. В следующую секунду послышался сдавленный человеческий крик и вновь наступила тишина. Но теперь она казалась опасным затишьем перед грозящей опасностью.
Чутье воина сразу нарисовало в сознании Йена картину произошедшего, пока он бежал к камере Джейн – горилла каким-то образом выбралась и напала на охранника. Его крик свидетельствовал лишь о том, что он уже мертв.

Интуиция не подвела Лиона. Когда он прибыл на место, то застал Джейн, терзающую живот мертвого охранника. Яркая теплая кровь заливала пол, труп подрагивал в такт рывкам мощных челюстей гориллы.
Йен медленно стал отступать назад, надеясь, что охранник успел вызвать помощь. Ему ни в коем случае нельзя было раскрывать свою маскировку и вступать в бой с этим.

Во время отступления эльд случайно задел ногой один из осколков, чикрнувший по полу. Едва слышный звук. Но горилла в ту же секунду повернула свою голову в сторону шпиона. В полумраке ее слепые глаза зловещими белыми пятнами вперились в Йена.
Здраво оценив ситуацию, он развернулся и побежал по коридору. За спиной его настиг бешеный рев и топот. Джейн продолжила охоту.
Если помощь не подоспеет вовремя, Лиону придется вступить в схватку. Быть съеденным примитивной зараженной формой жизни он совершенно не желал. Пришлось бы потом объясняться с советом, но это наименьшее, что его сейчас волновало – горилла почти настигла его.
Оттолкнувшись от стены, Йен совершил прыжок и, оперевшись прямо на Джейн, перепрыгнул ее, приземлившись за спиной. Сухая кожа животного была неимоверно горячей.

Горилла неловко взмахнула руками, попытавшись поймать ловкого эльда в воздухе, но упустила добычу. Издав яростный рык, она шумно втянула воздух и тут же развернулась в сторону Йена.
Он планировал рвануть до бывшей камеры Джейн и забрать рацию с пистолетом. Вряд ли охранник расстрелял весь магазин – воин отметил только три пулевых ранения, которые продолжали сочиться черной, смолянистой кровью.

Горилла уже приготовилась совершись очередную атаку, как подоспела ГБР. Вооруженные люди тот час открыли огонь из автоматов, изрешечивая тело животного.
Йен едва успел ввалиться в соседний кабинет прежде, чем его постигла участь Джейн – пули проходили сквозь ее тело так же легко, как раскаленный нож сквозь масло. Одна из пуль угодила в плечо эльда, вызвал сдавленное шипение.
Отползая вглубь кабинета, Лион сорвал с себя белый халат и футболку. Рана была отвратительной – его кровь цвета индиго смешалась со смолянистой кровью гориллы, принесенной в его тело вместе с пулей.
— Твою ж…- прошипел Йен и, зажимая рану собственной футболкой, принялся обыскивать кабинет на предмет хирургических инструментов, ведь умерших подопытных вскрывали тут же, в лаборатории.
На его удачу, этот кабинет как раз оказался операционной. Стерильные инструменты покоились в прожаренных крафт-пакетах.
Разорвав один из низ зубами, Лион высыпал содержимое прямо на операционный стол – среди скальпелей, маленьких ножниц и чего-то, напоминающее пилку, он подцепил узкий длинный зажим.
Полив рану враз вспенившейся перекисью, эльд зажал в зубах футболку и засунул зажим прямо в рану. Плечо в ту же секунду пронзила острая боль, вызывая приглушенные стоны. Ориентируясь по ощущениям, Йен подцепил пулю, зажал ее и медленно потащил прочь из своего тела. Свинцовый шарик с хлюпаньем покинул плоть эльда, таща за собой липкую черную нить.

Поскольку раны у его расы затягиваются достаточно быстро, Лион не стал утруждать себя зашиванием раны – он покрепче перевязал плечо, оделся и, приведя кабинет в порядок, незамеченным покинул лабораторию, не забыв прихватить окровавленный комплект инструментов.

Джейн оперативники убили без потерь в своих рядах, пока эльд занимался раной. Сейчас на место была вызвана группа ученых, работавших над вирусом, и полиция.
Лидия безуспешно пыталась дозвониться до Йена. Телефон был недоступен. Она волновалась, не приключилось ли с ним беды, ведь Лион был здесь во врем этого инцидента. Да, они явно недооценили воздействие сыворотки. Ее воздействие требовалось изучить заново. Это значило, собрать образцы материала с тела гориллы, вскрыть ее и…обзавестись новым подопытным.

— Ну давай же, Йен, возьми трубку…- Лидия в очередной раз набирала номер парня.
Симпатичный, подающий надежды выпускник университета понравился девушке с первого взгляда. Было в нем что-то такое…Внутренний стержень. Чувствовалась сила и уверенность, несмотря на порой беспечное поведение. А какие милые ямочки появлялись на его щеках, когда он улыбался…
Лидия тряхнула головой – сейчас не время и н место думать об этом.

Телефон Йена все так же был недоступен.

Два дня Йен провалялся в своей небольшой квартире. Все его тело горело, он бредил. Рана затягивалась медленней, чем обычно, постоянно истекая черной кровью.
Эльд мог бы вызвать совет, но это означало его устранение, если он заражен. А проверять никто не будет.
В состоянии между сном и явью Йен грезил воспоминаниями из прошлого – когда-то на его родной планете он тоже получил такое же ранение, только в другое плечо. Тогда ему помог его товарищ, и сегодня Лион использовал ровно те же методы, что и его друг тогда, в прошлом. Жаль, что он мертв…
Спустя двое суток раздался стук в его квартиру.

Йен уже почти пришел в себя и поэтому открыл дверь достаточно быстро. На пороге стояла Лидия.

Девушка, нахмурившись, отпихнула парня в сторону и вошла внутрь. Лион сразу понял, что она зла…Зла и обеспокоена. И волнуется. И не спала сутки. Плакала…Но…Эльд замер около входной двери – когда это он успел стать настолько проницательным?
— Лион! Твою же мать! Почему ты не отвечал на звонки?! – Лидия нервно мерила шагами комнату, чеканя шаги шпильками. – Я с ума схожу! А ты…ты…
Девушка поняла влажные глаза на Йена и, пожав губы, опустилась в кресло.
— Ты вообще знаешь, что произошло в «Иерихоне»?
Эльд невозмутимо наблюдал за девушкой. На его лице не дрогнул ни один мускул, но на самом деле он сейчас был поражен и напуган, как никогда – каждое слово, произнесенное девушкой, он едва слышно прошептал за несколько секунд до того, как она сама их произнесла. Йен дураком не был и дважды два сложил в то же мгновение – на него каким-то образом повлияла мутировавшая кровь Джейн. Но он не был человеком, так что…Эффект был абсолютно непредсказуем. Что, в общем оказалось достаточно наглядным. Для него.

— Да, Ли, знаю. Я был там в это время. – Медленно Лион приблизился к Лидии. Подтащив стул, он сел напротив девушки, — Горилла…Джейн выбралась из камеры и…Ох, Том попался ей первым.
Эльд опустил глаза в пол. Нет, ему не было жаль столь трагично окончившего свои дни охранника. Он ощущал страх, но не свой. Лидии.
Невероятным образом он чувствовал ее эмоции, улавливал настроение и…слышал мысли. Теперь он окончательно понять, как смог распознать состояние девушки, встретив ее у порога.

— Я был бы следующим, но ребята из ГБР подоспели вовремя. Мне просто повезло.
Лидия кивнула. Все это она уже знала. Все, кроме одного.
— Но почему, почему ты не брал трубку? Я себе места не могла найти.
Йен едва смог сдержать усмешку – так он ей нравится! Вот почему обычно холодная ученая столь эмоциональна сейчас, когда говорит о нем. Он привлекал ее.

Лион не заметил, как облизнул пересохшие губы, а ноздри едва заметно раздулись, ловя витающий в воздухе аромат девушки.
— Прости, Ли, — Йен взял руку Лидии и сжал в своей. Она не воспротивилась, — На меня так повлияло это событие…Бешеная Джейн, смерть Тома…Я сам чуть не стал закуской для этого монстра! Я не хотел, чтобы ты видела меня…не готовым столкнуться с опасностью. Мне нужно было время обдумать все случившееся.
Лион почувствовал, что девушка обнимет его прежде, чем она это сделала. Лидия практически упала в его объятия, уткнувшись носом в плечо. На нем не было ни следа от пули – только гладкая, слегка загорелая кожа.

— Мне-то ты мог сказать. Хотя бы то, что с тобой все в порядке…- Лидия не удержалась от всхлипа, сильнее прижимаясь к парню. Только сейчас она поняла, что ее руки скользят по его обнаженной спине, но не отстранилась. Ей было приятно ощущать гладкую горячую кожу под своими ладонями.

— В следующий раз так и сделаю, Лидс, — эльд прижал ее к себе и вдохнул аромат светло-каштановых волос. Он чувствовал, что ей приятно касаться его. Ощутил, как намеренно она замедлила объятие, чтобы продлить прикосновение к его коже.
Да и с ним творилось что-то…странное. Дыхание участилось, во рту пересохло, сознание застилал туман. Туман желания.
— Не называй меня так, — девушка чуть отстранилась, но Йен не отпустил ее.
— Как скажешь. – Прошептал он ей прямо в губы и тут же впился в них, жадно целуя Лидию.

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ответьте на вопрос: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.