Из Его сердца…

Время уносит вдаль
Ласковый шёпот твой…
Я растопил февраль
В сердце своём — тобой!

И сохранил тепло,
Доброй улыбки свет —
Я сберегу его
На очень много лет…

Чтобы тебе вернуть —
Искренне, от души!
Боль и тоску возьму —
Только живи, дыши!..

Скор метронома стук —
Мне ускоряет жизнь,
Я не смотрю вокруг —
Нет тебя… Покажись!!!

Этот жестокий темп
Мне увеличил боль:
Я не успел за тем,
Что посчитал судьбой…

Я не догнал тебя —
Мне преградили путь!
Силы истратил зря
И не могу вдохнуть…

Лезвие бритвы — жизнь —
Редко кому везёт…
Всё же рискнул пройтись —
Я был готов на всё!

Но метронома звук —
Самый последний такт:
Тенью ушедших мук
Я иду просто так…

Маятник на часах
Не изменяет ход.
Я потерялся в днях,
Но не забыл тот год…

От души

Утром, когда
хрупкой пастелью
Мягко рисует рассвет —
Пусть
ранней свежестью,
птичьей трелью
Входит в Ваш дом
Божий Свет!

Входит невидимо,
неосязаемо —
Сердце узнает без слов:
голос поистине
незабываемый —
Нежная Божья любовь!

Зайчиком солнечным,
звонкими птицами
Ловко развеет грусть,
Добрыми и
любимыми лицами
Счастье подарит — пусть!

Он, как Отец,
обнимет Вас ласково,
Раны в душе исцелит…
И, будто мама
приятною сказкой —
Словом Своим вдохновит!

Курочка Ряба: Мифы и реальность (сказка в новой интерпретации)

 

Всё начиналось не сказочно вовсе:
кризис в стране, катаклизмы, дефолт…
Деду бабуля газеты приносит –
нечего к ужину ставить на стол.

Этот момент больше всех беспокоил
жирного (в меру!) красавца-кота:
очень серьёзные планы он строил –
голоден был до макушки хвоста!

Рыж и усат – словом, шикарен,
с белым на грудке воротничком.
Струны талантливо рвал на гитаре,
песни шершавым пел язычком!

Бабка – хозяйка, но хвастаться нечем…
Только из тыквы запас у печи
(кот Аполлон не был замечен
в тайных налётах на эти харчи).

Дед сигаретки крутил из газетки,
печку топил – читать не умел.
— Может, пора нам поджарить котлетки? —
толстый намёк от кота подоспел.

Бабка к столу присела и с грустью:
— Только кошачьи могу предложить…
— Каннибализма мы не допустим! –
дед возразил, чтоб коту удружить.

— Да уж… С кошачьими погорячились! —
кот между делом от бабки отполз. –
А вот куриные точно вам снились!
Курочку Рябу не зря дед привёз…

Встав, отряхнув в заплатках рубаху,
дед рассердился: «Рябу не дам!!!»
И богатырским от гнева размахом –
бабкину тыкву напополам…

— Батюшки… Тыкву мою!.. Окаянный!
Самую спелую – напополам!!! –
скалку схватила, черпак деревянный. –
Тыкву за тыкву! По «тыкве» щас дам!..

Дед попритих, Аполлон в плечи вмялся:
«Худо у нас положенье вещей. —
думает. — Ужин не начинался…
Не откажусь уже даже от щей!

Ну… Со сметанкой, конечно…»
— Постойте! – кто-то

кудахтнул из-под стола. –
Хватит, бабуля, дедуля, не спорьте!
Ссоры не надо, я помогла!..

Пёрышко к пёрышку! Шейка и глазки,
клювик – ну, курица! Просто краса…
Знала бы Ряба, в какой мудрой сказке
участь её сотворить чудеса!

— Вижу проблемы серьёзные ваши:
жизнь по котлетам ударила вас…
Хоть предостаточно тыквенной каши –
всё же провизии нужен запас!

Курочка ловко на лавку взлетела –
взмыв, как орлица среди облаков.
— Я вам яйцо непростое успела
тайно снести – мой подарок готов!

Дед и бабуля под стол прошмыгнули –
в поисках чудо-подарка яйца.
Кот Аполлон с аппетитом «дежурил»:
Курочку чтоб не украла лиса…

Ближе и ближе он к Рябе дежурил…
Помня куриного вкус холодца.
Бабка застряла, но дело в ажуре –
дед бы не вылез без яица!

— Ладно, омлет – так омлет, одобряем… —
кот, ослабев, возражать не дерзнул.
Пёрышки жадно ноздрёй обоняя,
темечко Рябе скромно лизнул…

— Что это??? – дед обалдел, если честно…
Твёрдо яйцо и блестит как металл! —
Лучше бы на пироги снесла тесто!
Яйца такие я есть бы не стал…

Стол приподняв изящностью таза,
преодолела бабуля рубеж:
— Дай-ка взглянуть опытным глазом!
Сам пока тыквы разбитой поешь.

— Не, ну, ребята… Так не годится!
Кот ваш бесценный совсем исхудал!
Всякой напасти должны быть границы,
я — Аполлон вам, а не Тантал!!!

— Ишь! Погляди на него: «еле дышит»!
Тоже мне ценность – в тридцать кило! –
бабка роптала. – И ни одной мыши
в тушу такую досель не вошло!

Норы прогрызли, гарбуз недоели,
в крупы пролезли и в семена!
В печке и в погребе, даже в постели –
много оставили мыши… следов.

— Так! О мышах за столом не толкуют! –
дед причитания бабки прервал. –
Лучше глазунью поджарь золотую,
только желток чтоб ко дну не пристал.

Бабка яйцо забрала и решила
краем ножа, как обычно, разбить:
ножик погнула! Яйцо уронила —
дед запретил кисель утром пить…

Сам же, своей хозяйской рукою
(дед – хоть и дед, да в прошлом – мужик!)
с пола поднял яйцо золотое —
яйца ножами бить не привык:

Смело влупил он — по-холостяцки
об сковородку… Ждать не пришлось:
так отлетело в бабкины цацки!
Что донеслось:
«Лось – и в Африке лось…»

Били, били яйцо – не разбили:
только роняли – аж хата тряслась!
«Где ж они курицу эту добыли, –
кот размышлял, — что так плохо снеслась?»

Бабка ревмя заревела от горя:
— Скалкой любимой не расколотил!
Стойко держался хозяин, но вскоре
тоже слезу скупую пустил…

Ряба вздохнула:

— Кулёмы вы, вот кто!
Нет чтоб в ломбард яицо отнести…
Воете-ноете вы от того-то,
что не могу просто яйца нести!

— Курочка Ряба про лом нам кудахчет! —
крикнула бабка. — Мигом в сарай!
— Яйца такие назад пускай спрячет… —
дед уморился, хоть помирай.

Эти стенанья в плену злого рока

не миновали… норки одной.

Приняв на грудь гарбузного сока,

«Время пришло!» — подумал герой!

«Час воротить спокойствие в хату!
коль виновато горе-яйцо —
значит, разбить! Казнь — до заката.
Час обнаружить герою лицо!»

Вот он — атлет: стройный, как стебель,
Доблестный Мыш — имя ему!
Мастерски зубом шматует он мебель
и в совершенстве знает кунг-фу.

Просто… Загадка случилась такая:
там, где шуршал бамбук и камыш, —
чудом, из самого сердца Китая
припилигриммил таинственный Мыш!

— МЫШЬ!!! — бабка на печку взлетела
(громким приветствием гость был польщён!),
тылом горшки от испуга задела,
в страхе визжала: «Фас, Аполлон!!!»

— Эй, погодите! С какой это ласки
кот — в одиночку справляясь с бедой, —
должен точить мышей азиатских,
портить желудок китайской едой?!..

Но не внимая речам бестолковым,
ловким кульбитом к яйцу подлетев,
воин продумал приёмчик клинковый…
Коим однажды уменьшил посев.

Год, проведённый на жёстких диетах
(злаковых жменька и тыквы гора),
сделал восточного гостя «ответом»:
Смертных от бедствий избавить пора!

Целые блоки крушил из бетона,
норку в стене силой взгляда пробил!
Но по оценкам кота Аполлона –
всё-таки скудной тефтелькой он был…

Бабка застыла, кот «пристрелялся»,
дед равнодушно отсев, закурил…
Мыш по-китайски быстро размялся,
вынул катану — яйцо разрубил!..

Громко скорлупки звенят золотые,
только желтка-то внутри не видать.
— То есть… Яйца ещё и ПУСТЫЕ???
Или забыла фаршировать?..

Кот в потрясении… Мыш хладнокровно
выполнил дело — проблему решил.
Только бабуля дышала неровно:
— Кто мне на пол яицом накрошил?!!…

— Справились-таки! — дед саркастично, —
Было яичко… Больше нема.
С миной бабуля вдруг истеричной
слезла с печи ни жива, ни мертва:

— Горе нам, горе! Яйца сгубили:
было одно — и то не спасти…
— Да-а… Гениально вы протупили.
Только простые буду нести. —

сделала Курочка вывод печальный. —
Ладно, разбили… Но золото, всё ж!
Думайте быстро план действий нормальный!
Ждёте, чтоб клюнул какой-нибудь ёж?!..

— Крайне прискорбно с яйцом расставаться. —
дед подытожил. — Виднее судьбе!..
Бабка, не хнычь! Давай прибираться —
малость нахезали гости в избе…

Мыш феерично ушёл по-китайски:
с криком «Кий-я-а!» — улетел за окно.
Веником бабка огромным хозяйским
золота не выметала давно…

Всю скорлупу собрала подчистую –
дед же торжественно вынес во двор:
И… в помойную яму густую
с лёгкой душой метнул за забор!

— Вот, прибрались: чистота и порядок! –
стало бабуле аж легче дышать.
Ну, а на ужин… Остатками с грядок
снова придётся мужчин угощать.

…Глубокомысленным взглядом куриным
вперилась Ряба в хозяев своих:
Проще наверно дойти до Берлина,
чем рассчитать «ай кью» на двоих…

Сели за стол и глубже вдохнули,
тихо обдумали всё, что стряслось:
трезвые мысли людей всколыхнули!..
Апик спокоен: «Я — точно не лось».

Бабка достигла сакрального смысла:
— Батюшки! Золото ж выпало нам!!!…
Вот же балбесы! Вам коромысла
чай не доверишь – кокнете в хлам…

К курочке Рябе речь возвратилась,
только вдобавок – нервный «тик-тик».
«Н-да… Ох и в сказке я очутилась…
Смысл её вообще кто-то постиг???»

Ну, а мораль… Коль без обмана:
Кто из помойки скорлупки достал –
тот самым знатным в стране тараканом
стал [я] и рукопись эту издал.

Дорогому Папе

Нежный голос, смех родной и добрый взгляд —
Ценно мне, когда глаза твои горят!
Интересом, вдохновением, мечтой..
Папа, как я дорожу тобой!

Ты волшебником был с детства для меня:
Чудеса творил, фантазией маня,
Чудеса творить меня ты научил —
Дал энергию, которой сам творил!

Ты увёл меня от пресной суеты
В те миры, где много света, доброты,
В те миры, где много красок, где есть Бог!
Ты забрал меня с кривых мирских дорог…

Ты помог мне ту жемчужину найти,
До которой я могла бы не дойти,
Не дойти — если была я без тебя:
Направлял меня ты, искренне любя!

Папа мой, спасибо, что ты есть!
Все твои таланты во мне — честь.
Папа мой, спасибо, что ты — мой,
Что всегда спешил ты к нам домой!..

Посвящение Маме

Ты меня на рассвете не будишь,
Терпеливо мой сон бережёшь.
Помолиться о нас не забудешь,
Приготовишь завтрак и ждёшь…

Я услышу сквозь сон: серебристый
Нежный голос сбегает ручьём —
Очень ласковой, ясной и чистой
Мелодией в сердце моём.

Как мне дорого прикосновение
Не знающих отдыха рук!
Где так часто берёшь вдохновение?
Чтоб играть от души каждый звук…

С этой музыкой образ твой вечный
В моей памяти соединён:
Торжественный и беспечный
Вид рояля — Ты… ноты… он.

Я люблю тебя, Мама родная!
Очень много ты мне отдала!
И так долго, покоя не зная,
Ты молилась и встречи ждала!..

Своей искренней юной душою
Я как в детстве тебя обниму!
Только ростом я стала большой.
И умом тебя больше пойму…

Я с вами!

Меня никогда так жестоко не били —
Как жалкий, израненный брошенный пёс:
Хозяин отрёкся, прогнали, забыли…
Но я ведь когда-то достоин был роз!

И дети мои — беззащитные дети!
Заставили их без оглядки бежать
Из дома — от страха, от боли, от смерти,
Не зная, вообще ли вернутся опять?

Я видел, как грозно сгущаются тучи,
Как подло меня обступают враги…
Но я долго верил! Так верил в лучшее!
Теперь же… Усеян крестами могил…

Та жизнь, что была, и те, кто в ней были —
Кто строил меня, кого я воспитал —
Куда-то в далёкие годы уплыли…
Как горько я плакал, когда вспоминал!

И снова удар! Меня разорвали
На тысячи неравнодушных сердец!..
Мне больно, вам тоже…
Но вместе! Я с вами!
Я — ваш родной город! Я ваш Донецк…

Привет, мир!

ВАЖНО:

Заявки на публикацию своих произведений в журнале «Новая Литература» направляйте по адресу NewLit@NewLit.ru (тема: «От автора»), вложив в письмо ссылку на свое произведение, опубликованное на NOVLIT.ru.

Обратите внимание: журнал «Новая Литература» не принимает к публикации произведения с других сайтов, кроме http://novlit.ru/.