Алексей Ходорковский. Успех (рассказ)

Мальчик приехал к трем часам.  Три раза звонила его мама  и переносила встречу сначала на час,  потом на два и, в конце концов, на четыре часа дня. Маме визитера я отказать не мог. Милая, улыбчивая женщина  работала администратором  в бассейне.

-У меня необычный мальчик,  Марк Аркадьевич, талантливый и ко мне хорошо… Но у него совершенно бредовые идеи,  опасные, по-моему, очень опасные…

-Мария Петровна, что воду в бассейне хочет слить?

-Да ладно Вам, как всегда шутите. Все намного хуже… говорит, что хочет много денег.  Не все мне понятно в его словах, боюсь я…  Умоляю, примите его пожалуйста. Вы адвокат, человек опытный. Вразумите его, век благодарна буду,  попадет в плохую компанию… Без отца ращу…   А Вам  вот шапочка новенькая, сама шила, не резиновая, голова  дышит, и в воде приятно, симпатичная…

Такой разговор предшествовал появлению у меня в кабинете юного девятнадцатилетнего третьекурсника МАИ.

-Марк Аркадьевич, у меня совсем нет денег. Но мне очень, очень нужно заработать. Отец давно ушел.  Мама одна, три года  одно платье носит, да и комната у нас в пятиэтажке…  Помогите мне, не пожалеете,-  юноша изобразил на лице жалобную мину и схватил меня за рукав,-  я буду богат, не сомневайтесь, и Вашу контору подниму, только не гоните … дайте сказать …  вот и план есть…

Голос парня звучал все тише и тише. Глаза горели.     Я настроился  слушать этого высокого, бойкого юношу, хотя подспудно  понимал, что теряю время.

-Наступила эпоха мобильной связи. Эта сотня  трубок, которые сейчас работают у банкиров, скоро превратится в миллионы  и миллионы сотовых телефонов. Все, даже первоклассники, будут иметь мобильники, люди будут  разговаривать легко, и не будут считать секунды как сейчас.

-Как Вас величать молодой человек?

-Костя меня зовут, Костя Голубов.

-Помечу у себя в численнике,  15 марта 1993 года у меня на приеме был прекрасный фантазер, Константин Голубов.

-Почему фантазер…Вы не правы, Вы не слышите меня…

-Дело не во мне молодой человек. Передача сигнала возможна только на мобильный телефон с  чипом фирмы оператора. Чип памяти вшит в трубку, прострочен.  Так что Вам придется покупать как минимум фирму Билайн, включая всю ее технику и вышки ретрансляции. Посему продавать пустые телефонные трубки бессмысленно, даже если вы их где-то и закупите.

-Да это слабое место, я об этом уже думал. Но это временно. Я читаю американские журналы по радиотехнике и телефонии. Там уже разработали и внедряют телефон с автономной сим картой. Лидирует в проекте фирма «Моторола».

-Костя, а именное разрешение на использование устройства? Его государство выдает. В каждый магазин клерка посадите?  Вы, наверное, сто раз правы, но  пока  этот проект из области фантазий. Этакий  Гиперболоид инженера Гарина. Может быть, он когда-то и  выстрелит…

-Хорошо, Вы правы, Марк Аркадьевич, но правы сегодня. Мой проект  рассчитан на завтрашний день, а пока я займусь деньгами. Нужны деньги, много денег. Сеть моих магазинов опутает весь Союз. А сейчас деньги, деньги и деньги…

-Работать и  зарабатывать это хорошо. Вы молоды. Вперед с песней. Я буду рад за Вас.

-Я пришел не за сочувствием,  Марк Аркадьевич. Я прочитал много литературы про начальный период бизнеса, например все тома Наполеона Хилла. Четко  понял, что при накоплении капитала меня ожидает много капканов и глубоких ям. Наибольшая опасность грозит  от казенных органов. На этом сходятся и наши и американские бизнес авторы. Я не юрист.  Меня пришпорят легко и сразу. Мне нужен  юрист-консультант. Опытный, честный и не бедный.

-А почему юрист должен быть  не бедный?

-Денег у меня  в настоящий момент нет, ни копейки. А  бедный в кредит работать не станет, это ясно.

-Так Вы еще и психолог,  господин работодатель,-  я  улыбнулся и пошел заваривать кофе.

У меня было минут пятнадцать,  и я прокручивал в голове беседу с парнем. Речь гостя не убеждала, скорее, напоминала розовые мечты студента, оставшегося без стипендии. Но идеи, даже самые бредовые частенько претворяются в жизнь. Что я терял? Абсолютно ничего, а встретиться с мальчишкой раз в месяц было совсем не трудно. Да и придет ли?

С такими мыслями я вернулся с  двумя чашками ароматного кофе.

Мой гость сидел на краешке стула и бегал пальцами по калькулятору.

-Сто тысяч, чтобы купить три-четыре павильона, нужно сто тысяч.

-Рублей?- поинтересовался я

-Рубли — не валюта, в дальнейшем  мы будем апеллировать только к доллару,- назидательно произнес мой новый клиент.

-Вы сказали мы? Считаете, что вопрос нашего содружества решен?

— Думаю да, у Вас впереди деньги, отсутствие риска, ноль вложений и понятная  работа. Почему нет? Я же не собираюсь грабить в подъездах и залезать в форточки. Я буду шагать в ногу с  уголовным кодексом. Для этого  нужны Вы, Марк Аркадьевич.

-Как часто я буду Вам нужен юноша?  Я могу быть занят в процессе, или отдыхать.

-Нет проблем, я найду способ с Вами связаться. Так согласны?

Я отпил кофе, почесал  за ухом и пожал Косте руку.

 

***

Через год  солнечным маем я рано утром прибыл в свой офис и принялся разбирать двухдневную почту. Неожиданно начал звонить телефон у секретаря, третий, пятый, седьмой, десятый раз.  Пришлось   взять трубку. Звонил дежурный 702 отделения милиции. Сообщил, что у них находится, задержанный мошенник, Голубов Константин Ильич и требует связи со своим адвокатом.

-Это уже Ваше дело ехать или  нет. Мы Вас оповестили.

-Диктуйте адрес, я выезжаю.

Мой юный друг Константин, которого я  порядком подзабыл, смирно сидел в «обезьяннике» и смотрел на  серую,  разбитую стену.

Вытащить  клиента оказалось не сложно, и, прибыв с ним в офис, я настроился выслушать трагическую историю.

-Марк Аркадьевич, забрали ни за что, ну совершенно. Я вычитал, что один афроамериканец сколотил первичный капитал на обмене книг. Выставлял книги у касс универсамов и за пятьдесят центов обменивал их. Раскрутил обмен  по всему Нью-Йорку. Я попробовал то же самое, но с видеокассетами. Договорился в семи магазинах, закупил  корзины, мониторы и занялся обменом видеокассет. Поставил девчонок у касс. С кассирами делился. Все довольны были, дешево и сердито. Покупателям удобно, пришел за колбасой, например, и заодно на кассе фильм поменял за семь рублей. Удобно. И мне прибыльно. В одной точке неделю назад прицепился участковый. Вот и понеслось, то да сё… Короче, загребли меня. Все красиво было,  кассеты в ярких корзинах,  монитор рядом и фильмы хорошие…

-Господин бизнесмен! Когда мы били по рукам, разговора о милиции, задержаниях и криминале не было. Что будем делать? Вы нарушаете закон.

-Я никого не обманул. Правда, на моей стороне!

— Константин Ильич правды всегда две.  Герой разведчик — он же —  шпион и негодяй. Откуда глянуть. Вы  никого не обманывали, кроме государства. Кассовых  аппаратов нет. Налоги Вы не платили.

-Ясно, что делать Марк Аркадьевич?

-Замораживайте точки, оформляйте фирму. С бухгалтером  и расчетным счетом, как положено.

Костя повесил нос и мотнул головой

-Всё сделаете, тогда и увидимся, до свидания.

 

***

Прошло два года.

Японская кухня была,  как всегда, прекрасна. Эти восточные запахи манили еще до прихода официанта. Мешали палочки, они выпрыгивали из непослушных пальцев, и  все мои старания заканчивались очередным фиаско. К своему стыду,  я снова и снова  просил вилку и  ложку. Обед был в самом разгаре. Все столики были заняты, и шустрый официант с трудом успевал разносить многочисленные блюда и приправы. Я сидел лицом к   окну и с удовольствием наблюдал за передвижением людей и машин по Новослободской улице.  Взгляд привлекла серая иномарка, которая резко затормозила у витрины кафе. К моему величайшему удивлению, из нее вышел… Костя Голубов.  Я, аж рот раскрыл, а через минуту он уже приветствовал  меня своей очаровательной улыбкой.

-Марк Аркадьевич, не помешал? Не удивляйтесь, мне ваше логово секретарь открыла. Не ругайте ее, Вы очень, очень нужны. Я подожду…

-Ничего ждать не надо, присаживайтесь. Гостем будете.  Пытаюсь очухаться  после допроса, Бутырка напротив. Много там несчастья. Ну да ладно, с чем прибыли, рад Вас видеть.

-Дело, вот какое. Сейчас во — всю идет многоэтажное строительство, расселяют старые «хрущевки». Москва строит высоченные дома в двадцать два и  двадцать пять этажей. Я выяснил, что  пожарная техника выше семнадцатого  не достает. Лестниц таких нет, или пока нет, но это факт. Новоселы где — то в Мошино, побузили пару раз по этому поводу, но ничего не решили. Администрация заявила, если не нравится, сдавайте ордера. Ордера никто не сдал, квартиры хорошие. Вопрос завис. Домов тьма тьмущая. Хочу помочь гражданам.

-Думаю не бескорыстно, Константин Ильич. На бессребреника Вы не похожи. Пожарные лестницы хотите закупить  и давать их пожарным на прокат?  Или  сами на пожар побежите?

-Марк Аркадьевич.  Вы же умница и  лучший адвокат. Почему Вы  меня дураком считаете?  Идея, совсем в другом.

Я нашел в Казахстане старый рассыпающийся канатный завод. Стоит без заказов. Закупаю  там канаты, а  в колонии под Тулой рукавицы. Это все копейки. На фабрике игрушек печатаем яркую упаковку с красивой инструкцией по спасению на пожаре. Мол, канат к батарее, рукавицы на руки и аккуратненько вниз, если прижмет, с любого этажа. Может задницу и отобьешь, но жив — то останешься!

-Костя, откуда идея? Опять у американцев позаимствовали. Вы их любите.

-Нет, нет, это моя идея. Знакомый пожарный рассказал про лестницы, дальше сам…

-В чем проблема, мой юный Рокфеллер, дерзайте!

-Я теперь боюсь дерзать без Вас, Марк Аркадьевич. Не посадят меня за пожарные страсти?

-Криминального  ничего нет. Согласовать бы неплохо проект с пожарными, но я думаю это нереально. Долго и дорого.  С Казахстаном мы дружим, мешать не будут. В инструкции  про пожар писать не надо. Как-то это не очень реально с  двадцатого этажа сигать. Хотя лучше так, чем никак. Тут я с Вами согласен. Выпускайте горный туристический набор, если уж  так хотите. К туристическому набору цепляться не будут. Как продажи пойдут?  Не знаю. Маркетингу учить Вас не буду. В инструкции крупно  и красным: это техника  спасательная, горная.  Еще пару умных фраз  добавите по технике безопасности, это знакомый пожарный подскажет.

Центр Москвы сверкал огнями иллюминаций и реклам. Падал легкий снег. Женщины кутались в изящные шубки и улыбались  встречным  мужчинам. Над  шумной Новослободской витала прелестная музыка, доносившаяся  от Центра Мейерхольда и ускользающая в никуда. Я достал сигареты, закурил и  направился  к метро.

 

***

-Марк Аркадьевич, ради бога извините за ранний звонок. Мария Петровна беспокоит, администратор из бассейна, помните такую? Костика мама. Я в Анапе. В санатории. Не знаю, что делать…три дня сыну не могу дозвониться. Совсем с ума сошла. Позвонить  некому. Девушка у него,… но телефона не знаю. Вы наш спаситель, помогите его найти,  молю… Адрес наш запишите, а где он работает, я даже и не знаю. Запуталась…  Девушку, Юлей зовут, в Медведково живет, учится где-то, хорошая девочка. Буду звонить Вам вечером, телефона сюда не знаю… Простите меня…спасибо, спасибо большое!

Я сел за руль и выехал по указанному адресу. Москва просыпалась. Ночные фонари еще светились в утренней дымке. Одинокие прохожие прятались в воротники, и скрывались от ветра на автобусных остановках. Светофоры мигали желтыми огнями. Редкие гаишники, измотанные ночным дежурством, на проезжающий транспорт внимания не обращали.

Я поднялся на третий этаж и нажал кнопку звонка. Дверь не открыли. Повторил ещё, ещё и ещё раз. Тишина. Присел на бетонную ступеньку. Ситуация не менялась. Вдруг из Костиной квартиры раздались четкие звуки. Речь. Громкий женский голос. Язык, язык не русский… английский язык. И опять тишина. Я принялся барабанить в дверь кулаком. По-простецки, до ответа. На шум сбежались  жильцы. Я сбил кулак, но продолжал ломиться в старенькую, обитую потертым дерматином  дверь. Чувствовал, что там кто- то есть. В один прекрасный момент, когда ворчащие граждане закурили, открылась заветная  дверь, и на пороге появился помятый, сонный Костик  с опухшими красными глазами. На нем болтались длинные  серые трусы и мятая, когда-то белая, майка. На груди, висел  огромный калькулятор, закрепленный на обувном шнурке. На босу ногу были одеты черные кожаные сандалии. С появлением Голубова интрига пропала, и  взволнованные соседи стали расходиться. Все, что я высказал тогда  Константину, навсегда останется за рамками адвокатской лексики. Но, как ни странно, провинившийся был совершенно трезв и в квартире прибывал в полном одиночестве.

— Марк Аркадьевич, Вы как здесь? Адрес  откуда? Я… работал. На Нью-Йоркской бирже играл…  не зарывался, чтоб с меньшим  риском…там сейчас вечер,  всю ночь работал. На бирже торги только начинают в семь тридцать вечера, по Москве. Не спал  два дня… фарт идет, по маленькой, но идет… Вы не  играете? Ночью можно классно заработать…  Да, мама… забыл совсем, сейчас в санаторий позвоню, название записано… телефона нет…

Мне впервые стало жалко Костика. На грязной, давно не мытой кухне рядом с черной, замызганной  посудой и  компьютером последнего поколения сидел богатый, молодой, красивый парень,  очень напоминающей персонажей московских вытрезвителей. Но Голубова водка не интересовала, он продуктивно делал деньги и днем и ночью.

***

В 1997 году май выдался  жарким и  душным. Мы с женой жили на даче. Теперь я мог общаться с клиентами по новому мобильнику и не разрываться между душным офисом и зеленым Подмосковьем. Слышимость была дрянная, но забравшись на мансарду, можно было разговаривать без помех. Цена мобильной трубки в те годы приближалась к стоимости квартиры в Подмосковье. Но связь  нужна, и трубка оказалась основным средством производства. «За удобства надо платить!»

Голубов  позвонил в  обед.

Внятной речи не было. Костя, то кричал, то переходил на шепот. Мне стало ясно, что случилась беда и нужна помощь. В конце разговора у него вырвали трубку и отборным, смачным матом пригласили меня на Митинский радиорынок в будку администрации. Связь прервалась. Ехать не хотелось. Свежий, изумрудный газон радовал глаз, а на веранде ждал аппетитный борщ со сметаной и петрушкой. Голодный и злой я сел  в машину и поехал в Москву.

Домик рыночного  начальства  я нашел не  сразу. Путь лежал через торговые ряды, гремящие сотней динамиков и сверкающие эмалью  холодильников и микроволновок. Голос Пугачевой сливался  с  песнями Ласкового мая и Распутиной. На подножке огромного  ЗИЛА, под завязку забитого коробками, стоял  рыжий дядька  и настраивал программы визжащего и трещащего телевизора. Два юных хлопца  демонстрировали мобильные рации и, перекрикивая друг друга, горланили :  «Шакал-1, Шакал-1,отзовись, Шакал-1… Соболь… Соболь… конец связи, Соболь… конец связи…»  На самодельной витрине, под неусыпным контролем толстой тетки, ревела стиральная машина, перебивая все остальные звуки  рынка.  На синей выцветшей тряпке, натянутой над окном  строительного вагончика, было четко начертано красным: « ОХРАНА И  АДМИНИСТРАЦИЯ».

Внутреннее пространство было  разделено  фанерной перегородкой.  У входа, на деревянных табуретках сидели два мужика, неопределенного возраста и этноса. Один — с пистолетом за поясным ремнем, другой — с ружьем «Сайга»  через плечо. Золотые, в палец, цепи на бычьих шеях и массивные перстни подчеркивали авторитет персонажей. За барьером у окна сидел Костик с рассеченной  губой и кровавым платком у носа. Над ним нависал толстый бандит с нунчаками, (Сноска 1. Боевое оружие восточных единоборств. Две короткихе палки, скрепленные между собой цепью), которые он упорно пытался затянуть вокруг  шеи моего клиента.

-Уважаемый,- обратился ко мне  толстый, — это ваш мальчик?

-Это мой клиент. И прошу мо- мен-таль-но  от него отойти, или  вызываю ОМОН, —   для подтверждения своих намерений,  я достал из кармана, редкий в те времена, мобильный телефон.

-Уважаемый, нет проблем я думал он гонит…  Если Вы с ним, берите свое добро, но надо перетереть…

Бандит отошел от Костика, открыл дверку перегородки и подошел ко мне.

-У Вас хорошие  нунчаки. Какой стиль каратэ? Ту- ту- рю?

-Уважаемый, ты не Сенсей ( Сноска2. Учитель восточных единоборств) часом? А то поклонюсь…  А по делу, вот что. Предъява  к парню имеется. Кинул, он нас… Деньги не отдает. Крысятничает…

-Подробнее, пожалуйста. С  деньгами разберемся. Если все решается деньгами, это уже хорошо. Хуже, когда дело не в деньгах.

-Это ты славно поешь, уважаемый.  Твой  мальчик денег должен. Бригады грузчиков у него. Десять-двенадцать парней. Работают люди, телегой шуршат, туда- сюда. С товаром бегают до стоянки, грузить  людям помогают.  Договор такой  был: 50% грузчикам, 30% нам, 20%  твоему.  Сопляк нас кинул,  30% себе зашакалил. Давай, уважаемый, решать, или стрелку забивать будем?

-Сколько Костя  должен?

-Если дальше работать хочет,  десять штук зеленых и разбежались. Еще раз кинет, разговоров больше не будет. Все понял?

-Понял, мужики, все понял. Вот доллары, пересчитайте.  И разбегаемся. Костю я забираю, я верно понял?

Всю дорогу ехали молча.  Говорить не хотелось. Голубов  усердно  обследовал губу и нос, а я все  увеличивал  и увеличивал громкость радиоприемника.

Через неделю ко мне в офис пожаловал оживший Костик. Он вытащил меня на улицу и долго хвастался своим новым «Вольво»,  цвета морской волны. Подарил  бутылку французского коньяка и вручил  конверт.

***

Наша следующая встреча состоялась где- то через полгода в неожиданном  и очень красивом месте. На испанском  острове Майорка. Завершался бархатный сезон. Мы с женой валялись  на пляже, подставляя поочередно  то  правый, то  левый бок  нежному,  осеннему солнцу. Юношеская парусная школа встала  на воду и на малюсеньких яхтах под белыми парусами вышла в море. Тридцать-сорок детишек изящно скользили на своих лодках по водной глади морского залива. Зрелище завораживало. В какой- то момент над моей головой образовалась тень, кто-то стоял и загораживал солнце. Это был Костик

-Удивил, удивил, ты как здесь оказался? Случаем, или к нам?

-К Вам, Марк Аркадьевич, к Вам.

-Как узнал место? Кто меня в этот раз сдал?- Я разыграл недовольство.

-Никто не сдавал, нужны очень, вот  и расстарался, визу сделал, прилетел. Да и поплавать охота. Первый раз в Испании.

-Не выдаешь агентуру, молодец. Но имей в виду предавший раз, предаст дважды. Это закон.

— Когда  ужинаете? Можно с Вами? Супруга не будет против? Приглашаю в лучший ресторан на набережной. Кстати, где здесь валюту меняют, а то я с долларами прилетел.

Вечером Константина было не узнать. Шикарный смокинг, белая бабочка, изысканная сорочка, швейцарские  золотые часы и зеркальные башмаки, смотрелись вызывающе красиво.

У меня кроме джинсов и полосатой рубашки,  ничего с собой не было. Модный  сарафан жены  немного спасал положение.

Ужин задался на славу. Костик был в ударе. Рассказывал экономические анекдоты, танцевал с моей женой и явно привлекал внимание  девушек с променада.

— Бабушка,  кто такой Карл Маркс?

-Карл Маркс — экономист!

— Как наш дедушка Изя?

—  Нет, милый. Наш дедушка Изя — старший экономист!!!

Костик, был  уже  не просто Костик, а полноценный Константин Ильич. Юнец, превратился в матёрого, битого волка.  Хотя шустрый мальчишка и колючий шпанёнок, в нем еще жили.

Утром наш гость был на пляже.

-Марк Аркадьевич, серьезное дело. Без Вашего совета, никак. А то опять морду набьют.

-Посмотрите, какие вокруг женщины, какие фигуры. Вы молоды, красивы, неужели не хочется закрутить курортный роман, погулять по ночному пляжу и искупаться голышом с прелестной русалкой? У Вас свободный английский, никаких проблем в общении! Вперед! ….. Не хотите? Вижу, никаких позывов.  Сейчас заведете свою шарманку про деньги и упущенную прибыль. Я уже предвкушаю. Валяйте…Что в этот раз надумали?

— Марк Аркадьевич, наверное, читали, что закрыли Центральный  Московский аэровокзал? У метро «Аэропорт». Не слышали? Докладываю, его недавно переделали и там начал работать тряпичный рынок.

-Костик, Вы занялись тряпками из Китая? Поздравляю. Почему мне маечку не привезли?

— Все хихикаете, господин адвокат. Продавать трусы — не моё,  хотя бизнес отличный, моржа большая. Так вот, Аэровокзал был центром пересечения автобусных маршрутов  во все аэропорты. Прилетел  в аэропорт, сел в автобус  и  за сорок минут добрался до аэровокзала. Отдышался,  сделал пересадку и кати  себе в любой  аэропорт. На выбор. Через полчаса-час ты  уже на месте. Быстро, удобно и дешево. В Москве, только больших  аэропортов, четыре. Так было, но лавочку прикрыли. Нет аэровокзала. Нет автобусов. Нет пересадок. Точка. Пассажиры  мечутся с чемоданами, не знают куда деваться. Тысячи людей, десятки тысяч. Такси конечно есть, но  они не конкуренты — цены у них неподъемные!

-Бомбить будем, Костик? Я готов!

— Да, за руль пора, за руль, это Вы точно подметили. Только крутить баранку будем не мы, а те, кому это положено, водители. Я, все рассчитал. Покупаю, для начала тридцать микроавтобусов, это капля в море, но начнем с них. Так сказать для разминки и проверки бизнес плана.  С  ремонтом транспорта все решено  в 105 таксопарке. Это оказалось  недорого, они без работы сидят уже полгода. На радостях провожали меня целой бригадой,  руки жали на прощанье.  Так что вот, Марк Аркадьевич, будем возить наших дорогих граждан в аэропорты Столицы!

-А что же московские начальники, доходную нишу упустили?

-Господин адвокат, не знаю и знать не хочу. Гадать не буду. Деньги лежат на поверхности, их надо всего лишь поднять. Нет не так, заработать и поднять. Так звучит лучше. Для старта все готово: бизнес план, кадры, деньги.  Клиентов море разливанное. Как здесь — большое и синие,-  Голубов протянул руку в сторону залива,-  я хочу Вас услышать, и вперед, за работу!

-Так в чем проблемка, Костик? Зачем летели? Соскучились по старому адвокату?

-Уверенности нет. Боюсь. Трусоват стал. Деньги  крупные. Сидеть  в тюрьме не хочу. Совсем забыл Вам доложить, мамочке квартиру купил трехкомнатную на  «Речном». Сам, пока, в старой живу.

-Матери купил, поздравляю! Хороший сын это важнее, чем бойкий коробейник. Начинаю  уважать. Что ты хочешь от меня услышать? Что лицензия нужна на извоз  из автоинспекции. Что учет надо вести, налоги платить, страховать транспорт и водителей. Ты меня уже сам консультировать должен.

-Об этом я догадывался, но есть же способы оптимизации, «чтоб и волки сыты и овцы целы». Главное на свободе остаться.

— Если спросил, то слушай и записывай. Лицензию в инспекции купить необходимо. Гражданская организация, государственная, не разорят тебя. Без лицензии тебя сожрут.  А так, под лобовое стекло каждого автобуса повесишь, и как с охранной грамотой будешь. Людей застрахуй, мало ли что …дорога. И найми матерого бухгалтера…из торгашей, из  розничного магазина, они там асы. С налогами поможет. Не моложе 40, не старше 55, и чтоб  главбухом не меньше 5 лет работала. Денег не жалей, а то придется тебе шоколад в камеру таскать.

-Почему шоколад, Марк Аркадьевич, говорят, сухари носят.

-Шоколад вкуснее и питательнее, господин коммерсант… Риск в проекте есть, но где деньги там везде риск, это нормально. Чего-то особо крамольного — не вижу. Квартиру ты на маму оформил?

— Да, на мамочку.

-Хорошо, что на маму, тебе сейчас лишняя собственность не нужна. Тема скользкая, конкурентов много. Мошенничества в  твоих действиях нет, ты никого не обманываешь. Хищения тоже нет, красть тебе нечего. С налогами сложнее.  И накладные расходы большие, ты же не в вакууме будешь деньги делать. Делиться придется. Чтоб губу не зашивать второй раз. Шрам еще видно.

-Разорите Вы меня, Марк Аркадьевич, совсем разорите. Все, что хотел, я  услышал. Не со всем  согласен… Сегодня улетаю. У отеля стоит белый  «Опель» номер 364, на прокат взял на  пару недель,  для Вас с супругой.  Вот ключи. Там в  бардачке конверт, Вы мой спаситель….  Костя залпом выпил бутылку минералки и, не попрощавшись, растворился в пестрой, разноязычной толпе отдыхающих.

***

-Ваучеры, ваучеры, приватизационные ваучеры, покупаем ваучеры! — орал в мегафон  смуглый, курчавый парень, очень напоминающий студента «ботаника».

Голубов привез меня на своем небесно-синем «мерседесе» к  станции метро, остановился в трех метрах от  бойкого скупщика и заговорщицки  подмигнул.

-Костик, Вы хотите продать ваучеры? Верная мысль. Мои прихватите, залежались. Толку от них все одно нет. А так  на бутылку коньяка заработаем и выпьем за здоровье.

-Марк Аркадьевич, издеваетесь, как всегда? Я скупаю ваучеры. Кстати, никому не нужные и для граждан бесполезные. Стоит мой человек. Таких постов-скупок у  меня 75, недалеко от станций метро и переходов. Хотел, чтобы вы увидели своими глазами.

-А зачем Вам, господин Голубов,  ненужные ваучеры. Вы что меценат?

-Здесь, все проще простого. Граждан кинули. Это не все поняли, но это факт. Никто  никому ничего не заплатит. Мы их покупаем, дешево конечно, но платим наличными. На  эти бумажки на аукционах продают нежилые помещения и права аренды.  Нужны земельные участки под павильоны. Уже теплее? Так вот.  Мне нужно 60 участков  сейчас, завтра еще 100. Потом павильоны. На деньги  все это я не куплю… дорого… Открываю фирму «Глобал- Сеть» по продаже мобильных телефонов.

-Рад за Вас. Сомнения гложут? Не вижу препятствий.  Все чисто и прозрачно, как слеза младенца.

-В Америке и Канаде начали продажу мобильных телефонов с автономными симкартами. Не прошивают трубки. Телефоны теперь не привязаны к определенной карте памяти. Это наш час.  Деньги на закупку есть. Я вылетаю в субботу в Нью-Йорк. Беру пробную партию. Но  есть проблема. В России требуют  разрешение на радиосвязь, т. е на каждый работающий мобильник. Это маразмом, и он сломает торговлю. Буду продавать без разрешения. Какой срок дадут, господин адвокат?

-Ну и вопросики у Вас. Предупреждать надо. Давайте сначала про ваучеры. Скупать бумажки и ценные бумаги, как говорят в Одессе, это две большие разницы.  Не здорово это, без лицензии ваучеры покупать. Теперь о телефонах.  Разрешение на пользование радиотелефоном выдают государственные органы,  вязаться с ними, себе дороже.

-Что же мне  мечту топить?

-Нет, мечту трогать нельзя, на то она и мечта. Телефон с разрешением абонент купит у оператора, а уж трубки будет менять у вас до бесконечности. Сама трубка в разрешении не нуждается. Фиксируется только фамилия, радиочастота и номер. И оператору хорошо и вы на вторичном рынке заработаете. Я уверен, что разрешения скоро отменят, потерпите.

-Все усек.  Попробую заключить контракт с Американцами. Мой помощник, Роман, пока будет заниматься павильонами. Не откажите ему в добром совете.

***

Прекрасным майским утром я восседал на новом крутящимся кресле в своем уютном кабинете. Занимался изучением подарочного мобильника, привезенного Костей  из Америки. Лягушка и лягушка, да еще и крышечка открывается, как пасть. Никакого дизайна. Но  тонкий,  первый тонкий и легкий телефон.

Из коридора раздался голос дежурного:

-Марк Аркадьевич, не знаю что делать. Клиент пришел с двумя  охранниками-шкафами, куда их девать? Их посадить негде. На улицу не уходят. Переломают всю мебель, да еще и  в бронежилетах. Решайте сами…

Я вышел в коридор, где на меня с воплями набросился сияющий Костик и принялся тискать меня в своих объятьях:

—   Идея! Новая идея, Вы сядьте, лучше сидеть, а то упадете…

— Костик, у Вас отличный парфюм, «Брют» пользуете? И охрана…  Растем, растем. Просветите… зачем охрана? Ведь если захотят…

— Если захотят, то охрана ни к чему.  Вы как всегда правы, самый мудрый из мудрейших. Но ответьте мне, чего все хотят? А,  вижу, что смекнули. Совершенно верно — все хотят денег. А у меня они есть. Шпаны много, стяжателей и попрошаек… Достали…  Отгораживаюсь  потихоньку, как могу.

-Кофе, чай?

-Не, не, Вы мне нужны.  Так вот: Карла  Маркса  нафиг, вместе с его Капиталом! Не хочу больше формулы деньги — товар — деньги прим. Хочу: деньги — деньги прим! Так и только так. Ночь не спал и сразу к Вам!

— На классика замахнулись, ну что он вам плохого сделал? Чем не угодил. Сами анекдот про старика рассказывали. А тут в немилость впал. Теперь всё, в утиль?

—  Марк Аркадьевич, я прихватил с собой московские рекламные газеты, кстати, миллионный тираж.  Я обвел кое – где маркером.

Костя вывалил ворох разноцветных газет ко мне на стол. Плюхнулся в кресло и стал крутиться вокруг своей оси.  Аккуратно обведенные объявления  информировали об обмене безналичных денег на наличные

—  Вы решили  поиграть в криминальные игры? Это «банальная  обналичка». Ничего нового. Старо как мир. Уход от налогов…  Было есть и будет.

— Да, но выгодно! Игра слов.  Русский язык велик, можно грубо и в лоб, как Вы припечатали. А можно назвать оптимизацией налогов. Уже мягче звучит. Маржа хорошая, ни товара тебе,ни склада, ни магазина. Да и грабить никого не надо. Схема простая. А что у нас просто?…гениальное? Хочу так! Чем я хуже?

-Хотеть вы можете, молодой человек, все что угодно, но риски вы обязаны знать.

— Что срок? Мой суровый оппонент.

— Не оппонент – тормоз! Вас заносит на поворотах. Опасно. Это налоги, государство их отслеживает.  Вас вычислят и закроют, это без вариантов. Останется открытым только один вопрос —  когда?

— Значит, возьмут не сразу, тогда будем говорить. Деньги того стоят.  Хочу открыть триста  магазинов и павильонов под телефонию. Таких денег у меня нет. Будем работать. Инкассацию наладим, деньги… с доставкой в офис. Год полтора  не больше. Потом все однодневки в утиль, сами в белые фраки. Чистые пушистые.

-А электронные платежи откуда пойдут?

-Не разочаровывайте меня, Марк Аркадьевич. Из  однодневок и пойдут.

— Я – против! Арестуют, Константин Ильич, и сядете надолго. Ничем не помогу. Государев интерес. Выбрасывайте эту чушь из головы.

— Не каркайте, господин адвокат. Это нарушение  профессиональной этики. Не ожидал. Испортили все-таки настроение. Не буду я Вашего чая.                     Костя хлопнул дверью и вышел.

***

Приближался новый год. Холодильники к этому времени были  уже забиты, подарки куплены, а рабочие проблемки ушли на десятый план. Но мне нашли применение и отрядили на базар за ёлочными игрушками.  Путь проходил по Тимирязевскому парку и придавал новогодней суете совершенно неожиданные оттенки. Вокруг было белым бело. Только природа может  увести,   в это последнее утро уходящего года, от  гудящей и давящей цивилизации. Ты  попадаешь в царство зимнего леса, серых белок и плавающих в проруби «моржей».   Мощные сосны с зелеными шапками и игривые елки в светлых панамах радовали глаз. Все аллеи и тропинки сходились в историческом парке Разумовского, деда Петра, образовывая причудливые орнаменты. Реставраторы с любовью возродили скульптуры и жилые постройки. Над замерзшим прудом запускали модели самолетов: это было  красиво, шумно и необычно.

Новогодний базар у метро  сверкал гирляндами, мишурой и  огромными серебряными шарами. Я разглядывал праздничные прилавки, и, вдруг, увидел Константина в белом тулупе и черных валенках с галошами. Он размахивал молотком  и что-то  рассказывал  мальчишкам  в синих спецовках. Новехонький, блестящий чистотой  павильон с яркой вывеской «ГЛОБАЛ-СЕТЬ» был готов к работе. Задубевшие охранники, непонятно кого охранявшие, грелись внутри.

— Двадцатый открываю, Марк Аркадьевич, поздравьте!

-От души Костик, от души.  Как бизнес? Как дома?

-Эх, не теребите больные раны. Не хватает средств. Позарез нужны деньги, как воздух! В Питере первую точку открываем. Аренда бешеная. Энергетики как с цепи сорвались, одним словом труба…  В Воронеж едем с администрацией толковать, площади нужны. Да и в Москве только начали. Пользователей уже миллион. Трубка дешевеет. Китайцы ее на конвеер поставили. Операторы тарифы снижают. Не успеваем за спросом.

-Ну, Костик, Вас не остановить…

— А зачем останавливать, Марк Аркадьевич? Я что, ворую у кого? Связь налаживаем, люди разговаривают,  улыбаются, это — ж здорово!  А деньги? Вот такая зараза, всегда нужны.

***

Шершавая, грязная стена камеры, узкое, зарешеченное, окно под потолком и прикрепленная к полу мебель угнетали. Тюрьма есть тюрьма грусть и ненастье.  Походы в следственный изолятор были не самой приятной частью   адвокатской практики.

Костик вошел тихо и незаметно. За своими раздумьями, я не услышал звука лязгающего замка и топота контролера.  Клиент  сидел напротив.

-Костик,  для начала шоколад. Съешь при мне обе плитки. Как сокамерники? Не обижают?

Голубов, не обращая на меня внимания,  умял шоколад, вытер губы кулаком  и уставился на железную дверь камеры с зарешеченным окошком по центру.

— Марк Аркадьевич, любезный, дорогой мой адвокат, мне нужны деньги…

-Послушайте меня внимательно, Константин Ильич. Вы уже в тюрьме, доигрались с «обналичкой». Остыньте, какие деньги? Вы нормальный, вменяемый человек? Вытаскивать Вас надо отсюда. Затем и прибыл.

—  Стоп.  Стоп. Я здесь сидеть долго не собираюсь. Вы  придумаете что — нибудь,  я в этом не сомневаюсь. Телефон  моего помощника, Романа, помните?

—  Помнить не помню, но в записной книжке имеется.

— Так вот. Он должен ставить новые павильоны. Сейчас Химки и  Ярославка…Счета блокированы. Полная ж.па.  Записывайте: Пусть пулей летит на Шкаринский пивзавод. Там директор нас знает, связь налаживали, телефон  дарили золотой…  Вспомнит! Ромке надо договориться о поставках пива, 3-4 машины в день. Запишите пожалуйста, слово в слово…  Забудете. Так вот, цены там соответственно заводские, первая рука. Но пиво он даст только в обмен на бутылки.  Я узнавал, без обменной тары не дает. Рома пусть  закупит пластиковые ящики и с раннего утра ставит у метро точки по сбору бутылок. На следующее утро на завод за пивом,  и на те —  же точки, но уже продавать. Пиво уйдет с колес. Цена низкая. Мелким оптом брать будут, когда привыкнут. Не хотел пивом заниматься, вонючее оно, но… пришлось. Вот и деньги ему на первое время. А дальше, вся надежда на Вас, Марк  Аркадьевич, вы же маг и волшебник. Вытаскивайте меня  отсюда, и поскорее, делать мне здесь нечего.

Костя  заложил руки за спину и  с видом бывалого арестанта пошел к двери.

 

Следователь был улыбчив и вполне  гостеприимен. Меня величал коллегой и поил чаем с чабрецом. Уголовное дело оказалось  тягомотным и пустым. Хозяйственные  дела всегда идут тяжело, а Костино   было еще и крепко запутано. Помучили моего клиента, покормили баландой четыре месяца и выпустили  в мои распростертые объятья под подписку о невыезде.

***

Дачный сезон был в разгаре. Мы с женой поехали в старинный российский уголок «Абрамцево». Сказочные места. Барский дом, не знавший реставрации, хранил    тепло старинного русского имения. Черные от времени  лавки в сенях, потрескавшаяся резная мебель из дуба, печи в изразцах, яркая ручная вышивка на пожелтевших от времени полотенцах. Скромность убранства и тонкий вкус владельцев удивлял. Здесь жила большая семья покровителя искусств Саввы Ивановича  Мамонтова, а   гостили  у них : Репин, Васнецов, Паленов, Коровин, Врубель,  Левитан, Нестеров, Серов…  Мамонтовцы  ставили оперы и балеты, открывали мастерские  и возрождали народные промыслы. Крупным бриллиантом усадьбы были старинные  картины. Художники, творившие здесь в те далекие времена, дарили хозяевам полотна,  которые вывешивались на стенах господского дома. Картины  сохранились до наших дней.

После осмотра гончарных мастерских  Михаила Врубеля мы гуляли по уютным аллеям усадьбы. На одной из дорожек,  нам навстречу, быстрой и  пружинистой походкой,  шел молодой  человек в белых джинсах.  Это был Костик.

-Губит людей не пиво, губит людей вода,- напевал мой клиент.

-Пива здесь нет, и не надейтесь. Пейте минералку.

-Дамы и господа, здравствуйте,-  Голубов, как всегда расставил руки для объятий,-  Марк Аркадьевич, дорогой, Вы только французский коньяк будете пить, гарантирую. Про пиво, это песенка из старого фильма. Пиво мою  фирму спасало, пока я отдыхал в «Бутырском пансионе». Ромка три точки  «Сети» запустил. Работают  и  уже с прибылью. Вот так. Но с пивом  сворачиваемся,  не актуально. Поиграли  и хватит.

-С чем на этот раз приехали,  Константин Ильич? Неужели моим газоном любоваться. Сейчас к нам едем, буду хвалиться.

-Не, не, с поклоном прибыл! Спасибо сказать, долги отдать, с невестой познакомить. В машине сидит. Сейчас приведу, стесняется… Кстати газон…газон это  отличная идея…

***

Костя улетел в Америку. Годичный курс в Американском банковском институте.  Я слышал об этом учебном заведении в Нью-Джерси. Имея свободный английский, можно было почерпнуть много  нового и полезного.

Но спокойной жизни, на которую я настроился — не получилось.

-Марк Аркадьевич,  добрый вечер! У нас тут дурдом!!!  Американские биржи на ушах стоят…

-Голубов, во-первых,  здравствуйте! У Вас совесть есть? Четыре утра, я сплю. Какие биржи? Я в Москве, а не в Нью-Йорке. Спокойной ночи. Звоните утром.

-Не могу, спасайте! Уолл-стрит шумит. В России дефолт будет в этом месяце! Только об этом и говорят. Здесь не блефуют. Сколько сейчас метр жилья в Москве стоит? Надо срочно сбрасывать рубли. Покупаем квартиры, по любым ценам. Пусть Ромка срочно скупает квартиры, на все  рубли. Срочно! Что останется — в валюту,  в любую наличную валюту — пусть скупает!  Только квартиры и валюта. Иначе сгорим. Этим летом рублю конец. Нам надо устоять. Просыпайтесь, мой самый лучший из лучших адвокатов. В мемуарах так и напишите: «Разбудил — хам  Костик»

-Вы здоровы, Костя? Я  сплю в своей собственной кровати, жену обнимаю.  Вдруг кто-то звонит, с другого конца земли, и заявляет  о конце света. Вы хотите, чтобы я черный флаг над Центробанком вывесил? Учитесь, Голубов, получайте пятерки и не морочьте мне голову…Я  адвокат, а не психоаналитик… Спокойной ночи.

— Ну,… Ромку хоть примете…

-Да, сколько угодно, но утром и в офисе!

Через сорок пять суток грохнул дефолт. Был август 1998 года. Кризис прошил всех насквозь. Рубль рухнул.

***

Костя позвонил в марте…  Я себя чувствовал крайне неудобно перед этим прытким  и мудрым мальчишкой. Он был успешен, востребован и рвался вперед. У каждого входа в метро работали магазины сотовой связи « Глобал-Сеть» и  сотни тысяч людей с радостью  покупали новенькие  мобильные телефоны, преумножая его богатство.    Голубова не видел сто лет.   Без знания языка, я  стал ему не нужен в его новой англоязычной жизни.

-Марк Аркадьевич, рад, очень рад Вас слышать. С  днем рождения, дорогой мой человек. Мы с женой приглашаем Вас супругой в гости. В Нью-Джерси. Это рядом с Нью-Йорком.    По поводу виз все договорено. Попросите помощников занести  паспорт в посольство  и все, больше ничего делать не надо. Билеты куплены, мы Вас встречаем. Не обижайте отказом, прилетайте.

***

Стандартный двухэтажный   финский дом, с двумя гаражами   выглядел неожиданно скромно для российского миллионера.  Жилище господ  Голубовых в Нью-Джерси было уютно  и обставлено с большим вкусом.  Во внутреннем убранстве просматривался  стиль  русского купеческого   дома девятнадцатого века. В садике бегал их сынишка, а  с маленькой дочкой на  ухоженном газоне  играла  Мария Петровна.

Вечером второго дня пошли гулять по окрестностям. В округе расположились невысокие двух, трехэтажные дома из дерева или кирпича.  Все дорожки были заасфальтированы, а газоны ухожены. В глаза бросалось отсутствие заборов. Недалеко от почтового отделения  мы зашли в небольшой двухэтажный кирпичный дом.

-Дом рассчитан на четыре семьи. Он разделен на студии по девяносто два  метра. Вокруг тихо и спокойно. Зеленый район,-  Костя раскраснелся, был взволнован.

Мы поднялись на  второй этаж, и  Голубов открыл одну из дверей.

-Эту студию,  Марк Аркадьевич, примите от нас в знак глубокого уважения к Вам и Вашей семье. Все, включая мебель оплачено. Теперь это Ваша собственность. С визой проблем не будет, сначала двухлетняя, потом вид на жительство.

Костик протянул нам два ключа, висящих на  небесно- голубом брелоке  фирмы «Глобал-сеть».

Мы вдвоем вышли на балкон:

-Константин Ильич, этого делать было не нужно. Это лишнее, Вы нас  прекрасно встретили… Но, лукавить не буду, царский подарок и очень приятно… Расскажите, как дети? Часто ли мамочка прилетает? Как супруга обжилась на новом месте?

-Марк Аркадьевич. Все хорошо. В России на сегодняшний день работают 652 торговые точки. Мобильники, телефония, ноутбуки, аксессуары. Развиваемся, ведем переговоры с «Самсунгом» о закупке мобильного устройства нового поколения: компьютер телефон и аудиоплеер, рабочее название «Смартфон».  Три в одном господин адвокат. Три в одном!!! Разработки завершаются, хочу на закупке быть первой рукой. Это совершенно другой уровень  – революция в нашем бизнесе. Первую партию, двести тысяч  заказал. Что еще нового? Расширяемся в Казахстане, Абхазии и Армении.  Начали проекты в Белоруссии и Киргизии. Вы даже  представить себе не можете, как не хватает оборотных средств, ну совсем нет денег, ни цента…

 

Алексей Ходорковский. Успех (рассказ): 1 комментарий

  1. Семен

    Прочитали с женой несколько рассказов автора. Очень хорошо передан дух времени! ждем дальнейших историй!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ответьте на вопрос: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.