Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2022 г.

Владимир Зюськин. Монологи (сборник стихотворений)

Монолог жены поэта

Ночь напролет опять не спал, бездельник!
И губы недовольно не криви.
Ведь пишешь то, что не приносит денег.
Кому они нужны, стишки твои!

Давно скучает по тебе психушка.
За что послал такого мужа Бог!
И как могла поверить я, простушка,
Что из тебя какой-то выйдет толк!

Другие жены ездят на Канары.
А мне упреки только от родни.
С тобой лишь тары-бары-растабары –
Пустые обещания одни.

Нет больше силы жить с таким придурком.
За что страдает только наш малыш!
Какой талант, когда ты ей затуркан,
Поэзией свой. Не спишь – строчишь.

Вот Бог, а вот порог. Вали отсюда!
Исчезни навсегда и не звони.
Уж лучше я одна сыночка буду
Растить, хоть нервы сберегу свои.

С тобой живя, я стала психопаткой
И часто чувствую: болит в груди.
Мечтала, дура я, о жизни сладкой
И вот… Куда ты? Стой!.. Не уходи!

Монолог одного моего знакомого

Страсть накрыла, как туча.
Ливень. Шарики льда.
Думал: было и круче.
Все пройдет. Ерунда.
Ну, побьет, ну, помочит.
Высохнет. Заживет.
Но слились дни и ночи
В вереницу невзгод.

Не просохло. Не зажило.
Уподобился я
Погребенному заживо.
Видно, это моя
Доля – жить на два лагеря,
Лгать, скрываясь, как тать.
И с упертостью якоря
Одному две держать
Яхты.
Цепи натянуты.
Ненадежен и грунт.
Это я, я обманутый!
И нет выхода тут…

Монолог у стойки бара

Я строил замки из песка.
По ним прошёл того сапог
Кто замки строить сам не мог.
И гложет сердце мне тоска,
Как пёс голодный гложет кость.

По жизни вроде шёл не робко,
Да как-то всё с удачей врозь.
Налей мне, бармен, но не в стопку –
В стакан. Иначе не дойдёт –
Пёс не отстанет. Бармен, слушай!
Я выворачиваю душу.
А там, на дне, невпроворот
Занятного… Но вижу, впрочем,
Что ты порядком озабочен.
Не куксись. Деньги есть. Не много,
Но хватит, чтобы рассчитаться.
Плесни ещё. И ради Бога.
Не надо, бармен, волноваться.

О чём я? Всё о том, дружище,
Что суетишься, что-то ищешь
И не заметишь, как подкралась
Волчицей кровожадной старость.

Всё позади, а впереди
Не сад и не кабак, а бездна –
Конец корявого пути.
Скажи мне, бармен, только честно:
Хоть раз об этом думал ты?

Молчишь. Считаешь, что я пьян?
Да нет, я трезв, как никогда.
Покуда мой не пуст карман
Налей мне до краёв стакан,
Чтоб мыслей дикая орда
За мною гнаться перестала.
Не меч достанет так праща…

Что ты глядишь, как с пьедестала
Гранитный памятник?.. Прощай…

Монолог самоубийцы

Карабкается в гору человек.
Срывается и катится по склону.
Надежды тают, как весенний снег.
Ушибы саднят. Ноют переломы.

Но отлежится и опять сизиф
Карабкается, чтобы … вниз скатиться.
Ведь он не в силах переделать миф,
В который заперт, словно в клетку – птица.

В неволе крылья только тяготят.
Вот так душа тоскует в клетке тела,
Стремясь вернуться в первозданный сад,
Откуда волей Божьей отлетела.

А клетка-плоть капризна и глуха.
На самосохранения усилья
Направив, в том не ведает греха,
Что не дает душе расправить крылья.

И только разрушенье клетки – смерть –
Кладет предел бессмысленному кругу.
Но человек боится умереть…
К свободе путь лежит сквозь боль и муку.

Так волк боится за флажки уйти.
Но я не тварь. Во мне – душа и разум.
А потому ты, солнышко, свети
Тем, кто еще к земным дарам привязан.

Стакан вина, дымящийся шашлык,
Девица, что от взгляда заалела,
Машина, дача – перечень велик
Забав и игрищ, веселящих тело.

А путь духовный на земле – обман.
Взлететь не может вместе с клеткой птица.
Какой тут взлет, когда нам насморк дан,
Когда нас мучат боли в пояснице!

Задумался о мирозданьи – вошь
Вползла на темя и сгораешь в тифе.
О человек, пока куешь и жнешь,
Ты остаешься мифом о Сизифе.

А если мир небесный – тоже миф?
И вздох последний – это миг последний?
И не увидишь свет, глаза закрыв…
А вдруг бессмертие души – лишь бредни?

Ответа нет. Живому не дано
Взглянуть за грань. На уровне догадки
Все утвержденья… Ясно мне одно:
Бессмысленно играть со смертью в прятки.

Не ведаю: мудрец я иль банкрот.
Но сыт по горло глупою игрою
С названьем «жизнь». Древнейший оборот –
«Все суета»– вошел в меня иглою.

Прозрело сердце и уже не то,
Которое смеялось и горело.
Сниму я, словно старое пальто,
С души моей ненужное ей тело.

Господь зажег огонь, а я задуть
Осмелился и кары не миную.
Но выбор сделан. Горсть таблеток – путь,
Который уведет за грань земную.

Монолог Дантеса

Отпустила зануда-дрожь.
Как стреляюсь, себя теряю.
Жизнь скользнула, как медный грош,
И катилась, томясь, по краю
Половой щели. Каламбур.
Вот ведь как повернулось дело!
Промахнулся слегка Амур,
Но и смерть косой не задела.
А ведь рядом совсем прошла.
Даже волосы шевельнула.
Жив! И делать пора дела
Перво-наперво чищу дуло.
А потом – кое-что ещё.
Как вернёшься живым с дуэли,
Впиться в мякоть готов клешём.
Мысли крутятся возле щели…

Натали, ты не слышишь стон?
Мир устроен весьма погано.
Извернулась сорвать бутон
Рифмоплётная обезьяна.
Королева и негритос
Со зверьковой его походкой!
Да неужто урод всерьёз
Был любим записной красоткой?
Чем он взял? Сочинял стишки?
Рифмовал, говорят, недурно.
А по мне так – одни прыжки
И гримасы – годно для урны!

Ошибусь? И начнёт расти
Слава – вдруг да придёт такое?
Литераторы-то в чести…
И Дантесу не знать покоя.
Время в спину мне всадит нож,
Если только вот так случится.
По журналам пойдет скулёж.
Назовут подлецом, убийцей.

А задуматься-то всерьёз:
Справедливое сделал дело
Я, который червям поднёс
Раньше времени это тело.
Если правда, что гений он,
Значит сразу рождён богатым.
Не трудись, не потей – на трон
Ты посажен. Греби лопатой
Славу, почести, деньги, дам.
Где же ты справедливость Божья?
А другому, кому не дан
Дар Небесный, по бездорожью,
Спотыкаясь всю жизнь брести
До могилы – от самых ясель?
Нет уж, Бог, ты меня прости.
На такой расклад не согласен.
Не пойму я твою игру.
Ты его породил провидцем,
А меня обнёс на пиру,
Не успевшего провиниться!
Может, дар – это Божий вздор?
Как бы ни было только гений
Пусть невольный, но всё же – вор.
Вот и нет никаких сомнений!

Богохульствовать не хочу.
Раз дано о таком подумать,
Значит, Бог указал свечу,
На которую нужно дунуть.
Значит, руку мою вела
Справедливости высшей сила.
Значит пуля моя – бела:
Уровняла и укротила.

Крест любовных интриг неся,
Я о роли своей не ведал…
Пешка может срубить ферзя –
Божий промысел виден в этом!

Как издать бумажную книгу со скидкой 50% на дизайн обложки

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ответьте на вопрос: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.