Всё начиналось не сказочно вовсе:
кризис в стране, катаклизмы, дефолт…
Деду бабуля газеты приносит –
нечего к ужину ставить на стол.
Этот момент больше всех беспокоил
жирного (в меру!) красавца-кота:
очень серьёзные планы он строил –
голоден был до макушки хвоста!
Рыж и усат – словом, шикарен,
с белым на грудке воротничком.
Струны талантливо рвал на гитаре,
песни шершавым пел язычком!
Бабка – хозяйка, но хвастаться нечем…
Только из тыквы запас у печи
(кот Аполлон не был замечен
в тайных налётах на эти харчи).
Дед сигаретки крутил из газетки,
печку топил – читать не умел.
— Может, пора нам поджарить котлетки? —
толстый намёк от кота подоспел.
Бабка к столу присела и с грустью:
— Только кошачьи могу предложить…
— Каннибализма мы не допустим! –
дед возразил, чтоб коту удружить.
— Да уж… С кошачьими погорячились! —
кот между делом от бабки отполз. –
А вот куриные точно вам снились!
Курочку Рябу не зря дед привёз…
Встав, отряхнув в заплатках рубаху,
дед рассердился: «Рябу не дам!!!»
И богатырским от гнева размахом –
бабкину тыкву напополам…
— Батюшки… Тыкву мою!.. Окаянный!
Самую спелую – напополам!!! –
скалку схватила, черпак деревянный. –
Тыкву за тыкву! По «тыкве» щас дам!..
Дед попритих, Аполлон в плечи вмялся:
«Худо у нас положенье вещей. —
думает. — Ужин не начинался…
Не откажусь уже даже от щей!
Ну… Со сметанкой, конечно…»
— Постойте! – кто-то
кудахтнул из-под стола. –
Хватит, бабуля, дедуля, не спорьте!
Ссоры не надо, я помогла!..
Пёрышко к пёрышку! Шейка и глазки,
клювик – ну, курица! Просто краса…
Знала бы Ряба, в какой мудрой сказке
участь её сотворить чудеса!
— Вижу проблемы серьёзные ваши:
жизнь по котлетам ударила вас…
Хоть предостаточно тыквенной каши –
всё же провизии нужен запас!
Курочка ловко на лавку взлетела –
взмыв, как орлица среди облаков.
— Я вам яйцо непростое успела
тайно снести – мой подарок готов!
Дед и бабуля под стол прошмыгнули –
в поисках чудо-подарка яйца.
Кот Аполлон с аппетитом «дежурил»:
Курочку чтоб не украла лиса…
Ближе и ближе он к Рябе дежурил…
Помня куриного вкус холодца.
Бабка застряла, но дело в ажуре –
дед бы не вылез без яица!
— Ладно, омлет – так омлет, одобряем… —
кот, ослабев, возражать не дерзнул.
Пёрышки жадно ноздрёй обоняя,
темечко Рябе скромно лизнул…
— Что это??? – дед обалдел, если честно…
Твёрдо яйцо и блестит как металл! —
Лучше бы на пироги снесла тесто!
Яйца такие я есть бы не стал…
Стол приподняв изящностью таза,
преодолела бабуля рубеж:
— Дай-ка взглянуть опытным глазом!
Сам пока тыквы разбитой поешь.
— Не, ну, ребята… Так не годится!
Кот ваш бесценный совсем исхудал!
Всякой напасти должны быть границы,
я — Аполлон вам, а не Тантал!!!
— Ишь! Погляди на него: «еле дышит»!
Тоже мне ценность – в тридцать кило! –
бабка роптала. – И ни одной мыши
в тушу такую досель не вошло!
Норы прогрызли, гарбуз недоели,
в крупы пролезли и в семена!
В печке и в погребе, даже в постели –
много оставили мыши… следов.
— Так! О мышах за столом не толкуют! –
дед причитания бабки прервал. –
Лучше глазунью поджарь золотую,
только желток чтоб ко дну не пристал.
Бабка яйцо забрала и решила
краем ножа, как обычно, разбить:
ножик погнула! Яйцо уронила —
дед запретил кисель утром пить…
Сам же, своей хозяйской рукою
(дед – хоть и дед, да в прошлом – мужик!)
с пола поднял яйцо золотое —
яйца ножами бить не привык:
Смело влупил он — по-холостяцки
об сковородку… Ждать не пришлось:
так отлетело в бабкины цацки!
Что донеслось:
«Лось – и в Африке лось…»
Били, били яйцо – не разбили:
только роняли – аж хата тряслась!
«Где ж они курицу эту добыли, –
кот размышлял, — что так плохо снеслась?»
Бабка ревмя заревела от горя:
— Скалкой любимой не расколотил!
Стойко держался хозяин, но вскоре
тоже слезу скупую пустил…
Ряба вздохнула:
— Кулёмы вы, вот кто!
Нет чтоб в ломбард яицо отнести…
Воете-ноете вы от того-то,
что не могу просто яйца нести!
— Курочка Ряба про лом нам кудахчет! —
крикнула бабка. — Мигом в сарай!
— Яйца такие назад пускай спрячет… —
дед уморился, хоть помирай.
Эти стенанья в плену злого рока
не миновали… норки одной.
Приняв на грудь гарбузного сока,
«Время пришло!» — подумал герой!
«Час воротить спокойствие в хату!
коль виновато горе-яйцо —
значит, разбить! Казнь — до заката.
Час обнаружить герою лицо!»
Вот он — атлет: стройный, как стебель,
Доблестный Мыш — имя ему!
Мастерски зубом шматует он мебель
и в совершенстве знает кунг-фу.
Просто… Загадка случилась такая:
там, где шуршал бамбук и камыш, —
чудом, из самого сердца Китая
припилигриммил таинственный Мыш!
— МЫШЬ!!! — бабка на печку взлетела
(громким приветствием гость был польщён!),
тылом горшки от испуга задела,
в страхе визжала: «Фас, Аполлон!!!»
— Эй, погодите! С какой это ласки
кот — в одиночку справляясь с бедой, —
должен точить мышей азиатских,
портить желудок китайской едой?!..
Но не внимая речам бестолковым,
ловким кульбитом к яйцу подлетев,
воин продумал приёмчик клинковый…
Коим однажды уменьшил посев.
Год, проведённый на жёстких диетах
(злаковых жменька и тыквы гора),
сделал восточного гостя «ответом»:
Смертных от бедствий избавить пора!
Целые блоки крушил из бетона,
норку в стене силой взгляда пробил!
Но по оценкам кота Аполлона –
всё-таки скудной тефтелькой он был…
Бабка застыла, кот «пристрелялся»,
дед равнодушно отсев, закурил…
Мыш по-китайски быстро размялся,
вынул катану — яйцо разрубил!..
Громко скорлупки звенят золотые,
только желтка-то внутри не видать.
— То есть… Яйца ещё и ПУСТЫЕ???
Или забыла фаршировать?..
Кот в потрясении… Мыш хладнокровно
выполнил дело — проблему решил.
Только бабуля дышала неровно:
— Кто мне на пол яицом накрошил?!!…
— Справились-таки! — дед саркастично, —
Было яичко… Больше нема.
С миной бабуля вдруг истеричной
слезла с печи ни жива, ни мертва:
— Горе нам, горе! Яйца сгубили:
было одно — и то не спасти…
— Да-а… Гениально вы протупили.
Только простые буду нести. —
сделала Курочка вывод печальный. —
Ладно, разбили… Но золото, всё ж!
Думайте быстро план действий нормальный!
Ждёте, чтоб клюнул какой-нибудь ёж?!..
— Крайне прискорбно с яйцом расставаться. —
дед подытожил. — Виднее судьбе!..
Бабка, не хнычь! Давай прибираться —
малость нахезали гости в избе…
Мыш феерично ушёл по-китайски:
с криком «Кий-я-а!» — улетел за окно.
Веником бабка огромным хозяйским
золота не выметала давно…
Всю скорлупу собрала подчистую –
дед же торжественно вынес во двор:
И… в помойную яму густую
с лёгкой душой метнул за забор!
— Вот, прибрались: чистота и порядок! –
стало бабуле аж легче дышать.
Ну, а на ужин… Остатками с грядок
снова придётся мужчин угощать.
…Глубокомысленным взглядом куриным
вперилась Ряба в хозяев своих:
Проще наверно дойти до Берлина,
чем рассчитать «ай кью» на двоих…
Сели за стол и глубже вдохнули,
тихо обдумали всё, что стряслось:
трезвые мысли людей всколыхнули!..
Апик спокоен: «Я — точно не лось».
Бабка достигла сакрального смысла:
— Батюшки! Золото ж выпало нам!!!…
Вот же балбесы! Вам коромысла
чай не доверишь – кокнете в хлам…
К курочке Рябе речь возвратилась,
только вдобавок – нервный «тик-тик».
«Н-да… Ох и в сказке я очутилась…
Смысл её вообще кто-то постиг???»
Ну, а мораль… Коль без обмана:
Кто из помойки скорлупки достал –
тот самым знатным в стране тараканом
стал [я] и рукопись эту издал.