Юрий Прозоров. Очень старая улица (сборник рассказов)

Убитые социальные сети

 

Он снова сел за интернет и как всегда сразу открыл соцсети.

«Это уже в крови, привычка навсегда. – подумал: А, если их не будет, отключат и все. Убьют, у нас умеют и людей и что угодно».

Работает в соцсетях минимум по часу в день. Сотни людей собираются здесь и чаще равнодушно проскальзывают взглядом десятки постов и комментов, чтобы вдруг подскочить на стуле и воскликнуть радостно или грустно «Ага!» или «Вау!».

Радуется, словно окунаясь в тот теплый общественный океан, который сразу поглощает и его и страну и весь мир, где плавают и свободное общение и лучшие идеи и грубость и тупость и мат, но все равно – это и есть жизнь, которую только и можно любить.

Бывает, что по двадцать раз в день снова и снова заходил в одну и ту же сеть, словно припадая к живому источнику общения, и упиваясь этой главной роскошью по версии Сент-Экзюпери. Он словно вошел в новый мир, где люди вместе на огромном расстоянии и их мысли могут на что-то пусть немного влиять. И это было очень приятно.

 

***

 

— Его посадили за то, что написал в социальных сетях несогласие с присоединением Крыма к России. Русский, электрик из Твери. Отсидел два года. Потом вместе с семьей уехал в Украину. Ведь скажи в девяностых, что такое будет в России – смеялись бы.

— Да слышал. Девушка из Барнаула, которую обвинили в том, что разместила картинки с неграми и написала что «это негры». Тоже уехала в Украину, пока не посадили.

— Людей судят за картинки, за комментарии, за всякую ерунду. Так при Сталине сажали и убивали за рассказанный анекдот.

— Все в России возвращается. Людей увольняют с работы, заставляют уволиться из-за соцсетей.

— Тюрьма была и есть. Палата номер шесть. Раба за сто лет не выдавили и на каплю.

 

***

 

Он был уверен, что один его пост серьезно повлиял на важное решение центральной власти. Так сложилось, что особых сомнений не было. Не только его, но в основном именно этот.

«То есть какие-то социальные сети, вроде ерунда, больше интеллигенция щебечет себе друг с другом, а ведь их смотрят. Эти мерзкие чинуши, убогие бизнесмены видят все это. Их обязывают прислушиваться. Ведь не старый режим. Новое время, пусть люди те же. Лишь один пост и простой, картинка с текстом.» — долго думал об этом, понимая, что вряд ли ошибается.

 

***

 

«В контакте» – здесь чувствуешь что-то совсем другое, словно тюремный коридор.

Оппозиционные группы как умерли или же в них сплошь жучки. Группа есть, последние посты за прошлый год и дальше словно они рассыпались! На слова «демократия» или «Навальный» почти ничего, хотя в других сетях все иначе…

Кто-то написал: «Когда уйдут все, в ВК останутся только сотрудники ФСБ и будут писать доносы друг на друга».

Он снова попал в черный список группы, а группа хорошая, Петербург, но и здесь боятся как обычно в России – это страна для страха и крика. Пока так.

«Да! Работать практически невозможно. Теперь я только ставлю лайки и пишу комменты. Их тоже иногда не пропускают. Но формально пиши что угодно.» — он тоскливо закрыл сети.

 

***

 

ОК, Одноклассники. В этой сети проблем почти нет. Ну, иногда где-то закроют доступ на пару месяцев. Но и народ тут от сохи. Если под него делаешь, он лайкает не глядя. Отзывы больше типа «Ты — козел!», «А ты вообще…!». Здесь работать неинтересно. Ее и не закроют. Сама по себе как бы закрыта для очень умных. Но и здесь нужно работать. Это люди, вот такие, тоже Россия, и могучая и бессильная…

В «Живом журнале» посты стали очень осторожные. «Ваш аккаунт заблокирован пользователем». – видит он почти каждый день иногда даже за лайк. Уже быстрее выходил, чтобы не увидеть очередную блокировку. Потом перестал заходить в ЖЖ. Заметил, что публикации в ЖЖ становятся все реже.

«Фейсбук» – настоящая тюрьма, требуют паспорт, постоянные проверки, даже хуже, чем в тюрьме. Но оттуда и отток.

В «Твиттере» почти нет проблем, хотя некоторые жалуются на удаленные акки. Но здесь свободнее всего. Хотя и его чуть ли не в этом году грозятся закрыть. Закроют, Россия…

«Телеграм» то появляется, то исчезает. Но совсем не сдыхает. Его давят, а он как-то неясно продолжает жить. Упорно появляется снова и снова как растения, пробивающиеся через плохой и дурно положенный российский асфальт. Старый, трескающийся асфальт постепенно разрушается, зарастает зеленью. Жизнь побеждает смерть.

 

***

 

«Одноклассники» опять чихают и думаешь, уж не совсем ли закрыли по команде свыше. Но нет, утром он снова на месте и все группы те же. Просто что-то было не так, проверка или сбой. Русский «Твиттер» по слухам доживает последние деньки. «ВК» уже в общем закрыто, свободы там почти нет. «ЖЖ» как свободная площадка закрылся. И я ничуть не удивлен». — он спокоен.

Так постепенно чувствуется как цветущий сад медленно, но неуклонно идет к своему концу, теряет листву, ему отрубают корни, рубят и сушат деревья, он засыхает и замерзает, уже не цветет и почти не зеленеет. Он умирает не сразу, но в России так всегда. Он погибает как бы навсегда.

 

***

 

— Сеть можно вырвать, выжечь или вытравить. В России травят совершенно привычно. Здесь именно так. – сказал он и грустно вздохнул: А они сделают, но потихоньку. В этом году «Фейсбук», в следующем «Твиттер», так потихоньку и других. Никто особо и не заметит.

— Как обычно. – ответил чернявый и засмеялся: Сети точно порвут, это же сети…! В России так всегда. Задавят, потом через много лет будут локти кусать. Что мы наделали?!

— Но их можно создавать бесконечно, их опять будут закрывать, но не сразу.

— В том и дело. Давили, будут давить, а это как ростки через асфальт…

— Можно делать рассылки по почте или мессендежерам для своих, можно звонить, наконец, можно просто на стенах писать и рисовать. Ведь все не закроешь.

— В России это не понимают. А ведь сети стали душой страны, почти сердцем. И вырвать сердце…? Но тут иначе не бывает. Здесь история только повторяется.

 

***

 

«Всё: теперь будут сажать за «неуважение к государству» и писать честно в соцсетях станет невозможно. Вообще писать будет невозможно? Так что можно закрывать эту контору. Переходить на надписи на стенях и листовки. – написал он в комментариях и подумал: Нужно удалять аккаунт? Так что? Может закроемся насовсем? Да ладно, как обычно зашьют, запретят, забанят. Это Россия, здесь убить хоть морально – норма, все только так и не будет иначе… сто лет, двести…»

 

***

 

Он открывает соцсети, одну за другой, везде одна и та же надпись… Все понятно! Убили…

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Ночевка в садах

 

Посреди города старые брошенные сады, здесь много мест, где даже трудно ходить. Народ собирает малину, яблоки и вишни, гуляет, выпивает.

В городе много гастарбайтеров. Зимой они снимают дешевое жилье, а летом для экономии некоторые, обычно опытные, выбирают другой вариант.

Нашли самое малозаметное место. Здесь со всех сторон заросли, плохо лишь, что много малины, летом явно будут собирать. Но публика чаще приличная, они знают это, потому что уже пробовали. Поставили две палатки, метрах в ста друг от друга. Так дешевле, платить за жилье не нужно.

Их замечают. Они видят это, люди подходят и смотрят на голубые палатки, которые плохо, но видны и в зарослях малины. Вокруг город и здесь прилично людей. Но никто не спрашивает и не ругается.

— Не убьют нас тут ночью, Маджид?

— Да уж я тут пятый год летом. Ни разу ничего. Потому и живем. Алишер, ты все боишься. Молодой еще. Ну, ходят тут пацаны, но они и сами нас боятся. На случай чего всегда держи рядом баллончик.

Не все понимают, чьи это палатки. Женщины обсуждают, что уж не уголовники ли. Кто-то предположил, что туристы. Люди даже специально ходят смотреть, потихоньку, близко не подходят.

Дети тоже находят эти палатки, но заходить никогда не рискуют, хотя днем хозяев чаще всего нет на месте.

Однажды пришли вечером и увидели, что обе палатки изрезаны, залиты какой-то дрянью. Мангал исчез.

— Что будем делать?

— Плевать. Хотели бы убить, убили. Купим новые палатки. Да, одна ничего. Заклеим. Вторую знаю, где купить за две тысячи. Делать нечего. Останемся. Уж до октября месяц. У тебя баллончик. В крайнем случае моя пневматика. Отобьемся. Да ничего и не будет! Я тут район знаю. Это в Добрячке фашисты нападают с колами, пишут, мол, уходите, и то пугают больше. Тут такого нет. Здесь район спокойный. Потому и выбрал. Они сюда не добираются, лень. Россия… Ничего!

Старший улыбается и хлопает молодого по плечу. Тот вздыхает и чуть улыбается.

— На, попей водички. – подбадривает старший, протягивая бутылку лимонада.

— Ладно, но, если что, Маджид, твой пистолет.

— Не трусь, джигит! – старший смеется: В России, Украине и не такое видел. Живой.

Понятно, тоже боится, но уже привык. В прошлом году в городе убили двух узбеков, убийц так и не нашли. Но уже научился не показывать страх.

В выходные они сквозь полосу садовых зарослей видят гуляющих по главной дороге матерей с колясками и собачников, удерживающих чующих палаточников питомцев, детей с родителями и подпитую молодежь. Смотрят как звери из зарослей на людей. Но им все равно хорошо. Давно привыкли.

Октябрь. Собирают палатки, вещи в большие мешки, курят. В последний раз смотрят на кусты малины и яблони. Берут с веток по яблоку и жуют. Идут по дорожке под густыми зарослями сливы к выходу из садов.

— В следующем году опять сюда? – спрашивает молодой.

— Опять. Но лучше бы в доме. А, может, и наберем на те старые комнаты на первом, хозяйка недорого берет. – отвечает старший и чуть улыбается.

Теплое солнце сквозь заросли освещает двух мужчин с мешками, идущих к выходу из садов по узкой дорожке.

Нашли квартиру на первом этаже в старом кирпичном доме. Здесь недорого, хотя без ремонта, коммуналка, но есть отопление, большие окна, две комнаты. Просто положили матрасы на пол, заложили окна на метр картоном, чтобы не было видно, здесь же едят. И так до лета, а, может, насовсем.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Русский бизнес, жестокий и беспощадный

 

Инструктор по охране труда пустил по кругу журнал для росписи за инструктаж и продолжал говорить: «У нас организация приличная, все как положено. А я работал инспектором по охране труда, так за десять лет насмотрелся в частных фирмах, там с людьми часто обращаются хуже, чем со скотом. Полностью плюют на людей. Рынок… говорят. Ну, да ладно… все расписались?»

***

После пяти лет работы меня прямо на работе побили по лицу, по голове ногами и обвинили в драке. Я никого пальцем не тронул.

Работал служащим более 5 лет по бессрочному договору на заводе нефтепродуктов. Пока зарплата была, чуть более 20 000, был передовиком, работая, служащим помогал ремонтировать желдорогу, перешивать путь бесплатно, работая диспетчером. Людей не было, иногда перекрывал месяц на две ставки до 360 часов.

Год назад пришел новый начальник-блатная баба в золоте и в джипах, стала своих людей тянуть. Требовала от меня уволиться, угрожая уволить по статье. Записал на диктофон угрозы двух начальников уволить. Через ложь в течении года написали на меня 6 приказов за срыв работы и уволили по статье. Зимой я прошёл 4 аттестации, хотя все проходили одну. Когда я прошел аттестации, мой новый сослуживец, прямо на работе без слов, без камеры повалил меня на землю и бил ногами по лицу и по голове. Я вызвал скорую на работу и в травмпункте зашивали лицо, месяц был на больничном. Милиции дали взятку, мою медэкспертизу будто потеряли. Меня выживали: главный инженер, начальник-баба, знакомая главного инженера, диспетчер.

Ищу адвоката надо пытаться возбудить дело за побои по уголовщине и опротестовать в суде увольнение. Начальница весь коллектив от меня отвернула. Хотя я всем помогал. Все боятся быть уволенными.У НАС ВСЕ ПИШУТ ПРИ УСТРОЙСТВЕ ДВА ЗАЯВЛЕНИЯ НА ПРИЕМ И УВОЛЬНЕНИЕ сразу!!!!Я ПРОСКОЧИЛ БЕЗ НАПИСАНИЯ ЗАЯВЛЕНИЯ НА УВОЛЬНЕНИЕ.

Я понимаю, что сейчас власть воров и бандитов.

Когда приехала скорая на работу, так начальники ржали, что я сам упал. Просто ржали и били ногами по лицу.

 

* * *

 

Ее взяли на работу, клятвенно обещая, что поиска новых клиентов не будет. В требованиях к вакансии ни слова про продажи не было. Обещали, что не будет.

На деле этим и пришлось заниматься. Посадили в отдельную комнату: компьютер, телефон. Окно с хорошим видом. Поначалу обрадовалась.

Три дня нехотя звонила и пыталась кого-то уговорить.

На четвертый с утра пришла кадровичка и сказала, что она уволена.

 

* * *

 

Маленькая юрфирма в центре.

Начальник – парень лет двадцати пяти в белой рубашке и строгих черных брюках, но с лицом хулиганистого мальчишки – снисходительно посмотрел на него. С улыбкой разглядывал примеры его работы.

-То, что вы делали – вода. Вы ничего не умеете. — вдруг он засмеялся каким-то тихим нелюдским смехом, словно ледяные камешки попали в стакан.

— Да никакая не вода. Это легко доказать.

Собрался и пошел.

— Нет, у меня есть работа вроде подработки. – начальник странно изменил тон, даже чуть улыбнулся: Вы, вроде, копирайтер ничего, могу дать работу по договору.

— Да это мне каждый день предлагают.

Шел и думал: «Ну и чваньё! И раз пятый уже такой. Русский малый и средний бизнес почти все – уникальное чванье, часто тупость и главное – редкое хамство. Так и должно быть – русский капитализм только начинается. Ему нужно переболеть детскими прыщами жестокости и тупости и это лет на сто. Новое в России всегда такое убогое, тупое, как чума, которая дико долго проходит».

 

* * *

 

Нанимают с красивым обещанием хорошей заработной платы, официальным трудоустройством, премиями и прочими русскими врушками. На деле ничего не платят, планы растут до небес, специально, чтобы не платить зарплату!!! За месяц стараний иногда выдают 200 рублей с фразой «Старайся, выполняй планы и будет тебе счастье!» Если вы сами надумаете уйти — пытаются повесить долги компании и запугивают тем, что если не останешься — будешь ещё и должен за то, что они оказывается вложили в тебя душу и сердце…!!! Бегите от уродов!!! И если вы или ваши знакомые стали партнерами этих аферистов — срочно расторгайте договор и забирайте свои деньги!!!

 

* * *

 

Пришел на собеседование и минут десять ждал директора. Вдруг через коридор дергающейся походкой прошел человек со стрижкой «под горшок», в странных старомодных брюках, с лицом колхозного скотника. И этот человек зашел в кабинет директора.

— Неужели это директор? – подумал он: Тогда может мне лучше и не заходить? Вот пришел-то на свою голову.

— Вы заходите. – сказала офис-менеджер.

Вошел и сразу понял, что пришел зря.

Десять минут разговора и стало ясно: перед ним обычный пацан в патлах 70-х с поселковыми ужимками, вопросами уровня ПТУшника только в ранге гендиректора. Работать с ним просто могли лишь такие же ПТУшники. Он поймал его взгляд и поразился: это был объектив видеокамеры.

«Блин! Вот занесло-то. – подумал он на выходе: Лучше бы не ходил. А как угадаешь, что тут такое чудо?!»

Потом он прочел в интернете, что этот директор не платил зарплату, оформлял нелегально почти всех и тем, кто, проработав полгода, приходил к нему за расчетом, говорил: «Я вас не знаю».

 

* * *

 

Руководитель Шуба Н.А совершенно неадекватная, грубая, наглая до предела. К работникам относится,как к рабам — ее любимая фраза — «Вы рабы — я вам плачу, будете делать как Я скажу»! Унизить человека, для нее как чай попить, заставляет юристов фальсифицировать документы, чтоб уволить беременных по статье,ещё и в догонку — «после меня ты нигде не устроишься»! В ее хостелах полный ужас, заставляет админов оказывать интимные услуги, при этом естественно молчать а то — уволю по статье»!!!Бегите от нее подальше!

 

 

* * *

 

В это рекламное агентство берут на работу без официального оформления.

— Вот когда испытательный срок пройдешь: оформим официально.

— Ну ладно. – он, уныло кивая, начал работать.

Ругают за всё что можно. Смотрят как на врага народа. Придираются ко всему. Через две недели говорят, что нашли более опытного.

— Можешь больше не приходить.

— А зарплата?

— Ну, ты же не оформлен. А, через две недели позвони. Может, будут деньги.

 

* * *

 

Вакансия называется «Аналитик-менеджер в офисе с хорошей оплатой до 50 000 рублей».

Принимают на работу всех, люди приходят сразу человек по десять в день. Телевизор с мультиками в холле, красивые фото на стенках, какие-то странные военного вида мужчины возле стен.

«Как будто в какой-то ловушке. Может, уйти сразу. Нет, посмотрю. Даже интересно, что за помойка.» — подумала она.

Анкета, потом беседа с молодым человеком, который спокойно объясняет, что занимаются распространением биодобавок Таньшань, вся работа в этом, что скажут, то и делать….

«Но вы же писали, что аналитик.» — она мрачно посмотрела ему в глаза.

Он перечеркнул ее анкету: «Вы свободны!!»

Вышла в коридор, где еще сидели не прошедшие интервью и громко сказала: «Люди, вас просто разводят!»

Двое мужчин военного типа подбежали к ней, схватили и потащили к выходу.

 

* * *

 

Взяли на работу с условием, что будет маркетологом и искать потребителей. Но все же во-первых именно маркетологом.

Сделал несколько исследований, нашел немало клиентов. Но все равно начали поздно: строительные заказы в июле уже разобраны. Найти нужное количество клиентов не удалось. Он об этом предупреждал: Может не получиться. Тогда в следующем году.

По другим направлениям тоже искал клиентов, посылал письма. Намекнули, что хорошо бы прозванивать. По сути отказался: ведь брали не на менеджера по продажам. Договорились.

Его сократили вместе со строительным подразделением. Про причины ничего и не сказали. О должности маркетолога тоже.

 

* * *

 

Директор — открытый неадекват, вечно недовольный и визгливый, думает что очень умный, хочет чтоб за маленькую зарплату у него работали высококлассные. Везде стоят камеры, дикое стукачество, каждое утро рабочих заставляют дышать в трубочку, будто в тюрьме.

 

* * *

 

Там не директор, а дикий самодур. Могут взять человека на определенную должность, а потом уволить через месяц, потому что не знают, чем его занять. Чтобы продержаться, нужно всячески лебезить перед руководством и быть патриотом компании, показывая это как только можно.

 

* * *

 

Его взяли на одну должность, а фактически использовали и по второй.

«Но в общем ничего. – думал он: Я и копирайтер, и маркетолог, и почти кто угодно. Лишь бы отношение было хорошим.»

Женщина под пенсию обзванивала потенциальных клиентов. Суровая дама-начальник отдела продаж не прощала ни одной самой маленькой ошибки. Наконец их разговор стал совсем жестким.

Женщина просто стала собираться на выход.

«Блин, просто уволили! Так чего буду тут работать, эти уроды и меня могут выбросить так же, будто машинально. Ничему больше на западе не научились как только говорить людям: Вы уволены.»

— Вы относитесь к сотрудникам не просто жестко, а жестоко. – он спокоен.

— Сейчас вам денег соберу. – начальник, вроде, чуть смутился.

— Да какие деньги. Наши отношения не оформлены.

Ушел в обед. Громко попрощался. Усмехнулся.  Сожаления не было.

 

* * *

 

Инспектор по кадрам при первой встрече предложила троим кандидатам чуть рассказать о себе и последнем месте работы. Девушка, женщина и мужчина.

Девушка: работала барменом в Роскино, если нет посетителей, то нет и зарплаты. Вот и ушла.

Женщина рассказала, что после декрета работала в фирме, где по телефону ищут клиентов: Вот, если до конца месяца не выполнишь план, начальник, супервайзер, стоит над тобой и капает на мозги, мол, так и будем без плана. Но, что, он думает, от этого клиенты появятся.

Мужчина будто подытожил: Но и у меня примерно та же история со своими нюансами – работодатели в малом и среднем бизнесе сейчас чаще всего неадекватные. Та же  русская помойка, извините, конечно.

 

* * *

 

 

Проработал почти год в компании «Гермо-газ» и хочу сообщить о том, что это самая ужасная компания в мире и директор Ефименко Евгений — человек, который обманывает всех сотрудников фирмы: текучка кадров дикая, задержка зарплаты по полгода, официальная часть мизерная, офис в промзоне, где дышать нечем, пахнет мерзостью. На собеседовании обещают, что нет задержек, выплаты осуществляют вовремя, всё наоборот. Сотрудники всех отделов ходили и умоляли выдать зарплату. Перед праздниками выдавали по две тысячи. Директор в офисе редко, все на дорогих курортах, когда в компании полный пролет. После увольнения выбивали деньги. Мошенник и жулик!

 

* * *

 

Персонал меняется каждый месяц, понаблюдайте за сайтом авито и вы будете наблюдать эту вакансию каждый месяц, начнёте чувствовать себя дико тупой, потому что бизнесом управляют муж и жена, а это просто крах. Он говорит одно, а она — другое, в итоге выходит третье. Плюс ко всему попрошу заметить, что в центре много мам и детей, кто-то не следует каким-то правилам прописанными в договоре, и по идее ты должен родителям об этом сообщить, но, сообщив, получишь негатив, а потом управляющая позвонит и скажет человеку «она — дура, работает недавно, вы были правы, извините пожалуйста (только не уходите от нас, мы сделаем что угодно для вас)!» ну без «дура» конечно, но тебе выставят полностью виноватым, а ты будешь прав, потому что так прописано в договоре! И люди будут садиться на шею. Про то, что взрослый мужчина управляющий считает нормальным и вполне уместным при молодых девушках в разговоре мат, извините… это вообще треш. Ну и зарплата, в этом месяце интересно все вышло, учитывая тот факт что касса у нас за прошлый месяц была очень хорошая, о том чтобы заранее отложить зарплату сотрудникам никто не подумал, да, в принципе, там никто особо о сотрудниках и не думает, думают только о том как набить свои карманы. Или, как рассказали сотрудники, что была у них ситуация на Новый год, когда не выплатили никому зарплату и улетели на отдых, а когда прилетели, также никому ее не выплачивали, потому что денег не было «по их словам». Им было плевать на сотрудников, главное, что отдохнули. И они уже есть в чёрном списке как работодатели. А ещё постоянная фраза « почему у тебя такое недовольное лицо?», боже, да оно у меня было обычное, как у нормального человека за работой, я пришла на работу не клоуном работать. Кстати, как сказали сотрудники, они так же никого не предупреждают о том, что хотят уволить, ходят улыбаются, а потом просто рассчитывают и все!

 

* * *

 

Общество с ограниченной ответственностью «Русские техники».

Ненормированный рабочий день. Неоплачиваемые: переработки, больничные, отпуск. Задержка зарплаты постоянно. Аудио и видеосъемка сотрудников в течение всего дня. Руководство самоутверждается на сотрудниках. Продают фуфло некачественное. Репутация испорчена, проблемы с продажами, как следствие — вечный дефицит денег.

 

* * *

 

Генеральный директор, Васькин Владимир Николаевич, не сдержал своего обещания относительно обещанной на собеседовании заработной платы.

Любимые фразы — «Я ничего не понимаю!» и «У меня вообще-то с памятью все нормально!». Не склонен давать ясные, четкие, конкретные поручения. При уточнении деталей раздражается и обвиняет в «недалекости ума и неумении мыслить». На элементарный вопрос «На сколько человек заказывать мебель в новое помещение?» с сарказмом отвечает «Ну, а ты-то сама че по этому поводу думаешь? Выйди вон за дверь, постой там и подумай. Спой, там, спляши… не знаю, че еще будешь делать». Проявление инициативы воспринимается как попытка засунуть нос не в свое дело. Отсутствие ее — как неспособность принимать самостоятельные решения. Без стеснения может сказать «Давай по-честному: Ты — никто, и звать тебя – Никак». Презирает людей из регионов, не преминув напомнить об их происхождении. Буквально в первый же день трудоустройства сделал недвусмысленный намек на неформальные отношения и, получив мягкий, но вполне конкретный отказ, установил политику жесткого игнора.

За небольшой период моей работы — 2,5 месяца — уволил семь человек. К примеру, одного менеджера по продажам — за отказ выполнять функции водителя, другого — за то, что она повздорила с бухгалтером. Сегодня уволил меня и еще одного менеджера с формулировкой «Для Вас больше нет работы», передав это через директора по персоналу и не соизволив лично об этом сообщить. Впрочем, так увольняют всех.

Имеет склонность подозревать своих сотрудников в нечистых помыслах, ввиду чего часто проверяет рабочие компьютеры. Уверен, что начальник отдела продаж в тандеме с директором по персоналу, преследуют своей целью кинуть его на деньги, а потому пристально следит, вплоть до видеонаблюдения, и планирует избавиться и от них, как только завершат свои проекты.

 

* * *

 

Офисное здание маленькое, мест не хватает, сидят скопом. Мебель обшарпанная. Кондиционеров нет. Летом будет, чувствую, душегубка. Нутром чую, обычная российская помойка. И что-то слишком тусуют руководителей. Увольняют в один день. Тотальное недоверие. Всех тягают на полиграф, параноики. Не думаю, что приятно работать в такой компании. Можно, только по договору и четко обсудить условия. Хотя, как говорилось выше, не факт, что выплатят полностью, так как в договоре тоже указывается «серая» сумма. Как чаще, рискованное и ненадежное место работы. Надеяться на нормальное продолжительное сотрудничество не стоит. Если есть выбор, идти не стоит.

 

 

 

 

 

 

 

Время лжи

 

 

— Знаешь, у меня есть один знакомый, у него бизнес. Так вот он говорит, что, если в какой-то день никого не обманул, то это – пустой день. Так и говорит.

— А чего у него, большой магазин-то?

— Да нет, маленький, автозапчасти, но так же сейчас все.

— Весь бизнес на вранье. Не обманешь…

 

* * *

 

Главред газеты «Пока не поздно!», хозяин благотворительного фонда «НАРКОМ», он же — депутат от Тверского округа Москвы Алексеев постоянно публикует вакансии главреда, корректора, журналиста-стажера, но денег за сделанную работу людям не платит принципиально. Сам компьютером не владеет, и потому грузит сотрудников массой ежедневных доппоручений (найди информацию-распечатай-позвони-перепиши-создай сто писем-разошли и прочее). Очень непорядочный, наглый человек, обманщик и хам.

 

* * *

 

При приеме на работу они врут по традиции или подкожно почти всегда. Уж сколько лет искал и всякого быдла повидал. Ярче всего заманивание людей в пирамиду, по-научному – в многоуровневый сетевой маркетинг. Остаются без денег и без работы. Сюда же «несложная работа с письмами на дому», выращивание грибов, сборка ручек и бесконечно много другой лжи.

Всегда врут о зарплате. Сумма завышается в разы. Ну, порой в два раза.

Железно врут о предстоящей переработке и содержании работы. На деле в обязанности почти всегда входят продажи. Обязанности обычно описаны кое-как.

«Мы оформим по трудовой». На деле это чаще вранье. Как угодно уйдут или оттянут на месяц или даже год. Контракт часто – просто бумажка. Серая зарплата в половине случаев. Обучение за деньги, а работы-то не будет. Тестовые задания, за которые не платят. Подставить – например, подписываешь ежемесячный отчет, по которому предыдущего работника уже мурыжат из-за приписок следственное и ФСБ сразу. Или берут выпускника накануне серьезной проверки из налоговой.

Самый распространенный способ: человек некоторое время, то есть неделю, месяц, полгода, просто работает бесплатно. Ты работай, а мы посмотрим: нужен ты или нет.

 

* * *

 

— Они звонят раз, а то и три в неделю и все время предлагают свои чертовы окна!

— Одни и те же?

— Да, у них и приемы стандартные. Большие скидки, новые скидки, эксклюзивная цена и даже, придумали уроды, тут в городе есть мошенники с окнами, так помогите нам их разоблачить.

— Говоришь?

— Вначале да, извинялся, теперь просто бросаю трубку, сразу. Год минимум звонили. Это так называемые агрессивные продажи. И врут-то агрессивно! Нет бы просто врали, так, будто я им обязан…

— Видят, что у тебя окна старые, советские. Надо было сразу бросать трубку.

 

* * *

 

Он принял его на работу маркетологом, но на деле почти все, что было – поиск покупателей. Денег в сущности не платил. Единственное, что официально.  Четыре месяца: и понял, что хватит терпеть. Уволился в один день.

 

* * *

 

Позвонили из облсобеса, сказали, что подходит на вакансию специалиста. Готовился месяц, собирал справки, все учил. В день конкурса почти сразу стало ясно, что он – подставная пешка, чтобы прошел другой человек. Но и того не пропустили. Тот в сердцах честно ему рассказал, посоветовал сделать то же самое с другим.

Написал жалобу на уродов в министерство в Москву и разместил максимум отзывов в интернете. Ребятам явно икалось: сам министр приехал с проверкой. И так все конкурсы на государственную и муниципальную службы – там победитель известен заранее.

 

* * *

 

Эта фирма якобы набирает на работу, но требует пройти платное обучение. Он прошел и сделал задание. Тогда потребовали, чтобы прошел недельный срок практики в фирме, само собой, бесплатно. Прошел. Тогда потребовали, чтобы взял большой кредит и положил на депозит, а они его нарастят с помощью игры на бирже. Развернулся и ушел. Потом узнал, что это — легальные мошенники, которые и всем клиентам обещают золотые горы, а сами тихонько присваивают их депозиты, для начала все же изображая прибыль от игры на бирже. Так как их довольно быстро вычисляют, раз в два-три года меняют и название и практически весь штат.

 

* * *

 

Никогда не обращайтесь в эту мошенническую фирму. Этот человек, что на фото, является её директором. Сам никуда не ездит, только отсылает своих подельников, которые вымогают деньги, берут деталь на ремонт, потом пропадают и не отвечают на телефон. Сегодня иду писать заявление в полицию. Надеюсь, что это наглое лицо посадят за мошенничество!

 

* * *

 

Эта сеть аптек все время дает объявления на поиск маркетолога. На деле каждому дают кусочек задания по исследованию рынка. Так за полгода бесплатной работы эти бедолаги сделали полное исследование рынка для аптечной сети.

 

* * *

 

Избегайте этого человека — Пастухов Василий Романович. Мошенник со стажем. Какие только услуги не предлагает, крутой специалист по всем вопросам. Берет предоплату и на этом работа заканчивается… Санкт-Петербург.

 

* * *

А ведь нынче почти все они – бизнесмедики и не только любят находить несуществующие болезни, но и назначать лишние анализы и посылать с ними в частные клиники, на которые они работают. Это до того противно, что он в последнее время перестал ходить в обычные поликлиники.

 

* * *

 

При наборе на вакансию менеджера по продажам придуманы, наверно, уже тысячи вариантов обманных должностей. Это абсолютный рекорд. Менеджер по развитию, телемаркетолог, оператор колл-центра, финансовый консультант, менеджер по рекламе, удаленный специалист, эксперт, консультант, аналитик с функцией поиска клиентов, маркетолог-аналитик с функцией заместителя по развитию, консультант, менеджер для удаленной работы, онлайн-консультант, менеджер по работе с клиентами, менеджер по продвижению, проектный менеджер, менеджер по консультированию, аналитик-менеджер, ассистент отдела маркетинга, оператор ПК, коммуникативный менеджер, оператор колл-центра, инженер по продвижению, экономист-менеджер, копирайтер-консультант, менеджер по документообороту, заместитель директора по новым проектам и так далее до бесконечности.

 

* * *

 

Выиграть эти тендеры невозможно. Три фирмы поделили рынок – причем это инвалидные коляски – и диктуют цены. Пытаться выиграть тендеры бестолку – туда все равно не пустят. Тех, кто пытаются, выбивают ценовым тараном и другими приемами или просто договариваются. Потребитель получает не рыночную цену, а ту, которая этим уродам подходит.

 

* * *

 

Искал работу и без конца нарывался на проходимцев и жуликов. И стал начинать знакомство с набирающей сотрудников компанией с просмотра отзывов сотрудников. А там есть фирмы, про которых, если что и написано хорошо, то таким казенным штамповым языком, что ясно – это писали специально, на заказ, за деньги. А ругани – до 100 и больше страниц.

«Ну вот. Хоть научился выбирать. – думал он: А то ведь сейчас врут все и каждый старается превзойти другого. Время лжи…!»

 

 

 

 

 

 

Музей тюремного типа

 

Они позвонили сами. Первая беседа очень приятная. «Музей детский, но вроде бы хорошенький. Мечта интеллигента?» – подумал он.

Побеседовали быстро и ему скорее не понравилось.

«Экскурсовод: даже чуть забавно. Но идти то тут особо некуда, в Москве все врут, денег не платят, здесь вроде ничего.» — думал он.

Они орали на детей с самого начала: просто, чтобы те не шумели, угрожая тем, что посадят на штрафной диван и так далее. Дети сразу замолкали.

«Жуть какая! – подумал он: Но ладно, может, это все плохое, подожду, посмотрю, вроде, обстановка ничего».

Его подозрения становились все более явными, обрастали признаками и становилось ясно, что он здесь – инородное тело.

Что-то уж больно дама примитивна? Но бывает, простая как разбитая стекляшка.

Первого сентября было несколько экскурсий, много детей из школ.

После экскурсий вызвали в офис.

— Вы должны уметь организовать детей. Половина гуляет и не слушает.

— У других экскурсоводов тоже не всегда получается.

— Нужно суметь.

— Сумею.

Он спокоен. Сразу выложил свои предложения. Они мрачно отбивались. Понял, что здесь что-то не так. Интуитивно уловил сразу.

25 сентября назначили собрание.

Уже твердо думал отказаться: убогие придирки постоянно, женщины злые, обстановка не как в музее, а почти как в тюрьме.

Но совещание было довольно обычным, про то, что скоро каникулы и нужно готовиться. Ему опять немного высказали, на что он ответил.

Управляющая пришла в шортах. Они весь день были в музее одни.

«Да, явно хочет, чтобы я проявил внимание. Но какая стерва! Орет на детей, на дочь, умеет лишь командовать да придираться. Редкая…! Да, тут кто угодно откажется. Постоянные придирки. Раз или два в неделю ему выговаривают и за всякую ерунду! — прошли месяцы, и он понял лишь одно: А все же я зря не ушел в сентябре, чувствуется что-то напряженное, гадкое, злое. Явно зря».

Он думал об этом снова и снова.

«Ну и грубые бабы! И это детский музей! Обычная лавочка, каких полно. Этим бабам хоть водкой торговать, хоть с детьми возиться. Дети на экскурсиях с утра идут словно на рядовую тюремную прогулку. А эти бабы безразличные. Им все равно: с детьми или водкой торговать. Бизнес есть бизнес. Россия…» — он уже не удивлялся.

Слышит их разговор между собой: мат и грубые шутки.

«Вся же я наверно, зря сюда пришел. Ну и быдло! — но он решил подождать еще: «Что плохо в музее: ржавое, грязное, старое, ошибки в аннотациях, убогие экспонаты из девятнадцатого века и всем плевать. – и все же он молчит об этом.

Дома готовит планы по развитию, как улучшить экспонаты, пишет это, не будучи уверен, что понадобится. Но так всегда.

Заметил, что два окна вечером будто закрывают, но на деле не закрыты. Он взял на себя почетную обязанность закрывать все окна. Но ведь, если окна не закрыты – не сработает сигнализация и они поймут это только дома, когда позвонят из охраны.

«Явно еще один способ повесить на меня вину?!» – подумал и стало как-то удивительно зябко, словно не в комнатном тепле, а в холодильнике.

«Я и, правда, не слишком подхожу. Дети, тут нужен кто помоложе. Скорее зря пошел, но уж так хотелось. Музей вроде бы для меня. А тут не музей, а черти что, чуть ли не бандитское гнездо, просто бизнес, только женский. Взяли ясно для другой цели.» — и все же он рассчитывал уйти постепенно, найдя другую работу.

Стоял и вместе с другой женщиной помогал детям, которые учились рисовать 3Д-ручкой. Управляющая вошла и сразу закричала на него, отправила отсюда.

«Ведь к ерунде придралась! Все чепуха. Просто нужно меня выжить.» – думал он. И вдруг понял, что спокоен.

Ему уже твердо стало ясно, что нужно уходить: «Это даже интуитивно, такая помойка ощущается сразу и ясно, что здесь не стоит задерживаться. Обстановка как в тюряге. Вроде и ничего, но воздух словно насыщено запахами тюрьмы и насилия, хамства, какой-то еще гадости, которой много, ее не поймешь сразу, но это гадость и все. Главное – все просто. Есть девушка вполне приличная, художник, много моложе разведенки-управляющей с двумя детьми, девушка не замужем, я хоть ничего и не делаю, ясно, что злая старуха – ей не конкурент. Ничего больше! И все это понимают. Лучше уйти самому. Ну, дотяну до конца каникул, тут у них запарка, наверно, отпустят сразу.»

Сидел у входа и смотрел на лестницу и на улицу, понимая, что здесь неприятно, хочется выйти из этой хамской помойки, там много лучше. Повернул голову в сторону музея и словно увидел на окнах решетки, услышал голоса надзирателей.

7 ноября вечером владелец уже написала в трудовой книжке, что он уволился по собственному.

— Да и ради бога. Уж сам вижу, что нужно уйти.

— Понятно.

Наташка, самый лучший и единственный добрый экскурсовод, спросила его: «Ну, вы очень сожалеете?»

— Да какое там сожаление! Музей тюремного типа!!

— Почему тюремного…?

Она явно обиделась. Не ответил.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Курский вокзал

 

Поезд близко от Курского, переезжает мост через реку, вдаль как на картине уходят дома, деревья, бесконечные кривые московские перспективы, а здесь, у реки тесно жмутся маленькие и большие, старые и новые здания, все смотрят на эту панораму и молчат. Москва…

Он всегда думал: «У большинства отчасти ощущение, словно в старой Германии среди замков в невысоких горах, реки с крутыми берегами — здесь это здания и деревья — вдали необычные для Москвы панорамы горных равнин, просто случайно время перенесло поезд в наше время».

Раньше он был одноэтажным с вычурными башенками и в общем таким и остался. Просто сверху надстроили здание по проекту немецкого аэропорта. Старые залы оставили, в них все примерно так же как раньше. Но и новый вокзал, что начинается прямо за дверями старого, неплох. Светлый, теплый, большой, а старый словно оказался под его крылом как дедушка под защитой хорошего внука.

Со временем он понял, что вокзал, да еще в Москве, да один из самых бойких, южный, довольно грязный, по идее не может нравиться: «Почему люблю его? Верно, просто привык. Суетливый и немного опасный: здесь всегда есть воры и, говорят, торговцы наркотиками. Утомляет за десять минут: суета, жара, крики, все время что-то объявляют, нужно следить за тем, чтобы не столкнуться, не украли. Но так любой вокзал в Москве. На то она и столица, грязная, шизанутая, жестокая! Но для тех, кто здесь в тысячный раз, это привычно. Они знают, что можно пойти в старое здание и посидеть там в залах ожидания. Сохранились с дореволюционного времени, когда здесь бывал еще Лев Толстой».

Уезжая домой, он даже любил немного побыть на вокзале. Приезжал за полчаса-час и сидел в лучшем ленинском зале, читал и смотрел на разных людей, что спали, говорили, ели, переживали за опаздывающие поезда. Это было даже интересно. И московский вокзал, вопреки славе всесоюзных гадючников, ни разу не подводил его. Никогда он не видел здесь драк, ругани, краж. У него ничего не украли, хотя, конечно, осторожничал: зажимал портфель между ног. Даже несколько раз спал по ночам в зале ожидания. Кстати, спали здесь тогда не десятки, а сотни.

Отсюда Лев Толстой в 1909 году в последний раз уезжал из Москвы в Ясную Поляну. В газетах написали об его отъезде, собралось около четырех тысяч человек, чтобы увидеть писателя, люди висели на столбах. Лев Толстой поклонился народу.

Единственный из всех вокзалов столицы как-то стиснут городом, и в то же время проходной: через него идут поезда в разные стороны: и на юг, и на восток и на запад. Странный, но по-хорошему.

В СССР на втором этаже в новой части здания была столовая с комплексным обедом за рубль пятьдесят, здесь для московского вокзала было довольно дешево и пристойно, все ели там. Суп-шурпа и пюре с мясом, это меню, похоже, не менялось с шестидесятых годов до нового века. В ресторан мало кто ходил: дорого. Еще была темная, но всегда теплая пельменная напротив на улице Чкалова, про нее уже мало кто знал и до обеда или после трех там почти никого не было. Киоски с выпечкой и пирожными. Вот таким был почти весь местный общепит в советское время. Теперь и не выбрать.

Восстановили отделку старых залов, сделали послевоенный вариант. Он все равно красив, несмотря на ампирную сталинщину.

Концерт в большом зале. Женщина и военный оркестр. Слушают и хлопают человек пятьдесят. Слышно на весь вокзал. Явно РЖД проплатили и певица с нехудшим голосом поет старые песни. Подпевает военный ансамбль. Все бесплатно. Но в общем всем приятно.

Вокзал, единственный, стоит прямо на Садовом кольце и самый близкий к центру, словно втянут в городскую уличную сеть и стал ее частью, его редко ругают, хотя и хвалят так же редко. Курский будто полностью влился в жизнь города, но и другие вокзалы, скорее, тоже, а он как-то особенно.

Часовенка в одном из залов старого вокзала, туда заходят.

Вокзал в кино хорош, словно порт, тем более что панорамы с платформы с металлическими дебаркадерами неслабые. Появляется в нескольких фильмах, дебаркадер уж больно красив, такой в Москве только на Белорусском, но там как-то все сжато, не так. Здесь видна перспектива в две стороны, вокзал развернут к платформам, все по-другому.

Он снова думал: «В нем нет великого, потрясающего, эпохального, это – не Киевский или Ленинградский, Белорусский с военной историей и песней, прост и, как ни странно, человечен, своим возрастом и опытом, умением работать и доступностью: В греческом зале на Курском вокзале».

Внизу в подвальном этаже без дневного света ларьки, толчея, барахолка, хотя стало лучше. Двадцать лет назад тут был просто рынок.

Недалеко от вокзала на Садовом кольце дом Маршака, его родственник был фактическим секретарем поэта и драматурга. Маршак ничего не платил, но помогал, где что нужно и главное – ведь это Маршак…

Обычно он так и идет в центр – через переулки на бульвары и дальше тоже переулками –благо знает все досконально. До Китай-города и Кузнецкого доходишь за полчаса. Старая Москва не так уж велика.

Огромный муравейник, которого, наверное, многие в Москве, да и в провинции побаиваются, несколько странным образом хорошо организован, удобен и как-то непонятно успокаивает своей по-русски путано, но все же организованной суетой, сочетанием старины и нового света, не пугает, а удивительным образом располагает к себе.

Здания взбираются до горизонта в перспективе из окон поезда и опять видна Яуза в глубокой лощине внизу и левитановские, айвазовские виды на Лефортово и снова все бьет по психике красотой в лучах вечернего солнца. «Швейцария у Курского.» – что-то подобное думает, наверное, каждый.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Очень старая улица

 

 

Он ходит по ней всю жизнь, так лучше идти в центр, хотя можно автобусом или иначе, но лучше как раз здесь – и думает, что идет словно по красивому лесу со старыми чаще безлюдными, почти волшебными домами, где почти никого не встретишь.

Улице больше пятисот лет. Идет почти по центру города. Здесь нет ни одного магазина, банка и даже парикмахерской. В некоторых домах до сих пор топят дровами и берут воду из колонок. Во всех домах сады и часто огороды. Кое-кто держит собак. Это почти деревня внутри города. Но все же именно город. В основном одно- и двухэтажные дома. Но улица по-своему, пусть чуть по-российски чуть убого, неповторима.

Пятьсот лет назад здесь поселились стрельцы. Им дали землю построить дома. Слобода стала Стрелецкой, улица тоже. Так, лет двести они и жили. Потом стрельцов заменили войска, кстати, соседняя слобода солдатская.

Стрельцы строились только сами, в отсутствие войн и бунтов занимались торговлей, ремеслом и огородничеством. К большому удивлению, слобода не прославилась ни хулиганством, ни пьянством, ни бунтами, ни чем-то подобным. Уникально тихий район. Таким он и остался. Может быть, самый тихий в городе.

В девятнадцатом веке здесь строились кто хотел. В двадцатом строительство прекратилось. Улица лет на десять стала улицей Сталина, хотя из-за неблагоустроенности название быстро отобрали. Вернули старое.

Улица длинная – больше километра. Почти все дома на фундаментах двухсотлетней, а то и большей давности, и, наконец, улица интересна своим расположением – она «лезет» в гору и таким образом, с нее видны почти весь центр и районы возле него. Улица и район возле неё – наиболее популярные части города для постройки особняков. Здесь даже тупички от улицы застраивают особняками, в одном из них обосновался и бывший губернатор. У него скромный одноэтажный домик. Видно, нарочно, чтобы никто не добрался и не злословил. Вид на овраг, брошенные сады и администрацию, где он десять лет проработал.

В последние годы здесь, как и на соседних улицах, бойко перестраивают старые деревянные дома, обкладывая их кирпичом, отделывая пластиком и металлическими материалами, надстраивая этажи, башенки. Есть оригинальные, но вряд ли очень красивые примеры.

Людей немного, это или те, кто здесь живет, или люди, идущие в центр из других районов. Но здесь почти все друг друга знают. Здесь не ругаются и дерутся: очень старая улица. Даже в России такая словно почти очищена от скверны. И потом не Москва как-никак. На улице особенно хорошо теплым вечером. Солнце освещает старые дома и сады, кошки выходят пройтись и посидеть у домов, изредка проезжают машины. Здесь так всегда, и это не изменится.

Он всегда думал, что улица совершенно особая и для города и типичная для России. Идет из древности в современность, но мало меняется от начала к концу, словно не замечая времени. Дома становятся лучше, но самые старые словно не хотят этого, стоят такие же. Идет через столетия, обновляясь и оставаясь той же, пронзая своим спокойствием все исторические и убожество и великолепие, что всегда стискивают Россию.

Улицу условно можно разделить на две части: верхнюю и нижнюю: по пересекающим её в средней части выходам других улиц. Здесь и известная в городе «школа слепых». В её общежитии — тогда общежитии Пединститута — в начале 60-х жил автор «Москва-Петушки» Веня Ерофеев. Выгнали за антисоветский кружок и белые тапочки, в которых ходил в институт.

В начале ближе к центру улица частично перестроена. Здесь два «обкомовских» дома, где раньше жили семьи обкома партии. В одном из них почти двадцать лет до своей смерти жил местный писатель Сергей Никитин. К нему приезжали известные в СССР писатели и поэты Паустовский, Солоухин и Фатьянов. Понятно, что приезжали больше, чтобы помог издавать свои книги.

Больше всего заметен деревянный голубой с белыми узорами дом с башенкой на повороте к центру. Это дом в стиле «РОПЕТ», что значит «Россия-Петров», по фамилии архитектора, работавшего в конце девятнадцатого века. Был такой, верно, единственный в мире знаменитый деревянный архитектор Иван Петров. Дом с башенкой, резьбой, оригинально переходящими друг в друга этажами. В советское время тут был детский дом имени Карла Либкнехта, кстати, он жив и теперь и под тем же названием, только переехал. Дом принадлежит метеорологам, содержат хорошо, специально нанимают тех, кто красит.

Школа слепых – один из первых в России интернатов для слабовидящих, построенный еще в начале прошлого века. Здание с церковью посредине, теперь уже не действующей, но заметной. Сзади – общежитие для школьников, сейчас оно соединено достроенным двухэтажным зданием. Рядом с интернатом – маленький сквер и спортплощадка. Здание очень неплохо вписалось в улицу, ничуть не испортив её вида. Новая столовая справа от школы с крытым переходом достроена в стиле начала двадцатого века.

Здесь ходят люди, но редко, почти все постоянно. Не встретишь пьяного или хулигана. Их здесь вообще не бывает. Даже собаки, что лаяли, постепенно исчезли.

Он давно понял, что Россия – не лучшее место в мире. Но и здесь есть настоящие острова доброй тишины, где и находится то самое легендарное спокойствие души. И особо завлекает улица просто пройти ранней осенью, когда еще тепло и в садах жгут старые ветки деревьев, а они волшебно пахнут, особенно липа и яблоня. По залитой еще теплым солнцем мостовой ходят кошки, а ветер сквозь дым душистых костров несет первые желтые листья.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ответьте на вопрос: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.