Андрей Никитин. Тяжёлое испытание (рассказ)

— Итак, господа, предлагаю начать, — сказал Дмитрий, стоявший у камина. В его руке был бокал шампанского. Он улыбался, глядя на троих собеседников. В углу сидел немолодой лысый мужчина в костюме, его усы отсвечивали пляшущее пламя.

— Я не понял сути предложения, — сказал усатый. В руке был стакан с вином, к которому он иногда прикладывался.

— Я повторю, — сказал Дмитрий, — суть предложения довольно проста. Мы рассказываем истории, и пытаемся отгадать, кто сказал правду, а кто солгал. Вы, — парень, указал на лысого усача, — Алексей Владимирович, можете начать первым.

— А зачем нам это? — спросил Сергей, стоящий у окна. В его зубах была трубка, он глядел на закат, на подоконнике стоял пустой бокал.

— Я вообще думал, мы, как обычно послушаем какую-то нелепую историю, — проворчал Олег Петрович. Он сидел в кресле у камина, глядел на огонь. Он иногда рассказывал истории, но больше любил слушать, и ему претила мысль о том, что он должен будет что-то рассказать.

Вот уже второй месяц, каждый вторник в помещении шахматного клуба, где днём слышны стуки фигур о доску, вечерами устраивались книголюбы, в основном одинокие мужчины или те, кто желал послушать новую историю. Членство в клубе позволяло приходить, и вечерами гости размещались на втором этаже, где было около десяти свободных комнат, чтоб поговорить о литературе или рассказать интересную историю. Было в клубе несколько правил: нельзя было выбирать собеседников более двух раз подряд, и как минимум раз за вечер должна была звучать свежая история.

— Господа, — сказал Дмитрий, — мы все собираемся тут, чтоб слушать истории. Разве не так? Я предлагаю получить от этого удовольствие. Пусть каждый расскажет что-то, а остальные будут угадывать, это ведь не против правил.

— А у меня нет историй, — сказал Олег Петрович, подвинув кресло ближе к камину, — я люблю слушать. Что мне рассказывать?

— У меня есть история, — сказал Сергей, взяв бокал с подоконника. Он подошёл к столу, поставил бокал, улыбнулся Дмитрию, затем сел в кресло, поставив руки на подлокотники, — я участвую.

Дмитрий подошёл ближе.

— Это не совсем обычно, — сказал Алексей Владимирович, — но я тоже хочу поучаствовать. Суть в принципе не меняется.

— Ещё как меняется, — сказал Олег Петрович, буркнув с кресла, — когда люди рассказывают истории, они делятся своей жизнью, а если ты всё выдумал, это то же, что есть бумажную еду. Если слушаешь ложь, ты ничему не учишься.

— Но ведь есть такие истории, от которых получаешь удовольствие, — сказал Алексей, — и таких даже немало. Я предлагаю попробовать, но тут немного другая ситуация. Мы ведь не готовились. Мы ведь не выдумывали.

Все помолчали, Дмитрий ничего не говоря, продолжал улыбаться, глядя на остальных. Все смотрели на Сергея, предложившего первым начать. Он кивнул.

— Пожалуй я не смогу, — сказал Сергей, — ведь Алексей Владимирович прав. Я не умею выдумывать. А даже если выдумаю, то к этому нужно быть готовым. Вы сразу поймёте, что я солгал.

— В таком случае, начну сегодня я, — сказал Дмитрий, оглядев всех, — слушайте внимательно и попробуйте угадать выдумал я это или нет.

Он удобно устроился в кресле, сложил руки на коленях, и начал историю.

— Однажды в полицию позвонили и сказали, что в подвале слышны крики. Полиция приехала, и действительно в подвале нежилого дома горел свет. Ребята спустились туда, и, о ужас, они увидели едва живую девушку. Она лежала голая на полу. Но было и ещё что-то в подвале. Его видел только один полицейский, назовём его Анатолий. Полицейский пошёл вдоль подвала, зашёл за угол, затем раздались выстрелы. Анатолий попал в незнакомца, и убил его, остальные стояли у тела девушки. Анатолий не перестал стрелять, а выпустил в тело всю обойму, затем перезарядил, и выпустил ещё одну обойму, пока его за руку не схватил лейтенант, и не сказал, чтоб парень остыл.

— А тело? — спросил Олег Петрович, — что стало с телом?

— Погодите немного, — сказал Дмитрий, — в общем, девушка эта очнулась, и вскоре пришла в себя. Но она потеряла память. Тело сожгли сами полицейские, в тот же вечер. Вы спросите почему? — Дмитрий пожал плечами, — не знаю. Но Анатолий в ту же ночь ушёл из полиции. Больше его не видели, поговаривали, что он сошёл с ума. Девушка тоже исчезла, но не умерла. Она была жива, переехала в другой город, где её след оборвался. Она продолжила одинокую жизнь, но через некоторое время поняла, что беременна. Она ходила делать УЗИ, и неоднократно. Всё было нормально, но постоянно она обращалась к новым людям, хоть кабинет был один и тот же. Когда пришло время родов, женщина переживала, хоть ей и говорили, что всё будет хорошо.

— Вы не сказали, что за тело было в подвале, — сказал Сергей, — это против правил. Мы не можем знать, история правдива или нет.

— Позже скажу, слушайте дальше. Итак, роды прошли успешно, у неё родился мальчик. Каждый день к ней приходил новый врач, а девушка, к тому же страдала склерозом, как вы помните. В общем вы правы. Ребёнок был от незнакомца в подвале, и он родился, но родился нормальным, и ничто не свидетельствовало о каких либо отклонениях. Ребёнок вырос, но слишком быстро. Он не ходил в школу, он не общался с другими детьми, он не был таким как все. Он рос в семь раз быстрее остальных, и потому его круг общения постоянно менялся.

— Так не бывает, — сказал Олег Петрович, — в семь раз быстрей, это как кошка. Он ведь не был кошкой. Я думаю, что это неправда. Ложь.

Сергей вдруг странно посмотрел на Дмитрия.

— Они все исчезали, да? — спросил Сергей, отложив трубку, которую собирался закурить.

— Кто исчезал?

— В вашем рассказе. Менялись лица, когда девушка делала УЗИ, затем менялись врачи. Все, кто её осматривал, исчезали. Правильно?

— Возможно, — сказал Дмитрий.

— Но как это он рос в семь раз быстрей? — спросил Алексей, — я не верю. Я тоже считаю, что это ложь.

— Сколько вы уже ходите в этот клуб? — спросил Сергей.

— Около года.

— Какова вероятность, — спросил Сергей, прищурившись, — что за год мы с вами ни разу не оказывались в одном помещении?

— Я не математик, — сказал Дмитрий, — я не знаю, какова вероятность.

— А я думаю, что за год это маловероятно. И ещё я думаю то, что вы рассказали, на самом деле правда. И ребёнок этот жив, и живёт в нашем городе.

Наступило молчание. Олег Петрович смотрел по очереди на мужчин, не зная, кому верить.

— Но позвольте, как это может быть правдой? — спросил Олег, обращаясь к Дмитрию, — ведь если бы это было правдой, и ребёнок был в нашем городе, тогда, скорей всего…

— Вы хотели сказать, что вы об этом слышали бы? — спросил Дима, — вполне возможно, что вы слышали бы, и не только вы, а много кто ещё, например специалисты, которые делали УЗИ, или лечащие врачи, что смотрели  мою мать. Они ведь всё понимали, видели отклонения. Мать страдала долго, это было для неё тяжёлое испытание, но всё окончилось хорошо. Правда, всё окончилось хорошо только для ребёнка, но не для врачей.

— Они умирали? — спросил Сергей.

— Почему умирали? Их убивали. Их просто убивали. Есть такое свойство у растущего организма, ему нужно постоянно есть мясо. Метаболизм зашкаливает, но ко всем бедам, есть и хорошие стороны дела. Попробуйте угадать какие.

— Вы хотите сказать, что эта история о ребёнке, произошла с вами? Что это вы и есть? — спросил Алексей.

— Ну, сперва скажите, что вы думаете по этому поводу. Верите мне или нет?

— Но как умирали врачи, когда вы были ещё внутри? — спросил Сергей, прищурившись. Он ощущал, что история правдива, но всё казалось слишком невероятно.

— На самом деле всё очень просто, — сказал Дмитрий, — и я вам дам шанс, чтоб завтра с вами могли поздороваться ваши друзья. Тот, кто угадает, что произошло, тот и получит этот шанс. Скажу сразу, кричать и пытаться убежать нет смысла. Даю вам час на размышления.

— Вы угрожаете нам? — спросил Алексей.

Олег Петрович напрягся, взялся за ручки кресла, но не мог пошевелиться. Он приоткрыл рот, чтоб что-то сказать, глаза были широко раскрыты.

— Ты…ты…это ты… — сказал Олег Петрович. В тот же момент что-то случилось. Дмитрий пропал, раздался хруст, силуэт мелькнул за креслом, и тело Олега Петровича рухнуло на пол. Его голова смотрела в сторону, шея была ненормально выгнута. Дмитрий оказался на своём месте, словно и не вставал. Он улыбнулся и посмотрел по очереди в глаза обоим мужчинам.

— Вы убийца! — сказал Алексей и поднялся со стула. Его кулаки были сжаты, но он направился к двери. Он схватился за ручку, но тут же ощутил тепло и глухую боль в шее. Он увидел, как брызнула кровь, свитер на груди пропитался, стало сложно дышать, он не мог крикнуть. Несколько секунд он держался за горло, затем рухнул на пол. Сергей смотрел на это и не верил глазам. Алексей лежал на полу. Дима стоял над телом, затем резко обернулся. Его щёки, губы и подбородок были в крови, глаза покрасневшие. Он подошёл ближе и сел на стул.

— Думаю, вам ясно, что я не шутил? Но у вас ещё есть время, чтоб ответить на мой вопрос. Я быстро двигаюсь, и вы не заметите, даже если я откушу вам нос и сяду обратно на стул. Это будет быстро, но обратной дороги нет. Сожалею, что с вами это произойдёт. Надеюсь, вы не собираетесь убегать?

— Я думаю, нет смысла.

— Вы правы.

Дмитрий облизал губы и смотрел на Сергея, немного улыбаясь.

— Время идёт, Сергей, тик-так, тик-так.

Сергей сперва не мог даже пошевелиться, затем начал думать. Он смотрел на дрожащие руки, на трубку, лежащую на столе, на стоящий бокал. Затем взгляд его перешёл на лежащее тело Олега, глаза которого были открыты. Он вспомнил, как Олег пытался что-то сказать, но его охватил страх, тот самый, который держит сейчас и самого Сергея.

Он просто сидел, глядя на руки, нервно дёргаясь, и иногда со страхом поглядывая на сидящего Дмитрия, который будто был готов к прыжку.

Через время Дмитрий немного изменился. Глаза стали красноватого цвета. Кровь с подбородка капала на пол. Он встал и медленно подходил к Сергею.

— Я понял, — сказал Сергей, глядя на стоявшего над ним Дмитрия.

— Говори, что ты понял, а я решу, правильно ли это, ведь я слов на ветер не бросаю.

— Вы говорили, что полицейский изуродовал лицо незнакомца, там, в подвале. Я наверно, знаю, для чего он это сделал, но не уверен.

— Говори как есть, времени у тебя почти не осталось.

Сергей посмотрел на лежащее у двери тело, затем на труп Олега Петровича и представил, что будет, если он ошибётся.

— Я думаю, ваш отец остался жив.

Дмитрий остановился, постоял, затем сел на стул, но ничего не сказал.

— Я думаю, что вы умеете менять внешность, у вас необычайно хороший метаболизм. Ваш отец принял внешность полицейского, а затем убил настоящего полицейского, изуродовав лицо, чтоб никто не догадался о том, что произошла подмена. Итак, полицейский убит, а ваш отец на свободе, в облике слуги порядка.

— Дальше.

— Затем, когда ваша мать была беременна, отец охранял вас, убивая всех, кто мог догадаться о том, что происходило.

Наступила тишина, затем медленные и слабые звуки хлопков. Дмитрий хлопал в ладоши. Он медленно поднялся и подошёл к Сергею.

— Ты угадал, парень, и теперь попробуй угадать, что будет дальше.

— Вы меня отпустите?

— Не совсем, парень.

— Но вы обещали, что завтра друзья со мной поздороваются.

— Так и будет, Сергей, так и будет, но они не будут знать, что тот, с кем они поздороваются, не совсем ты.

Дмитрий напрягся, сжал кулаки, стиснул зубы, и по его коже прошла некоторая волна, затем черты лица изменились. Он приобрёл внешность собеседника. Сергей будто видел себя в зеркало. От шока он ничего не мог сказать.

— Вот, кого завтра увидят твои друзья, — сказал Дмитрий, — ты уж извини, что так вышло. Не обижайся.

— Ещё одно, — сказал Сергей, — прошу вас.

— Говори.

— Я думаю, есть ещё одно, почему вы тут и почему вы так долго никого не убивали в клубе. Я думаю, что вы искали кого-то. Вы убили Олега Петровича, чтоб показать нам, на что вы способны, но на самом деле, я думаю, вы хотели его убить. Он должен был умереть, потому, что вы искали именно его. Одна из историй, которую он мог рассказать, показалась вам знакомой, показалась вам тем, что вы искали. Вы тут из-за него.

Дмитрий стоял и смотрел на Сергея. Он стоял, готовый нанести удар, но внезапно что-то его удержало. Он задумался, стоя с приподнятой рукой. Кровь капала с его подбородка на пол, рот был слегка приоткрыт, глаза глядели на собеседника. Сергей прижался к стулу и со страхом глядел на Дмитрия. Решалась его судьба.

— Как ты догадался? — спросил Дмитрий.

— Я подумал, что вы убили Олега без причины, а потом подумал, что в клубе рассказывают разные истории молодости, в общем точно не знаю. Просто догадался.

— Убегай, — сказал Дмитрий, — я останусь тут. Беги и говори, что сумасшедший убивает людей. Тебе поверят, когда сюда заглянут. Я сам тебя найду.

Сергей сидел несколько секунд, затем медленно встал и прошёл к двери. Он оглядывался, и думал, что всё это шутка и сейчас смерть схватит его за шею, как и было с его предшественниками. Он взялся за ручку двери.

— Стой! — сказал Дмитрий. Сергей замер. Медленно оглянулся, будто боясь, что сейчас ему вывернут шею. Дмитрий стоял, опершись спиной о стену.

— Ты первый человек, которого я не убил. Сам не знаю, для чего, но мне понравилась твоя сообразительность. Ты можешь пригодиться. А теперь убегай и кричи. И помни, если захочешь, чтоб я пришёл, просто говори «Рэптон» много раз*1.

Сергей вышел, оставил дверь приоткрытой и побежал по коридору, крича, что его хотят убить…

 

Июль 2019

 

*1 – смотри рассказ Андрея Никитина «Рэптон»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ответьте на вопрос: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.