Валентин Великий. Сувенир для меломанов (роман в комментариях, часть 1)

Посвящается Г. А. Тимуш

 

Часть 1

(часть 2 — см. здесь)

«Прекрасен наш союз!»

 

Бог помочь вам, друзья мои

А. С. Пушкин

 

 

Пролог

 

Фердинанд Рис

 

 

Концерт для 2-х валторн с оркестром ми-бемоль мажор (1811) WoO 19

Оркестр «K˺lner Akademie»

Михаэль Александр Вилленс (дирижер)

Тойнис ван дер Зварт (валторна)

 

mikrus72: Рис это Рис! Работа отличная! Бетховен подготовил, это уж да! Несмотря на то, что Рис полуослеп еще в детстве и видел мир одним глазом, это не мешало ему (мне бы мешало) творить и довольно крепко – цельно. Да, в этом преимущество композитора перед художником.

К слову, Калам тоже был слеп на один глаз и был прекрасным пейзажистом. Мода, что ли, была тогда на одноглазых. Но на это у истории нет ответа. Тишина!

 

Igor2: Замечательное произведение, подробно и наглядно описывающее похождения двух, по-видимому, пьяных в доску охотников за дичью, заблудившихся в густом лесу.

 

Узелок на память:

обязательно пригласить Элину.

Она вчера (опять!!!) изменила контрабасу, на этот раз с гобоем.

Посмотрим, каково будет ей сегодня в объятиях двух валторн.

 

Aelina: Охота!!

Захватывающее увлечение для настоящих мужчин!!!

Сколько опасности и горячих эмоций вас ожидает!!

Зовущие охотничьи рожки!!

Выслеживание добычи!!

Страстная погоня!!

Выстрел!!

Весёлый пикник!!

Дымящийся ароматный грог!!

 

sir Grey: А где Вы берете свои бесчисленные фото?

 

Aelina: А Вы сами, дорогой сэр Грей, почему до сих пор существуете с пустым аватаром??

 

sir Grey: Я не умею ставить фото.

Мне нравится Karapyzik, МаргарМаст (один раз меняла фото, но узнаваемо), ну и многие другие. Не хочу материализовываться. Пусть я останусь этакой загадкой. Вам не кажется, что я похож на привидение в лунном свете?

Aelina: Я думаю, у Вас благородный профиль Сократа, тонкие черты лица Овидия, и волнистые волосы Александра Сергеевича…

 

lesovichenko: Концерт отличный. Технически трудный  и в интонационном, и в тесситурном, и в ансамблевом, и в архитектоническом отношении. Валторнисты сыграли очень хорошо, учитывая, что всё на губах. А тембр какой в нижнем регистре! Прекрасно выстроен темповый баланс между частями. Ощущается как непрерывный процесс.

 

alexa_minsk: Я только что прочитал комментарий, который сам написать не смог бы. А прочёл, и сказал бы почти то же самое…

 

Присутствие профессионального музыковеда Андрея Михайловича Лесовиченко очень почётно и важно для нашего сайта.

 

Aelina: Да здравствует музыкальный сайт Classic online!!!

 

Глава 001

 

Джузеппе Верди

 

 

Травиата

Опера (1853)

Симфонический оркестр Итальянского радио в Турине (RAI)

Габриэль Сантини (дирижер)

Мария Каллас (сопрано)

 

Romy_Van_Geyten: Я заметил, что на этом форуме есть пара участников, у которых при упоминании имени Марии Каллас начинают обильно течь слюньки. Эта, и следующая за ней загрузка («Сила судьбы») — посвящается им.

 

PiYao: Обожаю Каллас, особенно в «Тоске» и «Норме», но Виолетта она никакая! Четыре или пять записей с ней прослушал, чтобы оставить в коллекции одну… Бесполезно! Недаром Серафин с ней «Травиату» отказался записывать… Вообще Травиат приличных по пальцам можно пересчитать… Мне понравились с Лос Анхелес (дирижёр Серафин) и Кабалье (Претр).

 

Maxilena: Однажды меня угощали молодым розовым итальянским вином из витой длинной-предлинной бутылки. Так вот, можно музыку Верди считать попсой и примитивом. Не знаю. Я больше всего люблю оперы Моцарта и хороший коньяк. Но когда слушаю любимые оперы Верди, всегда вспоминаю то несерьезное, легкое, душистое и сладкое вино.

 

sir Grey: Я согласен. Я розового вина никогда не пил и вряд ли выпью, если не переменятся вкусы. Не могу, смотрю на цвет и пить не хочется. По мне – или «беленькая», или «красненькое». А насчет Верди, знаете, что Вагнер сказал, что у Верди оркестр – это большая гитара. Теперь как начинаю слушать какую-нибудь арию, так и вспоминаю эти слова. Но главное, что не в этом дело. Верди – абсолютно прекрасен, потому что Гегель написал:

 

 «Прекрасное – это совершенное в своем роде»

 

И Верди такой. Завершая мое высказывание, замечу: я больше люблю оперы Верди и хорошее вино (в скобках и шепотом – белое).

 

Andrew_Popoff: Это Вагнер от ревности так сказал. У Верди всегда изумительная фактура, ее стоит изучать. Внешне – большая гитара. Но внутренне всегда стопроцентное попадание в драматургию.

 

sir Grey: Да, конечно, стопроцентное. Я думаю, Моцарт и Бах оценили бы Верди.

 

Andrew_Popoff: Без сомнения, как и такой мастер фактуры, как Стравинский. Игорь Фёдорович ставил Верди очень высоко.

 

sir Grey: Я сейчас как раз слушаю выложенную «Травиату» и рыдаю в три ручья. Что тут сказать. А низкие ноты у Каллас каковы! Но дело, конечно, не в нотах, а в том, что у нее есть жизненный опыт, даже у молодой, потому-что получила она этот опыт не в этой жизни (ее личная жизнь тут ни при чем, просто она знает, про что поет и, вообще, что делает). Ну и ноты, конечно… Сейчас началась ария…

 

Maxilena: Мне такое читать – просто бальзам на душу! Конечно, Каллас – необычная Виолетта, но какая! Есть в ее голосе ключик к моему сердцу! Очень сильная вазомоторная реакция – замирание, мурашки и прочее.

 

Меня, правда, Альфредо слегка раздражает – слишком, на мой взгляд, драматический. Привыкла к лирическим тенорам в этой партии.

 

sir Grey: А мне нравится… У меня на пластинке – ди Стефано. Мне он кажется как-то мелковат. Альбанезе – я посмотрел – по возрасту ближе к поколению Каллас. А папаша-то каков! Тоже здорово! Но, конечно, когда Каллас вступает, просто перестаешь понимать что бы то ни было. Когда я такое слышу, я чувствую себя пушкинским Сальери. Бог не должен был давать людям такие голоса, в этом есть какая-то высшая несправедливость. Это очень недемократично. Что лично меня поражает у этих гениев – способность не спешить, как-то так расставить ноты. По жизни, когда даже говоришь, все кажется, что надо быстрее сказать, тебя не дослушают. А здесь – абсолютная уверенность артиста в силе: дослушают. Будут слушать столько, сколько мне надо.

 

Romy_Van_Geyten: Ничто не говорит за то, что Бог является приверженцем демократии.

 

sir Grey: Помните ангелов из Манна. Все Ему мало, чего-то надо еще, и еще, а после этого – еще и то. И все командует, командует, не советуется ни с кем…

 

Ладно, не мешайте мне умирать от зависти.

 

А место с цыганами после известного фильма уже без Васильева с Максимовой не воспринимается.

 

Maxilena: Однозначно. Просто перед глазами стоит. Только это испанский танец. А цыганки у Дзеффирелли тоже потрясающие – с кольцами на пальцах ножек. Но Каллас поет просто… Слов нет.

 

 

 

 

Глава 002

 

Моцарт и Музикус

 

 

«Музыка, изображающая даже нечто ужасное, должна не оскорблять слух, а доставлять удовольствие, то есть всё время оставаться музыкой»

В. А. Моцарт

 

musikus: Вообразим себе обширное семейство с огромным выводком чудо как породистых детей.

Все на диво стройны, здоровы, веселы, неугомонны.

Все щедро одеты, выхолены. Знают манеры. Созерцать их (сколько хватит терпения) – истинное удивление да удовольствие: как ни повернутся, как ни спроказят – всё гармония, всё грация, все – совершенство (примерно так же говорил Леонардо да Винчи о… кошке).

Все – на подбор – хороши и сходны с лица (даже родители порой путают), ну что ни ребенок – картинка, как с рекламы здорового детского питания!

Одна беда: детишки эти вовсе не глупы от природы, но любая попытка говорить с этими баловнями судьбы о чем-то мало-мальски содержательном, серьезном и уж – упаси Бог! – по жизни неприятном повергает их в недоумение и скуку наисмертельнейшую, ибо все привычные им мысли – не сложнее правил игры в серсо, а беды — не страшнее сломаной куклы или утерянной конфеты…

Или, если угодно – другая аналогия. Представим себе, что блистательные Бакст, Головин, Климт или Альфонс Муха взялись бы рисовать… элитарные обои или, скажем, программировать непрерывно меняющийся на экране компьютера абстрактный рисунок-мобиль, подобный тому, что на западных каналах иногда пускают заполночь по тедевидению, но только – гораздо изысканнее… И орнамент этот, бесконечно трансформируясь, точно выворачиваемое наизнанку пространство, и, вроде бы, не повторяясь, но и все же узнаваемый, схожий по приемам построения, следуя заданной программе, пульсировал бы бесконечно, не добавляя к уже мелькнувшему ни нового смысла, ни чувства… Посмотревшись в него, как в колышущуюся поверхность воды, можно сказать: ну, в общем, понятно – и так далее…

…Вот так, уже десятилетия я воспринимаю произведения божественного Моцарта и ничего с собой поделать не могу.

Не смущают меня ни Александр Сергеевич Пушкин:

 

«Какая глубина! Какая смелость и какая стройность!»,

 

ни Петр Ильич Чайковский:

 

«Никто не заставлял меня плакать, трепетать от восторга, от сознания близости своей к чему-то, что мы называем идеал, как он»,

 

ни Герман Аберт, договорившийся до того, что назначил Вольфганга Амадея ни много ни мало – величайшей личностью в истории человечества.

Увы, лично меня Моцарт может восхитить, но – не потрясти. Заставить вспомнить «Юпитер» или «Дон Жуана», но – не размышлять о себе, как о властителе дум.

Когда-то, наложив на себя епитимью, вновь и вновь прилежно слушал и «конспектировал» в магнитной записи все, что имею – все фортепианные сонаты, десятки симфоний, дивертисментов, потом добрался до опер…

Но по-прежнему не увлекся.

Особливо изнурили меня клавирные концерты… Точно, предвкушая наслаждение, берешь на язык большой ком сахарной ваты, а во рту – увы! — ничего, кроме сладковатой росы. Исключение лишь – средние части, в коих немало человеческого, хотя и в очень уж  милой форме… (В одной из книг Д. Вейса о Моцарте вельможа упрекает героя:  «Ваша музыка, Моцарт, слишком красива…»).

И эта утомительная карнавальность… Что он так веселился, этот венец, замученный трудами, скудной жизнью и невзгодами?

Нет, не близок, не близок мне Вольфганг Амадей Моцарт.

Бесспорно, что – гений, однако же, дарованная ему свыше абсолютная, «автоматическая» гармоничность музыкального мышления, безошибочное ощущение формы мало когда использовались им для решения задач действительно соразмерных Дару и, вообще, целям искусства, если мыслить искусство отражением сущей жизни. Нескончаемые вереницы симфоний, сонат, фортепианных концертов (особенно до Двадцатого) – трудно отличимых друг от друга даже для опытного уха – написаны так, будто задолго до Моцарта не было никого, кто серьезно задумывался бы о своем бренном существовании – ни Данте и Микельанджело, ни Сервантеса и Эль Греко, ни Баха и Дюрера, ни Рембрандта…  Будто и сам Моцарт существовал в каком-то золотом веке и только то и делал, что по-детски развлекался…

Его старший собрат по цеху и, по первости, как бы наставник Йозеф Гайдн – куда глубже и интереснее. Человечнее. Взрослее.

Знаменательно, что Иосиф Бродский, называя его своим любимым композитором, отмечает, что Гайдн – «неожиданнее».  Моцарта. То же говорили Прокофьев, Рихтер… Несравненный Амадей был чем-то вроде совершенного компьютера для создания музыки по определенным правилам, внушенным ему свыше. Как характерно, что современные опыты машинного сочинения музыки свелись именно к подражанию Моцарту. И, право, невозможно представить себе, чтобы не только хитроумные программисты, но и сам Моцарт создали бы что-то подобное большой Es-dur-ной (Пятьдесят второй) сонате Гайдна. Слабо! Я уж не говорю о моделировании «металогической» музыки типа позднего Вагнера или зрелого Дебюсси!

А исключения в виде ре минорного концерта, симфоний восемьдесятвосьмого года, «Дон Жуана» или доминорной мессы только подтверждают это «общее правило», ибо великая, но расхожая Слава зальцбургского вундеркинда базируется вовсе не на этих шедеврах, а на опусах типа «Маленькой ночной серенады», вещицы, что и говорить, премилой, но слишком уж подтверждающей известную тезу о том, что немцы умеют хорошо работать, а австрийцы – мастера беззаботнотдыхать, отдыхать от трудов не только физических, но и – мыслительных…

 

«Ты, Моцарт, не достоин сам себя»

 

Конечно, он слишком рано умер и потому, несмотря на нужду и болезни, не успел по-настоящему отрефлексировать горести жизни. Не случайно лишь самые поздние его вещи (как и вообще у всех и всегда!) начинают обретать глубину, достойную славного Имени Моцарта.

Что до грандиозной популярности, то, что ж… Природа ее во все времена была и есть одинакова: искусство испокон веков было и остается тем понятнее и демократичнее, чем оно примитивнее…

 

 

 

 

Глава 003

 

Лев Николаевич Толстой

 

 

Вальс фа мажор

Валерия Ауэрбах (фортепиано)

 

Uchida: Композиторская музыка умирает? В таком случае вот вам музыка писательская. Да, это тот самый Лев Толстой, не удивляйтесь. Говорят, он много чего насочинял, но сохранился только это маленький изящный салонный вальс.

 

hamerkop: Композиторское искусство не умрёт, пока в человеке жива душа.

И изящный, отнюдь не «дилетантский» вальс великого Толстого отлично это доказывает.

 

nikandrev: Какая прелестная вещица! Спасибо Вам! Мне приходилось сталкиваться с «любительской музыкой» А. С.  Грибоедова, например, да того же химика А. П. Бородина. Но про композиторское творчество Льва Толстого слышу впервые.

 

Композиторское искусство будет жить, пока душа человеческая будет уметь чувствовать. В противном случае получится какой-то Эквилибриум.

 

Daniil: Друзья! Зачем спорить? Некоторым людям просто нравится выглядеть паяцами, оставляя совершенно нелепые для музыкального сайта комментарии (при том, что он сам что-то слушает и активно обсуждает достоинства и недостатки «несуществующей» музыки). Ну, талант у человека смешить других, зачем же ему отказывать в этом удовольствии.

 

Atonal: Шостакович, Цветаева – это, конечно, интересно, но сегодня уместно вспомнить Льва Николаевича, умершего сто лет назад. В музыке он, кстати, разбирался так же хорошо, как и во многом другом. И даже, как видим, иногда сочинял.

 

Saniasoone: Насчёт «разбирался в музыке хорошо» — почитайте статью Сабанеева «Толстой в музыкальном мире». Рахманинов, кстати, о музыке Толстого отзывался весьма положительно. Почитайте, получите удовольствие.

 

njio: Скорее всего, ноты записал Танеев… Потому-что я точно знаю, что вальс Толстого Танеев записывал…

 

Andrew_Popoff: Это явно какого-то композитора обработка, возможно, самого Танеева. Я слышал оригинальный вариант, он во-стократ примитивнее.

 

dushah: А не самой ли это Валерии Львовны обработка?

 

Andrew_Popoff: И это возможно. Оригинальный вариант печатали в журнале «Музыкальная жизнь» в середине восьмидесятых. Там одноголосная мелодия, ритмически более примитивная, без развития. А в басу простое ум-ца-ца.

 

 Mick_M: «…По окончании исполнения вдруг из комнаты молча и сосредоточенно выскочил Танеев, он обладал феноменальной музыкальной памятью, в соседней комнате он быстро записал вальс целиком на нотной бумаге…»

 

Andrew_Popoff: Мог и не выскакивать, вечерком бы дома записал за самоварчиком.

 

Mick_M: Да и вообще как-то – осанистый Сергей Иванович, да выскакивает? Прямо Моцарт из фильма Формана!

 

sir Grey: Спасибо Валерии Львовне Авербах, и спасибо Uchid`е, а вот вальсов Грибоедова у нас недостает. Пожалуйста, кто-нибудь из умельцев, загрузите оба. А то Александр Сергеевич на Форуме представлен только в тех романсах, которые он Глинке напел.

 

 

 

 

Глава 004

 

Сергей Васильевич Рахманинов

 

 

Франческа да Римини

Опера

Российский академический хор им. Свешникова

Оркестр Большого театра

Андрей Чистяков (дирижер)

 

Mikhail_Kollontay: Интересно, никому начало «Огненного ангела» не напоминает?

 

musikus: Неужто похоже?

 

Mikhail_Kollontay: Мне напоминает. Вообще у Прокофьева немало из музыки XIX века, хотя, конечно, с поворотом.

 

precipitato: Лирическая тема из финала Третьего концерта – вообще чистый Рахманинов.

 

Mikhail_Kollontay: А мне больше Римского-Корсакова напоминает, арию Царевны-Лебедь. Я всегда картину Врубеля эту показываю ребятам. Правда, не все понимают, сколько ни объясняй. Честно сказать, я именно эту арию по музыке, именно по музыке, как-то особо люблю у Николая Андреевича.

Вот уже несколько дней мусолю эту оперу (на слух, правда) и ничего не понимаю, просто в отчаянии. Ладно, исполнение посредственное, (на мой взгляд), это можно отделить от существа музыки. Но я в музыке вообще ничего не нахожу, набор общих мест, даже не сказать что «рахманиновских». Как будто человек не своим делом занимается. Если кто-то может объяснить, в чем тут закавыка, было бы хорошо.

 

Getman255: В 1992 году я непосредственно принимал участие в этой записи. Писали на студии Мосфильм для французской записывающей фирмы. Очень жаль Андрея Чистякова. В пятьдесят лет ушел.

 

Mikhail_Kollontay: А мне приятно вспомнить, мы с Андреем играли, кажется, Первый Чайковского, еще в Свердловске тогда он работал.

 

victormain: Мне кажется, очень давно эту оперу солидно пел Атлантов то ли с Милашкиной, то ли с Вишневской. Странно, что нет записи. Хотя, помнится, музыка мне и тогда не понравилась (1973 год?)

 

musikus: Возможно, вот это:

Нестеренко, Касрашвили, Атлантов, Эрмлер и др.

1975 год. Да, не оперный был автор Сергей Васильевич.

 

Mikhail_Kollontay: В Алеко есть надежда, но вон куда повернуло. Может быть, слишком много в театре дирижировал, не смог отойти от того, во что постоянно был по необходимости погружен – от рутины, не почувствовал, что время ушло, и надо прыгать куда-то в сторону «Трёх апельсинов». Но может быть и так, что просто пока не исполнил никто как надо.

 

musikus: Музыка, конечно, на слуху, но – не очень опера. Скорее – набор отдельных номеров, как бы иллюстраций на известный сюжет.

 

Mikhail_Kollontay: Я не спорю, но только Алеко-то слушать можно, поставлю-ка многоточие.

 

 

 

 

Глава 005

 

Феликс Мендельсон

 

 

Концерт для скрипки и фортепиано с оркестром

Камерный оркестр «Orpheus»

Гидон Кремер (скрипка)

Марта Аргерих (фортепиано)

 

Odryush: А кто-нибудь может подсказать, когда был создан концерт?

 

Opus88: В 1823 году, когда автору едва исполнилось четырнадцать лет.

 

Mikhail_Kollontay: Причем, в партитуре забавности, например, много пауз у вторых скрипок: автор не понимает, что им делать, видимо, раз есть сольная и первые, а вторые, выходит, какие-то третьи, что ли?… Я несколько раз его играл, удовольствие большое, причем особенно в медленной части, пожалуй. Партия скрипки очень трудная, в финале такие сексты, что ой, да и рояль не простой.

 

alexshmurak: Послушал и потрясён. Это, наверное, единственный действительно убедительный пример вундеркинда-композитора. С Моцартом не всё так однозначно.

 

musikus: Да, одарен был как гений. Но дальше не хватило чисто личностного развития, как был смолоду на поверхности, так и остался. Впрочем, рано ведь ушел… Много сходного здесь и с Моцартом…

 

Opus88: Чего не хватило? Кому?

Да один скрипичный концерт или Шестой квартет (какие там поверхности?) более чем достаточны!

Великолепная органная музыка!

Даже менее известные/популярные произведения, как Второй фортепианный, превосходны!

 

musikus: Ну, Вам, я смотрю, хватило. Счастливец.

 

Opus88: Хватило!

Даже одного Второго фортепианного.

Иногда (очень иногда) счастье так близко к нам.

 

musikus: Понял, понял и согласен: есть-таки категория баловней судьбы, для коих счастье почти всегда рядышком. Конечно – счастливцы. Помнится, еще Маяковский что-то говорил на этот счет…

 

alexa_minsk: Мендельсон – выдающийся композитор, любимый многими.

Но Великим он так и не стал, при всей его невероятной одаренности, обещавшей в его юношеском возрасте великие свершения.

Не встал он в один ряд с Бахом, Моцартом, Бетховеном.

К гениальным из его сочинений, без сомнений, можно причислить лишь ми-минорный скрипичный концерт.

 

tagantsev: Я на все сто согласен. Я помню в молодости, слушая что-нибудь не известное мне (по радио, например) легко определял Шопена, Шуберта, Шумана, Листа … Но вот слышу что-нибудь похожее на Шуберта или Шумана и т. д., но ясно, что это не они, и мне совершенно ясно, что это Мендельсон (или Вебер). А потом объявляют, что это в аккурат Мендельсон. Конечно, он прекрасный композитор, но своего уникального лица не имел.

 

Однако, за Баха — ему отдельное спасибо!

 

Opus88: Да что Вы!

Его кристально прозрачные струнные оркестровки различит даже такой балбес, как я.

 

tagantsev: Что тут сказать. У Вас дар! Про оркестровки, увы, ничего сказать не могу. По мне так, оркестровки обычные – безликие, в том смысле, что подобные «прозрачные струнные оркестровки» характеризуют многих выдающихся. Ничего необычного и специфического не слышу. Вот, например, Верди по трем оркестровым аккордам распознается. Или Малер с Брукнером, или Шуберт. А мендельсоновские оркестровки – ни то, ни се – похож на всех. Правда, надо сказать, что они замечательны, но индивидуальной специфики, увы, нет. Возможно в этом не Мендельсон виною, а мои уши.

 

Opus88: Оркестровки — я, наверное, не очень правильно выразился.

Подразумевал звучание струнных. С его известных Овертюр начиная и везде.

 

tagantsev: Увы! Не слышу чего-то особенного, то есть индивидуальности. Кусками подобное есть у многих его сверстников.

 

Opus88: Например?

 

tagantsev: Ну, например, фортепьянный концерт Шумана. Или Большая симфония Шуберта.

Кстати, Большая – не самый лучший пример. Более ранние симфонии.

 

Mikhail_Kollontay: Ну что Вы, в оркестре просто масса своего. Одна медленная часть Итальянской симфонии чего сто̀ит. Или скерцо Шотландской, как он делает синтетическую трубу из сложения тембров деревянных духовых. Или как он в начале Итальянской предусматривает паузы для дыхания умно и вовремя, когда эти уже начинают синеть – ан раз и паузы. Как он там дальше понимает, как ввести педальный тон у скрипок, ведь он не нужен, вроде, но вот именно — легкая педаль. В общем, неимоверно элегантный у него оркестр. Башковитый, я бы сказал.

 

tagantsev: Честно говоря, я о таких технических деталях не думал. Полагаю, профессионалам это все очень интересно, но я-то – любитель и всего этого не слышу. Я не слышу в Мендельсоне яркой индивидуальности. Для меня что Вебер, что Мендельсон – музыка замечательная, но безликая – нет, безличностная.

Ну, неузнаваем он, этот Мендельсон. Он просто музыка первой половины XIX века. А вот Шуман, Шуберт, Шопен … слышны с пол такта. Ну, он, вроде, Кабалевского в XX веке.

 

Mikhail_Kollontay: Мне жизнь человечества представляется страшным топким болотом, а культура — тем одеялом трав и кустарничков, которое покрывает бездну. Вы по болоту ходили? вроде идешь по почве, но вдруг нога утопится куда-то глубже, чем ждешь, то вдруг как на батуте. И это вот одеяло состоит из превеликого множества культурных явлений самого разного рода и качества. Поэтому я, наоборот, радуюсь, когда эти нити образуют некую гущу, которая позволяет человечеству тешиться иллюзией, что под ногами почва, а не бездна погибели. Иногда там и деревца вырастают, Бах там и все прочее, конечно, хорошо, и обычно уж там вырастает, где одеяло попрочнее, но плетение академизма, и всякий раз нового академизма, буль то «умеренный романтизм» или «авангард», это основа. Мы не очень замечаем, до какой степени оно формирует нас, собственно, оно и есть мы, если говорить о нашем сознании, о нашем поведении. Разумеется, я с Вашей оценкой Мендельсона не могу согласиться, хотя нахожусь отчасти под обаянием понимания о том, что̀ там была за потрясающая семья (чего сто̀ит одна история с партитурой Страстей по Матфею, полученной Софьей Мендельсон из рук Вильгельма Фридемана Баха, и конечно, что часть уважения и любви к Феликсу Мендельсону были связны с отношением к семье, о которой все должны были что-то знать. Что до того, что слышно профессионалам, то тут надо просто развивать слух, не просто воспринимать рецепторами, а еще и включаться в систему сигналов. Не будем же мы вот так просто читать как чтиво Гомера или Улисса. А индивидуальности бывают разные, бывают как у Беннета — трогательно умеренные, тут своя сила.

Не заметил, что Вы и Вебера, того. Как это возможно, даже понять не могу. Наверное, Вы любите жирную пищу. Тут острота, мощь, рыцарство, пронизывающая сила, ну хоть фа-минорный кларнетовый концерт, что это за такое! Наверное, рецепторы у нас сносились, нам только надо, чтоб нас фугасом. Эти – одна пулька, и всё. Еще Гофмана поругайте, я вообще озверею тогда.

 

 

 

 

Глава 006

 

Дмитрий Дмитриевич Шостакович

 

 

Струнный квартет № 5 cи-бемоль мажор

(1952) op. 92

Государственный квартет имени Бородина

Валентин Берлинский (виолончель)

 

Wustin: Прошу обратить внимание на это произведение — неоспоримое свидетельство гения Шостаковича.

Есть очень хорошие виниловые пластинки с Квартетом им. Бородина.

 

1dfcbkbq9: У Шостаковича квартеты один другого лучше, но Пятый особенно. В основной теме звучат элементы из Первого виолончельного концерта. И не только в этом квартете.

 

Romy_Van_Geyten: По мне так: самый лучший Двенадцатый.

 

abyrvalg: Да все они ого-го какие, я до сих пор не могу выделить какой-либо один из них.

 

musikus: Я вообще порой думаю, что квартеты – это главное, что он оставил.

 

Romy_Van_Geyten: Мне кажется, что всё-таки – симфонии. Во всяком случае, круче Пятнадцатой у него вообще ничего нет. В моём представлении это примерно такой же заоблачный прыжок, как моцартовский «Юпитер», Тридцать вторая соната Бетховена или Заупокойные песнопения Стравинского.

 

musikus: Симфонии — конечно. Но они более «разношерстны» и более обращены вовне, тогда как квартеты (плюс трио, квинтет, скрипичные и альтовые сонаты) – беспрецедентное свидетельство внутренней жизни автора. На мой взгляд – сугубо личностное. Равного этому в музыке я не знаю (даже если вспомнить последние квартеты Бетховена).

 

abyrvalg: Я бы еще приравнял к симфониям его два скрипичных и два виолончельных концерта, чрезвычайно сильные вещи.

 

musikus: Да, конечно. Они и есть концертные симфонии.

 

Mikhail_Kollontay: В прежние времена в нашей среде немалым позором было писать концерт так, чтобы получилась концертная симфония. Увы, да, нередко так получалось. То же касается балетов, скажем. Отвратительная вещь – симфонизация жанра.

 

bubusir: А Вы можете вот эту мысль разъяснить? Почему отвратительная? Это тот случай, когда восхитительная парадоксальность Вашего мышления меня не убедила.

 

Mikhail_Kollontay: Борьба за чистоту жанра и умение аккуратненько уложиться в лимит, быть худым и стройным. Причем, такое дело требует не только желания, но и мастерства. Тут нужна определённая щеголеватость даже. А не развозить страсти с мордастями.

 

Romy_Van_Geyten: Я тоже так думаю – не следует играть в волейбол по хоккейным правилам. Концерт живёт по законам игры, симфония – по законам драмы.

 

abyrvalg: Соблюдение чистоты жанра – дело скучное и малоперспективное; всегда находится какой-нибудь гений, который ломает все стереотипы и тогда стирается грань между симфонией и концертом, или между музыкой балета и симфонической сюитой.

Вся история музыки, на мой взгляд, это история опрокидывания представлений о жанрах и смена парадигм.

 

musikus:  Названия жанров давно стали чистой условностью. И,  слава Богу. Ну, сочинение для солиста с оркестром, по традиции – «концерт». Ну и что? Симфония-кончертанте Моцарта – позорна? По-моему, у него и выше-то ничего нет. И все благодаря симфонизации. Кончились игрульки, начался смысл… Традиционное определение «концерта» как «состязания» солиста и оркестра мне всегда казалось надуманным. Какое там состязание, если все прописано, в чем оно, это состязание, даже во времена Вивальди, не говоря о нынешнем? А понимание даже современного концерта как произведения, дающего солисту возможность показать свои виртуозные возможности, остается и в теперешних «симфонизированных» концертах. Первый скрипичный концерт Шостаковича можно достойно сыграть, не будучи мастером?

 

Mikhail_Kollontay: Я тоже ужасно люблю разговаривать о том, в чем ничего не понимаю; например, об особенностях пищеварения у кольчатых червей. Мне кажется, там так всё просто и понятно!

 

musikus: Как любителя музыки (а я люблю ее не меньше, чем Вы, Михаил Георгиевич, а возможно и больше), меня вполне устраивает мой уровень ее понимания. Этот любительский уровень я никогда не променяю на Ваш, профессиональный, мне он, простите, до фени.

 

abyrvalg: О! Как ёмко и точно вы написали!! Вот я тоже считаю, что мой уровень понимания музыки меня тоже не просто полностью устраивает, но я даже не променяю ни на один любой другой профессиональный взгляд, просто потому, что я от музыки, на мой взгляд, получаю удовольствие гораздо большее,  нежели все профессионалы вместе взятые. И это совершенно не бравада, а всё больше убеждаюсь в этом. И, кстати говоря, таких,  как я, очень немало на белом свете.

 

Maxilena: И на этом сайте.

 

musikus: Здесь вообще недоразумение. Принято считать профессиональных музыкантов и меломанов людьми как бы одного круга. Мол, и те и другие «музыкальны», с той однако принципиальной разницей, что первые обучены музыке, а вторые – неучи (о музыкальной одаренности я вообще не говорю: не всякий профи – талант, не всякий любитель – бездарь). Соответственно, по умолчанию, распределяются и роли: первые снисходительно презирают суждения вторых, а те должны знать свой шесток, хотя имеют право обожать, это можно. Но не критиковать! Это — ни-ни… Между тем, музыкант и меломан – две весьма различные, в чем-то полярные, но этически (я бы даже сказал – юридически) равноценные категории, которые трудно сравнивать не потому, что они различаются в знании технологии музыкального творчества, а потому, что это люди с весьма разной психологией восприятия искусства и мотивацией, с разной (не совершенной или ущербной, а — разной) установкой. Те и другие ищут и оценивают в музыке не совпадающие по сути вещи, и поэтому споры меж ними – разговор слепого с глухим. Или вот как доктор Чебутыкин в «Трех сестрах» спорит с Солёным насчет чехартмы и черемши. Один про одно, другой – про другое…

 

Romy_Van_Geyten: Это совершенно естественно. Там где любитель сидит и кайфует, профессионал внимательно смотрит,  как бы половчее чего стибрить и хорошо ли привинчено к палубе то, на что он уже положил глаз. Тут нет времени на развлечения.

 

musikus: Рецепт сочинения лабуды…

 

weina: Напрасно Вы, Юрий Константинович. Роми так мило пошутил, а Вы так сурово, тяжело и несправедливо пригвоздили.

 

Romy_Van_Geyten: Возможно, моё сообщение выше и выглядит как шутка, но на самом деле таковой не является. Бич профессионализма – утрата способности получать непосредственное и бескорыстное удовольствие от музыки. Я, пока ещё не погрузился в пучины подкрадывающегося маразма, в состоянии вспомнить, какое впечатление на меня производила та же Пятнадцатая симфония Шостаковича когда мне было лет двадцать. Или, скажем, «Дон Жуан» Моцарта. Это был взрыв сверхновой, после которого отскребаешь остатки мозгов от стенок черепной коробки. То ли дело сейчас! Я, конечно, способен ещё прокричать в пустоту какую-нибудь не вполне искреннюю восторженную юбиляцию, но где-то на заднике жадная сволочь всё равно шепчет: смотри, как он скрипку с фаготом хитро смешал, тащи, пока никто не смотрит!

Ничего не попишешь – яблоки с древа познания имеют лишь ограниченный срок годности. Первая свежесть.

 

weina: Ну и держите этого своего тайного агента на коротком поводке, много воли не давайте, пусть делает свое черное дело на задворках сознания…

Опять на ум пришли дневники Прокофьева, где он на этот счет Стравинского чихвостит и при этом искренне восторгается его музыкой.

 

Mikhail_Kollontay: В дневнике Сергея Сергеевича где-то есть про то, как они и плюс Равель, живя в Париже, шастали, пугливо озираясь, чтоб не нарваться на коллегу, в один и тот же нотный магазин, с целью разведать: не напечатал ли один из них чего нового. Именно на предмет слямзенья.

 

 

 

 

Глава 007

 

Сергей Васильевич Рахманинов

 

 

Соната для фортепиано №2

Денис Мацуев (фортепиано)

 

MargarMast: Слушала живьём концерт Мацуева – решила проверить всё-таки слухи о сибирской могучести этого пианиста и посмотреть, действительно ли он хорош для Листа, и не очень для Рахманинова. С первой и до последней минуты концерта (с которого мне захотелось удрать после первых же звуков «Аппассионаты») я слышала за фортепьяно электропилу – вжик, вжик, вжик – обороты убыстрялись, темпы становились бешеными, всё сливалось в один непрерывный гудящий звук. Всё полетело в одну кучу опилок – Шуберт, Бетховен, Лист, Рахманинов – уже было непонятно, кого же он играет в настоящий момент. Но человек явно хороший, хотя и, очевидно было, торопился попасть с одного концерта на другой. Может, поэтому решил прогнать всю программу побыстрее. Ну, что, пианистам тоже надо «жить» и «уметь вертеться». Жаль только, что от музыки при этом ничего не остаётся.

 

Valery2: Ой, да Вы посмотрите на оформление его дисков… Недавно «Большую перемену» подхватил по телевизору – помните, как там Нестор Петрович Северов в первой серии забрался в пустую раму от портрета какого-то великого учёного и встал в позу? Один в один. Нестор-то позже исправился, а Денис…

 

MargarMast: Ну, Вы знаете, Валерий, на Мацуева повалил, естественно, в основном русский народ – и то, было довольно много пустых мест – ну, а после «Мефисто-вальса» (после которого, по идее, Денис должен был бы улететь в преисподнюю, подхваченный самим же созданным вихрем) – народ, конечно, ошалело вопил. Ну, как же — мастерство электропилы за роялем — это что-то. Короче – печальная это была картина, надо сказать.

Диски его не видела – и теперь уж, надеюсь, и не увижу.

 

Valery2: MARGARMAST, я всё же рекомендовал бы поискать его диск Рахманинова – там премьерные записи недавно найденных юношеских вещей Сергея Васильевича – Фуги и фортепианные версии Сюиты для оркестра. Издание Sony/BMG.

 

MargarMast: Уважаемый Валерий – Вы хотите сказать, что в студии он слегка расслабляется и, всё-таки, может поиграть «для души»? И, пожалуйста, большая просьба – не делайте из моего не очень удачного никнейма (который я выбрала наобум, когда создавала свою страницу и любя роман Булгакова, как и все мы) такого уж монстра – когда это напечатано заглавными буквами, кажется, что на вас наезжает тот самый паровоз из Пятой симфонии Прокофьева. Вы можете меня звать просто Елена – даже печатать проще.

 

Valery2: ЕЛЕНА, я уж писал, что по поводу Мацуева ещё мне не всё ясно. Кстати, интересно он записал и «Времена года» Чайковского. Ну, что ж, я сейчас не в Москве и на концерты ходить не могу. Остается покупать диски и слушать. Однако наш дорогой сибирский богатырь претендует на высокое звание концертирующего пианиста, а вот тут не всё в порядке, как оказывается. По поводу Второго концерта Чайковского я уже высказался. Смотрел его и по телевизору, с финалом Первого концерта Петра Ильича (безвкусно, с произвольной купюрой в каденции перед кодой!!) и с Третьим концертом Рахманинова (не разобрал, а до местного файла пока ещё не добрался). Впрочем, вроде бы всё ясно: аккуратная работа в студии — реклама в магазинах и СМИ – сбор на концертах – а вот теперь, почтеннейшая публика, извольте послушать халтурку-съ…

 

MargarMast: Дорогой Валерий, даже если Вы напечатаете просто «Елена» – я себя распознаю. У Вас некоторая склонность к преувеличениям в области написания имён. Что касается Мацуева – пианист, который может так халтурить на концертах, мне неинтересен ни в какой ипостаси. Зачем я буду вслушиваться в его исполнение Третьего концерта Рахманинова и стараться понять, каков он там, когда, как мы знаем, есть те же Соколов и Клайберн, которых можно слушать бесконечно – не наслушаешься! У меня нет задачи понять для себя, что из себя представляет каждый из существующих концертирующих пианистов – я получила полное представление о Денисе Мацуеве. Вкусила, так сказать – спасибо, больше не хочу. Джазовые импровизации, говорят, у него хороши — да, наверняка. Он парень заводной. Но я к джазу, увы, так и не прикипела душой. Сейчас уже на него, видимо, времени не хватит – надо торопиться жить и хватать всё самое вкусное и выверенное – этого и так столько, что успеть бы. Такова моя «философия».

 

 

 

 

Глава 008

 

Дмитрий Борисович Кабалевский

 

 

Реквием op.72

Дмитрий Кабалевский (дирижёр)

 

musikus: Спасибо, Фома Фомич, за Реквием, я его сам не слышал много лет, хотя был, можно сказать, свидетелем его создания. Дмитрий Борисович держал меня в курсе этой работы, начиная от того, как попросил Роберта Рождественского написать текст, который тот писал, специально уехав в дом творчества. Вот фрагмент из письма Дмитрия Борисовича ко мне от 28 ноября 1961 г.:

 

«Ну, в заключение, несколько слов о Реквиеме. Чудесно нарисовали Вы в нескольких словах образ Реквиема, как он Вам представляется. И чертовки верно определили, что язык (средства воплощения) Реквиема должен быть и новым и обязательно внешне простым и сильным! Это все совершенно совпадает с моими представлениями о Реквиеме, как своеобразным монументом. Пожалуй, я только против цветов и зелени вообще, возражать не стал бы – ведь цветы и зелень – это все же один из символов вечно неумирающей жизни. Суровость, строгость – обязательно! Но только не холод! А если один камень – может вдруг и холодом повеять, Вы не думаете? Я на днях закончил черновой эскиз всего сочинения. Дойдя до конца, ужаснулся безумной сложности и трудности этой работы и понял, что до окончания ее еще очень далеко. Вернувшись из поездки, примусь снова за первую страницу. Начну нещадно выкидывать все, что хоть чуть-чуть «не так» получилось. Самое в этом трудное, что я не знаю, что «так», а что «не так»! Получилось, как я и предполагал, длинно, на целый вечер. Часа полтора без перерыва. Постараюсь в январе-феврале закончить. Вот тогда обязательно позову Вас, заставлю слушать и что есть мочи критиковать! Не откажетесь? Постараюсь, чтоб это было поскорее, но, конечно, спешить с такой работой не хочу».

 

Реквием, как известно, был отмечен Ленинской премией. Сочинение характерно «кабалевское», есть красивые мелодии, особенно те, что поручены детям.

 

MargarMast: А где же оригинальное письмо, на которое был получен такой интересный ответ?

 

musikus: Не сохранилось.

 

SmirnovP: Наш век пройдет.

Откроются архивы,

И все, что было скрыто до сих пор,

Все тайные истории извивы

Покажут миру славу и позор.

 

Богов иных тогда померкнут лики,

И обнажится всякая беда,

Но то, что было истинно великим,

Останется великим навсегда.

 

Н. Тихонов

 

 

 

 

Глава 009

 

Иоганн Себастьян Бах

 

 

Хорошо темперированный клавир

Том 1-й BWV 846-869 — Том 2-й BWV 870-893

Гленн Гульд (фортепиано)

 

MargarMast: Вы знаете, Atonal, я как-то не понимаю, как можно вот это скачущее нечто принимать за неземное, когда недостающее легато воспроизводится голосом. Вы бы всё-таки послушали для разнообразия того же Рихтера – вот у кого из-под рук льётся небесная музыка.

 

Atonal: Во-первых, ни о чём таком «неземном» я не говорил. Скорее, наоборот: ценю в Гульде сугубо земное, рациональное начало. Во-вторых, Ваш совет, уважаемая MargarMast, слушать Рихтера запоздал на несколько десятилетий: у меня очень много его записей и слушаю я их часто. Вот только противопоставлять его Гульду или кому бы то ни было ещё мне никак не хочется, так как каждый хорош по-своему. Впрочем, к советам отношусь положительно.

 

Miao: Прихожу к выводу, что Гульд кроме Баха ничего так и не смог сыграть. Но Баха он играл божественно.

 

Romy_Van_Geyten: Послушайте Восемнадцатую сонату Бетховена…

 

Miao: Не знаю. Может это инерция восприятия. Не могу гульдовского Бетховена слушать. Не  могу и всё! Вот Анни Фишер – это прелесть. Рихтер – да.

Скрябина не слушал. Послушаю обязательно.

 

railkunafin: Это просто ужасно… Сплошное стаккато. И откуда он его взял? – в нотах этого нет!!!

В ХТК есть чёткое содержание, означенное хоральными текстами – где всё это? Как танком проехал по любимой музыке. Просто хамское исполнение.

 

Romy_Van_Geyten: Раиль! Если Вы внимательно послушаете, то обнаружите там кучу легато, причём такого, какого ни у кого нет, включая Святослава Теофиловича. Вообще, я обратил внимание, если заходит речь о Гульде, все почему-то слышат стаккато, в то время, как легато у него – самое интересное! Ладно… умолкаю… а то перейду на личности….

 

dmsh: То, что уважаемый railkunafin сгоряча назвал «хамским исполнением», на самом деле называется «интерпретацией» – индивидуальной трактовкой исполнителя. Мастер по имени Гленн Гульд имеет на это право.

 

reflechant: Насчёт интерпретации. Её рамки обычно задаются композитором. Цифрованный бас или барочные партитуры по определению подразумевают интерпретацию. Французская музыка наоборот, была жёстко кодифицирована (в «Искусстве прикосновения к клавесину» Ф. Куперен говорит об импровизации с явным раздражением и требует соблюдать скрупулёзно указанные композитором украшения и темп). Бах выписывал всё подробно, поэтому исполнять нужно так, как написано.

 

Ещё поделюсь моими соображениями насчёт того как следует играть Баха. Лично для меня главная красота многих его произведений, на первый взгляд кажущихся слишком немецкими, техническими, (вроде ХТК), в том, что пытаясь идеально технически сыграть это, человек не способен подавить едва уловимые акценты. Чувства всё равно пробиваются, но так многопланово и намёком, что весь ХТК – как улыбка Моны Лизы (в хорошем исполнении). Скотт Росс, Густав Леонхардт, Бландин Верле это поняли и выполнили. А современных взглядов исполнители пытаются техничность замазать, скомкать как можно сильнее, доводят рубато до абсурда, ломают ритм, пытаются вставить какую-то чувственность, которая в принципе не ложится на эти ноты… и в итоге получается очень плохо – техничность этой музыки начинает выпирать как никогда.

Исполнять нужно смиренно, с почтением к Баху, так, как написано. И будет вам счастье. И не надо превращать уникальный стиль великого мастера в посредственное романтическое произведение.

 

Romy_Van_Geyten: Распечатаю и повешу на стенку – пусть висит…

 

reflechant: Если совсем коротко – то Гульд ничего не понимает в Бахе (как сказал Скотт Росс). Не надо делать мелодию из того, что предназначено быть «белым шумом».

 

Romy_Van_Geyten: Ваши источники Вас обманули… Я обязательно почитаю Скотта Росса, но судя по тому, что Вы его упоминаете, он не вызывает особого доверия.

 

reflechant: Что тут поделать? Есть немало людей, у которых понимание музыки на уровне каких-то конкретных кумиров. Гленн Гульд (возможно из-за своей необычности) прекрасно подходит на роль кумира.

На самом деле у Гульда есть немало очень удачных фразировок Скарлатти и против его Баха я не всегда категорически против. Но нужно отдавать себе отчёт, что это на девяносто из ста – Гульд, а не Бах, или Скарлатти. Стихи лучше читать в оригинале, чем в переводе.

 

alexandr_ : После такой до мажорной прелюдии, извините, делается дурно. Может быть, у Гульда на это и рассчитано?

 

M_I_: Восхитительное исполнение!

И старинное и живое одновременно. Всё очень конкретно, и ни одного пустого звука. Каждый звук точно на своём месте. Тут везде земная образность, поэзия реалистичности.

Вот, к примеру, вторая из записанных здесь прелюдий. Как будто в середине XIX века допотопный, неуклюжий паровоз едет по железной дороге в американских прериях. А то, что во времена автора музыки никаких паровозов ещё не было, не должно сбивать с толку. Просто было тогда что-то другое, возможно, ныне уже утраченное, но что вызывало аналогичные настроения.

Как будто у Гульда был тайный девиз: Прочь из XX столетия!

Теперь понятно, почему Г. Г. Нейгауз так восхищался тем, как Гульд играл Баха.

 

Intermezzo: А я в Гульде разочаровался, послушав Леонхардта. Там – Бах, море! Да здравствует клавесин!

 

Maxilena: Ох, достали вы меня, граждане, ох и достали! Сижу, вторые сутки слушаю Гульда, преодолев сильнейшую ксенофобию. Вот открыла для себя очень простую вещь — он играет просто совершенно не так. Но играет – прекрасно, может быть, даже гениально. И что интересно, это вовсе не мешает мне по-прежнему боготворить Рихтера.

 

Intermezzo: А Вы слушали Леонхардта?

 

Maxilena: Да, конечно! Бах – да без Леонхардта? Но меня в первую очередь интересуют пианисты, ничего не поделаешь, издержки воспитания.

 

Intermezzo: А я вот слушаю его и так себе и представляю, как Бах своим мастерством игры отправлял всех в обморок.

 

Maxilena: Какое у Вас живое воображение! А меня вот до Висконти довели. Скоро я тут вообще загнусь.

 

Intermezzo: Ну, Висконти – это еще ничего. Главное, чтоб не «Антихрист» фон Триера. Тем более, музыка ведь спасет мир!!!

А я благодаря Александру погрузился в клавесинные сюиты Пёрселла.

 

Maxilena: Фон Триера обожаю только «Рассекая волны», мой любимый фильм. «Антихриста» смотреть не буду. А Пёрселл у меня в плане, просто всё никак не успеть.

 

Intermezzo: Я вот все собираюсь посмотреть «Меланхолию», да никак не получается. О «Рассекая волны» не слышал, но теперь обязательно найду и посмотрю – спасибо за подсказку.

 

Пёрселл – это еще одно подтверждение того, что барокко поистине неисчерпаемо в красоте и глубине.

 

 

 

 

Глава 010

Людвиг ван Бетховен

 

 

Симфония № 7 ля мажор

(1811-12) op. 92

Вильгельм Фуртвенглер (дирижер)

 

Yuriyauskiev: Разговор на форуме по поводу исполнения Седьмой симфонии разными дирижерами и меня заставил вновь прикоснуться к этому шедевру. Конечно же, снова выбрал Фуртвенглера. Я его давно для себя выбрал. Какой колосс! Точнее, два колосса! Но Бетховена надо уметь исполнить, иначе может и не прозвучать. А здесь полное слияние! Хотел бы спросить у людей знающих: правда ли, что вторую часть кто-то назвал «шествием пилигримов»? Я такое сравнение нашел в Дневниках Рихтера. Жаль, он ничего не пишет об исполнении этой симфонии Фуртвенглером. Как-то так получилось, что еще в молодости я связывал искусство одного и другого – оба представляли вершины – каждый в своей области.

В одном из наших музыкальных журналов был опубликован интересный рассказ, который пересказываю своими словами (лень искать сам журнал в своем рихтеровском архиве).

После одного из лондонских концертов в артистическую к Рихтеру зашел племянник Фуртвенглера. Он сказал: «Я знал одного музыканта, умевшего управлять временем в музыке, – это был мой дядя. Сегодня я знаю двух!»

 

MargarMast: Ещё не успела послушать Фуртвенглера, но я никак не могу понять, как эту часть можно назвать «шествием пилигримов». Вот уж, действительно, ничего более дальнего нельзя себе придумать. Это уж, скорее, скорбное томление одинокого духа, лермонтовского Демона, жаждущего любви, которая ему недоступна. Это тоска одиночества и невозможности найти себе равновеликого. Тем более удивителен переход к такой странно-весёлой третьей части — как будто Бетховен стряхнул с себя всю эту невыносимую тяжесть и решил предаться беззаботному забытью. Это, конечно, всё мои фантазии, но так мне это слышится.

Хотя, слушая сейчас Фуртвенглера, наверное, я ошиблась – это действительно похоже на скорбную процессию людей, тяжело ступающих по каменистому пути, несущих свои вериги, но, вероятно, видящие свет веры впереди – как всё меняется с возрастом! Это были какие-то юные воспоминания. Прошу прощения у мудрых слушателей.

Тем не менее, идея третьей части остаётся мне непонятной. И первая часть – торжественно-радостная, энергичная, как будто даже бравурная – как она вяжется со второй? Я не понимаю целостной концепции этого произведения. Кто-нибудь мне поможет? Даже если вторая часть – действительно скорбное шествие пилигримов, как это вяжется с окаймляющими частями в ярких мажорных тонах?

 

childcomposer: Когда Бетховеном написана Седьмая симфония? В 1812 году. Для меня это – картины войны и мира того времени. Третья часть – взгляд на поле битвы с высоты птичьего полета (основной раздел скерцо). Два ре-мажорных трио (трех-пятичастной формы) – «камера наезжает» (да-да, если хотите, Седьмая – самая кинематографичная из бетховенских симфоний!), крупный план – стоны раненого, его предсмертные видения…

 

MargarMast: Ну, это какое-то очень уж графически воплощённое виденье симфонии. У меня Allgretto здесь не имеет земных ассоциаций – потому для меня эта вещь всегда будет оставаться загадкой.

 

LndGrsmv: У меня получается связать эту симфонию воедино. По сути – это сама жизнь (действительно, что может быть проще?).

 

Первая часть – пробуждение, вступление в жизнь, полное светлых надежд, юношеских стремлений и, вместе с тем, каких-то колебаний, неустойчивости. Вторая часть – бездна разочарования и сопутствующая ей чёрная тоска по прошедшему времени; прошедшему, по сути, впустую и безвозвратно утраченному. Третья часть — словно какая-то сила извне действительно помогает герою «стряхнуть» эту тоску, она, будто, расталкивает его, пробуждая от забытья и показывая, что не так уж всё плохо, жизнь ещё не кончилась и многое в ней поправимо. Ну и Финал, в котором ободрённый герой, вторя мудрой силе из Третьей части, принялся созидать и радоваться жизни.

 

Ну, и бороться с её невзгодами, конечно.

 

 

 

 

Глава 011

 

Ариэль Рамирес

 

 

Рождество Господне

Кантата

Хосе Каррерас (тенор)

 

ak57: Михаил, спасибо за кантату Ариэля Рамиреса.

Я слышал куски из нее, но только теперь буду иметь целостное представление.

 

Mick_M: Это Карапузику спасибо! Я по его просьбе выложил. Но рад, что и Вам доставил удовольствие.

 

Karapyzik:  А где «Жаворонок»? Себе оставили?

 

Mick_M: Бог с Вами! Вторая часть кантаты с 2:10 – это что?

 

Karapyzik: Представляете, не узнал.

 

ak57: Ну, Вы даете!

Конечно, здесь нет «Жаваронка», который сконструировал Поль Мориа. Но без мелодии второй части этой кантаты (которая называется «Паломничество»), он бы ничего не выдумал. Композиторский дар Мориа проявлялся только на чужом материале, сам он был в определенном смысле бесплоден.

 

victormain: Почему «Мориа сконструировал»? Полностью весь материал тут, нота в ноту; просто разбросана между солистом и хором, очень хорошо, кстати. Ну и оркестровка другая, ясное дело, всплеска арфы не хватает, привычного по советской телепередаче. Не знаю, мне весь опус очень понравился: милое сельское празднество. В добрых испанских (южно-латино-американских) традициях.

 

Romy_Van_Geyten: Эта музыка очень напоминает отечественные партийные кантаты.

 

victormain: Не-а, мне не напоминает. Роми давно живёт в Германии, забыл, как партийные кантаты звучат. А у меня тут, в Минске, они сплошь и рядом, те же, что и были раньше, только ударная сетка временами проложена, что усугубляет ощущения.

Andrew_Popoff: Думаю, Роми имел в виду некоторую прямолинейность отношения к теме на фоне идеологического контекста, если учитывать особенности латиноамериканского католичества. Но, с другой стороны, если представить в таком роде реальную советскую партийную кантату, то Политбюро выглядело бы как милые толстячки в пляжных панамах и цветастых бейсболках и шортах, в солнечных очках, с бокалами «абрау дюрсо» на фоне Аю-Дага и гипсовых девушек с веслами. А вокруг веселились и плясали бы  рабочие и колхозники в красных рубахах и голубых штанах, символизируя единение партии и народа в стране развитого социализма. И синее безоблачное небо в духе Эрика Булатова.

 

victormain: Ничего не понимаю. Я слышу здесь традиции тонадильи, вильянсикос. «Кантиги Святой Марии», наконец. По-моему, всё в очень естественных рамках. Прекрасная драматургия (финальный уход сродни бриттеновским мираклям, только едва ли не получше даже), прекрасная музыка, на мой взгляд.

 

Andrew_Popoff: Вторая часть классная, хотя для меня это уже навсегда передача «В мире животных».

 

Mick_M: Так с этого вся выкладка началась: Карапузик спросил у меня про «Жаворонка» Мориа из указанной Вами телевизионной передчи. Ну, я и выложил то, откуда этот «Жаворонок» и произошел. Стало быть, круг замкнулся.

 

 

 

 

Глава 012

 

Ференц Лист

 

 

Венгерская рапсодия № 2 до-диез минор

S.244 № 2

Ланг Ланг (фортепиано)

 

LaPerla: Видела в записи исполнение этого произведения Ланг Лангом на концерте Андреа Бочелли. Потрясающий пианист, чтобы там о нем ни говорили, эмоциональность исполнения и шикарная пальцевая техника покоряют! Умничка!

 

MargarMast: Ланг Ланг?! Потрясающий пианист?! Боже мой! По-моему, Ланг Ланг это святотатство против пианизма.

 

musikus: Я этот стиль называю: подмигивать левым глазом и ёкать селезенкой.

 

Radiolla: Смотрел его выступление на видео. Ужас, да и только.

Елена: вот уж где «электропила». (Вы так писали про Мацуева, который, несомненно, отличается от Ланга).

 

MargarMast: Ой, Ланг Ланг это такая болезнь музыкального мирового сообщества, что это просто невозможно. Но при этом Женя Кисин его хвалил (я когда-то состояла с ним в переписке, и никак не могла понять его вкусов).

 

precipitato: Женя, я уверен, не свободен в своих высказываниях, наверняка его контракт включает в себя хваление Ланг-Ланга. Если серьезно – большой разницы между Кисиным, Лангом, Володосем, Мацуевым и Блехачем я не вижу.

 

MargarMast: Нет, ну, Ланг Ланг это просто топор, совершенно откровенный, Мацуев – администратор  от рояля, мощный такой сибирский паренёк – как он к нам влетел в концертный зал (видно, прямо с самолёта) – быстро проиграл под одну гребёнку Листа, Шуберта, Рахманинова, и ещё кого-то – всё слилось в каком-то бешеном арпеджио — и с последней нотой вылетел вон – видимо, опаздывал на следующий концерт. Ох, как я не люблю таких гастролёров. Женечка здесь – просто король публики. Публика по нему сходит с ума. Она готова его вынести вместе с роялем куда-нибудь. Наверное, прямо в Белый Дом. Или водрузить на стрелке Вашингтонского монумента. Но Володась – он же такой весь сверкающий, как ёлочная игрушка. Нет, всё-таки, Ланг Ланг его разбил бы. А Блехача я не знаю.

 

precipitato: А Блехач такой же точно душка-честняга, это амплуа такое, думаю, тоже прописанное в контракте.

 

MargarMast: Нет, настоящий честняга из них из всех (не знаю, опять же, Блехача) это Женечка Кисин. Он, действительно, очень честный, и всё очень честно играет. Дословно.

 

Radiolla: Люди, как можно быстро найти свои комментарии??

 

MargarMast: Очень просто – идите в свой личный кабинет и там будут Ваши комментарии. Oops – забыла – Фома Фомич сказал, что они эту опцию не предусмотрели – вернее, не досмотрели. Обратитесь к нему завтра, он может Вам выдать линк на страницу с Вашими комментариями.

 

Radiolla: Елена, вытекающий вопрос – кто есть Фома Фомич и где его взять?

 

MargarMast: Фома Фомич это администратор сайта. Предлагаю сейчас прямо и написать свою просьбу – он чрезвычайно обязательный человек, просматривает форум, особенно то, что относится к вопросам по сайту и форуму – так что, лучше зайти на страницу, относящуюся к форуму, и там его спросить. A ещё лучше – записать его к себе в друзья – таким образом, он у Вас будет всегда в Вашем личном кабинете незримо присутствовать – и Вы сможете отправлять ему личные послания. В миру он Сергей Федин.

 

Radiolla: Елена, спасибо Вам за помощь, нашел Фому Фомича, добавил в друзья. Теперь я – друг администратора.

 

 

 

 

Глава 013

 

Людвиг ван Бетховен

 

 

Соната для фортепиано №31 ля-бемоль мажор

(1821) op.110

Святослав Рихтер (фортепиано)

8/12/91 — Москва, ГМИИ им. Пушкина

 

Yuriyauskiev: Наконец, вы можете послушать совершеннейший шедевр – Тридцать первую сонату Бетховена, исполненную во втором отделении концерта в ГМИИ им. Пушкина, посвященного памяти Дмитрия Николаевича Журавлёва, 8/12/1991. До сих пор существовал только видео вариант, который выложить весьма нелегко. Я переделал его в аудио. Буду рад услышать отзывы.

 

musikus: Цельность, логическое развитие – поразительные. Allegro molto мне по-прежнему не очень близко из-за темпа и подчеркнутой акцентировки. Но в целом, действительно – чудо. Как приятно, что в фонограмме остались овации. Это – продолжение музыки. Так и кажется, что в партере стоит сам Дмитрий Николаевич Журавлев и хлопает руками, поднятыми над головой…

 

Yuriyauskiev: Сначала вспомним, что говорил сам Святослав Теофилович по поводу этой сонаты:

 

«Меня порой упрекали в том, что я беру медленный темп

в сонате ор.110 во второй части. Но ведь там у Бетховена всего

лишь Allegro, да и то на две четверти. Как же можно играть эту

часть быстро!..»

 

Но слушатель скажет, что у него собственное представление, и будет по-своему прав. Ведь говорил же, причем, очень много, Гульд и даже записал эти разговоры, но это не значит, что все сразу же должны встать на его точку зрения и безоговорочно принимать сказанное.

Могу поделиться собственными впечатлениями от исполнения Рихтером этого великого бетховенского опуса. Сначала немного истории.

Приехав в январе 72-го года в Ленинград, увидел (это всегда, как удар током) на афишах Малого зала филармонии афиши: Рихтер играет Двадцать четвёртый Концерт Моцарта (17,18/01) и сольный концерт – 2/01. В программе сольного – сонаты Бетховена – Тридцатая и Тридцать первая, «Симфонические этюды» Шумана. Чувствуете, какие программы. Тут было, от чего почувствовать почти электрический удар. И до сих пор с благодарностью вспоминаю ленинградцев, бескорыстно помогавших мне попасть на два из этих трех концертов. Удивительные люди, удивительные отношения. Я много разнообразных открытий сделал тогда для себя в этом городе. И можно себе представить ожидание концертов с такой программой. Наконец удастся услышать «настоящее» исполнение произведений, каждое из которых шедевр какого-то высшего уровня. У меня всегда было чувство как бы неполноты знаний о какой-то вещи, если я не слышал её в исполнении Рихтера. И тут сразу три «личных премьеры» – это я о сольном и еще «премьера» – c-moll-ный Моцарта. Как бы я ни старался, мне не удастся передать, насколько стройной была концепция первой части Тридцать первой Сонаты. Грандиозная и хорошо просматриваемая общая конструкция, и тончайшая проработка деталей – всё это создает нерукотворный шедевр, хотя сделано и руками. И впечатление, что создается перед тобой и другими сию минуту, никаких намеков на воспроизведение много раз сыгранного и заигранного. И вот вторая часть. Полная неожиданность – темп гораздо более медленный, чем у других пианистов. Соответствует ли это характеру этой музыки? Да, непривычно, но надо слушать и вслушиваться. Дальнейшее развитие показало, что именно при таком темпе более быстрые фрагменты приобретают особую осмысленность. Данный сайт помогает без поисков в своей фонотеке (поисками записей Рихтера заниматься не приходится, т.к. здесь порядок полный и всё мгновенно находится на компьютере и отдельных жестких дисках) тут же послушать других. Извините, часто более быстрый темп у весьма многих делает эту музыку поверхностной и какой-то болтливой. У некоторых в этой части сплошные неопределенности. Так и ждешь, когда начнется более насыщенная содержанием третья часть. На самом деле свое содержание есть в каждой части. Это Бетховен, и не надо этого забывать. И скреплено всё общей идеей. И ещё, какой идеей! И слушая Рихтера – а лучше не раз и не два – начинаешь проникаться его глубоким пониманием этого шедевра. И еще одно наблюдение, появлявшееся особенно в живых концертах: отзвучавшие звуки остаются жить где-то в сознании, в «оперативной» памяти, говоря современным языком, и это помогает осознавать и ощущать полную картину. Вот оно – «с орлиного полета».

Не думаю, что тут возможна полемика. Во-первых, я не музыкант и не могу судить, почему в нотах, которые сам видел, написано Allegro molto, а Мильштейн, цитируя Рихтера, пишет: «Но ведь там, у Бетховена всего лишь Allegro». Возможно, разные редакции. Далее, у разных людей свое врожденное чувство темпа, и ему чего-то недостает при таком темпе. Меня, повторяю, темп Рихтера убедил окончательно. При быстром темпе, как ни странно, мне становится скучно – быстрые места тогда весьма бессодержательны, но это, разумеется, зависит от исполнителя. И еще повторю, что на ForumClassica когда-то была устроена грандиозная «угадайка» – надо было узнать исполнителей. Тридцать первой Сонаты, а выложено было более двадцати вариантов (правда, только фрагмент из третьей части). Это было интересно и поучительно.

 

MargarMast: Юрий, спасибо Вам за такой глубокий анализ рихтеровских исполнений. Жаль, что Вы не записывали свои впечатления, как хотели, после каждого концерта. Опять же, удивительно, что для Вас Рихтер оказался некоторым образом «жизненным камертоном», я уже молчу о том, что у Вас было полное совпадение с ним в понимании музыки (может быть, Вы были больший рихтерианец, чем сам Рихтер). Интересно всё-таки, конечно, что Рихтер говорил о том, что во второй части Тридцать первой сонаты «лишь Allegro», когда там написано «Allegro moltо». Лазила вчера в Wikipedia – там теперь выкладки на музыкальные произведения сопровождаются не только подробным описанием каждой части, но и примерами исполнения каждой из частей…

 

Yuriyauskiev: Спасибо, Алёна, но сравнивать своё понимание и его понимание с моей стороны было бы просто глупо. Вот, если бы нам пришлось вдруг устроить викторину, – кто знает больше записей Рихтера (официальных и любительских), то выиграл бы я, в чем не сомневаюсь. (Жаль, что на этом форуме нет смайликов.) Что касается понимания или точнее «жизни в музыке», то я это ощутил в первом отделении концерта Роберта Холла, исполнявшего «Любовь поэта». Я стоял рядом со Святославом Теофиловичем у открытой двери в Белый зал ГМИИ им. Пушкина 16/12/85. Оба опоздали на концерт, т.к. оба были на его выступлении, на вечере памяти актрисы Софьи Владимировны Гиацинтовой в ВТО. Я слушал музыкантов (аккомпанировал тоже Рихтер, только Конрад) и украдкой поглядывал, как слушает Маэстро. Насколько это процесс проходил у нас по-разному! Я, безусловно, слышал записи этого цикла, а он жил этой музыкой. Даже если бы он не исполнял в свое время этот опус Шумана с Ниной Львовной Дорлиак, он всё равно знал бы его и понимал, как понимают нечто само собой разумеющееся. Ожидая определенную фразу, он слегка поднимал голову и одобрительно наклонял, услышав то, что, по-видимому, хотел услышать. По выражению лица было понятно, насколько он активный слушатель. Он это всё не просто понимал – это был мир его образов, мир, в котором он обитал, куда, по точному наблюдению Анатолия Ивановича Ведерникова, он ушел, как в монастырь. Для меня же увиденное было очень поучительно и совершенно незабываемо. Во втором отделении он занял своё место в зале, а я свое – в артистической пристройке у сцены. И тут в конце концерта я оскандалился – Роберт попросил меня перевести название песни Шумана, которое он собирался исполнить на бис и даже показал ноты. Но я, будучи необразованным русским немцем, не смог ни перевести, ни понять по нотам, что это за вещь. Дилетант, одним словом. Наш разговор услышала сидевшая в первом ряду Ирина Александровна Антонова и тут же попыталась помочь. Он подобрала слово «подарок», а я тут же среагировал – «Посвящение»! Роберт радостно закивал: «Посвящэние, посвящэние»!

Вы пишете, Алёна, что надо было записывать впечатления. Я кое-что записал – это можно почитать на рихтеровском форуме, а незаписанное помню и ощущаю, как если бы это было вчера – у меня тоже есть свой мир, в котором мне всё понятно. Кстати, через пару месяцев Холл приехал в Киев и замечательно пел Мусоргского (это к тому, кому и что удается исполнять и как это зависит от национальности). После концерта я зашел к нему в артистическую и сразу же услышал радостное: «Посвящение, посвящение»!

 

MargarMast: Переслушала ещё раз, и вот то самое Allegro molto — может, я подпала под обаяние Ваших рассказов о Рихтере, Юрий, но мне как раз очень понравилась вторая часть, собственно вся соната, как Вы и говорили — абсолютный шедевр. А во второй части — где, как написано в Wikipedia (приходится обращаться к музыковедческой литературе, поскольку сама я не могу мыслить в таких терминах) – сказано, что в этом скерцо ритм очень сложный, со множеством синкоп и неопределённостей. Перевожу: «Бетховен использовал «антифональную динамику [музыканты, подскажите — правильный термин или нет]- четыре такта piano контрастируют с четырьмя тактами forte». По-моему, Рихтер как раз замечательно акцентировал этот контраст, передал пульсацию живой музыкальной жилы, с элементами того самого грубоватого юмора, который приписывали использованию Бетховеном народных песен. Но каков переход от первой части ко второй, и от второй – к третьей – размышлению, после этой игры жизни. Поразительно.

 

Yuriyauskiev: Спасибо, но я только, и уже в который раз, тщетно пытаюсь передать свои впечатления. При этом всегда кажется, что основное сказать так и не удалось. А теперь хочу еще раз постараться объяснить, как он играл эти проникновенные аккорды перед второй фугой в третьей части. Запись этого не передает или почти не передает. Было такое впечатление, что звуки «впрыскиваются» в пустоту, наполняя её. Каждый звук – новая порция. Это не было примитивным монотонным возрастанием с громким аккордом в конце. Звуки наполняли, заполняли и окутывали зал. И всё это происходило в напряженной тишине, что совершенно понятно при такой чуткой публике. А ведь малый зал Ленинградской филармонии (это я всё о концерте 20/1/72) был переполнен. Молодежь сидела на полу в проходах. Многие в этих проходах стояли (я сидел!). Иногда находится больше слов, чтобы передать впечатление от этого любимого места в Сонате и совершенно завораживающего. Сейчас бегу на работу, поэтому замолкаю. Скажу только, что приехав в Киев, узнал, что двенадцатого февраля Рихтер приедет к нам! И снова мучительные поиски возможностей достать билет, которые, к счастью, увенчались успехом. И снова новые открытия, т. к. программа оказалась совсем другой и полной неожиданностей.

 

MargarMast: Юрий, но всё-таки, зная Вас, как неподражаемого любителя Рихтера, хотелось бы всё-таки услышать Ваше мнение и о чём-то, что с ним не связано — например, о симфонической музыке, или скрипичных концертах. Неужели это Вас оставляет совершенно равнодушным? Или Вы высказываетесь по этому поводу на других форумах?

 

Yuriyauskiev: В этой теме как-то неловко заводить такую переписку. Ну, а мы с Вами обменялись впечатлениями от Седьмой симфонии Бетховена в исполнении Фуртвенглера. Вы ведь помните? Еще я писал об Олеге Кагане, о Концерте Брамса в исполнении Давида Федоровича Ойстраха. При случае напишу о Наталии Гутман.

 

 

 

 

Глава 014

 

Пётр Ильич Чайковский

 

 

Симфония №5 ми минор

(1888) Op. 64

Оркестр Ленинградской филармонии

Евгений Мравинский (дирижер)

 

MargarMast: Дорогой Юрий, Вы настолько интересный собеседник, что жаль упускать возможность услышать от Вас что-нибудь помимо комментариев к игре Вашего кумира (без всякого подтекста). Ведь Рихтер сам был очень многоплановым творцом — вот и нам было бы здорово иметь Ваше мнение по разным вопросам, которые затрагиваются на этом форуме. Знаю – время, время. У всех это проблема. Но всё-таки. Вот мне лично было бы очень интересно узнать от Вас о Вашем отношении к Пятой симфонии Чайковского. Может, я что-то в ней недопонимаю, но мне она всё-таки кажется какой-то тяжеловесной, с таким несколько навязчивым желанием убедить слушателя в своих душевных состояниях. Как-то — слишком. Чего совершенно нет в Шестой. В Шестой – как будто достигнут предел земной жизни, когда никого ни в чём не надо убеждать, а остаются только последние вздохи уходящей души, которые абсолютно непревзойдённо, как мне кажется, переданы Мравинским. Вот — что Вы скажете?

 

Yuriyauskiev: Не хочу Вас разочаровывать, Алёна, но, видимо, придется. Я не музыкант и не музыковед и поэтому не могу квалифицированно говорить о музыкальных произведениях, тем более, об эволюции творчества композиторов и прочем. Я могу лишь говорить о своих впечатлениях, о любимых исполнителях, но и это бывает тогда, когда действительно есть потребность поделиться мыслями (если они есть и могут заслуживать внимания). Не хочется говорить банальные истины, но каждая из трех последних симфоний Чайковского – произведения совершенно замечательные, а мне они близки, как близка русская культура. Для меня это своеобразная энциклопедия русской жизни и души, но такой, знаете, не всех прослоек, а той, которая сейчас называется интеллигенцией. Композитору можно при этом использовать народные мотивы, но петь их соответственно. Это, как пушкинская барышня-крестьянка. Вот Бетховен создал девять симфоний без которых сейчас немыслима немецкая культура. Чайковскому хватило трех последних, правда, жаль, очень давно не переслушивал первые три. Когда-то скрупулезно сравнивал исполнения особенно Шестой: всё хотел понять, кто ближе к замыслу автора – Мравинский, Светланов или Фуртвенглер. Такие у меня были тогда пластинки. При этом слышал от некоторых местных музыкантов негативные отзывы об исполнении то первого, то второго. Я этого не понимал и не понимаю. Хотя можно было бы еще раз серьезно послушать всех, но, как Вы справедливо пишите, у каждого проблемы со временем. Это занятие очень увлекательное, но есть и другие дела. Вот Рихтер сказал (если верить записавшему его слова), что больше музыки любит жизнь. Постараюсь после сессии найти время, послушать и поделиться впечатлениями. Но Вы спрашиваете о Пятой. Всегда жалел, что у меня не было пластинки с записью Фуртвенглера, а такая на свете существовала. Вот, кто умел подчеркнуть трагическое в музыке. Могу сказать, что не чувствую, как Вы пишите, навязчивого желания «убедить слушателя в своих душевных состояниях». То есть, это состояние не столько его, и не надо воспринимать, что он хочет раскрыть душу, чтобы его пожалели, сколько состояния, близкие людям вообще. Но так ведь и у каждого художника. А ведь до чего доходит герой-борец с судьбой Бетховен в Ariozo dolente в Тридцать первой Сонате! Это ли не жалобы?! Пятая симфония Чайковского – произведение многоплановое и совершенно прекрасное. В ней и красота душевная, а лично я слышу грусть по уходящим идеалам. И это переплетается с грозными предзнаменованиями, которые отступают, давая место светлому, и снова возвращаются – как в жизни. А финал какой, а написано-то как! И еще замечательно то, что эта музыка выходит за рамки культуры отдельно взятого народа – по своему значению она наднациональная. Слушая такое, всегда думаю, как бы показать молодежи, своим студентам, чего они лишены в жизни, каких идеалов, ценностей. С таким и на жизненные проблемы смотришь по-иному. Вижу, что написал много, а высказал мало, поэтому пока заканчиваю. Но, написав, решил посмотреть и вспомнить, что есть на эту тему в Дневниках у Рихтера (скажу честно, что пока писал, у него не подсматривал).

 

MargarMast: Дорогой Юрий, то, что Вы написали – просто превосходно! Это как раз то, что мне хотелось бы услышать. Спасибо Вам большое. Я рада, что как-то задела Ваши воспоминания, и Вы поделились тем, что когда-то почувствовали (даже если сейчас это и не было на слуху). Для меня Шестая, конечно — вершина, а Пятая в исполнении этого самого филадельфийского оркестра показалась очень жёсткой. Слушала и Мравинcкого. Пожалуйста, продолжайте писать о Ваших впечатлениях – и вовсе для этого не надо быть музыковедом – зачем они нам? Их и почитать можно. А здесь всем как раз интересны впечатления хотя и невидимых, но уже близких в чём-то форумчан.

 

 

 

 

 

Глава 015

 

Роберт Шуман

 

 

Фантастические пьесы

Для фортепиано Op. 12

Святослав Рихтер (фортепиано)

18/11/69 — Будапешт, зал консерватории им. Листа.

 

Yuriyauskiev: Смотрю на дату концерта и мыслями возвращаюсь в тот далекий шестьдесят девятый. Ведь несколькими днями позже – двадцать третьего и двадцать четвёртого ноября я впервые услышал Рихтера в концерте, в Колонном зале им. Лысенко Киевской филармонии. В программе были и шесть пьес из цикла «Фантастические отрывки» ор.12. Собственно, программы в Будапеште и в Киеве были одинаковыми.

Алёна, Вы интересовались, записываю ли я свои воспоминания. Вот фрагмент (не хотелось бы выглядеть нескромным, выставляя его на всеобщее обозрение).

 

«Не дожидаясь третьего звонка, занимаю свое место. Оно не самое удобное – пианиста я буду видеть со спины, но разве это главное! В мозгу стучит: «Я услышу Рихтера! Я услышу Рихтера!» На сцене появляется мадам в черном платье и торжественным голосом в духе той эпохи объявляет: «Народный артист Советского Союза, лауреат Ленинской и Государственной премий, Святослав Рихтер!» Понимаешь, что достаточно двух последних слов, но эти мысли гасятся громом аплодисментов. Вот я вижу Рихтера впервые в непосредственной близости. Величавая осанка, благородство и эта печать на челе, которой природа запечатлевает не многих…

Шуберт.  «Вариации на тему Ансельма Хуттенбреннера». Сказать честно, не сразу смог я совладать с эмоциями, порожденными уникальностью момента. Впоследствии разные люди рассказывали мне приблизительно то же самое. Трудно было утихомирить мысли о величии музыканта и о радости, что ты слушаешь его здесь и сейчас. Тем не менее, музыка и ее исполнение захватывали. Необычайная чистота, удивительной окраски звук, ясность и выверенность каждой фразы. Такого звучания я еще не слышал в этих стенах! После окончания музыкант встал, стремительно вышел и довольно долго не появлялся. Не случилось ли чего-нибудь? Но нет. Шуман. «Шесть фантастических отрывков». Я ждал их с нетерпением. С «Порывом», например, был знаком по записи Кемпфа. У Рихтера надеялся услышать что-то особенное.

«Вечер» был исполнен как бы немного «со стороны», но не безучастно, без лишних эмоций, в романтическом, эвзебиевском духе.

Вдруг резкий наклон корпуса влево – и выплеснулся «Порыв». Это поистине всегда было чудом — его исполнение этой страстной пьесы. Предельный накал и отточенность каждой фразы, каждого звука, точность акцентов, продуманность малейшей детали, и при этом удивительная свобода. Слушатель присутствовал при создании шедевра!

А потом вновь созерцательное настроение – «Отчего». Именно так я представляю себе романтическую музыку подобного характера. Душевная чистота, чувство меры, что-то интимное, внутреннее.

«Ночью» – грандиозное полотно с драматическим подтекстом, один из самых впечатляющих шумановских шедевров у Рихтера.

Как мимолетность, пролетели невесомые «Сновидения». Удивительная музыка, не дававшая задуматься о пианистическом мастерстве, профессиональных достоинствах, которые служат созданию образа. Законченность, совершенство — они прогоняли всякую аналитику.

«Конец песни» – завершение цикла, исполненное мощно и широко.

Трудно передать, какими овациями наградила публика исполнителя. Его вызывали снова и снова…

В фойе просветленные лица. Встречаю знакомых. Каждый хочет выразить свой восторг. Обмен впечатлениями на уровне междометий: «А вот как он в этом месте!.. А в том!!»

 

MargarMast: Юрий, прекрасно, просто превосходно! Пожалуйста, продолжайте делиться этими своими великолепными зарисовками – после них тянет послушать именно то, о чём Вы пишите, а это, по-моему – самый важный результат! Спасибо Вам большое – Вы как бы открываете дверь в этот чудесный мир рихтеровской музыки. Продолжайте, пожалуйста, это делать!

 

M_I__:  А вот впечатление от концерта Рихтера в октябре 1952 года, которое записал в свой дневник писатель, поэт и художник Дмитрий Николаевич Голубков:

 

«…Был на концерте Рихтера. Сидел в первом ряду амфитеатра… Нервный, быстрый человек, лысоватый, с жестким лицом, рыжеватый — внешне очень похож на О. Бошняковича. Он играл неистово, точно голое сердце щекотал до слез и смеха, до ужаса, до удушья. Сначала Гайдн, потом Шуберт — плыл воздух, это был уже не воздух, а сплошная музыка, так что дышать было нечем. Белый полукруглый балкон висел и не падал а подымался плавными толчками вверх; глядели во все глаза живые композиторы со стен; в овальные окна у потолка виднелось черное и все-таки прозрачное небо, и не было больше ничего — только музыка в теле, в сердце, в душе, а мозг загорался какими-то яркими вспышками, и в них различались два понятия: любовь и печаль…

Слезы были в глазах, я не спал потом всю ночь…»

 

 

 

 

Глава 016

 

Людвиг ван Бетховен

 

 

Соната для фортепиано № 29 си-бемоль мажор

«Хаммерклавир» op.106

Святослав Рихтер (фортепиано)

 

Yuriyauskiev: Из моих воспоминаний, посвященных четырем концертам в Киеве, сыгранным в течение трех дней – 7-9/06/1980.

 

«После концерта наша небольшая группка стояла во дворе филармонии. И тут мы увидели, как из служебного входа появляются бородинцы, присутствовавшие на концерте, а потом сам Маэстро, и все в хорошем настроении. Заметив стоявшего с нами своего старого приятеля Всеволода Михайловича Воробьева, профессора киевской консерватории, он подошел и поздоровался за руку с ним, а потом с каждым из нас. Святослав Теофилович уехал в гостиницу, а мы долго шли по вечернему Крещатику, обсуждая услышанное и увиденное. Мне еще выпала честь провожать Маэстро на следующий день. Поезд уходил в семь сорок утра. Я приехал на вокзал несколько раньше. Появились сотрудники филармонии. Они волновались – произошла какая-то путаница с вагоном. Но где же Маэстро? Я увидел его, одиноко и спокойно шествующего по перрону — готовый сюжет для кисти художника. Глядя на него, вдруг понял: вот что значит «свободная личность»! Невозможно было представить, чтобы что-то пустое и суетное могло потревожить этого удивительного и необыкновенного человека. Тем временем провожающие успокоились, так как решили проблему с вагоном, а ничего не подозревавший Маэстро подошел к нашей группе. Будучи представленным ему Всеволодом Михайловичем, я выпалил: «Святослав Теофилович, Вы оказали определяющее влияние на формирование моего музыкального мировоззрения!» От неожиданности Рихтер схватился за голову: «Как это сложно!» Я понял, что сказал нечто неудобоваримое (чего только не бывает по молодости) и повторил более нормальным языком, что действительно приобщался к музыке благодаря его записям и концертам, тут же добавив, что уже много лет мечтаю услышать в его исполнении Двадцать девятую сонату, забыв сказать, чью, но было и так понятно. «Какие трудные вещи Вы хотите слушать!» – снова схватился за голову Святослав Теофилович. «Я играл ее, играл, но это трудно, это очень трудно. Это одна из самых тру…, нет, это самая трудная вещь во всей музыке! Правда, Сева?» – «Вот поэтому и хочу услышать ее именно в Вашем исполнении!» – не унимался я. Но проводники уже начали торопить, надо было заходить в вагон…»

 

 

 

Глава 017

 

Томазо Альбинони

 

 

Адажио соль минор

Венский филармонический оркестр

Клаудио Аббадо (дирижёр)

 

victormain: Произведение написано в 1948 году, то есть является мистификацией. Использованы шесть тактов музыки Альбинони (как утверждает словарь Гроува – подлинный набросок Альбинони), звучащие в самом начале пьесы, до вступления темы.

 

MargarMast: Ну, если это написано в 1948 году — это же чудо само по себе! Вот это — то, о чём я и говорила – экстремальный уход в сферу прекрасно-неземного в годы полнейшей разрухи. Настя, скажите, пожалуйста, неужели Вы тоже считаете, что это – попса?

 

Andrew_Popoff: Попса – это не всегда плохо. Попса имеет свою функцию и имеет право на существование. Это, разумеется, попса. Но попса хорошего качества. И была бы еще лучше, если бы не пыталась притвориться альбинониевским шедевром, а честно встала в один ряд с мелодиями Морриконе.

 

MargarMast: Терпеть не могу слово «попса». У меня оно ассоциируется исключительно с пошлостью и безвкусием.

 

Andrew_Popoff: Хорошо. Можно так: музыка для малообразованного люда.

 

MargarMast: Нет, ну это-то как раз и есть попса – т. е. музыка для людей с не весьма развитым вкусом. Неужели «Адажио» можно к таковой отнести? Считается, что если это действительно красиво (причём не приторно красиво) – то это уже дурновкусие?

 

op132: Алёна, в таких вещах обычно отвращает слишком откровенное и неизобретательное использование диатонических секвенций – что и роднит «Адажио» с попсой любой эпохи.

По выражению Булеза, творчество композитора – это преобразование непредсказуемого в неизбежное. В данном случае полностью отсутствует непредсказуемое, поэтому неизбежность вызывает ощущение скуки и тошноты.

 

Andrew_Popoff: Да, от этой музыки ощущение, что присутствуешь на длинных и нудных похоронах совсем неблизкого и, в общем-то, мелкого и пустого человека. Но, по непонятной причине, присутсвовать здесь обязательно, и скука охватывает неимоверная.

 

MargarMast: Виктор, ну Вы знаете — я не могу сказать, чтобы я была совсем, совсем, по определению Андрея, «малообразованным людом» – и я попадаюсь на удочку этого «Адажио». Мне хочется откинуться на спинку стула и его послушать – да, оно не оставляет послевкусия, оно мимолётно, оно – просто некоторое пронёсшееся в воздухе лёгкое видение – не несущее ни особого смысла, не заставляющее замирать сердце, или погружаться в размышления. Но без него мир музыки был бы беднее – вот это я могу сказать точно.

 

victormain: Ничего странного, Алёна. Пьеса целиком построена на клише, причём не слишком удачно; слишком – было бы невыполнением задачи, недостаточным усреднением. Она может работать в театре, когда нужно вышибить слезу. Идеальная прикладная музыка по состоянию. То есть – рассчитанная на моментальные первичные эмоциональные реакции. Больше в ней нет ничего: уровень письма, особенно интонационная кульминация, на которой положено отправлять в печь гроб в крематории, очень низкий. А подделан под очень высокий. В этом и есть главная отвратительность этой пьесы: то, что симуляция выполнена так плохо, а съедается так легко, что масса людей уверена в том, что это и есть настоящая музыка. Ну, люди доверчивы…

 

MargarMast: Вы понимаете, Виктор, вы – музыканты – люди с совершенно иным музыкальным восприятием, чем обычные слушатели. Вы сразу видите материал, строчки, которыми он сшит, все части, всю кухню, и говорите — фи, как тривиально. Мы можем и лучше. Ну, так давайте! Давайте же лучше! Воспитывайте вкус публики так, чтобы это «Адажио» для них было – пшик, а чтобы они замирали перед зрелищем (слуховым) действительно прекрасного современного искусства! Только где оно?

 

 

 

 

 

 

Глава 018

 

Гаэтано Доницетти

 

 

Рита

Опера (1841, постановка 1860)

Рита – Софья Ялышева (сопрано)

Беппо – Константин Плужников (тенор)

Гаспар – Николай Алексеев (баритон)

Камерный Оркестр Санкт-Петербургской государственной филармонии

Александр Титов (дирижёр)

 

mikrus72: Несмотря на то, что эта опера такая короткая, она столь стремительна, так жива, так поэтична, мелодична; блещет искрометным юмором, неподражаемым экспрессивным напором вокала; такой теплой, открытой игрой певцов!! Как говорится, ни кто не старался попасть в историю. Все играли так органично, с таким энтузиазмом и так живо, что мое внимание от первого до последнего аккорда было приковано к «Рите».

 

MargarMast: После Пивоварова тяжело слушать Доницетти. Но Вы, mikrus, как всегда, меня вдохновили.

 

mikrus72: Дорогая MargarMast! Спасибо большое, за то, что Вы есть!

 

MargarMast: Да? Пожалуйста, пожалуйста… На самом деле, mikrus, я тоже очень рада, что Вы есть. Это не потому, что «петушка и кукух». А просто Вы, действительно, по-настоящему очень светлый человек. Я Вас таким сразу увидела – так что – продолжайте светить!

 

Karapyzik: Рита

 

Г. А. Тимуш

 

За горами, реками, лесами

есть степная тихая страна.

Там живёт с зелёными глазами

женщина красивая одна.

 

Взгляд её – ромашковое утро.

Волосы – дыхание весны.

Ритой назвалась она как будто.

Навсегда в мои врываясь сны.

 

С той поры всерьёз я полагаю,

что любезный Ангел Красоты

лет иных дарить ей не желает,

кроме тех, что юны и чисты.

 

Ангел любит солнечную Риту,

и ничуть не склонен добавлять

грустные серебряные нити

в золотую шёлковую прядь.

 

 

 

 

 

 

 

Глава 019

 

Пётр Ильич Чайковский

 

 

Времена года

12 характеристических пьес для фортепиано

(1875-76) Op. 37a

Михаил Коллонтай (фортепиано)

 

sir Grey: Я уже спрашивал, помнится, по другому поводу. Мне кажется, что Вы как-то скованно, не свободно сидите. Что Вы сами скажете?

 

Интересно, что в Рахманиновском зале не оказалось стула нормального.

 

Mikhail_Kollontay: Так я же отвечал – какой из меня пианист? То есть как-то могу играть, но я тоже вот мог с невероятной скоростью писать на пишущей машинке, практически в темпе сплошной неспешной диктовки. Но это не профессия же. Или, я готовлю еду ежедневно уже много лет, но я не повар же. А стул, может, и был, но для тех, кто почище-с? впрочем, не знаю.

Каваи тоже не перл создания, как можно услышать, звук невероятной вульгарности, хотя поддается филировке и прочему хорошо, но сам звук несъедобен. Тоже, вероятно, «Стейнвей» пожалели.

 

sir Grey: Какой из Вас пианист – не Вам судить. Не только Вам, во всяком случае. Мне интересно, как бы Вы оценили локти и положение корпуса этого пианиста, если бы это был Ваш ученик.

 

Mikhail_Kollontay: Я без звука посмотрел на первые тридцать секунд и на кусок из Святок — ничего особенного не заметил, ни плохого, ни хорошего. Как-то там он играет, ну и ладно. То есть эстетические категории кои не неприменимы. Показываю музыку, а не исполняю. Но надо еще и понимать, что я же за 90-е годы сыграл считанное количество концертов, ну десяток, ну, может, два. Поэтому откуда быть свободе? на сцене надо быть ежедневно или около этого. Пытаюсь вспомнить, что играл:

 

С Дударовой два раза сыграл Двадцать шестой концерт Моцарта

 

Пару раз концерт Баха ре минорный, с разными дирижерами

.

Сыграл программу с Гайдном.

 

Сыграл Листа (пьесы и сонату), Комитаса и си минорную Шопена.

 

Моцарта три сонаты играл, не помню с чем. Вроде бы Малый зал был?

 

Шопен-Мусоргский-Коллонтай, еще такое было в доме Ученых.

 

Больше ничего не вспоминается. Так что сами судите.

 

А, еще играл Шопена (этюды и ноктюрны, что ли? не помню) и Глинку итальянского. Это в музее Революции было.

 

Я вообще не собирался этот концерт выкладывать, ибо уныло играю. Но попытки отснять заново ни к чему не привели. Вот сейчас собирался сниматься, а не могу, и палец болит, и денег нет, и т. д. Всё это становится труднее и труднее. Так что решил выложить как некий документ. Всё-таки ценные вещи можно и тут наскрести, несмотря на моё состояние, качество записи и инструмента. Это касается и «Детского альбома» в той же мере. Если коротко, то всё звучит грубо и спрямлённо. Чайковскому необходима специальная доработка, подслащивание, что ли, а мне это плохо удаётся, и по жизни, и по искусству. Потом, звук искусственно машиной вытягивается из пиано в какую-то дрянь вроде меццо форте. Поэтому наиболее нежные моменты, как Марш солдатиков в Альбоме, вообще звучат никак. А там адское пианиссимо было.

 

lilas: Михаил, я не профессиональный музыкант, и не берусь о Вашей игре судить. Но меня тронули Ваши «Белые ночи». Мне кажется, что Ваш взгляд на это произведение очень близок к моему представлению о том, как оно должно звучать. Согласна с Вами, что несколько не хватает нежности, мягкости свойственной музыке Чайковского, особенно в начале «Белых ночей». Но зато какая волнующая серединка!!! Мне понравилось, что Вы по разному исполняете начало и конец. В конце май уже не вылетает, он растворяется.

 

Mikhail_Kollontay: Я с Вами в том согласен, что оно могло бы быть, и отдельные моменты того, что когда-то было сделано, вероятно, отразились. Я для себя идеально сыграл «Времена года» в 1985 примерно году в Гнесинском зале, запись пропала, а потом уже были лишь какие-то несостоятельные выползы. Вообще надо понимать, что сочинение труднейшее, найти к нему подход очень сложно.

 

 

 

 

Глава 020

 

Людвиг ван Бетховен

 

 

Соната №14 до-диез минор для фортепиано «Лунная»

Валерий Афанасьев (фортепиано)

 

irpi: Дорогие композиторы, посетители сайта, не могли бы вы, пожалуйста, охарактеризовать форму первой части Четырнадцатой сонаты Бетховена. Заранее спасибо!

 

Mikhail_Kollontay: Мне кажется, форма там – подражание Моцарту.

 

irpi: Как это?

 

Mikhail_Kollontaу: Начало сонаты – сравните с интродукцией «Дон Жуана», там есть терцет, и что там играют скрипки? те самые триоли. Встык за этим терцетом в либретто ремарка: «луна выходит из-за облаков», откуда и название сонаты, как я понимаю. Пунктиры того, что в верхнем голосе – см. вокальные строки этого терцета. Тяжелые ходы баса по квартсекстаккорду тоже есть в том терцете.

В подобных выщипываниях вдохновившего чужого материала нет ничего плохого, это сплошь и рядом, примеров тому сколько угодно, и сам я, иной раз бессознательно, это делал, и меня ущипывали даже и великие классики. Все это одно поле, тут копирайт иногда – совершенно условная вещь.

 

irpi: А вот как ее определить термином? Вот третья часть в сонатной форме, а вот в первой части мне форма не совсем понятна.

 

Romy_Van_Geyten: Первая тоже в сонатной форме, только там вместо разработки идёт длинный доминантовый предыкт к репризе. В общем можно считать, что это сонатная форма без разработки.

 

irpi: Спасибо! Вы полагаете, что ПП это гармонический си-мажор с 15 такта? А как тогда объяснить повтор главной партии в фа-диез миноре, прорыв ГП?

 

Romy_Van_Geyten: А не надо ничего объяснять. Вещи просто происходят. У Бетховена Вы найдете очень мало сонат, которые бы вписывались в стандартную схему.

 

Osobnyak: Но рядом с Брамсом Бетховен отдыхает. Вот тот резвился будь здоров.

 

Romy_Van_Geyten: Не согласен. Во всем, что касается сонат, рядом с Бетховеном отдыхают все. Ну, разве что Гайдн еще – не греется на лужайке, а вполне себе бодрится.

 

irpi: Спасибо! А соль-минор с такта 100 Вы не рассматриваете как самостоятельную побочную партию?

 

Mikhail_Kollontay: Неужели Бетховен такие слова употреблял, как ГП = героический прорыв в гармоническом миноре? Я, правда, не понимаю, зачем этот оналез, как однажды написал в своей зачетке мой однокурсник, за что Холопов ему немедленно влепил тройку! А мой друг говорит – ну откуда я знаю, как оно пишется. Не шучу, так и было.

 

Содержание же раскрывается только в Тридцать второй сонате, где эта самая ПП есть ПП из финала Четырнадцатой. В «Лунной» он Джульетту Гвиччарди в ад спровадил, а в Тридцать второй уже в рай решил переместить. Смотрится неплохо в обоих агрегатных состояниях! Вообще в Четырнадцатой только Ночи на Лысой горе Берлиоза не хватает, тема любимой уже есть, а Dies irae, собственно, тоже почти (церковные басы Командора и прочее).

 

Жаль, вряд ли уже Четырнадцатую запишу. Я в первой части триоли стаккато играю, как скрипки в интродукции Дон Жуана. Весьма приятно звучит. Ну, на четверть педали разве что.

 

 

 

 

Глава 021

 

Франц Шуберт

 

 

Соната для фортепиано №18 соль мажор

op.78 D894

Святослав Рихтер (фортепиано)

 

Yuriyauskiev:  Это запись с концерта  Royal Festival Hall

20/3/89 – London

 

Святослав Теофилович играет в день рождения.

 

samlev: Юрий, извините, я не в тему. Вы как-то писали:

 

«Не раз подумывал о том, что кому-то было бы интересно послушать оперу Бриттена «Смерть в Венеции», причем она у меня с комментариями Рихтера (говорящего)».

 

Я теперь просто успокоиться не могу, настолько хочется это услышать. И, думаю, я не один такой. Может быть, Вы все-таки выложите этот файл?!

 

Yuriyauskiev: Да, конечно. Только надо немного разговоры подредактировать.

 

samlev: Юрий,

у меня еще один вопрос к Вам не по теме. Существует только одна реально доступная запись Квинтета Шостаковича с Рихтером – это запись 1983 года. Но есть еще записи 1966 года, одна из них даже издана. Найти их я пробовал, но потерпел неудачу. Вы ничего о них не знаете?

 

Yuriyauskiev: Существуют такие записи:

 

Piano Quintet in g, Op.57

 

* 31/3/66 — Moscow — Live — Borodin Q. — (PT)* [N]

* 17/7/66 — Spoleto — Live — Borodin Q. — INTAGLIO INCD 7561 (CD)**

* 8/7/82 — Paris — Live — Borodin Q. — 5th mvt encored — (PT)*

* 5&6/12/83 — Moscow — Live — Borodin Q. — EMI CDC 7 47507 2 (CD)**

* 5&6/12/83 — Moscow — Live — Borodin Q. (different mix) — MELODIYA/BMG40713 2 (CD)**

* ? — ? — ? — Borodin Q. — 3rd mvt — RUSSICO (DVD)**

* 5 or 6/12/83 — Moscow — Live — Borodin Q. — complete — (DVD) [N]

 

Они все у меня есть. Постараюсь выложить запись 66-го года.

В качестве справки сообщаю, что впервые Рихтер сыграл этот Квинтет 31/10/47 в Тбилиси с Государственным квартетом Грузии.

 

M_I_: Вероятно, есть ещё и «нереально доступные» записи. Так, давным-давно по радио передавали запись с концерта в МЗК от 27 сентября 1981 года. По-моему, в этой передачи третья, четвёртая и пятая части были не с основного исполнения, а те, что исполнялись на-бис.

По телевизору передавали видеозапись от 4 октября 1981 года. Тот концерт был посвящён 60-летию посещения Владимиром Ильичом Лениным концерта в Большом зале московской консерватории.

 

Yuriyauskiev: Странно. По телевизору я видел только запись концерта 5-го или 6-го декабря 1983 года

.

У Рихтера по поводу концерта 4/10/81 написано:

 

 «Традиционный ленинский концерт»

 

M_I_: Видимо, Рихтер имел в виду словосочетание «традиционный ленинский» в обобщённом смысле. На эту дату, 4 октября, никакой ленинской традиции не было. А о том, что сборный концерт, в котором он принимал участие, был посвящён Ленину, Рихтер мог узнать лишь тогда, когда увидел портрет Ленина над сценой БЗК.

 

Боюсь соврать, но в памяти смутно сохранилось следующее:

 

Ленин был тогда на симфоническом концерте в БЗК, остался очень доволен (он любил музыку). А сидел на концерте в пальто, т. к. было холодно, а зал не отапливался. Для советской традиции посещение Владимиром Ильичом какого-либо мероприятия было историческим событием.

Кстати. В какой-то мере, репертуарная политика, проводимая советским музыкальным руководством, примерно соответствовала вкусам Ленина. На первый план выдвигались любимые Владимиром Ильичом: Бетховен, Шопен, Чайковский.

И ещё.

Помните, как первый западный дирижёр, приехавший в Советскую Россию с целью дать концерт (если не ошибаюсь, Штидри), посетил Ленина. Он, в частности, спросил, в каком костюме ему следует выступать перед рабочей аудиторией. Может быть, в рубашке, или как-то ещё в том же духе? На что Владимир Ильич ответил ему: «Выступайте в своем лучшем концертном одеянии, во фраке».

 

 

 

 

Глава 022

 

Иоганн Себастьян Бах

 

 

Токката, адажио и фуга для органа до мажор

BWV 564

Владимир Горовиц (фортепиано)

 

Intermezzo: Очень, очень своеобразное исполнение. Ну, кто, кроме Горовица способен сыграть так не по-баховски, и в то же время так глубоко, словно нажимая органные педали? Настолько гениально, насколько и своеобразно! Так может только он один и никто другой.

 

MargarMast: Вот, у нас тут появился и горовицеман. Получается уже почти полный набор «…манов».

 

Intermezzo: Ну, все-таки не могу сказать, что только Горовиц меня трогает, и только его я признаю. Просто вот именно это произведение именно в его исполнении меня потрясает! А вот «Героический» полонез на Берлинском концерте 1986-го года на меня не произвел никакого впечатления. Может, дело в его возрасте — все же ему тогда было восемьдесят три года…

К сожалению, я пока еще далеко не полностью в теме в плане классической музыки, поэтому не постиг еще всех секретов и тонкостей. Ведь не играя произведения, у меня и образа своего не может сразу появиться, поэтому я как бы беру его у исполнителя. Затем слушаю другие интерпретации, нахожу что-то в них, вот образ постепенно и формируется. Говоря об этом произведении, образ музыки у Горовица — это и мой образ. Пока. Вот послушаю орган, может, раскопаю другие исполнения – тогда, может, мое мнение изменится.

 

MargarMast: Ну, Вы не одиноки в таком составлении своего «образа» произведения – этим отличаются, я думаю, все не играющие меломаны. А для играющих бывает мучительно несовпадение того образа, который они «видят» своим внутренним слухом, и воплощения, которого они могут достичь. Вот это несовпадение – хуже, чем у нас, любителей.

 

victormain: Я бы поставил под большой вопрос авторство этого опуса. Для Баха как-то совсем пресно, особенно синтаксис.

 

Andrew_Popoff: Возможно, это одна из мистификаций Вильгельма Фридемана Баха. Вполне в его стиле. Он часто выдавал папины опусы за свои, а свои за папины. Имел полную возможность, поскольку наследовал все рукописи отца.

 

Maxilena: Как это??? Я так и заикой стану. Адажио у меня вообще одно из самых любимых. Да и вообще все произведение. Местами Бах просто забавляется.

 

Andrew_Popoff: Это действительно совсем не похоже на музыку Баха, даже с учетом романтической игры Горовица.

 

Maxilena: Андрей, я Вас сейчас побью!!

 

Andrew_Popoff: Я не утверждаю, что так и есть. Но у меня, как и у Виктора, возникают сомнения по поводу авторства. И как раз в связи с тем, что касается основ, того, что обычно сохраняется у композитора всегда, независимо от того, как меняется его стиль на протяжение всей жизни, и в какие бы дебри он не лез. Речь идет о синтаксисе — о том, ка̀к человек излагает свои мысли. Здесь синтаксис вызывает сомнения. Бах высказывался иначе.

Но это лишь сомнения, а не утверждение, как в случае с Лже-Альбинони. Там никаких сомнений нет.

 

 

Глава 023

 

Людвиг ван Бетховен

 

 

Соната для фортепиано № 23 фа минор «Аппассионата»

(1804-05) op. 57

Алексей Султанов (фортепиано)

 

MargarMast: А вот  Аппассионата  как-то не пошла… Всё-таки есть знаковые произведения, по которым проверяется глубина понимания музыки. Аппассионата – одно из них. По этой шкале, как мне кажется, он не проходит в Третий тур конкурса.

 

Алексей, Вы со мной согласны на счёт «знаковых произведений»?

 

alexshmurak: Категорически не согласен. Знаковые произведения бывают в обучении, но их не может быть в репертуаре. Задача пианиста — раскрывать то, что он может. Гульд не играл Листа или Рахманинова, Рихтер — старинную музыку или Мессиана;  Микеланджели – Прокофьева и так далее. А что уж требовать от Султанова? Универсальных исполнителей не было, нет, и не будет. Султанов лично меня убеждает далеко не во всём, и это нормально. Глубина понимания музыки – категория абстрактная, её, конечно, можно вывести средним арифметическим (например, так: Бах, Бетховен, Шопен, Рахманинов, Прокофьев, Шёнберг, Лигети — и поставить средний балл; но Вы понимаете, что это чушь); я же предпочитаю ориентироваться на качество на конкретных примерах; пусть пианист будет гениально играть одну только «Бурлеску» Скорика , но  если он будет делать это лучше кого бы то ни было другого – я буду ему рукоплескать!

 

MargarMast: Ну, да, это правда. Но всё-таки хочется иметь на памяти пианиста не одного произведения, как и автора не одного романа. Хотя, я согласна – если этот пианист играет что-то лучше всех, именно эту запись и стоит слушать. Но в таком случае Вы говорите о самой музыке, а не о пианисте, верно? То есть, пианиста, как такового, не существует, если он может превосходно сыграть только одну вещь?

 

alexshmurak: Для меня пианист существует в том случае, если я о нём думаю, неважно, по какому поводу. Скажем, я терпеть не могу Кунца, или недолюбливаю Горовица… Я не слушаю записи в их исполнении, но я знаю об их существовании и при случае буду на них ориентироваться, не обязательно всегда в положительном смысле. Султанов оставил солидный объём записей; есть из чего выбирать; многое нравится, многое – нет; достаточно хотя бы одного понравившегося трека, чтобы пианист «запал в душу».

 

MargarMast: С миру по нитке? Поняла. Есть меломаны, которые нашли «своего» исполнителя на все случаи жизни. Это очень удобно. Уши настроены на него и под него же и подстраиваются – ну, как у Юрия получилось с Рихтером. Для них это очень крепкие ориентиры, мощные такие маяки. А у меня уши вообще расстроенные, то есть ни на кого не настроены, так что я блуждаю в музыкальном мире в потёмках.

 

alexshmurak: Это очень удобно, но это очень опасно, и это очень несамостоятельно. Есть фанаты Гульда, есть фанаты Рихтера, есть фанаты и менее культовых фигур (есть фанаты Коробейникова, даже Лубянцева; полагаю, есть даже фанаты Трифонова!). Лучше слушать критически; идеального исполнения не существует.

 

MargarMast: С этим я полностью согласна. Но с другой стороны Вы же музыкант, а я нет, мне хочется опереться на мнение человека профессионального, а приходится опираться на свои не очень музыкальные уши. Мало ли, что я там пропускаю мимо своих немузыкальных ушей или неправильно слышу.

 

 

alexshmurak: Алёна, Вы написали бессмысленную фразу. Как это  «неправильно слышу»?! По-вашему, музыку можно слышать «правильно»?!

 

Как раз мнение любителя и есть то, ради чего музыка, в том числе и академическая, создаётся. Если оценивать будут только профессионалы…

 

Если Вам что-то не нравится в исполнении, это и есть критическое восприятие! Зачем на кого-то опираться?!

 

MargarMast: Ну, потому что я могу что-то не понимать в силу своей музыкальной недоразвитости!

 

alexshmurak: Музыка – несемиотическое эмоциональное процессуальное искусство, понимание здесь на последнем месте, особенно учитывая, что мы из постмодернизма слушаем романтизм.

 

MargarMast: Между прочим, как раз в постмодернизме и начинает тянуть на романтизм, так же, как из города хочется вырваться на природу. Идеальное сочетание – высокоразвитый и технически оснащённый город – и нетронутая природа в пригородах. Где бы такое достать? Так же, как хочется иметь лучшие образцы постмодернизма под рукой – и возможность наслаждаться не слащавым и приторным романтизмом.

 

 

 

 

Глава 024

Сергей Васильевич Рахманинов

 

 

Симфонические танцы

Пьесы для оркестра (1940) op.45

Берлинский филармонический оркестр

Герберт фон Караян (дирижер)

 

musikus: Кошмар… Вот уж воистину, что русскому хорошо, то немцу смерть (хотя Караян, кажется, греческих кровей). Это лишнее подтверждение тому насколько важна национальная аутентичность в исполнении музыки с ярко выраженной почвенностью. Что же касается Караяна вообще, то его гениальность сильно преувеличена. Или, прямо сказать, раздута. Да, сильный был мастер, но далеко-далеко не гений, и в отношении глубины трактовки (а не внешнего лоска исполнения) уступает многим и многим. Его Берлинские филармоники были хорошо отлаженной немецкой машиной (вроде сборной Беккенбауэра) для воспроизведения партитур, и не более того (хотя были, конечно, и отдельные удачи вроде «Тристана», но и они блистали не более, чем техническим лоском работы). Найдется немалый ряд дирижеров (даже нет смысла перечислять), которые решительно превосходят его и глубиной мышления, и силой подлинного артистического вдохновения, никак не заменяемого формальным техническим мастерством. А случай с Рахманиновым просто experimentum crucis , сразу Караяна разоблачающий.

 

MargarMast: Единственное, что мне по-настоящему нравилось у Караяна – причём в одной единственной записи, которую я с тех пор не могу найти – это исполнение моего любимого Allegretto в Седьмой симфонии Бетховена. Вот здесь его склонность к «красивости» помогла ему извлечь такое богатство красок из этой части, какого я не слышала нигде больше. У меня просто захватило дух, когда я это услышала. Не знаю, может быть, такое может случиться с любым произведением, но вот именно эта часть именно этой симфонии для меня — обозначение стиля дирижёра. Там можно повернуть всё в таком бесконечно разнообразном количестве освещений, что симфония просто будет звучать как совсем иное произведение. Прошу прощения, что залезла с этим в Рахманинова.

 

Karajan: Караян прекрасный дирижёр. Просто конвертировать этот файл надо в хорошее качество и всё, и прослушаете в хорошем качестве, а не в плохом, и всё!!!

 

musikus: Караян, играющий Рахманинова, это уже смешно.

 

proffan: Уважаемый musikus!

 

Простите мое невежество, перечислите, пожалуйста, лучших, на Ваш взгляд, дирижеров и укажите их самые успешные записи, чтобы можно было самому их оценить.

 

musikus: Боюсь впасть во вкусовщину, так как могу говорить только субъективно. И ничего особенно оригинального не скажу. Из немцев, конечно, Фуртвенглер (многое, включая Бетховена, Вагнера и других), очень высоко ставлю Бёма (многое – от Моцарта до Рихарда Штрауса). Итальянцы; назвал бы, все-таки, Тосканини с его энергией изложения. И, конечно, Аббадо (почти всё, что он играет, интересно, хотя, порой мне не хватает экспрессии). Французы. Есть блистательная плеяда стариков, игравших, в основном именно французскую музыку и показывавших как именно ее нужно играть: Монтэ, Клюитанс, Мюнш, Дезормьер. Из ныне здравствующих, конечно, Булез, который, правда, мне лично не всегда хорош. Холодноват. Много хороших дирижеров-венгров – от Никиша до Ференца Фричая и Шолти! Из американцев, конечно, Бернстайн, лучше всех, на мой вкус, игравший Малера. Русские – Голованов (грубоват, но очень мощен и органичен, особенно в исполнении Рахманинова и Скрябина), Мравинский (почти всё, что он играл), Кондрашин (масштаб которого со временем неуклонно растет) и, конечно, Светланов, русская музыка которого выше всяких похвал. Сейчас выдвигается молодой Владимир Юровский. Добавлю для разнообразия замечательных голландцев Менгельберга, ван Байнума, японца Озаву… Многих не назвал, особенно действующих.

 

proffan: Скажите, а как Вам Гергиев, Плетнев, Спиваков, Башмет?

 

А из мэтров — Рождественский, Темирканов, Федосеев.

 

Прошу Вас, пожалуйста, ответить.

 

musikus: Вы называете дирижеров, скрипачей, пианистов, альтистов… Как оценивать, как сравнивать? Могу опять-таки привнести только нечто субъективное. Как дирижеры первые четверо лично меня ничем особо не поражают. Плетнев – уникальный, великий пианист, но как дирижер ничем особенно не выделяется. Гергиева, Спивакова воспринимаю только как деятелей. Башмет альтист хороший, но тоже более деятель… Рождественский – большой мастер, но как интерпретатор малоинтересен, даже в своем любимом (когда-то) Прокофьеве. Темирканов – хороший дирижер крепкого европейского масштаба. Федосеев – дирижер класса, быть может, и пониже, чем предыдущие двое, но (прошу прощения у почтеннейшей публики за нецензурное выражение!) музыкант очень искренний (особенно в русской музыке), и в этом отношении мне лично более симпатичен, чем тот же Рождественский (который, будучи снобом, в свое время презрительно публично третировал не только Федосеева, но и великого Евгения Фёдоровича Светланова, которому не годится в подметки).

 

precipitato: Юрий Константинович, Вы дали совершенно исчерпывающие и точные характеристики всем, поразительно.

 

 

 

 

Глава 025

Шарль Камиль Сен-Санс

 

 

Концерт для фортепиано с оркестром № 2 соль минор

  1. 22

Святослав Рихтер (фортепиано)

 

MargarMast: Дорогой Михаил, давайте поговорим о Сен-Сансе! То, что я о нём прочитала в брошюрке к CD с его Вторым и Пятым концертами в исполнении Жана Ива Тибадо – одном из лучших, на мой взгляд, исполнений этих концертов – меня потрясло. Он был абсолютно ренессансным гением! Это был просто фантастический человек! И так мало у него славы.

 

Mikhail_Kollontay: Может быть, он как-то не до конца определился? Ну, скажем, вот он создает этот самый кровоточащий Второй концерт, но ведь не скажешь, что мир этого опуса стал темой творчества Сен-Санса. Или создает свои иронически-гротескные вещи, как «Пляску смерти» или «Карнавал животных». Но и в этом он не доходит до нужного градуса экстравагантности или прямого кретинизма. Вот великая, несравненная Третья (номерная) органная симфония, но и в ней есть, может быть, некая зыбкость, недоформулированность, кто знает, не исходящая ли из избытка вкуса. Ясность намерений и блеск воплощения их в изобилии в юношеских сочинениях, а потом, возможно, – некий синдром вундеркиндства? Я отнюдь не знаток творчества Сен-Санса, как и вообще французской музыки, так что хорошо, если кто выскажет более или менее полную, развернутую аналитическую оценку. На какие сочинения обратить внимание? что в них увидеть и отметить?

 

Я думаю, цена – вещь, которая в итоге объективно складывается, то есть я о цене в искусстве – в отличие от цены при торговле нефтью. Конечно, есть некая толща культуры, в которой лежат и алмазы в том числе, но не те алмазы, которые по каким-то причинам украшают царскую корону. С другой стороны, весь этот гумус лежит и никому не мешает, придет время, может, кто-то произведет археологические раскопки и откопает то, что окажется кстати не одним только нам с Вами. Если, конечно, время еще реально существует, и мы не участвуем в заключительном шипении ракорда.

 

MargarMast: Вы знаете, Михаил, мне кажется, что Сен-Санс, на самом деле, сослужил себе плохую службу этим самым «Карнавалом животных». Поскольку это стало несколько заезженной и расхожей композицией, которую знают и заигрывают с детства – и потом ассоциируют Сен-Санса именно с ней. Но, с другой стороны, Вы правы – он как бы начал идти по совершенно удивительному и не истоптанному пути своими концертами – и не дошёл до нужной точки, чтобы стать одним из алмазов в короне. Но ведь Мендельсон – тоже как бы, несмотря на свою гениальность – не алмаз в короне, верно? Но уж никак не гумус. С этим определением я категорически не согласна.

 

Mikhail_Kollontay: Да я сам еще недавно так думал. А месяца два назад занялся глубже симфониями Шумана, и вот угораздило меня после Второй симфонии Шумана включить «Итальянскую» Мендельсона. Это такое обличение блестящей пустоты, что лучше и не надо. Насколько нескладен Шуман, настолько же он глубоко, убийственно откровенен, тонко и невербально даже содержателен, включительно и в своих невразумительностях и тупых повторах – настолько же ужасающе зияет пустота Мендельсона. Много лет назад в Москве была закрыта Третьяковка, была такая крошечная выставка ее шедевров на Крымском валу. И вот оказались так же рядом Серов с Врубелем. И вышел сеанс с разоблачением Серова. Уж не знаю, какие безглазые люди так развесили. Так для меня не стало Серова. Разумеется, я страшно преувеличиваю, но то, что написано и выхаркнуто из тела вместе с жизнью, обличает – может быть, и на Страшном суде — просто блестящих мастеров. Вот есть же Бизе, но чего стоила ему «Кармен», сами знаете, или чего стоили Чайковскому его величайшие вещи, как Первый концерт, и как эти вещи разительно отличаются от прочего, этими же людьми созданного. Вот этого не слышу у Сен-Санса и у, невесть как сюда приплетенного мной, Мясковского – совсем не слышу. А насчет Мендельсона, очень советовал бы также музыку его сестры Фанни, мне кажется, по задаткам она даже и поживее Феликса, но женщине в те времена, конечно, трудно было выбиться.

 

MargarMast: Вы хотите сказать, что вот оно – откровенное обличение сытого и благополучного, с детства обласканного художника – каковым и был Мендельсон (кстати говоря, я читала, что Фанни была талантливее своего брата, но отец запретил ей даже помышлять о карьере композитора – некоторая разница всё-таки с Кларой Шуман, которой помешали, скорее, её восемь детей. Хотя, надо сказать, его любовь к Фанне и трагическая её потеря – которая ускорила его уход, совершенно очевидно, – тоже трудно было бы отнести к серии безоблачных отношений. Но если так подходить к творчеству, две трети моцартовского наследия тоже можно было бы вывалить на свалку – вот уж у кого сверкающих безделушек (включая его Пражскую симфонию) – просто уйма. Хотя, как мне кажется, он именно этим боролся с бесконечными невзгодами своей жизни. Так что, тут не угадаешь. Ну, а если принять во внимание маниакально-депрессивный синдром Шумана – тут, конечно, из человеческих тайников души и психики можно такое извлечь, что человеку во всех отношениях здоровому невозможно будет даже переварить. Короче, творчество – это такое таинство, что понять здесь что-нибудь на каком-нибудь логическом уровне, вероятно, просто невозможно.

 

Но то, что Вы пишите – очень интересно. Просто очень. Включая размещение картин и прослушивание каких-то вещей в определённом порядке. Ну, Вы знаете, это, может быть – то же самое, как после «Обыкновенного фашизма» посмотреть «Операцию «Ы» и другие приключения Шурика». Обе картины – шедевры. Но они несовместимы. Они просто несовместимы, но они должны сосуществовать. Потому что всё-таки в наших жизнях есть место и драмам, и трагедиям, и комедиям. Просто нельзя мерить всё одной меркой и иметь одинаковый подход к Шуману и Мендельсону, или Врубелю и Серову. Вы со мной согласны?

 

Mikhail_Kollontay: Ну что Вы, какая разница, сытое оно было или, наоборот, благополучное. Скорее уж, может быть, можно рассуждать о том, что еврейские корни Мендельсона заставляли его быть слишком немцем, даже, если можно так сказать, слишком христианином, с элементом некоторой неврастении. А в юности-детстве этой нервичности не чувствуется, просто даже по человеческой наивности, отсюда такие удивительные вещи – Двойной концерт,  Ля минорный фортепианный концерт, или увертюра «Сон в летнюю ночь». Но вполне быть может, что говорю чушь. Про других авторов, названных Вами, говорить не буду, а то совсем уйдем от темы. Насчет советских фильмов не совсем согласен с Вами, думаю, что все это сделано в одно время и на одну тему, причем в «Обыкновенном фашизме» – музыка Караманова, насколько я помню! И тема эта простая: уверенность в устанавливающейся нормальной жизни, после тяжелейших десятилетий. Думаю, месседж один и тот же. А вот уже, скажем, фильмы Серого поют нам совсем иную песню, вот тут да, разница.

 

MargarMast: Это интересно. Но не будете же Вы говорить, что в раннем Мендельсоне больше чувствовались еврейские корни? Но хочется переслушать в этом ракурсе. Это, правда, очень интересное замечание. Насчёт того, что роммовский и гайдаевский фильмы были «налиты из одной бочки» – не поняла. И – кто такой Серый?

 

Mikhail_Kollontay: Да как сказать, в финале Двойного концерта, конечно, эдакие мотивы еврейского оркестрика (автору было тринадцать лет!), может, и чувствуются, но я совершенно не то имел в виду, просто все-таки Мендельсон жил в не вполне своей среде, а приспосабливался к чужой. Вот в этом и чувствуется невротичность, перенапряжение, может, с этим связана и ранняя кончина, очень странная все-таки.  А Серый – это был кинорежиссер, очень мало снявший, назову «Джентльмены удачи» и «Ты мне – я тебе», жутчайшие трагические псевдокомедии.

Про Ромма и Гайдая не знаю, как еще выразить: есть некий гипертекст у каждого произведения, и вот он общий, именно тот, что я обозначил в предыдущем своем посте. Сформулирую иначе: мы прорвались! ура! К сожалению, «Джентльмены удачи» подразмылены сладкими ужимочками сценаристки, если их убрать, то текст совсем иной: жизнь ужасна и невыносима, вплоть до самоубийства (которым, в общем, там кончает герой Вицина) и которым кончил сам автор фильма. Одним словом, это раннее предвестие кризиса 1980-х.

 

MargarMast: Действительно, не стоит углубляться сейчас в эту тему, а то мы совсем вильнём в сторону, но всё-таки насчёт «Обыкновенного фашизма» и «Операции «Ы» я не поняла. Мне кажется, что Вы нашли какой-то уж совсем глубинный подтекст, связывающий эти фильмы. Впрочем, я роммовский смотрела очень давно, и он у меня ассоциируется исключительно со страшной немецкой кинохроникой. А лозунгов не помню совсем. Просто он оставляет чувство ужаса – после него не хочется смотреть комедию. Я исхожу из этой очень простой аналогии, когда Вы говорили о Шумане и Мендельсоне. Но, может быть, Вы и правы насчёт Мендельсона – что он подделывался под среду, то есть не до конца был самим собой. Отсюда — больше изящества и поверхностности, чем можно было ожидать от столь рано проявившего себя вундеркинда. Впрочем, я наверняка не слишком хорошо разбираюсь в музыке. Мне кажется, что некоторые его «Песни без слов» просто пронзительны. Но, говорят, именно к ним и приложила руку Фанни – я не знаю, к каким именно.

 

 

Глава 026

Людвиг ван Бетховен

 

 

Соната для фортепиано № 8 до минор «Патетическая»

(1798-99) op.13

Святослав Рихтер (фортепиано)

21/11/93 – Лондон. Любительская запись

 

samlev: Огромное спасибо Юрию за еще одну запись из его необъятной коллекции!

Очень любопытно прослушать весь «набор» Восьмых сонат Бетховена в исполнении Рихтера, размещенный здесь. Замечаешь, насколько по-разному соната звучит в разные годы в пределах единой и неизменной исполнительской концепции – общая идея произведений у Рихтера, насколько известно, никогда кардинальному изменению не подвергалась. Удивительно то, что между ранними записями (1947 и 1959) и лондонской 1993 года (разлёт более чем в тридцать лет) разница не столь велика, сколь между совсем близкими по времени — и года не прошло – той же лондонской и записью, сделанной в 1994 во Флоренции. В этой последней записи иная динамика — последовательно снят контраст между форте и пьяно, финал звучит приглушенно и почти трагически. Интересно, эта разница идет от каких-то внешних причин – акустики зала, настроения, усталости, может быть, или это новый – более философский, отстраненный от суеты – взгляд на произведение? Очень интересно было бы услышать, как Святослав Теофилович играл эту сонату после (он играл ее еще дважды в том же сезоне). Тогда, возможно, стало бы ясней, что в записи 1994 является случайным, а что идет от внутреннего посыла. Тем более, что эти записи стали последними зафиксированными исполнениями «Патетической» сонаты Рихтером.

 

MargarMast: Лев, могла бы я Вам задать один вопрос? Насколько я понимаю, Вы, как и Юрий – рихтероман. Но при этом Вы всё-таки, в отличие от него, музыкант. Скажите мне, пожалуйста – вот такая концентрация на одном исполнителе, пусть даже таком великом, как Рихтер – не сужает ли Ваш кругозор? Это не праздный вопрос. В жизни очень много всего. В жизни есть (помимо, конечно, работы) живопись, литература, поэзия, театры, музеи, концерты и так далее. Я просто пытаюсь понять для себя, как можно при этом сконцентрироваться на одном-единственном исполнителе так, что слушать его исполнение одной сонаты Бетховена в разные годы, и сравнивать эти исполнения, и выяснять – был ли исполнитель уставшим, или была плохая акустика, или это его новое виденье… Только, ради Бога, не примите это за иронию. Я действительно просто пытаюсь понять – это черта рихтеромана  или Вам просто была интересна именно эта соната? Потому что – вот сейчас посмотрела — на сайте тридцать исполнений этой сонаты. Для слушателя, который пытается понять разные интерпретации этой сонаты, интересно было бы послушать ну, по крайней мере, штук десять из них. Соната – длительностью восемнадцать с чем-то минут, прослушивание десяти интерпретаций заняло бы около трёх часов. Одной сонаты. Одного композитора. Так вот – мой вопрос таков. Когда Вы сравниваете разные интерпретации Рихтера — в Вас действительно говорит рихтероман и Вам больше ничего неинтересно? Ничьи другие виденья? А если они интересны – как Вы находите время для всего этого? Я этого абсолютно серьёзно не понимаю.

 

samlev: Нет, кругозор не сужает. Человек, сконцентрированный на чем-то, только углубляет свое понимание. Представьте себе человека, который что-то учит, пишет – я не имею в виду посты, – короче, что-то делает. Он сосредоточен, он совершает усилие, чтобы понять, преодолеть, разобраться. И в предмете и в себе. С одного раза ничего не получается, и не получится. Надо много раз слушать, играть, читать, короче, вслушиваться, вчитываться в нечто, что Вас по-настоящему задевает. Все остальное — ерунда и дилетантство. Даже если Вы просто слушатель.

И еще. Если Вы сталкиваетесь с неким явлением, которое Вас – именно Вас – глубоко трогает, занимает, восхищает, заставляет думать, да и просто приносит радость – чего ж Вам еще?! Наслаждайтесь и будьте счастливы, что нашли свой, так сказать, предмет. Рихтер – это весьма большая «вещь» в искусстве, чтобы долго и пристально им заниматься. Кстати, даже если быть занятым только Рихтером, через него наверняка и еще кое-какие имена и события войдут в сознание. От Баха до Пруста. А что касается всего остального – библиотек и музеев – на все это достанет времени, даже если Вы, упаси Бог, десять раз подряд прослушаете пятнадцатиминутную сонату. Это, кстати, займет всего два с половиной часа.

 

MargarMast: Я с этим согласна. Вы правы – чтобы в чём-то разбираться углублённо, нужно это изучать и познавать, влезать в детали и анализировать – именно это отличает человека профессионального от дилетанта. Согласна. И всё-таки, при всём при этом – следя за творческим путём развития одного пианиста – не упускается ли при этом много других, обойдённых и незамеченных за недостатком времени? Я здесь практически не слышала ни от кого комментариев, посвящённых Раду Лупу. А ведь он – абсолютно выдающийся, самобытный пианист. Это сочетание мощной выразительности и лиризма, очень тонкого понимания произведения и умение донести его до публики. Поэтому, у меня вопрос – ну почему всё-таки такая сосредоточенность на каких-то уже начищенных до блеска от бесконечных прикосновений именах? Это всё равно, что постоянно говорить только о Леонардо да Винчи в живописи или о Микеланджело – в скульптуре. Ну, ведь мир многообразен, и каждому отводится в нём своё место. Вот Михаил Коллонтай говорил очень интересно о том, что Сен-Санс, при всех своих бесконечных и разнообразных дарованиях, не прогремел так, как Скрябин. Может быть, конечно, это и было связано с тем, что он был слишком одарённым человеком, что ему было отпущено слишком много таланта в разных областях, и композиторство для него не было главным. Тоже некоторая размазанность по миру. То есть – я могу Вас понять, когда Вы говорите, что сосредоточение на чём-то одном, да ещё таком явлении, как Рихтер, действительно позволяет охватить многое. И всё-таки, всё-таки… Мой вопрос насчёт сочетания «глубокого» и «широкого» остаётся. Собственно, это вопрос, который волнует меня лично, поскольку я сама человек, достаточно разбросанный по многим вещам — и, конечно, мне не хватает углублённых знаний в определённых областях. И, тем не менее, хочется как-то ухватить в этом мире, который даёт столько всего на выбор, как можно больше. Не хочется ничего упускать. Ни концерт Рады Лупу, ни выставку Гогена, ни фейерверки Четвёртого июля, ни колокольный звон, и потому просто не остаётся двух с половиной часов на прослушивание одного только Рихтера. Вы понимаете, что я хочу сказать?

 

Yuriyauskiev: Вопрос не ко мне, но постараюсь ответить. Всё это общие слова, причем, подкупающе правильные вроде бы. То есть, при определенном складе ума или развитости (или неразвитости) вкуса можно встать на такую точку зрения – не проходить мимо, всем интересоваться, всё охватить, короче, вести многогранную духовную жизнь. Количественно это, возможно, впечатляет, но не всегда свидетельствует о настоящем качестве. Правда, что такое «настоящее»? Тут мне сразу возразят.

Не хочу долго распространяться, поэтому приведу в качестве примера вновь услышанный ор.111 у Плетнева. Клюнул на восторженные отзывы. Заставил себя просидеть без малого полчаса и чем же в результате обогатился? Глубокомысленные замедления в первой части сменяют пританцовывающие аккорды. Во второй отсутствует стройность развития. Только в конце он, наконец, заинтересовал. Потрачено время, которое надо беречь и не транжирить. Это я особенно начал понимать после смерти Вити Зеленина, так много не завершившего. Каждому естественно слушать того, кто ему близок. Но выполнять при этом повинность из-за боязни что-то упустить – увольте. Я музыку слушаю, а для этого мне нужен близкий мне исполнитель, с которым я «вибрирую».

Упомянутые классики Возрождения тут совершенно ни при чем. Это возражение годилось бы, если бы кто-то слушал, скажем, одного Баха. Рихтер же оставил след в постижении разной музыки – загляните в выложенные здесь записи. И ему всегда было, что сказать. Как он объяснял молодежи Концерт Берга во время репетиций! А как вместе с дирижером Карлом Рихтером показывал на репетиции, что нужно делать (есть такое видео). Поражают его указания во время разучивания вокальных произведений – с Ниной Дорлиак или Галиной Писаренко. Я всё это слышал в записи и поражался. Это огромный мир, к которому не подойдешь с «общим аршином».

 

MargarMast: Юрий, спасибо за этот ответ. Но слышали ли Вы Раду Лупу? И потом – Вы знаете, такого идеального резонанса слушателя с исполнителем, как у Вас с Рихтером – раз-два и обчёлся. Вероятно, Ваши внутренние миры очень гармонировали. Но считать, что все остальные люди – те, кто думает или чувствует по-другому, «не доросли», поскольку Рихтер – слишком большая для них величина, и если им что-то не нравится в его исполнении – то, значит, у них не хватает вкуса или глубины понимания – по-моему, некоторое преувеличение. Опять же — при всём уважении и принятии Вашей точки зрения, получается, что она у Вас с Рихтером – единственно правильная в мире. Ну, Вы же математик. Вы знаете, что «этого не может быть, потому что не может быть никогда».

 

antidote: На самом деле, тут возможны два пути и разница между ними все определяет. Есть «узкая специализация» и зацикленность на чем-то одном, и она связана с тем, что человек сам по себе узок, однобок, не может видеть дальше собственного носа. А есть иное: когда человек обозрел уже некоторую широкую область и увидел расположение и соотношение многих вещей в этой области. И выделил и понял в ней для себя главное. Первое связано с невозможностью преодолеть самые начальные ограничения, а второе – дело сознательного и понимающего выбора. Первое – это сосредоточение на одной вещи, а второе — попытка увидеть весь мир в одной вещи. И ровнять эти позиции неправильно.

Разбросанность же гибельна для человека. Интерес нужно в себе давить и побольше себя ограничивать. Небольшой голод только обостряет вкус. Слушание музыки после недельного перерыва приносит чрезвычайно яркие впечатления. Быть на поводу у своих интересов просто вредно, это опустошает и притупляет.

 

 

Глава 027

 

Карл Мария фон Вебер

 

 

Вольный стрелок

Опера

Премьера: Берлин, 18 июня 1821 года

Дрезденская государственная капелла

Хор Лейпцигского (Центральногерманского) радио (MDR)

Карлос Клайбер (дирижер)

 

ILkor: Друзья, все-таки какое название у данной оперы верное – «Вольный» стрелок» или «Волшебный»? Я сталкивался с обоими вариантами перевода.

 

Andrew_Popoff: Точный перевод Freishutz – Вольный стрелок. В XIX веке русская цензура потребовала заменить слово «Вольный» другим. Так у нас стрелок стал Волшебным. Но, помимо цензуры, есть и другой резон именовать оперу «Волшебным стрелком». Вольный стрелок в русском и в немецком имеют очень разное значение. В немецком – это член негосударственного (вольного) охотничьего общества, которое было зарегистрировано в реестре и платило пошлину за право его членов заниматься охотой. Поскольку в России таких обществ не было, вольный стрелок имеет в русском языке совсем другой смысл – где хочу, там и стреляю.

Что касается слова «Волшебный», то волшебства и всякой чертовщины в опере предостаточно.

 

Phalaenopsis: Будьте добры, укажите, где можно взять русскоязычный вариант оперы?

 

sergei_sergunin: Не разочаруйтесь!

На русском хорошо именно русское.

 

Phalaenopsis: Это правда.

«Борис Годунов» на итальянском – испорченный фарш.

 

bubusir: Я уточню у папы, на русском, кажется, во Львове ставили, в начале шестидесятых.

 

Andrew_Popoff: Если бы и запись сохранилась, было бы замечательно.

 

bubusir: Боюсь, что не сохранилась. Но, в 60-х труппа и оркестр, вроде, были очень неплохого уровня. Папа рассказывал, что был в то время в филармоническом оркестре вокальный ансамбль, трио охотников … Со слов папы – очень смешно исполняли:  три тенора, все толстые, все маленького роста и с кривыми ногами; а в технически сложных местах они, как индюки пели, папа говорит, было очень смешно, весь зал смеялся, специально ради этого номера некоторые люди приходили.

 

Mikhail_Kollontay: Уморили! Я не знаю, все ли тут видели реально индюков и слышали их голоса. У нас соседи индюшек держали, я насмотрелся. Чудные невероятно.

 

Andrew_Popoff: О, я их хорошо в детстве наслушался. Удивительные музыканты.

Самец, время от времени, исполняет виртуозные флейтово-кларнетовые ритурнели, тряся хоботком. А самка, сзывая индюшат, играет пульсирующие стаккато четвертями в темпе – сто двадцать.

 

Phalaenopsis: Эта опера стала предтечей всего творчества Рихарда Вагнера.

 

Mikhail_Kollontay: По мне, есть Вебер, и есть его дальнейшее размыливание.

 

Opus88: Точно, очень добротная немецкая мыльная мануфактура – тонны хорошо упакованного продукта – пенится и радует глаз сытых и опрятных бюргеров.

 

Mikhail_Kollontay: Вполне вероятно, что это субъективно, но мне Вебер представляется последним оплотом благородства дел и помыслов в музыке. Рыцарство, его идеалы.

 

 

 

 

 

 

Глава 028


Людвиг ван Бетховен

 

 

Концерт для скрипки с оркестром ре мажор (1806) op. 61

Берлинский филармонический оркестр

Эрих Рён (скрипка)

Вильгельм Фуртвенглер (дирижер)

 

Alian: После этого исполнения не хочется слушать никакого другого. Это сильнее даже фуртвенглеровских записей с Менухиным.

 

Novick: Концерт проходил 12 января 1944 года в Берлине. В это время советская авиация уже совершала налёты на столицу Рейха.

 

Intermezzo: В записях Ванды Ландовской часто слышны разрывы бомб.

 

M_I_: Кстати, после войны кто-то упрекнул Фуртвенглера: как можно было играть Бетховена в Германии Гитлера? На что Фуртвенглер ответил: «А почему в Германии Гитлера не должен был звучать Бетховен?» Для настоящего художника музыка стоит выше политики.

 

Эта запись сказочно хороша. И слышна хорошая акустика помещения. Может быть, это зал Берлинской филармонии, который еще не был разбомблен.

 

Исполнительский шедевр.

Сочетание оркестра и солиста идеальное. Иногда кажется, что инструменты оркестра, как живые существа, слушают скрипку солиста.

 

Yuriyauskiev: В начале 80-х спросил у Олега Кагана, в чьем исполнении ему нравится скрипичный концерт Бетховена. Он назвал Эриха Рёна и, кажется, старую запись Менухина. Я тогда не был знаком с исполнениями Хейфеца, Шеринга и многими другими. Олег играл его, но мне не посчастливилось услышать.

Трудно сказать, какой концерт мой самый любимый (даже постановка вопроса какая-то неумная), но, бесспорно, концерт Бетховена – один из самых-самых. А вот авторское переложение для фортепиано вызывает недоумение. Слушал его в исполнении Башкирова. Не впечатлила сама музыка. Лучше бы её вообще не было.

 

Novick: Не слышал переложения, но при прослушивании первой части у меня сложилось впечатление, что это очень фортепианная музыка, что концерт сочинялся пианистом для своего любимого инструмента, а не для скрипки.

 

samlev: Исполнение на все времена.

 

 

 

 

Глава 029

 

Александр Сергеевич Даргомыжский

 

 

Каменный гость

Опера (1866 — 1869)

Премьера — 4 (16) февраля 1872 года на сцене Мариинского театра в Петербурге.

Большой симфонический оркестр Всесоюзного радио и Центрального телевидения

Александр Орлов (дирижер)

 

Mikhail_Kollontay: Просто к сведению, поскольку «Каменным гостем» я много занимался. Существует первое издание клавира, более или менее близкое авторскому тексту, но уже с увертюрой и дописками Кюи. Существует последующее издание, где по тексту бестрепетно прошелся Римский-Корсаков. Партитура Николая Андреевича, при моей всей любви и благодарности к этому человеку, мало отражает суть явления — перед нами, без сомнения, камерный проект. В итоге мной лично сделаны следующие вещи:

 

  1. Выправлен заново напечатанный авторский клавир по авторской рукописи, хранящейся в Публичной библиотеке в СПб. Этот клавир размещен на моем сайте (я забыл там стереть окончание первой картины, принадлежащее Кюи, в остальном там все чисто – кстати, кроме того, что не нужна увертюра, автор не дописал еще и заключение третьей картины, а заключение второй выглядит наброском, впрочем, вполне читаемым и достаточным).

 

  1. Сделана запись этого клавира, на рояле, с привлечением второго пианиста, ибо перед нами «дирекцион», а не полноценный клавир для двух рук. Сделана она на радио, играл я с привлечением пианиста Александра Беломестнова, поют всего четыре певца (как это практиковал кружок Даргомыжского, что позднее постоянно и как бы ритуально повторялось уже после его смерти): Алексей Мартынов, Наталия Герасимова, Николай Мясоедов, Павел Черных (последний тогда еще пел басом). Запись эта сделана на радио, примерно, в 1987 году и должна бы храниться в фонде радио. Копии у меня нет, и я ее с тех пор не слышал. В эфире она, конечно, бывала. Запись не очень получилась по ряду причин, но какое-то представление, конечно, дает.

 

  1. В 1995 году мне была заказана инструментовка этого самого авторского клавира для камерного оркестра, я использовал четырнадцать человек, и в таком виде опера была поставлена в Клагенфурте (Австрия). Партитура также размещена на моем сайте. В ней надо делать поправки, редактировать ее дальше, ну, просто нет времени. В принципе, дома также хранятся где-то и оркестровые голоса, все та же проблема – нет времени, да и надо бы сначала «добить» партитуру. Партитура моя, конечно, уступает авторскому клавиру – я ее написал, поскольку просили, но отношение мое к ней сдержанное. Записи этой постановки у меня нет, ни в каком виде, и я на премьере не был. На сайте есть где-то также буклет спектакля, может быть, еще какие-то материалы, я не помню. В принципе любительская запись аудио где-то была, но я ее, видимо, потерял. Дон Жуана там пел Александр Науменко, тенор, а не бас, это другой человек, живущий в Англии, о других ничего не помню. В России никто интереса к этому проекту не имеет, хотя в свое время говорил с Б. А. Покровским, а совсем недавно с А. Б. Тителем на такую тему. Но никаких материалов они оба не видели, так что, видимо, руководствовались больше театровскими воспоминаниями, и понять эти отказы можно легко. Еще кому-то предлагал, не помню уже, кому именно.

 

————————

 

Mikhail_Kollontay:  Меня снова призвали рассказать о том, как я работал с «Каменным гостем». Нового только то, что оперу в подготовленном мною виде поставили в двух местах:

 

  1. Санкт-Петербургский театр «Зазеркалье» – но, видимо, там нигде не объявлено, что авторская редакция и моя оркестровка, так или иначе, я не видел спектакля, не получил никаких материалов – буклета, программки, ну хоть чего-то (отсюда и делаю выводы о не упоминании моего имени).

 

  1. Учебный театр Российской государственной специализированной академии искусств. Та же ситуация, не имею никаких документов. В обоих случаях имею подтверждение, что да, спектакль вышел и демонстрировался, но ничего больше не знаю.

 

victormain: Да, Миша, спасибо, я тот комментарий в своё время зевнул. Как лучше исполнять в конечном итоге: петь под клавир-дирекцион или с Вашей оркестровкой?

 

Mikhail_Kollontay: Я свою оркестровку не признаю̀, попросили – сделал, как делают какие-то аранжменты «Коронации Поппеи», где ведь ничего, кроме баса и вокальных партий, но не верю, что сам автор понимал, как быть в этом случае: опера камерная, а что такое камерный оркестр, тогда никто еще не знал. Поэтому клавир не написан так, чтобы просто брать оркестр «Носа», скажем, и оркестровать. Я взял в основе именно такой оркестр (только два кларнета, а не один) и выкручивался, но сомневаюсь, чтоб оно в радость. Однако что я могу сказать, когда, говорю же, не слышал, как звучит партитура, и спектакля тоже не видел, хотя уже три постановки было (первая в Австрии ещё). Остаётся играть под рояли, но — тогда некрасочный аккомпанемент, тоже урон. Я думаю, всё же уж лучше рояль, он хоть не раздражает, как павлиньи оркестровые перья, не туда пришитые. Еще, Витя, я не сказал о характере корректировок Римского-Корсакова. Их два слоя. В первом издании они минимальные, еще остатки совести оставались (и пиетета в отношении мэтра). А во втором издании клавира чистка уже более глубокая, хотя только в деталях гармоний, конечно. Совсем не так, как Николай Андреевич делал у Мусоргского, который для него не был авторитетом, видимо. Но по совокупности поправок разница ощущается всё же. А уж особенно досадно слышать ненужную музыку, дописанную чужими руками. Ведь не случайно же Даргомыжский не закончил две сцены, особенно первую, где, я полагаю, его не устроил пушкинский текст, Лепорелло занимается каким-то довольно пустопорожним резонёрством. Для уточнения: у Даргомыжского заканчивается репликой: «…с бровей ли, с ног ли», плюс один такт. Дальше идет Кюи. А увертюра слухом отчленяется легко – основное действие (Даргомыжский) начинается с уныло покачивающегося До мажора (декорация монастыря, может быть).

 

victormain: Спасибо большое за детали, очень интересно.

Что до Римкого-Корсакова и Мусоргского, то я думаю, беда была как раз в том, что Николай Андреевич слишком любил Модеста Петровича и восхищался им. И именно поэтому вся эта чертовщина с безобразиями редакторскими и возникла. Он не мог пережить, что такой хороший, замечательный, гениальный Модест – и такую ерунду повписывал. Плюс академический бзик, возникший, как мы помним, от комплекса неполноценности. Многое тут намешалось. Но всё, конечно, на искреннем посмертном желании помочь. Те самые благие намерения, которыми вымощено, знаем что.

 

 

sir Grey: Продолжайте вашу беседу, пожалуйста…

 

Mikhail_Kollontay: Да, забыл указать, что перед московскими постановками я заново переделал всю партитуру. Отсутствие второго кларнета в первом варианте не давало ничего сделать в аккордах, я ввел второй кларнет, и практически все от этого сползло в нужных направлениях, гобой перестал торчать гвоздем, как и валторна и так далее. Ну и кое-какие еще мелочи поправил. Так что если возникнет ранний вариант моей партитуры, его не надо учитывать и применять. На моем сайте размещён второй ее вариант, думаю, окончательный.

 

 

 

 

Глава 030

Георгий Васильевич Свиридов

 

 

Маленький триптих

Большой симфонический оркестр имени П. И. Чайковского

Владимир Федосеев (дирижёр)

 

gross: Пока не иссяк разговор о Свиридове, приглашаю послушать это произведение. На мой взгляд, это картины древнерусской жизни.

 

1 часть. Повседневность. Труды праведные.

2 часть. Страшная весть. (В середине бросается в уши совершенно «неаккордовы» вопль из толпы).

 

3 часть. Уходящее войско. Со свистом, звоном и лязгом — громить супостата. И лишь облако пыли осталось над дорогой.

 

MargarMast: Очень интересное толкование, но только, всё-таки, мне не слышится такого развития сюжета. Напротив, по-моему, здесь передано всё богатство русского духа и его полного единения с природой – все эти колокола, и праздничные, и торжественные, и печальные – целая красочная палитра – и всё это на фоне безграничных просторов русской природы, тиши, реки – того, чем и завершается триптих. Так мне кажется.

 

musikus: Остается только поражаться до чего различны восприятие и воображение. Мне так казалось, что «Триптих»  несомненная и ярчайшая картина русской природы, великой Руси. В первой части – раскрывающийся, распахивающийся, как в стереопанораме, потрясающий душу пейзаж с высоты птичьего полета – в элегическом пении струнных. В совсем краткой, на несколько тактов, второй части — композиционно необходимая, контрастирующая перебивка с могучим и величественным звучанием медных. И в третьей, с ее «балалаечным» пиццикато – русская, почти гоголевская, тройка, убегающая в бесконечную даль и исчезающая за горизонтом. То есть – никаких, даже в первом приближении, военно-исторических ассоциаций.

 

gross: Такие мы разные… Картина «русской природы» и «великой Руси» — далеко не одно и тоже. Пейзаж и Держава. Пейзаж мне здесь не видится. «Балалаечной» тройки тоже не вижу: не тот темп, не тот ритм. Кстати, у Свиридова есть очень известная «Тройка»,  неужели похоже?

 

antidote: Война интерпретаций!

Действительно, насколько различно восприятие. Я вот слушаю и ничего не вижу. Какие-то пейзажи, держава, сюжеты… Это же музыка! А если быть слепым от рождения? Как тогда слушать Свиридова? Ни природы, ни уходящего войска…

 

musikus: Хотелось бы искренне посочувствовать, но Вы, antidote, говорите об этом так, будто «на самом-то деле», музыка «действительно» не ассоциируется ни с какими зрительными образами, а все разговоры об этом – блажь. Но если бы только у нас, фантазеров, так было. Вот ведь Рихтер всю музыку, которую играл и вообще слышал, переводил в зримые и словесные образы (если угодно – визуальные и вербальные). И никогда не отрекался от них, восклицая: «Это же музыка!»

 

antidote: Да, видимо, отсутствует, за исключением ярких и очевидных случаев. Правда, я не вижу тут особого для себя горя.

Опять же, ответьте, слепому закрыта музыка? Представляю себе слепца, который слушает музыку и говорит: вот здесь, во вступлении изображен запах бананов, а потом идут луговые травы. А у кого не развито обоняние, оно ассоциирует со вкусом.

 

musikus: Совершенно ложный посыл. Слепому музыка не закрыта, разумеется. Но ему, действительно, закрыт весь визуальный ассоциативный ряд. Его восприятие музыки ровно настолько беднее, насколько его сенсорика ограничена в сравнении с нормой. Это просто очевидно. Ожидаю аргументов типа: «А как же Хельмут Вальха и прочие?» Да никак. Лучше быть зрячим, слышащим, осязающим, обоняющим, чем мертвым обрубком. При прочих равных условиях это всегда лучше. Художественная фантазия здорового человека – в общем случае – всегда будет богаче. А в искусстве это немаловажно, мягко говоря.

 

antidote:  Я совершенно искренне уверен, что «увидеть» в музыке можно только в пределе, например, при прослушивании шедевра, когда потрясение и воздействие оказывается так велико, что возникает некое «слуховое видение», а музыкальная ткань становится почти осязаемой. Но это никак не связано с обычными ассоциациями, которые есть лишь некий рефлекс.

С другой стороны, я вовсе не принижаю возможностей других людей придать восприятию словесную форму через серию образов. Но для меня они ни в коем случае не носят прямого характера, и никогда не полагал, что они имеют буквальный смысл для тех, кто их высказывает.

 

alexshmurak: Не рискну брать на себя роль миротворца, но скажу, что ассоциации, разумеется, обогащают что угодно, и в особенности невербальные сообщения, в том числе и музыку.

И в то же время заинтересованно дискутировать, «о чём же эта музыка», я полагаю малоэффективным. Скажу ещё более. Чем больше различных и интересных ассоциаций вызывает музыка, тем она ценнее.

 

MargarMast: Спасибо, друзья, что вы есть. Для меня вы все – украшение моей жизни. Не хватает только mikrus72.

Всем до завтра!

 

 

 

 

Глава 031

 

Пётр Ильич Чайковский

 

 

Гамлет

Увертюра-фантазия по Шекспиру для оркестра фа минор (1888) Op. 67

Российский национальный оркестр

Михаил Плетнев (дирижёр)

 

Adcv: Слабая плакатная музыка, подходящая для постановки в провинциальном театре. Много шума и пустых страданий. Впрочем, финал увертюры прекрасен.

 

musikus: Бедный Петр Ильич… Проштрафился. Постепенно он становится лишь бледным однофамильцем Бориса Александровича.

 

precipitato: Точно, есть такой крен.

 

Adcv: Просто в этой музыке много учености, но мало свежих идей.

 

musikus: Ну да, да, конечно. Петр Ильич вообще был ученый сухарь, а уж с идеями — где ему до нас… Недалекий был человек.

 

Adcv: Но у него часто выпирает ученость, которая не видна в лучших партитурах. При этом Пётр Ильич считал Мусоргского безграмотным. Не нравятся мне музыкальные академики… При этом Скрипичные концерты великих однофамильцев мои самые любимые музыкальные опусы, наряду с Третьим концертом Рахманинова. Поэтому Бориса Александровича часто упоминаю. А лучший наш композитор Мусоргский. Это объективно, хотя я больше люблю Бориса Чайковского. Он мой любимый композитор.

 

Andrew_Popoff: Наезд на Петра Ильича я безнаказанным не оставлю. Чайковский – единственный русский композитор, которого можно ставить в один ряд с Бетховеном. Возможно, еще Глинку, если бы тот не ленился и писал больше. При всем моем уважении к Мусоргскому и другим. «Гамлет», конечно, не Шестая симфония. Писался по заказу, в сжатые сроки – нужны были деньги. Никакой особой учености там нет, просто не его герой.

 

Adcv: Вот «Манфред» другое дело! Феноменальная партитура, особенно красочные вторая и третья части. Там Ильич выразил тему Гамлетизма в полной мере.

 

Andrew_Popoff: Дорогой Adcv, нет ничего объективного. Я безмерно уважаю Модеста Петровича, знаю наизусть, наверное, всю его музыку, включая такие недоразумения, как «В деревне» или Сонату для фортепиано в четыре руки. Я даже, соглашусь, пожалуй, что «Хованщина» лучшая русская опера. Но я не соглашусь, что Мусоргский лучший русский композитор. Тут вообще не может быть никакого рейтинга.

 

MargarMast: Скажите, Андрей, а как Вам кажется, почему такая вещь, как «Гамлет», оказалась проходной у Чайковского? С его «Ромео и Джульеттой». С его байроновским «Манфредом». Не странно ли это?

 

precipitato: Елена, у Чайковского очень много музыки низкого качества, Гамлет не самое плохое, есть много страшней.

 

 MargarMast: Дорогой Юрий, да я в этом не сомневаюсь — просто меня удивляет, почему именно «Гамлет» одно из сильнейших шекспировских творений, – оказался в таком плачевном виде. И я не говорю, что это самое слабое его произведение – просто уж больно тема мощная.

 

precipitato: Ну, трудно сказать, почему он ее не потянул; спешил, может быть, или не чувствовал в себе ничего гамлетовского.

 

 

 

 

 

 

Глава 032

 

Сергей Анатольевич Ярунский

 

 

Вокализ

Для смешанного хора (1989)

Камерный хор военно-музыкального центра сухопутных войск Вооружённых Сил Украины

Марина Гончаренко (дирижёр)

 

MargarMast: Чудесный «Вокализ», но – подражание Перголези, Рахманинову, Чайковскому и Свиридову вместе взятым.

 

yarunskiy: Никому я тут специально не подражал. Это записанная по памяти импровизация. Ну, психанул… И всё тут. Юный был, восемнадцатилетний.

 

MargarMast: Если это импровизация на тему – то, наверное, так и должно быть написано – нет? Почему психанули? Вот как раз элемента психанутости я там не вижу – на редкость умиротворяющая вещь. Но – очень подражательная. И – потому именно – красивая.

 

yarunskiy: Потому и единственная, что в ней есть подсознательный элемент подражания, свойственный юности. А психанул в том смысле, что я не собирался сочинять хор, но меня уговорил мой педагог по композиции Александр Стецюк. Я прямо в классе наиграл ему, как мне тогда представлялось, всё, что под пальцы попало, не особо себя утруждая. Он воскликнул: «Вот и хорошо! И запиши это».

Я так и сделал.

 

MargarMast: Боже, Сергей, ну мы всё уже про Вас поняли, – что композиции Вам давались легко, что профессора Вас любили, что Вы могли сымпровизировать всё, что угодно на каком угодно инструменте – браво, браво, браво! И, вообще, всё у Вас в жизни хорошо — и мы (по крайней мере, я) – этому несказанно рады! Честное пионерское!

 

yarunskiy: Рассмешили!

Профессора меня не любили и отказывались от меня – за что им Большое Мерси!

Во время исполнения моей дипломной работы («Кибалион-симфония») от меня в день государственного экзамена отказался преподаватель – Яков Лапинский. После исполнения «Метафизики» на третьем курсе от меня отказался Дремлюга. Не знаю, хорошо это или плохо, но в консерватории тогда говорили, что я учился у себя самого.

А импровизировать я умею только на двух инструментах: фортепиано и баяне.

 

 

 

 

 

 

Глава 033

 

Александр Николаевич Скрябин

 

 

Прометей

(Поэма огня) Op.60

Государственный академический симфонический оркестр СССР

Евгений Светланов (дирижер)

Святослав Рихтер (фортепиано)

Запись 1988 года

 

Inversiya: Бальзам на душу!!

Главный оркестр страны, корифеи дирижирования и исполнения. Музыка…

К стыду своему, у Скрябина люблю только эту вещь.

До понимания остальных, увы, пока не доросла.

 

Andrew_Popoff: Ничего себе!

Самое сложное и авангардное сочинение Скрябина (не считая Десятой сонаты) дошло, а «Поэма экстаза» или, хоть, «Прелюдии» не дошли…

Поразительно!

 

Inversiya: Ну, что поделать?

Сонаты, этюды в счёт не идут. А «Поэма экстаза» для меня звучит кокофонией.

 

Andrew_Popoff: Удивительно, как по-разному мы слышим.

Я «Поэму экстаза» числю по разряду ясной и понятной музыки, где отчетливые мелодии, ясная гармония. Услышать прометеевский аккорд значительно сложнее. Я Скрябина очень люблю. Мне кажется, что он всю жизнь создавал единую конструкцию, порядок опусов выстраивается в законченную связанную линию с кульминацией в точке золотого сечения (Седьмая соната). По крайней мере, трудно найти более цельного музыкально композитора. Попробуйте слушать с самого первого опуса и далее, возможно Вы услышите его музыку иначе.

 

Adcv: «Прометей», действительно, гениален, хотя у позднего Скрябина чувствуется сатанизм, что отталкивает его потенциальных слушателей. А музыка восхитительна, особенно партия фортепиано.

 

Inversiya: Вы будете смеяться, но вчера посмотрела перечень произведений Александра Николаевича и остановила выбор на «Сатанической поэме». И…понравилась.

 

Mikhail_Kollontay: С «Сатанической поэмой» была личная история. Без всякой связи с ее названием я хотел ее выучить, как пианист, несколько лет назад. Однажды сижу за роялем, комфортно, спокойно разбираюсь, медленно. И вдруг меня постигает сердечный приступ — пока единственный в моей жизни. С тех пор принимаю лекарства, а поэму эту больше не открываю.

 

Andrew_Popoff: Еще хуже история с фильмом «Дуэль» по повести Чехова. Все, кто в нем снимался, вскоре умерли.

 

Yuriyauskiev: Cведения от близкого Рихтеру человека и крупнейшего музыканта.

Святослав Теофилович начинал учить Второй концерт Прокофьева. Трудно сказать, сколько он успел выучить, но тут умерла (покончила с собой) Валентина Константиновна Куфтина, близкий его друг, профессор Тбилисской консерватории, человек, мнением которого он дорожил. Пришлось отложить работу над концертом. Как только он возобновил ее снова, умер еще один близкий ему человек. Рихтер усмотрел здесь некое предзнаменование и больше к этому концерту не возвращался.

 

Со слов Генриха Густавовича Нейгауза мы знаем, что по рихтеровской фантазии в третьей части Второго концерта «дракон пожирает детей».

 

Напомню (написано в книге Я. Мильштейна), что Второй концерт Прокофьева, «Hammerklavier» Бетховена и Вариации Брамса на тему Паганини по Рихтеру есть три кита пианизма.

 

MargarMast: Охотно верю, что Рихтер не стал играть этот концерт именно по этим причинам.

 

From: Вот потому Скрябина мало кто нормально играет, что стараются обходить стороной его идеи. Седьмая соната – одна из самых проблемных. Ну, а что касается Рихтера, он исключение, он и сам был творец.

 

Кстати, по поводу авангарда…

Что в «Прометее» этакого? Лишь новая гармония. Форма, развитие – все точно так же. Прометеев аккорд весьма охотно можно услышать, это самое «чистое» созвучие из всех, что мне доводилось слышать.

 

Inversiya: Это профессионалы, которые знакомы с понятием формы, могут, сравнивая несколько произведений, сказать, одинаковые или разные у них формы. А любителем музыка воспринимается через содержание. Такого содержания до Скрябина  не было у других композиторов, значит — авангард.

 

Andrew_Popoff: Любопытный взгляд. Вы считаете, что содержание заключается в гармонии? По правде сказать, гармония – лишь один из элементов формы. А есть и другие элементы формы – ритм, динамика, тембр… В музыке невозможно отделить форму от ее содержания. Форма же, как структура, объединяет все элементы в единое целое. Если провести аналогии с литературой, то форма – это сюжет, а элементы формы – персонажи.

 

Inversiya: Если сравнивать с литературой, то в ней форма – это роман, повесть, рассказ, а содержание – их сюжет, типажи, характеры.

 

Andrew_Popoff: Ну, нет же! Роман, рассказ, повесть – это жанры. В музыке, соответственно, симфония, соната, полька, марш. Сюжет – форма. Согласитесь, что в разных романах он бывает разным. Что касается содержания – это и не сюжет, и не персонажи, а идея, которую писатель хочет донести до читателя. К примеру, в «Преступлении и наказании» много идей. Основные – невозможность оправдать самую благую цель преступными средствами для ее достижения, необходимость покаяния и искупления грехов и так далее. И в музыке содержание находится не в форме или ее элементах, а над всем этим, как некая голография.

 

Inversiya: Почти убедили. Почти, потому что жанры в литературе тоже имеют своё деление, одно из них – деление по форме: роман, повесть, рассказ…(это вот сейчас подчитала в словарях для самоконтроля).

 

Теперь об идее музыкального произведения. Если в литературе её можно извлечь из текста, то в музыке прочтение идеи чисто умозрительное, субъективное, если, конечно, заранее не ознакомиться с толкованием, которое даёт произведению сам автор.

 

Andrew_Popoff: По поводу первого:

Не замечали ли Вы, что все виды искусства некоторым образом отражали реальность, но музыка никогда напрямую этим не занималась? То есть, можно, например, написать пьесу и назвать ее «Табурет». Однако табурет нарисованный или описанный в некоем литературном тексте всегда будет предметнее и осязаемей, не так ли? Содержание музыки часто вообще не имеет вербального выражения – мы его чувствуем, но описать не можем словами. И отражает оно те вещи, которые плохо передают слова. Как правило, саму себя. Музыку поэтому часто называют самым чистым видом искусства, поскольку она не изображает красоту, но сама является красотой, аналогов которой в природе не существует. Именно этим музыка и ценна. Ее содержание — ее красота.

 

Второе: Я назвал «Прометей» авангардом, конечно же, условно. Он не имеет никакого отношения ни к первому Авангарду, ни ко второму. Это настоящая позднеромантическая музыка. Но здесь весьма интересен именно гармонический строй. Функциональные связи настолько размыты, что тональность часто почти не ощущается. И необычайная красота прометеевского аккорда становится как бы музыкой сама по себе. Скрябин впервые ввел идею того, что можно сочинить не мелодию, а всего лишь один аккорд, в который возможно вложить столько информации, что он станет равнозначен мелодии или главной теме. А это уже некий мостик даже не в первый, а во второй, послевоенный авангард.

Консерватизм же Скрябина в отношении музыкальных форм сыграл злую шутку с его музыкой. Я очень люблю Скрябина, но если бы любил чуть меньше, имел бы возможность сказать, что данный факт вносит в его произведения почти незаметный, но вполне ощутимый при многократном и внимательном прослушивании привкус салонности.

 

 

 

 

Глава 034

 

Игорь Фёдорович Стравинский

 

 

Концерт для скрипки с оркестром ре мажор (1931)

Патрисия Копачинская (скрипка)

Андрес Ороско-Эстрада (дирижёр)

 

Romy_Van_Geyten: Девушка совершенно атомная! Финал играет так, что поневоле начинаешь вместе с ней пританцовывать.

 

Lualm: Да…Русь босоногая. А кожа ка ножках белейшая – образ наиполнейший. Блеск и музыке и исполнителям.

 

musikus: По звуку вроде бы и ничего особенного (во второй арии хотелось бы помягче), но смотреть – одно удовольствие. Бестия. Такая вовлеченность, такой азарт… «Джем сейшн», и г р а. Это дорогого стоит. И прекрасное чувство ритма. (На босу ногу – это уже из области эпатажа, лишнее).

 

Romy_Van_Geyten: Она вообще девушка эксцентричная. Они с Курентзисом, собираясь выпустить диск со «Свадебкой» и Скрипичным концертом Игоря Фёдоровича, залудили фотосессию в духе XIX века, изображая жениха и невесту. Но артистка она совершенно замечательная. Настоящая.

 

alexshmurak: Выдержал полторы минуты. Пошлость – в звуке, фразировке, во всём.

 

Mikhail_Kollontay: Тут опять все в точку сошлось, музыка, дирижер, солистка. Недавно это с кем-то было в Третьем Рахманинова, я писал. Брррррр. Надо учесть, что у меня как раз рахманиновский Третий играют, так что ох. Заодно, приехал к нам на днях какой-то юный американский профессор и дал вот этой моей мастер-класс. Учил с оттенками играть начальную тему, с вилочками, и чтоб акценты аккуратно совпадали с басом: ре-ФА-ми-ре-ДО#ре-ми-РЕ. Я думал, моя весьма темпераментная Вивьен его убьет, но ограничилось дикими воплями возмущения по пришествии в мою студию. Хотела ехать в США поучиться, но теперь, видимо, поняла и вряд ли.

 

 

Romy_Van_Geyten: Отнюдь. Нет там ничего пошлого. Она играет достаточно свободно, но вполне в стилистике партитуры. Игра очень азартная и подкупающая. Финал так просто – огонь!

 

Mick_M: Слышал ее живьем года три назад в Вене. От «Крейцеровой» до рэг-таймов! Совершенно атомная барышня.

 

Opus88: И Алмаши она хорошо играет, и Уствольскую!

 

alexshmurak: Не играет она Алмаши.

 

bubusir: Играет. Это тот знаменитый случай, когда я не поехал на премьеру в Швейцарию, потому что визу поставили не на тот месяц, и обнаружилось это в аэропорту!..

Так я с ней и не познакомился.

 

Но, держите за меня кулаки! У меня есть шанс с ней познакомиться в воскресенье вечером!..

 

 

 

 

 

 

Глава 035

Борис Александрович Чайковский

 

 

Концерт для фортепиано с оркестром (1971)

Владимир Федосеев (дирижёр)

Борис Чайковский (фортепиано)

 

Mikhail_Kollontay: Я когда-то этот концерт учил (была идея сыграть его на конкурсе Чайковского, два концерта двух разных Чайковских – придумал сие Володя Рябов, кстати). Автор на это, посмотрев неизвестно куда – как всегда – отозвался так: «Не следует ввязываться в сомнительные предприятия», имея в виду не конкурс, а исполнение там его концерта. Надо сказать, сейчас жалею, что вместо того сыграл просто концерт Бетховена. И афиша, и сама музыка украсили бы конкурс, занятно было бы. Тем более, что дирижировал Федосеев, которому все это кстати. Но, все-таки, концерт не совсем и пошел, именно как-то не совсем я до него дошел. Помню, что увлекательно было играть вторую часть и финал. Сейчас, если бы была возможность, я бы к такой идее с удовольствием вернулся, просто проверить делом, что̀ оно такое. А пока и у меня есть вопросы. Вообще, в целом, с Борисом Чайковским не все мне ясно. Все время кажется, что там что-то есть, несмотря на то, что и не очень раскрывается, а нередко и прямо разочаровывает.

 

alexshmurak: Послушал. Язык не производит впечатление самостоятельного (сравните со Шнитке, Сильвестровым, Пяртом…). Если это топовая вещь композитора, то я не совсем понимаю причин настолько высокой его оценки.

 

Да и оркестровка, фактура, какие-то корявые, на ходулях как будто… Или я чего-то не понимаю, не раскусил фишки… То, что «сложно» (в плане языка) не несёт в себе некоей энергетики функциональных связей, как у Прокофьева или Шнитке, не говоря уже о Шостаковиче. Лирика несколько картонная, нет проникновенности, скажем, Свиридова или Шостаковича, изысканности Стравинского или Прокофьева. Словом, пока что не понимаю…

 

Mikhail_Kollontay: Концерт Бориса Александровича немножко, я думаю, в стороне от какой-то его магистрали. Думаю, это связано с тем, что он писал «под себя» как пианиста, это сильно-таки композитора сбивает с толку. Да и под Баршая, видимо. Своеобразная сила в этом сочинении есть, но, всё-таки, где-то в его основе слабина чувствуется, или просто еще не пришло время. Там просчет, две валторны слабы и жидки, да еще и трудны до рискованности, думаю, их надо сдваивать, кроме сольных случаев.

 

victormain: Просто на классных валторнистов писалось: у нас же у всех сплошной Буяновский на уме. А попались обычные. А я этот Концерт в разные годы (а знаю его с юности) по-разному люблю. Когда больше, когда меньше. Сейчас больше.

 

Mikhail_Kollontay: Не знаю, я слышал и с классными. В записи-то — сколько угодно, но в реальном концерте – не звучало.

 

precipitato: Там они очень высокие кое-где, сдвоить никак не получится, чисто не сыграет никто.

 

 childcomposer: Наверное, будет кому-то интересно узнать, что теперь, по новой программе, девятиклассники средних школ слушают на уроках музыки (искусства) первую часть – Токкату из фортепианного концерта Бориса Чайковского, даже нотный пример (первые такты) в учебнике приведён. Ещё в учебнике девятого класса представлены: Караманов, Канчели, Свиридов, Шнитке…

 

Andrew_Popoff: Давно не слушал этот концерт. Послушал с огромным удовольствием. Как свежо звучит! Какая мастерская штука!

 

victormain: Я тоже недавно переслушивал и с тем же впечатлением.

 

Phalaenopsis: Первый раз послушал этот концерт. Очень необычный. В самом начале я думал, что вступает «Led Zeppelin». Вторая часть, которая медленная, просто бесподобна. В общем, пока ничего похожего не слышал, и это радует.

 

precipitato: Было бы замечательно, если бы кто-нибудь нашел и выложил авторскую запись с Баршаем, сколько я помню – она более убедительна.

 

victormain: Оркестр у Федосеева играет, пожалуй, лучше. А вот сам Борис Чайковский с Баршаем солирует лучше, насколько я помню. Ну и по части zusammen там, кажется, точнее.

 

precipitato: Оркестр у Федосеева либо больше, либо искусственно увеличен звукорежиссером, а валторны, наоборот, слабые. Очень хочу ту запись, но она, видимо, канула бесследно — с тех пор и не встречал.

 

victormain: У меня винил стоит, но изрядно царапаный. Нами же и царапаный.

Ясно, что струнных у Федосеева больше. Валторны звучат, примерно, так же. Но звукорежиссёр в баршаевской записи, и правда, на голову выше был. Нормальное forte всё было, открытое, а тут подприжато. Сейчас, кстати, практически никто forte записывать не умеет: «под ноль, под ноль», – орут. В аналоге писали смелее, диапазоны, что ли, были шире. Большой барабан – так большой барабан. А сейчас я всё Саше Вустину сочувствую: обязательно погасят уровень. А настоящее forte, если уж оно вписано и играется, хрипеть должно, иначе не в кайф.

 

Mikhail_Kollontay: В те годы в Большом симфоническом оркестре (БСО) стандартом было – девять пультов первых скрипок. Что до записи, вполне возможно, что и стандарт был скорректирован. Я сколько раз и сам сталкивался: ОТК (отдел технического контроля) бракует запись по только ему вѐдомым причинам. Потом, Баршай, видимо, писал для «Мелодии», а БСО, скорее всего, для радийных инстанций, то есть разные люди работали. На мой взгляд, всё это неприятно, но – цветочки, а ягодки мы получили в виде мультитрека, где вообще звук отсутствует, а предлагается его синтетическая какая-то имитация.

 

Мне вообще кажется, что с валторнами Борис Александрович фраернулся по (относительной) молодости. Две валторны по концентрации звука – совсем не то, что два барабана, увы. Инструмент капризный, особенно вне массы. По мне и четыре-то валторны не звучат, я меньше пяти не могу. (Надо бы брать шесть, просто экономлю) Аналогично струнным, нужны массы валторн, по моему мнению, иначе получается скрипка, бубен и утюг, а не валторны. Меня вынудили в «Агнус Деи» взять четыре, ну и недозвучивают там они никак.  А концерт Бориса Чайковского я вживую слышал, играла Ира Беркович, валторны были просто ужасны. В записи-то можно как-то что-то подкручивать, выбирать, а когда вот они слюни и киксы, то да-с.

 

victormain: Миша, но вот Бриттену в «Серенаде» одной валторны хватило, и кто ни играет – всё здорово. Включая фортиссимо в пассакалии. Западники ладно, они питаются хорошо, но была наша запись с Буяновским (и замечательно поющим Зариньшем) – всё отлично.

 

Mikhail_Kollontay: Одна – конечно, это вообще другое дело, одну я тоже использовал. Просто тогда у него другая работа, и психологически он солист. А пара валторн – даже у Бетховена ведь. Поэтому я, Витя, и думаю, что у Бориса Александровича это такое отвлечённое изобретение.

 

victormain: Да, я, пожалуй, согласен.

 

podyachevpavel: Короче, что хотите, говорите, но это лучший концерт для фортепиано с оркестром!

 

Глава 036

Фридерик Шопен

 

 

3 ноктюрна Op. 9

Стефан Аскиназе (фортепиано)

 

Dreamka: Замечательно! Прекрасные ноктюрны, особенно второй.

 

busiyvolk: Класс!

 

MargarMast: Ой, какая прелесть — тебе действительно одиннадцать лет, как записано в твоей анкете?! Ну, какой ты молодец, что попал на этот сайт, просто замечательно! А то я хотела было сказать: «ну, что-нибудь побольше написали бы». Но теперь, пожалуй, воздержусь. А, вообще, ты можешь более развёрнуто что-нибудь написать, чем просто: «Класс!»?

 

Ну, ладно, ладно, не буду к тебе приставать, прости. Я вообще-то очень приставучая, здесь об этом знают, поэтому просто не обращают на меня внимания.

 

Только ты, всё-таки, сам себя заранее не хвали, хорошо? Пусть это сделают другие – я имею в виду лайки собственных комментариев.

 

Dreamka: Мне самой тринадцать лет, я очень люблю музыку и с огромным интересом изучаю её и, в принципе, согласна с тем, что комментарий невелик, но в то же время как точно и ёмко он выражает эмоции! По-моему, лишнего не надо…

 

MargarMast: Ты знаешь, дорогая Dreamka, «Класс!» это, конечно очень ёмкое выражение восхищения произведением. Но, всё-таки, иногда хочется узнать, а что же конкретно пленило слушателя, может, он хочет обратить внимание на какие-то моменты в произведении, которые ему особенно понравились и таким образом привлечь других слушателей либо к этому произведению, либо к этому исполнению. Представляешь, если бы все говорили в комментариях к большинству того, что здесь представлено –  просто «Класс!». Ведь это, несомненно, отражало бы их восторг, но тебе было бы это интересно читать? Думаю, что не очень, правда? Поэтому иногда хочется прочесть что-нибудь поподробнее.

 

Dreamka: Да, согласна с Вами, читать, конечно же, будет не интересно.

 

StrMUZ: И я о том же всем говорю, жаль, что никто не слушает.

 

 

 

 

Глава 037

 

Людвиг ван Бетховен

 

 

Концерт для фортепиано с оркестром №1 до мажор

(1795-98) op. 15

Симфонический оркестр «Columbia»

Гленн Гульд (фортепиано)

Владимир Гольшман (дирижер)

 

MargarMast: Нет, ну, это чистейший Моцарт, честное слово. Лёша, скажите мне, где здесь пахнет Бетховеном?

 

alexshmurak: Ну, это необычный Бетховен. Но это и не Моцарт.

 

DzhiTi: А я их вообще не различаю, если честно, увы…

 

Mikhail_Kollontay:  О, разница великая. У Моцарта начала сонат и симфоний могут быть волевыми, и почти всегда так, но потом, после обязательного барабанного боя, льстиво-угодливая побочная партия. На этом месте у Бетховена личное религиозное или любовное, какое-то такое, чувство. У Моцарта ничего подобного обычно нет. Медленные части Бетховена – разговор с Богом о любви. У Моцарта – приятный лимонадец для прохлаждения курфюрста или просто вельможи, на худой конец. У Моцарта нет немецкой пасмурности, есть жалоба. У Моцарта нет античного героя, которому обязательно выклёвывают печень, а есть Керубино в завитых горячими щипцами кудряшках с вечно мокрыми штанами. Исключения есть – я говорю о «в среднем».

 

samlev: Прошу прощения, не примите, как спор. Просто как дополнение.

 

За исключением пункта о разговоре Бетховена «с Богом о любви»  всё замечательно. Мне кажется, что медленная часть у Бетховена – всегда медитация. Тема не столь существенна. Главное, не воспринимать бетховенское снижение темпа и динамики, как лирику – будь то медленная часть или побочная партия. Это всегда приводит к нестерпимо фальшивой манере изложения.

 

Mikhail_Kollontay: Я столько там наболтал, что, может быть, не очень получилось то, на что Вы указываете, да. Сказано на контрасте, а контраст – вещь всегда неточная, из огня да в полымя, из куля да в рогожу. Только я бы не сказал, что быстрая (любая) часть – не медитация, она мускульная, может быть, но тоже медитация. Такое монастырское послушание, колка дров, например. Только медитация не минималистически-буддистская, а то могут и сюда наклонить. К Шуберту это ещё как-то наклоняется, к Бетховену вряд ли, несмотря на этот пресловутый финал Тридцать второй сонаты. А, может, и этот туда же уже, не знаю.

 

samlev: Мне очень подошло все, Вами сказанное. Вообще, как мне представляется, «медленно» отличается от «быстро» только большей степенью концентрации. В том смысле, что в Presto можно расслабиться – само вывезет на заданной энергии, а в Adagio нужно выкладывать всё, что есть внутри. Иначе разваливается. А у непонятливых всё наоборот.

 

Mikhail_Kollontay: Вот не знаю, у меня, индивидуально, никакой разницы нет вообще, ни в восприятии, ни практически. Что до Моцарта, я вольно пересказал Яворского.

 

samlev: У Чичерина вообще несколько извращенный ум и странная способность, излагая, скользить где-то рядом, чуть касаясь, оставляя читателя совершенно холодным. Может, от этого и любовь именно к Моцарту? Тот тоже старался не очень-то себя затрачивать?

 

Mikhail_Kollontay: Мне умные говорили, что Allegro – более быстрый темп, чем Presto для тех времён, между прочим. Как-то мне объясняли разницу, но я, конечно, ничего не понял или забыл. Только понимаю, что значения разные, не только в скорости там дело вроде бы.

 

samlev: Интересно. Может, более буквальным следованием размеру, где каждая доля в Allegro обязана быть на месте, а в Presto возможно объединение одного или нескольких тактов на один жест?

 

Mikhail_Kollontay: Может, и так. Я объяснений тех не помню (они следовали от старых баршаевцев, если давать ссылку), но охотно поверю и Вашим.

 

 

 

 

Глава 038

Джоаккино Россини

 

 

Благодарность

Кантата в честь Марии-Луизы, герцогини Лукка

La Riconoscenza Giovanna Santelli (soprano) Elena Zilio (mezzo-soprano) Ugo Benelli (tenore) Gastone Sarti (baritono) RAI Torino Direction: Herbert Handt

Дирижёр Герберт Хандт

 

mikrus72: Россини на меня действует, как на наркомана наркотик. Россини – это мой наркотический психостимулятор… Россини – это моя ахиллесова пята! И это прознала моя жена. Теперь, выпрашивая деньги, она включает Россини. И всё – мой карман сразу пуст. Этот трюк усвоила и моя дочь. Теперь она включает кантату «Благодарность», эффект тот же – мои карманы неизменно пусты! Ох уж этот Россини! И почему он так на меня действует!!

 

MargarMast: Боже мой, люди, спасайте моего братца! Он в очередной раз «подсел». Россини его до добра не доведёт! Я ему об этом говорила с самого детства! Первым его писком было: «Ро…». Мама спросила: «Что, родненький?». А он продолжал: «Рос…, рос..» — это когда он ещё букву «р» не мог выговорить, и все думали, что он жалуется на ос. Господи, сколько было переполоха. Но вот когда он подрос и добрался до Россини – ну, тут настал в семье форменный кошмар. «Фигаро здесь, Фигаро там» – звучало просто отовсюду – из маминого платяного шкафа, когда он пытался переодеться в Розину; из буфета, откуда он выгребал ложками вишнёвое варенье. Ребята со двора кричали: «Эй, Фигаро, пошли мяч погоняем», – а он в это время уже превращался в Синдереллу и пел бельканто: «–Ах, я не могу, я собираюсь на бал».

 

mikrus72: Ну, Аленка! Я, прямо, краснею. Так ведь нельзя. Такие интимные подробности. Да, я люблю женские юбки. И что?! Ты меня всю жизнь этим теперь попрекать будешь?! Подумаешь, примерил пару-тройку твоих блузок. Я просто хотел понять, – как можно ходить на двадцатиградусном морозе в колготках, мини-юбке  и с голым животом, как делала это ты – вот и все! А ты просто не вовремя зашла в комнату. Вот я и сказал, что, играя в Фигаро, изображаю Розину. И потом, я хотел разыграть твоих парней. Они меня достали. Я переоделся в твою одежду, и вот твой пришел. А мы ведь, как ты знаешь, очень похожи. Боже мой, какие глупости он шептал мне на ухо!! Такое дети слушать не должны. Так я узнал о тебе всю правду. Да!

 

alexshmurak: Рефлешана на вас нет.

 

MargarMast: Ну, ладно, ладно, делa  давно минувших дней, давай уж не будем перегружать семейными подробностями наш замечательный форум. А то, ненароком, забежит reflechant из эпохи барокко и сгорит от стыда за нас. Не будем, не будем.

 

Вот – пока печатала, alexshmurak тоже его вспомнил. Куда же это он подевался, бедолага? Неужели мы его совсем затюкали?

 

mikrus72: Теперь он наш друг! Он вчера красиво так сказал. Я, прямо, прослезился, до чего красиво! «Были бы – говорит – человек и клавесин, а всё остальное – к дьяволу!»

 

 

 

 

Глава 039

Пётр Ильич Чайковский

 

 

Концерт для фортепиано с оркестром № 1 си-бемоль минор (1874-75/1876-79/1888-90) Op. 23

Владимир Горовиц (фортепиано)

Артуро Тосканини (дирижер)

 

Intermezzo: Шедевр! Какая мощь!

 

musikus: Не перепутать бы эту «мощь» с нервической лихорадкой. Тут еще, конечно, и Тосканини помог, это на него похоже.

 

precipitato: Как ни странно, никогда не слышал эту запись раньше, она совершенно ошеломляет и шокирует, получился совсем не тот концерт, который нам привычно слышать; ускоренные темпы всех частей приблизили его почти к Сен-Сансу, но до чего это здорово, слов нет. Тосканизированный Чайковский просто великолепен; я думаю, темпы идут именно от Тосканини. Ускоренная середина второй части – абсолютное «Пробуждение птиц» Мессиана. О том, что творит за роялем Владимир Самойлович, просто молчу. Рекомендую всячески.

 

MargarMast: Но это же какое-то солдафонство, Юрий! Просто отвратительно. Чайковского здесь и вовсе нет.

 

Нет, но если, конечно, в этом находить Мессиана – тогда можно сыграть и ещё в два раза быстрее – можно будет обнаружить кучу современных композиторов. Боже, куда же мы идём. Нет, всё-таки должно же быть «Богу – Богово». Как-то уж всё расползается в музыкальном мире. Теряются ориентиры. И я вовсе не за косность и за абсолютизм, или за какие-то застывшие идеальные исполнения – но есть же элементарный вкус. У Тосканини его просто не было.

 

reflechant: Да, мадам, Вам палец в рот не клади.

 

MargarMast: Это правда, не советую.

 

Лучше всего о Тосканини сказал Шостакович (он его на дух не переносил).

 

victormain: Алёна, Шостакович обо всех тако̀го наговорил, что лучше на него не ссылаться…

 

MargarMast: Ну, хорошо, но в данном случае я с ним согласна.

 

Ребята, я вас всех не понимаю – хотя отношусь ко всем вам с бесконечной симпатией. Более того, чаще всего – когда я не понимаю, я пытаюсь понять и принять. Но в данном случае – просто не принимаю. Тосканини за такое исполнение придушила бы. Да. Тем более, что он зверски обращался со своими музыкантами.

 

victormain: Совершенно не понимаю внезапного драматизма в обсуждении этой записи. Что тут особенного, за исключением изумительного качества игры? Темп первой части очень подвижен, да, но у Гилельса с Мазелем он практически такой же. Во второй части все «птичьи» (как выразился precipitato о здешних фортепианных soli) фрагменты Плетнёв играл ещё ярче и смелее. Кстати, эта часть, по-моему, лучшая в Концерте: пожалуй, впервые у Чайковского так отчётливо «природно-китайское» начало заиграло; потом оно станет одним из главных в сочинении пасторально-лирических материалов.

А финал обычный совсем. Не знаю; запись, по-моему, замечательная.

 

papyrus: Тосканини невероятный дирижёр. У него всегда какая-то неповторимая, колоссальная энергетика. Мне лично она всегда придаёт большой заряд сил, а в трудные моменты жизни – очень выручала, спасала… Особенно некоторые записи.

 

Если подходить к исполнению Концерта с позиций, скажем так, поиска «исконного Чайковского», русской широты, лирической теплоты музыки Петра Ильича, то, конечно, это совсем не то. Но, если с позиции воплощения на материале Чайковского невероятного мастерства и энергетики Тосканини (да ещё и в сотворчестве, хе-хе, с самим Горовицем) – то почему бы и нет? Получается восхитительно, очень!

Браво!

 

MargarMast: Руки чешутся (т.е. руки чешутся не то, что придушить Тосканини, вернее, не только придушить Тосканини, а постучать по клавиатуре), но труба зовёт, и не одна.

 

Но не могу не сказать.

 

Дорогие и замечательные профессионалы. Слушатели и профессиональные музыканты, это пешеходы и водители. Нам часто просто принципиально нет возможности понять друг друга. Потому что я хочу слышать в Первом концерте Чайковского – именно Чайковского, потому что он был для меня любимейшим концертом, когда мне было семь-восемь лет. Я просто замирала, когда его слышала. Поэтому слышать в этом произведении Чайковского – Чайковского это эмоциональнaя потребность непрофессионального музыканта. Слушателя. Он хочет плыть по волнам своей памяти. Для музыкантов это не так. Им всё время хочется слышать иные оттенки и окрасы давно известных и знаемых назубок произведений. У нас с вами совершенно разные настрои в слушанье музыки. Да, я хочу слышать в Первом концерте Чайковского именно то, о чём написал papyrus, то есть «русскую широту и лирическую теплоту», потому что имя Чайковского у меня ассоциируется именно с этим его восприятием и моим сильнейшим впечатлением детства. У нас как бы зафиксированы какие-то музыкальные впечатления, живущие именно в нашей эмоциональной памяти — потому что ведь по жизни мы занимаемся всё время другими делами. Мы же не живём в этом музыкальном бульоне, рассматривая его как возможный источник для каких-то своих собственных находок. А ведь получается, что вы-то именно с этой позиции и подходите к исполнению. То есть, для вас в данном случае — это именно материал для интерпретации, а вовсе не сам Чайковский. Вы понимаете, что я хочу сказать? У вас к Чайковскому подход в этом отношении не то, что утилитарный, а как бы, как к материалу, с которым можно работать и его видоизменять, а для нас это священно и неприкосновенно – вот я так бы сказала. Вы меня, ради Бога, извините, что я говорю от имени слушателей — потому что наверняка есть люди, которые со мной не согласятся. Ну, по крайней мере, для меня это так. Поэтому я Тосканини готова придушить – он посягнул на священное для меня, на воспоминания моего детства и трепетное отношение к этому концерту. Вот.

 

 

 

 

 

Глава 040

 

Антонин Дворжак

 

 

Концерт для виолончели с оркестром си минор (1895) op.104

Королевский филармонический оркестр (Великобритания)

Жаклин Дю Пре (виолончель)

Малколм Сарджент (дирижер)

 

MargarMast: Чудный виолончельный концерт Дворжака. Кто бы что-нибудь о нём рассказал? Изумительной красоты музыка.

 

musikus: Это вообще лучшее, что написано в этом жанре за всю историю.

 

victormain: Лучше Гайдновского? Лютославского?

 

musikus: Разумеется!

 

MargarMast: Сегодня буду слушать. У Гайдна – два. Какой именно? А Лютославского я вообще никогда не слышала!

 

victormain: У Гайдна один знаменитый, второй – меньше. Насколько я помню – До-мажор и Ре-мажор. Оба и слушайте.

 

antidote: Мой любимый пока – шостаковический.

 

musikus: Какой именно?

Вообще же, сравнивать Шостаковича с Дворжаком – и в этом конкретном случае, да и вообще – дело безнадежное. Случаи совершенно неконгруэнтные.

 

antidote: Первый!

Сравнивать не хочу. Вы сказали – «лучший в жанре», я предложил свой вариант, не более.

 

musikus: Ну, это верно. Сравнивать просто невозможно. Слушатель Дворжака восхищается лиризмом музыки, ее красотой, а слушатель Шостаковича – угрюмо задумывается… Я был на премьере Первого концерта в БЗК, с Ростроповичем. Мстислав Леопольдович яростно шикал на оркестрантов, которые делали «не так», а народ в зале цепенел, когда он в одном из эпизодов заставлял виолончель хрипеть как человек, которого душат. Такая вот лирика 1959-го года… Но оба концерта, конечно, потрясающие.

 

antidote: Спасибо за яркие воспоминания.

Тем не менее, в крайних частях концерта Шостаковича невероятная энергетика. Я бы не сказал, что она доставляет угрюмость. Музыка страшная, черная, – но при этом безапелляционно отрезвляющая.

Интересно представить, как бы концерты слушал человек, ничего не знающий о мировой истории последних веков. XVIII век — концерт Гайдна, XIX век – концерт Дворжака, XX век – концерт Шостаковича… даже не по себе становится. Что же стало с человечеством?

 

racine: Концерт написан в конце 1894-го, начале 1895-го гг. перед отъездом Дворжака из Америки под воздействием смертельной болезни своей ученицы и свояченицы Йозефины Кауницевой, от которой получил длинное письмо. Темой второй части стала любимая песня его ученицы. Впервые исполнен в 1896-ом уже после ее смерти.

 

MargarMast: Кстати, смотрела недавно передачу о Жаклин Дюпре – все, кто её знал, говорили, что это был просто гений чистой воды с поразительной музыкальной интуицией, и потрясающе светлый человек. Все говорили, что от неё просто исходил свет. Какая трагичная судьба!

 

Krestjanin: Сегодня почувствовал себя тем незадачливым субъектом, изумившимся, что он всю жизнь говорил прозой. Решил впервые послушать виолончельный концерт – до сей поры не было у меня доверия к виолончели. Ну, что поделать, скрипка с фортепиано как-то её заслонили… Слушаю, внимаю, и тут на̀ тебе! – до боли знакомый финал, слышанный урывками, Бог знает сколько раз из автомобильного приёмника. Всё хотелось узнать, что это за чудо, кто написал? Оказалось, сосед.

 

 

 

 

Глава 041

Людвиг ван Бетховен

 

 

Концерт для фортепиано с оркестром № 4 соль мажор (1805-06) op. 58

Кристиан Цимерман (фортепиано)

 

alexshmurak: Я только сейчас въехал – какая обалденная здесь средняя часть!!!!

 

MargarMast: Наконец-то вижу комментарий адекватный впечатлению.

Вы, Алёша, побольше послушайте авангарда, а потом возвращайтесь к Бетховену. Вообще, основная функция авангарда – заставить нас взглянуть свежими и промытыми глазами и послушать такими же промытыми ушами заигранную классику.

 

alexshmurak: Наверное, это самый парадоксальный из фортепианных концертов Бетховена. Вот, почему его сложно сразу «схватить». Нет тех «завлекаловок» как в Первом, Третьем и Пятом.

 

MargarMast: А по-моему, так это просто чудо с самого начала — он прямо берёт в оборот с первых нот – и идёт по нарастающей. Не знаю, Алёша, каких Вам ещё завлекаловок надо.

 

alexshmurak: Видимо, у меня просто более тупое восприятие, чем у Вас, не могу всё так ясно увидеть. Не могу разглядеть прелести тематизма, точнее, вот только сейчас смог. Вы делайте скидку на слабые мозги мои.

 

MargarMast: Что такое? Что это за эпидемия такая? Тут уже один признавался в своих слабых мозгах и говорил, что может слушать Аппассионату только в развешенном Гульдом, на бельевой верёвке, виде.

 

alexshmurak: Послушал и мне захотелось написать много фортепианных концертов. Собственно, у меня уже есть два. Надо продолжить линию.

 

MargarMast: Ну, молодец! Бетховен не подкачал – подвигнул!

 

А всё-таки замечательный Цимерман пианист. Жалко, что он разругался со Штатами.

 

alexshmurak: Мне не жалко, я сижу в своей Украине, сюда не то, что Циммерманн — Шифф с Перайей не заезжают. Я один раз в жизни слышал Гиндина. Это всё, это всё. А Вы жалеете, что Цимерман не едет. Да у Вас там куча первоклассных оркестров и артистов.

 

MargarMast: Да, это очень печально, Алёша. Хороший концерт — это такая радость! Вы знаете, когда приезжает не такой юный и не очень здоровый Маурицио Поллини и играет так, что просто хочешь, чтобы это продолжалось вечно, – а потом прискакивает этот самый молодой здоровяк Мацуев и всё проигрывает в одном темпе, так, что просто хочется встать и уйти (а, да, кстати, я с его бисов и ушла – я такое выдерживать не могу) – вот тут-то и видишь разницу между творчеством и пошлой халтурой.

 

alexshmurak: Зачем Вам патенты? Пишите тексты, продавайте в журналы. Станьте сценаристкой…

 

MargarMast: Как это? Да тогда тут рухнет интеллектуальный рынок – он будет завален безмозглой продукцией.

 

alexshmurak: А сейчас он завален мозговитой?

 

MargarMast: А сейчас, если там очень сильно покопаться в мусоре – можно кое-что извлечь. Это то, что я выпустила.

 

 

 

 

Глава 042

Антонин Дворжак

 

 

Концерт для скрипки с оркестром ля минор (1880) op.53

Лондонский симфонический оркестр

Сара Чанг (скрипка)

Колин Дэвис (дирижер)

 

Atonal: В Архиве до сих пор не было представлено искусство молодой американской скрипачки Сары Чанг (Sarah Chang), а между тем её игра заслуживает того, чтобы быть услышанной. С удовольствием добавляю две её записи: скрипичный концерт Дворжака и его же фортепианный квинтет (с пианистом Лейфом Андснесом).

 

victormain: Сара  потрясающая скрипачка. Я слышал её живьём в Нью-Йорке лет десять назад: одно из самых сильных впечатлений в жизни.

 

MargarMast: Правда, Виктор? Спасибо, что Вы сказали — я её несколько раз пропускала. Теперь постараюсь попасть. Но на меня сильнейшее впечатление на самом деле (гораздо более сильное, чем Анн-Софи Муттер) всегда производит Надя Салерно-Сонненберг. Это вообще явление на сцене. Когда она просто стоит на сцене, от неё идёт энергетический посыл в зал. Просто какая-то экстрасенсорика, честное слово.

 

Intermezzo: Интересно, надо послушать. Мой педагог была без ума от Анн Софи-Муттер. А я, честно говоря, никогда от нее в восторге не был. И от Хейфеца никогда не был. Мне кажется, несмотря на прекрасную технику, он слишком мало внимания уделяет звуку. Я не говорю, что звук у него плохой, Боже упаси! Но, в отличие от Менухина, у него звук не такой глубокий. Может, мне показалось.

Если я не прав, более опытные скрипачи, пожалуйста, поправьте меня.

 

А исполнение, по-настоящему, здоровское! Единственное, что мне не понравилось, что оркестр немного ее заглушает. Или мне показалось?

 

MargarMast: Вы знаете, Intermezzo, меня тоже Анна-Софи Муттер слегка разочаровала очень сильно выделяющимся тремоло. Знаете, когда это бывает у певцов даже с хорошими голосами, начинаешь вибрировать душевно вместе с ними. Но она вела себя просто как героиня на гала-концерте чикагского симфонического оркестра, открывавшем сезон с Рикардо Мутти. Концерт задержался почти на час — выяснилось, что артист заболел, рвался на сцену выступать, но его отговорили – и она вела за собой оркестр в скрипичном концерте Бетховена, Это же ведь не хухры-мухры – солировать и вести за собой целый симфонический оркестр в таком сложном концерте. Народ просто переживал в течение всего концерта больше за игру, чем саму музыку. Но исполнение было великолепным. Так что она во всех смыслах достойнейший музыкант.

 

Intermezzo: Безусловно, достойнейший. У меня есть ее прекраснейшая запись «Времён года» Вивальди, по-моему, с Караяном – давно ее не слушал. И Е-минорный концерт Мендельсона, который я попросту не переношу.

 

geiger08: Обе сестры Чанг – и скрипачка и виолончелистка – прекрасные музыканты. Кто не слышал, обязательно послушайте обеих. Прекрасно обучены, все гармонично, и, что не так часто встречается, прирожденные солистки, что дается даже не всем имеющим большой опыт и концертную практику. Вот что-то дается только от природы. Не зря Доминго приглашал Сару Чанг в свои концерты, где она выглядела вполне достойно.

Глава 043

Николай Петрович Раков

 

 

Маленькая симфония

Симфония № 3 до мажор для струнного оркестра (1962)

Геннадий Рождественский (дирижер)

 

Adcv: Все хорошо, но некоторая банальность выступает на первый план. Сколько традиционалистов пишут музыку под копирку!.. По сравнению с Борисом Чайковским, Свиридовым и Гаврилиным автор просто оркестровал русские мотивы. Но послушать в компании прекрасных дам такую музыку приятно!

 

Andrew_Popof: Николай Петрович Раков был, конечно, легендарной личностью. Мне довелось взять у него в консерватории несколько уроков оркестровки. Потом он тяжело заболел и, спустя два месяца, умер. Его уроки – это было что-то! Занятия могли продолжаться по пять-шесть часов. Студенты рыдали от Ракова. Он давал задание и требовал решать (оркестровать) прямо в классе. Выполнив эту работу (немалую – менуэт или адажио из какой-нибудь бетховенской или гайдновской сонаты), студент отдавал на показ. Маэстро все перечеркивал красным карандашом и заставлял тут же все переделывать прямо в классе. И так несколько раз. Причем, каракуль он не принимал. Упражнение должно было быть переписано чистым и красивым почерком. Я благодарен Юрию Марковичу Буцко, у которого я учился после смерти Ракова, но те несколько уроков, что дал мне Николай Петрович, очень сильно на меня повлияли с точки зрения профессионализма. Я понял, в чем отличие профессии композитора от любительского сочинительства. Светлая память великому музыканту.

 

Mikhail_Kollontay: Раков был великолепный человек и музыкант, с большим и крайне своеобразным юмором, которого не понимали, о чем смотри ниже. Учил очень узкому, но полезному ремеслу, по части оркестровки. Я у него учился. Говорил глубоким бархатистым басом. Ни малейших нюансов негативного свойства не было. Понятно, как взгляды Ракова были «милы», скажем,  Э. Денисову, но все равно не возникало видимых трений никогда. Со студентами был мил, но совершенно замкнут и отчуждён. С друзьями… Мне рассказала Лена Рихтер – одно время они дружили семьями — как к нему пришли в гости, дверь отперта, Ракова нигде нет. Наконец, открыли дверь в ванную – Коля сидит голый и удит несуществующую рыбу удочкой. Такое вот напоминание, как вместе рыбачили. Немножко нестандартно, да? Но ничего близко похожего на уроках не было. Еще было, Николай Петрович умер, спустя недолгое время вижу его во сне, и он мне говорит своим не-поймешь – шутливым-ли басом: «Миша, ну ты помолился бы обо мне, что ли».

 

 

 

 

Глава 044

Иоганн Себастьян Бах

 

 

Английская сюита для клавесина №3 cоль минор (ок. 1715-20) BWV 808

Святослав Рихтер (фортепиано)

 

Yuriyauskiev: Приятно, когда откликаются люди, присутствовавшие на исторических концертах. Казалось бы – 1991-й год, совсем недавно, а ведь уже двадцать лет прошло! Вот сообщение двухлетней давности с другого форума:

 

«У меня, с позволения сказать, есть некий биографический подтекст восторга. Тот концерт Святослава Теофиловича был одним из последних (если не последним, чтобы не соврать) в Минске. И — мне по житейским обстоятельствам не довелось на нем присутствовать, хотя билеты были куплены загодя. Побывавшие в зале друзья рассказывали потом, как прорыдали оба отделения. Как же я кусал тогда локти…»

 

MargarMast: Вы знаете, Юрий, я, ни разу не побывав вообще на концертах Рихтера, очень хорошо могу понять состояние этих людей. Потому что это было прощание с тем чудом их жизни, которого больше никогда не будет. И я очень, очень хорошо начала Вас понимать. Действительно, можно было жить просто той атмосферой, которую создавал вокруг себя этот совершенно уникальный человек.

 

Yuriyauskiev: Любительская запись из Минска действительно воссоздает эту атмосферу. Кстати, впервые появившись здесь, задал вопрос по какому-то поводу, какие записи у одного здешнего участника – официальные или любительские, на что получил ответ, что это не имеет значения. Не раз убеждался, что имеет. Знаменитая запись сонаты Листа из Карнеги Холла лучше на любительской, Hammerklavier, запись из Лондона, изданная официально, уступает любительской, на которой к тому же есть Фуга на бис, запись концерта 1/6/83 – открытие зала им. Рахманинова, изданная «Мелодией», уступает любительской, сделанной моим другом… Я люблю эти записи, в которых чувствуется живой интерес энтузиастов. Сделанные, возможно, не лучшим образом в смысле выбора аппаратуры, места – они, тем не менее, воссоздают атмосферу, в них присутствует «воздух» .

И вот цитата из сообщения того же минчанина по поводу Шестой Английской сюиты:

 

«Какова финальная жига!»

———

«А теперь, благодаря Вам, восемнадцать лет спустя я слушаю эту запись и сам лью слезы.

Спасибо, спасибо, спасибо».

 

 

 

 

Глава 045

 

Фердинанд Рис

 

 

Симфония №3 ми-бемоль мажор (1816) op. 90

Цюрихский камерный оркестр

Ховард Гриффитс (дирижёр)

 

alexa_minsk: В отличие от своих фортепианных сочинений Рис в своих симфониях оригинальностью явно не блещет. Но в Архиве должны быть и его симфонии.

 

mikrus72: Уважаемый alexa_minsk! Спасибо большое. Риса слушаю и скачиваю всегда. Наконец, пошли симфонии. Ура! А «оригинальность» мне и не нужна! Что я с ней делать-то буду!? Мне нужен профессионализм. И пусть он не оригинален. Лучше неоригинальный профессионал, чем оригинальный дилетант!

 

alexa_minsk: Рад, что Вы, мой друг, все-таки в сети и не пропустили новую запись Риса. Кстати, в эту минуту грузится его Струнный квартет – вот уже будет здорово! Мне он очень нравится.

 

mikrus72: Уважаемый alexa_minsk!, Струнный квартет Риса это праздник! Спасибо! Ага! Вот и он! Действительно, только начал слушать, силой так и отдало, и формы сколько. Ай да Рис! Ах, как хорошо!

 

alexa_minsk: Сегодня я добавил Вас в друзья. Во всяком случае, музыку Риса мы любим оба. Кое-что в загашнике есть еще, дайте срок…

 

mikrus72: Вы в друзьях у меня тоже! Пропустить Риса – это преступление! Нет, нет! Дружить, дружить! Выкладывайте все, что есть. Жду!

 

 

 

 

Глава 046

Иоганн Себастьян Бах

 

 

Месса cи минор BWV 232

Ансамбль «Concentus Musicus Wien»

Николаус Арнонкур (дирижер)

 

reflechant: Давно пора спать, а я не могу оторваться…

 

mikrus72: И оно того стоит!

 

Maxilena: Очень похоже на аутентичное звучание, хотя могу и ошибиться. Во всяком случае, из всех представленных записей мне понравилось больше всего. У Караяна, конечно, «жирное» звучание, но здесь, по-моему, тоньше и интеллигентнее.

 

Надо же, не подвела меня музыкальная школа! Попала. Действительно, дирижер-аутентист. И я, кажется, начинаю понимать, что в этом течении что-то есть. Раньше совершенно не воспринимала.

 

Intermezzo: Ура!!! Наставим Вас на путь истинный.

 

Andrew_Popoff: Мне тоже нравятся аутентисты и Арнонкур. Не знаю, насколько они аутентичны, нравится сам звук, манера, приемы и трактовки. Это звучит очень живо, естественно и современно.

 

tortilla: Всем доброго здоровья!

 

Мне очень нравится Месса си-минор Баха. Чтобы выбрать, какое из выложенных здесь исполнений скачать себе, я в свой плэйлист отобрала трёх лучших, по отзывам на этом сайте, исполнителей – Арнонкур, К. Рихтер и Клемперер. Я слушала их, сравнивая каждый номер. И во всех номерах исполнение Арнонкура – в более высокой тональности; Рихтер и Клемперер – в одной и той же тональности. Я не профессионал, а любитель. Была бы благодарна профессионалам за разъяснение, как это возможно – ведь композитор указывает точную тональность. Разве транспонирование – не признак непрофессионального исполнения? Или это просто немного ускоренная запись, не соответствующая реальному исполнению? Как вы думаете?

 

AFlmnv: Арнонкур – дирижер-аутентист. (один из величайших).

Он исполняет со своим оркестром Баха, Гайдна (и много кого – перечислять можно долго) на инструментах того времени (ну, или инструментах, сделанных по технологии того времени) и в строе того времени.

А баховский строй на полтона ниже (а не выше, как Вы сказали), чем нынешний.

Соответственно, сейчас на наш слух Высокая месса звучит в си-бемоль миноре, если её играть в старинном строе.

 

tortilla: Спасибо огромное за разъяснение! Теперь мне всё понятно – Арнонкур играет в тональности, которая была принята во времена Баха. Я даже и не представляла, что тональности меняются в зависимости от эпохи, для меня это маленькое открытие.

 

AFlmnv: Не тональности меняются, а строй!

То есть повышается камертон ля с течением времени. И, соответственно, всё остальное тоже повышается.

 

tortilla: Прошу прощения, это была досадная описка. Конечно, звучание Арнонкура  ниже. Ещё раз спасибо, Александр, за исчерпывающий ответ на мой вопрос… Я скачала себе Мессу с Арнонкуром, и Рихтером. Исполнения очень разные, но оба изумительны.

 

У Клемперера, на мой взгляд, слишком затянут темп, мне хочется его подстегнуть. Было бы интересно услышать мнения об этом исполнителе именно Мессы си минор. Может быть, я не до конца прониклась его замыслом и что-то упустила?

 

 

 

 

Глава 047

Сергей Михайлович Ляпунов

 

 

Гашиш

Восточная симфоническая поэма op. 53

Евгений Светланов (дирижер)

 

alexshmurak: Какое восхитительное название! Нужно послушать…

 

Adcv: Да уж! Ляпунов дал маху…

 

Cypros: Ляпунова в обиду не дам!

 

Adcv: Ну, композитор он средний. Уровень – Аренского, Мясковского, Балакирева. Слушать приятно, но все это перепевки. Вот у Бориса Чайковского классная музыка!!

 

Cypros: Ну, Мясковского с Балакиревым Вы зря сюда…

 

Adcv: Не зря. Нет у них шедевров! Студентом я запоем слушал этих композиторов, но потом понял их ограниченность, что не отменяет их значимость!

 

Cypros: Здесь, пожалуй, соглашусь!.. Потом Вы, вероятно, почувствуете и ограниченность Бориса Чайковского!

 

Adcv: Уже нет!! Борис Александрович навсегда в моем сердце. И его музыка ещё больше только открывается со временем для меня.

 

Cypros: Завидная преданность!

 

Mikhail_Kollontay: С Балакиревым все сложно. У него есть совсем ранний период — Первый концерт, фа-диез минорная полька, очень обещающий талант, более чем. Там ему лет шестнадцать. Потом недлинный средний: в первую очередь «Тамара», «Исламей», некоторые романсы, в особенности «Песнь золотой рыбки», эти произведения за гранью обычного уж как минимум, если не сказать, что они гениальны. Потом страшный кризис и несочинение музыки вплоть до выхода на пенсию. Музыка старого Балакирева просто замечательна и даже не нафталина, но очень специфична своей вызывающей традиционностью. Это почти исключительно фортепианные пьесы: «Песнь рыбака», Сонатина и многое, многое другое. Причем в этом позднем периоде он пишет всё лучше и лучше, от сочинения к сочинению это чувствуется. Также Вторая симфония, которая есть в прекрасной записи Рождественского. И немало сломленных, полудописанных неудачных сочинений после-среднего периода, как Второй фортепианный концерт, Первая симфония, например.

 

musikus: Да и уровень Мясковского очень и очень не средний. Хорошо бы это понять, прежде, чем делать опрометчивые заявления. Но это самое «понять» дело не минутное…

 

glebyakovlev: Действительно, Мясковский композитор потрясающего дарования.

Очень прослушанная, прочувстованная музыка. Редкий мелодический дар.

И как же это нет шедевров? Шестая симфония стоит практически на уровне Шестой Чайковского.

 

musikus: Стоят ли эти Шестые на одном уровне — вопрос полемический, но что Шестая Николая Яковлевича – великая симфония – это бесспорно.

 

hamerkop: Ваш старший друг Дмитрий Борисович Кабалевский как раз больше всего ценил именно Шестую Мясковского и с Шестой Чайковского её сопоставлял.

А Борис Александрович Чайковский боготворил своего учителя, как и весь последний его класс: Г. Галынин, А. Эшпай, К. Хачатурян, Д. Львов-Компанеец…

 

musikus: Как-то не очень понятно, отчего так много внимания этому достаточно блёклому сочинению. Да еще после «Шехерезады» (и с откликами от нее)… Условно говоря, Ляпунов по отношению к Римскому-Корсакову примерно то же самое, что Шабрие по отношению к Равелю…

 

Mikhail_Kollontay: Горизонтальная параллель Римский – Равель мне кажется допустимой. А таковая же Шабрие – Ляпунов — нет. Я не слушал «Гашиш», оговариваю. Вообще же Ляпунов композитор рассудительный, четко мыслящий, определенно профессиональный, хотя и отяготительно для слушателя не заплывающий за буйки ни на сантиметр, и нигде, кажется. Строгая самодисциплина, неприятие, скажем, Прокофьева было абсолютным, о чем есть чей-то мемуар – совершенно не агрессивным, но абсолютным. Шабрие – совершенно другая личность, прежде всего он гораздо менее профессионален и разборчив, на мой взгляд… Если коротко, я думаю, это авторы разного полета. Правда, я русский, потому «болельщик», могу быть необъективным.

 

precipitato: То есть, Вы, определенно, ставите Ляпунова выше Шабрие? Вот никак не могу согласиться. От Ляпунова я ни одной живой ноты не слышал (тоже оговорюсь, что «Гашиш» не слушал, не купился даже на такое зазывное название), все у него всегда прилично, но не более того, даже этюды знаменитые. Шабрие – корявый, любительский, неровный – но, по-моему, гораздо более живой, фортепьянные пьесы есть просто великолепные, например, «Фантастическое буррэ».

 

Mikhail_Kollontay: Ну, вот, видите, как все по-разному. Мне именно корявость и неадекватность Шабрие – помеха непреодолимая, хотя в фортепианных пьесах оно как-то глаже. Но и там слышно. В «Буррэ» я тоже ничего для себя не нахожу. Точно так же я не воспринимаю Сати, хотя он, все-таки, поживее, при всей просто оголтелой иногда беспомощности. Принадлежность к хорошей музыкальной культуре я ставлю выше, без сомнений, даже если портьеры в кабинете слегка и запылились, как у того же Метнера или Фейнберга. Вообще же, про легкие наркотики как раз вот уж никак не Ляпунову писать-то, а Шабрие, там, если не ошибаюсь, было с этим все налажено неплохо. Если что путаю, прошу у покойного автора прощения за клевету. Ляпунова обе симфонии слушаю с удовольствием, хорошо идет под чтение новостей или что-то в этом роде. Не раздражает..

 

Случайная мысль: я как раз вчера тут слушал симфонию Александра Черепнина. Начинаешь – вроде ничего, а потом рука тянется к пресловутому топору (чтоб вырубить компьютер, не более, не подумайте плохого). Так вот, а когда слушаю Ляпунова, этого раздражения нет. Нет большого участия, да, но нет и раздражения, и нет дурного вкуса, который проскальзывает-таки у Глазунова.

 

Adcv: Кстати, брат Ляпунова, тот самый знаменитый Ляпунов – гений высшей математики и термеха. А второй брат – известный филолог. Оба брата академики и гении! Только Сергей Михайлович до гения не дотянул, хотя композитор он прекрасный!

 

 

 

 

Глава 048

Роберт Шуман

 

 

Порыв

Из цикла «Фантастические пьесы»

Святослав Рихтер (фортепиано)

 

sir Grey: Мне кажется, Шумана играть невозможно. Я не знаю исполнителя, который бы мне нравился, особенно в таких маленьких вещах.

А что до «Порыва», я думаю, его надо играть быстро, как можешь, и Рихтер принял совершенно правильное решение.

 

Yuriyauskiev: По-моему, «Порыв» не надо играть чересчур быстро. К такому темпу Рихтер пришел в конце 70-х. Очень убедительно, на мой взгляд, он играл его в 80-м — в Киеве, в двух московских концертах, в Туре, Ноане, Будапеште.

Я когда-то прочитал упрек, мол, какой смысл отслеживать записи разных лет. Доложу, что слушать Рихтера в разные годы интересно, полезно и поучительно. Произведение раскрывается по-разному и всякий раз интересно. Ведь ему всегда было что сказать.

 

vladislav: Ещё как интересно слушать Рихтера в разных записях!.. Большое спасибо за такую фантастическую возможность, дорогой Юрий!! А что, у Вас и киевская запись есть?..

 

Yuriyauskiev: У меня есть 12/6/59 — Kiev — live.

Когда-то были записи четырех киевских концертов 7,8,9/6/80, но пропали при переезде, за что не перестаю себя ругать. Там был и «Порыв» на бис.

Что касается исполнения «Порыва»  «быстро, как можешь» (sir Grey), то так его играет Аргерих. Как по мне, она проскакивает мимо важных деталей, и исполнение получается весьма поверхностное.

А Шумана замечательно играют разные люди. Из ныне здравствующих – безусловно, Вирсаладзе. Рихтер тоже дает ей высокую оценку как исполнительнице Шумана. Вот, кстати, снова из рассказов Вити Зеленина. Он с Рихтером зашел в артистическую после шумановской программы Вирсаладзе, и Рихтер сказал, что она сейчас лучший исполнитель Шумана. Затем был короткий диалог:

 

А как же вы, Маэстро?

Ну, я так…

 

sir Grey: Мне кажется, Аргерих слишком легко справляется с темпом, а Рихтер показывает, что это «как бы» быстро. То есть здесь надо, чтобы все сыпалось и рушилось. То есть играть не «как возможно быстро», а «быстрее, чем возможно». Что до деталей, то я разучивал «Порыв»: по-моему, там невозможно передать всю полифонию, это «музыка для глаз», оттенить каждую мелодию нельзя, можно только увидеть, когда сам разучиваешь. И Рихтер проскакивает, но «плюет» на это, у него получается Порыв.

Вы сами играете немножко?

И последнее – мне никто не нравится как исполнитель Шумана. Горовиц, иногда (конец «Крейслерианы»). Послушаю Вирсаладзе, но не думаю, что Элисо станет здесь для меня открытием.

 

Yuriyauskiev: При чрезмерно быстром темпе может получиться суета или даже истерика. Во всяком случае, музыка будет скомкана. Любопытно почитать рецензию на первый концерт Поллини в Москве. Он на бис тоже играл «Порыв». Оценили так себе. Сравнивали с Рихтером и не в пользу Поллини.

Я как-то беседовал с очень большим музыкантом (не хочется без ведома называть имена) как раз о «Порыве» у Аргерих и Рихтера. Выводы у нас были практически одинаковые. Обращаясь не к Вам, еще раз замечу, что действительно большие (этот сверхбольшой) музыканты, говоря о художественных достоинствах (недостатках) как-то обходятся без терминологии, в отсутствии которой у меня были упреки.

Отвечая на Ваш второй вопрос, скажу, что я не музыкант, но пару лет когда-то в детстве учился. Лет тридцать не подходил к инструменту, да и нет его теперь у меня. Но «Василек, василек, мой любимый цветок» и сейчас сыграю, причем с листа и с настроением.

(Шучу).

 

  1. S: В школе Искусств на Каширском шоссе, где часто играл Рихтер, где есть его комната-музей, часто слушали и обсуждали его записи. Создатель музея, Ираида Тимофеевна Бобровская, в 86-м году рассказала мне о неожиданной реакции одного юного слушателя на «Порыв» Шумана. Я, собственно, знал эту историю из публикации Н. Кореневой в «Комсомольской правде», 20/3/1985.

 

Один первоклассник сказал:

 «Я представил себе, что давно не было мамы. Я очень соскучился. Потом она пришла, и я к ней бросился. Это ведь порыв, да?».

 

 

 

 

Глава 049

Валентин Васильевич Сильвестров

 

 

Симфония № 7 (2002 — 2003)

Владимир Сиренко (дирижер)

 

musikus: В последнее время много слушал симфоническую музыку В. Сильвестрова. Впечатление глубочайшее. Полное душевное уединение, сосредоточенность. Психоделический дайвинг… Автор настолько неотвязно погружен в свой собственный мир, мир тишины, что одну вещь трудно отделить от другой. Это тот самый случай, когда композитор (поэт, художник) всю жизнь пишет «одно произведение». Даже «Реквием для Ларисы» не выбивается из этого ряда.

 

precipitato: Уважаемый Юрий Константинович, у Сильвестрова все-таки есть резкая стилистическая грань между авангардным и неоромантическим периодами, никак нельзя Третью и Пятую симфонии считать вариантами одного и того же сочинения, здесь невозможно даже догадаться, не зная, что у этих произведений общий автор.

 

musikus: Я ожидал чего-то в этом роде. И надо было произнести заклинания, в том смысле, что сказанное мною относится к симфониям, начиная, скажем, с Четвёртой, но не с Первой. Но, значит, я наивно рассчитывал на заведомое понимание. Казалось, что кто посвящен, тот поймет без оговорок. Не получилось.

 

alexshmurak: Я полагаю, что Музикус прав, если вести от периода «Тихих песен». Это действительно «одно произведение», особенно последние лет двадцать; как к этому относиться – уже другой вопрос. Полагаю, абсолютно типичное явление для многих композиторов того же поколения. Другое дело, что Сильвестров всё-таки выделяется среди них, что даёт лично мне повод для особого – киевского – патриотизма.

 

precipitato: Нельзя не признать, Алекс, что у Вас есть повод для такого патриотизма. Мне, вообще, наследие Валентина Васильевича из всех бывших советских авангардистов кажется самым не прокисшим, даже вещи его первого периода выгодно отличаются от пьес Денисова, Шнитке, Пярта, написанных в то же время. Да, и среди нынешних багателей, несмотря на их изобильность, одинаковость и какую-то кюи-образность – встречаются замечательные вещи.

Конечно, Киеву респект за такого автора.

 

 

 

 

Глава 050

Дмитрий Дмитриевич Шостакович

 

 

Романс из кинофильма «Овод»

Хлоя Ханслип (скрипка)

«London Symphony Orchestra»

Paul Mann (conductor)

 

Mikhail_Kollontay: В консерватории нас учили, что:

 

Сибелиус – самый плохой композитор в истории музыки;

 

Бетховен – не умел писать фуг, что за нелепая крошечная вторая тема в фуге финала ор.106, в сравнении с бесконечной первой, и что это за не слышный никому ракоход;

 

он же — так оглох, что потерял контроль над звучанием, слишком большие расстояния между левой и правой руками, незвучащий предельно высокий регистр;

Шостакович – задрав штаны, в Четырнадцатой симфонии принялся запоздало пытаться стать современным, даже додекафонию стал применять, но не органично;

 

Шёнберг – чисто формальная, примитивная музыка;

 

Пендерецкий – убожество, прикрытое петушиными перьями;

 

Шопен – плохой салонный композитор;

 

Б. Чайковский – графоман;

 

Мусоргский – не умел оркестровать;

 

Шуберт – что нет ничего интересного в его фортепианных сонатах;

Рахманинов  –  «Всенощное бдение» – товар для валютного магазина «Берёзка»;

 

Стравинский русского периода то же самое.

 

precipitato: Всё – чисто московские дела. У нас был один постулат – нет пророка, кроме Шостаковича.

 

ak57: Как интересно. А ведь он – во время Вашей учебы – уже давно жил в Москве.

 

precipitato: Преподавали-то у нас в основном его ученики. Не знаю, есть ли сейчас в питерской консерватории культ Дмитрия Дмитриевича, ученики все поумирали, но когда я учился – это было просто невыносимо, он поминался сто раз на дню по любому поводу.

 

Mikhail_Kollontay: Ну, ничего, в Москве на этой работе числился Генрих Густавович Нейгауз.

 

precipitato: Знаю. У нас – не могу сказать, кто у пианистов эту роль выполнял, подозреваю, что – тоже Шостакович, надо поспрашивать.

 

ak57: Я где то читал, что Шостакович был выдающимся пианистом, пока не вмешался артрит…

 

musikus: Ну как же. Он вообще начинал как пианист. Был, то ли лауреатом, то ли дипломантом конкурса им. Шопена.

 

Romy_Van_Geyten: По-моему, на том же конкурсе, где Лев Оборин первую премию получил.

 

precipitato: Ну, во всяком случае, в зрелом возрасте он чужой музыки не играл. Его авторские записи убедительны, но пианистического класса особого там нет, кое-где просто «ляпает».

 

ak57: Ну, зачем ему в зрелом возрасте было играть чужую музыку? Всё же обстоятельства его жизни не напоминали обстоятельства жизни Рахманинова. Если он не был концертирующим пианистом, то, естественно, постепенно утратил навыки игры, приобретенные в юности.

 

Mikhail_Kollontay: Трудно сказать, что бы было, если б прямо на конкурсе у Дмитрия Дмитриевича не случился острый аппендицит. Он как-то умудрялся играть с дикой болью, хорошо еще, что не упустили вообще, мог умереть.

 

Phalaenopsis: А, интересно, Ваши профессора говорили Вам что-нибудь о Брукнере? Яначеке?

 

Mikhail_Kollontay: Брукнер был только в курсе истории музыки, безоценочно, а о Яначеке никто не вспоминал даже. Говорили, что причиной проблем с Яначеком было неприятие его музыки Кабалевским, но, фактически, не знаю, правда ли это. Единственный человек, ценивший Яначека, из мне известных, был Рихтер, но, не уверен, что о нём он мне говорил, однако знаю со слов Нины Львовны, что они со Святославом Теофиловичем увлекались «Енуфой», хотя никаких оценочных подробностей не вспомню. Так что, увы. Брукнер был у нас в виде партитур и записей, хоть и не исчерпывающе, но немало, а Яначек — никак.

 

musikus: На  «Ее падчерице» в БТ со Зденеком Халабалой мы сидели вместе с Кабалевским, обсуждали. Ничего одиозного, по крайней мере, в этой ситуации, от него не слышал. Он говорил что-то, вроде: «Традиционного деления на арии и прочее нет, но все поется, звучит». И про Халабалу: «Молодец, научил наших не смотреть на дирижера, видите – стоит спиной к рампе…». А Рихтер, как известно, считал Симфониетту и Глаголическую мессу гениальными. И гениально играл Концертино.

 

Mikhail_Kollontay: Очень рад, что все позитивно. К сожалению, не могу вспомнить, откуда моя информация.

 

Еще вспомнил, что усердно пичкали «Весной священной» в компании с «Дафнисом», просто рвотное какое-то.

 

sergey6akov: Если Борис Чайковский – «графоман», то Вайнберг тогда кем считался?

 

precipitato: Все-таки главный признак графомана – изобилие продукции, Бориса Александровича никак в этом упрекнуть нельзя, список сочинений – меньше, чем, скажем, у Вайнберга раз в пятьдесят.

 

Mikhail_Kollontay: Для себя я так понимаю, что графоман – кто пишет. Неважно ему, что̀ получается, важен процесс.

 

TimurIsmagilov: В таком случае, вы себя к кому относите, если не секрет?

 

Mikhail_Kollontay: Графоман ли я – только со стороны можно сказать, я, во всяком случае, стараюсь как-то осмысленно излагать музыку на бумаге. Но Вы правы в том, что начало композиции, в возрасте лет так трех или четырёх, именно было у меня в рисовании нот в нотной тетрадке – я еще совершенно не знал тогда нотной грамоты.

 

evc: Есть ещё Дмитрий Толстой, достаточно много написавший опусов в самых разных жанрах, но когда я попытался разместить его сочинения здесь (по соображениям, чтобы было), не смог их найти толком.

 

precipitato: Да, это из самых ярких примеров. Мне случалось бывать у него, я видел два огромных старинных шкафа, битком — листа лишнего не вставить – набитых рукописями, думаю, что по количеству – с барочными авторами сопоставимо. Человек при этом был милейший.

 

Andrew_Popoff: Круто! Завидую. У меня все вмещается в одну тумбочку кубическую, 40Х40Х40 см. И еще место там есть.

 

precipitato: У меня тоже не шкафы. А завидовать там особо нечему.

 

 

 

 

Глава 051

Иоганн Себастьян Бах

 

 

Бранденбургский концерт № 1 фа мажор (1721?) BWV 1046

Ансамбль «Concentus Musicus Wien»

Николаус Арнонкур (дирижер)

 

NeoRomeo: Я, конечно, понимаю, что Арнонкур такой замечательный, но почему же так фальшиво???

 

Dolivlad: Не фальшиво, аутентично.

 

GeorgeX: Аутентично, но фальшиво

 

tagantsev: Фальшивость, которая улавливается современным слушателем, проистекает из того, что наше ухо привыкло к темперированному строю, в котором сохранился единственный чистый интервал – октава. Все остальные интервалы фальшивы по определению темперированного строя. Строй этот был изобретен Веркмейстером (как альтернатива пифагоровому строю, который был в те времена единственным, который использовали), за то позволял, не перестраивая инструменты, играть во всех тональностях (слегка фальшиво) и решал проблему так называемых звуков «волков» (Wolf) (которые были хорошо известны импровизатору тех времен, когда он играл в определенной тональности и точно знал, какие клавиши нажимать нельзя). Кстати, отсюда двадцать четыре (два тома) фуги и прелюдии Баха. Это была демонстрация того, что можно так настроить клавесин, что, не перестраивая его, можно слегка фальшиво играть во всех тональностях, которых двадцать четыре. Ухо современного человека уже привыкло к темперированному (фальшивому) строю – отсюда и неадекватное восприятие аутентичного исполнения. Отсюда же проблема абсолютного слуха. Абсолютные слухачи плохо переваривают чистые интервалы и с ними очень трудно петь, так как в хоре используют именно чистые интервалы.

 

AFlmnv: У меня в училище педагог по сольфеджио – абсолютная слухачка. И поэтому мне грозят нехорошие оценки.

Она меня как раз обвиняет в том, что я пою в не темперированном строе.

Там как раз и получаются «волки» и пифагоровы коммы. То есть я очень часто занижаю на восьмую тона. Причем, если бы не поганый темперированный рояль и слух преподавателя, настроенный идеально под рояль – то все бы было в порядке. Большинство людей очень хорошо воспринимает мое пение.

А вот пение моего сольфеджиста меня ужасно раздражает – иногда чистую кварту чуть ли не до тритона завышает!

Вот я и думаю. Зачем темперировать голос! Зачем мне подстраиваться под бездушную темперированную машину, вместо того, чтобы естественно петь.

 

abcz: Ничего-ничего, упражняйтесь. Вдруг серию петь придётся? А там нужна довольно точная темперация.

Кроме того, человек, умеющий в линии выстроить равномерную (более-менее) темперацию, справится с любым, хоть микрохроматическим, ладом. Это-то проще.

 

AFlmnv: Упражняюсь.

Что, значит, придется петь серии?

Я их и так пою. Обожаю их петь. Уж если в них все петь «по клавишам», то это совсем неживая музыка будет.

 

abcz: Ну, в профессиональном будущем, я имел в виду.

Только ни в коем случае не «оживляйте» серий.

Смысл серии в отсутствии, даже в агрессивном отторжении тяготений, а вы, оживляя, привносите элемент тяготения, лада в то, что принципиально отрицает лад.

 

AFlmnv: Я с Вами не согласен.

На самом начальном радикальном этапе смысл серии был таков.

Но потом люди поняли, что все равно не убежать им от лада в серии.

И перестали бояться ладовых черт в сериях.

У Шенберга в том же скрипичном концерте очень много ладовых черт и иллюзий тяготения.

А у Сильвестрова так вообще серии-мелодии, чуть ли не тональные!

Так что не будем ограничивать матушку-серию.

 

abcz: Серия (мне кажется) может называться так именно, если вся музыкальная ткань организована посредством её. Но как только мы начинаем организовывать строго серийное сочинение иными (модальными) средствами, смысл серии исчезает.

Пьеса из серийной превращается в «пьесу с использованием элементов принципа неповторности».

 

victormain: Совершенно верно. Именно поэтому «Карнавал» Шумана сериен, причём сознательно. Одно уточнение: Если вся ткань пьесы организована серийно-додекафонно, но в какой-то момент происходит некое вариационое переосмысление материала (например — традиционно функциональная гармонизация серии и т. п.), это не нарушает общего принципа серийности всего здания. Этот нюанс, бессмысленный в период классической серийной додекафонии, стал актуален в эпоху полистилистики.

 

sir Grey: Непонятно, но интересно.

 

Miao: Скажите, кто знает, а вот Бах был весёлым человеком?

 

Andrew_Popoff: Да. И даже дрался на кулачках. Побил одного хориста, протеже важного чиновника. Было разбирательство, но Баху это дело простили. А в «Кофейной кантате» он назвал героиню именем своей дочки, а себя вывел в роли Стародума. Они эту кантату по воскресеньям с учениками разыгрывали в кофейне Циммермана, и Бах пел сам: «Если дочь крутого нрава».

 

 

 

 

Глава 052

Вольфганг Амадей Моцарт

 

 

Волшебная флейта

Опера (1791) KV620

Берлинский филармонический оркестр

Карл Бём (дирижер)

Фриц Вундерлих (тенор)

Дитрих Фишер-Дискау (баритон)

Ханс Хоттер (баритон)

 

Andrew_Popoff: Эта пластинка была у меня в детстве, и я до сих пор считаю ее эталоном исполнения «Волшебной флейты». Кстати, послушайте, как Роберта Петерс поет Царицу ночи. Вряд ли станете после этого считать Чечилию Бартоли уникальной виртуозной певицей. Петерс соединяет виртуознейшую колоратуру с потрясающей музыкальностью.

 

kozakol2008:  Ария Царицы ночи и колоратурное меццо-сопрано — в чём аналогия?

 

Andrew_Popoff: Я говорил о технике, а не о диапазоне голоса. Здесь слышна каждая нота, словно играют на флейте. У Бартоли все сливается в сплошное гоготание. Это просто мое мнение, ничего личного.

 

kozakol2008: «Гоготание» — это выражение  musikus˺а… Да о чём мы дискутируем-то? Вы прямо сейчас попробуйте (не пугайтесь – мысленно!) повторить хоть одну из её колоратур…

 

musikus: Нет-нет. «Гоготание» – это блестящее определение Андрея Попова. Не хочу присваивать себе чужие лавры.

 

kozakol2008: Сдаюсь, я что-то пропустила… Спокойной ночи (Всем — веселиться!)

 

tagantsev: Ну вот. Адвокаты пашли спать. Пригавор вынисен. Кто назначит дату икзикуции?

 

musikus: Как профессор профессору: как Вы общаетесь со студентами, имея такую грамматику? Неужели без проблем?

 

tagantsev: Я говорю, а не пишу.

 

musikus: Но, помилуйте, неужели профессору ничего не надо писать?! Я, грешный, написал почти триста работ – только опубликованных, не считая разных служебных методичек и прочего. Хорош я был бы с дурной грамматикой…

 

tagantsev: Я когда-то был грамотным, поскольку помнил правила. Но последние двадцать лет я практически не пользовался русским; проекты, отчеты, документация, обзоры, подавляющее большинство статей и тезисов докладов я писал на английском. Теперь, когда я стал преподавать в университете, пришло время расплаты, так как за двадцать лет я забыл, что знал. В преподавательской деятельности спасает то, что, несмотря на то, что на доске мне приходится писать очень много, но это исключительно математические выкладки или химические формулы. Кроме того в профессиональной лексике я ошибок не делаю. А уж если дело доходит до толстого труда, то для этой самой штуки у меня есть абсолютно грамотная жена (которая не знает правил, но пишет грамотно).

 

MargarMast: О, ни одной ошибки!

 

tagantsev: Спасибо! Вот напрягся и кое-что вспомнил. Значит, я не безнадежный. На этом форуме я столько писал по-русски! Чувствую, дислексии приходит конец.

 

mikrus72: Митя! Между прочим, придя сюда, я тоже стал немого грамотнее.

 

MargarMast: «Грамотнее немого» – это хорошо сказал, дорогой!

 

tagantsev: Ну не язва ли!? Если бы не Атлантический океан…

 

 

 

 

Глава 053

Дмитрий Дмитриевич Шостакович

 

 

Танцы кукол

Семь пьес для фортепиано (1952)

Любовь Тимофеева (фортепиано)

 

ak57: А это пример вечной музыки.

 

antidote: У меня слезы наворачиваются, когда я вспоминаю, что это написал автор Четвертой симфонии.

 

alexshmurak: Так блестящая же музыка!

 

antidote: Так и слезы – восторга и почти шока. Каким несовместимо разным в музыке он мог быть! Детская чистота, свет, юмор и рядом могучие трагические полотна.

 

alexshmurak: По-моему, эта музыка вполне пересекается с Четвёртой симфонией, иногда даже интонационно-тематически. Вспомним «кукольные» эпизоды из финала помянутой симфонии.

 

antidote: Не согласен, но спорить не стану.

 

ak57: Умирают царства на земле —

Детство никогда не умирает.

Владимир Луговской

 

Andrew_Popoff: Мне это сочинение очень нравится.

 

ak57: Мистер Попов!

Когда Вы пишите Ваши замечательные сочинения?

Все время находитесь на этом форуме…

 

Andrew_Popoff: А у меня все рядом – бумага, карандаш, компьютер, пианино, пепельница, красное вино, бюст Чайковского, плюшевый медвежонок и почетная грамота Европейского вещательного союза. Все, что нужно для жизни и работы.

 

ak57: Плюшевый мишка это сильно!

 

Andrew_Popoff: Он очень важен. Он единственный, кто всегда внимательно слушает все, что я сочиняю, и никогда не критикует, а принимает с благодарностью любую мою чепуху.

 

 

 

 

Глава 054

 

Людвиг ван Бетховен

 

 

Концерт для фортепиано с оркестром №2 си-бемоль мажор (1795) op. 19

Оркестр Ленинградской филармонии

Гленн Гульд (фортепиано)

Ладислав Словак (дирижер)

Концерт в Большом зале Ленинградской филармонии, 1957 г.

 

Miao: Вот слушаю партию фортепиано и слышу только «барокко, барокко, барокко».

 

Valery2: Вы слишком строги. Никакого особенного барокко тут, по-моему, нет. Есть молодой и очень талантливый музыкант, который то ли ещё не знал, куда пойдёт, то ли просто не приступил пока к своему грандиозно-коварному всемирно-историческому плану «обарочивания» всего и вся. Интерпретации Бетховена, прозванные мировой критикой «скандальными», ещё впереди, хотя, увы, уже скоро начало 60-х…

Ну, а здесь, в 57-м ничего этого нет и близко. Наш молодой герой просто увлечён и бесконечно талантлив…

 

Romy_Van_Geyten: Про роль молодого «героя» в этом концерте мне рассказывали следующую байку: Дирижировать должен был совершенно другой человек (к сожалению, не знаю, кто), но на первой репетиции он, услышав игру Гульда, упал в обморок и устроители вынуждены были его заменить Словачеком…

 

Людмила Григорьевна Ковнацкая утверждает, что люди во время концерта просто висели на люстрах. Впечатление было, как от присутствия при совершении чуда…

 

samlev: Вообще, разговоров о Гульде в Ленинграде в 1957-ом хватило на насколько десятилетий. Сумасшествие было всеобщим.

 

Miao: По-моему, это объясняет, почему musikus назвал Гульда «опасным».

 

oriani: Это забавно. Когда читаю об опасности, якобы исходящей от Гульда, всегда вспоминаю цитату: «От страха есть и польза: волос встает дыбом, от чего кажется густым и пышным».

 

Maxilena: Класс! Гульд опасен только тем, что им можно «заболеть», как можно «заболеть» Рихтером, Менухиным (у меня сейчас острая стадия – лихорадка, озноб, припадки восторга, как раз волос густой и пышный) и вообще любым великим музыкантом. Я тут, на сайте, перенесла острый гульдосепсис – и ничего, чувствую себя только духовно богаче. При этом я вовсе не разлюбила ни Рихтера, ни Тюрек (в Бахе) и никого другого.

 

 

 

 

Глава 055

Джон Филд

 

 

Ноктюрн № 13 ре минор «Derniere Pensee» (1834) H.59

Барт ван Орт (фортепиано)

 

alexa_minsk: У этого рояля какой-то неприятный звук. Это запись или такой инструмент?

 

Andrew_Popoff: Похоже на Бехштейн.

 

Я могу ошибаться, но у Бехштейна так же немного проваливаются средние частоты у неновых инструментов. Особенность конструкции. Стейнвею равных нет в звучании. Но если бы играл я, то предпочел Ямаху. К Стейнвею трудно привыкнуть.

 

samlev: К Стейнвею привыкнуть трудно, а к Ямахе невозможно.

 

Andrew_Popoff: Может быть, Вам плохая Ямаха попалась, а мне хорошая.

 

samlev: Возможно!

На мой очень индивидуальный взгляд, ямахи  хороши, удобны, стабильны, но безлики и искусственны. Когда играешь на Ямахе, всегда учитываешь лимит ее выразительности. Знаешь – как бы сам ни раздухарился, она больше не даст, хоть умри. У Бехштейна, Бёзендорфера, да и у Стейнвея, в конце концов, есть какой-то почти гуманный отклик, когда возможно нечто вроде диалога с инструментом. То есть, на нестандартное решение он тебе отвечает неожиданным звучанием (чтобы не прослыть мистиком, сразу очерчу границы: рояль может неожиданной сонорикой откликнуться на смену баланса голосов в аккорде или в многоголосье; может замечательно отреагировать на игру с педалью, на попытку заставить инструмент звучать тише, чем, казалось, возможно; на всякие чисто акустические опыты при разном количестве народа в одном и том же зале. И так далее). Так вот с Ямахой у меня никогда не случалось такого рода радостей – она проста как правда, но с ней не забалуешь. Она работает, как отличная японская машина средней руки — не подведет, но и восторга от езды не получишь.

 

Yuriyauskiev: Толком никогда не понимал, почему Рихтер в конце своей деятельности выбрал Ямаху. Он объясняет причину, но всё же не представляю, чтобы этот рояль мог бы так уж заменить остальные инструменты. Вот, что он однажды сказал Мильштейну:

 

«Мне приходилось играть в концертах на самых различных

роялях — от превосходных, до откровенно плохих. Лучшее, с чем я соприкасался — это «Бёзендорферы» и «Бехштейны» старой формации. Реже, но все же попадались отличные «Стейнвеи». «Ямаха» — инструмент удобный, но чересчур легкий».

 

Позднѐе его мнение, надо полагать, изменилось. Насчет легкости, помню концерт Якова Кацнельсона в 2005 г. на Тарусском фестивале. Он говорил, что будет нелегко с увертюрой к «Тангейзеру». Правда, там была кабинетная Ямаха. После концерта он показал кровоподтек на пальце — пришлось сражаться с роялем.

 

samlev: Мне кажется, все-таки, большу̀ю роль сыграли условия, которые Ямаха предоставила Рихтеру (всегда, везде, как из под земли – рояль, настройщик; концерты, где угодно…). Кроме того, отношение Святослава Теофиловича к инструментам было особым – он сам говорил, что не надо фетишизировать инструмент. Но, конечно, если бы последние годы Рихтер играл на разных роялях, звуковая картина была бы, отчасти, другой. Может, сам выбор «выразительных средств» в чем-то был бы другим. Кто знает?!

 

Andante:  Данная запись сделана на фортепиано фирмы Broadwood 1823-го года.

 

 

 

 

Глава 056

Ференц Лист

 

 

Серые облака

Nuages gris для фортепиано S.199

Святослав Рихтер (фортепиано)

Запись — 1988 г.

 

M_I_: Да, это исполнение превосходит то, что было записано на концерте Рихтера в БЗК в 50-х годах. Здесь передаётся настроение человека, созерцающего эти самые облака. Неотрывно и чутко созерцающего. Настроение исполнителя резонирует с самим видом этих облаков, он их слышит.

 

Yuriyauskiev: Существует двадцать две записи «Серых облаков», среди которых двадцать любительских. Любопытно, что первое исполнение (14/10/54, Ленинград) было записано, правда, почему-то не полностью.

Согласен, что выложенная здесь, насколько я понимаю, запись из Кельна 10/3/88 совершенно замечательная и прочтение более содержательное, чем ранние. Но еще более удачную запись во время того же кельнского концерта сделала Гутман, находившаяся в зале. Более естественные краски и больше эффект присутствия. Так часто бывает, когда не вмешивается реставратор, приводящий запись к «товарному» виду. Ну, а что пишет Рихтер по поводу этого замечательного концерта?

 

«Кёльнская запись разочаровала».

 

Вот всегда так – получаешь долгожданную запись – а я её получил еще в те годы, до официального издания, считаешь её эпохальной, а потом, как ушат холодной воды от исполнителя. Но у нас разные критерии, и каждый слышит своё. Мы не можем и не должны оценивать, опираясь на его отзывы на собственные записи. То, что было в его сознании, скрыто от посторонних.

И еще об одной записи, которой у нас нет, а у него была – Токио, 8/10/88.

 

«После такой записи можно совсем опустить руки и потерять веру в себя.

Кроме «серых облаков», это было сплошным огорчением. Разочарованием это не было, т. к. во время концерта я уже не тешил себя надеждами».

 

Вот так. Об этом концерте в телефильме «Шкала Рихтера» рассказывала Н. Д. Журавлева. По её свидетельству публика «выла и орала», и они после концерта в автомобиле с трудом пробирались сквозь возбужденную толпу почитателей. Боюсь что-то переврать, но Г. Г. Нейгауз как-то так написал по поводу самокритичности Рихтера: «Тот, кому выпало носить нелегкое бремя славы, не впадает в зазнайство».

 

tagantsev: Вы меня поражаете своей эрудицией в области Рихтера. Но! Как Вы можете слушать его музыку, столько зная?! Извините, это не выпад в Ваш адрес. Просто я хотел сказать, что создав себе кумира, можно не заметить, что рядом пролетает Ангел (другого пола).

 

Yuriyauskiev: Ну что Вы, никакого выпада не усмотрел. Вы прекрасно и сами понимаете, что знания никак не мешают свежести восприятия. Например, у меня постоянная потребность слушать ор.111. Часто это делаю. И что же, я при этом должен держать в голове, что у меня всего двадцать одна запись этой сонаты в его исполнении, то есть, всё, что есть в мире на сегодняшний день, что играл он её в своей жизни сто три раза, что впервые сыграл 15/6/52 в Ленинграде (нет записи), а последний раз — 25/10/91 в Реллингене (записано) и т. д., и т. п. Знания мне позволяют выбрать запись, соответствующую сиюминутному настроению – то ли токийскую 74-го, то ли московскую 75-го, а может быть, одну из поздних, 91-го. Знания позволяют чувствовать разницу в создаваемых им настроениях, в выражаемых идеях в разные годы и в разных концертах.

Насчет ангела, причем, другого пола, то мысль не совсем понял. У меня есть любимая исполнительница для «нерихтеровского» репертуара — Анни Фишер, хотя не всё у неё принимаю так уж безоговорочно. Из молодых – наша Алия Акбергенова, за становлением и эволюцией которой пристально слежу. «Ночной Гаспар» у неё просто восхитительный, о чем когда-то с восторгом написал на одном форуме.

Кстати, почему-то читал о себе, что, мол, за Рихтером никого и ничего не вижу. Как раз я слушал очень и очень многих. Это-то и укрепляло меня в правильности моих эстетических предпочтений.

 

MargarMast: Да нет, Юрий, профессор Митя намекал на возможное отсутствие времени для личной жизни при таких обширных знаниях по Рихтеру, вот и всё.

 

Yuriyauskiev: По поводу личной жизни скажу, что здесь всё в порядке.

 

tagantsev: Про Ангела другого пола это я пошутил неудачно — у ангелов пола нет. Иногда встречаются полярные исполнения чего-либо разными исполнителями – и оба гениальны. Слушая только одного, можно не заметить других.

 

А Светлый Ангел MargarMast – просто язва.

 

 

 

 

Глава 057

Александр Сергеевич Грибоедов

 

 

Вальсы для фортепиано

Павел Егоров (фортепиано)

mozamozart: Если бы Грибоедов не погиб молодым, мог бы стать соперником Шопена. А так, нам осталось всего лишь «Горе от ума», что само по себе тоже неплохо.

 

mikrus72: Да, согласен! Грибоедов не только был большой талант, но также редкостной смелости человек. Его друзьями были Толстой-Американец и Якубович. Уж совсем заядлые дуэлянты и знаменитые сумасброды! Якубович как раз и отстрелил Грибоедову два пальца. А стрелялись через платок. Мало кто знает. То есть в упор, держась за концы шейного платка. Рука в руку. Да и политик Александр Сергеевич был редкий. Таких теперь нет. В присутствии принца Персии Аббас-Мирзы всегда сидел. Уходил, поворачиваясь к шейху спиной. А Аббас-Мирза всегда стоял, когда сидел Грибоедов. По смелости характера очень редкий был человек. Ка̀к только всё в нем уживалось, и языки, и литература, а вот еще и музыка. Слушаю впервые. Призна̀юсь, не знал, что он еще и музыку писал. Если это точно Грибоедов сочинил.

 

tagantsev: Да, это он. А вот Ваша история про дуэли и два пальца — для меня новость. Зато я знаю другую занятную историю про знаменитых дуэлянтов. Александр Дюма стрелялся на дуэли и, как благородный человек предложил не стрелять друг в друга, а вытянуть жребий — кому выпадет, тот пойдет в соседнюю комнату и застрелится. Жребий выпал, аккурат ему. Пошел! Прозвучал выстрел.., а он выходит живой и говорит: «Господа, я дико извиняюсь, но! … я промахнулся!».

Явно не Грибоедов.

 

mikrus72: Да что Вы, Митя! Грибоедов бы со стыда сгорел за такое. Его бы не поняли! Позор на всю голову! Грибоедов был большим другом «Американца» Толстого.  Федора Ивановича!

Представляете, что это за тип. Там такие вещи не проходили! Толстой друг Пушкина, Жуковского, Давыдова. Отчаянный бретер. Бесконечные дуэли, и всегда выходил сухим. Во время кругосветного путешествия с Крузенштерном, устроил на корабле форменный бардак.

Сплошные дуэли. В том числе и с Крузенштерном. За что Иван Фёдорович и высадил «Американца» на каком-то острове. Тот уж умирал совсем: его женщина из местного племени подобрала. Тринадцать дней колола его наколками. Он и выжил. А когда вернулся сам через три года, тут и Крузенштерн вернулся. Крузенштерн чуть за борт не упал, когда увидел, что на причале его встречает «Американец». И все равно остались друзьями. Вот Грибоедов с него пример и брал. Сей персонаж есть и в «Горе от ума». Что-то там про игру в карты. «Американец» и с Пушкиным должен был стреляться! Но сказал: «Нет, русская поэзия мне этого не простит». А Дантес так не считал!

Причем «Американец» ведь, будучи полковником, был разжалован, а на войне 1812 года участвовал рядовым, но — командовал полком.

Представляете!

И в Карельской кампании со Швецией тоже участвовал. Всюду дуэли! Вот такие были времена. Так что там такие выкрутасы, как у Дюма, не проходили! Это было достойное общество. Люди честь имели! Но и веселились от души! Хотя и кроваво!

И когда только Грибоедов успевал ещё и музыку сочинять! Вот уж да!

 

tagantsev: Да, про «Американца»-Толстого я знаю. Он прописан и у Пушкина в Онегине. Как ему только удалось до жить до старости…

 

mikrus72: На войну его, кстати, никто не звал. Он сам приехал! Со своей собачкой!

Так что учавствовал по своему хотению! Он правилам не подчинялся. Но рубился смело. Французам досталось. Его потом в телеге, израненного, с Бородино вывозили. Он перед битвой к Буонапартию ходил. Так, на спор! Александр I только за голову хватался. И всё прощал! Вот такие времена. «Американец» многих людей на дуэли убил. Все — знатные русские фамилии. Есть там и Голицыны, и Романовы. Много! Всего, по-моему, одиннадцать человек. Его жена была цыганка.

Она спасла его от позора. Он в карты что-то уж очень много продул! Вот в благодарность на ней и женился.

Так она рожать устала, все дети умирали. Ровно одиннадцать детей и все умерли. У него был свой Синодик жертв.

Умирал ребенок – «Американец» записывал напротив фамилии – Квит! И вот только двенадцатый его отпрыск выжил. А умер наш дуэлянт оттого, что вздумал делать себе наколку на лбу! А это был знак смерти. А он не знал. Его та женщина, что спасла его на острове — всё ждала, ждала, да, видимо, и прокляла. Пушкин о нем много писал! Брал разные его грани и вставлял в свои произведения. «Американец» был невероятно интересным человеком. К нему тянулись все, кто хоть сколько-нибудь был с ним знаком. И, разумеется, Грибоедов не был исключением.

 

 

 

 

Глава 058

Пётр Ильич Чайковский

 

 

Иоланта

Опера (1891) Op.69

Иоланта — Галина Вишневская,

Водемон — Николай Гедда,

Рене — Димитр Петков,

Роберт — Уолтон Грюэнрус,

Эбн-Хакиа — Том Краузе,

Марта — Виорика Кортез,

Альмерик — Джеймс Андерсон,

Мстислав Ростропович (дирижер)

Запись — 1984 г.

 

Andrew_Popoff: Как ни странно, советское либретто мне больше нравится. Старое – слишком елейно-назидательное, я был сильно разочарован, когда услышал гергиевскую запись со старым либретто. В советском – торжество идей гуманизма, а в дореволюционном – клерикализм.

 

railkunafin: Вынужден резко возразить: клерикализм в опере отсутствует начисто. Среди персонажей нет даже ни единого представителя клира. Дорогой Андрей! Пожалуйста, употребляйте термины в соответствии с их значением. В назидательности Пётр Ильич и брат Модест также не замечены Вы можете привести конкретный пример? Вряд ли. Насчёт елейности — дело восприятия и вкуса, конечно, но для меня слово «елейность» и либретто «Иоланты» несовместимы… Если посмотреть внимательнее, то в тексте и о Боге-то ничего нет, если брать это понятие хоть слегка полно. Есть только одна Его функция: Творец, и опера славит именно Творца, что сделано очень органично и расширяет ассоциативный круг. Да и странным было бы, что свет – лучшая физическая иллюстрация идеи Троицы — в те времена обошёлся бы без упоминания Создателя. Свет – действительно «первенец Творенья» и «лучший перл Его венца». Дорогой Андрей! Возможно, Вы испытываете идиосинкразию ко всему, что как-то связано с христианством; это Ваше право. А если это не стихийное чувство, а осознанная позиция, выстраданное мнение, я его только уважаю. Но давайте будем точнее в выражениях — а то это вплотную приближается к ругани, хотя и не переходит грань.

 

Andrew_Popoff: Раиль, не сердитесь. Это просто мои ощущения. Клерикаризм, разумеется, не внешний. Мне милее текст: «В нем источник бесконечный наслажденья красотой», чем «дар Единого Творца» это уже елей.

Но я не спорю. Я, скорее всего, ошибаюсь в оценке либретто. Так, просто мнение.

Кстати, клавесинистка Райса Кунафина не Ваша ли родственница?

 

railkunafin: Дорогой Андрей!

Ни малейшего гнева я не испытываю. Если я и почувствовал лёгкое раздражение, то лишь относительно терминов. Меня, как человека, к слову некоторым боком причастного, действительно, не радует расплодившаяся безграмотность, доходящая до неумения читать. То есть буквы-то мы разбираем, а смысл фразы тёмен. И это — обычная вещь в журналистике! Подавляющее большинство не понимают, что значат слова эпицентр или довлеет — но пишут! И вдруг опять то же самое… И если говорить о слове, то мне никогда не нравился финал оперы: какая-то скомканность, безликость, выхолощенность стиха. Будто у Модиньки весь пар вышел и он заговорил казённым языком. К счастью, я с год тому назад писал о сцене из «Иоланты», а у меня привычка есть — даже о знакомых вещах максимально информацией запасаться – и в Интернете наткнулся на оригинальный текст. Всё стало просто с головы на ноги! И качество появилось, и смысл! Я после этого достал с полки DVD со старым фильмом, и пересмотрел совершенно по-новому, а жена, которую я в курс ввёл, расплакалась. И меня проняло: я этой самой Иолантой будто стал, её незрячими глазами мир увидел (ведь она верует, молится, надеется, чувствует нисходящую благодать), и прозрел. Бог с ним, с внутренним постмодернизмом или как там у Вас… Теперь другое дело: поэзия, не хуже, чем в «Пиковой».

А Райса – ma cousine. Я сам с изумлением узнал лет пять тому назад, что она на клавесине играет. Отцы наши последнее время не дружили совсем, не то чтобы война, а характерами сильно разошлись братья в разные стороны. И вдруг Райса мне звонит через много лет, и говорит, что по радио меня услышала, и тоже изумилась, что я к её любимой музыке как-то прилепился. Теперь мы дружим – она славная оказалась, и умная девочка.

 

Andrew_Popoff: Как это приятно! Восемнадцатого декабря они с Настей Ведяковой будут играть в Подольске премьеру моей штуки для скрипки и клавесина. Райса очень хорошая и умная, Вы можете ею гордиться.

 

railkunafin: Желаю удачной премьеры! Надеюсь, Раиска Вас не подведёт. Я её поругиваю иногда, что-то по-другому видится и, вообще. Она как из Парижа вернулась, со стажировки, сперва помарок было изрядно, ну да сейчас вроде с техникой нормально. Она дружит с Татьяной Зенаишвили, под её влиянием играть стала спокойнее, не на нерве, а на погружении. Заодно и по клавишам попадать проще. Ну, я надеюсь, Вы своё авторское видение до солистов донесли? Если да, то всё хорошо пройдёт, и Вас хорошо примут, даром что публики стоящей в Подольске маловато, увы. Потом, может, и в Москве сыграете, Подольск – не Улан-Удэ, добраться можно. Да и выбор инструментов здесь получше. У Раисы только Аммер один, но звук для этой фирмы неожиданно хороший, с барочным привкусом даже. Ну, ладно, разболтался я что-то. Удачи Вам, и привет передавайте! На сегодня прощаюсь, пока!

 

 

 

Глава 059

Никколо Паганини

 

 

Концерт для скрипки с оркестром № 2 си минор «La campanella» op. 7

Государственный академический симфонический оркестр СССР

Павел Коган (дирижёр)

Андрей Корсаков (скрипка)

 

musikus: Паганини тот редкий случай, когда виртуоз-инструменталист пишет музыку только для того, чтобы создавать и пополнять репертуар, играя исключительно свои собственные сочинения, ограниченные доступным ему инструментарием. Как композитора, это «опускает» его как бы на разряд ниже того, кто пишет «музыку вообще». Дело усугубляется еще и тем, что Паганини писал не просто скрипичную музыку, но только такую, которая должна была свидетельствовать о его виртуозных способностях, ставя себя в особое положение в отношении других скрипачей. Лист, которого часто ставят в параллель Паганини как создателя нового фортепьянного стиля, тоже создавал свой собственный репертуар, но, как известно, писал не только для рояля и писал вполне самобытно. Конечно, у него много виртуозной фортепьянной музыки «а ля Паганини», но много и совсем другой (одна Соната си минор и «Годы странствий» чего стоят). Казалось бы, похожий на Паганини случай – Шопен, который играл только свое, но… Но Шопен использовал рояль только как способ трансляции нечто гораздо большего, чем «просто» фортепьянная музыка – общечеловеческого. О Паганини этого не скажешь, хотя музыка его по-своему превосходна и стоѝт (и стоѝт и сто̀ит) гораздо выше, чем в аналогичных случаях, скажем, с Венявским, Вьетаном или Изаи.

 

mozamozart: Тибальди Кьеза пишет, что австрийский кайзер Франц II был вынужден выписать из Африки жирафа, чтобы отвлечь публику от «дьявольской скрипки Паганини», концерты которого проходили тогда в Вене. Представляю себе это состязание — жираф против Паганини. Дух захватывает. Жаль, не помню, кто победил.

 

Андрею Корсакову выражаю своё неизменное восхищение!

 

 

 

 

Глава 060

Джоаккино Россини

 

 

Севильский цирюльник

Опера

Премьера состоялась в Риме 20 февраля 1816 года

Оркестр театра Комунале (Флоренция)

Джузеппе Патане (дирижер)

Чечилия Бартоли (меццо-сопрано)

Уильям Маттеуцци (тенор)

 

ATTILA: Внимание!

Розину поет Чечилия Бартоли!

 

Maxilena: Которую невозможно даже рядом поставить с Терезой Берганца в этой партии.

 

mikrus72: Уважаемая Maxilena!

Почему Вы так считаете?

Чем Берганца превосходит Бартоли??

 

Maxilena: Дорогой Микрус! Я понимаю, что Вы меня провоцируете (Мюллер Вы этакий), но все-таки отвечу. У меня есть видеозаписи – и с Берганца, и с Бартоли, к сожалению, только на видеокассетах. Берганца превосходит Бартоли всем – и тембр у нее ярче, и поет она, как дышит, без малейшего форсирования. А уж о проникновении в суть музыки и говорить нечего — это такой настоящий Россини! (и Моцарт, и т. д.). Ее никто не назовет соковыжималкой и (как там? «гоготалкой»?). Когда я ее слышу, у меня за грудиной словно ментоловое масло разливается – млею. Наконец, Берганца – «просто красавица». Но опять же, скажите, с кем сегодня можно сравнить Бартоли?

 

mikrus72: Уважаемая Maxilena! Вы правы по Берганца. Я разделяю! И красоту тоже! У Бартоли задачи другие. На мой взгляд, она рельефнее. Трактовка образа у нее ярче. Она умеет лепить! И, как следствие, эта редкая особенность зачастую не позволяет ей пойти глубоко! Бартоли владеет крепким рисунком и, естественно, при таких способностях, яркость и живописность уступает. Здесь выбирать надо! Я за крепкий рисунок! Недостаток Берганцы — некоторая разжиженность формы, а в остальном все блистательно. Недостаток формы компенсируется глубиной и чувственностью! У Бартоли недостаток глубины, компенсируется совершенством мощной формы образа!

Но!

Конечно, это мое субъективное мнение. Можно поспорить! Допустим, что я не прав по всем пунктам. Допустим! Тогда вопрос!

А кто сегодня сравнится с Бартоли? Мы сравниваем с прошлым. А кто сегодня? Вот в чем вопрос! Кто равен ей сегодня?

Здесь Вы правы. Покажите сегодня?

 

Maxilena: Дорогой Микрус, да нету, нету больше колоратурных меццо. Но в данном вопросе я назад «пойтить не могу»! У Бартоли – мнимая рельефность, граничащая с грубостью. Я против такой «лепки», мне, ишь ты, утонченность Берганцы подавай. Я уж лучше в прошлом побуду. И про разжиженность формы у Берганцы не соглашусь. Ее исполнение, по-моему, практически идеально. Но к Вам, дорогой Микрус, я все равно хорошо отношусь!

 

mikrus72: Отвечу сам себе! Мара Дзампьери – сегодня!

Но, по-моему, она уже карьеру заканчивает!

 

ATTILA: А Вы слышали «Цирюльника» с Робертой Петерс?

Ну почему так сейчас не поют?!

 

mikrus72: Дорогой Аттила! Я здесь уже писал — «Почему»!

А Роберту Петерс я ещё не слушал.

Пойду, послушаю, пожалуй.

 

ATTILA: Могли бы и меня позвать.

 

Aelina: И меня!

 

 

 

 

Глава 061

Жан-Филипп Рамо

 

 

Концерт из произведений композитора

Джон Элиот Гардинер (дирижёр)

 

Igor2: Видео добавлено по просьбе Аэлины, которой я за это искренне благодарен!!!

 

Концерт состоялся 15 июля 2007 г. в лондонском «Royal Albert Hall» и транслировался в прямом эфире по Британскому радио и телевидению.

 

В концерте помимо сэра Джона Элиота Гардинера и возглавляемого им оркестра «English Baroque Soloists» так же принимают участие:

 

Струнный ансамбль «Buskaid Soweto String Ensemble» (ЮАР)

 

Ансамбль танца «Dance For All» (ЮАР) под руководством г-жи Rosemary Nalden

 

Хоровой коллектив «Monteverdi Choir» (Великобритания

 

— Еще один ансамбль танца «Compagnie Roussat-Lubek» (Франция)

 

Вокалисты:

Julia Doyle, Katharine Fuge (сопраны)

Anders Dahlin, Marc Molomot, Nicholas Mulroy (контртеноры)

Lawrence Wallington (бас-баритон)

Matthew Brook (просто бас)

 

Aelina: Великолепный концерт! Праздник души!

Сэр Джон Элиот Гардинер и возглавляемый им оркестр «English Baroque Soloists» умеет порадовать своими музыкальными дарами. Как стройно и выверено звучат

скрипки, виолончели, контрабасы, флейты и гобои!

Хоровой коллектив из Великобритании и солисты чаруют

своими голосами и мастерством.

Дорогой Игорь, спасибо за загрузку этого блестящего шоу!!!

 

У кого нет времени посмотреть весь концерт целиком, прошу, послушайте арию, начинающуюся с 50:35.

 

Умоляю!!!

 

gleb_krasilnikow: Ну вот как тут можно отказать. Конечно, послушаю.

 

tagantsev: Здесь все на редкость органично – и танец и музыка. В этом апофеозе Природе и Любви столько тонкого юмора и свободы. Праздник Урожая какой-то!!! Кто бы мог подумать, что резиновые кеды и Рамо только сегодня встретились на одной сцене. Рамо вечен!!!

 

Но вот, кто бы мне объяснил, почему публика стоит?

 

Romy_Van_Geyten: В «Royal Albert Hall» это обычное дело. Там классические концерты проходят примерно как какая-нибудь рок-гулянка. Стоят, сидят на полу… непринуждённо всё.

 

Mikhail_Kollontay: Я тут пытался это дело ввести. Но вежливые тайваньцы отказываются валяться со мной рядом на полу и наслаждаться звуками музыки. Так что перестал, сижу себе в кресле и дремлю, сидя, что менее, разумеется, удобно.

 

Romy_Van_Geyten: Насколько я понимаю, у этих концертов в Альберт-холле есть ещё другой аспект. Из-за большого количества мест и возможности стоять, сидеть и лежать, билеты на эти концерты сравнительно дёшевы. Поэтому на приезжих знаменитостей могут довольно легко попадать студенты, домохозяйки и прочий не очень обеспеченный народ…

 

 

 

 

Глава 062

 

Пётр Ильич Чайковский

 

 

Спящая красавица 

Балет (1888-89) Op. 66

Евгений Светланов (дирижер)

 

ak57: Насколько я помню, это концертное исполнение балета. Музыка написана для театра, но нетеатральное исполнение дает ей новое измерение. Музыка проявляется в чистом виде.

 

Voledemar: Не могли бы вы расшифровать последнюю фразу в вашем комментарии: «Музыка проявляется в чистом виде»?

 

ak57: В детстве я попал на балет «Спящая красавица» и был очень разочарован. Мне показалось все необычайно скучным, в том числе и музыка. Но  через много лет я услышал эту музыку по радио в исполнении Светланова. Причем, вначале было его вступительное слово, где он рассказал,

что это исполнение музыки в концертном варианте без оглядки на танцевальную составляющую произведения Чайковского. Вот тогда-то я по-настоящему и услышал эту музыку, и полюбил ее. Увидев на сайте эту запись и еще раз внимательно её прослушав, я лишний раз убедился, что музыка Чайковского для театра может вполне быть самодостаточной сама по себе. Мне, во всяком случае, она больше нравится без визуального ряда. Но это, конечно, мой личный случай и мое личное мнение.

 

Voledemar: Прослушал музыку от начала до конца. Думал. В конце концов, я согласился с Вами… Никогда не считал балет искусством. Акробатика на кончиках пальцев ног. Повторение одних и тех же движений. Кто дальше и выше прыгнет, кто быстрее и дольше крутится… Неинтересно. Музыка без этого спорта прекрасно обходится.

 

musikus: Совершенно верно. Уланова была известной спортсменкой.

 

Maxilena: Шутки шутками, но, когда я бываю на балетах Чайковского и Прокофьева, у меня на одно-два действия выключается зрительный анализатор, я просто слушаю музыку. Не знаю, может быть, их симфоническая музыка – надбалетная?

 

gleb_krasilnikow: А я «Спящую красавицу» без балетных танцоров никогда не воспринимал… Поэтому первый раз полностью прослушал эту музыку только в театре.

 

victormain: Я тоже. За исключением короткой сцены заклятья Карабос (всю жизнь боюсь этой музыки, ничего человеческого в ней нет решительно, лихо удалось), флажолетной вариации из Па-де-де и всего Дивертисмента. Чисто заказной опус. Но в хорошем спектакле очень хорош.

 

Mikhail_Kollontay: Просто в «Спящей красавице» Пётр Ильич врезал так, что не особенно-то и ставят, меньше, чем другие два, во всяком случае. Уж очень широкомасштабные средства требуются, как я понимаю. Но я в балете не разбираюсь вовсе, так что, не знаю, может, так и надо.

 

 

 

 

Глава 063

 

Ференц Лист

 

 

12 трансцендентных этюдов для фортепиано (1851) S.139

Святослав Рихтер (фортепиано)

3апись 1956 г.

 

Aaron: Исполнение некоторых этюдов, кажется, находится за пределами возможностей человеческой анатомии. И при этом – с полной легкостью!

 

musikus: После триумфальных гастролей Рихтера в США, (когда его впервые выпустили на Запад), кто-то из известных американских критиков писал, примерно, так:

 

В пьесе Равеля Рихтер взял, казалось бы, предельно быстрый темп, но когда ему понадобилось его еще больше ускорить, он взял и непринужденно его ускорил.

 

Не могу не заметить, однако, что Святослав Теофилович никогда не делал этих «ускорений» из спортивного интереса, а исключительно в художественных целях. Это радикально отличает его от нынешних «спортсменов», которые то и дело устанавливают рекорды скорости и беглости, но для чего – не понятно.

 

samlev: Только что послушал. Титаническое исполнение! Честно скажу, сам играл шесть из этих восьми этюдов, слышал множество исполнений, но даже представить себе не мог, что возможна такая степень «самосожжения» в этих пьесах. Разумеется, не пытаясь весь мир запихнуть в одну формулу, но совсем коротко, это исполнение для меня — лучшее объяснение романтизма, как, например, его понимал Бемэ. Его определение — романтизм – это яростность. В данном случае, Рихтером достигнута такая мощь экспрессии, исполнение выходит на такой уровень обобщения, которые, как мне кажется, перерастают само представление о возможностях интерпретации. В общем, чтобы понять, что такое романтизм как феномен, слушайте эту запись.

 

musikus: Интересно было бы в деталях сравнить это исполнение с записью, к примеру, 88-го года.

 

Ранний Рихтер вообще совершенно особое, удивительное явление. Когда эти ярость и восторг начали впоследствии (вместе с «поколачиванием») уходить, что-то было взамен обретено, но что-то, или даже многое – утрачено. Конечно, в каждом возрасте свои прелести, но…

 

samlev: Увы! А сам Бетховен?!

 

musikus: Конечно, конечно. Эволюция от Op. 2 к Op. 111-му…

 

samlev: Да, и ужас в том, что для меня дороже всего Бетховен до, скажем, тридцать первого опуса (Восемнадцатая соната). Затем со сто первого (квартеты, сонаты) и до конца, а уже потом бурная середина. Хотя играл почти все. Я никогда не даю моим студентам Девятую сонату из чисто шкурнических соображений – ну, просто не могу!!

 «Не давайте святыни ваши…»

 

musikus: Эта ревность понятна даже мне, любителю. Представляю, каково Вам слушать то, что давно сформировалось во внутреннем слухе и прикипело к душе – в ученических руках. Я ужасно ревную всякого, когда слушаю, к примеру, Восемнадцатую сонату, начиная прямо с первого такта, где возможна бездна интонационных оттенков, и всякое отклонение от того, что я сам себе здесь положил, вызывает не просто разочарование, а прямо бешенство.

 

Andrew_Popoff: Чего же ждать от нового поколения, если старое не делится с ним святынями?

 

samlev: Фортепианный репертуар огромен. Так что всему можно научить, выводя некоторые произведения, которые, к примеру, не любишь (или слишком любишь), за скобки.

 

Andrew_Popoff: А не кажется ли Вам, что фортепиано грозит участь стать историческим инструментом, каковыми являются виола или лютня? Пианисты не хотят играть современную музыку, композиторы по этой причине пишут для рояля все меньше и меньше, в основном, ансамбли (и играют сами). Так что, репертуар все больше ограничивается примерно полутора веками, и постепенно сужается – еще Оннегер это отмечал.

 

samlev: Уважаемый Андрей, пока что, вроде бы, фортепиано – главная рабочая лошадь современного музыкального процесса. Репертуар примерно в два с половиной века (надо же учесть, что вся клавирная музыка по наследству досталась именно фортепиано). Современные композиторы – от Щедрина до Булеза и дальше – все работают с фортепиано. Не будем далеко ходить: в каталоге нашего сайта у композитора Андрея Попова числится тридцать два произведения. Из них фортепиано упоминается в тринадцати. Современный репертуар работает. Ну не так, конечно, как Брамс и Прокофьев, но я сам только за последние четыре месяца слышал, например, три разных исполнения этюдов Лигетти. И не на экзамене, а в концертном зале. Мало того, у меня как раз ощущение, что пианисты ищут новую музыку, поскольку вся классика уже записана-перезаписана. Знаю пианистов, которые специализируются только на сегодняшней музыке и вечно ловят что-нибудь новенькое. Так что, мне кажется, до музея – фортепиано еще далеко.

 

Andrew_Popoff: Частично соглашусь, но я не совсем об этом. Композиторы, особенно молодые, пишут для фортепиано, потому что это пока самый доступный инструмент – написал и тут же сам и сыграл.

Но вот концертная практика, как мне кажется, разделяется на два русла, которые все более расходятся в разные стороны. Есть звезды, которые играют один и тот же классический репертуар, и есть современная музыка, и они никак не взаимодействуют. Мой опыт говорит о том, что музыканты хотя̀т играть новую музыку. Тот же Мацуев говорил, что мечтает сыграть сочинения Ираиды Юсуповой. Зная Ираиду, скажу, что не думаю, что она ему отказала бы в исполнении. Но он так и не сыграл ничего. Звезды – рабы продюсеров, а тех интересует не музыка, а совсем другие вещи.

 

 

 

 

Глава 064

Вольфганг Амадей Моцарт

 

 

Милосердие Тита

Опера (1791) KV621

Кристофер Хогвуд (дирижёр)

Чечилия Бартоли (меццо-сопрано)

ATTILA: Нашел в Архиве еще одну запись с участием нашей дивы Чечилии Бартоли!

 

MargarMast: Вот слушаю как раз сейчас вашу обожаемую с братом Микрусом Чечилию по «Культуре» она воздаёт долг кастратам. Ну не получаю удовольствия, и всё тут. Грубо и резко. У кастратов (к которым, насколько я понимаю, приближаются сейчас контратенора) были, насколько я могу догадаться, удивительно гибкие и богатые по тембру голоса, нежные и в то же время глубокие. Ничего такого в вашей Чечилии нетути. Всё на поверхности — как на металлической гравюре.

 

mikrus72: Ох! Выхватила один проект Вивальди и судит по нему о всем творчестве Бартоли! Давай по одной картине будем судить художника! Тем более, что задачи выдвинутые Вивальди выполнены! Покажи мне, кто лучше? Пока лучше нет – она лучшая. Сравнивать не с чем в этом проекте!

Я прослушал всё, что есть в Архиве по Бартоли. Плюс почитал о ней книги. Плюс посмотрел видео. Оценил ее актерские и вокальные возможности. И только после этого сделал выводы. Проделай тот же путь, потом суди. А минусы есть у всех!

 

MargarMast: Я тебе про кастратов, а ты мне – про Вивальди! Разве Вивальди был кастратом? Как раз совершенно другой проект. Другой. Но она там – та же! Точно такая же везде и всюду. Не знаю, как она вам вдвоём ещё не надоела.

 

mikrus72:

 

 «4 июня 1966 года родилась одна из самых выдающихся певиц современности — Чечилия Бартоли»

Это раз!

 

«В 1999 американская писательница и психолог Ким Чернин написала книгу «Чечилия Бартоли. Объяснение в любви». К этому объяснению тут же присоединились тысячи почитателей таланта певицы»

Это два!

 

«К своему дню рождения она получила своеобразный подарок, став лауреатом престижнейшей датской премии «Leonie Sonnings musikpris» за 2010 год»

Это три!

 

«Оргкомитет премии в своем официальном комментарии назвал сорокатрёхлетнюю Бартоли «великой певицей» и сообщил, что «ее звук является уникальным, ее техника — непревзойденной, а ее сияние – такое же, как у Каллас».

Это четыре!

 

С нею работали:

 

Герберт фон Караян,

Даниэль Баренбойм и Николаус Арнонкур.

Это пять!

 

Вот тебе, сестрица, и «ничего в ней нетути»!

 

MargarMast: Да я очень за всех них рада, брат Мишуня, честное слово. Я рада, когда публика находится в экстазе – здесь публика просто беснуется на выступлениях Жени Кисина, а я при этом остаюсь совершенно холодна, хотя я по натуре человек вовсе уж не холодный, ты же знаешь. Ну не волнует меня его игра никак, я и на концерты его перестала ходить, хотя мы одно время даже приятельствовали. То же и с Чечилией. Актриса она действительно превосходная, она может зажечь публику – в этом я нисколько не сомневаюсь. К тому же экстаз – вещь заразительная, особенно когда присутствует профессионализм, выдаваемый за искусство.

 

Глава 065

 

Вольфганг Амадей Моцарт

 

 

Концерт для фортепиано с оркестром № 5 pе мажор (1773) KV175

Japan Shinsei Symphony Orchestra

Святослав Рихтер (фортепиано)

Рудольф Баршай (дирижер)

Запись – Токио 3/3/94.

 

Yuriyauskiev: Символично, что музыкант, которому осталось выступать еще год, обращается к двум ранним концертам Моцарта – Первому и Пятому, Грустно смотреть на Рихтера на этом видео – строгий взгляд аскета, а во время поклонов скупая грустная улыбка.

 

А теперь запись из Дневников:

 

«Мне понравилось — Моцарт, Баршай с его «женским» токийским оркестром, ну и я тоже.

В D dur-ном концерте (так же как и в F dur-ном) всё немного «в лоб», но естественно, темпераментно и мужественно (может быть, слишком виртуозно).

Конечно, такую интерпретацию могут и критиковать те, которые хотят Моцарта нежного и манерного, но это уж дело вкуса. Вероятно, можно и так — и так…

Баршай меня очень порадовал».

 

mozamozart: Не знаю, но, думаю, что в оригинале концерт был написан для клавесина, да, это и чувствуется. И потом, Рихтер играл с листа, а, значит, играл концерт либо впервые, либо до этого не играл очень давно, а тут решил исполнить, а учить лень, ну, он его с листа и прогнал. Я это к тому, что большие мастера обычно неохотно играют ранние концерты классиков, не интересно, наверное. Потому наизусть и не учат. Когда еще придется играть.

 

Yuriyauskiev: На основании чего можно делать такие выводы? Хорошо известно – и это тут не раз обсуждали — Рихтер в конце своей деятельности играл с листа. Тому были свои причины. Запечатлено это на весьма многочисленных видео, да и свидетели есть.

 

mozamozart: Я немного другое имел в виду. То, что с листа, Бог с ним, не в этом суть. Я хотел сказать, что ранние концерты Моцарта не для рояля написаны, а для клавесина. Возможно, именно поэтому ранний Моцарт был Рихтеру неинтересен, совсем не та драматургия, что ли.

 

Yuriyauskiev: Я лично не стал бы слушать, если бы их играли на клавесине — он для меня бесцветный и пресный. Да и Моцарт написал эти концерты в таком возрасте, что даже он, гений с детства, вряд ли мог осознавать, как они могут звучать на рояле, и что сможет в них увидеть (услышать) большой мастер.

Рихтер не стал бы играть произведение, которое ему было неинтересно. А раз обратился к нему, да еще в конце творческого пути, значит, что-то привлекло. Разумеется, нигде развернутых объяснений на этот счет нет. Не раз пенял Вите Зеленину, что тот не расспросил, что Рихтер думал о некоторых произведениях, как он пополнял репертуар и т. п. Думаю, Витя так долго смог удержаться рядом со Святославом Теофиловичем, что не докучал ему расспросами, которые тому могли бы показаться досужими, зато нам многое прояснили бы (меня точно перестали бы принимать по причине излишней любознательности, переходящей в назойливость).

 

Intermezzo: Не могу спорить и говорить, что Вы не правы, однако в клавесине более чем что-то есть. Цитирую пользователя reflechant:

 

«Бальбатр, органист Людовика XVI, опробовав установленное в Тюильри фортепиано, сказал Паскалю Таскину, знаменитому изобретателю буйволового регистра: «Как ни старайтесь, мой друг, этот пришелец никогда не свергнет с трона величественный клавесин».

 

«В сравнении с клавесином, фортепиано,— заявил Вольтер, — это изобретение жестянщика».

 

Понимаю, что различие в восприятии музыки велико. Но Рихтер все-таки всецело принадлежит XX-му веку — веку, когда и Бах только начинал восхождение к аутентизму, и Моцарт исполнялся «неаутентично», только за некоторыми исключениями. Опять же, я далек от мысли, что неаутентичные исполнения неправильные — и Карл, и Святослав Рихтер исполняли Баха (и Моцарта) потрясающе, но сейчас все чаще их произведения исполняются в согласии с временем их создания и теми традициями исполнения.

 

reflechant: Я очень люблю фортепиано. Оно может то, чего не может клавесин. Но «каждый сверчок, знай свой шесток». Старинная музыка на фортепиано не звучит (некоторые вещи Баха или Скарлатти — скорее исключение). Играть на клавесине Шопена — кощунство. Это пробовала Ландовска, получилось отвратно.

Теперь немного апологии. Я совершенно точно уверен, что фортепиано не должно играть форте, оно там проигрывает клавесину. Если мы мысленно уберём звучание струны и сравним только атаку, то получится, что клавесин превращается во что-то, вроде, ксилофона, а фортепиано будет звучать, как будто кто-то барабанит пальцами по столу (что всех раздражает). У фортепиано на редкость гадостная атака, что прекрасно слышно на высоких частотах forte. Плохой баланс громкости между частотами, хотя скорее это плохой баланс длительности звука — бас легко превращается в кашу. В общем, это очень разные инструменты. У клавесина, к тому же, несколько способов звучания. В лютневом регистре хорошо сделанные инструменты похожи на арфу или даже слегка напоминают гитару, очень красиво.

Клавесин сложный и прекрасный инструмент, вершина музыкальных и технологических достижений трёхсотлетней эпохи, модернизировался он постоянно в течение этого времени. Композиторы тех далёких эпох в совершенстве знали все его особенности и писали специально для него. Клавесин одевает ноты на себя как танцор платье, они ему идеально впору. И когда вещи, написанные для чембало, пробуют перенести на фортепиано… получается странно.

Из-за разной длительности звука то, что задумывалось как рубато, в этой записи выглядит, как будто Рихтер играет невпопад и «тормозит». И тяжеловато как-то. Не Моцарт это. Или только мне так кажется?

 

mozamozart: Нет, не только Вам.

 

 

 

Глава 066

Сергей Сергеевич Прокофьев

 

 

Соната для фортепиано № 4 до минор (1917) op. 29

Святослав Рихтер (фортепиано)

Запись 31/8/91 – Кастельфранко

 

Yuriyauskiev: Впервые Рихтер сыграл Четвёртую сонату 23/6/43 в Москве, в БЗК. Мы вряд ли сможем услышать запись, которой, скорее всего, не было. Но познакомиться с авторитетным отзывом можем.

 

Н. Я. МЯСКОВСКИЙ – С. С. ПРОКОФЬЕВУ

 

29 июня 1943 г., Москва

«Недавно Рихтер в своем концерте в Большом зале сыграл Четвёртую и Седьмую сонаты Ваши. Четвёртую так себе, а Седьмую отлично, особенно Adagio. На Четвёртую ему не хватило зрелости, потому она вышла клочковато».

 

Romy_Van_Geyten: Интересно, а существует запись Пятой сонаты с Рихтером? Было бы интересно послушать…

 

samlev: Увы, нет! Разве что у Юрия…

 

Yuriyauskiev: Вы переоцениваете мои возможности! Ни у кого нет записей произведений, не входивших в его репертуар. Ведь речь идет о Пятой сонате Прокофьева, как я понял?

 

samlev: Дорогой Юрий, я сказал об этом в шутку, но, так как во всякой шутке есть доля шутки (по словам моего друга), то заявляю, что в Ваши возможности я верю больше, чем дети в Деда Мороза.

 

Yuriyauskiev: В связи с возникшим вопросом вновь задаю свой вопрос, на который пока не удается ответить: ведь явно играл он что-то для себя, не вошедшее потом в репертуар. Задавал этот вопрос многим его друзьям. Никто ничего не знает. Знают и слышали оперы Вагнера в его исполнении, но это не концертный репертуар пианиста.

 

samlev: Лично я слышал, например, о многих пленках в Переделкине в доме С. Г. Нейгауза. Называли домашние записи сонат Шуберта, пьес Шопена и Дебюсси, Прокофьева. О Вагнере я ничего не слышал. Какие это были записи, куда они делись – понятия не имею. Друзья, которые слушали эти пленки — кто умер, кто непонятно где. Но если бы где-то сохранилось что-то из домашних исполнений Рихтером Вагнера – это было бы сказочно! Но Вам, конечно, намного виднее, что реально, а о чем можно только мечтать.

 

 

 

 

Глава 067

Людвиг ван Бетховен

 

 

Симфония № 7 ля мажор (1811-12) op. 92

Камерный оркестр Европы

Николаус Арнонкур (дирижер)

 

Miao: Ну вот, послушал на свою голову, теперь эта музыка так и звучит в голове… Проснулся утром и думаю, что это за мелодия, которую напеваю. Седьмая… Что за композитор такой! Послушаешь один раз и не отвяжешься потом…

 

MargarMast: Ну, это же Бетховен, а не «режьте билеты» из рассказа Марка Твена.

 

Miao: Это какой то замкнутый круг: Бах – Бетховен и всё. И, кажется, за него не вырваться…

Первая и Вторая части – очень сильно! Третья и четвёртая — проходные какие-то… Кто, что думает по поводу последних частей?

 

Sousa: Утверждать, что последние две части просто дописаны – крайне неосторожно. Бетховен слышал всю музыку так, как не слышим мы и вряд ли услышим. Ведь последние его квартеты многие даже в наше время считают уродливыми. Потому что они не могут услышать так, как слышал Бетховен. Седьмая симфония это шедевр, и все части, соответственно. Нам просто трудно понять. А все, что мы не понимаем, мы стараемся отвергнуть или обругать.

 

precipitato: Вы меня нисколько не убедили. Я эти две последние части считаю полной ерундой.

 

Malik: Я извиняюсь, это кто там говорит, что третья и четвёртая части просто дописаны и, что их не имеет смысла слушать??? Вы, что, великий композитор? Как можно критиковать такого титана мира музыки так просто и без веских на то аргументов? Здесь можно спорить только о том, к какой эпохе принадлежит стилистика Бетховена, и ни о чем больше!

 

Mick_M: Для первого поста на форуме совсем неплохо. Поздравляю! Вы выиграли бесплатное посещение аквапарка!

 

Romy_Van_Geyten: Я бы за «титана мира музыки» ещё эскимо добавил.

 

Mikhail_Kollontay: С титанов проще начинать, а потом дело и до нас, грешных, дойдёт.

 

OlGavA: Может быть…

 

«Поверх земли мятутся тени

Сошедших в землю поколений;

Им не уйти бы никуда

Из наших рук от самосуда,

Когда б такого же суда

Не ждали мы невесть откуда»

А. Тарковский

 

 

 

Глава 068

 

Иоганн Себастьян Бах

 

 

Месса cи минор BWV 232

Мюнхенский Баховский хор

Мюнхенский Баховский оркестр

Карл Рихтер (дирижер)

 

Maxilena: Подсела я на рихтеровские исполнения Баха. Может быть, еще и потому, что солисты те же, что и в Пассионах – божественные!

Что значит исполнение! Вот сейчас прослушала Мессу си минор в исполнении Карла Рихтера и — впервые ее услышала!

 

musikus: Мне довелось слушать Мессу си минор с Карлом Рихтером в Москве. По знакомству провел один преподаватель МГК (сначала постоял в оцеплении, а потом прошмыгнул в зал). Народ стоял в проходах, а я сидел на ступеньках, на балконе… Помню совершеннейшее потрясение, особенно при «Et incarnatus est». Но должен сказать, что дошедшие до нас в свое время виниловые записи Мессы с Рихтером как-то уже не так впечатляют, особенно «Kyrie eleison». Лично мне не хватает той потрясающей трагической мощи, которая заложена в этой музыке. Поэтому рекомендую, в частности, запись с Клемперером. Там – Оно!

 

Intermezzo: А вот и у Клемперера, и у Рихтера – Бах не мой. Он очень трагичный, но по мне сила и красота Баха – в смирении, даже аскетизме. И Арнонкур, в отличие от двух первых, как раз мне это и дает.

 

Maxilena: Дорогой Андрей, я совершенно с Вами согласна, именно в Мессе си минор меня впервые покорил Арнонкур. И именно аскетизмом и отсутствием преувеличенных страданий. В целом. Но, Андрей! Исполнение Рихтера, более тяжеловесное, мощное – тоже совершенно потрясающее, и во многом за счет вокалистов.

 

victormain: Арнонкур здесь хорош, да. Хотя сейчас появились и другие хорошие аутентичные исполнения. Трансляции по «Mezzo» в этом убеждают. У Клемперера же хорош первый, начальный 4-такт. И всё, пожалуй. Дальше, на мой вкус, начинаются его обычные темповые экзерсисы, которые в прежние времена считались чем-то ужасно величественным, а сейчас, после аутентов и внимательного рассмотрения партитуры своими глазами, видятся – когда смешными, а когда и вредными. Впрочем, это дело вкуса. Кому как.

 

sir Grey: У меня два вопроса.

 

1) Что вы, люди, вообще думаете об этой мессе? Я обожаю Баха, но кое-что мной еще совсем не освоено и не переварено. Триста кантат слились в одну, Мессу толком не знаю. Что вы, люди, вообще о ней скажете?

 

2) И важно ли понимать слова?

 

3) Я сказал — два вопроса. Так вот второй. Почему я часто вижу на пластинках эту Мессу не целиком? Что выбрасывают? Какие-то стандартные фрагменты, которые считаются лишними, или по-разному, просто потому, что не влезает на пластинку? Всё, пока мне кто-нибудь ответит, начинаю слушать эту мессу во всех исполнениях подряд.

 

Tanya702: Мне попалась одна небольшая книга:

М. Друскин – «Пассионы и мессы Баха».

Мне кажется, ее можно взять в любой библиотеке.

Прочтите ее, и тогда порядок относительно некоторых произведений Баха в Вашей голове восстановится. Просто слушать произведения Баха одно за другим, может и хорошо, только, по-моему, недостаточно. Есть более глубокий уровень слушания – это когда понимаешь, о чем поют, и знаешь, какие средства выразительности что означают.

 

В общем, прочтите. Книжка маленькая, но очень дельная. Там три раздела — про Мессу и про Пассионы.

 

sir Grey: Спасибо, я слышал об этой книжке от студентов, они все по ней учатся. Надо почитать.

 

Короче, эта запись – по мне.

 

 

 

 

Глава 069

Вольфганг Амадей Моцарт

 

 

Фантазия для фортепиано ре минор (1782) KV397 (385g)

Кристофер Хогвуд (клавесин)

 

andante: Оригинальная рукопись не сохранилась. Последние десять тактов утеряны. Концовка дописана Августом Эберхардом Мюллером.

 

childcomposer: Как хорошо, что Новый год на сайте начался именно с музыки Моцарта!

 

victormain: С музыки Моцарта – да, но что это за кастрюля звучит – в упор не понимаю. Мы слышали сто раз подлинные инструменты моцартовского времени – они великолепны; зачем играть на плохом?

 

Andrew_Popoff: Да, звучит так себе… Собственно, фортепиано при Моцарте уже было, хоть и плохое. По мне, так отчего бы на хорошем не сыграть? Я понимаю – клавесин, виолу, лютню, теорбу – заменить нечем. Но фортепиано… Думаю, Моцарт не возражал бы против звука современного рояля. А клавикорды – это клавесинное пианино. Исторически интересен, но как звук – хлам.

 

victormain: Клавикорды бывали тоже очень приличные. Да и пианофорте под конец жизни Моцарта вполне прилично уже звучали. Клавесины и вовсе были потрясающие. У меня возникла неприятная мысль при прослушивании этого трека: что Хогвуду просто хорошо заплатили за рекламу плохой современной поделки.

 

Andrew_Popoff: Возможно. Мне кажется, дело не только в инструменте. Запись очень плохая. Был такой формат Real Audio, когда Интернет был медленный и тормозящий, а аудио восьмибитное — очень напомнило. Может, просто перегнали в mp3?

 

mozamozart: А рояль это титул (фр. royal — королевский)  или название инструмента? И в чем его отличие от фортепиано?

 

Andrew_Popoff: Рояль слово русское, хотя и взято из французского языка. Придумано для различия между роялем и пианино. В других европейских языках различия такого нет, всё называется piano.

 

antidote: Вроде, рояль по-английски называется grand piano, а обычное пианино upright piano.

 

Кто-нибудь может рассказать, откуда произошла современная форма рояля? Это какое-то технологическое требование для хороших резонансных свойств или просто для красоты?

 

abcz: Технологическое требование.

Диктуется формой деки (здесь как раз резонансно-прочностное, т. е. сама дека сформирована по резонансным свойствам, рама (чугунная) соотнесена с декой и особенностями расположения струн по прочностным (и геометрическим) характеристикам), всё это крепится на опорные конструкции, которые целиком зависят от формы деки и рамы, которые, в свою очередь (для красоты, теперь уже, но и с учётом резонансных свойств, конечно), укрыты фурнитурой.

 

antidote: Спасибо за ответ.

Ну, вот я так понимаю, что определяет такую изогнутую форму роялю именно геометрия струн (т. е. длина попросту) – короткие, в верхнем регистре, и длинные в нижнем. Потому что с резонансной точки зрения мне непонятно, чем эта форма деки так выделяется среди прочих возможных.

 

abcz: Помимо длины струн, есть ещё требование к соотнесённости формы деки с «формой волны». Делались и прямоугольные деки, и овальные, и причудливых форм, и с поперечным, и прямым расположением досок. На опыте (а в ХХ в. поддержанном и наукой акустикой) выработалась такая вот форма деки, крыловидная с досками, направленными по диагонали.

 

antidote: Вот это как раз меня и интересовало.

 

alexa_minsk: Густав Леонхардт:

 

«Хаммерклавир я ненавижу по-настоящему — это самый бесчувственный инструмент на свете. Играя на нем, ты не чувствуешь живого отклика струны, ее биения. Да и сам звук какой-то расхлябаный. Вот клавесин — совсем другое дело».

 

Andrew_Popoff: Отчасти соглашусь. Но как раз сегодня я был на концерте кафедры исторического исполнительства московской консерватории. Там играли второе трио из первого опуса Бетховена, и как раз с хаммерклавиром, а не роялем. Пианистка была чудо! Исполнение выше всяких похвал, я очень порадовался за студентов. И хаммерклавир, который в два раза тише рояля, звучал в этом трио изумительно. Хотя, Рахманинов и Скрябин звучали бы на нем отвратительно.

 

alexa_minsk: Может быть, «изумительно» в ансамбле? А Бетховен сольно (сонаты, к примеру) было бы не изумительно? В Архиве есть записи сонат К. Ф. Э. Баха на клавикорде – звучит ужасно.

 

Andrew_Popoff: Клавикорд это другое. Хаммерклавир — однострунный рояль без чугунной рамы. В современном рояле на большинство клавиш приходится по три струны, а там по одной, как на клавесине. Механизм там молоточковый, как на рояле, а не щипковый, как на клавесине. И техника игры такая же, как на фортепиано, но молоточки обиты не фетром, а кожей. И звук от этого короче и резче.

 

alexa_minsk: А правильно ли, что хаммерклавир и тангенфлюгель – разные названия одного инструмента?

 

Andrew_Popoff: Скорее, это переходная форма. Тангентенфлюгель больше клавесин, чем хаммерклавир, хотя в верхнем регистре по звуку напоминал рояль.

Кстати, здесь играет именно клавикорд – усеченная домашняя разновидность клавесина с одним мануалом. Струны там располагались параллельно клавиатуре, а не перпендикулярно, как в клавесине или рояле. Звук хуже, чем у клавесина и тише. Предназначался для домашнего музицирования, аналог пианино.

 

 

 

 

Глава 070

Вольфганг Амадей Моцарт

 

 

5 вариаций для фортепиано в 4 руки соль мажор (1786) KV501

Ингрид Хеблер (фортепиано)

Людвиг Хоффман (фортепиано)

 

sir Grey: Какая чудесная музыка! Наверное, композитор хороший.

 

abcz: Композитор так себе, а вот настройщик поработал хорошо.

 

evc: Да, чаще всего так и бывает…

 

Mikhail_Kollontay: По этой именно логике я прошу не настраивать мне рояль перед съемкой.

 

evc: Значит, Вы исключение, которое лишь подтверждает правило.

 

Mikhail_Kollontay: Во всем должна быть гармония, плохой пианист, значит, рубаха на нем рваная, а штаны для мусорного бака (во всем таком и записываю!).

 

С горя послушал трек. Ну что за беда такая. Если ансамбля нет, то не надо так его называть. Туше у двоих совершенно различное, вторая партия бревновая по интонации, и в аккорды вместе он не попадает. Зато громко.

 

sir Grey: Вы это серьезно написали? Или что-то под настроение?

 

Мне очень печально. Я специально переслушал, и, мне кажется, что и ансамбль замечательный, и вторая партия роскошная, и аккорды все попадают. То есть я вообще ничего не понимаю? И не громко, по-моему. После Вашего поста мне это исполнение понравилось еще больше, чем в первый раз.

 

А что у Вас за горе?

 

Mikhail_Kollontay: Да, жизнь не удалась, вот и слушаю треки. Правда, редко.

 

antidote: А у меня причуда: зимой, особенно под Новый год, когда на улице снег, а воздух чист и прохладен – слушать запоем Моцарта. В другое время года с трудом его воспринимаю.

 

Violina: Красиво… Правда, я люблю слушать Моцарта в любое время.

 

А вот и соврала. Не в любое… Сегодня «не пошёл». Снова слушала всегда любимого Баха. Инвенции трёхголосные. Эта музыка меня как-то уравновешивает, я её воспринимаю как музыкальный разговор о чём-то важном с кем-то очень мудрым.

 

Maxilena: Как здорово сказано. Я вообще тянусь к Баху как к убежищу в любых треволнениях – и приятных, и горестных. Потому что он – выше? Подобно разговору с Богом? Не знаю…

 

 

 

 

Глава 071

Франц Шуберт

 

 

Фантазия для фортепиано в 4 руки фа минор (op.103) D 940

Симфонический оркестр Итальянского радио в Милане (RAI)

Эмиль Гилельс (фортепиано)

Франко Караччoло (дирижер)

 

precipitato: По-моему, чудовищная обработка. Понимаю, почему ее не играют – музыка убита на корню, а за барабан – отдельное спасибо. Каденция кошмарная. Роми, тем не менее, спасибо, познавательно.

 

musikus: Я тоже не увлечен. Чудесная фортепьянная фактура Шуберта утонула в оркестре, остались какие-то огрызки.  Кстати говоря,  листовская оркестровая транскрипция «Скитальца» тоже ничего не добавляет к оригиналу Шуберта. Слушать  не интересно.

 

sir Grey: Нет слов. Но здесь много профессионалов. Может, кто знал лично Кабалевского? Или просто знает, зачем он это сделал?

 

musikus: Вопрос «Зачем?» – наивен. Другой вопрос – «Как?»

 

childcomposer: Мне кажется, что советский композитор захотел исправить задним числом историческую несправедливость: и впрямь, как же так получилось, что великий и прогрессивный композитор Франц Шуберт так увлекся сочинением мелких форм (как то: песен, вальсов, музыкальных моментов), что совсем не затронул в своем обширном творчестве столь популярный жанр, как фортепианный концерт?

 

sir Grey: Ну, это вряд ли. Симфоний сколько! Трио, квартеты… Сонаты, опять же.

 

victormain: Нет, почему, про Концерт как раз свежая идея.

 

precipitato: Ты слушал этот, с позволения сказать, концерт?

 

victormain: Не-а, как-то не тянет… Я «Фантазию» эту очень люблю.

 

Nameless: Ладно, про мотивы Кабалевского для создания сего переложения уже говорили. Но вот вопрос: зачем такой музыкант, как Эмиль Григорьевич Гилельс решил это сыграть?

 

musikus: Дело в том, что Кабалевский благоволил Гилельсу, который, соответственно, играл разные штучки Дмитрия Борисовича, и хорошо играл. Когда начали давать Ленинские премии музыкантам, а кухня здесь сложная, чреватая разными пакостями, Кабалевский сказал про Гилельса: «Ему я дал бы спокойно». А голос его имел изрядный вес, он бонза был еще тот. Попробовал бы Эмиль Григорьевич не сыграть…

 

 

 

 

Глава 072

 

Николай Сергеевич Корндорф

 

 

Ярило

Пьеса для фортепиано

Василий Лобанов (фортепиано)

 

AFlmnv: Кто играет на этой аудиозаписи?

 

precipitato: Василий Лобанов.

 

AFlmnv: Мне Юрий Васильевич Воронцов рассказывал, что эту вещь играли только два композитора-пианиста – Лобанов и ещё какая-то женщина-композитор с простой русской фамилией и именем (не помню, к сожалению).

 

alexshmurak: Смотри другое исполнение в архиве.

 

AFlmnv: Ха-ха!

Конечно же, Татьяна Сергеева.

Почему мимо этого исполнения я прошел – не знаю.

Надо будет послушать, как она справилась с такой пьесой.

 

precipitato: Я живьем у нее слышал, было классно, и зрелище потрясающее.

 

victormain: Да, мы вместе в Союзе композиторов были. Это была питерская премьера и одно из первых исполнений вообще.

 

AFlmnv: Эту пьесу не все мужчины пианисты могут выдержать, а уж как женщина её может сыграть – просто чудо какое-то!

Чтобы исполнять эту пьесу – необходимо обладать крепкой мускулатурой.

 

precipitato: О, у нее есть!

 

AFlmnv: Мне, кстати, интересно, почему сам автор не играл эту пьесу. Говорят, что он был очень хорошим пианистом.

 

precipitato: Думаю, всё же не настолько хорошим, пьеса уж больно «атомная».

 

AFlmnv: Галахов рассказывал перед концертами, что Корндорф был прямо-таки гениальным пианистом.

Он ведь закончил мерзляковское училище по классу фортепиано, если я не ошибаюсь. Причем, учился вместе с Мартыновым. Что-то в этом роде.

А Корндорф играл вообще на публике когда-нибудь?

Может быть, Вы слышали?

 

precipitato: Я его видел только раз, а за роялем – не приходилось.

 

toledo_f: Я близко знал Колю Корндорфа. Ещё с консерваторских его времён. В некоторых моих фильмах звучит его музыка; вместе мы написали оперу «Марина и Райнер», я, естественно, либретто; помню его и как дирижёра: не смею дилетантски судить о технике дирижирования, но выглядел он замечательно. И ещё хочу порекомендовать то, что сам люблю: «Гимны». Кстати, тридцатого мая день рождения Николая Корндорфа, одного из талантливейших композиторов своего поколения.

 

precipitato: Может быть, у Вас какие-нибудь его записи есть, которых здесь нет? Разместили бы.

 

toledo_f: Я попытался это сделать, но, прочитав правила сайта, понял, что лишен такой возможности, поскольку собственность на эти произведения и их записи мне не принадлежит, а, значит, на них распространяется запрет, о котором говорится на сайте Classic-onlain. В фильмах же я пользовался письменным разрешением вдовы Николая на воспроизведение одной-трёх минут музыки, права на которую перешли к ней по наследству.

Мне жаль, мне очень жаль, что я не смогу сделать то, что хотелось бы сделать.

 

 

 

 

Глава 073

Вольфганг Амадей Моцарт

 

 

Соната для скрипки и фортепиано ми минор (1778) KV304 (300c)

Артюр Грюмьо (скрипка)

Вальтер Кляйн (фортепиано)

 

h632: Лучшая музыка у Моцарта, написанная им для скрипки.

 

Intermezzo: И по-романтически исполненная Грюмьо. Все-таки, здорово он играет!

 

sir Grey: Никогда раньше не слышал. Почему только две части? Почему третью не написал? Непорядок. Или после такой второй третья не пишется? А ведь Шуберт позаимствовал из второй части тему для второй части своей фантазии для четырёх рук. Честное слово, позаимствовал.

 

op132: А Брамс позаимствовал фрагмент из второй части для соло флейты в своей Четвёртой симфонии (первая часть, двенадцатая вариация). Почти буквально!

 

Romy_Van_Geyten: Каков?! Да, все они хороши – Моцарт, Бетховен, Брамс, Чайковсий… Всё, что накрепко не привинчено к палубе, тут же уносится в кубрик и объявляется личным достоянием.

 

dushah: А в кубрике были обнаружены: Лигети, Барток, Пендерецкий, Штраусы…

 

Romy_Van_Geyten: Так и у них уже слямзили… Хорошее долго без присмотра не лежит – обязательно кто-нибудь покусится…

 

precipitato: Странно, но эту сонату я никогда раньше не слышал.

 

op132: Вот уж не поверю!!

Соната, как по мне — лучшая у Моцарта. Вторая часть — просто конец света.

 

precipitato: Завтра устрою себе праздник жизни. Как-то проскочил, бывает.

 

victormain: Даже в исполнении Рихтера с Каганом живьём не слышал?

 

precipitato: Я их никогда живьем не слышал.

 

Maxilena: А мне повезло. Когда училась в музыкальной школе, нас водили на большой дневной концерт Кагана. До сих пор помню!

 

M_I_ : Рихтер с Каганом играли это лучше. Проще и сильнее. Живо и со вскусом. Я имею в виду май 1975 года, МЗК. Цикл из трёх концертов сонат Моцарта. Сонаты именовались так: «Сонаты Моцарта для фортепиано и скрипки».

 

victormain: Это авторское название, Моцарт так всегда помечал: клавир на первом месте, скрипка на втором. Или почти всегда, но с детства.

 

 

 

 

Глава 074

 

Роберт Шуман

 

 

Крейслериана

Цикл пьес для фортепиано

Генрих Нейгауз (фортепиано)

 

Maxilena: Ох, какой титанище!

 

Romy_Van_Geyten: Вынужден прибегнуть к шероховатостям — это абсолютный …..ц!

 

ak57: Где-то читал, что когда Рихтера спросили, почему он не играет Крейслериану, он ответил: «Нет смысла. Все равно лучше Нейгауза сыграть уже нельзя».

 

sir Grey: Ого-го! А я вообще не слышал никогда. Сейчас откладываю то, что я слушаю в настоящий момент, и переключаюсь на Нейгауза.

 

Вообще, круто, конечно, по духу. Но когда он это писал? Впечатление, что пальцы не всегда успевают. Но по цельности (а я слушаю вторую часть), по общему смыслу – Нейгаузу мало равных.

 

Говорю это сознательно, потому что в мозгу крепко засел Горовиц, и трудновато его подвинуть, с его басами, которые, кажется, Шуман лично для него прописывал.

 

Нет… Были люди в их время…. Чего я раньше это не послушал. Спасибо тем, кто завел разговор.

 

Ох-ох…. У меня работа. Кажется, работу придется отложить…

 

ak57: Кстати, Нейгауз на нашем сайте даже не попадает в Топ-лист: «Сто самых слушаемых исполнителей».

 

Maxilena: Н-да… Ванесса Мэй присутствует, а Нейгауза нету…

 

sir Grey: Да, правда. Я бы, конечно, раньше Федосеева вычеркнул, а потом уже Ванессу. Такая симпатичная! А она играет еще?

 

Помню, когда однажды я попал на новогднего «Щелкунчика» в КДС, мне хотелось закрыть глаза, а когда, так же случайно, попал на концерт Ванессы – захотелось заткнуть уши.

 

OlgaKz: Пристрастия толпы необъяснимы…

 

sir Grey: Это цитата из классика, или Вы так высказались пятистопным??

 

OlgaKz: Цитата из Флобера. Извините, что не указала.

 

sir Grey: Все равно Вам спасибо. Слова-то хорошие! А откуда? Из какой книжки?

 

OlgaKz: «Бувар и Пекюше». Если не ошибаюсь. Это в пятитомнике. Но номер тома точно не помню, а рыться на полках сейчас немного лень. Кажется, четвертый. Или пятый.

 

sir Grey: Да, четвертый, «Бувар и Пекюше». Точная цитата выглядит так:

 

«Таким образом, мнения людей со вкусом обманчивы, а приговоры толпы непостижимы».

 

Чудесная фраза, а Вы еще и по памяти цитируете. Я Вас уважаю!

 

Maxilena: Я тоже очень уважаю милую Ольгу Николаевну!

 

OlgaKz: Спасибо, дорогой друг и соратник — кошатник!

Вам с Васей от нас с Сильвой – страстный поцелуй!

 

Maxilena: От нас с Васей вам с Сильвой – то же самое!

 

sir Grey: Кажется, Рихтер прав всегда: и когда он что-то играет, и когда он что-то не играет. Но как же он нас всех обидел, что не сыграл «Крейслериану»! Поверите – я, любитель, видел сон, как он играет ее (к сожалению, по радио).

 

 

 

 

Глава 075

Пётр Ильич Чайковский

 

 

Концерт для фортепиано с оркестром № 3 ми-бемоль мажор (1893) Op.75 posth

Андрей Хотеев (фортепиано)

Владимир Федосеев (дирижер)

 

asmirnov66: Нет ни отзывов, ни какой-либо информации об исполнителе.

Хотелось бы прочесть мнение постояльцев о произведении в данной трактовке.

 

lorina: Читайте статью Хотеева о редакциях концертов Чайковского.

 

julio: Прослушав запись и прочитав статью, испытал культурологический шок. Я дилетант и теперь не знаю, как относиться к тому, что было привычно и любимо много лет. А Зилоти и иже с ним захотелось оторвать не только руки. Дорогие и глубокоуважаемые аксакалы форума (musikus и другие), пожалуйста, выскажитесь по этому поводу!

 

Andrew_Popoff: Не надо казнить Зилоти, прекрасный пианист был и популяризатор того же Чайковского. Тогда это было в порядке вещей. А что с операми выделывали, так просто кошмар – выкидывали целые номера и сцены, транспонировали арии, вставляли куски из других опер других авторов.

Сейчас все играют оригинальную версию, как и было задумано автором, привыкли.

 

balaklava: Композитор, конечно, гений, но что он может без исполнителя. Насочиняет такое, увлёкшись полётом фантазии, что сыграть, порой, технически просто невозможно.

 

Andrew_Popoff: С профессиональными композиторами такое крайне редко бывает. Поэтому композитор, в отличие от поэта, это не только призвание и талант, но и профессия.

 

balaklava: Музыкант-исполнитель лучше знает практическую сторону.

 

Andrew_Popoff: Уверяю Вас, далеко не всегда. Я лично объяснял одному кларнетисту, как играть глиссандо. Он просто не знал, был сильно удивлен, какие штуки его кларнет может выделывать.

 

balaklava: Ваш красноречивый пример с кларнетистом даёт мне право утверждать, что исполнители (в отличие от вас, композиторов) могут иметь свою точку зрения на этот тезис… Кстати, лично для меня фортепианная транскрипция  «Вокализа» Рахманинова значительно глубже, интереснее, чем его оригинал для голоса…

 

Andrew_Popoff: Тут я не спорю, это дело вкуса.

 

balaklava: Любопытная статья у Хотеева.

Сам факт, что концерты Чайковского редактировались и исполняются не в том виде, в каком их первоначально замысливал автор, меня нисколько не удивил. Зато приятно удивило другое – любовь и даже предложение руки и сердца певице Дезире Арто, и подленькое вмешательство доброхота Рубинштейна, расстроившего этот брак. .

 

Andrew_Popoff: Возможно, Николай Григорьевич был мудрее нас. Вдруг брак с Арто закончился бы так же, как и с Антониной Милюковой? В советском музыковедении Милюкову принято было изображать мелкобуржуазной дурой, с мещанскими замашками. Но мой старый приятель Миша Сегельман исследовал этот вопрос и пришел к выводу, что Антонина искренне любила Петра Ильича и уж точно дурой не была. Да Чайковский и сам ничего плохого в адрес супруги не высказывал. А вот с тещей у него сильно напряженные отношения были. Впрочем, все это длилось недолго и закончилось нервным срывом и бегством в Италию.

 

victormain: В этом-то всё и дело. Так что всё правильно сделал Рубинштейн. А Пётр Ильич в ту пору пил до таких синих чертей, что не очень, видимо, понимал, что и зачем делает или пытается сделать по части личных перспектив.

 

Andrew_Popoff: К тому же Арто пятью годами была старше Чайковского. И, в общем, далеко не красавица. Сам же Пётр Ильич очень хорош был внешне. Он и Чехов – самые красивые мужчины из русских художников. Так что, в любом случае, этот брак выглядел бы весьма странно. И потом, быть мужем оперной примадонны в те времена для композитора — это катастрофа.

 

victormain: Моцарт чуть было не вляпался, вот был бы номер!

 

А у Грига хоть и не оперная, а камерная, но профессиональная певица жена была. Записей её, видимо, не осталось, но, похоже, что хорошая певица была. По песням Грига похоже.

 

Andrew_Popoff: Камерная это сокровище, совсем другое дело.

 

 

 

 

Глава 076

Рихард Штраус

 

 

Так говорил Заратустра

Симфоническая поэма для оркестра (1895-96) op.30

Берлинский филармонический оркестр

Герберт фон Караян (дирижер)

Мишель Швальбе (скрипка)

 

MargarMast: Не знаю, может быть, Караян стремился к внешним эффектам, но, во всяком случае, как мне показалось, здесь он очень выразителен (сравнила с Булезом). Иногда хочется больше красок.

 

samlev: Попробуйте Крауса. И жаль, что здесь нет записи Фрица Райнера с Чикагским филармоническим.

 

MargarMast: Вот спасибо, Лев! Всегда очень благодарна за такие советы.

 

samlev: Вообще, Краус и Штраус (прошу прощения за рифму) – это особая тема. Друзья и даже соавторы (Краус написал либретто для «Интермеццо»). И оба «венцы» по характеру, предпочтениям, чувству юмора. Вообще, близкие люди. Но Краус гениально исполнял и другого Штрауса – Иоганна. По-моему, лучше всех. Правда, это опять же Вена.

 

MargarMast: Очень интересно, спасибо. Я учту. Надо сказать, что, по-моему, венцы разнесчастные люди (те, которые меломаны). Я не знаю, куда они должны ездить, чтобы услышать кого-нибудь, помимо Моцарта, Бетховена и Иоганна Штрауса. Во всяком случае, когда я там была, ничего другого предложено не было ни в одном концертном зале. Туристов встречают бесчисленные моцарты в париках и камзолах – и пичкают вас собой. Кстати говоря, получила недавно по электронной почте отзыв о концерте Трифонова и Гергиева с Венским симфоническим оркестром — было сказано, что дирижёр и оркестр друг друга не поняли. Более того, было отмечено, что именно этот оркестр плохо играет русскую музыку. Любопытно.

 

samlev: Ну, еще добавить Гайдна, Брамса, Малера, Берга и еще с десяток не самых плохих авторов, которые венцы. Но я в Вене слушал не только «Аарона и Моисея» Шенберга, но и «Дон Карлоса» Верди. Это в Опере. А на концертах много чего, вплоть до двух Пятых симфоний — Чайковского и Прокофьева; «Море» и «Фавна» Дебюсси с Венским Филармоническим, что было весьма хорошо! Дирижировал, правда, не Гергиев.

 

 

 

 

Глава 077

Георг Филипп Телеман

 

 

Фантазия XII для скрипки соло ля минор TWV 40: 25

Эндрю Манце (барочная скрипка)

 

Andrew_Popoff: Ну, это мне нравится гораздо больше. Дело не в том, что я люблю аутентистов, просто мне кажется, что их подход к звукоизвлечению соответствует этой музыке.

 

alexa_minsk: Спасибо.

И люблю же я по ночам беседовать с профессиональными музыкантами.

 

Andrew_Popoff: Да, и я с умными людьми общаюсь с удовольствием.

 

Kuumuudessa: Это называется «исторически ориентированное исполнительство»?

 

Andrew_Popoff: Вроде того.

 

reflechant: Это «колокольный» тембр струнных. К нему стремились. Марэ был мастером этого дела, хоть и на виоле. Возможно, он написал «Колокола Святой Женевьевы», чтобы это продемонстрировать (на хороших записях сходство с колоколом немалое).

 

Kuumuudessa: Мне ещё со времён учёбы в музыкальных домах не давал спать вопрос, целесообразно ли это историческое исполнительство. Реально ли исторически ориентировано исполнять произведения, написанные очень давно? Что там за принципы? Я веду к тому, что никто никогда не слышал, как они исполнялись тогда. Надеюсь, мысль моя складной получилась.

 

victormain: Верно, не слышали. Но осталось огромное количество трактатов, подробнейшим образом описывающих исполнительский стиль, манеры, правила. Расшифровки мелизмов. В том числе и баховские рукописи такого рода сохранились. И так далее.

 

Andrew_Popoff: Многое там верно реконструировано, но, я думаю, мы все равно не сможем себе доподлинно представить, как играли Телемана во время Телемана. Это и неважно. Мне нравится сам подход к звукоизвлечению – отсутствие вибрато, мягкая аттака и угасание каждой ноты. Это, на мой взгляд, как-бы приподнимает музыку над временем, переносит ее на уровень созерцания Бога. Тут что-то родственное восточной медитации. А так играли или не так — это неважно.

 

 

 

 

Глава 078

Карлхайнц Штокхаузен

 

 

«Дыхание жизни»

(Atmen gibt das Leben)

Опера для хора с оркестром (1974, 1976-77)

Симфонический оркестр Северогерманского радио (NDR)

 

MargarMast: Там … икают?

 

precipitato: Да, Елена, там икают…

 

MargarMast: Вот, Юрий, а я думала – можно ли где-нибудь применить икоту? А оказывается, уже придумано. Юрий, вот Вы мне скажите, пожалуйста, почему у меня никогда не было протестного неприятия какой-либо национальной музыки — индийской, африканской, китайской, самой простой бамбуковой из какого-нибудь заброшенного племени тумба-мумба, или удивительного музыкального сопровождения японского театра. Я люблю кельтские песни, духовные григорианские песнопения – простые, но идущие ввысь – это – помимо классики, русских романсов, битлов, хорошего рока (Muse)… Все они вносят нечто своё, самобытное, от низкого до самого высокого – свои культуры, свои ритмы, свои жизни, они насыщены духом народа, его взлётами и падениями, там столько всего можно извлечь. Из всего. Я не чужда любым звукосочетаниям. Но ведь здесь всё высосано из пальца. Всё это поверхностно. То, что даёт основание – точно как в «Квадрате» Малевича — придавать смысл тому, что смысла не имеет. Зачем это всё? Вы мне, пожалуйста, объясните – зачем? И ведь не потому, что здесь что-то непонятно – напротив – здесь нет ничего непонятного. За исключением одного – зачем это нужно?

То есть — использование человеческого голоса, как одного из инструментов – с всполохами, всплесками. Я понимаю, что Штокхаузен как бы увеличивает возможности музыкального пространства — но это получается музыкальное поп-действо, оно преходяще, оно любопытно, но лично для меня – не более, чем. Просто любопытно. Эксперимент. Но не то, без чего творческая личность не может обойтись в жизни, чтобы не сотворить. Вот это ведь важное ощущение слушателя – что он понимает, что композитор не мог этого не написать. А здесь такого не возникает. Мог бы спокойно и не написать. Ничего бы с ним не случилось. Занялся бы чем-нибудь другим.

 

precipitato: Ну, Елена, если это вопрос ко мне, даже не знаю, что и ответить… Вам не нужно, значит, так тому и быть. Мне, как и многим другим – очень нужно.

 

MargarMast: Юрий, хорошо – ответьте мне, пожалуйста, на этот вопрос – зачем Вам это нужно? Я имею в виду – Вам это нужно, как слушателю, или как профессионалу, который работает со звуком?

 

precipitato: Ну, как – зачем нужно? Это очень красивая музыка, по-моему.

 

MargarMast: Юрий, ну Вы же композитор, причём композитор очень интересный и понимающий. Ну, попробуйте мне всё-таки передать в словесной форме Ваше понимание Штокхуазена и того, что Вы̀ называете музыкой – там, где я̀ слышу абсолютно произвольное и просчитываемое перетекание и перемешивание звуковых кластеров с голосами – икающими, всхлипывающими, вскрикивающими, иногда с прорывающимися сольными партиями, иногда перекрываемых хоровым шумом. Для меня это – абсолютно умозрительное и абсолютно просчитываемое сочинение. Я не говорю, что Штокхаузен – серость и посредственность. Я просто говорю, что его композиторство – с моей точки зрения – плод его интеллектуального эксперементаторства, и более ничего. Впрочем, современная музыка, как и современный мир – при том, что научная и практическая его сторона меня очень устраивают — не для меня. Скорее всего. Я, вероятно, родилась в неправильном веке.

 

precipitato: Елена, мне ткань этого сочинения совершенно не кажется такой, какой Вы ее описали, мне эта вещь кажется очень ясной и гармоничной. У Вас просто привычки к новой музыке еще нет, но это – дело наживное.

 

Romy_Van_Geyten: Мне кажется, Елена, просто не очень хорошо представляет, чего ей нужно от музыки вообще.

 

MargarMast: Это очень интересный вопрос, Роми. Я как-то никогда не задумывалась, что мне нужно от музыки. Она была всегда как бы частью меня. Музыка в моём детстве была моим сильнейшим потрясением – таким, что я даже пыталась его избегать. Первый концерт Чайковского приводил меня лет в шесть-семь в состояние смятения – мне просто хотелось куда-то бежать, чтобы куда-то девать свои чувства, рвавшиеся из моего малого тогда тела. Она меня совершенно переполняла. Потом такое же действие оказывал Бетховен, и всё вокруг меня казалось мне таким бренным и недостойным существования. Так что – я не знаю, что мне нужно от музыки. Мне нужно, чтобы она постоянно звучала – потому что она заполняет мой мир. Она является моим другом, утешителем, возмутителем моего спокойствия. Я бы сказала, она – член моей семьи. Когда другие члены моей семьи отрывают меня во время прослушивания от, предположим, скрипичного концерта Сибелиуса – я начинаю на них злиться, что нехорошо. Я веду себя не как полагается вести себя примерной семьянинке. Когда я еду в машине и передают симфонию Брамса или Шостаковича – мне приходится делать усилие над собой, чтобы её выключить по приезде на место. Поэтому – я не знаю, что Вы имеете в виду. Что касается Штокхузена – для меня это – любопытное действо. Но это уж точно не то, ради чего хотелось бежать навстречу солнцу – как в моей ранней юности. Но если для Вас это – именно то – то и здорово. Я рада. Самым искренним образом.

 

Romy_Van_Geyten: Что касается меня, то я впервые послушал это сочинение, когда мне было двадцать три года. Это было точно такое же потрясение, как от Пятой симфонии Бетховена, Шестой Чайковского или «Requiev canticles» Стравинского. Рассказать Вам, почему так произошло, я не в состоянии. Вам придётся просто поверить мне на слово. Или не поверить. Я не слушал эту запись много лет и теперь, когда у меня появилась возможность её переслушать, я с удовольствием обнаружил, что она для меня не потеряла ни в свежести, ни в силе – я продолжаю восхищаться этой музыкой так же, как в первый день знакомства с нею.

 

Я уж не говорю о том удовольствии, которое я получил, когда мне удалось добраться до партитуры и её изучить, чем здесь на форуме, по-моему, никто похвастать не может. Это совершенно восхитительный образец ясности и того, что в немецком языке называется словом Effizienz (эффективность мне в данном случае не очень нравится).

 

MargarMast: Роми, ну я не могу не согласиться, что там всё предельно ясно. И, честно Вам скажу – не сочтите за нахальство – всё-таки я худо-бедно восемь лет на фортепьянах училась, хотя и не смогу сразу воспроизвести музыку в голове по нотам – не было у меня сольфеджио – недостатки частных уроков. Так вот – мне даже кажется, что там можно понять структуру всего произведения, его симметрию, его логику. Вам эта ясность импонирует?

 

Romy_Van_Geyten: Именно это я и имел в виду. Вы ведёте себя как нормальный потребитель, который считает, что музыка должна соответствовать его ожиданиям. А это вовсе не так. Восприятие музыки это душевная работа, которая требует от человека такого же усилия, как познание новых законов и явлений. Я считаю, что e = mc2 — это такая же песня, как и Ария из Третьей сюиты Баха или «Libera me» из Заупокойных Песнопений Стравинского…

 

MargarMast:  Дорогой Роми, для e = mc2, которое я тоже обожаю, у меня есть работа и аналитическая половина моего мозга – хотя она может радоваться научным открытиям с полным восторгом и обожанием. Но это я оставляю для работы. А для музыки у меня задействована вторая половина мозга, и я не хочу их перемешивать (хотя научно это неправильно, но так, для простоты). Вы меня понимаете? Моё интеллектуальное любопытство полностью удовлетворяется моими научными изысканиями. Мне не хочется его использовать для анализа того, что должно быть цельным и неделимым — вещью в себе, если хотите. Я хочу, чтобы я всё время ощущала тайну недооткрытия. Помните — как в «Игре в бисер» (я её сейчас перечитываю) – боялись дойти до сути, потому что — тогда что? Пустота. Всё познано. Тайна исчезла. Процесс обессмыслен.

 

 

 

 

Глава 079

Иоганн Себастьян Бах

 

 

Хорошо темперированный клавир

Том 1-й BWV 846-869 — Том 2-й BWV 870-893

Андрей Волконский (клавесин)

 

Miao: А что, действительно очень достойное исполнение! И «музыка слышна» и с техникой всё в порядке. Короче, нравится.

 

sir Grey: Он гений. Именно «музыка слышна». На этом неуклюжем инструменте. Я лучшего клавесиниста вообще не слышал, подскажите, если кто знает. Но вот в таком исполнении я готов слушать ХТК на клавесине, а так — только фортепиано. Никак не успею послушать весь первый том, но спасибо тому, кто выложил. Как послушаю — скажу спасибо ещё раз. Удивительная внятность за счет артикуляции, едва заметных задержек. Просто чудо, что он делает. Это, наверное, он уже за границей записал? Или у нас? Это вряд ли… Темпы идеально подобраны. Если бы я умел играть — лучше бы не сыграл. Удивительное благородство и выдержка. Чувство меры. Нужная нота в нужное время.

 

samlev: Хотел написать, что мне очень понравилось исполнение, но Вы уже сказали как раз то, что я думаю. Спасибо. Единственно, что бы я добавил, что второй том сыгран не хуже, чем первый. Спасибо и тому, кто выложил.

 

victormain: Волконский в 1972 на Запад уехал (вернулся), так что ХТК записал там уже, конечно.

 

sir Grey: Были ведь советские пластинки (английский вирджинал, или что-то такое). Я думал, что записывал у нас. Или опять ворованные?

 

Mick_M: Думаю, что не ворованные. Волконский в середине 60-х основал «Мадригал», и в те же годы были записаны четыре (по-моему) пластинки «Тысяча лет музыки». Одна из них называлась «Английские вирджиналисты»  (Доуленд,  Берд, Фарнеби…) в исполнении Волкоского.

 

samlev: «Тысяча лет музыки» хорошо помню. Но вот ХТК с Волконским на советских пластинках не помню совершенно. Может, все-таки, после отъезда записал?

 

Никак не могу дату записи найти! Военная тайна, не иначе.

 

Нашёл – 1983. Да, через десяток дет после отъезда. И ведь играть не разучился!

 

sir Grey: Как же он хорошо играет, все-таки! Удивительное чувство меры. Как все слышно! На этом неуклюжем, в общем-то, инструменте. Интересно, что у него был за клавесин. Современный или старинный? Наверное, современный.

 

reflechant: Вы меня режете ножом по сердцу своими репликами. Сейчас допью чай и начну отвечать…

 

С чего Вы взяли, что он неуклюжий? Напротив, он обладал большим диапазоном, клавиши нажимались очень легко (потому что нужно не разгонять тяжёлый молоточек, а только щипнуть струну). Два мануала позволяли использовать многие технические приёмы, которые сейчас недоступны, основанные на положении рук практически друг над другом. Сейчас их играют с разнесением в октаву. Это в сонатах Скарлатти и пьесах Куперена!!

 

Конечно, клавесин современный, потому что дерево стареет и прочее. Ничего старинного не осталось, даже такой бренд как «Скрипка Страдивари» не более чем рекламная уловка. Страдивари они повергли бы в шок, потому что его смычки выбросили, грифы выломали, вставили более прочные, а жильные струны заменили металлическими.

 

Насчёт того, что понимать под современным клавесином. Судя по звуку, это попытка сделать «как тогда». Притом очень неплохая попытка, хотя и можно отметить порой слишком металлический звук.

 

sir Grey: Да ладно. Мы понимаем друг друга, так что не надо. Клавесин — очень трогательный и трепетный инструмент. Маленький и живой, по сравнению с этим ударным роялем. К тому же все клавесины звучат по-разному, в звучащей музыке участвуют не двое (автор + исполнитель), а трое (автор + мастер + исполнитель), и последний должен согласовывать свои желания с двумя первыми. Насчет клавиш — позволю не согласиться. Сиживал за столом, сиживал. Игрывал на клавесине. Клавиша сперва не идет, как будто западает, а потом – проваливается куда-то в пропасть. А на фортепиано – «перстами, легкими как сон…». За Скарлатти – спасибо, но неужели, правда? Уж что можно представить неудобнее, чем «Гольдберг-вариации», и то играют, и ничего, пальцы не сплетаются в комок. Зачем же Скарлатти разносить в октаву? Не верится как-то. Это вандализм.

 

reflechant: Чем больше слушаю, тем больше понимаю, что это исполнение – высшего класса. И ведь впервые слышу даже имя – Андрей Волконский.

 

sir Grey: Всё шуточки, да?

 

precipitato: Запросто мог и не слышать, о нем в России только композиторы вспоминают; как исполнителя его аутентисты заслонили, кто помнит этот «Мадригал»?

 

Mick_M: Ну, это Вы через край хватили! Все-таки первый такой состав был. У меня все четыре пластинки «Тясяча лет музыки» на почетном месте стоят. И, потом, кто только из него не вышел: Любимов, Пекарский…

 

precipitato: Ну, мы с Вами люди немолодые уже,  я тоже их помню,  но и для меня Арнонкур с Кёйкеном «Мадригал», конечно, заслонили.

 

 

Ансамбль «Мадригал»

 

Mick_M: Конечно, и Леонхардт, и Херревеге, и Якобс… Но они, тем не менее, были первыми, благодаря которым мы (поколение) познакомились со старинной музыкой. А это дорогого стоит… Но, в общем, да, – наверное, мы немолодые.

 

precipitato: Как композитора я его помню и чту, разумеется, при всей скромности его наследия.

 

sir Grey: А как исполнителя, простите за настойчивость? Кажется, не очень? По крайней мере, неохотно отвечаете на этот вопрос? Я так допытываюсь, потому что лично мне он кажется уникальным клавесинистом, и хочется узнать Ваше мнение.

 

precipitato: Старые записи его мне в юности нравились, с тех пор их не переслушивал.

 

 

 

Глава 080

Густав Малер

 

 

Симфония № 1 «Титан» ре мажор

Российский национальный оркестр

Евгений Светланов (дирижер)

Большой зал Московской консерватории, 1992

 

sir Grey: Удивительно напоминает мне в начале кусочек Чайковского в «Спящей красавице». В этой записи это примерно после восьмой минуты. А у Чайковского – в светлановской тоже записи на сайте – 2:13. Очень похожий оборот. А до этого у Чайковского в другом месте, чуть пораньше, долго-долго висела высокая нота. Так что если эти два фрагмента Чайковского объединить, получится Малер. Посмотрел, когда написано. Малер писал как-то два раза. Первый раз в 1884-88-ом, второй – 1893-96-ой. А Чайковский написал, как известно, в 1889-ом.

 

Mikhail_Kollontay: А Шуберт тему из разработки первой части Малера написал еще раньше (ор.143).

 

sir Grey: Спасибо. Не могу пока понять, где у Малера начинается разработка, но какая чудесная песня. Я ее никогда раньше не слышал! А в ней не слышится ничего из «Сурка» Бетховена? Вторая фраза куплета. Восходящий такой пунктир? Сейчас пойду искать, где это в Малере, хотя хочется теперь все время слушать песенку.

 

Честно говоря, я не слышу. Может, не там слушаю? Или не так? Но еще раз спасибо за песню. А насчет Чайковского, думаете – глупость?

 

Mikhail_Kollontay: У Светланова это 8:57 (тихонько, у виолончелей), а потом надо уже следить за развитием этой темы.

 

sir Grey: Мучился, слушал (с удовольствием), но – я не слышу. И виолончели есть, и тема, но родства не слышу. Что-то самое-самое отдаленное. С Шубертом всё без опечатки? 143? А это Ваше наблюдение или известный факт? С Чайковским – хорошо слышу близость, а здесь – нет. Спасибо, что указали точное время.

 

Mikhail_Kollontay: Откуда же знать, писал об этом кто-то или нет. В принципе, влияния Шуберта на Малера сильны, скажем, в «Подмастерье» это совершенно очевидно, и вот об этом, помню, писалось. Но в симфонии просто тема из фортепианной сонаты Шуберта, то есть не как цитата, но весьма и весьма близко. Это у Шуберта первая часть, ля минорная фортепианная соната, уже девятый или десятый такт. Про Чайковского ничего сказать не могу, сам – не замечал. Но по времени довольно близко, Чайковского Малер, в принципе, дирижировал….

 

sir Grey: И написал о нем: «Здесь капельмейстер не какой-то средней руки, а гениальный».

 

Это уже другое совпадение? Помимо песни, еще и тема из сонаты? В этой же симфонии?

 

Mikhail_Kollontay: Почему песня? Соната ля минор, ор.143. Десятый такт первой части. Может, у него есть еще один ор.143, вот не знаю. Опус-то посмертный, кто знает, кто чего там напутал, Диабелли или другие какие люди. Еще раз: я об одной, конкретной теме.

 

sir Grey: Так я смотрел D143, а это песня. И очень хорошая. А сонату я знаю, конечно, называю ее для себя «Картинки с выставки». Пока не понял, где совпадение с Малером, вечером обязательно послушаю. Точнее, завтра утром, потому что вечером не дают. Еще раз – повезло мне с песенкой D143!

 

Mikhail_Kollontay: Не D143, а Ор.143…

 

sir Grey: Ну, да, теперь я что-то слышу, когда до меня дошло, что это соната. Но Чайковский, как мне кажется, почти один в один. А что самое интересное, я ведь и в Песне что-то услышал! Было бы желание и настроение, и вся музыка – «одна великолепная цитата».

 

 

 

 

Глава 081

 

Игорь Фёдорович Стравинский

 

 

Интроит

Памяти Т. С. Элиота для мужского хора и камерного ансамбля (1965)

Игорь Стравинский (дирижер)

 

MargarMast: Просто дрожь пробрала, в самом прямом смысле слова. Такие вещи на ночь лучше не слушать.

 

victormain: Странно, но в Архиве не было раньше записи этого опуса.

На мой взгляд – одно из самых невероятных образных и акустических откровений Стравинского. Может быть, самое.

Если я не ошибаюсь, эта запись – последняя в жизни дирижёрская работа Стравинского. А премьерой руководил Роберт Крафт (17 апреля 1965 года).

 

AFlmnv: Помню, что Игорь Фёдорович в последний раз выступал в 1967 году. И не ошибся, проверил по книге Савенко – последнее выступление в качестве дирижера 17 мая 1967 года в Торонто. Потрясающей выносливости и силы был человек!

 

victormain: О, спасибо за уточнение, я про 67-й год не знал. Да, это удивительно. Да и писал ведь – чем дальше, тем лучше.

 

samlev: Фантастика! Вот бы в партитуру заглянуть! Может, у кого завалялась?

 

Romy_Van_Geyten: Губу раскатали! Сам давно ищу.

 

samlev: Ну вот – губу раскатал… Может, я это просто так вот, по-хорошему спросил?!

 

Romy_Van_Geyten: Благодаря Вам, только что нашёл и уже загрузил.

Никогда не надо отчаиваться!

 

samlev: Триумф!!! – поют девушки в «Волшебной флейте» по менее радостному поводу (всего лишь дракона убили).

 

Очень Вам обязан! Благодаря Вам, еще два раза послушал. Как сумрачно здесь звучит неарпеджированная арфа! Медленно сходим под землю. И такая неумолимая архаика.

 

Kuumuudessa: Как понять «неарпеджированная»?

 

samlev: В партитуре указание: арфа sempre non arpeggio. Одномоментно взятые арфой все ноты аккорда, плюс сухой звук рояля — арфа и рояль играют комплексы аккордов вместе, в одно и тоже мгновение – создают эффект (для меня) архаики и пугающей неотвратимости ухода. Чувство архаики добавляет и манера певцов – идущая от исполнения весьма далеких Дюфаи и Джезуальдо. Всё вместе — весьма монастырское песнопение, должное вызывать у впечатлительных мирян остановку сердца.

 

MargarMast: Страшно… Просто ужас. Куда там Мессиану с его «Вечной Церковью». Тут за три минуты такого нахлебаешься – всю ночь потом трястись будешь.

 

 

 

 

Глава 082

Клара Шуман

 

 

Музыкальные вечера

Пьеса для фортепиано (1834-36) op.6

Павел Егоров (фортепиано)

victormain:
Мазурка написана около 1832 года, то есть, приблизительно, тринадцатилетней Кларой.

 

Тут всё и началось.

 

alexshmurak: «Тут всё и началось» – вроде бы чуть пораньше, нет?

 

victormain: Познакомились они раньше, да, когда Кларе было девять лет. Но заново увиделись, и уже всерьёз, когда ей исполнилось тринадцать. Писем Шумана под рукой нет, а то можно было бы свериться точнее.

Кстати, датирует Мазурку примерно 1832-м годом именно Егоров. Издана она была позднее, в 1836, уже в цикле пьес. Но сам материл мотто, видимо, сразу стал неким кодом в интимном общении Роберта и Клары.

 

alexshmurak: Как всё-таки трансформировались их отношения с 1828-го по 1856-ой год. Кажется, что это литература, но нет – жизнь.

 

victormain: Да, это удивительная история.

А если вспомнить о последнем повидле с Клариного пальца, то, наверное, самая замечательная в наших кругах.

 

alexshmurak: Что ещё за история?

 

victormain: Приехав в лечебницу, она покормила его повидлом с пальца (он уже не принимал пищу); вскоре Роберт счастливо скончался. У Клары есть подробное письмо детям обо всём этом, оно приводится в двухтомном издании писем Шумана.

 

Kuumuudessa: Выходные данные издания не подскажете?

 

victormain: С удовольствием.

 

Роберт Шуман. Письма. Том 1, М., 1970 и Том 2, М., 1982.

 

mashuta: А у Вас нет нот этой мазурки?

 

victormain: Ноты добавлены. Мазурка G-dur.

 

 

 

 

Глава 083

Антонин Рейха

 

 

36 фуг для фортепиано

Ярослав Тума (фортепиано)

 

Romy_Van_Geyten: Замечательно!

Явление Рейхи позволяет взглянуть на такие сочинения Бетховена как Большая Фуга для квартета или финал Hammerklavier`а из другой, совершенно новой перспективы. Известно, что Бетховен эти фуги прекрасно знал. А даже если б они не были известны, достаточно послушать несколько из них, и сразу становится понятно, откуда что взялось.

Помимо того, что они с юности дружили, Рейха с 1802 по 1808 годы жил в Вене, и они с Людвигом имели отличную возможность обмениваться музыкальной информацией. До появления «36 фуг» Рейхи Бетховен никогда не демонстрировал особой склонности к написанию фуг и вообще к контрапункту. Поэтому вполне можно предположить, что возникновение Большой Фуги, финала Hammerklavier`а, да и всего позднего квартетного Бетховена было в немалой степени инспирировано самим фактом существования этого фантастического цикла.

Я бы сказал так: без Рейхи картина творчества позднего Бетховена была бы другая. Не лучше и не хуже – просто другая.

 

op132: Совершенно верно, Роми, и об этом я уже немного писала на форуме. Среди прочего мне кажется очень важным влияние на структурные особенности бетховенских фуг (тяготение к синтезу с сонатной, рондо и прочими формами), а также – на тональные планы, в частности – любовь к большетерцовым (и вообще терцовым) соотношениям мажорных тональностей (С-А — самая распространенная схема у Райхи).

Плюс парадоксальность позднего Бетховена – тоже вся отсюда, причем это касается отнюдь не только фуг.

 

Romy_Van_Geyten: Бузони где-то писал о Hammerklavier`e, что Бетховен всю жизнь мечтал написать большое полифоническое сочинение и что-то у него там не выходило с этим. Поэтому, дескать, когда он наконец принялся за это дело основательно, он использовал все мыслимые и немыслимые полифонические приёмы какие только можно себе представить – инверсия, ракоход, ракоход инверсии etc… Чтобы исчерпать тему, так сказать.

С размахом был человек! Вообще это очень характерно для него — там, где люди обычно ломятся в открытую дверь, он просто крушит стену.

 

precipitato: Уфф, дослушал все три тетради. Самое сильное мое впечатление за несколько последних лет. В третьей тетрадке страницами идет совершенно консонантная атональная музыка, не веришь своим ушам.

 

tagantsev: Ах, как жалко, что их только тридцать шесть!

 

precipitato: Да, Митя, я в конце тоже пожалел — только во вкус вошел, а они уже закончились.

 

Romy_Van_Geyten: Не расстраивайтесь, у него есть еще вагон музыки. Я думаю, нас ждут с Рейхой еще сюрпризы. Помимо симфоний и реквиема, уже сюда залитых, есть еще уйма камерной музыки. Если там найдется что-нибудь подобное – будет кайф. Я надеюсь, что в своем радикализме и оригинальности он не ограничился только фугами…

 

 

 

Глава 084

Леош Яначек

 

 

Сказка

(Pohadka) для виолончели и фортепиано JW 7/ 5

Гари Хоффман (виолончель)

Михаил Рудь (фортепиано)

 

Romy_Van_Geyten: Вот это класс! Юрий, спасибо большое за наводку. Чудесная пьеса!

 

precipitato: Еще бы!

Я очень радуюсь, когда удается кого-нибудь увлечь Яначеком – один из самых нежно любимых мной авторов, у него просто нет плохой музыки, всё – блеск.

 

Romy_Van_Geyten: Послушал ещё раз! Пребываю в восхищении. Как это я прошёл мимо такого автора? Просто возмутительно!

Всё, начинаю слушать.

 

А с чего бы Вы посоветовали? Я знаю только «Лисичку-плутовку»

 

precipitato: Симфониетта, оба квартета, скрипичная соната, вся фортепьянная музыка.

 

Romy_Van_Geyten: Отлично, спасибо! Симфониетту уже дослушиваю. Класс.

 

precipitato: Там в партитуре что-то такое, вроде, двенадцать труб, или даже больше.

 

Romy_Van_Geyten: А я только что видео загрузил. Можно посмотреть.

 

precipitato: Я видел, и даже с Сарасате! Это завтра, предвкушаю…

Кстати, когда Рейху слушал – в голове все вертелось – Яначек XIX века.

Чехи умеют что-то особенное (но не в наше время, увы).

 

Romy_Van_Geyten: Ну, чехом Рейху можно считать условно, по рождению. Он в 1785 переехал в Бонн, там учился, там же познакомился и подружился с Бетховеном. В 1790 и 1792 встречался с Гайдном, который на него оказал огромное влияние. Фуги, кстати, посвящены именно Гайдну. Работал в Гамбурге, потом в Вене. В 1808, кажется, перебрался в Париж. Так что чешского там кот наплакал.

 

Я тут две симфонии Рейхи добавил. Они не такие радикальные, как фуги. F-dur, просто удивительная, в особенности финал. Что-то среднее между «Юпитером» Моцарта и ранним симфониями Шуберта.

 

samlev: Совершенно замечательная F-dur. И не только финал, она вся хороша. А насчет Яначека, в Архиве есть два великолепных исполнения его шедевра – Глаголической мессы (с Анчерла надо начать, раз нет абсолютно выдающейся записи с Талихом (!!!!!!) А на YouTube — жаль, что кусками – Ин Бостридж (!!) поет «Дневник исчезнувшего». Я живьем два раза слушал – работает! Аккомпанировал Юлиус Дрейк – еще один повод послушать.

 

Romy_Van_Geyten: С большим уловольствием переслушал «Сказку». Озаботило меня следующее обстоятельство: в оглавлении обозначены четыре пьесы, а в записи и в нотах здесь их только три. Проведя небольшое исследование, выяснил, что четырёхчастной была вторая редакция (был добавлен финал) этого сочинения 1912 года, а это третья и заключительная редакция 1923 года. Яначек выбросил финал и переработал остальные части. Уже в этом виде, как трёхчастная пьеса, сочинение было опубликовано в 1924 году. И именно в таком виде оно звучит здесь. Так что нет никаких специальных оснований считать это сочинение четырёхчастным.

 

Кроме того, мне кажется, из подзаголовка можно «4 пьесы» вообще убрать – это не четыре пьесы и не три, а одна – трёхчастная.

 

 

 

Глава 085

Дмитрий Дмитриевич Шостакович

 

 

Концертино для двух фортепиано (1953) op. 94

Дмитрий Шостакович (фортепиано)

Максим Шостакович (фортепиано)

 

SergeySibilev: Вот оно лучшее исполнение!!

Как мощно, энергично, стремительно сыграно!! Ещё бы! Это же сам Шостакович играет!! Почему я всегда говорю, что авторское исполнение – лучшее? Да потому, что только автор способен по-настоящему раскрыть и донести до публики содержание своего произведения.

balaklava: Не согласен. Чайковский дирижировал своими произведениями отвратительно.

 

victormain: Недоказуемо. Записей не осталось. В Штатах он произвёл фурор, так что, видимо, не так всё было плохо.

 

SergeySibilev: Да это просто, наверное, про него завистники миф сочинили.

 

victormain: Завистники, думаю, тут не при чём. У Пётра Ильича ведь нервы, как мы знаем, были никуда не годные. И если он в неадеквате выходил к оркестру – это наверняка передавалось коллективу со всеми соответствующими последствиями. Когда же был в форме – всё было в порядке. Иначе не рисковал бы.

 

Andrew_Popoff: Да, партитуры жег, рвал. Причем, неплохие. Если верить Сабанееву, даже Пятую симфонию после шуточек Танеева разорвал и швырнул клочки под рояль.

 

victormain: А кто склеивал?

 

Andrew_Popoff: Сабанеев писал, что это была одна из копий от переписчика. Он сам, по уходе Петра Ильича, схватил ее (мальчик семи лет???) и спрятал, хранил всю жизнь.

Честно говоря, похоже на мистификацию. Правда, разорванную партитуру Пятой он с удовольствием позже всем показывал.

 

Нечто в этом роде проделывал и я, когда еще в училище учился. Написал на нотах «Времён года» почерком Петра Ильича: «Любимому ученику от автора».

 

samlev: Читал в каких-то мемуарах, что однажды Пётру Ильичу на эстраде показалось, что у него голова свешивается на одну сторону. Он стал ее удерживать левой рукой в вертикальном положении, правой продолжая дирижировать.

 

victormain: Зрелище не слабое должно было быть.

 

 

 

Глава 086

Антон Эберль

 

 

Симфония ми-бемоль мажор op.33

Оркестр «Concerto Köln»

Вернер Эрхардт (дирижер)

 

yarunskiy: Гениальная симфония! Публика была права (в данном случае).

 

lesovichenko: Хорошая симфония, но выбор венской публики я бы всё-таки не поддержал.

 

yarunskiy: А я выбор публики поддерживаю. «Героическая» симфония Бетховена – гораздо более массивна, тяжеловесна, старомодно-классична. Эберль в этой симфонии уже романтик.

 

lesovichenko: С чего Вы взяли, что быть романтиком само по себе – достоинство. Романтизма здесь ничуть не больше, чем в симфонии Бетховена.

Эберль слишком поверхностен по мысли.

 

yarunskiy: Настолько «поверхностен», что его сочинения выдавались за сочинения Моцарта. И долгое время никто никакой разницы не замечал…

 

lesovichenko: Тогда Моцарт тоже, надо полагать, романтик?

 

yarunskiy: Нет. Он не дорос до этого.

Эберль — представитель раннего романтического стиля («Буря и натиск»), выросшего на базе классического.

 

lesovichenko: Конечно, не дорос. Так вундеркиндом и остался.

 

yarunskiy: Никто даже и не сомневался в моцартовской гениальности этих авторов, потому как лейбл: «Моцарт»! И все быстренько утратили бдительность и адекватность. И так бы и было, если бы не нашлись еретики и сомневающиеся. Слушали бы мы до сих пор «Тридцать седьмую симфонию Моцарта» ни о чём не догадываясь…

 

lesovichenko: В моцартовской гениальности никто не сомневался, но о гениальности сочинений авторов этих произведений, там, где стояло их собственное имя, некто не говорил. И правильно. У Моцарта много музыки на среднем уровне его современников (вероятно, это бо̀льшая часть его наследия), но у него есть гениальные произведения каких нет ни у кого, поэтому он гений.

 

Помню экскурсию в Русском музее. Экскурсовод рассказывает про икону Дионисия – восхищается, потом переходит к другой иконе, обозначенную как аноним. Что-то начинает сравнивать не в пользу этой иконы. Я никакой разницы в стиле не вижу. Через несколько лет читаю. Оказалось – эта икона тоже Дионисия.

 

Mikhail_Kollontay: Ведь у него и сыновья были тоже иконописцы, если не путаю, если так, то там вообще с конкретным авторством (опять-таки) сложно. Что для тех времен совершенно нормально. Еще, если не путаю, Дионисию была пожалована земля в Старой Рузе, то есть Дом творчества композиторов тогда, получается, в нужном месте поставили.

 

lesovichenko: Сколько лет слушали «Детскую симфонию» как сочинение Гайдна. Оказалось – никакого отношения. Я сам её анализировал как гайдновскую, хотя, она всегда мне представлялась неудачной для гения.

 

precipitato: Да ладно Вам, очень симпатичная штука, вполне могла быть гайдновской.

 

lesovichenko: Могла, но Леопольду Моцарту приличествует больше.

 

 

 

 

Глава 087

Иоганн Себастьян Бах

 

 

Гольдберг-вариации для клавесина (1741-1742) BWV 988

Силке Штрауф (виола да гамба)

Клаас Хардерс (виола да гамба)

Запись 23 октября 2008 г., Германия

 

Aelina: Прослушала все исполнения «Гольдберг-вариаций». Впечатлила игра Ситковицкого и Леонхарда. Это исполнение самое необычное и интимно доверительное, что ли. Чудно!!!

 

alexa_minsk: О, виолы… Их тембр, их диалог божественен…

 

reflechant: Виола может звучать как колокол, а может как орган. Для Баха орган, наверное, подойдёт больше. А для этого звук должен быть ровный. А они хотят сделать его ярко фигурным, с кульминацией и затуханием, отсюда неизбежно нужен простор по громкости.

На самом деле сделать можно было лучше. Тот случай, когда просто ноты, без понимания, не спасли ситуацию. Слишком много легато. Эти удары смычком по струнам, которые так хорошо делает Саваль, подошли бы тоже. А вот арпеджированные аккорды в концовках как раз не в тему – это больше для Куперена или Марэ.

Когда два однотипных инструмента играют полифонию, это обычно проигрыш. У клавесина бас, средние частоты и верха̀ в подавляющем большинстве случаев отличаются по тембру. Это понимание прошло даже в начальную фортепианную эпоху, когда для верхов даже материал у струн другой брали, например, серебро.

Они хорошо владеют виолой, но ничего не понимают в Бахе. Сочно, но бесформенно. Долго смаковать один тембр невозможно.

Только сейчас понял, за что так люблю Жорди Саваля. Он перерос свой инструмент. Здесь же детская манера нажимать на все кнопки — если уж играть на фортепиано, так с постоянно нажатой педалью, а если на виоле, то надо постоянно выпячивать её особенности. Представляю, что было бы, если бы цель искусства краснодеревщика была в том, чтобы наслаждаться ощущением рубанка в руке…

 

Aelina: А можно о серебряных струнах поподробнее? Пожалуйста?!

 

reflechant: Просто брали серебро и всё. Подозреваю, дело в несовершенстве технологии волочения (из-за чего даже первые клавесины были с жильными струнами), которая не позволяла большой натяг вкупе с маленькой толщиной струн верхних регистров.

 

Aelina: «Детская манера». Может, поэтому и такое трогательное впечатление?.. И, всё-таки, очень необычно!!

 

reflechant: Просто это не самая лучшая интерпретация.

 

alexa_minsk: Это мнение бесспорно. Но эта запись многим интересна, в первую очередь ценителям гамбы.

 

reflechant: Ну, я очень люблю гамбу. Но не считаю, что она универсальна. Универсален только клавесин. Недаром его королём инструментов называли. Оркестровое произведение можно переложить для одного клавесина. Он может быть певуч как скрипка, нежен как арфа, может достать до глубины души как гамба или быть игривым и воздушным как флейта-пикколо.

 

Aelina: А Шуберт и Моцарт королём музыкальных инструментов назвали орган.

 

reflechant: Что является ярчайшей иллюстрацией распространения нигилизма в Европе. Если клавесин как соль в пищу вкрадывается в оркестр, в саму его суть, то орган по природе своей индивидуалист, огромный, давящий. Значит, во времена Моцарта и Шуберта слово король означало уже не «первый рыцарь», а, в первую очередь – «тиран».

 

Intermezzo: Совершенно не согласен. Не верится, что человек, так хорошо знающий музыку барокко, полностью отдает предпочтение клавесину. При этом отрицая универсальность органа. Безусловно, клавесин – инструмент «светский», орган – «церковный». Но, на мой взгляд, орган ни в коем случае не должен ассоциироваться с тираном – наоборот, это посредник в разговоре человека с Богом. Вспомнить хотя бы хоральные прелюдии Баха, не говоря о добаховских композиторах типа Шютца. Или даже взять «Реквием» Листа (!), где орган играет практически непрерывно, от «Requiem aeternam до Dies irae» и дальше до «Libera me». Ярчайшее доказательство универсальности органа — от аскетичного «Introitus» до «Sequentia», где инструмент звучит как трубы в судный день, при этом абсолютно гармонично взаимодействуя с хором. Более того, в любых церквях орган находится сзади сидящих слушателей (прихожан). Таким образом, не видя его, они даже не отвлекаются на его огромные размеры. Недавно слушал орган Kuhn в соборе на Малой Грузинской, аккомпанировавший гобою.

Таким образом, орган никак не вписывается в определение «тиран». Как раз наоборот, это один из самых «скромных» инструментов, в отличие от блестящего короля публики, клавесина.

  1. S. Не хотел бы никак задеть Вашу любовь к последнему. Если задел — примите мои извинения.

 

reflechant: Ничего Вы не задели. Я немножко свесился с другой стороны каната истины.

На самом деле, произведение, доказывающее универсальность органа, на мой взгляд — это концерты падре Антонио Солера для двух органов. У меня есть запись их в исполнении Олега Янченко, может, выложу.

 

Aelina: Будем рады послушать.

 

Глава 088

Джованни Батиста Перголези

 

 

Salve Regina фа минор

Ансамбль «Les Talens Lyriques»

Кристоф Руссе (дирижер)

Барбара Бонни (сопрано)

Андреас Шолль (контратенор)

 

Aelina: В человека можно влюбиться с первого взгляда. Я же влюбилась в кристально чистый голос этого вокалиста с первого взятого им звука! Красота голоса обладает необычайной, удивительной способностью проникать в тончайшие сферы души, как и родниковая музыка Перголези.

 

Самая прекрасная запись в Архиве!!!!!!!

Ради таких встреч с прекрасным и стоит жить…

 

anders: Благодарю, что Вы все время были где-то рядом сегодня. У Вас отличный вкус, замечательная фотография…

 

Aelina: Спешу Вас разочаровать – фотография не моя, а вкусы и предпочтения часто меняются.

С уважением! Элина.

 

 

Глава 089

 

Михаэль Гайдн

 

 

Requiem

Ансамбль “King`s Consort»

Роберт Кинг (дирижер)

 

yarunskiy: Моцарт слышал этот Реквием и был знаком и с Михаэлем Гайдном и с его многими партитурами. Реквием 1771 года сочинения.

 

Aelina: А какой версии смерти Моцарта Вы придерживаетесь?? Или «бессмертные» не умирают?

 

yarunskiy: Существует более восьмидесяти теорий его смерти. Это свидетельствует о том, как сложно получить точные сведения о способе лечения, когда пациент умер очень давно. Много предположений возникло относительно методов доктора Клоссета и доктора Саллаба, ведь они не оставили после себя никаких заметок по этому поводу. С учетом славы их пациента это выглядит серьезным упущением. Впервые медицински освидетельствовать смерть Моцарта было поручено венскому медику доктору Эдуарду Винценту Гульднеру фон Лобесу. Он пришел к заключению, что музыкант не был отравлен, а умер от ревматической воспалительной лихорадки и страдал от типичных симптомов воспаления мозговой оболочки. «Эти диагнозы не соответствуют тому, что мы сегодня под ними понимаем, и их значение остается расплывчатым», — заявляет терапевт и исследователь жизни Моцарта доктор Каспар Францен из университетской клиники Регенсбурга. Кроме того, Гульднер никогда не видел объекта своей экспертизы лично; его заключение основывалось скорее на устных показаниях врачей Моцарта и не было абсолютно точным.

 

Aelina: Если он не был отравлен и умер от некоей болезни, тогда почему его не похоронили достойно и по первому разряду его Братья по Ложе?

 

Mick_M: У Аберта об этом давно и подробно сказано. В Вене была эпидемия, и императорским указом была на время эпидемии строжайше изменена вся процедура похорон – вплоть до запрещения присутствовать при погребении.

 

1dfcbkbq9: Обсуждая произведение Михаэля Гайдна, все почему-то сворачивают на его брата или Моцарта. Сам Михаэль, как композитор, вполне самодостаточен. А его произведениям свойственна удивительная целостность.

 

sir Grey: Очень красивая музыка, но я не слышу ничего общего с Моцартом.

 

А правда, что Михаэль был талантливее, но много пил, поэтому – увы?…

 

victormain: Неправда, но есть сильно схожий материал, порой почти дословно. Пил сильно, но в остальном так же сильно уступал. Хотя композитор очень хороший.

 

Maxilena: Сэр Грэй, обожаю Ваши вопросы и Вас самого!!

 

ditlinda: Ой, я тоже обожаю комментарии sir Grey – они неподражаемы! Всегда читаю их c удовольствием.

 

 

 

 

Глава 090

 

Доменико Скарлатти

 

 

Соната для фортепиано, K 466

Сержиу и Одер Ассад (гитара)

 

Aelina: Как в капельке воды весь океан, так и в этой короткой сонате отражены все существующие оттенки грусти… Хотелось бы узнать, чьё исполнение этой чудесной сонаты считается наиболее аутентичным – Скотта Росса?

 

reflechant: Росс как раз под вопросом. Его манера игры до мозга костей французская. У него минимум варьирования темпа, импровизации, его девиз был: «Все ноты на своём месте». Но получается прекрасно. Я совершенно уверен, что почти половина сонат Скарлатти выше просто итальянской манеры.

 

Aelina: Относительно темпа: Росс исполняет эту сонату подвижней, чем другие. И, мне кажется, она от этого теряет свою «жемчужность».

 

reflechant: В музыке Скарлатти есть всё. Почти в каждой сонате – два-три смысла, всё одновременно подчеркнуть невозможно, надо выбирать.

 

Aelina: Что бы ещё послушать? Такое же перламутровое, переливающееся? Посоветуйте кто-нибудь, пожалуйста…

 

Maxilena: Гульда!

 

Aelina: Спасибо! На днях слушала Английские сюиты и ХТК Баха. В восторге!! Только его фирменное мычание немножко мешает целостности восприятия, а Вам??

 

Maxilena: Мне не мешает. Я его теперь воспринимаю таким, каким он был.

 

Karl_Marx: Вконтакте есть исполнение этой сонаты Юей Ванг. Пожалуй, лучшее из того, что я слышал… Неплохо бы перенести его и сюда тоже.

 

Aelina: Спасибо за наводку.

Совершенно изумительной красоты вещь барокко. Но мне почему-то чудится-видится в ней ренуаровский «перламутровый» стиль.

Если у Вас есть возможность – добавьте, пожалуйста, в Архив исполнение Юей Ванг!

 

Andrew_Popoff: Элина, послушайте Росса или Гилельса. Это исполнение, на мой вкус, излишне мелодраматическое. А соната замечательнейшая.

 

Aelina: Андрей, спасибо. Мне ещё исполнение Судьбина нравится.

 

Andrew_Popoff: Спасибо, я послушаю…

 

 

 

 

Глава 091

 

Александр Николаевич Скрябин

 

 

Состояние души 

Соната для фортепиано № 3 фа-диез минор (1897-1898) Op. 23

Владимир Софроницкий (фортепиано)

 

precipitato: Откуда в Третьей сонате такой дикий подзаголовок? Какие состояния?

 

MargarMast: Почему дикий, Юрий? Я не очень хорошо знаю Скрябина, но всё, что я о нём знаю, говорит в пользу того, что для него это был бы совершенно естественный подзаголовок.

 

precipitato: Елена, у Скрябина нет такого подзаголовка и быть не могло, этого просто не может быть. Ставит под сомнение подлинность этих записей для меня.

 

Romy_Van_Geyten: Судя по тому, что мне удалось разузнать, так называемый подзаголовок «Состояние души» и программа были в 1905 году (через семь лет после написания сонаты) сочинены второй женой Скрябина Татьяной Шлёцер и затем им, вроде бы, авторизованы. Однако я нигде не видел это название в нотах. Да и в концертах оно тоже не встречается.

Я думаю, что «Состояние души» не название сонаты, а заглавие программы ей предпосланной. Полагаю, здесь этот подзаголовок совершенно лишний.

 

MargarMast: Может быть, это действительно женские проделки? А вы оба считаете, что они здесь неуместны? Почему вы считаете, что это не может быть состоянием души, описанным его женой? Женщины ведь лучше понимают вас, чем вы сами, разве вы этого не знали?

 

Romy_Van_Geyten: Речь о том, что в качестве подзаголовка это не годится. Скрябин время от времени «блистал» по части дурацких заголовков. Чего стоят только «Божественная симфония» и «Поэма экстаза»! Однако этот звучит совсем уж глупо.

 

MargarMast: Ну почему глупо, Роми, я никак не могу понять? Ну, ведь он в чём-то был весьма экзальтированным человеком, тем более, что тогда, в отличие от сейчас, о состояниях души говорили все кому не лень — я уже молчу о том, что он дружил с Бальмонтом.

 

precipitato: Скрябин был экзальтированным парнем, но безвкусым пошляком не был никогда, такой подзаголовок сонате мог дать какой-нибудь Ребиков, да и то – вряд ли. Я эту вещь знаю лет тридцать, слышал в очень многих исполнениях, нигде этого обозначения не было, надо его немедленно убрать, над нами будут смеяться.

Там еще в самой партитуре масса таких обозначений, типа – божественно, грандиозно. Танеев смеялся, говорил, что это авторские похвалы музыке. Безвкусно ужасно, конечно, но все-таки не «Состояния души», это уж и вовсе бред.

 

MargarMast: Да бабы виноваты, бабы, Юрий, Вы же знаете, где корень зла!

 

precipitato: Да если бы было дело в бабах, то я бы знал, но я никогда об этом не слышал, это слишком даже для Шлёцер!

 

Romy_Van_Geyten: «Божественную симфонию» его, кажется, уже сразу после премьеры начали выстёбывать. Дело даже не в том, что заголовок звучит так себе, а в том, что он совершенно не соответствует эмоциональному строю этого сочинения – вполне приземлённого и оркестрованного довольно скучно и неинтересно.

В отличие от музыки для фортепиано, где Скрябин был королём, оркестровые его сочинения, за исключением, быть может, темы трубы из «Поэмы экстаза», производят довольно унылое впечатление.

 

fra_kanio: Если оркестровые сочинения Скрябина производят на Вас «унылое» впечатление, а это довольно-таки забавно, чтоб не сказать хуже, то что уж говорить о некоторых современных оркестровых опусах, где вместо большого и сложного произведения (вроде симфонии) находишь состав из трёх-четырёх однотипных инструментов в незатейливых вещицах, длящихся минут так семь (или чуть больше), зато с броскими и подчас выспренними названиями, что уж держись, куда там!

Даа-с… Ну, дело Ваше, Роми. Считайте дальше в том же духе, если Вам так это нравится.

 

Romy_Van_Geyten: Пойду, утоплюсь…

 

MargarMast: Погодите, Роми, не топитесь. Может, ещё не всё потеряно. Вы мне лучше напишите Ваш e-mail – я Вам пошлю «Сагу о Дырках» – только что получила по почте. Ой, народ веселится! Реальная история. Топиться сразу расхочется.

 

Romy_Van_Geyten: Это, что, «Нейрохирургическая сага о двух дураках и десяти дырках в голове»?

 

MargarMast: Да нет, это о дырках в барабане стиральной машины, которых одна тётка не досчиталась – в её машинке дырок оказалось меньше, чем в машинке у соседки. Это просто можно умереть со смеху, что там народ по этому поводу понаписал.

 

Romy_Van_Geyten: Давайте.

 

 

 

Глава 092

 

Марен Марэ

 

 

Мечтательница

Пьеса для виолы и континуо фа минор

Ансамбль «Новая Голландия»

Юлия Лурье (виола да гамба)

 

mikrus72: Как задумчив, глубок и изящен Марен Марэ!

Что ж, в гамбовой культуре это, пожалуй, самое великое имя. Имя человека сумевшего вложить всю свою страсть, темперамент француза в музыкальную подвижную вязь мелодии.

Маре всегда живой, всегда экспрессивный, иногда слишком откровенный, иногда натуралистичный, но всегда мощный по фактуре, разнообразный по технике и умеренный в деталях и украшательствах, но всегда цельный и удивительно гармоничный. Марэ не даст вам скучать.Часто беру Маре в дорогу. Маре всегда со мной.

 

Потрясающая музыка! Потрясающий композитор! У него есть пьеса: «Картина хирургической операции»! Давно мечтаю послушать! Алесь! У тебя такая пьеса есть?

 

alexa_minsk: У меня нет. Может, найду когда.

 

berta64: Потрясающе красивая музыка. Она звучала в исполнении Жорди Саваля в фильме «Все утра мира».

 

DzhiTi: Очень красивая музыка. Виола да гамба поистине волшебный инструмент.

 

 

 

 

Глава 093

 

Пётр Ильич Чайковский

 

 

Воспоминания дорогого места

Три пьесы для скрипки и фортепиано (1878) Op. 42

Николай Саченко (скрипка)

Валерий Пясецкий (фортепиано)

 

ditlinda: Что зто за странное название?

 

oriani: «Дорогое место» это Браилов – поместье фон-Мекк, где Чайковский неоднократно гостил.

Причем, исключительно в отсутствие самой Надежды Федоровны.

 

ditlinda: А я думала, что название этого опуса «Воспоминания о дорогом месте», а по-Вашему выходит: «Воспоминания Браилова».

 

oriani: Название, данное самим Чайковским: «Воспоминание дорогого места».

 

ditlinda: Интересно, зачем понадобилось переименовывать, раз самим автором заявлено такое название. Ведь и музыка будет восприниматься по-другому.

oriani: В Архиве есть это сочинение под другим названием?

 

ditlinda: Здесь — нет, а на других сайтах – да.

 

oriani: А мы туда не пойдем. Здесь будем слушать.

 

ditlinda: Ни за что не пойдём.

 

sir Grey: Правильно ли я понимаю? Это сочинение состоит из трех пьес – «Размышления», «Скерцо» и «Мелодии». И это было написано для скрипки и фортепиано.

 

oriani: Невероятно. Такие сложные материи получается понимать далеко не у всех, но Вам удалось.

 

sir Grey: Наконец-то мой ум на этом сайте оценен по-достоинству! Я рад. Тогда еще один вопрос, чтобы уж добить. А для фортепиано тоже есть размышление, но называется оно почему-то по-французски, так?

 

А это французское размышление входит в какой цикл пьес?

 

Mikhail_Kollontay: Может быть, Вы имеете в виду пьесу в Ре-мажоре, так она из опуса № 72 – 18 пьес (очень-очень поздних).

 

sir Grey: Спасибо, добрый человек! Она под № 5, оказывается. Буду знать. Красота какая!

 

Andrew_Popoff: Удивительно. Всю жизнь был уверен, что здесь в названии предложный падеж, а не родительный.

Это действительно так?

 

victormain: А это одна из красивых старых русских конструкций. Из такого же ушедшего, как тютчевское:

 

«Как исчезает облак дымный…».

 

oriani: Вот что нам сообщает Д. Н. Кайгородов в статье, датированной 1907 годом:

 

«Нельзя при этом не упомянуть, что впоследствии Пётр Ильич посвятил памяти о своем пребывании в Браилове три произведения, написанные для скрипки с фортепиано и названные: «Воспоминания дорогого места», из которых третье — Melodie — принадлежит к числу очаровательнейших творений нашего композитора…»

 

 

Romy_Van_Geyten: Сегодня Браилов – посёлок городского типа в Жмеринском районе Винницкой области.

Во времена Чайковского – местечко Браилов Винницкого уезда Подольской губернии.

 

 

 

 

Глава 094

 

Людвиг ван Бетховен

 

 

Соната для фортепиано № 32 до минор (1821-22) op.111

Святослав Рихтер (фортепиано)

 

Yuriyauskiev: Это запись из БЗК, 12/01/75 с концерта памяти Г. Г. Нейгауза.

Вообще, сейчас существует двадцать одна запись Тридцать второй в исполнении Рихтера. Поздние трактовки весьма отличаются от ранних.

 

Ор.132: А как эволюционировала трактовка от раннего

периода к позднему? Интересно Ваше мнение.

 

Yuriyauskiev: Что касается этой сонаты, то эволюция, несомненно, была. Мне очень нравится, что Рихтер критически отзывался по поводу интерпретации «умнейшего лектора-заики» из «Доктора Фаустуса». Его, Рихтера, выстраивание этих необыкновенных, единственных в своем роде гениальных вариаций превосходит написанное Томасом Манном. Понятно, что писатель не пытался дать музыковедческий разбор произведения, описанная лекция предназначалась начинающим. А Рихтер играет, обнажая сущность трижды гениального творения, находя глубинные смыслы, заложенные автором. Уже не раз писал, что, вполне возможно, автор не всегда отдавал себе отчет в том, что̀ творит. Он записывал свой внутренний голос, не анализируя, как и почему так получается. Автору ведь не нужно было защищать диссертацию на тему, скажем, «Последние сонаты Бетховена». Тема, мы знаем, неисчерпаемая. Тут сколько ни говори, высказать до конца не удастся. И написаны они не для словесного пересказа и не столько для анализа, хотя и это всегда хочется делать, особенно, немузыкантам, а для исполнения. И достойного исполнителя она нашла, слава Богу, и какая радость, что это произошло при нашей жизни. Об одном жалею — не пришлось услышать её в живом концерте.

Впервые Святослав Теофилович сыграл ор.111 15/6/52 в Малом зале Ленинградской филармонии. Такой записи у меня и известных собирателей нет. Самая ранняя из имеющихся, — 28/11/63, Лейпциг. Её нет на нашем сайте, но есть следующая хронологически – 12/12/63, БЗК, Москва. Об этом концерте написал Г. Г. Нейгауз, что уже неоднократно упоминалось. Что могу сказать я? Во-первых, не хочется заниматься халтурой (самое ругательное слово у Святослава Теофиловича) и рассказывать по памяти. Надо было бы всё еще раз послушать. Во-вторых, времени у меня сейчас нет – скоро нужно будет уходить. В двух словах могу, но это общие впечатления. Ранние записи отличаются большей жесткостью, особенно, в первой части. Как это сказать понятнее? – Звук такой, как надо, всё очень хорошо, но в более поздних записях при всём при том особенная эмоциональная насыщенность. Грандиозно не только внешне – потрясает глубина замысла, высказанность до конца. Это мощь, которая не достигается банальным усилением звука. Рихтер насыщает звук особым содержанием. О второй же части надо говорить талантливо или лучше молчать и слушать. Всё же попробую сравнить свои впечатления. Для меня пик приходится на середину 70-х. Особенно близко исполнение 12/1/75. Жаль, не мог услышать его Нейгауз, иначе не только слезы были бы на его глазах, как вспоминает Лев Наумов, он бы разрыдался. Исполнение сакраментальное! Непостижимо, что так великий опус может раскрыться человеку, и он способен воплотить всё в одном исполнении. Такого умного проводника через все душевные состояния, через все перипетии, выражаемые музыкой, для меня в принципе не существует. Теперь принято запросто многих ныне здравствующих наделять эпитетом: «гениальный». Слушая Ариэтту у этих «гениев», только пожимаю плечами. Но это так, мысли вслух. Не принимайте близко к сердцу. Просили – отвечаю, что думаю, ничего не скрывая. Та же часть в концерте 28/11/63 уступает московской 75-го. Тема и некоторые вариации звучат несколько более формально. Но это лишь потому, что есть, с чем сравнивать. Если бы не было той вершины, любил бы эти ранние прочтения. Еще одно впечатляющее исполнение – Токио 1/6/74. Кто-то писал, что оно чуть ли не чересчур резкое или, кажется, злое. Точно не помню. Оно грозное, особенно первая часть. А вторая огромная и грандиозная. Слушая такую музыку, живешь только её образами. Уже не раз и в разных местах писал, что не могу слушать фрагменты записей. Знаю, что даже если захочется послушать отдельно такие-то такты, то не получится – остановить музыку не могу и обречен – прекрасная обреченность – слушать до конца.

В конце 90-х начал переводить коллекцию в «цифру», то есть, как бы всё начал с самого начала. Не пластинок Рихтера, а CD дисков было всего несколько. Не знал, удастся ли приблизиться к состоянию своей коллекции, которая была на пластинках. Оказывается, удалось, и даже более того. Так вот, один из первых дисков, который я заказал, был с этой сонатой – 17/10/91 – Ludwigsburg – Live – PHILIPS 438 486-2. Была старая магнитофонная запись любимого концерта 75-го года, и они существенно отличались. Многое было так необычно! Замедленные темпы, даже некоторая заторможенность. Надо было вслушиваться, постигать. Кто я такой, чтобы противопоставлять свои сложившиеся стереотипы гениальному музыканту, способному открывать, причем, каждый раз, новое, а не играть по-стариковски, утешая, что «не так уж плохо для старого человека». Вот в таком мире он тогда жил, и в этом мире тоже открывается своя истина. Из поздних записей особенно близка 25/10/91 – Rellingen. Некоторые любительские слушать очень тяжело из-за совсем низкого качества. Переслушал всё – всего официальных и любительских – двадцать три! Доложу, что это совершенно замечательно и удивительно. Пригласить отправиться в этот путь не могу – ресурсы сайта ограничены, да и не нужно выкладывать плохие, в смысле аппаратного качества, записи.

На другом форуме есть человек, написавший мне, что благодарен за популяризацию наследия, за выкладывание записей, которые практически недоступны. Но он против моих излияний, против, так сказать, литературного стиля. Могу согласиться без всякой обиды. Меня спросили – я ответил, что думал. Честно и ничего не приукрашивая. Редактировать даже некогда было. Так что не обессудьте. После прослушивания некоторых, особенно поздних записей, возможно, смогу еще что-то сказать.

 

Понимаю, что не ответил по-настоящему на поставленный вопрос. Рассказал о своём отношении.

 

Ор.132: И это называется – «не ответил по-настоящему»??

Спасибо, Юрий, за развернутый ответ – буду вдумчиво читать.

 

 

 

Глава 095

 

Джон Доуленд

 

 

Прелюдия P. 98

Дмитрий Таганцев (лютня)

 

Romy_Van_Geyten: Отлично! Мне показалось, звук чуть жестковатый, но, может быть, это из-за записи…

 

tagantsev: Запись – это сильно сказано. Я другу не знал, что подарить. Сел на кухне и на бытовой магнитофон наиграл целую дискетку (сорок минут).

 

precipitato: Митя, очень здорово!

 

MargarMast: Юрий, причём, Вы знаете, он ведь ни на чём не учился играть, так же как и рисовать! Вот талантище, да? И скромняжище! Это я его заставила выложить записи – он всё стеснялся.

 

tagantsev: Спасибо!

 

musikus: Дорогой профессор! Хоть я и приставал к Вам с занудными орфографическими придирками, но не могу не высказать восхищения широтой Вашей личности. Имею в виду не только остроумие, блеск Ваших постов, Вашу эрудицию, Вашу органику, но и Ваши несомненные таланты. Ведь на аватарках были Ваши художественные работы? Я не ошибаюсь? Но вот еще и Ваш Доуленд. Я всегда восхищаюсь людьми многогранными. Вы, несомненно, из их числа. (А ведь есть еще и Ваши профессиональные занятия!). Надо бы поправить Вашу фамилию на Талантцев.

 

tagantsev: Нет, не ошибаетесь. Однако, из Ваших уст, да такое услышать, дорогого стоит! Спасибо!

 

Maxilena: А я, между прочим, к посту Юрия плюсик поставила! Вот.

 

tagantsev: Спасибо! Вы все меня в краску вгоняете!

 

 

 

Глава 096

 

Франц Ксавер Зюсмайер

 

 

Дивертисмент до мажор для скрипки, альта и виолончели

Ансамбль «Concilium Musicum Wien»

Пауль Ангерер (дирижер)

 

mozamozart: Не знаю насколько хорошо (согласно сплетням) исполнял Зюсмайер супружеские обязанности Моцарта, но вот собственные обязанности ученика он, судя по его музыке, исполнял посредственно.

 

Andrew_Popoff: Думаю, как педагог Моцарт был не очень.

 

AlexandrSamarsky: Предпочел Гуммеля Бетховену. Скорее всего, Бетховена Моцарт просто отверг, сказав ему, что тут нет ничего хорошего (позже то же самое сделает Гайдн). Во-первых, Бетховен поспешно уехал из Вены в плохом настроении, во-вторых, у Моцарта в письмах – о Бетховене нет ни слова. А насчет Гуммеля… привожу цитату из биографии Ф. Листа (с этого сайта): «Его первой станцией была Вена, где он изучал композицию у Антонио Залири и фортепиано у Карла Кцерни, ученика Бетховена (Урок игры на фортепьяно у ученика Моцарта Непомука Хуммеля стоил бы дороже, что было Листу не по карману)».

 

А насчет музыки Зюсмайера – такой я ее и представлял. Слушать можно.

 

Andrew_Popoff: Нормальная крепкая работа. Надо учитывать контекст, в котором предполагалось существование этой музыки. Ясно, что писалось не для квартета им. Бородина, а для домашнего музицирования булочников и сапожников. В Австрии и Германии это широко практиковалось. Кстати, и сейчас этот дивертисмент – прекрасный репертуар для музыкальных школ.

 

fra_kanio: Музыка не притязательная и односложная, действительно неожиданно «скромная». Я бы сказала, что это похоже на ученическую работу, в которой чувствуется большая скованность в изобразительных средствах и отсутствие фантазии.

Но странно даже не это (тем более, что не указан год написания дивертисмента), а то, что такое скверное, посредственное исполнение. Совершенно нечистый тон ведущей скрипки, да и остальные ей под стать, неуклюжее ведение мелодии, это что, тоже чья-то ученическая «сдача сессии»? Исполнение меня удивило и разочаровало гораздо сильнее самой музыки. Я бы этому «Concilium Musicum» после такой «деревенщины» вообще ничего играть не доверила бы в другой раз. А они ещё и прославились,  наверное?  Для Вены так играть классику – это позор, иначе и не скажешь!

 

victormain: Друзья! Получал ли кто-нибудь сегодня в «личку» гадости от пользователя operman, или это он только со мной пытается вести такие беседы?

 

alexshmurak: Виктор, получили все, и лично, и публично, он забанен, история, увы, закончилась.

 

victormain: Спасибо, понятно. Просто я весь день провёл в кухне у плиты, опять всё интересное прозевал…

 

Andrew_Popoff: Досталось всем. Я снова прочел дежурную фразу, что я «говно, а не композитор».

 

precipitato: А мне он ничего не написал…я в печали.

 

 

 

Глава 097

 

Ференц Лист

 

 

Смерть Изольды

Фортепианная транскрипция сцены  из оперы «Тристан и Изольда» Вагнера S.447

Эрвин Ньиредьхази (фортепиано)

 

Intermezzo: Даже не верится, что в архиве до сих пор не было этого замечательного пианиста. Завтра еще добавлю, у кого есть записи, было бы очень здорово, если бы выложили.

 

samlev: Могу сказать, что весь романтический флер пианистом снят напрочь и Изольда кончается в страшных физических муках.

 

MargarMast: Точно, царапаясь о камни в кровь. Согласна. Боже, даже такая феноменальная романтическая любовная тема заворачивается чёрти во что. Вот уж и правда, ужас. И, главное, у рояля звук какой-то страшно колючий — что это вообще такое?

 

samlev: Вот и влюбляйся тут! Я бы эту запись молодых девушек до шестнадцати лет заставлял бы прослушать.

 

musikus: Ой, не подстрекайте! А то и так сплошные суициды…

 

samlev: Наоборот, предупрежден – вооружен. Меньше несчастий было бы.

 

alexshmurak: Ну, душевно больных отроковиц хватало во все времена.

 

samlev: К большому несчастью их родственников.

 

Intermezzo: Уверен, что никто из посетителей сайта никогда не слышали об этом пианисте.

Это, конечно же, далеко не гигант — его с Браиловским, Гульдой и даже Петровым сравнить нельзя. Просто он появился ниоткуда, уже почти, что на старости лет, практически спившийся. И давал он концерты (а их всего-то было пара-тройка), чтобы собрать деньги для лечения своей тяжелобольной жены.

Удивительно то, что он произвел такой фурор — хотя почти все пианисты называли его нелепостью и любителем (Ашкенази, например).

Его ведь и называют: «Потерянный гений». То, что он пришел на сцену в семьдесят с лишним лет, не занимавшись вообще лет пятьдесят, да с таким звуком…

Так что, никакого сравнения с Рихтером и другими просто не может быть. Это самая, пожалуй, оригинальная запись Liebestod˺a. Мыслить вот так тоже не каждый сможет.

 

sir Grey: Ну, а Вы, наверное, знаете, что он с инструментом сделал? Расскажете?

 

Intermezzo: С роялем ничего он не делал. Просто у него были уникальные руки.

 

sir Grey: Нее-ет. Разве такое возможно? При чем тут руки?

 

Intermezzo: Честно говоря, просто не представляю, чтобы почти спившийся человек, который не занимался пятьдесят лет и начал играть, в общем-то, от отчаяния, проделывал какие-то эксперименты с фортепиано.

 

precipitato: Жуть какая…эк его корёжит…

 

Intermezzo: Мне думается, это потому, что, в целом, всю жизнь он провел на грани нищеты – едва сводя концы с концами. И также его трактовка не может не шокировать. Но зато она совершенно честная, и это именно — «гибель всерьез», а не пошлятина типа Бакка. Очень страшная, странная, но всерьез.

 

precipitato: Как-то уж очень всерьез. Я вообще не выношу эту пьесу. В оркестре еще куда ни шло, но на рояле пошлятина страшная выходит, заломленные руки, взгляд Веры Холодной – жуть…

 

MargarMast: Можно подумать, что это не зависит от того, кто её играет! Вот здесь-то никаких заломленных рук и воздетых к небу глаз. Здесь просто та самая психушка.

 

precipitato: Это меня немного с этой вещью примиряет.

 

MargarMast: Нет, Юрий, по-моему, здесь перебор, а просто мы не слышали нормального исполнения. Такое ведь тоже бывает?

 

Intermezzo: Но Елена, что в Вашем понятии нормальное исполнение? Мне по этому поводу больше всего запомнилась и понравилась фраза Алексея Шмурака про установки слушателя. Мне кажется, здесь главное, что не какая-то пошлятина, а «гибель всерьез», как уже написал. Да, Ньиредьхази, может быть, и не играл Листа – зато честно «погиб».

 

MargarMast: Андрюша, что это Вас бросает из крайности в крайность – от морско-пенистого Горовица до сумасшедшего Эрвина? Ну, ничего, это тоже издержки юности.

 

Intermezzo: Я же не говорю, что Ньиредьхази исполняет «Изольду» лучше всех. А Горовица многие любят.

И все-таки Ньиредьхази мыслил прикольно — нестандартно, но прикольно.

 

precipitato: Ну разве что.

 

Intermezzo: Не Рихтер, понимаю, даже не Петров.

 

precipitato: Нет уж, мне даже такой горький пьяница милей Петрова, вот уж кого не выношу, земля ему пухом.

 

Ruscomp: Это, в своем роде, гениально!

 

Intermezzo: Спасибо за отзыв!

Обязательно выложу еще несколько произведений. Ньиредьхази, правда, оставил очень мало записей. Но все они, на мой взгляд, очень честные, хоть и совсем не то, чего ждет слушатель.

 

MargarMast: Господи, Андрюша, Вы теперь всех убогих музыкантов будете подбирать для нас? Вот профессор Митя такой же добрый – всех сирых и увечных тащит к себе в дом и там их оттаивает и кормит.

 

Maxilena: После этого исполнения хочется … даже не знаю, чего хочется, но чего-то нехорошего.

 

alexshmurak: Ложитесь на кушетку и рассказывайте.

 

 

 

 

Глава 098

 

Франсуа Жозеф Госсек

 

 

Requiem

Оркестр итальянской Швейцарии (OSI)

Диего Фазолис (дирижер)

 

yarunskiy: Сравнительно недавно музыковед Хартмут Кронес нашел еще одну модель моцартовского Реквиема. Это Реквием французского композитора Госсека, с которым и Моцарт, и другой главный автор Реквиема Франц Зюсмайер были, вероятно, знакомы. Introitus в Реквиеме Госсека очень похож на сочиненный Зюсмайером Agnus Dei моцартовского Реквиема. Хроматизмы в Лакримозе Госсека напоминают Recordare у Моцарта. Реквием сочинён в 1760 году.

 

victormain: Серёжа, Госсек хороший автор, но зачем Вы так голословны? Какая

модель? Объяснитесь, пожалуйста. На форуме дети (Karapyzik), любители… Не пугайте их.

 

yarunskiy: Это мысль Хартмута Кронеса, а не моя. Это он детей пугает…

А я вообще довольно холоден к Реквиему Моцарта-Зюсмайера.

 

victormain: Это понятно. Я даже не холоден к нему: он меня бесит в том смысле, что на этом корявом недоделе рыдают поколения слушателей, которым имя и легенда в данном случае заткнули уши. Что не отменяет замечательности моцартовских эскизов. А наоборот: заставляет ещё больше сокрушаться по поводу недописанности, фактического несуществования этого сочинения.

 

mikrus72: Спасибо Сергей за Госсека! Вообще, думаю, мало как-то информации на слуху и в печати по поводу развития франкского классицизма в музыке. Не в пример живопись. Хотя Госсек не под мой темперамен, но все равно алмаз! Ровненький такой, гладенький алмазик!

Что касается развития темы, я с Госсеком не согласен. Здесь в теме смерти надо иметь мощный язык, без излишней детализации. Конечно, это все субъективно.

Что касается формы, я бы сказал что она – благополучно сделана. Не люблю благополучные вещи. По мне уж лучше плохо, чем благополучно. Хотя красиво звучит. Это да!

Да и труда, видно, вложил в партитуру немало…

Надо будет прослушать его еще раз. Может, через неделю. Не все хорошее сразу раскрывается. Так что буду слушать. Пока у меня вот такие оценки.

 

victormain: «Лучше плохо, чем благополучно» – это одна из самых тонких мыслей об искусстве, которые я слышал в своей жизни.

Впрочем,  как раз в Реквиеме Госсека есть сюрпризы, которые вполне можно оценить как выходящие за рамки благополучия.

Мне, вообще, опус понравился, уж больно мастерски по полифонии сделано, школа отличная. И интонационки много хорошей. Нет, хорошее сочинение, хороший, в целом, автор.

 

 

 

 

Гллава 099

 

Йозеф Гайдн

 

 

Соната для фортепиано до мажор Hob XVI:48

Оливье Кавэ (фортепиано)

 

alexa_minsk: А не смотрите на имя автора, просто послушайте и угадайте его имя. Ведь это ранний Бетховен (!).

 

Но все же это Гайдн. И у Гайдна сонаты намного лучше, чем у раннего Бетховена. Намного.

 

musikus: Очень спорно. И вообще, раз уж учитывать «ранний-поздний», то, может, и неправомерно сравнивать? Но по мне — уже три первые сонаты, оп.2, посвященные Гайдну, превосходят большинство сонат последнего, независимо от того, когда они были созданы. Особенно третья, до мажорная. Да и другие две…

 

Romy_Van_Geyten: Интересно, какими критериями Вы руководствуетесь. По мне так их вообще не имеет смысла сравнивать. Все равно, что пытаться выяснить, что лучше – итермеццо Брамса, мазурки Шопена или экспромты Шуберта.

 

…сонаты, конечно, гениальные, но в том, что касается композиторского мастерства, первые сонаты Бетховена, на мой взгляд, можно сравнивать только с ранним Гайдном — поздний Гайдн на порядок круче.

 

musikus: Интермеццо, мазурки и экспромты – формы несколько разные, тогда как сонаты Бетховена и Гайдна один и тот же жанр – сонаты. А повод для сравнения абсолютно прозрачный: молодой автор, из той же самой школы, что и корифей, посвящает последнему свои сонаты, явно намекая на преемственность. Как же не сравнить? Для нас же, слушателей, критерий сравнения самый простой – хочется вновь послушать или не очень. Субъективно, конечно, но где взять объективность,  и нужна ли она здесь вообще?

 

Ну, уж пользуйтесь тогда той же логикой: сравнивайте позднего Гайдна с поздним Бетховеном. Это будет честно. Но тогда даже знаменитая Es-dur-ная Гайдна не потянет против четырёх-пяти последних сонат Бетховена.

 

Romy_Van_Geyten: Ну, мне они кажутся вполне сопоставимыми. Кстати, обе Es-dur’ные. Сравнивать, конечно, можно только уровень мастерства, потому что образная сфера у позднего Бетховена вообще ни на что не похожа, поэтому никакому сравнению не поддаётся.

 

musikus: Не понял: о каких «обеих сонатах Es-dur» речь?

 

Romy_Van_Geyten: №№ 49, 52.

 

musikus: Что же касается образной сферы – то она одинакова – человек.

 

Romy_Van_Geyten: Боюсь, эта сторона искусства меня вообще не заводит. Мне гораздо интересней прыжки сознания, уводящие за пределы человеческого. И поздний Бетховен, кстати, по этой части абсолютный чемпион.

 

musikus: Ну, это уже сфера абсолютно субъективная. По мне так поздний Бетховен – это и есть самое человеческое из всего, что он написал, включая квартеты, Торжественную мессу…

 

abyrvalg: Одна выдержка из книги:

 

«1795 год. Приехав в Вену, Бетховен направился к Гайдну, который ещё в Бонне обещал с ним заниматься. Биограф Бетховена А. Тайер дает описание встречи двух великих музыкантов:

«Маленький, худощавый, смуглый, со следами оспы на лице, черноглазый и черноволосый двадцатидвухлетний музыкант прибыл в столицу, чтобы усовершенствоваться в своем искусстве у маленького, тщедушного, смуглого, с лицом, изрытым оспой, черноглазого, одетого в черный парик, старого мастера`.

Бывший патрон Гайдна, старый князь Эстергази, называл композитора `мавром`. Эта кличка как нельзя более подходила и к молодому пришельцу из Бонна».

 

musikus: Да это известно, как и то, что Гайдн как бы испугался радикализма и «излишней серьезности» молодого Гения и не решился продвигать его сочинения в Вене.

 

Opus88: Как и то, что Гайдну весьма хотелось, чтобы Бетховен подписал свои сочинения: «ученик Гайдна».

 

abyrvalg: Ранние и поздние клавирные сочинения Гайдна это тоже агромадная дистанция. Ранние писались ещё с учётом барочной эстетики, где была в ходу инструментально нейтральная тенденция. Фактура чётко распределена по планам и представлена в чистейшем ничем не осложнённом виде. Поздние же сонаты Гайдна уже не просто для клавира написаны, а являются фортепианными произведениями. И написаны они в большом, монументальном стиле, где фактура богата и разнообразна. И, кстати, он один из первых кто начал обозначать правую педаль в нотах. И многое из фактур Бетховен подглядел как раз у Гайдна. Даже есть есть прямые ассоциации: в 49-й Гайдна есть эпизод до слёз знакомый по 1-й части Аппассионаты Бетховена.

 

abcz: Вообще говоря, сонаты Гайдна отличаются от бетховенских (исключая ранние последнего) так же разительно, как от моцартовских или, хоть, скарлаттиевских. Просто разные миры, разные идеологии, разные музыки, ничуть не более близкие между собой, чем все они с прокофьевскими, например.

 

 

Глава 100

 

Эйтор Вилла-Лобос

 

 

Сюита в бразильском национальном стиле для гитары (1908-12) W 20

Павел Попов (гитара)

 

Andrew_Popoff: Играет мой сын. Записано вчера. Звук – Zoom, видео – iphone. Не без огрех, но для живого исполнения вполне терпимо.

 

Aelina: Огрехи если и были, то совсем незначительные. Исполнение отличное!!! Пять звёздочек!!!

 

rdvl: Посмотрел с большим удовольствием. Сам факт концертного исполнения такого масштабного гитарного сочинения очень радует. Голову юного зрителя местами хотелось захлороформить, но это издержки записи из зала. Теперь по сути исполнения. Звукоизвлечение хорошее; звучит именно классическая гитара, а не гусли бурдонные. Темпы правильные, характер музыки передан верно. Огрехи возникают там, где исполнитель пытается форсировать естественное течение музыки резким «accelerando», либо в немного недоученных местах (Гавот-Шоро, эпизод №3 ля мажор, октавное движение вверх си-до-ре-фа). Ну и сложные темповые пассажи слегка хромают, но тут только настойчивый вдумчивый тренинг без форсирования и все встанет на должный уровень. Также следует уделить особое внимание нюансировке, агогике. В логичных замедлениях у исполнителя явно больше красоты и смысла, чем в слишком поспешном движении. Динамический диапазон тоже может быть расширен. Контрасты всегда освежают восприятие. Желаю исполнителю дальнейших успехов.

 

Andrew_Popoff: Спасибо! Я согласен со всеми замечаниями, но если учесть, что это первое исполнение Павлом сюиты на публике, то все прошло неплохо. Он музыкант способный, но пока еще, конечно, неопытный. Всего третий курс колледжа.

 

rdvl: Разумеется, неплохо, даже очень хорошо. Инструмент, кстати, концертный, как мне показалось. А если с новым комплектом «Саварез», к примеру, то и совсем замечательно. Гитаристы любят новые струны, особенно басы.

Andrew_Popoff: Студенческий «Manuel Contreras», но очень удачный экземпляр.

Струны Паша какие-то в Америке заказывает на «Amazone». Перед этим концертом он не менял, так как эти поставил недели две назад. А обычно меняет.

 

sir Grey: Мне очень нравится. Мое любительское замечание – кажется, что динамические оттенки должны быть рельефнее. То, что меня поражает всегда у Сеговии. Я имею в виду первые две фразы здесь.

Вообще — гитара, мне кажется, не получила должной оценки в наше время. Просто — орга̀н XX века! Как-то не очень для нее пишут.

Andrew_Popoff: Спасибо!

Да, Вы правы. Но до Сеговии надо еще дорасти.

 

Музыки для гитары очень много, в ансамбле ее использовали Булез, Денисов, вообще не редкий инструмент в музыке XX-го века. Даже есть концерт Б. Асафьева, который почти не играют, увы. А вполне стоит. К сожалению, значительные композиторы XIX века к гитаре редко обращались. Огромный репертуар того времени — это все почти сочинения самих гитаристов. Причина понятна: в XIX веке композитор был ориентирован на оркестр, на большие массы. Чайковский даже о рояле говорил, что фортепиано — искусственный заменитель оркестра. Куда уж там гитаре! Но в XX веке ценности изменились, а в XXI, я уверен, гитара станет одним из ведущих инструментов и в академической музыке, не только в джазе и рок-музыке.

 

sir Grey: А этот Попов младший, интересно, общается тут с нами?

Andrew_Popoff: Нет, Паша тут не общается, хотя аккаунт у него есть, но он только музыку скачивает. Он только изредка в Контакте с друзьями. И по скайпу тоже. А так, времени нет. Много занимается, учится.

 

sir Grey: «Душа моя, Павел,

держись этих правил:

люби то-то, то-то,

        не делай того-то.  

Кажись, это ясно.

Прощай, мой прекрасный».

 

Это Пушкин. А я – не прощаюсь. Сэр Грэй.

 

 

 

 

Глава 101

Андрей Михайлович Волконский

 

 

Жалобы Щазы

Вокальный цикл из дагестанской народной поэзии для сопрано, английского рожка, скрипки, альта, ударных и клавесина (1962)

Лидия Давыдова (сопрано)

Андрей Волконский (клавесин)

Ансамбль солистов Симфонического оркестра Ленинградской филармонии (1965)

Игорь Блажков (дирижер)

 

Andrew_Popoff: Такая замечательная музыка и всего сто сорок семь прослушиваний за полтора года! И ни одного комментария! Предлагаю обсудить. На мой взгляд, это ярчайшее сочинение в советской музыке 60-х.

 

Тут еще поет феноменальная певица, многолетняя солистка «Мадригала» Лидия Давыдова. Потрясающая музыкальность и невероятной красоты голос. Отчего лучшие русские певицы в России практически неизвестны!!

 

Mick_M: Ну, уж Давыдова-то неизвестна?

Думаю, что в каждом приличном доме лежат выпуски «1000 лет музыки», по большей части записанные с ней во главе «Мадригала». Сколько их, кстати, было? Мы тут по какому-то поводу со steinber`ом и musicus`ом считали и заметили, что одни и те же произведения писались разными составами. А еще помню ее концерт с Любимовым – Стравинский и Барток!

 

Andrew_Popoff: Известна, конечно, но не как Образцова или Архипова. Хотя, Архипову я очень уважаю.

 

samlev: Да, я тоже: у нее была невероятной красоты шуба.

 

musikus: Забавно. Я эту шубу видел. Как-то перед концертом Карла Рихтера меня знакомый из МГК поставил в оцепление, чтобы потом просунуть без билета в зал. Я стоял на лестнице, ведущей в Большой зал, рядом со входом в артистическую. Подошла дама в роскошной шубе и робко сказала: «Вы разрешите, я пройду вон туда?..». И я узнал Ирину Константиновну, тогда еще вполне моложавую.

 

Mick_M: Архипова, думаю, великая артистка, чего не могу сказать об Образцовой (да простят меня ее поклонники).

 

victormain: Михаил, Вы не были на концертах Образцовой в Юрмале в Зимнем зале сразу вскоре за победным конкурсом Чайковского? Я имею в виду два концерта с Ерохиным за роялем. «Песни и пляски смерти» Мусоргского, «Любовь и жизнь женщины» Шумана, отделение Глинки, отделение Даргомыжского. А, видимо был ещё и третий концерт, Рахманинов и Чайковский. В общем, многое из этого было очень сильно. И стало ясно, что с этой дамой так просто дело не пройдёт. Действительно, при всей отвратительности редакции Римского, дуэт Образцовой с Атлантовым звучал в Польском акте Бориса совсем по-олимпийски. Зал стонал, я тоже. Огнивцев, кстати, пел тогда же очень пристойно. И ещё «Сельская честь» Масканьи хорошо.  Больше ничем особым не радовала. Но на Западе хорошо, удобно пришлась.

Я к ней отношусь с прохладным уважением.

 

Mikhail_Kollontay: По поводу Римского я, в свою очередь, не вполне соглашусь. Не знаю, мне кажется, Николай Андреевич всё это делал из корпоративных чувств, это не было бизнес-проектом. Конечно, понял он и в этом, и во множестве других случаев всё как-то мимо того, что хотел автор. Но и не думаю, что понять такое хоть кто-то тогда и мог! Удивительно, что он даже не открывал, насколько я знаю, авторских партитур, настолько, видимо, они ему казались беспомощными и бесполезными. Но и в совсем недавнее время старшее поколение без тени сомнений говорило, что оркестровщик Мусоргский никакой и нелепый. Хотя, мне кажется, звучание его оркестра без всяких сомнений говорит обратное.

 

victormain: Так о чём тогда спор? Просто положите оригиналы клавира «Хованщины» и «Бориса Годунова» и их же, редактированные Римским. Ясно, что всё сделано из лучших побуждений, но тем страшнее от этого…

 

Mikhail_Kollontay: Было бы страшно, если бы Римский взял бы, отредактировал, а оригинал кинул в печку. Он же так не поступил. Просто в соответствии со своим пониманием сделал, я бы сказал, репродукции, довольно грубые олеографии подлинника. Ну да, мейерберизировав их, как выразился, кажется, Стравинский. Я думаю, что Шостакович пошёл еще дальше в том же направлении, кстати сказать. Попытка Асафьева слишком суха. С точки зрения художественной правды Мусоргского всё это несоответственно, но с точки зрения  маркетинга Римский сделал для Мусоргского великое дело. Иначе, может быть, мы и сейчас бы думали, не Гуссаковский ли он. В России затеряться ничего не сто̀ит.

 

victormain: Мысль верная, но гуссаковские перспективы — преувеличение. «Борис Годунов» шёл в оригинале долго и пользовался большим успехом.

 

Шостакович ничего не досочинял за Модеста Петровича, оркестровки обеих опер делал по авторскому тексту, плохо ли, хорошо ли – другой разговор. По-моему, многое хорошо, в отличие от его же оркестровки «Песен и плясок смерти». Хотя в «Хованщине» я кое-что подправил в оркестре в своём экземпляре партитуры: «Враг человеков» никак кларнетами начинать нельзя, очень вяло, без всякой энергии звучит. Почувствуйте разницу, как говорится.

 

Mikhail_Kollontay: Я занимался специально не только оркестровыми партитурами Мусоргского, но и наблюдал за некоторыми пометками оркестровки, например, в «Саламбо». Такое в голову не придёт. Простой четырёхголосный медленный хоралоподобный ход: мелодию играют виолончели, остальные голоса — валторны… такая пометка. «Нормальный» человек бы так не написал, верно? Мне кажется, что оркестровать Мусорского столь жёстко, как это делал Шостакович – существенное нарушение содержания музыки. Если в партитурах Мусоргского наблюдается поиск обострённо-необычных, обостренно характерных знаков, то Шостакович использует стандарты большого оркестра.

 

victormain: В «Борисе» да, а в «Хованщине» мне как раз и не хватает в оркестровке остроты. Всё преимущественно «висит» на струнном квинтете. Спасибо, хоть челеста есть. Но зато в «Хованщине» кое-где Дмитрий Дмитриевич педали просто образцовые услышал-вписал. А оркестровка «Борисе» его и звучит редко, вряд ли стоит на ней заострять особое внимание… Важно, что Шостакович работал по авторским клавирам, и если менял кое-где голосоведение у хора – то мелкими нотками, параллельно авторскому тексту, а не отменяя его.

Меня лично больше всего всегда потрясала ми-минорная (кажется) хоральная «сарделька», приписанная Римским в конце первого акта «Хованщины». У автора, как мы помним, несколько раз колокольный тритон в басах, и всё, на нём занавес. Нельзя было так по Римскому. А через много лет, будто в насмешку над собой, он в «Китеже» именно на этом тритоне закончит акт татарского вторжения. Вот ведь как бывает.

 

Mikhail_Kollontay: Мальчик подрос.

 

victormain: И пригодилось.

 

 

 

 

Глава 102

 

Георг Филипп Телеман

 

 

12 фантазий для клавесина TWV 33:25-36

Пауль Рей Клека (клавесин)

 

sir Grey: Боже, какой ужас!

Чувствую себя, как мой сын. Когда я ставлю Бетховена или Шопена, он тактично выходит из комнаты. Телеман. И ведь это современник Баха! Удивительно.

 

«Когда б вы знали, из какого сора…»

 

Да, потом из этого всего возникла музыка XVIII века. Правда, кажется, клавесин не был сильной стороной Телемана. Да и клавесинист какой-то убогий. Оркестровые вещи у Телемана, вроде, хоть как-то… Плохо мне было бы, если бы я жил в то время. Наверное, не любил бы музыку вообще. Читал бы Декарта (кстати, хорошая мысль!)

Между прочим, я не насчитал двенадцать фантазий. Так что любители такого рода, с позволения сказать, музыки, внесите коррективы. Нет тут двенадцати фантазий, это точно. И что за масонские обозначения TWV 33:25-36? Догадываюсь. T – это Телеман. W – это веерке. V – это каталог. Но двенадцати всё равно нет. Разберитесь, любители Телемана. Но четыре минуты я честно отслушал. Спасибо не говорю. Сегодня есть тоже хорошие композиторы,  например, Игорь Николаев. Или…..черт, как его, на пианино все время играет, и думает, что он – Раймонд Паулс. Вспомнил – Игорь Крутой. Да. Крутой, Николаев и Телеман.

 

evocatus: Вы будете удивлены – Бах дружил с Телеманом, тот крестил его детей, помогал ему с его карьерой. Бах переписывал ноты Телеманна от руки.

 

sir Grey: Не просто удивлен. Я убит. С другой стороны, толерантность Баха меня восхищает. Наверное, он понимал, что завидовать нечему. Надеюсь, что он все-таки переписывал не эти Двенадцать фантазий. Кстати, кто их выкладывал, посчитайте, там не все. Вас надули.

 

evocatus: Здесь есть про Телемана:

httpHYPERLINK «http://www.openspace.ru/music_classic/events/details/34718/»://HYPERLINK «http://www.openspace.ru/music_classic/events/details/34718/»wwwHYPERLINK «http://www.openspace.ru/music_classic/events/details/34718/».HYPERLINK «http://www.openspace.ru/music_classic/events/details/34718/»openspaceHYPERLINK «http://www.openspace.ru/music_classic/events/details/34718/».HYPERLINK «http://www.openspace.ru/music_classic/events/details/34718/»ruHYPERLINK «http://www.openspace.ru/music_classic/events/details/34718/»/HYPERLINK «http://www.openspace.ru/music_classic/events/details/34718/»musicHYPERLINK «http://www.openspace.ru/music_classic/events/details/34718/»_HYPERLINK «http://www.openspace.ru/music_classic/events/details/34718/»classicHYPERLINK «http://www.openspace.ru/music_classic/events/details/34718/»/HYPERLINK «http://www.openspace.ru/music_classic/events/details/34718/»eventsHYPERLINK «http://www.openspace.ru/music_classic/events/details/34718/»/HYPERLINK «http://www.openspace.ru/music_classic/events/details/34718/»detailsHYPERLINK «http://www.openspace.ru/music_classic/events/details/34718/»/HYPERLINK «http://www.openspace.ru/music_classic/events/details/34718/»34718HYPERLINK «http://www.openspace.ru/music_classic/events/details/34718/»/

И записи тоже послушайте. Инструментальная музыка действительно у него лучше.

 

sir Grey: Спасибо! Я думал, меня просто отругают. Копирую ссылку и обязательно послушаю. Скажите там, чтоб подправили. Там не двенадцать фантазий. Там три. А берут, как за двенадцать. Меня и это еще разозлило.

 

Послушал по ссылке, как ребята играют. О-очень хорошо, намного лучше, чем клавесинист. Наверное, для камерного оркестра писать легче: инструменты звучат красиво сами по себе, хоть гамму играй. Мне понравилось. А бедная девушка клавесинистка у них вместо ударника. Ее и не слышит никто. Спасибо еще раз за ссылку, потом почитаю внимательней, что там написано.

 

evocatus: Там интервьюируемый человек предлагает поставить Телеманна на одну доску с Бахом, притом утверждает, что Телеман более барочный автор.

 

sir Grey: Спасибо, интересный материал, хорошая музыка и симпатичный коллектив. Лишний раз убедился, что это все – не моё. Несмотря на это, с большим удовольствием прочитал и послушал. Спасибо!

 

Глава 103

 

Фредерик Шопен

 

 

Экспромт-фантазия до-диез минор (1835) Op. 66

Григорий Гинзбург (фортепиано)

 

sir Grey: Между прочим — вот приличное исполнение. А пианист-то средний. Просто техничный. Поневоле задумаешься о своеобразии гения Шопена: если техника позволяет, то особенно искать нечего, просто играй, как написано. Большинство исполнений этой фантазии, которые мне не понравились, были плохи тем, что исполнители хотели найти в них что-то необычное, а надо было просто сыграть ноты.

 

ditlinda: А разве Григорий Гинзбург «средний» пианист? Да, поневоле задумаешься…

 

sir Grey: Ну, типа, не гениальный. Не Рихтер, не Гилельс, не Софроницкий, не Нейгауз, не Юдина, не … кто еще…. не, между прочим, Гринберг. Даже, я бы сказал, не Атласман… Ну, проблема в том, что он очень техничный, он может все. Я понимаю, о нем спорят. Средний — это я махнул. Согласен. Но я слушал Фантазию, и мне показалось, что он один из лучших. Рядом с Горовицем, Рубинштейном… Поэтому я сказал: «средний». Самому неловко стало.

 

samlev: Атласман это кто?

 

sir Grey: Пианистка, Гита Атласман. Надеюсь, жива-здорова. Хорошая пианистка, хотя без блеска (несмотря на фамилию). Назвал специально как пример интересного музыканта без яркого имени. Гинзбург в свое время блистал. Насчет Гинзбурга, взял назад слова относительно «среднего» пианиста. Хотя, честно говоря, средний, все-таки… Что бы кто ни говорил.

 

musikus: Гита Атласман фигурирует на доске почета Московской консерватории наряду с Рихтером. Но курьез состоит в том, что ни я, к примеру, ни один человек моего поколения за долгие годы так и не слышал ни одного концерта Гиты Атласман. И ни одной записи. Так что не знаю, как можно судить о ее игре.

 

sir Grey: Если про Гинзбурга есть мысли, пишите сюда. Я могу поллитра за час уговорить один. На эту тему пишите мне в личку. А про Гинзбурга – сюда. Или наоборот. Главное, чтобы знать, где, о чем читать.

 

musikus: Называть Григория Романовича Гинзбурга «средним пианистом», значит, судить очень упрощенно, если не плоско.

Да, он не имел сногсшибательной концертной карьеры, но это был уникальный мастер, далеко не просто «техничный», это примитивное суждение. Да, Г. Г. Нейгауз говорил, что известный пассаж из листовского «Дон Жуана» чисто могут играть только пианола и Гинзбург. Но Григорий Романович умел далеко не только это. Это был музыкант высочайшей культуры и вкуса, блестящий стилист.

 

sir Grey: Понял.

 

samlev: Послушайте Этюды Шопена Ор.25. Выдающееся исполнение.

 

ditlinda: От себя добавлю Рапсодии Листа, «Годы странствий»», «Пляску смерти»…

 

sir Grey: Ладно, ладно. Уже слушаю этюды Шопена. Но, посмотрите сами, какие вещи Вы называете. Их нельзя сыграть плохо или хооршо. Их можно сыграть или – не сыграть. Если можешь сыграть – уже хорошо.

 

Intermezzo: Пожалуй, да, но категорически не согласен в случае с «Годами странствий». Лист все-таки не тот композитор, который способен только на виртуозные пьесы.

 

sir Grey: Ну да, я и не говорю. Но вот послушал первые этюды Op.25 с Гинзбургом. Очень все хорошо, но не трогает. Это я и имел в виду, когда говорил «средний». Этюды очень красивые, их испортить трудно, если можешь сыграть. Но у Гинзбурга слушаешь первый этюд – классно! Второй – тоже здорово. Третий – и этот отлично. А вместе – ничего не остается. Вроде, придраться не к чему, но… Сейчас хотел послушать Корто, но меня уже отключили. Ладно, завтра.

 

 

 

Глава 104

 

Михаил Иосифович Носырев

 

 

Симфония № 4 (1980)

Владимир Вербицкий (дирижер)

 

yarunskiy: В 1980-м вся страна готовилась к Олимпиаде, а тут такая «весёлая» симфония. Феноменально!

 

precipitato: Между прочим, этого Носырева всего записали в Англии, забавно, воронежский автор… Миша Цайгер, впрочем, тоже бывший воронежский. Музыкальный город!

 

yarunskiy: В разработке – 30-голосный канон!

А дальше… 12 ударов колокола, знак SOS!

 

Romy_Van_Geyten: Тогда должно быть девять…

 

yarunskiy: Нет, здесь последовательность событий, а не то, что Вы поняли.

Симфония потрясающе-жуткая!

 

victormain: Это сильно настораживает. Но всё равно завтра послушаю.

 

samlev: Впечатляюще. И даже очень. Спасибо, сейчас буду слушать все остальное. Мощно!

 

lesovichenko: Такая самобытная музыка. Поразительно. В Воронеже… в 80-м…

 

Mikhail_Kollontay: Вы знаете, уже тогда было понятно, что это крупный композитор. Его имя было известно, хотя о музыке не могу этого сказать.

 

lesovichenko: К своему стыду, не слышал этой фамилии. Или не обращал внимания…

 

Mikhail_Kollontay: Ох, сколько же их: Евгений Павлов, Владимир Успенский, Валентина Брызгалова. Если садиться вспоминать, надо отдельную тему заводить…

 

lesovichenko: Смотри-ка ты, тут имён на дипломную работу набирается!

 

Mikhail_Kollontay: Павловым, кажется, кто-то занимается, хотя, то ли да, то ли нет. Другие – наши современники и околоровесники. Надеюсь, что живы. На самом деле тут не курсовая работа, а отдельный институт нужен. Владимир Энке, Михаил Чулаки,  да-да. Василий Ширинский – вот чуть более известные имена постарше, примерно, поколения Павлова, о которых, на самом деле, ничего не известно. Я когда-то специально занимался этим вопросом и понял, что мы чудовища.

 

 

 

Глава 105

 

Людвиг ван Бетховен

 

 

Фортепианный квартет № 3 до мажор (1785) WoO 36 № 3

Струнный квартет «Amadeus»

Кристоф Эшенбах (фортепиано)

Норберт Брайнин (скрипка)

Петер Шидлоф (альт)

Мартин Ловетт (виолончель)

 

sir Grey: Короче говоря, надо будет, видимо, прослушать всего Бетховена, который у нас на сайте, подряд, а потом уже жить дальше.

 

precipitato: Простите, но, по-моему, это лишнее. Бетховен, конечно, более, чем кто-либо другой, требует максимального в себя погружения, но всего?!.., да никого не стоит слушать всего, у всех дряни хватает. У Бетховена достаточно ознакомиться с сонатами, квартетами, симфониями, ну еще парой тройкой вещей, вроде, Эгмонта, Скрипичного концерта, Фортепььянных концертов; пишу Вам и изумляюсь непомерности задачи, простите.

 

sir Grey:  Вот здесь на первой минуте побочная партия из Третьей сонаты. А вторая часть – шестая минута – это вторая часть какой-то Бетховенской сонаты, но я не могу вспомнить, какой. Роюсь в нотах, как колдовство какое-то, не вижу! Люди, помогите, послушайте шестую минуту и скажите, что это такое. Умоляю!

 

precipitato: На шестой минуте, чуть позже, звучит тема второй части Первой фортепианной сонаты.

 

sir Grey: Спасибо. Первая соната!!! Хорошо еще, что никто не может видеть здесь мое лицо… Интересная, однако, логика. Начал писать квартет, а потом подумал: «А зачем мне все эти скрипки да альты? Напишу-ка я нормальную сонату!» А эти все, значит, забраковал, даже опуса не дал. Расточительность гения. Ему не понравилось.

 

precipitato: Скорее всего, просто сроки поджимали – надо было заказы сдавать….

 

sir Grey: Ну да, поэтому воспользовался темой, которая у него уже была готова, когда писал сонату, да? Но квартеты, все-таки, не понравились, значит, не стал их публиковать, не дал номера, отложил. Я так понимаю.

 

precipitato: Скорее всего, накрылось дело с издателем. В те времена так мечтательно к делу не подходили – ах, мол, мне не понравилось, не буду издавать!

 

sir Grey: И кто же решает судьбы человечества?! Редактор, издатель! Книгопродавец! Я где-то слышал, не знаю, анекдот, или правда, что было письмо из издательства к Карлу Марксу такого содержания: «Если Вы не предоставите в указанные сроки Вашу монографию «Капитал», издательство будет вынуждено пригласить другого автора».

 

Valery2: Ох, и повезло же нам…

 

 

 

 

Глава 106

 

Иоганн Себастьян Бах

 

 

Хорошо темперированный клавир

Том 2-й BWV 870-893

Андраш Шифф (фортепиано)

Запись — октябрь 1985 г., Лондон

 

PiYao: Ничего себе, поставили четверочку за запись, признаваемую всеми специалистами лучшей записью в истории дискографии…

 

samlev: Определение – «всеми специалистами» – несколько общо. Я знаю, как минимум, двоих специалистов, которые в этих выборах участия не принимали.

 

PiYao: Дело не в выборах, а в высказываниях специалистов… В позитивных и негативных. А особенно в молчании… Так вот, молчания не было это уж точно… Негатива я тоже не слышал… Кроме того, целый ряд крупных периодических изданий неизменно ставят это исполнение на высшую строчку, что, согласитесь, трудно объяснить некомпетентностью данных изданий…

 

samlev: Это не совсем так. Вы имеете в виду узкую специальность — музыкальную классику. В ней еще уже — определенный тип исполнительства и совсем узко – фирмы звукозаписи и их представителей. Дело в том, что сейчас каждая крупная фигура – Поллини, Шифф, Кисин, Баренбойм, Ашкенази (беру только пианистов) и т. д. является лицом крупной фирмы звукозаписи, а не концертного агентства, как было еще двадцать лет назад. Фирм – реальных, таких как Deutsche Grammophon, Sony или EMI – всего несколько. Это диктующие бренды. Авторитетные источники – такие, как журнал Gramophone, Hi-Fi – занимаются, как бы, объективизацией существующего положения вещей. Критики-ежедневники крупных газет, таких, как The New York Times, The Guardian, Le Monde – исключительно ангажированная публика, знающая, чего от нее ждут. Результат ясен — мышь не проскочит на высокую строку рейтинга, если это не наша мышь или не договорная мышь нашего уважаемого соперника. Ну, собственно, как и на любом крупном конкурсе. Так что лучше действовать по старой поговорке: «не верь брату родному, а верь глазу своему кривому» и слушать то, что нравится или, если есть сомнения, консультироваться с неангажированными мелкими изданиями, не являющимися поставщиками информации для гламура. Вы будете смеяться, но одно из таких мест сейчас на Вашем мониторе: обилие честных (не считающихся в данном месте с условиями ангажемента) профессионалов, «гамбургский счет» – с разумным самоограничением говорящего и многое другое – вариант клуба для любителей, где многое скрытое предстает в его реальном виде. Потому здесь и принимаются в штыки всевозможные списки для потребителя гламура, поскольку эти списки имеют отношение к продажам, премиям, договорным акциям, но не к реальной музыке.

 

PiYao: Конечно, во многом вы правы… И разные несоответствия бросаются в глаза… Мне, например, непонятны бешеные рейтинги Ашкенази практически по всем позициям… Или, скажем, отсутствие позиций у записи «Риголетто» с Бастьянини («Ricordi»), но, как мне кажется, тон все же выдержан, тем более, что все «великие», как правило, на этих шести фирмах-монстрах и записывались…

 

Что же касается здешних обитателей, то, как и любые форумы, этот грешит тем, что в большей степени высказываются дилетанты, а профессионалы больше усмехаются про себя при подобных дискуссиях…

 

alexshmurak: Ну, да, композиторы Настасья Хрущёва, Виктор Копытько, Михаил Коллонтай, Юрий Красавин, Андрей Попов, Сергей Ярунский, Золтан Алмаши, ничего не понимающие в музыке профессора Гавердовский и Таганцев, искусствовед Лисовиченко… Я назвал людей из топ лучших комментаторов. Чтобы в него попасть, нужно высказываться, а не просто посещать сайт.

 

 

 

Глава 107

 

Дмитрий Борисович Кабалевский

 

 

Концерт для виолончели с оркестром № 2 до минор (1964) op. 77

Лондонский филармонический оркестр

Рафаэль Уоллфиш (виолончель)

Брайден Томсон (дирижёр)

 

alexa_minsk: Впервые слушал симфоническую музыку Кабалевского. Поражен и глубиной и масштабностью этого сочинения.

 

musikus: Замечательно, что Вы говорите это без оглядки.

 

NASA: Приятно удивлён уровнем произведения, это Высшая лига – без всяких натяжек.

 

precipitato: Пожалуй, одна такая вещь только и есть у него. Ну – еще детские пьесы, отлично написанные, но из «взрослого» – только это.

 

patlayenko: А еще – блестящая опера «Кола Брюньон».

 

precipitato: Написано-то хорошо, но слушать сейчас – совершенно невозможно.

 

1dfcbkbq9: Позже люди послушают. В XIX веке совершенно невозможно было слушать век XVIII-й, за редким исключением, не говоря уж о XVII-ом. А теперь мы слушаем всё подряд в аутентичном исполнении. Так и через сто лет, глядишь, станет модным слушать всю музыку соцреализма, да ещё в аутентичном исполнении.

 

abyrvalg: Помню, его «Ромео и Джульетту», неплохо звучит.

Его «24 прелюдии» очень нравятся, а в исполнении Флиера вообще блестяще все.

Я просто думаю, что Кабалевский имеет по какой-то причине весьма жалкую репутацию среди серьезных музыкантов и композиторов, а это и есть причина до сих пор подозрительного отношения к нему.

 

musikus: Репутация Дмитрия Борисовича, скорее, не «жалкая», а «подмоченная» тогдашней официальной идеологией, серым кардиналом которой ему выпало быть. Поэтому и воспоминания о нем ныне – раздраженно-мстительные. Многие профессиональные музыканты (именно они, а не простые любители музыки, которые до сих пор с удовольствием слушают его детские песни или скрипичный концерт) не могут простить ему его советской идеологии, с позиций которой он оказывал давление, в том числе и на сильных мастеров, мысливших и писавших вне традиции социалистического реализма, а тем более, если авангардно. Занимая высокие посты и будучи человеком весьма грамотным и неглупым, он диктовал условия, и его боялись, а боящийся обычно и ненавидит. А теперь, что ж, можно и попинать лежачего, не опасно… В том числе пройтись по его музыке (что еще остается?), это теперь – «святая традиция». Ипполит Матвеич плюнул и тоже попал… Даже большую его детско-воспитательную работу, нисколько не политизированную (и аналогов которой теперь нет), стремятся очернить. Что до его музыки… он, конечно, не оставил шедевров, но есть у него и ряд вполне приличных вещей, по уровню не хуже, а то и получше, чем то, на что способны многие нынешние его критики.

 

evc: Живущий в Туле военный дирижёр (мой родственник), окончивший Московскую консерваторию, когда я был совсем маленьким, показал знакомому ему по учёбе Кабалевскому какие-то мои сочинения.

Дмитрий Борисович заочно настоятельно рекомендовал мне продолжать занятия композицей и поступать в Московскую консерваторию и сказал, что мои опыты талантливы.

Совету Дмитрия Борисовича я не последовал (поступил в другое заведение), но запомнил теплое мнение Кабалевского (а также композитора Бориса Терентьева, который присутствовал при просмотре моих нот) и в какой-то степени оно грело меня в трудные моменты жизни.

 

 

 

Глава 108

 

Франсиско Таррега

 

 

Арабское каприччио

Джулиан Брим (гитара)

 

lfybkf: Испанская гитарная попса.

 

Andrew_Popoff: Зря Вы так. Таррега – это Шопен гитары. И это классика XIX-го века.

 

SergeySibilev: Сор – Бетховен, Таррега – Шопен…, а кто же Лист?

 

Andrew_Popoff: Думаю, Барриос.

 

SergeySibilev: А как же Пако?

 

Andrew_Popoff: Пако из другой оперы. Он фламенкист. Там даже гитары другие.

 

DzhiTi: Обожаю Пако.

 

Andrew_Popoff: Хороший. Но в больших количествах занудно. Дело в том, что фламенко структурно подобно джазу – те же стандарты, вроде Малагеньи, те же импровизационные клише.

Гитара фламенко строем аналогична классической, но струны для нее делаются более жесткими, гриф слегка возвышается, а корпус чуть вытянут. Посадка тоже другая – в классической используется либо подставка для левой ноги, либо специальный упор, который зажимами крепится на корпусе. А фламенкисты играют, положив ногу на ногу.

 

SergeySibilev: Ну, и как Вам Брауэр?

 

Andrew_Popoff: Очень талантливый автор. Наверное, лучший из тех, кто пишут для гитары.

 

SergeySibilev: Да, но всё равно он не сравнится ни с кем из не-гитаристов….

 

Andrew_Popoff: Негитаристы редко пишут для сольной гитары. Чаще в ансамблях — как в «Молотке без мастера» Булеза или в «Вариациях на королевскую тему» Денисова. То есть там, где нет необходимости продумывать фактуру. Для сочинения гитара очень непростой инструмент. Есть, правда  «24 прелюдии и фуги» И. Рехина, но я их так и не послушал до сих пор, я не шибко большой поклонник этого автора. Хотя, человек он хороший.

 

SergeySibilev: Да, для сочинения это не простой инструмент… проще для двух сочинить или трёх — а то напишешь аккорд суперский, а гитарист скажет: «Не удобно!» – и в помойку всё…

 

Andrew_Popoff: Аккорды продумать несложно, строй-то известен. А вот фактурную ткань непросто бывает.

 

SergeySibilev: А, кстати, у Вас же есть соната для гитары соло?

 

Andrew_Popoff: Даже две. Вторая неплохая, но пока не исполнена. Мне трудна, а сыну некогда. Надеюсь, что, может быть, летом он до нее доберется.

 

 

 

Глава 109

 

Георг Матиас Монн

 

 

Симфония для струнных си-бемоль мажор

Камерный оркестр «L`arpa festante»

Михи Гайгг (дирижёр)

 

victormain: Финал тут отличный.

 

AFlmnv: А мне очень нравится вся симфония. Какая замечательная главная тема в первой части!

А финал действительно замечательный. В нём вполне конкретная и довольно напряжённая разработка.

Классная музыка, что тут сказать… Только жаль, что эта музыка совсем неизвестна и непопулярна.

Я, вообще, сомневаюсь, играл ли или играет в нашей стране кто-нибудь Монна.

 

И, кстати, в музыке Монна вместе с новаторством можно найти любопытные архаизмы.

Например, тоника без терцового тона в конце второй части (если я, конечно, не оглох)

А какие гениальные переченья в той же второй части!

 

victormain: Моцарт заканчивает «Kyrie» в Requiem (эта часть полностью аутентична) тоникой без терции. Игры продолжались…

 

AFlmnv: Ну, это как раз всем известный факт, во всех учебниках про это написано.

Однако ж не один Моцарт такой уникальный.

Вот и про Монна тоже надо в учебнике написать!

 

victormain: Сорри, я не читал эти учебники.

 

bubusir: В школах виолончелисты играют то ли сонату, то ли концерт Монна (я как-то проскочил мимо него…)

 

AFlmnv: Концерт у него известный (загружу как-нибудь). Его исполняла Жаклин Дю Пре.

У Монна играют ещё несколько менуэтиков.

Но вот симфонии, по-моему, в России вообще никогда не игрались.

 

Andrew_Popoff: Класс! Спасибо, Саша!

Думаю, тут не только финал, но и вторая часть супер, с почти моцартовскими диссонансами. Мне вообще вся симфония понравилась.

 

DzhiTi: И мне тоже!!

 

 

 

Глава 110

 

Франц Шуберт

 

 

Симфония № 7 ми мажор (1821) D729

Камерный оркестр «Академия Св. Мартина в полях»

Невилл Марринер (дирижер)

 

ak57: Странно, это произведение в Архиве только в одном исполнении. Случайность? Или Седьмая симфония не котируется среди исполнителей?..

 

AFlmnv: К своему стыду плохо разбираюсь в симфониях Шуберта.

В интернете прочитал, что Седьмая симфония сохранилась только в клавире.

Поэтому её не играют.

Вот какая загадка…

 

ak57: Нет, это разгадка. Если исполненная Марринером симфония в чьей-то посторонней оркестровке, то ясно, что такой вариант не будет пользоваться популярностью среди исполнителей.

 

AFlmnv: Нет, загадка в том, что партитура потерялась или её не было вовсе, а несуществующая, можно сказать, симфония всё равно сохранила свой номер «семь».

То есть, по сути, в нумерации симфоний Шуберта пропущена Седьмая симфония, вернее сказать, она только потенциально есть.

 

Gyorgy: Это реконструкция Ньюбоулда. Кстати, вступление, Шуберт даже сам успел оркестровать.

 

AFlmnv: Как это «успел»?

Он, что, умер, не успев оркестровать большую часть Седьмой симфонии?

А почему же он «успел» оркестровать гениальные Восьмую и Девятую?

Или тут хронологическое несоответствие?

 

Gyorgy: А Шуберт часто бросал сочинения, вот и здесь так случилось. С Восьмой похожая ситуация, к слову. Третью часть он начал, но оркестровал только первые такты, а дальше — все только в одно-двуголосном изложении осталось. Кстати, любопытная реконструкция третьей и четвёртой частей Восьмой симфонии есть у Антона Сафронова.

 

AFlmnv: Другими словами, Шуберт потерял интерес к Седьмой симфонии сразу после того, как начал оркестровать вступление? Забавно.

С Восьмой всё более-менее ясно. Я, например, думаю, что Шуберту двух частей оказалось достаточно. И их действительно достаточно.

Где можно послушать реконструкцию?

 

Gyorgy: Все гораздо прозаичней – Шуберт прервал работу над симфонией в связи с работой над другими сочинениями, а потом просто к ней не вернулся. Но мы уже настолько привыкли к существующему варианту сочинения, что с трудом можем представить себе продолжение (аналогичная ситуация с Девятой Брукнера и Десятой Малера) А послушать — в сети, к сожалению, этой реконструкции нет.

 

AFlmnv: Проза прозой, а поэзия в том, что в Восьмой симфонии получился совершенный симфонический двухчастный цикл.

 

Gyorgy: Вот в этом и вопрос, что он воспринимается как совершенный, но вряд ли автором это было выполнено сознательно (в отличие, например, от сонаты D566) — это заметно хотя бы в силу тонального плана. Но слушательское сознание – повторю – все равно привыкло к «неоконченному» варианту, и с этим вряд ли что-то можно сделать. Да и не нужно, если честно. Гораздо интереснее, когда в музыке встречаются подобные «неразрешаемые» вопросы…

 

 

 

Глава 111

 

Йозеф Вёльфль

 

 

Симфония соль минор op.40

Оркестр «Pratum Integrum»

Павел Сербин (руководитель оркестра)

 

alexa_minsk: Первое в Архиве произведение композитора, соперничавшего в свое время с Бетховеном.

 

DzhiTi: Достойный соперник, что и говорить!

 

Aelina: Присоединяюсь к Вашему мнению, хотя фанаты Бетховена могут и возмутиться!!

Лично я, кроме его Семнадцатой сонаты и второй части Восьмой ничего больше не люблю.

 

Intermezzo: Падаю в обморок!

 

yarunskiy: А что, Бетховена нужно обязательно любить и замуж за него выходить???

 

Intermezzo: Да необязательно, конечно. Я полушутливо.

Хотя, я все равно никогда не пойму, как можно не восхищаться Седьмой, Двадцать первой, Двадцать девятой, Тридцатой, Тридцать первой и Тридцать второй сонатами, Шестой и Восьмой симфониями, поздними квартетами…

 

victormain: … Четырнадцатой и Двадцать восьмой – не меньше. И Третьей симфонией, и Скрипичным концертом, и… Ну, какой хороший композитор всё-таки!

 

yarunskiy: Есть сведения, что в области свободной импровизации Вёльфль превосходил Бетховена и многие современники ставили его вровень только Моцарту!

 

victormain: … Который (помня Вашу концепцию) тоже звёзд с неба не хватал.

 

yarunskiy: Молва современников оставила о Моцарте именно такое мнение.

Что касается Бетховена, я его не очень люблю, хотя и восхищаюсь некоторыми его сочинениями.

 

alexa_minsk: Сохранились сведения, что между Бетховеном и Вёльфлем состоялась некая очная «фортепианная дуэль» в доме графа Ветцлара, где победил Бетховен.

 

 

 

Глава 112

 

Пабло де Сарасате

 

 

Цыганские напевы op.20

Пабло Сарасате (скрипка)

 

bubusir: Потрясающе!

Как у него скрипка поет! Как все виртуозно и естественно! У меня культурный шок!!!

Кто-то мне говорил, мол, Сарасате и все эти скрипачи конца XIX-го века, большей частью, халтурили и не гнушались играть фальшиво… Но здесь – ничего подобного!!

 

Mikhail_Kollontay: Удивительно, что иногда подобное не ценится. Меня так же  просто потрясает, как люди после авторского исполнения «Наваждения» Прокофьева, вообще о ком-то ещё могут говорить. Кульминация всего этого мной была услышана от одного профессора фортепиано Московской консерватории: «Второй концерт Прокофьева был исполнен недостаточно жирно!». Тут уж и непонятно, на каком языке надо разговаривать.

 

musikus: Это что! А как разговаривают вокалисты. Вот один фрагмент из книги В. П. Морозова:

 «Мастер-класс. У тенора высокая нота звучит тускловато и несвободно. Испробовав ряд советов, профессор пускает в ход метод «как будто». «Костенька, – говорит она (это была дама), – приготовь в голове большое пустое место и пой в это место». Несмотря на полную нелепость… свершается чудо: верхнее си-бемоль звучит ослепительно ярко, в фокусе, в резонаторах. Зал взрывается аплодисментами». Или: педагог говорит певцу: «Сделай животик мягеньким, как у гусеницы или кошки. А ноздри открой широко, как у лошади. Берешь дыхание, как цветок нюхаешь. А звук потяни на себя, как уздечкой. Звучание в зубах остается!».

 

Mikhail_Kollontay: Вы знаете, у вокалисток этих еще похлеще встречаются пожелания… Но всё же это вопросы технические. А о Прокофьеве, тут уж концептуальность такая, видно. Когда-то учили Блуменфельд, Фейнберг и Гольденвейзер, а теперь иные лица. Такой уж у нас сейчас уровень, сыграть Первый концерт Шостаковича в стиле Шопена и получить за это неплохие отзывы-оценки. Вплоть до высшего уровня видим такую картину. Отсюда беды Коробейникова. Пока у него был замечательный педагог-репетитор Рустем Гайнанов, всё было прекрасно, но стоило потерять сию упряжь, как даже такой фантастически умный и одарённый человек начинает шлёпаться как в Четырнадцатой сонате. Это, вероятно, говорит о том, кто и как ему помогает сейчас. Люди получают хорошую подготовку, но уже на консерваторском уровне ищут, куда бы поехать поучиться. Но и «там» мало чего найдешь.

 

samlev: Когда уже с хорошей подготовкой да на консерваторском уровне ищут, куда бы еще поехать поучиться – это уже безнадега. Вечный студент и инфантил. И хоть Блуменфельда из могилы подними – не поможет.

 

Mikhail_Kollontay: По моему мнению, консерваторский, ну, университетский уровень, или уровень лауреата международных конкурсов, что одно и то же, в общем, соответствует возрасту, когда клюв у птенца жёлтый, чтоб родители соображали, куда совать червяка. А когда такой птенец сидит голодным, то понятно. Вы же знаете, и Плетнев с Погореличем не состоялись бы, если бы не нашлась Алиса, которая вот чем-то вытянула их пустые желудки. Они же вообще ничего не могли, когда в консерватории учились, ну, виден потенциал, а дальше ничего. Таких гибнет птенцов в природе восемьдесят процентов, как мне где-то попалось, а в искусстве, наверное, девяносто семь. Мало того, чтоб «родитель» был старательный, надо чтобы еще «пища» подходила персонально конкретному «птенцу», совсем всё сложно.

 

samlev: Так-то оно, конечно, так. Но уж очень у обоих потенциал был велик. Что совсем не говорит, мне кажется, и в том и в другом случае, что все состоялось.

 

Mikhail_Kollontay: Я не скажу, что таких массы, но их очень, очень много. И многие отсекаются еще в возрасте лет шестнадцати, примерно. С Плетнёвым сложнее, потому что у него еще и голова за пределами нормального понимания. Но и такое тоже вполне встречается. А о всякой мистике говорить не хочется, это вещи недоказуемые и субъективные, я думаю. Что до Погорелича, Вы, может быть, себе не представляете, как было многим незаметно то, о чём мы толкуем.

 

samlev: Конечно – это все темный лес, но мы говорим о несомненных для профессионала – близкого к теме и к персоналиям – вещах.

 

Mikhail_Kollontay: А у Иво ничего такого особенного нет, не сказать, что экстраординарная виртуозность, звук тусклый, пожалуй, только была такая околорихтеровская по качеству способность играть абсолютно — без потерь. Но я назову еще такого же, совсем не так оценённого, но известного пианиста – это Ивари Илья. Он хозяйствует в Таллине. Это примерно то же поколение. Тоже безошибочно, сразу «как на пластинку» человек играет, разве что с более мягко благородным колером. Можно назвать также Валентина Ермаченко, очень давно скончавшегося. Так что не сказать, что Погорелич уж так выделялся. Если хотите, послушайте записи Эдуарда Сёмина, этого человека вообще в России не знают; по счастью, он хоть записи сделал в свое время. У него что-то тут есть в архиве.

 

precipitato: Да, я на диске нашел как-то его записи, поразился совершенно экстремальной виртуозности, кого потом ни спрашивал — никто никогда и фамилии такой не слышал. Вы что-то знаете о нем? Он уехал? рано умер?

 

Mikhail_Kollontay: Человек 1945 года рождения, живет в Москве и всю жизнь, насколько я знаю, преподаёт в ДМШ. В Химках. Но дело не только в виртуозности, у него удивительное сочетание силы, красоты звука и беспредельной скорости (сила и скорость — вещи несоединимые), если она нужна, но еще важнее – культура, понимание того, что он делает, а делает он и Станчинского, и Годовского, и Альбениса, и всякого несмыслимого Бузони, и Олега Эйгеса. Метнера, конечно. По-моему, он вполне себе преподаёт, как и раньше. Я его знаю по западной серии что-то, вроде, «Великие пианисты XX-го века», и вполне с такой оценкой согласен. Записал он очень мало, и то благодаря тому, что на радио в Москве были ответственные и притом активные люди, в лице Калиненко. Кроме природных данных, там еще школа: Сёмин учился в Гнесинке у Олега Бошняковича, который и сам был ультра-музыкант. А «укатывать под асфальт» у нас давно научились, вот Сёмин куда-то туда и попал, а подробностей не знаю никаких, и даже что за человек.

Почему бы ему не читать этот форум и не улыбаться при этом в усы. Тогда отзовитесь, пожалуйста, Эдуард.

 

 

 

Глава 113

 

Эрнест Блох

 

 

В горах

Две пьесы для струнного квартета (1924)

Норман Паулу (скрипка)

precipitato: Интересно, что движет человеком, когда он садится за две пьесы и называет их «В горах»?

 

alexshmurak: Наверное, очень хороший заказ.

 

precipitato: Странноватый жанр для заказа. Разве что – от Союза альпинистов.

 

victormain: Как сказал бы Миша Заливадный – горы суть конфигуративны; одна пьеса – одна гора, одна конфигурация, другая пьеса – другая!

 

precipitato: Тогда почему только две?

 

victormain: Ну, больше не выросло. Вообще, там, где не хребты, они ведь одиноко стоят: Эльбрус, Арарат, Килиманджаро. Вот две из них Блох видал.

 

Aelina: Горы.

Мир, который проникает в тебя и навсегда изменяет твою внутреннюю суть…..

Сон наяву…..

Ощущение бесконечности и времени, и пространства…..

Иной мир….

Другая планета…..

Где всё постоянно меняется, но остаётся неизменным веками…..

Место, где единственная ценность — жизнь…..

Тяжесть и лёгкость….

Слабость и сила …..

Удивительная, холодная, безжалостная, необычная и странная красота…

Горы неудержимо притягивают к себе …..

Понять их мир, стать частью его, значит — выжить в нём….

 

642531: Браво!

Откуда Вам всё это известно? Где бывали? Эльбрус знаете? Уллутау? Шхельду?

 

Aelina: Пока нигде не была, но собираюсь в июне к Священной горе Кайлаш (Тибет) вместе с близкими родственниками, которые там уже побывали не раз и обходились без кислородной подушки, благодаря специальной подготовке.

 

 

642531: Обзавидуешься тут.

На фото – красотища!!! Верхняя точка коры (5630) равна высоте Эльбруса, вполне можете обойтись без кислорода. Сбудется написаное Вами о преображении горами человека — проверено. Удачи!

 

Aelina: Спасибо! Удача никому ещё не мешала.

 

 

 

 

Глава 114

 

Людвиг ван Бетховен

 

 

Струнный квартет № 16 фа мажор

Государственный квартет им. Бородина

Валентин Берлинский (виолончель)

 

Romy_Van_Geyten: Странный этот квартет – первые три части одна лучше другой и какой-то совершенно придурковатый финал. Как будто какой-нибудь пыльный улан-батор писал. Производит впечатление монгольской «Оды к радости». Да ещё это идиотское мотто – «Muss es sein?»… «Es muss sein!»… Маразмец.

 

victormain: Ну не знаю, не знаю… То, что «под градусом» писано – точно, но на качестве, по-моему, совершенно не сказалось.

 

Romy_Van_Geyten: Я тут почитал немножко. Спекуляции по поводу этого мотто и самого финала проводились уже первыми биографами. Разброс довольно большой – от задолженности Людвиг Ваном квартирной хозяйке, до впечатлений от суицидальных попыток племянника. Большинсво склоняется к тому, что это стёб. Конечно, финал сделан мастерски, но в сравнении с первыми тремя частями он, как мне кажется, производит впечатление формальной отписки.

 

samlev: Да, идей у биографов много. И разных. Ну, так еще бы – такой кусок кинуть, как «Es muss sein». Надо премию назначить за решение загадки.

 

victormain: Я специально переслушал, в записи «Будапешт-Квартет», очень хорошо играют. Совершенно меня финал не режет. Очень смешной, по-моему.

 

Romy_Van_Geyten: Бывает ещё смешнее – я тут только что послушал «Фантазию» ор.80 с Рихтером и хором им. Свешникова, поющим текст по-русски. Зачёт. Первая советская кантата.

Рихтер, конечно, как всегда – гигант.

victormain: Найдите видео с Элен Гримо. Она там умопомрачительно красива. Можно даже звук не включать.

 

samlev: Это намного лучше, без звука. В Шумане она еще

красивей. Но звук все-таки лучше не включать.

 

Romy_Van_Geyten: Вот великая сила женской красоты! Попробуй какого-нибудь Володося без звука включить…а тут смотришь с таким же удовольствием, как и чемпионат мира по художественной гимнастике.

 

MargarMast: Элен Гримо вы, значит, оба за достойную пианистку не считаете. А кроме Марты Аргерих – кого бы считали из современных пианисток?

 

samlev: Подумать надо. Как-то сразу женщина применительно к роялю в голову не приходит. Обещаю подумать.

 

MargarMast: Вот-вот, я именно об этом и спрашиваю. Ну, а Ольга Керн, Екатерина Мечетина, Алиcия де Ларроча?

 

samlev: Этот список напомнил мне советский анекдот:

 

Старый еврей, во время землетрясения в Ташкенте, приходит к начальству и просит его выпустить. Дескать, стар он и слаб подобное выносить. Начальник показывает ему на карту СССР и недовольно спрашивает, куда конкретно тот хотел бы быть вывезенным. Старик внимательно и долго рассматривает советскую территорию, после чего спрашивает у начальника:

 – Простите, а у Вас нет глобуса?

 

MargarMast: Так Элен Гримо теперь живёт в Штатах – уже десять лет. Очень приятная женщина. Умница. Как удивительно – в сё при ней, но чего-то не хватает. Может быть, и правда женщинам не дано «выбиться в люди»? Особенно таким очаровательным? Я уже начала сомневаться.

 

samlev: Господи! Уж она ли не «выбилась в люди»! Красива, обаятельна, привлекательна, всё при ней! Чего еще??

 

MargarMast: С чем связано более слабое самовыражение женщин-пианисток по сравнению с мужчинами, в отличие от тех же скрипачей? Дело только в физической силе или в чём-то ещё? Ведь Вы же пианист и преподаватель – Вам это должно быть достаточно очевидно.

 

precipitato: Елена, могу перечислить сотню всемирно известных пианисток, но лень. Того, о чём Вы пишете – нет. Марта Аргерих самовыражается очень даже не слабо. И много-много других.

 

MargarMast: Да где они, где, назовите хоть десяток, Юрий! Только не Мицуко Учида – про неё все, всё знают, она действительно изумительна. Где же все эти замечательные женщины-пианистки? Лев не стал прятаться за политкорректностью и сказал, что у него рояль как-то не ассоциируется с женщинами-пианистками. A Юдина стала просто легендой.

 

Intermezzo: Ну, а Валентина Лисица? Ингрид Хеблер, сестра Менухина (не помню, как зовут), Ана-Мария Вера (играла вместе с Гитлисом, и очень неплохо сыграла Фантазию-экспромт), Татьяна Николаева…

 

precipitato: Клара Хаскил, Эли Ней, Маргарита Лонг, Юджа Вонг, Полина Осетинская, Анни Фишер – масса интересных пианисток, это то, что вспомнил навскидку.

 

alexshmurak: Чувствуется, что MargarMast просто устала от удушливой атмосферы американского феминизма.

 

Maxilena: Вот поэтому она у нас тут и присутствует!

 

 

 

Глава 115

 

Винченцо Беллини

 

 

Норма 

Опера (арии)

Мария Каллас (сопрано)

 

ConAnima: Мария Каллас:
 «У меня нет соперниц. Когда другие певицы будут петь так, как я пою, играть на сцене так, как играю я, и исполнять весь мой репертуар, тогда они станут моими соперницами».

 

samlev: Да, мания величия в чистом виде.

 

precipitato: Между тем – имела все основания так говорить. Горовиц, рассказывают, при общении каждые пять минут повторял – «Я лучший!» И тоже – имел основания. Зачем-то им надо было это.

 

Mick_M: «Я, гений Игорь Северянин,

Своей победой упоен…»

……

«Я – изысканность русской медлительной речи,

Предо мною другие поэты – предтечи»

 

и так далее…

 

precipitato: Ну, эти, по-моему, имели гораздо меньше оснований. Хотя какие-то тоже имели, конечно.

 

Ulia43: Спасибо огромное за дивную возможность не только слушать, но и видеть великолепную Норму – Каллас!! Браво Мария!!!

 

Romy_Van_Geyten: Это тот редкий случай, когда ради красоты голоса и звучания можно простить всё. Ария писана через пень-колоду, но Каллас превращает её в совершенно волшебное действо… Ненавижу.

 

Maxilena: Роми, если можно, объясните убогой, чем Беллини провинился?

 

Romy_Van_Geyten: Лена, эта музыка писана ногами. Дешёвка. Но мелодия необыкновенной красоты как бы окупает всё. Не знаю, «Мона Лиза» в исполнении Энди Уорхолла…

 

Maxilena: Так я и слышу прекрасную мелодию… А что тогда писано ногами? Оркестровка?

 

Romy_Van_Geyten: Оркестровка вообще не обсуждается — балалайка. Скорее, общее впечатление пошлости. Как уже сказано — обожаю и ненавижу. Как если бы нелюбимый тобой человек на твоих глазах выиграл Jackpot.

 

Maxilena: Спасибо за ответ, очень образно!

 

steinberg: Чудовищная музыка полная разврата, всякий раз стыдливо закрываю уши.

 

Maxilena: Вот в данном случае очень приятно быть профаном и просто получать удовольствие!

 

sir Grey: Вы только прикидываетесь профаном. Я лично уже все понял.

 

Maxilena: Нет, я не прикидываюсь. А вот нынче услыхала церковный звон и поняла, что звонят в кварту. Обрадовалась, как маленькая.

 

Wustin: Мария – нездешнее явление.

Почти как Беллини: появилась – и сгорела.

 

 

Maxilena: Отлично сказано!!

Я не знаю, что это такое и как это объяснить. Пусть «Великая Крикунья». Но она – Е д и н с т в е н н а я…

 

 

 

 

Глава 116

 

Вольфганг Амадей Моцарт

 

 

Соната для фортепиано № 11 ля мажор «Alla Turca» (1783) KV331 (300i)

Гленн Гульд (фортепиано)

 

Maxilena: Граждане!

Нас читает и очень хочет поучаствовать в обсуждениях, но стесняется, новый пользователь art15. Если появится – не пугайте его, примите ласково! Это человек, как я понимаю, из тех, кто слушает музыку, но не решается говорить с нашими «бонзами». А загружает в Архив, между прочим, Моцарта в исполнении Бухбиндера – пианиста, которого я очень люблю. Всем заранее спасибо!

 

art15: Большое спасибо, Елена. Я освоюсь со временем.

 

Maxilena: Самый стрёмный «Турецкий марш» в моей жизни. И все же – одно из самых великолепных исполнений, что бы там ни говорили. Просто завораживает. Как аверс и реверс – в такой же степени завораживает и Юдина! Просто потрясающе!

 

abcz: А Вы попробуйте маршировать в тех темпах, которые предлагает большинство исполнителей.

Турки выходят у них мелкие, коротконогие и юркие. Как тараканы.

 

Intermezzo: Вообще пока не могу назвать ни одного исполнения Гульда, которое бы меня не восхитило.

 

MargarMast: Андрей, это потому что Вы ещё очень молоды.

 

precipitato: А я почему?

 

MargarMast: Потому, что Ваш взгляд на Гульда это не взгляд слушателя, а взгляд композитора. Вы в нём иное цените. Но если Вы согласны с гульдовской  Аппассианатой — тогда у меня нет ответа на Ваш вопрос, Юрий.

 

precipitato: Апассионата мне у него не нравится. Но зачем-то ему понадобилось так ее сыграть, думаю – ему в этом случае виднее.

 

Andrew_Popoff: А мне как раз понравилась. Он весь романтический пафос стряхнул. Оказалось, хорошая музыка. Без революционных ассоциаций. Это как очистка иконы от временных наслоений.

 

MargarMast: Но Бетховен не был мямлей, каким его изобразил Гульд, и Гульд сыграл эту сонату с ненавистью, которую не скрывал — об этом тут уже исписаны тома форума. А вы все пытаетесь всё это как-то интерпретировать. Ну не любил он Аппассионaту, не любил, и откровенно над ней измывался. Я не понимаю, как можно этого не слышать. Вот отсюда у меня и пошло̀ предубеждение против Гульда – потому как – кто Гульд и кто – Бетховен.

 

abcz: Ну, как бы гении.

 

MargarMast: Гении-то гении, только один — творец, а другой — исполнитель. Между ними – непреодолимая пропасть. Гульд пытался её преодолеть, да не успешно.

 

balaklava: Гульд – великий очиститель музыки от романтической грязи.

 

abcz: Тааак…

Это что? Обратная волна пошла?

 

Miao: Думал, Гульд только Баха может играть. Бетховена он играет уж очень по-своему. А вот Моцарт у него звучит прекрасно. Не поискать ли нечто общее у Моцарта и Баха??

 

sir Grey: Я ничего не вижу. А Вам, что кажется?

 

Miao: Внутренняя логика, глубокая и прекрасная. Гульд её читает. Австрия и Германия не сильно ведь различимы по культуре…

 

Andrew_Popoff: Очень сильно различны. Австрия чисто католическая, Германия преимущественно протестантская. Австрия – осколок бывшей империи, Германия едва-едва собралась в цельное образование из кучи мелких княжеств во второй половине XIX-го века. В Австрии заметно влияние Юга – Италии и славянских элементов – Чехия, Словакия, Югославия, Западная Украина входили в состав империи. Отсюда большая изысканность в архитектуре, больший космополитизм, тонкость в речи и в юморе; даже в кухне – знаменитые венские кофейни можно ли сравнить с грубыми мюнхенскими пивными? В первых тончайшие кондитерские вкусы, а немецкая еда питательна, но не слишком вкусная. У меня, помню, национальные блюда немцев, которые я решил испробовать во Франкфурте, никакого восторга не вызвали, зато вызвали изжогу. Пиво, правда, очень хорошее у немцев, но я не любитель пива.

И музыка. У Моцарта, Гайдна, Шуберта явно прослушивается итальянская легкость и славянская печаль в музыке. Это нисколько не походит на тяжеловесность и холодную красоту Вагнера или слезливую сентиментальность Брамса. Во всем австрийском чуть больше легкости, шутки, детскости, галантности. У немцев все основательно и серьезно. Гораздо глубже порой, сильнее, возвышеннее. Но тяжелее, мрачнее.

 

LAKE: Наверное, в каких-то произведениях или их частях, у многих композиторов есть слезливая сентиментальность, но почему Вы её вывели как доминантный признак музыки Брамса?

 

Andrew_Popoff: Ну, Вы знаете, это личное. Уважая Брамса, я холоден к его музыке. Но можно привести в пример Шумана, которого я очень люблю. И противопоставить ему Шуберта, одного из самых моих любимых. Думаю, разница вполне очевидна. У Шуберта всегда остается место для чего-то личного, для какого-то иного варианта, рефлексии. Его можно понять так или так. А Шуман просто овладевает – и никаких вариантов. Шаг вправо-влево, и всё. Шуман уходит.

 

gutta: Не могу поверить, что Вы не чувствуете филогенетическое родство Брамса и Шумана.

 

precipitato: Шуман — очень неровный композитор, один из самых. И, по-моему, к Брамсу он близок только в своих худших вещах, в лучших — очень от него далек, предельно.

 

Mikhail_Kollontay: Может, и извращение, но чем у Шумана хуже, тем мне его как бы пронзительнее жальче. Уж совсем жалко в поздних «Реквиеме» и «Мессе», где вообще, кажется, от Шумана ничего не осталось. Трудно объяснить. Плох он как-то тоже по-другому, не как все. Заодно. Вертел в руках его факсимильные издания, то есть как бы рукописи, мне показалось, что они выглядят совершенно как какие-то детские каракули, почерк дебильный, что ли, совершенно творческого начала не ощущается в том, как он вёл пером по бумаге. Какие-то фортепианные пьесы это были, забыл. То ли дело Бетховен или Малер. У Баха и вовсе, говорят, следы от пивных кружек встречаются на нотах, но сам не видел, не могу утверждать. А тут ну совсем ничего. Знающие немецкий язык – кто-то читал его стихи? ведь Шуман начинал-то как литератор, вроде бы. Я видел своими глазами небольшую поэму, посвящённую Кремлю, но — в немецкой книжке какой-то (отзвук путешествия в Россию с женой).

 

Krestjanin: Читать не читал, но подтверждаю, что да, Шуман стихи слагал. В немецком интернете они представлены.

 

Mikhail_Kollontay: Вот и интересно бы, что это такое в смысле характера и качества. Особенно про Кремль. Там что-то очень восторженное, кажется. Что-то родное,  может быть, ощутил в этих русских безумных глазах и снегах.

 

Andrew_Popoff: Есть сборник воспоминаний европейских музыкантов XIX-го века о России. Там есть русский перевод «Оды храму Блаженного Василия на Красной площади Р. Шумана».

 

 

Храм Василия Блаженного – 1909 г.

 

У меня где-то есть этот сборник, если откопаю, то фрагменты перепечатаю. Всю оду вряд ли – очень длинная и вся восторженно-безумная.

Mikhail_Kollontay: Значит, есть перевод, а мне не попадалось. Спасибо, что знаете! Ну, перепечатывать – это безумие. Скорее уж отсканировать и где-то деть, чтоб люди могли посмотреть? Может, это самое то и есть, что мне попадалось, может, и Василий Блаженный, я уже забыл.

 

Andrew_Popoff: Книжку сейчас нашел. Там я немного ошибся, ода посвящена не «Василию Блаженному», а «Ивану Великому».

 

И есть еще патриотическое стихотворение: «Французы под Москвой». Кстати, дядя Шумана был немцем-управляющим в имении одного русского барина. Проездом из Питера в Москву Шуман с Кларой у него гостили. Как тесно переплелись всё же судьбы наших стран.

 

Mikhail_Kollontay: Потрясающе.

Отчего же наши патриоты в эту дуду-то не дудят.

 

Romy_Van_Geyten: По неосведомлённости, надо полагать.

 

 

 

 

Глава 117

 

Иоганн Баптист Вангал

 

 

Симфония до минор (Bryan c2)

Камерный оркестр Торонто

Кевин Мэллон (дирижер)

 

Aelina: Эта симфония произвела приблизительно такое же впечатление, как Сороковая симфония Моцарта во время её первого прослушивания!!!

И не надо никакой музыкотерапии, благодаря нашим милым альтруистам!!!

Дорогой Александр, спасибо за такую чудесную запись и новое открытие!!!!

 

alexa_minsk: Симфонии Вангала, действительно, удивляют. Музыка превосходная, уровень высочайшимй. Я бы поставил Вангала-симфониста среди его современников третьим после Моцарта и Гайдна (Бетховена здесь не учитываю – уже другая эпоха).

 

Aelina: Да, Бетховен пусть будет на почетном четвертом месте.

 

yarunskiy: Я бы симфонии Моцарта всё-таки поставил рядом с симфониями Враницкого, Крауса, Розетти…

 

victormain: Не могу похвастаться аналогичным порывом.

 

yarunskiy: Не фанат я Моцарта и Гайдна, противник музыкальной мифологии, создания культа личностей композиторов, их фетишизации и «канонизации», не сторонник идеи, что в конце XVIII-го века было только «Три композитора».

 

Andrew_Popoff: Поддерживаю в том, что касается создания разного рода мифов. Но все же ни Моцарт, ни Гайдн не виноваты в том, что эти мифы были созданы. И потом, ну не услышал я пока опуса равного «Юпитеру» и Лондонским симфониям Гайдна. Да и зачем строить авторов по ранжиру? Каждый хороший мастер хорош своим, неповторимым. Надо всех уважать. Ну, а любить — тут уж сердцу не прикажешь, у каждого свои любимые.

 

За Зеленку, конечно, обидно. Он заслуживает куда большей славы. За Рейху тоже, но он герметичен, не для широкой публики.

 

DzhiTi: Удивительное открытие, никогда прежде не слышала про этого композитора.

 

yarunskiy: Вангал был чрезвычайно плодовитым композитором (его плодовитость объясняется, в том числе, большим количеством заказов). Иоганну Баптисту приписывается авторство ста квартетов, более семидесяти симфоний, около сотни религиозных сочинений, огромного количества инструментальной и вокальной музыки. В последнее время большую популярность получили его симфонии, лучшие из которых не уступают гайдновским и моцартовским. Многие симфонии написаны в минорном ключе, они, как считается, оказали в своё время существенное влияние на движение «Натиск и Буря». «Вангал применяет повторяющие шестнадцатые, колошмато-ударчатые восьмые в басовой линии, большие скачки в темах, внезапные паузы (ферматы), затишья, преувеличенную динамическую нюансировку — и эти особенности мы находим в первой крупномасштабной «буре-натисковой» симфонии Моцарта — соль-минорной Двадцать пятой (KV183)». Подобная стилистика также обнаруживается в гайдновской соль-минорной симфонии за номером Восемьдесят три – «Куропатке» (1785) и муциоклементиевой соль-минорной сонате — оп.34 № 2 (1795).

Успех Вангала был настолько велик, что его симфонии в несколько лет разошлись по всему миру, найдя ценителей не только в Европе, но и в Новом Свете (и это в эпоху, когда у людей не было интернета!). В последние годы жизни Вангал редко покидал Вену, где активно и успешно занимался преподавательской деятельностью (одним из его учеников был, к примеру, Игнац Плейель).

 

op132: Сергей, давно хотела Вас попросить – не могли бы Вы составить топовую десятку композиторов-современников Моцарта и Гайдна, естественно, на Ваш персональный вкус? (Райху выносим за скобки).

 

yarunskiy: Пожалуйста:

 

П. Враницкий

А. Сальери

Й. М. Краус

А. Розетти

И. Вангал

К. Диттерсдорф

Л. Кожелух

К. Каннабих

М. Гайдн

Г. Фоглер

 

musikus: Когда я вижу подобные списки, вспоминаю как когда-то, увлекшись, как все, «Мастером и Маргаритой», стал собирать разные его редакции: «Князь тьмы» и прочие. И чем больше я читал эти проклятые варианты, тем больше размывался известный нам последний авторский текст (который, конечно, тоже не был для Булгакова итоговым, но все же). Результатом было охлаждение к роману вообще, как если бы он стал хуже, чем есть на самом деле… И я понял, что если ты не литературовед, специализирующийся по Булгакову, то не следует вообще совать нос в эти варианты во избежание эрозии главного впечатления.

Так вот, когда я изредка пытаюсь слушать музыку из таких вот «топ-списков»,  я невольно, чисто «рефлекторно», начинаю думать, что вообще-то, и Гайдн, и Моцарт что-то – не того, какое-то надоевшее, замыленое, стертое общее «классическое место». Что, конечно, бред. Просто не следует зариться на «осетрину второй свежести».

 

Mick_M: Абсолютно согласен с Вами касаемо бесчисленных вариантов «Мастера и Маргариты». Но параллель, по-моему, не вполне корректна: Вам же не предлагают полтора десятка вариантов Симфонии с ударом литавр (не знаю, были ли такие!). Пользуясь Вашей аналогией, разговор идет о том, чтобы параллельно с Булгаковым обратить внимание на… да, на кого хотите – хоть на Введенского, хоть на Олешу, хоть на Хармса – то бишь, на литературный контекст. И что – Ваше отношение к Булгакову рухнет от того, что Вы полистаете Клюева с Городецким?

 

musikus: Понимаю, что в моей аналогии есть расширение с одной вещи на целый исторический период. Но я имел в виду только способ сравнения, не рассчитывая на конкретику, она здесь и не нужна вовсе. С этой точки зрения модуляция с Олеши на Хармса тоже ведь очень далека от точности… И Клюев с Городецким крайне далеки от Булгакова, да и друг с другом шибко расходятся. Одно другого тут не заменяет, и желательно каждого знать по-отдельности. А вот авторы из списка Сергея мне, честно говоря, ничего нового не открывают сравнительно с корифеями того же периода. Так… (При том, что в музыкальной стилистике я больше поднаторел, чем в литературной). Кадавр из сказки Стругацих жадно насыщался опилками и селедочными головами, но нас же никто не заставляет… Есть выбор. И, как говорил Некто, лучше меньше, да лучше.

 

dmsh: Каждый из названных Сергеем Ярунским композиторов – и ещё не одна сотня с ними – только на своём и единственном Первом месте! Пьедестал по имени Музыка – велик.

 

Aelina: И спорить бесполезно, и шутить расхотелось.

 

musikus: Да, и хочется плакать.

 

 

 

 

Глава 118

 

Людвиг ван Бетховен

 

Струнный квартет № 11 фа минор «Серьезный» (1810) op. 95

Струнный квартет «Takacs»

Эдвард Дасинберр (скрипка)

 

Romy_Van_Geyten: Сегодня у Людвиг вана день рождения.

 

DzhiTi: Да, у моей бабушки тоже сегодня день рождения (сто двадцать лет со дня рождения, вернее), мы блины пекли – поминали. Пойду еще за Бетховена съем что-нибудь, на помин души его великой!

 

rdvl: Не забудьте про кота. Он, проснувшись, ожидает приятностей от жизни.

 

DzhiTi: О, этого проглота кормят в первую очередь, я, скорее, сама поесть забуду.

 

Karapyzik: Она и он

 

 

Г. А. Тимуш

 

Она его безбрежно любит.

Хоть он не муж и не дитя.

То ущипнёт, то приголубит.

А то и выбранит шутя.

 

Пушистым лапам потакая,

зеленоглазая мамзель,

ложась, кладёт его, лаская,

с собою рядышком в постель.

 

Там проходимец полосатый

и несусветный обормот

физиономией усатой

ей в тёплый тычется живот.

 

Её бочок ему привычен.

Под ним хвостатая душа

минутку ласково мурлычет

и замирает, чуть дыша.

 

Но лишь рассвет подружку ночку

тайком проводит до дверей,

уж он на кухню мчится срочно,

давай, мол, завтракать скорей.

 

Она борщом его не кормит.

Он чуть ли ест не «Parmesan».

Хоть ей он даже не любовник.

Он – обалдуй и партизан!

 

 

 

 

Глава 119

 

Людвиг ван Бетховен

 

 

Струнный квартет № 10 ми-бемоль мажор (1809) op.74

Посвящение князю Францу Иосифу фон Лобковицу

Будапештский струнный квартет

Иосиф Ройзман (скрипка)

 

Romy_Van_Geyten: Рыдаю об стенку! Смерть моя, где ты… Сена!.. Эльба!.. Вторая, третья часть вообще запредел. Третья – сделана из того же мусора, что и первая часть Пятой симфонии, только вырублена не топором, а стамеской… Отсутствие последней доли превращает всё происходящее в совсем уже что-то термоядерное. Люди, кто ещё не сподобился, ныряйте!.. А следом идут ещё Одиннадцатый и Двенадцатый. А потом … ну, это уже позывные с Марса…

 

… а полиритмия в четвёртой части!

 

sir Grey: И мне показалось, что для нашего Андрея Кирилловича Разумовского Бетховен не так постарался, как для этого австрийца. А узнать о нем в Интернете я смог совсем немного:

 «Человек весьма достойный и незаурядный, инвалид детства (дисплазия и вследствие – сильная хромота), безумно любил музыку: играл на виолончели и фортепиано, пел басом в любительских концертах и оперных постановках, содержал небольшой симфонический оркестр и был необычайно щедр к артистам и музыкантам. В этом дворце для артистической братии всегда был накрыт стол. Бетховен приходил сюда как равный и сидел за столом рядом с князем и его титулованными гостями.

Правда, закончилась эта княжеская благотворительность довольно печально: около 1812 года Лобковиц разорился, был взят под финансовую опеку родственников и умер почти в бедности. Тем не менее, он, а затем и его наследник князь Фердинанд продолжали выплачивать Бетховену оговоренную договором от 1809 года часть пожизненной субсидии».

 

А где там полиритмия? В начале? во второй? третьей вариациях? Или в конце, где виолончель играет триоли? Что называется полиритмией?

 

Romy_Van_Geyten: Последняя вариация. Полиритмия – это одновременное помещение в метрическую сетку различных ритмических фигур, не сводимых к одной наименьшей кратной длительности. В данном случае триоли восьмых у виолончели и дуоли восьмых у остальных струнных (в начале вариации).

 

sir Grey: Точно? Я всегда думал, что полиритмия это что-то очень сложное. «Экспромт-фантазия» Шопена – это полиритмия, да?

 

Romy_Van_Geyten: Да.

 

 

 

 

Глава 120

 

Вольфганг Амадей Моцарт

 

 

Дон Жуан или Наказанный развратник

Опера (1787) KV527

Клаудио Аббадо (дирижер)

 

Maxilena: Ох, дорогой Михаил, какой праздник души! Вы просто как отгадали – я недавно в один день прослушала сразу две  «Волшебных Флейты» Шолти и Бёма. Ну и, конечно, сразу решила, что это – опера опер. Теперь слушаю «Дон Жуана» и мне кажется, что это опера опер. У меня всегда так. Какое счастье – новое исполнение! Но, дорогой Михаил, не могли бы Вы выложить саунд-трек? Постановка – одно (и это прекрасно!), но я люблю больше музыку слушать. Кроме того, на VLC лучше звучит, я Вам говорила, а с сайта – очень тихо. Тогда смогу и сравнить с Маазелем. Простите меня за такую жадность («доктор, дайте таблеток от жадности, да побольше, побольше!»).

Ну, прослушала до сто тридцать пятой минуты, дальше вырубилось. Скачиваю с «Погружения в классику». В целом, получила большое удовольствие. Относительно постановки – дело для меня сугубо вторичное, но мне понравилось. С Лоузи не сравниваю, это действительно не нужно. Согласитесь, такой фильм, как у Лоузи, должен иметь место быть, как и дзеффиреллиевская «Травиата». Минималистическая постановка Брука – свой шарм. А здесь нечто среднее, осовремененный и перенесенный на сцену Лоузи (много моментов, напоминающих фильм). Вокал надо еще раз переслушать, у меня почему-то очень тихо шло. Конечно, Криста Людвиг и Берганца мне больше по душе, но и здесь все очень достойно. Ах, Раймонди… «Куда ты, удаль прежняя…». Разве это та серенада!.. А вот дирижерская транскрипция мне отчетливо больше нравится у Маазеля, ничего с собой поделать не могу, первая любовь. И у Фричаи тоже. С оговоркой – надо слушать финал. Если шкурку сдерёт – значит, здорово. Но – огромное, огромное спасибо!

 

sir Grey: Всё прочитал. Помню, что Вы – не специалист, а так … недостойный червь мира сего… Забавно…

Кто тогда я? Меня, наверное, вообще нет.

 

Кто-то здесь на форуме – не Вы ли? – говорил, что эту оперу надо обязательно слушать в каком-то исполнении, а я не записал, найти не могу. Оперу не знаю. Посоветуйте, люди, с чего начать?

 

Maxilena: Вы – есть! И Вы – тут! Я просто нахальная и меня некому остановить, народ здесь слишком добрый. Советовать трудно, тем более, на форуме такие орлы собрались… Я оперы знаю только известные. Вот Россини тут такого понавыкладывали – успеть бы до старости, если доживу. «Дон Жуана» я бы слушала фильм Лоузи (здесь выложен), сам фильм красивейший, вокал запредельный, и Фричаи (с Фишером-Дискау). Ну и постановку Брука (после всего). «Волшебную Флейту» однозначно Бём с тем же Фишером-Дискау Папагено (еще Шолти хорошо) (это аудио). «Свадьбу Фигаро» здесь еще не слушала. Если вы совсем неискушенный, посмотрите и послушайте «Травиату» Дзеффирелли. Здесь также есть «Трубадур» Караяна с Марией Каллас (повторяю, на сайте ошибка, написано, что Леонтина Прайс). На сайте есть и «Травиата» с Каллас (Габриэль Сантини). Простите, что адреса̀ не даю, но, думаю, Вы уже ориентируетесь на сайте. Это я перечислила оперы, которые больше всего действуют на воображение. А, вообще, Вам, думаю, ответят наши профессионалы. А  вообще – в первую очередь:  три оперы Моцарта, «Тоска» и «Турандот» Пуччини, «Пиковая дама» и «Евгений Онегин» Петра Ильича, «Сказки Гофмана» Оффенбаха, «Кавалер розы»  Рихарда Штрауса… Ой, сейчас весь лист займу…

 

sir Grey: Спасибо за списочек. Доберусь!

 

Глава 121

 

Цезарь Антонович Кюи

 

 

Сюита для оркестра №4 op. 40

Роберт Станковски (дирижер)

 

Mikhail_Kollontay: Стыдно стало, решил слушать хоть что-нибудь. Хотя в меня и не вмещается. Послушал одну оркестровую сюиту Кюи. До конца. Не буду описывать, чего это стоило. Теперь сижу, слушаю другую – вот эту – и не понимаю, зачем. Там уже в начале бас повторяет одно и то же много раз, причем я не уверен, что автор обращает и внимание-то на это. Бас и дальше еле ползает, как больной, парализованный человек без коляски. Если дослушаю, может, напишу ещё. Но кому это интересно? Пока не вижу хоть какого-то содержания, напоминает музыку Илариона Алфеева, пожалуй. Звучит, но что и зачем, остается в пределах графоманского сознания автора. Сейчас пишу, а бас играет всё одно и то же. Просто остинато Прокофьева. Местами.

 

precipitato: Замечательно, чистый эксперимент. Испытуемый слушает какую-нибудь заведомую муть, фиксируя в процессе свои впечатления. Обещаю проделать то же с какой-нибудь из поздних симфоний Яниса Иванова или Левко Колодуба.

 

Romy_Van_Geyten: В реальном времени?

 

precipitato: Да, как Коллонтай, мне очень понравилось, вот – сижу, пишу, а в басу звучит одно и то же.

 

op132: Ждем подробного отчета! Вместе с заключением врача – о состоянии до и после.

 

Mikhail_Kollontay: Вот. Расскажет пусть, чтобы хоть остальным не мучиться.

 

 

 

 

Глава 122

 

Антонио Сальери

 

 

Концерт для фортепиано с оркестром си-бемоль мажор (1773)

Камерный оркестр «I solisti Veneti»

Пауль Бадура-Шкода (фортепиано)

Клаудио Шимоне (дирижер)

 

light: Сальери мне всё больше и больше нравится. Произведение, вроде-бы, простое, но красивое!

 

Andrew_Popoff: Очень приличный такой концерт. Хорошо.

 

GrotterBax: Не Моцарт, но терпимо.

 

art15: Послушал. Нет, не убивал…

 

alexa_minsk: Очень интересна третья часть – Tempo di menuetto

 

Dilka: А во второй почему-то слышится парафраз, знакомый по «Волшебной флейте». Между тем, Моцарт писал многажды времени спустя. И вот теперь Сальери — раритет, а помнят его как пушкинского героя, подсыпателя яда в бокал.

 

Aelina: Какая же прелесть этот концерт!!!

Чудо как хорош!!!

Светлый и радостный!!!

Без капли зависти и бездарности, что приписывали автору!

 

precipitato: Про бездарность – понятно, но интересно – как в музыке может проявляться зависть?

 

Mikhail_Kollontay: О, по-моему, это очень просто. В форме несознательного перетаскивания чужого музыкального материала в свой карман. Притом это явный, клинический показатель. Если у меня кто стащил, значит, завидует. И обратно.

 

Zhiv37: О зависти. Сальери сочинил этот концерт в возрасте двадцати трёх лет. Моцарту в это время было семнадцать. Конечно, Моцарт уже был известен как музыкант, но кому, простите, завидовать — семнадцатилетнему юноше, пусть и талантливому?

Гораздо интересней другое: на каком инструменте играет Бадура-Шкода? Это ведь не рояль, но и не клавесин. Слышу я этот инструмент не впервые, в записи, конечно, но что это такое – не знаю.

 

Anonymous: Бадура-Шкода играет на пианофорте второй половины XVIII века из коллекции Франко Анджелери.

 

 

 

 

Глава 123

Иоганн Себастьян Бах

 

 

Страсти по Матфею

Оратория (1736) BWV 244

Ансамбль «La Petite Bande»

Сигизвальд Кёйкен (дирижер)

Кристоф Генц (тенор)

 

Romy_Van_Geyten: Ух ты!!!!! Ну, Михаил, задарил! Спасибо огромное.

 

Маленький тест.

 

Каждый выпускник «детского сада имени Баха» знает, что заключительный хор из «Страстей по Матфею» написан в до-миноре. Вопрос: Сколько знаков стоит при ключе?

 

Только в партитуру чур не заглядывать!!

 

Maxilena: Три.

 

Romy_Van_Geyten: Отказать. Кто больше?

 

Maxilena: А сколько?

 

Romy_Van_Geyten: Хитрая какая! Подождём… может, кто подтянется…

 

felix666: Два, тогда последний знак не писали.

 

Romy_Van_Geyten: Совершенно верно. Насчет последнего знака… Бах не придерживается – в «Страстях» где-то пишет, где-то – нет. Например, соль-минорная ария «Gerne will ich mich bequemen» – тоже два бемоля.

 

Но в действительности дело не в правиле (если таковое было). Я могу ошибаться, но думаю, он, таким образом, размечал структуру сочинения. У него два бемоля появляются ещё в соль-минорном речитативе «Am Abend, da es kuehle war» и до конца не меняются. А там Ария в B-dur, хор в Es-dur, речитатив, начинающийся As-dur и кончающийся в c-moll. Ну и, как уже сказано, заключительный хор.

 

dushah: Это симпатично, конечно, но что он, скажем, размечал в соль-минорной сольной скрипичной сонате, которая нотирована с одним бемолем?

Вероятнее – традиция, отголосок модальности.

 

Romy_Van_Geyten: Мне кажется, тут может быть и то и другое (и что-нибудь третье). Если б он этого правила везде придерживался. Но в том же пассионе можно встретить и так, и так. Заключительный хор первой части записан в ми мажоре и четыре диеза, ария «Erbarme dich» си-минор — два диеза. Всё чин-чинарём. Ария c хором «Ich will bei meinem Jesu wachen» до-минор – два бемоля, следом, через ре-минорный речитатив, ария «Gerne will ich mich bequemen» соль-минор – и тоже два бемоля. Дурдом.

 

steinberg: Дошёл до того куска, что у Тарковского звучит, сейчас запла̀чу. Это лучшее исполнение!

 

Romy_Van_Geyten: Проняло?! Я тут уже изрыдался весь.

 

steinberg: Мне всегда интересно представить, как, к примеру, кантаты Баха звучали при его жизни, учитывая, что исполнителями были прихожане, играющие и поющие — кто как умеет. Оперного вокала в то время не было и в помине, пели, скорее всего, как народные исполнители, и играли также…

 

Mikhail_Kollontay: Я думаю, было настолько плохо, что мы себе и представить не можем. Про собачьи такты Вы, наверное, знаете.

 

victormain: «Настолько плохо…»  —  под управлением автора?! Ой, сомневаюсь. По-разному – да, безусловно, как всегда. Но! Вы же понимаете, что ни один нормальный автор, являющийся одновременно практикующим исполнителем, руководителем и т. д, не станет вписывать в партитуру, которую будет озвучивать известный ему круг людей, того, что они не смогут спеть-сыграть на устраивающем его самого уровне. Какие-то невероятные, трудно исполняемые вещи он прибережёт для того, что будет лежать у него в шкафу, а не вписывать в партитуру, которой предстоит звучать через неделю. Так что, думаю — не всё было так грустно. Если сейчас любительские коллективы, в которых многие не знают нот, поют «Реквием» Стравинского, «Три Маленьких Литургии» Мессиана, то в баховские времена, думаю, и солисты находились пристойные, и хоры и оркестры звучали нормально. И даже паства в тон подпевала.

 

А что такое собачьи такты?

 

Mikhail_Kollontay: Я не помню, где читал, но в научной литературе. Собачьи такты – это начальные такты любого произведения тех времен. Ауфтактов не существовало, каждый играл, когда хотел и что хотел. Поэтому кто-то начинал, а другие как попало к нему постепенно подстраивались. Пока-пока-пока еще все найдут, кто в каком такте и кто в каком темпе… Но я подозреваю, некоторые так и оставались в неведении, и получалось как в старинном анекдоте, который все знают, но повторю.

 

Дирижер: «Так, прекрасно, а теперь репетируем триумфальный марш».

Трубач: «Как, я же только что его сыграл»

 

victormain: Ну, этого и сейчас, и при ауфтактах хоть отбавляй. Никогда не забуду зрелище в Минске с Неэме Ярви, лет сорок назад. В первом отделении он очень достойно отаккомпанировал Гилельсу Пятый концерт Бетховена (все пять циклом играли) а во втором – Пятая симфония. Ярви, присев, начал угрожающе приподыматься с корточек, раздвигая руки и раздувая воздух. Мощным сотрясением он изобразил вступление; разумеется, после таких экзерсисов, ровно весь оркестр вступил совершенно невообразимо и долго ещё играл что-то плохо знакомое. Ничего подобного никогда в жизни больше не видал и не слышал.

 

Mikhail_Kollontay: О да! эту симфонию начать – никому не посильная дирижерская задача. Потому Ярви так и надулся, видимо.

 

victormain: Да, это точно. Не знаю, я бы ремесленно тактировал пустой такт, хоть какой-то шанс тогда есть.

 

precipitato: Фуртвенглер, рассказывают, перед началом долго что-то рисовал в воздухе – и вступали, как один.

 

Mikhail_Kollontay: Мне Е. Е. Нестеренко ответил на вопрос, как насчет дирижёров в Большом театре: «Главное, случайно не взглянуть на дирижёра, если взглянешь – тебе конец» – весь оркестр играл по концертмейстеру.

 

OlgaKz: Поясните, пожалуйста, а какова в таком случае роль дирижера? Если исполнением неявно руководит концертмейстер, зачем тогда нужен дирижер? Заранее благодарю за ответ.

Mikhail_Kollontay: Ну что же я могу пояснить… Дирижер определяет всю стратегию и тактику, но в иных случаях технические моменты, вроде показа, идут через концертмейстера группы. Он, конечно, не руководит исполнением, но если концертмейстер какой надо и хорошо знает дирижёра, то последний с облегчением доверит ему, причем без всяких договоренностей. Так само выходит. Я полагаю, в камерном оркестре Баршая тоже были моменты подобного рода, но как играли! Могу рассказать историю про Рождественского. Поведал виолончелист, концертмейстер группы. Ария из оперы. Вокалист что-то затянул с ферматой. Геннадию Николаевичу надоело и… он махнул вступление виолончелям.

 

А мой друг возмутился духом и не показал группе – дождался певца и только тогда показал. И все как один сыграли. А по дирижеру ни один человек не вступил!

 

 

 

Глава 124

Пётр Ильич Чайковский

 

 

Пиковая дама

Опера (1890) Op. 68

Национальный оркестр Франции (ORTF)

Мстислав Ростропович (дирижер)

Галина Вишневская (сопрано)

Лючия Попп (cопрано)

 

Glebasik: Я вот только не понимаю – вроде лучшей оперой гения Чайковского является «Пиковая дама», а слушают и показывают больше «Евгения Онегина». Пускай тогда «Евгения Онегина» лучшей оперой Петра Ильича сделают.

 

alexshmurak: Лучшее и популярное не всегда совпадают.

 

Glebasik: Да, но только зачем лучшим делать то, что не признаю̀т, и считают не лучшим, а второстепенным в творчестве Чайковского?

 

alexshmurak: «Пиковую Даму» в творчестве Петра Ильича второстепенной никогда никто не считал. «Пиковая дама» и «Евгений Онегин» — две популярнейшие оперы. «Евгений Онегин», не спорю, возможно, опережает «Пиковую даму» по популярности.

 

«Пиковая дама» один из главных текстов позднего Чайковского.

 

Andrew_Popoff: «Евгений Онегин» это блистательный эксперимент, там автор открыл драматургические ходы, которые никто до него не использовал, зато в XX веке они нашли весьма широкое применение.

 

musikus: «Пиковая дама» гениальна, но в стилевом отношении «Евгений Онегин» опус более совершенный.

 

victormain: И по естеству письма – тоже. Но «Пиковая дама» до Канавки сделана по всем статьям бесподобно.

 

musikus: Поделитесь, что там после Канавки.

 

victormain: После Канавки – терпимо (хотя и уступает тому, что заканчивается в Казарме). Но вот сама Канавка, лизино: «Так это правда: со злодеем…», повторенная к тому же – это из худшего, что Пётр Ильич в жизни писал. Да и дуэттино с Германом совсем так себе. У меня есть редакция этой Картины в виде моносцены Лизы. Ариозо, естественно, без изменений, а вот после полночного колокола – авторское хорошее растерянное: «Так это правда… Правда…» и сразу в «Погиб он. Погиб, а вместе с ним и я». И оркестровый отыгрыш. В общем-то, рабочая купюра; я только оркестровку одного аккорда изменил в переходе-стыке. Но с этой купюрой уходит из «Пиковой дамы» вся сомнительная музыка. Впрочем, редакция эта моя не ставилась пока, да я её никому и не предлагал.

 

musikus: Ну… Вы хотели бы убрать из «Канавки» всего Германа? Но сольная Лизина патетика без Германа была бы истеричной… Да и интонация минутного «лирического прозрения» Германа производит сильное впечатление. Вообще же, полагаю, всякие вмешательства излишни. Не знаю, что уж там собирались сотворить с «Пиковой дамой» Шнитке и Рождественский, но улучшило ли бы это Чайковского? Все это выглядит как «Борис Годунов» в пиджачных тройках и шляпах, которым я «наслаждался» как-то раз в Германии…

 

victormain: Германа — да, из Канавки всего. А никакой Лизиной истерики и не остаётся, всё очень собранно: ариозо и короткая сцена на раскруте ожидания с динамичной кодой, как пружина разжиматся, жёстко. То есть – Герман не приходит.

В Париже у Любимова-Шнитке спектакль предполагался по модели мейерхольдовского спектакля 35-го года. Мне такая затея совсем не нравится. У Петра Ильича по Казарму включительно всё написано на сумасшедшем уровне, ничего там и не нужно, и не можно трогать. А после Казармы, полагаю, ему уже не так интересно было дописывать: всё ведь уже произошло… Ну и с женской активной эмоцией у него всегда большие проблемы были, даже в «Евгении Онегине» это проявляется, благо только на минутку («Пускай погибну я!»). Вот и получился в результате казус такой с Канавкой этой.

 

Если учесть, что такая моносцена Лизы идёт сразу после моносцены же (Призрак только в самом конце, да и нежить он:) Германа (в Казарме), то, согласитесь, весьма сильно получается по драматургии. Ну а уж кто как ставить будет или не будет – это их вопросы, я редакцию для себя делал, по своим вкусовым ощущениям.

 

musikus: Вообще, по-моему, это ошибочная, аккуратно говоря, тенденция — править классиков. Даже такие вещи как переоркестровка симфоний Шумана – вещь ненужная. Я понимаю, когда произведение корифея становится стимулом для создания чего-то вполне собственного, пусть даже в форме парафараза, но – своего, как у Пикассо по Веласкесу или у Миро по голландцам.

 

victormain: Ну, это не столько правки, сколько предложения. Оригиналов ведь никто при этом не отменяет. Но Ваша точка зрения понятна, а хорошие правки действительно редкость. Тем не менее, в музыке творческий взгляд одного композитора на текст другого – явление достаточно традиционное. Вариации, транскрипции, оркестровки, даже каденции – всё это, так или иначе, интерпретации чужих текстов.

 

Glebasik: Большое спасибо за беседу. «Пиковая дама» и «Евгений Онегин» равны, и сравнивать гениальные творения нельзя.

 

samlev: Очень разумно, но сердцу не прикажешь. Что-то любишь больше, что-то меньше.

 

Глава 125

 

Франц Адольф Бервальд

 

 

Струнный квартет №3 ми-бемоль мажор (1849)

Фредрик Паулсон (скрипка)

 

Aelina: Как замечательно, что на свете есть музыка гениального шведского композитора Бёрвальда!!!

 

Вот уже третий день я не просто слушаю,

— я вижу,

— я осязаю,

— я вдыхаю

изысканный аромат этого волшебства!!!

 

Драгоценный мой Кирилл, спасибо за скорый отклик на мою просьбу и великолепную запись этого квартета, которого до сегодняшнего дня в Архиве не существовало!

 

victormain: Какой потрясающий комментарий! Жаль, что автор не с нами. Впрочем, сейчас послушаю.

 

Aelina: Послушайте!!! Мне кажется, разочарования не испытаете…

 

precipitato: По-моему, квартет как квартет.

 

victormain: Ну, что такое «квартет, как квартет»? Это у Салманова квартеты как квартеты, а этот всё-таки очень живой, отличные ходы временами, сюрпризов достаточно, Адажио очень красивое, чего ещё?

 

precipitato: Нормальный мендельсонистый квартет, ничего особенного.

 

victormain: Пардон, но на Мендельсона совершенно не похоже. Писалось в одно время – так тогда всё похоже. Шуман восторгался ранними опусами Гаде, которые рядом тут не лежали… Правда, я только о квартетах: симфоническая пьеса про эльфов совершенно никакая.

 

Квартет № 2 слушаю: очаровательный.

 

 

 

Глава 126

Вольфганг Амадей Моцарт

 

 

Lacrimosa

Из Реквиема KV 626 в переложении Салтыкова

Мария Юдина (фортепиано)

 

MargarMast: Вы знаете, иногда может поразить самое неожиданное исполнение, казалось бы, не самым известным оркестром и хором. Я слушала «Requiem» где-то год назад в исполнении Балтиморского симфонического оркестра (откуда сбежал в своё время Темирканов, насколько я понимаю, не выдержав борьбы с оркестрантами за качество звучания) и Вашингтонского национального хора (состоящего, кстати, как и все хоры  здесь – из любителей) – не слышала ничего подобного раньше. Для меня это оказалось полным отделением души от тела – и забрасыванием её туда – за пределы. Хорошо, что сумела заполучить свою душу обратно к концу концерта. А потом послушала запись Баренбойма – это просто ужас, что такое — вообще ничего от Моцарта. Но меня очень смутило напоминание From’a, что «Lacrimosa» написана совершенно не Моцартом (насколько я помню, там написано Моцартом только восемь первых тактов) – как же так? Не хотелось бы сейчас опять возобновлять эту моцартиану, которая привела в своё время наш форум к таким выбросам пламени и серы, но всё-таки – как же так, как же…. Знаменитая «Lacrimosa», написанная неизвестно кем…

 

Valery2: Алёна, я только что прочитал этот пост… Так ведь общеизвестно, что Моцарт действительно не дописал «Requiem». В частности, «Lacrimosa» в оригинальной рукописи обрывается после восьми тактов, причем даже записанное в партитуре отнюдь не по̀лно (только вокальные голоса с набросками аккомпанемента). Однако есть косвенные свидетельства, что «Requiem» был сочинён весь и, вроде бы, даже исполнялся с участием уже тяжело больного композитора (у него дома). Когда после смерти Моцарта «Requiem»  был опубликован, то завершивший его Зюсмайер впрямую претендовал на соавторство, однако… далее продолжать? То есть я хочу спросить, есть ли на сайте кто-нибудь, кому интересна история создания последнего произведения Моцарта и проблема его подлинности? Предполагаю, что четырёхтомник Аберта, которым я имею счастье владеть, не всем доступен, а в этой монографии всё изложено достаточно подробно — вот я и изложу. Там есть над чем призадуматься, и профессионалом и любителям. Ведь, несмотря на чужие дописки, по-моему, никто не ставит сейчас в авторы кого-то еще, кроме Моцарта.

 

art15: Интересно. Расскажите, пожалуйста.

 

Valery2: Что ж, я могу это сделать. Посты будут относительно короткие.
Итак…

1791 год. Июль. Моцарт весь в работе над «Волшебной флейтой» для директора театра Freihaus auf der Wieden Шиканедера. Но вдруг возник ещё один заказ – пришёл некто в сером (а не в чёрном, как у Пушкина и, естественно, не в маске, как в кино) и предложил написать заупокойную мессу. Вернее, принёс письмо с предложением. Моцарт согласился, получил некоторый аванс и взялся за работу (не связывая себя сроком), параллельно с сочинением оперы. Работа была прервана в августе, когда Вольфгангу заказана была опера в честь коронации императора Леопольда II как короля Чехии. Мало того что на сочинение было отведено лишь две недели, так ещё и необходимо ехать в Прагу на репетиции. Премьера «Милосердия Тита» шестого сентября успеха не имела, а по возвращении в Вену начался аврал с «Волшебной Флейтой»; её премьера, с несколько неопределённым, если можно так выразиться, успехом прошла тридцатого сентября. Впрочем, вскоре после премьеры новинку распробовали, и ещё в октябре было дано двадцать четыре спектакля. Между прочим, сразу после премьеры «Волшебной флейты» Моцарт «выдал на-гора» ещё один абсолютный шедевр – Концерт для кларнета с оркестром  ля мажор KV622, и только позже смог, наконец, по-настоящему взяться за Requiem. К тому времени посланец заказчика уже успел напомнить о себе и получил заверения в том, что работа идёт. К сожалению, не так быстро, как хотелось бы. Вольфганг, вообще, слаб был здоровьем; ещё бы, с ранних лет папа таскал его чуть ли не по всей Европе. К тому же после увольнения от службы у архиепископа Зальцбургского композитор не имел постоянной работы, как многие его коллеги, хоть и стремился к ней. Все его доходы – продажа сочинений и не очень часто устраиваемые «академии», то есть сейчас это называется авторскими концертами. На еду хватало, но были проблемы с отоплением, и были долги. В эти последние два месяца Моцарт много времени проводил в постели; предчувствие смерти не оставляло его – композитор неоднократно говорил, что пишет Requiem для себя. Предусмотрительно он дал некие (сейчас уже доподлинно не установить, какие…) инструкции своему любимому ученику Зюсмайеру. В частности, Requiem  должен был закончиться той же музыкой, какой и был начат.

 

AlexandrSamarsky: Если Зюсмайер хотел присвоить себе авторство отдельных частей, то он мог просто выбросить несколько листов, написаных Моцартом, поэтому их и нет в автографе. Аберт в четвертой книге пишет, что Зюсмайер не мог внезапно превратиться из талантливого в гениального, тем более, что  «Lacrimosa»  стилистически близка Моцарту. А про «Agnus Dei» Аберт вообще пишет, что это проявление гения Моцарта, да и мы сами, слушая, это понимаем.

 

Valery2: С Вашего любезного позволения я продолжу изложение; и убедительнейше прошу меня не прерывать (и не опережать) такими вставками, поскольку Вы просто лишаете меня возможности высказаться полностью.

 

Продолжим дальнейшее изложение событий…

 

По информации Аберта, в день перед кончиной Моцарт по партитуре с друзьями пел Requiem, однако дойдя до «Lacrimos˺ы», расплакался и продолжать не стал.

 

Редактор книги справедливо, по-моему, полагает, что вряд ли такое возможно, учитывая тяжёлое состояние композитора, который скончался пятого декабря в час ночи. Так или иначе, но удовольствием ныне слушать «Requiem» мы обязаны в первую очередь вдове Моцарта Констанце.

 

Её мотивы просты и естественны – аванс выплачен, и если заказ не сдать, покупатель может потребовать обратно деньги, а их не было. Что она могла передать ученикам, стремясь предоставить клиенту полностью

завершённую работу? Каково было состояние партитуры?

I. Introitus: вводная часть, и только она, была завершена Моцартом полностью.

  1. Kyrie: по версии Аберта, также завершена Моцартом. Позднейшие графологические экспертизы оставили за Моцартом только вокальные партии, а инструментовка сделана учениками — частично Фреиштедтлером, частично Зюсмайером.

Весь большой раздел «Dies irae», то есть собственно:

III. Sequentia: Dies Irae

III. Sequentia: Tuba Mirum

III. Sequentia: Rex Tremendae

III. Sequentia: Recordare

III. Sequentia: Confutatis Maledictis

III. Sequentia: Lacrimosa 

Выписаны только вокальные партии, иногда цифрованный бас, а инструментовка – только в набросках. Lacrimosa на словах «judicantus homo reus» вообще обрывалась.

  1. Offertorium: Domine Jesu
  2. Offertorium: Domine Hostias
  3. Offertorium: Amen

В той же степени готовности.

  1. Sanctus
  2. Benedictus

VII. Agnus Dei

VIII. Communio: Lux Aeterna

Полностью отсутствуют.

 

Kirillia: То есть, предполагается, что Моцарт пел Реквием с друзьями по готовой партитуре, или по той, которую Констанца передала ученикам?

 

Valery2: Не знаю, Аберт не уточняет, а я всего лишь делаю его труды в отношении Реквиема общедоступными.

 

Kirillia: За что Вам огромное спасибо! Продолжайте, пожалуйста…

 

Valery2: Сначала вдова обратилась к Йозефу Айблеру. Он попытался дополнить инструментовку в «Confutatis», продолжить на два такта «Lacrimosa» и на том запнулся. Позже рукопись попала к другим композиторам (Аберт не уточняет, к кому) и в конце концов оказалась у Зюсмайера, который и сделал всё недостающее. В таком виде произведение и было отдано заказчику. Кто он? Граф Франц фон Вальзегг цу Штуппах и ранее заказывал у разных композиторов партитуры (которые, напомню, по порядкам того времени считались полной собственностью заказчика с момента покупки), и при исполнении силами своего домашнего оркестра выдавал их за свои.

Реквием предназначался памяти его покойной супруги и был исполнен 14 декабря 1793 года под его же управлением. Кстати, «человеком в сером», передавшим заказ и плату, был его управляющий Антон Лайтгеб.

 

На время оставим заказчика.

Констанца не делала секрета из этого произведения. Она оставила себе копию, и в дальнейшем охотно позволяла делать копии и исполнять Requiеm, причём, естественно, сохранить в тайне участие Зюсмайра было невозможно, и ситуация была хорошо известна ещё в первые годы после смерти Моцарта. Принципиальный вопрос суть следующий: какова доля участия Зюсмайра даже и в тех частях, которые не записаны Моцартом? Полностью сочинены они Францем Ксавером? Или что-то сочинено было Вольфгангом?

 

Не будем особенно останавливаться на тех частях, где Зюсмайером была сделана только инструментовка. Достаточно отметить, что у профессионалов всех времён за прошедшие двести двадцать лет были и остаются претензии в этом плане. Но вряд ли мы сможем услышать что-то другое. Как справедливо замечает Аберт:

 

«…для сведущего музыканта путь, в общем, был обозначен указаниями Моцарта…», и чуть ниже: «Однако следует признать, что Зюсмайер нигде не пытался протащить собственное рукоделие и что его сопровождение не воспринимается как помеха».

 

Попытки переинструментовки Реквиема предпринимались неоднократно, например, укажу на имеющуюся в нашем фонде запись Бернстайна, он исполняет редакцию некоего Ф. Беира. Разница в деталях; ничего принципиально в мелодической, если так можно сказать, составляющей оркестрового аккомпанемента не изменилось.

 

Гораздо сложнее обстоит дело с теми частями, которые Моцартом зафиксированы не были. Начнём с «Lacrimos˺ы». Итак, у Моцарта эта часть обрывается в самом начале, на грандиозном подъёме чуть не через две октавы. А что потом? Сладенький эпизод, в котором повторяется первая строка текста – «Lacrimosa dies illa» прямо-таки оскорбляет слух (это Айблер? или Зюсмайр?). А вот продолжено и завершено вполне в духе Моцарта, и Аберт замечает, что:

 

«мы напрасно искали бы подобный проблеск гениальности в собственной церковной музыке Зюсмайра; следовательно, у нас не остаётся иного выбора, как либо признать, что … он внезапно из талантливого превратился в гениального, либо согласиться с тем, что он использовал для этой работы эскизы Моцарта».

 

Теперь об этих самых эскизах.

Их нет. Констанца писала, что после смерти мужа на его рабочем пюпитре оставались какие-то черновики, которые она и отдала Зюсмайру. Не хотелось бы в очередной раз худо говорить о том, кому обязаны мы все сохранением этого шедевра, пусть даже и в несколько «усечённом» виде, но похоже на то, что милый ученик просто-напросто украл ноты покойного. Впрочем, вместо извинения, достоверно-то ничего не известно. Ещё тогда не у кого было спросить. Зюсмайер упорно утверждал – моё творение. А вот нет тебе! – заочно (и посмертно) уже двести лет твердят музыковеды – ты использовал Моцартовы эскизы, ну пусть не эскизы, пусть просто задумки, пусть его явно или косвенно выраженные устные указания, но ты не мог этого сочинить. Ситуация не для суда; в наше время, скорее всего, Зюсмайер был бы признан официальным соавтором. Нет документов.

 

К слову, об эскизах. Какие-то наброски к Requiem были обнаружены в эскизах к «Милосердию Тита» и «Волшебной флейте». Это в примечаниях редактора; в основном тексте книги об этом ни слова, поскольку открытие было сделано в 1962 г., когда Германа Аберта уже не было в живых. В этих же примечаниях обсуждается один из эскизов, который представляет собой набросок фуги на слово «Amen». В тексте Requiem˺а «Amen» говорят только в конце «Lacrimos˺ы». И вот где-то в конце 90-х автору сих постов попалась мини-кассета с очень оригинальной записью «Requiem˺а». Не помню, кто исполнители, но вместо традиционного лаконичного (и потрясающего в своей искренности) «Amen» в редакции Зюсмайра, здесь вниманию слушателю предлагалось бодрое и пространное фугированное заключение на это слово. Весь «Requiem» кончался на «Hostias». Мне лучше всё-таки распространённая версия. Тот самый случай, когда решающим оказывается не юридическая сторона вопроса, а акт веры, или, точнее, доверия к преобладающему мнению знающих людей, без преувеличения жизнь положившим на изучение вопроса. Интересно, имеет ли в наше время юридическую силу метод экспертных оценок?

 

Между прочим, ещё во время-оно, когда в переписке с издательством «Breitkopf & Härtel» Зюсмайр настаивал на своей версии (полное авторство в отсутствующих частях), в прессе было, по утверждению Аберта, заявлено, что:

 

«ставшая известной художественная продукция г-на Зюсмайра подвергает действительно строгой критике утверждение о [его] существенном участии в этом великолепном произведении».

 

Если уж говорить об участии, то прямое зюсмайерово сочинительство скорее губительно для музыкального полотна «Requiem˺a». Швы или даже дырки – сплошь и рядом в разделе «Sanctus/Benedictus».

 

По поводу «Sanctus/Benedictus», мнение музыковедов. Первая тема (Sanctus) – Моцарта, отмечаются признаки мотивного сходства с предыдущими темами. Только вот Зюсмайер не знал, что с ней делать, инструментовка совершенно не моцартовская. Далее, «Pleni sunt caeli» — авторство Моцарта сомнительно. Тема «Hosanna», в первоначальном проведении в четырёх голосах принадлежит Моцарту, а развитие и заключение, вялые и плоские – рука Зюсмайра. Божественное «Benedictus qui Venita Institutum Domini» рука Моцарта, с доказательствами в виде источников в прежнем творчестве, в смысле вокала; инструментовка Зюсмайра, его же средний эпизод (недоразработка), реприза соответственно тоже Моцарт, заключение Зюсмайр. Повторение фугато «Hosanna» опять Зюсмайер – после проведения темы в четырёх голосах мы вообще не знали, что писать потом, ну и прекратили течение музыкальное…

«Agnus Dei». Никакого Зюсмайра и близко не стояло. Цитирую Аберта:

 

«Весь «Agnus Dei» насыщен столь сильным вдохновением и столь тесно связан со всем Реквиемом, что, при всём уважении к мастерству Зюсмайера, его авторство здесь следует исключить».

 

Короче – плагиат…

Кроме чисто эмоционального впечатления, для меня лично «Agnus Dei» — отдохновение после очевидных глупостей предыдущего раздела…

 

В смысле современных попыток устранить Зюсмайера из этого раздела – рекомендую запись Аббадо в нашей фонотеке. Кто ещё не слушал, будет суперинтересно.

Ну, о заключении Requiem˺а – как пишут и Зюсмайер, и Констанца, сам Маэстро выражал пожелание, чтобы в конце была та же музыка, что и в начале. Неизвестно и никогда не будет известно, как бы решил вопрос сам Моцарт, но у редактора не было, пожалуй, иного выхода, чем тот, который он избрал – точное воспроизведение вокала и инструментовки Вступления, начиная с соло сопрано, только с другими словами…

 

В заключение – снова о графе Вальзегге. Неизвестно, как он относился к многочисленным исполнениям Requiem˺a (который быстро, в первые же годы своей, пользуясь терминологией другой ветки нашего форума, экзистенции, стал популярнейшим произведением этого жанра) – может, и не слышал ничего. Но вот публикация партитуры издательством «Breitkopf & Härtel» в 1800 году его, так сказать, обеспокоила. Он потребовал от Констанцы объяснений и компенсации. После переговоров граф согласился удовольствоваться то ли копиями нескольких напечатанных произведений Моцарта, то ли некими рукописями, перу Моцарта вовсе не принадлежащими. Более того, любезность удовлетворённого графа простёрлась так далеко, что он согласился предоставить свой экземпляр партитуры для сверки с напечатанным вариантом…

 

За сим – благодарю за внимание.

 

Kirillia: Огромное вам спасибо!

 

sir Grey: Случайно попал на эту, как говорится, ветку, и большое спасибо Валерию Второму за очень интересные выписки, цитаты, рассуждения. Спасибо.

 

А спросить-то я изначально хотел другое: кто такой Салтыков, переложивший «Lacrimos˺у» для фортепиано?

 

 

 

 

Глава 127

Георг Фридрих Гендель

 

 

Te Deum Dettingen ре мажор HWV 283

Фестивальный оркестр Генделя в Халле

Ховард Арман (дирижер)

 

ditlinda: Деттингенское сражение – одно из множества битв за австрийское наследство в длительном военном конфликте (1740-1748)гг. Сражение закончилось победой так называемой Прагматической армии под командованием британского короля Георга II – последнего британского монарха, который лично вёл войска в бой и он же был последним английским королём, который родился за пределами Англии, в Ганновере.

Начало Dettingen Te Deum, действительно, очень похоже на Te Deum Антонио Урио.

 

Aelina: Большое спасибо за новое (и к тому же полное) добавление Кантики. Надо бы перенести запись на подобающую ей страничку…

 

ditlinda: Пожалуйста, Элина. Но мне кажется, что Коха, Армана и Пиннока

надо объединить на отдельной страничке. Это же полная версия гимна, или я не права?

 

Aelina: Да, полная.

Тогда арии (в разных интерпретациях) уйдут в раздел «Части произведений», что не желательно.

 

ditlinda: Да, Вы правы. «Dignare» обрела свою жизнь отдельно от гимна, но слушая разные исполнения этой арии, всё время сомневалась, а Гендель ли это? Уж очень как-то или пафосно, или романсово или надрывно. Это-то и подвигло искать «своё» исполнение. Кстати прочитала, что изначально ария «Vouchsafe, O Lord» писалась для высокого баса.

 

Aelina: Вот как! Интересно.

А я впервые услышала этот номер в исполнении хора дискантов в одной из серий сериала «Метода» с Хабенским.

 

ditlinda: Очень странно, если учесть содержание арии. По крайней мере начало: «Vouchsafe , o Lord, to keep us this day without sin».

 

Aelina: Может быть я что-то путаю, но прекрасные детские голоса ангельски выводили мелодию именно этой арии, повторяя «miserere».

 

ditlinda: Всё правильно, только странность в том, что детки-ангелы поют о том, чтоб в этот день не согрешить. Пусть дядьки с высокими басами об этом поют.

 

Aelina: Да, хотелось бы послушать.

В трех полных архивных исполнениях Кантики предпоследний номер исполняется тенорами. Неаутентика.

 

ditlinda: А разве это не высокий бас? Одно радует, контртенор могу пока отличить.

 

Aelina: Я совсем запуталась… А контртенора запросто можно спутать с сопранистом.

 

LAKE: Милые девушки, спасибо за ваш диалог. Отдохнул душой и всем постам вашим плюсы поставил от неё же. Вы обе славные и очень-очень хорошие!

 

 

 

 

Глава 128

 

Антон Брукнер

 

 

Симфония № 9 ре минор (1887-96) WAB.109

Берлинский филармонический оркестр

Даниэль Баренбойм (дирижёр)

 

sir Grey: Нравится-то, мне, конечно, нравится, но пока плохо доходит. Мне говорили, что эта симфония самая великая-развеликая, я вот до нее добрался. Не доходит пока. Она действительно считается самой великой (понимаю, насколько вообще можно так делить)?

 

samlev: Мне кажется, что Восьмая и Седьмая, как минимум, не уступают Девятой. Но и ее я люблю. Все, что с Шестой и дальше — для меня шедевры, полные смысла, жизни и чего-то типа персонального подарка – как валерьянка для кота. В общем, чистый драг. Ранние хороши, но они еще не так «взболтаны». Вот Вам мой искренний совет. Послушайте не только Брукнера, послушайте Малера с Теннштедтом. Во-первых – все слышно. А потом – я Вам спокойно договорю…

 

sir Grey: Или послушать Бернстайна? Помогает, кажется…

 

samlev: Ну, зачем Вам шоумен? Возьмите Фуртвенглера. Затем Челибидаке или Ванда. Они очень разные, но играют музыку, а не себя показывают.

 

sir Grey: Спасибо за совет, это мне нужно. Возьму. А разве Бернстайн – шоумен? По-моему, нет. И мне нравится, как звучит у него эта симфония.

 

samlev: Если нравится – замечательно. Шоумен – это не так плохо.

 

victormain: Не соглашусь, Бернстайн шоуменом не был. Он не виноват, что у него такая уморительная пластика, психика, физика, химия и прочее. Я довольно неровно к нему отношусь, но шоумен не будет делать четырёхчасовую передачу на ТВ с анализом каждой ноты «Вопроса, оставшегося без ответа» Айвза, с поминутными подкреплениями своих слов оркестровыми демонстрациями. Помню, как я обалдел, когда это увидал. Причём разговор заодно шёл не только о конкретно этой пьесе, и как-то всё это было умно и приятно. И записи его воскресных концертов (рояль, оркестр) для детей (ещё, когда он был помоложе) меня совершенно покорили. Он очень много хорошего сделал для нормального отношения людей (и миллиардера-спонсора, и среднего американца-налогоплательщика) к искусству. Конечно, если отключить звук и посмотреть, что с человеком делается за пультом в Четвёртой, скажем, Брамса – никакого Макса Линдера не надо. Но музыкант он всё-таки был настоящий.

 

samlev: Совершенно согласен, что, как лектор и популяризатор, Бернстайн равных себе не имеет. Идеальное сочетание всех компонентов – владение инструментом, ум, понимание, любовь к предмету, память, умение увлечь, артистизм, обаяние… Но в дирижировании – а он и это делает замечательно, не спорю, у него есть очень грозные конкуренты, которые глубже и мощней его. И их немало. Так почему бы не отдать ему должное в том, в чем он остается непревзойденным, и не строить иллюзий на его счет в делах, в которых он способен уступить?

 

sir Grey: Мне бы следовало «с ученым видом знатока хранить молчанье в важном споре». Хотя, по-моему, спора почти нет. Лев прав уже в том, что шоумен – это не обязательно плохо, смотря как понимать шоумена. Рихтер что-то говорит о том, что пианист не только играет музыку, но важно, как он выйдет на сцену, как сядет, сколько времени и как будет ждать и т. п. Я не помню точно, но смысл был такой. И это шоуменство, только оно у него не показное, а входит в понятие артистизма. А у Гилельса этого не было и в помине. И кто лучше? Вопрос. Я согласен и с тем, что мимика у Бернстайна потрясающая, и чувство юмора. Он же дирижировал бровями? Это известное видео. А Караян — просто положив руки на пульт. Видео не видел, но слышал. Просто, видимо, иногда слава музыкантов, которые известны чем-то, помимо своего искусства, кажется преувеличенной, а те, которые лишь скромно выполняют свою работу – остаются в тени.

 

 

 

Глава 129

 

Никколо Паганини

 

 

Венецианский карнавал, вариации на тему народной песни «O mamma, mamma cara», op. 10

Вадим Репин (скрипка)

 

mozamozart: Скажите, Андрей, на Ваш вигляд, что такого неординарного могло быть в игре Паганини, что слава его как композитора на время отступила перед славой его как виртуоза? Или сейчас это уже трудно сказать?

 

Intermezzo: Ну Вы спросили! Сейчас, конечно, остались воспоминания о нем, биографии и т. д. и т. п… Но в целом, уверен, очень-очень много информации о его игре утеряно.

Говорят, его некоторое время отказывались хоронить – его гроб объездил множество городов Италии, и никто не брался принять его. А все из-за его репутации «диявола» – он и выглядел-то не очень ангельски. Ну и, конечно, эта история, как ему отрезали все струны, кроме струны соль. И как он вышел на сцену и все сыграл на ней одной. Он, прежде всего, славился как непревзойденный виртуоз. У меня есть его Второй Концерт и 24 каприса. Это местами или реально трудно, или просто-таки нереально.

А его сочинения только стремились к выполнению главной его цели – надолго послать публику в обморок.  И наверняка этой цели достигали.

 

Кстати, что было очень несвойственно до Паганини – это его потрясающее чередование пиццикато с арко. Совершенно новый (и другой!) уровень техники! Послушайте Кампанеллу – вот это огонь!

 

Valery2: Имеем повторение истории про Моцарта и Сальери. Клевета продолжает жить в веках…

Имеются вроде бы прижизненные изображения Паганини (и свидетельства современников) – и в тех и в других он предстаёт довольно симпатичным мужчиной, нет в его облике ничего уродливого. Эта долгоживущая версия – плод многолетних трудов католической церкви, с которой скрипач находился в затяжном конфликте; отсюда и официальный запрет на захоронение музыканта, который удалось отменить только его сыну, ценой потери значительной доли собственного состояния, полученного в наследство от отца.

 

musikus: На тему. Был такой чудесный художник Григорий Ингер, который с детства мечтал стать скрипачом, но после тифа оглох и стал рисовать. У него великолепная графика на разнообразные темы, в том числе книжная (Шолом Алейхем, Сервантес и др.). Но одной из главных тем его творчества были изображения композиторов, и две главные фигуры – Бетховен и Паганини. Можно понять почему. В большой серии рисунков просвященных Паганини последний предстает фигурой драматичной, но вовсе не инфернальной. В 2006 году вышел сборник, посвященный Ингеру с репродукциями и текстами. Там, в частности, есть и моя статья, посвященная Бетховену и Паганини Ингера. Она была написана лет тридцять пять назад, при жизни Григория Бенционовича, но в те времена книгу трудно было пробить. Вышла только теперь, после смерти художника

 

 

 

 

Глава 130

Владимир Валентинович Пономарёв

 

 

Две енисейские свадебные, слова народные

Татьяна Короткова (хоровой дирижер)

 

yarunskiy: Поразительно похожи и на украинские свадебные напевы, по крайней мере – мелодика очень близка.

 

Phalaenopsis: Вы можете смеяться надо мной, но, слушая африканский народный фолклор, обнаруживаешь порой сходство, иногда колоссальное. Мали, Сенегал, Нигер. Я удивился, когда похожесть была с удмуртскими и мордовскими фольклорными песнями. С русскими тоже, когда они исполняются особенно аутентично.

 

precipitato: Интонационно может быть большое сходство, но все, что из Африки выходит – обычно очень ритмически сложно, я слышал записи пигмеев – это чистый Нанкарроу по ритмике, нотировать совершенно невозможно.

 

Romy_Van_Geyten: Я даже был на таком концерте. В первом отделении Аймар играл «Этюды» Лигети, а во втором выступали ребята из Центральной Африки – человек тринадцать, думаю. Я не ощутил никакого стилистического диссонанса – то, что они поют, можно исполнять на любом самом модерновом фестивале.

 

Bauer: Хорошие песни, и спеты умело. А что это за хор?

 

paraklit: Этого хора – увы – уже нет. Но хор был классный… Хормейстер – Татьяна Короткова сейчас живёт в Канаде.

 

Bauer: То есть, хор этот был в Красноярске? Я помню, что тридцать пять лет назад ни одного нормального хора в Красноярске не было.

 

paraklit: Мы пережили необычайное «хоровое кипение» в 80-е и 90-е годы. Об этом я писал во многих статьях – они есть на сайте АМС. Потом наступил другой период… Одни хоры, профессиональные, не выдержали экономического кризиса страны, а другие, не имевшие статуса профессиональных коллективов – потеряли шанс его получить. Руководители этих коллективов сейчас в Канаде, Франции и Петербурге… Ну, кое-кто, конечно, и здесь остался. Лучший хор города сегодня — хор студентов КГАМиТ, и он действительно очень хороший… правда, связан учебным планом. Почти все эти хоры — их звучание – есть в моей подборке.

 

 

 

 

Глава 131

Франц Адольф Бервальд

 

 

Струнный квартет № 2 ля минор (1849)

Фредрик Паулсон (скрипка)

 

Aelina: Животворные нити радости искусно вплетены в музыкальное полотно…

Алое восходящее солнце, постепенно согревающее всё вокруг…

Его золотые лучи проникают в самую глубь души…

Дивный свет распахнувшихся любимых глаз…

Невесомое ощущение благостного покоя… и вдруг…

легкий укол безотчетной тоски…

 

Romy_Van_Geyten: Ну вот – наконец-то, а то мы уже волновались. Жизнь налаживается. Немцы проиграли, зато Элина объявилась.

 

Aelina: Спасибо, Роми!

Этот квартет Бёрвальда настоящий гимн радуги оттенков

и переходов одного чувства в другое…

 

Maxilena: Элиночка!! Наконец-то! И форум вновь зацвел и заблагоухал!

 

Aelina: Спасибо, дорогая Макси! Я так рада и так волнуюсь, что в предыдущих комментариях сделала несколько ошибок.

 

Maxilena: Элиночка, разве можно заметить ошибки в Ваших комментариях!

 

Aelina: Жаль, что никто не разделяет моих восторгов от этого великолепного квартета.

 

precipitato: Да все разделяют, знают просто его давно.

 

Aelina: Что ж, перехожу на творчество Шуберта… Милые друзья, жду ваших рекомендаций…

 

precipitato: У Шуберта послушайте фортепьянные пьесы – экспромты, музыкальные моменты.

 

Aelina: … Дорогой Юрий Вильевич! Спасибо!!! Благодаря Вам я вернулась к творчеству Шуберта, слушаю, заново открываю, наслаждаюсь и восхищаюсь его уникальным талантом!!!! Он самый –самый гениальный гений!!!!!!

 

precipitato: Всегда, пожалуйста, обращайтесь. Вы так трогательно восхищаетесь!

 

Maxilena: Удивительно насколько один душевно чистый человек может согреть своим теплом всех остальных!

 

 

 

 

Глава 132

 

Франц Шуберт

 

 

Скиталец

Фантазия до мажор для фортепиано Op.15 D 760

Святослав Рихтер (фортепиано)

29/11/62 — Mocква, БЗК

 

balaklava: Удивительно, что вытворяет этот исполнитель! Превратил довольно заурядную камерную пьеску в симфоническую поэму!

 

alexshmurak: Фантазия «Скиталец» Шуберта – заурядная камерная пьеска?!..

С Вами нужно сделать что-то плохое и очень болезненное что-то, срочно.

 

Aelina: Лёша, не смей прикасаться к моему лучшему другу!!! Что-то болезненное делай лучше со мной.

 

MargarMast: «Скиталец» Рихтера 1962-го года – самый неистовый, буйный и беспокойный. Прямо не Скиталец, а Моталец. Моталец в поисках истины.

 

А сколько в нём самом было надежд и света, и взгляда вперёд. И вот это минорное отступление – как будто с осознанием того, что это преходяще.

 

А что это за минорное отступление? Несколько такого похоронного толка, хотя и короткое. Что это такое, кто скажет?

 

precipitato: А это, собственно – «Скиталец» и есть, цитата из его песни, поэтому и фантазия так называется.

 

Mikhail_Kollontay: В том еще смысле, что надо почитать первоисточник – роман «Мельмот-скиталец» Матьюрина, тогда наделавший шороху вроде «Мастера и Маргариты», надолго. Из него русские писатели тоже тащили всякую дрянь в промышленных количествах.

 

sir Grey: Самая моя нелюбимая вещь у Шуберта, так Рихтер ее шесть раз записал!

 

 

 

 

Глава 133

Вольфганг Амадей Моцарт

 

 

Аполлон и Гиацинт

Опера (1767) KV 38

Оркестр «Моцартеум» (Зальцбург)

Йозеф Вальниг (дирижёр)

 

Aelina: Я знаю, что со мной никто не согласится, но посмею утверждать, что эта опера у Моцарта – самая прекрасная!!! Самая пленительная!!! Самая обворожительная!!!

Дуэт Мелии и Эбала из третьего акта своей красотой и выразительностью может свести с ума!!!

 

precipitato: Ну – уж и самая…

 

victormain: Конечно, не самая. Но письмо классное. Папа начисто рукопись переписал, возможно, в оркестровке что-то достраивал, но в целом считается всё авторское, Вольфи. Постановочный шедевр Юры Борисова был в театре Пекровского в 80-х: всю оперу пели и разыгрывали десяти-одиннадцатилетние дети, ровесники и ровесницы Моцарта времени создания им оперы.

 

Aelina: Неужели Моцарту было всего одиннадцать лет, когда он начал ваять это чудо?

 

victormain: Почему начал? Как начал, так и закончил. Весной; и сразу премьера. А в конце года он вставил музыку Дуэта Мелии и Эбалуса (действительно прекрасного, хотя Глюк очень в нём отозвался) в Шестую Симфонию второй частью. Помнится мне, что и попозже материал этот где-то у него проскользнул, но сейчас уже не вспомню точно.

 

Aelina: Большое спасибо за любопытные сведения, Виктор Николаевич, срочно скачиваю Шестую симфонию!!!

 

victormain: В Дуэте разворот в минор круче, мне больше тут нравится, чем в Симфонии.

 

Maxilena: Ох, не соблазняйте меня! Я Моцарта намеренно не слушаю. Стоит начать – потом не выберусь… Вы знаете, в чем-то я Элину понимаю. Когда я слушаю «Дон Жуана», я абсолютно уверена, что это – самая-самая, Опера опер. А когда слушаю «Волшебную флейту» – то я совершенно уверена в том же. Это для меня феномен одного только Моцарта.

 

Aelina: А какая же опера у Моцарта «самая-самая», кто скажет?

 

Romy_Van_Geyten: Таких у него целых три – «Свадьба Фигаро», «Дон Жуан» и «Волшебная Флейта».

 

victormain: Я знаю людей, которые «Дон Жуану» предпочитают «Так поступают все женщины». Лично я с этими тремя операми согласен, с сильным предпочтением «Волшебной флейты».

 

Andrew_Popoff: Абсолютно согласен.

 

Maxilena: Ну вот, так и знала… Для меня «Волшебная Флейта» и «Дон Жуан» – два лица одной оперы.

 

Aelina: Как бы хотелось послушать исполнение, в котором партию Гиацинта исполняет бой-сопрано!

 

Romy_Van_Geyten: Абалдеть, какой гениальный футбол. Это не футбол, а фейерверк. (3:0 уже, между прочим. Испания!)

 

precipitato: Да, глухо – итальянцам не отыграться.

 

 

 

 

Глава 134

Аelina

 

 

Форумная викторина

 

Aelina: Подберите эпитеты к словам: лес, кувшин, лошадь, дельфин, чайка и море.

 

Karapyzik: Море

 

Карапузик разыскивал лес.

Выпив пива огромный кувшин.

Но на лошадь он так и не влез,

сивка скользкой была, как дельфин.

 

Карапузик бы чайкой взлетел,

да живот непомерно разбух.

А на море – плевать он хотел!

Он хотел … нет, нельзя это вслух.

 

Aelina: Карапузик рассмешил меня до слёз!!!

 

Karapyzik: Твой смех

 

Aeline

 

Твой смех награда для меня!

Благоуханный и сердечный,

светлей он вечного огня!

И ярче звёзд, таких же вечных!

 

Твой смех, как песня соловья!

Ручья весеннего он звонче!

Теперь скажи мне – я твоя!

А лучше крикни, да погромче.

 

Нет, не затем, чтоб я оглох.

Здесь говорю я без улыбки.

Но чтобы я услышать мог –

имею слух довольно зыбкий.

 

Сейчас приставлю я рожок –

попутчик старости суровой,

а ты уж вымолви, дружок,

вот те заветные два слова!

 

Post scriptum

 

Хоть Карапуз – признаюсь я –

в делах любви калачик тёртый,

но часто, вместо «я твоя»

он получал – «иди ты к чёрту!»

 

Aelina: Милый Карапузик, конечно, я люблю тебя… Сибилла…

 

Karapyzik: Рандеву

 

Aeline

 

Когда ты скажешь мне: люблю,

то я, конечно, первым делом,

и с эротическим прицелом,

прилежно щёки поскоблю.

 

Затем – срелою в магазин,

сухим чтоб не было жаркое,

и выбрать что-нибудь такое

из пожилых испанских вин.

 

Хоть tet-a-tet ещё не брак,

а лишь условная помолвка,

тайком устроенная ловко,

надеть не лишним будет фрак.

 

Румяный, с яблоками, гусь

в меня и сам влюблён как будто.

Зажгу свечу, поставлю фрукты,

протру фужеры, и … проснусь.

 

 

 

Глава 135

Шарль Камиль Сен-Санс

 

 

Концерт для скрипки с оркестром № 3 си минор op. 61

Оркестр «New Philharmonia»

Ульф Хёльшер (скрипка)

Пьер Дерво (дирижер)

 

DzhiTi: Потрясающий концерт! Обожаю си-минор.

 

precipitato: Любить си минор можно, конечно, но тайно, а вот так открытым текстом написать – уж больно смело.

 

DzhiTi: Ну почему же?? Я всегда выбираю концерты в си миноре, это что, плохо?

 

precipitato: Галя, да это же форумный мем, си и ре минор – табуированные тональности, в общем, шутил я.

 

DzhiTi: Я так и подумала. Ре-минор я тоже люблю.

Все-таки си-минор это супер.

 

victormain: Абсолютный притом! Галилей Вы наш… (ласково)…

 

precipitato: Кстати, си минорных концертов мало совсем, я только два вспомнил. Для фортепьяно вообще нет.

 

victormain: Виолончельный Яниса Иванова считаешь? Он хороший.

 

precipitato: Да ну…

 

victormain: Это опус сорокового года, в юности он меня просто удивил приятно. Сейчас нравится меньше, но всё равно много очень хорошего. Дело шло к латышскому Сибелиусу; к сожалению, получилось всё иначе. Послушай.

 

precipitato: Не буду!

 

ChopinMazurka47: А я люблю до-диез минор, ре-бемоль мажор и си-бемоль минор. И да, ещё ми-бемоль минор и ля-бемоль минор!

 

Mikhail_Kollontay: А я вот не люблю до-бемоль минор, такая странность.

 

ChopinMazurka47: До-бемоль минор не используется в нотной записи. Он имеет при ключе десять знаков и энгармонически равен си минору.

 

precipitato: Интересно знать – каких именно десять.

 

childcomposer: Си-бемоль, ми-бемоль, ля-бемоль, ре-бемоль, соль-бемоль, до-бемоль, фа-бемоль, си-дубль-бемоль, ми-дубль-бемоль, ля-дубль-бемоль.

 

precipitato: Вы хоть раз видели дубль-бемоли в ключе?

 

childcomposer: Да, я один раз видел си-дубль-бемоль в ключе:

 

А. Островский, С.Соловьев, В.Шокин.

Сольфеджио. Выпуск II. Изд. 5-е, М., «Советский композитор», 1973. Стр. 91, нотный пример № 216. Народная песня «Дума ткача». Ре-бемоль минор.

 

precipitato: Ну, это бред какой-то.

 

LAKE: Эта дикость действительно есть в разделе «Песни революционного подполья, партизанские песни, песни мира и дружбы народов».

 

Но си-дубль-бемоль – только присказка.

Ведь нельзя же, чтобы в «перезабемоленом» ключе первым бемолем стояла не не си-бемоль. Так вот, первый «ключевой» бемоль там си-бемоль, но в скобках. Потом все ноты как следует пробемолены, а замыкает эту феерию си-дубль-бемоль.

 

То есть, в данном случае седьмой нотой гаммы, с позволения сказать, таки мы должны считать си-бекар. Умора.

 

precipitato: Странно, я учился у Арона, как он такое пропустил, он весьма грамотный дядька был.

 

victormain: В нотных записях современных фольклористов такого всякого полно. Иногда оправдано (они стараются публиковать на той высоте, на которой спето; вот и появляются, исходя из ладовых закономерностей, чудо-лады и чудо-тональности, иногда нет. Но у Арона тут никакой ошибки нет.

 

  1. S: У Шуберта фа-бемоль мажор – рабочая тональность. Я сам до до-бемоль минора точно добирался, дальше – не помню (ничего…).

 

 

 

Глава 136

Людвиг ван Бетховен

 

 

К Элизе

Багатель для фортепиано ля минор (1810) WoO 59

Ричард Клайдерман (фортепиано)

 

art15: Кемпф лучше сыграл.

 

Romy_Van_Geyten: Эмм… Лучше, чем Клайдерман?

 

art15: Конечно.

 

alexshmurak: Немыслимо! как можно играть лучше, чем Этот Великий Артист?… Я млею. Заставило подумать!

 

Новые краски, открытые Артистом в этом исполнении, наполнили меня Грустью Разлуки!

 

op132: А меня – Болью Расставания.

 

alexshmurak: Настя, что ты, ты же замужем, у тебя всё хорошо! (Плачет)

 

op132: «Грусть души… боль, слезы, обида.. зачем все так?»

sir Grey: Про «К Элизе» скажите что-нибудь, люди.

 

art15: Послушайте Кемпфа.

 

sir Grey: Да слушал я! Вот народ! Мне про произведение.

«К Элизе». Опуса нет. Значит, сам Бетховен считал, что это дрянь. Так, безделица.

 

op132: И вовсе не дрянь. А опус он не поставил потому что стеснялся слишком явного сходства темы с фрагментом оперы Петера фон Винтера «Прерванное жертвоприношение» (1796). Читайте об этом у Кириллиной!

 

Romy_Van_Geyten: Хм… А кто ему мешал назвать их как «Диабелли». Что-то неубедительно…

 

op132: Потому что это получилось непроизвольно. Впрочем, я не настаиваю, это только одна из версий.

 

Mikhail_Kollontay: Кириллину не читал, хотя очень уважаю. Просто книг ее нет у меня. Скорее всего, Бетховен мог написать ту же самую музыку параллельно. Как считал Мазель, тема вариаций максимально детерминирована, там практически влит опыт веков, шаблон своего рода. «Вариации на тему Винтера» (кажется, в фа мажоре?) у Бетховена есть – само собой, на другую, конечно, тему.

 

sir Grey: Вообще, у Кириллиной есть противоречия. Говорится, что современники не заметили сходства, потому что разный масштаб дарования, и в то же время – о большой популярности Винтера среди современников. А кстати, господа музыканты, и дамы, и просто разбирающиеся в музыке – сама тема вариаций что-нибудь из себя представляет, или это очередное общее место? И мне лично, когда я слышу тему, все время вспоминается Гендель (хоть я его и не люблю, а он вспоминается все равно). Гендель не имеет отношения к теме?

 

Mikhail_Kollontay: Вот именно, что общее место, но, конечно, по-бетховенски заостренное и утяжелённое, например, острейшим переченьем, что довольно трудно объяснить, раблезиански гипертрофированными тиратами, парадоксально тихим пиццикатным завершением и так далее. Без вот этих вот львиных каловых, даже не уринных, меток территории – может быть что Винтер, что Гендель, что угодно. Конечно, прототип – вполне традиционная чакона или пассакалия, я не знаю точнее, да и то, что на нее наверчиваются в бесконечном количестве вариации, тоже традиционно. В этом смысле то, что там можно какие-то вариации добавлять от себя, а какие-то выбрасывать – не так уж и глупо (к вопросу о критике исполнения Рахманинова).

 

sir Grey: Пиццикато – я понял сам. Тираты – посмотрел сейчас, понятно. А что такое «острейшее переченье»?

 

op132: Упрощенно: верхний голос идет хроматическим путем, а нижний – диатоническим, противоречие между ними – переченье.

 

Mikhail_Kollontay: Только вот у автора это перечение в пределах одного голоса (фа-фа диез), хотя этот голос у него и разваливается в духе учебника Курта на полифонические составляющие. Ничего-то человек не умел.

 

sir Grey: С интересом буду следить, если обсуждение продолжится – есть скрытая полифония или нет. Но главное – я начал понимать, о чем речь. И еще раз всем спасибо.

 

Mikhail_Kollontay: Скрытая полифония у Бетховена не получилась. Если бы во втором такте он написал не претенциозное «соль», а, как полагается, «ре», то всё было бы мило-хорошо. Но дело-то пошло плохо. Пришлось брать «фа» уже с параллельными октавами (к псевдо-верхнему голосу), после чего с позором ретироваться, чему свидетельством весь этот свинский поворот событий с мнимыми переченьями и мнимыми 13-полутонными (как считают, однополутонными, но это на совести) интервалами. За что мы этого отрока так нежно и любим – за бестолковость на ровном месте.

 

 

 

 

Глава 137

Александр Сергеевич Даргомыжский

 

 

Русалка 

Опера (1856)

Владимир Федосеев (дирижер)

 

mikrus72: Владимир Федосеев провел всю оперу блестяще! Выше всяких похвал. Прослушал оперу на одном дыхании. И был восхищен ее драматизмом, комизмом, выразительными речитативами, бесподобными живыми дуэтами, и одному Богу только известно какая была бы «Русалка» если бы Александр Сергеевич Пушкин закончил свою̀. Жаль, не дописал. Был застрелен на дуэли (слышали, может быть).

Вот полного пушкинского тёзку Александра Сергеевича Даргомыжского ругают за условные кантилены (итальянизмы), блестящие крайне мелодичные арии, и так далее. Говорят, что это сделало «Русалку» слишком гладкой, от чего она стала несколько сладенькой. Я думаю, это ерунда! Не согласен полностью! «Русалка» бесспорный шедевр.

Вот говорят – подражательство итальянцам! Но, так говорят люди далекие от искусства, так как «русская школа» – это и есть все лучшее, что было создано Европой!

Просто все лучшее было культивировано, внедрено в России. Как говорится, семена bel canto упали на русскую землю и стали рождаться такие композиторы, как Глинка и Даргомыжский. Наша культура это синтез. В синтезе и заключена русская школа. Поэтому обвинять Даргомыжского в подражательстве Западу, все равно, что обвинять Брюллова в подражательстве Рафаэлю, которого он копировал пять лет, и которого боготворил…

Русалка смесь кантилена и мелодического речитатива. Уникальна! А ведь первая постановка «Русалки» провалилась… Даргомыжский хотел сжечь партитуру. Хорошо, что дирекция театра не выдала ноты. А то бы не было у нас «Русалки».…

Несмотря на то, что Владимир Иванович Федосеев провел оперу мастерски, первая ария Мельника исполнена слабо. Ведь Мельник — хозяин угодий и поместий, а певец (жаль, не указана фамилия) раскрыл только одну его сторону – сторону степенного мужика, и совершено не раскрыл то, как этот «степенный мужик» теряет терпение, когда учит свою дочь Наташу. Там и интонации должны быть другие и тон по-нравоучительней и всё как–то по хара̀ктерней! Вообще: не хватило лепки; недолепил образ. Интонации не так богато звучат, как могли бы. (Шаляпин Мельник — это да!) Но это только в начале. А дальше всё просто шедеврально исполнено.

 

Mikhail_Kollontay: Я только думаю, что влияния не итальянские, а французские. Не случайно же первая опера Даргомыжского — «Эсмеральда» – в чистом виде французская по формату и по сюжету. По мне – выше таланта, чем Даргомыжского, русская нива еще не взрастила пока. Жаль только, что он должен был зарабатывать посторонним трудом себе на жизнь, так что еще удивительно, что хоть что-то достойное смог написать. При этом опера еще недозрелая, думаю, там много такого, за что автору было потом неловко. Но то, что есть, выражает глубочайшую правду о человеке, содержит множество новых идей, хотя и не таких еще радикальных, как в «Каменном Госте». Очень много условных символов, которые надо чуть-чуть узнать, чтобы понять, что̀ автор имел в виду. Скажем, излюбленный прыжок на септиму вниз, противоестественное предание самого себя в руки дьявола (прием, украденный потом Мусоргским в начале «Бабы-Яги», но заимствованный еще из «Наины» Глинки), западнорусская колыбельная-страшилка  («Идет коза рогатая»), известная по сборнику Римского-Корсакова, которая сквозит во многих сочинениях Александра Сергеевича (а также употребляема и Шопеном, по сходству культур), единственный след от оперы с диалогами – «Мельника-колдуна» — в завершающей сцене, то есть появление Русалочки. Есть в партии Мельника забавные цитаты из партии Сусанина, такое непроизвольное воровство. Но вот по сюжетной необходимости перетянутые сцены (особенно обидно затянутое завершение первой картины), малоинтересные партии некоторых персонажей делают оперу в постановке скучной. Так вышло, что я немного содействовал постановке в ГАБТе в конце 90-х — начале 00-х, но, оказалось, что вряд ли надо было предпринимать эту попытку. Слушая оперу, вспоминаешь «попсу» тех далеких лет — бытовой романс, и, оказывается, какая сила, просто вот жизнь и смерть в этих даже и наивных мыслях и чувствах. То же, а порой и с большей еще силой, видим в романсах Даргомыжского.

 

Twist7: Прекрасная опера и отличное исполнение!!!

 

Mikhail_Kollontay: Тут есть старый советский фильм, очень приличный, на мой взгляд, и поют там хорошо очень.

 

victormain: Но в кадре из певцов там только Кривченя. Остальных сыграли драматические артисты под фонограмму, насколько я помню.

 

Mikhail_Kollontay: Мне тоже так кажется, но фильм черно-белый, всё там одно к одному, что сейчас уже и не встретишь, и, в общем, видеоряд не мешает слушать. Там, кажется, и Козловский, который, как всегда, умеет куда-то искоса в корень посмотреть.

 

GuglielmoTell: Исполнители у Федосеева:

 

Мельник – Александр Ведерников

Наталья – Наталья Михайлова

Князь – Константин Плужников

Княгиня – Нина Терентьева

Ольга – Галина Писаренко

 

Запись 1983 г.

 

1dfcbkbq9: Прослушал ещё раз «Русалку».

 

Слушал на фоне всеобщих торжеств по случаю двухсотлетия Джузеппе Верди, в том числе и в России. А ведь в этом году отмечалось и двухсотлетие же Александра Сергеевича Даргомыжского. Но прошло торжество как-то очень уж скромненько. Без громких постановок и гала-концертов.

 

Обидно.

 

 

 

Глава 138

 

Георг Филипп Телеман

 

 

«Радость» 

Увертюра (сюитадля 2-х валторн, 2-х гобоев (скрипок) и фагота фа мажор TWV 55:F 5

Ансамбль «Consortium Classicum»

Гернот Шмальфус (дирижер)

 

Aelina: Название абсолютно соответствует содержанию!!!

Если птица радости посещает тебя, то к этому особому жизненному состоянию нужно относиться трепетно и ценить, наслаждаясь, каждый его драгоценный и неповторимый миг!!!

Георг Филипп – источник радости!!!

 

R_Politykin: Один из неудачных концертов Телемана.

 

silent: А Элине нравится. Кому верить? Её комментарий поддержали трое слушателей, а Ваш – ни один.

 

art15: Для него и Григ – мелочь, а Телеман, наверное, вовсе не жил на свете.

 

silent: Чем Вам плох Телеман, Политыкин Роман?

 

R_Politykin: Будьте внимательней, друзья. Если вы читали мои комментарии и мою анкету, то должны знать, что я боготворю Телемана, но этот концерт не ах.

Очевидно, он написан им по заказу.

 

Andrew_Popoff: Телеман всё писал по заказу. Все сто процентов своих опусов.

 

R_Politykin: Я имел в виду, конечно, тот вариант заказа, когда, что называется, не идёт, а надо.

 

Andrew_Popoff: Не идти по разным причинам может. Заказ такой причиной редко бывает. Наоборот, чаще он вдохновляет.

 

victormain: Думаю, этот опус писался не для интерьера, а для пленера, под парковые прогулки, беседы дам с кавалерами, какие-нибудь приготовления к ловитве, и в этой прикладной функции вполне хорош.

 

silent: А что это такое – ловитва?

 

victormain: Это то, что сейчас называют охотой.

 

 

 

 

Глава 139

 

Вольфганг Амадей Моцарт

 

 

Струнный квартет № 18 ля мажор (1785) KV464

Струнный квартет Сигизвальда Кёйкена

Сигизвальд Кёйкен (дирижер)

 

op132: Вообще – не слабо так: в начале связующей шарахнуть одноименным минором. Не помню другого такого случая у венских классиков (у того же Моцарта есть похожий прием – вторая часть F-dur сонаты, но медленные части – отдельный разговор).

 

victormain: Вообще, мне кажется, он любил мажоро-минором поиграться: сколько этого в экспозиции Кларнетового квинтета, например. Минорные заезды в связующей же (мы идём скорее в ми минор, чем мажор) обеспечивают абсолютное естество мажорно-минорного переокрашивания побочной, главного очарования этой части.

 

muzaR: Мне вот интересно, мыслили ли композиторы тогда категориями «связующая», или они думали о таких выражениях столько же, сколько мы именуем приставку приставкой, а предлог предлогом? Ясно, что, скажем, Шостакович уже да. А те, кто только начали отделять сонатное аллегро от старинной сонаты?

 

samlev: То есть Вы хотите сказать, что Бетховену модулировать головой не приходилось – его к разработке самого в доминанту сносило, а Шостаковичу приходилось употреблять умственные усилия, чтобы не «уехать» куда подальше?

 

muzaR: Ну да, вопрос: что было на уровне применения грамматики в разговорной речи, а что – по Шостаковичу, умственно? Насколько был рационализирован процесс сонатного аллегро? Потому что уже у Шуберта такие сносы мимо встречаются.

 

samlev: То есть, Вы думаете, что можно написать в сонатном аллегро две темы в нужных тональностях, не подозревая об этом?! И фугу без всякого понятия от имитационной полифонии?..

Нет, процесс построения формы, он может, конечно, быть тоже предметом вдохновения, но само не пойдет. Это как писать сонет – надо знать предварительно, что 14 строк и 2 катрена и т. д. и  что с чем рифмовать. Да вот у Маяковского хорошая статья: «Как делать стихи». Там все об этом становится ясно и о музыке тоже.

Я думаю, Шуберт «сносился» вполне «по-уму». Я понимаю, Вам всякий расчет в искусстве кажется предательством и черным ремеслом. Но это не так. Мышление – оно часть и очень немалая – творчества. Представьте себе, как художники – тот же Леонардо – рассчитывали перспективу. Чистая математика! А какие чудеса получаются! Экспромт – это очень малая и слабая часть творчества, на самом деле. Всё злей, умней и интересней.

 

Romy_Van_Geyten: Во всяком случае, всю сегодняшнюю терминологию ввел в 40-х годах XIX в. Адольф Бернхард Маркс (Adolf Bernhard Marx).

 

abcz: Можно выделить два крайних способа (быстрого) письма:

работа по модели, когда за образец берётся определённый эталон-структура и пишущий придерживается его скрупулёзно вплоть до тонального плана модуляций и количества тактов, отходя от него только в случаях действительной необходимости (материал не желает подчиняться ни в какую);

работа по плану, когда в голове стоят только основные вехи сочинения, а само оно делается последовательно и исходя из того, как желает развиваться материал.

Если (а это очень вероятно) Шуберт был приверженцем второго метода, его вполне могло сносить необходимостью развития, требуемой материалом, а когда вспоминалось, что надо бы в другую тональность попасть было, он просто прислушивался, говорил себе: «а ведь неплохо вышло» и продолжал, как уж получилось.

 

samlev: Совершенно с Вами согласен до деталей. Но здесь шел разговор о полном примате бессознательного. Как у Маяковского:

 

«Пришел поэт,

легко разжал уста,

и сразу запел вдохновенный простак —

пожалуйста!

А оказывается —

прежде чем начнет петься,

долго ходят, размозолев от брожения,

и тихо барахтается в тине сердца

глупая вобла воображения».

 

Я о том, что если связующая вдруг ведет в одноименный минор, побочная оказывается в параллельном миноре, а Аллегро становится Адажио, то композитор в курсе дела и способен оценить это не только большим ухом но и думающей головой. И я не могу понять, почему думать – это плохо.

 

muzaR: Не понимаете. Мне всего лишь интересно, в какой мере языковы были нормы сонатных построений.

 

samlev: Совершенно языковы. Так же, как названия нот, ключей, тональностей и инструментов. Другое дело, что норма разрушалась многократно и с пониманием, что разрушается. Но объяснить вербально все можно было легче, чем кажется. Сказать: здесь побочная пойдет в миноре – чем не жаргон любого ремесленника?! И чем хуже «делай рант шире от носка до подъема»? И как это отражается на вдохновении? Когда я играл джаз, ко мне подходили солисты и мы быстро договаривались, какой квадрат куда, откуда и сколько раз следует. А затем уже шла сотни раз сыгранная импровизация (иногда и вправду с хорошими новыми идеями) но всегда в той гармонической и ритмической сетке, в которой несколько человек барахтались на сцене некоторое время, не боясь разойтись до полной свободы самовыражения. Мы не были завербализированы до состояния солдата на посту, но хорошо могли объяснить словами, что̀ каждый из нас в данную секунду делает.

 

muzaR: Но насколько был, ну хорошо, скажем, зашаблонен процесс построения формы? Отличается же он чем-то от Шостаковича? или как было, так и осталось? Что было паттернами? Насколько автоматически они применялись?

 

samlev: Чистая диалектика – есть патерн и есть свобода его применения. И патерн – это не кирпич, а, скорее, «дао» – путь, по которому все идет с максимально доступной человеку свободой. И еще, патерн – это некий свод правил, который защищает от изобретения велосипеда в восьмидесятый раз и от наступания на грабли. Сочетание голосов в инструментовке – это тоже патерн и его можно, если есть на то звуковой резон, сто раз нарушить. И еще – патерны времен Гайдна другие, чем во времена Шостаковича. Но все равно – 75% партитуры – так или иначе – какие-то блоки, которые, как бы вольно они ни сочетались, имеют характер изделия, которое Вы, скорее, купили в магазине, а не произвели дома в антисанитарных условиях. Не знаю, на Ваш ли вопрос я пытался ответить. Если нет, пардон.

 

sir Grey: А меня удивляет другое. Как вы – граждане композиторы, музыканты, пианисты – слушаете музыку. У вас автоматически в голове фиксируется, где главная, где побочная партия? Вы уже ждете, там, доминанту или параллельную, и вдруг – шарахает одноименный минор. Это у всех профессионалов так?

Послушал с нотами с огромным удовольствием весь квартет, нашел одноименный минор, спасибо Моцарту, что так понятно пишет и легко по нотам следить, всем спасибо за интересную дискуссию.

 

dushah: Пошёл читать статью Штокхаузена о ритмических кадансах у Моцарта.

 

И всем советую.

 

Romy_Van_Geyten: Я читал. Это круто.

 

 

 

 

Глава 140

 

Вильгельм Стенхаммар

 

 

Концерт для фортепиано с оркестром № 1 си-бемоль минор op. 1

Хельсингборгский симфонический оркестр

Сета Таниель (фортепиано)

Эндрю Манце (дирижер)

 

Andrew_Popoff: При чем тут Манце? Манце замечательный барочный скрипач-аутентист. С чего это его потянуло к позднему романтизму? И кто солист?

 

А, не заметил. Солист обозначен. Но дирижирует точно Манце?

 

SergeySibilev: Андрей, как Вам этот концерт?

 

Andrew_Popoff: Я послушал минут десять, пока не впечатлило. Что-то вроде: если бы Гуммель родился на сто лет позже.

А дальше интереснее будет?

 

SergeySibilev: Да – третья часть отпадная! Чётвертая с кодой неописуемой красоты!! Вторая тоже супер! По мне эта вещь гениальна (может быть, отчасти потому, что просто была связана с сильными воспоминаниями в жизни).. ну, для скандинавской музыки это вполне себе очень-очень хорошо (особенно – для шведской романтической – я сравнивал концерты других поздних романтиков с этим — ни один и в подмётки не годится, кроме может быть, Второго концерта того же Стенхаммара. А в целом — если сравнить два его концерта – Второй несколько прорывной – и в плане гармонии, музыкальной драматургии и т. д. (я имею ввиду – прорывной в контексте творчества данного автора)…

 

Andrew_Popoff: Тогда обязательно дослушаю.

 

SergeySibilev: Можете потом ещё Ваше окончательное мнение отписать, пожалуйста?

 

Andrew_Popoff: Хорошо, напишу.

 

Aelina: Концерт завораживает с первой же музыкальной фразы!!!

Сразу попадаешь в круговорот событий, и, не оставаясь равнодушной, принимаешь непосредственное и самое живое участие в каждом эпизоде, сменяющемся красочно и быстро, как кадры эмоционально насыщенной, сотканной из контрастов кино, мелодрамы. Медленная часть поражает разнообразием лирических оттенков!!!

 

precipitato: Дался вам всем этот Стенхаммар…

 

Aelina: Юрий Вильевич, не просто дался, а отдался…

Мне, например…

С утра опять этот концерт слушаю и восторг возрастает с каждым разом!!!

 

Покруче Бёрвальда будет!!!

 

precipitato: Элина, а Вы уже все концерты Шопена, Брамса, Листа, Шумана, Грига послушали?

 

Aelina: Обманывать не буду, разумеется, не все. Но в ближайших планах – досконально заняться ознакомлением с творчеством Шумана и Брамса.

 

precipitato: При всем уважении Стенхаммар – это все же совершенно вторичная музыка.

 

SergeySibilev: Ну, дальше это дело вкуса, но для шведской музыки это очень даже круто.

 

precipitato: Сережа, что за подход? А для мадагаскарской музыки это вообще супер!

 

Andrew_Popoff: Конечно, этот концерт не шедевр. Но вполне профессиональная работа. И нескучная. К тому же, как намекнул Сергей, у него с этим опусом связаны какие-то личные и нежные переживания. Ну, как в «Гранатовом браслете». Правда, у Куприна речь шла об истинном шедевре, но интерпретировал он его столь оригинально, что Бетховен был бы сильно удивлен.

 

Так что, Сергей имеет право восторгаться этим концертом.

 

precipitato: Кто же спорит! Но вот восторженную Элину он с толку сбил, это не дело.

 

Andrew_Popoff: Это да…

Кстати вспомнил, когда я впервые влюбился (лет восьми), моя юная возлюбленная разучивала на пианино «Клоунов» Кабалевского. Играла очень плохо, но впервые родившаяся во мне нежность к женщине навсегда связалась с этой пьесой. Ну что тут поделать? Сентиментальные ценности.

 

Aelina: Слушаю третий раз!!! В восторге!!!

 

ak57: Вы всегда пишите только восторженные коментарии о прослушенных произведениях.

Это потому что – 1. Вам нравится всё, что Вы слушаете… Или 2. Про ту музыку, которая Вам не нравится, Вы попросту не пишете на Форуме…

 

Aelina: Вы загнали меня в тупик… Я всерьёз задумалась, а нужны ли мои восторженные отзывы кому-либо?.. Я поняла Ваш намёк и постараюсь не писать на форуме так часто..

 

shark_bmt: Элина, лучше наоборот, еще больше пишите – Вы прекрасно умеете делиться своей радостью!

 

Andrew_Popoff: Элина, никого не слушайте!!! Ваши комментарии драгоценны!!!

 

precipitato: Присоединяюсь!

 

Meloman4491: Уважаемая Aelina! Ваши отзывы очень метки, остроумны, красивы. И, как правило, справедливы. Они обращают внимание, привлекают посетителей сайта к прослушиванию музыкальных произведений. А потом уж только им решать, соглашаться с Вашей оценкой или нет.

И ещё.

Вы правильно поступаете, что ничего не пишете о той музыке, которая Вам не нравится. Во-первых, зачем? А во-вторых, всегда найдутся слушатели, которым эта музыка нравится и у них есть для этого веские причины. Зачем их обижать?

 

 

 

 

Глава 141

Иоганн Пахельбель

 

 

Канон и жига ре мажор для 3-х скрипок и континуо T.337

Люцернский фестивальный оркестр

Рудольф Баумгартнер (дирижер)

 

Samarsky: Прослезился.

 

Akme: Господи, как прекрасна эта музыка!!! Поистине затрагивает глубокие струны души!

 

alexshmurak: Душа отрывается от тела и устремляется к небесам, я бы уточнил.

 

Aelina: Согласна.

 

alexshmurak: Элина, верни законный для фапа возраст на аватарку!

 

Aelina: «Я ценю повелительное наклонение, но редко на него отзываюсь».

 

Intermezzo: Браво!

 

alexshmurak: Ну что браво, что браво, контекст-то неизвестен большинству, снова эти шуточки для избранных!… Элина, ты, наверное, гроза Ульяновска.

 

Aelina: Достопримечательность…

 

alexshmurak: Мстительная!… Злопамятная!… Не завидую твоим окружающим, ты, несомненно, ещё то̀ наказание для них!…

 

Aelina: Ато!

 

alexshmurak: А приезжай в Москву на концерты участников форума Classic-online 15-16 сентября?!…

 

Aelina: Я буду сидеть в седьмом ряду…

 

alexshmurak: В гостиной Юргенсона нет седьмого ряда… Я серьёзно, приезжай…

 

Aelina: Встречай.

 

 

 

 

 

 

Глава 142

 

Мишель Корретт

 

 

Комический концерт № 25 Les sauvages et la Furstemberg

Musica Antiqua Koeln 1983

Рейнхард Гёбель (дирижер)

 

Aelina: Абсурдное, невозможное предложение посмотреть

представление Шапито…

Буря протеста в её душе…

Боль и мольба в выражении его глаз…

И вот — АРЕНА

И вот – горбатый клоун, плюющий в публику

плоские шуточки…

Обезображенная гримом скалящаяся гримаса…

Суматоха, шум, дикие раскаты смеха…

Взбесившаяся, хохочущая публика,

метко бросающая камни в нищего горбуна…

Слёзы жалости, невольно блеснувшие в

прекрасных глазах…

И…горькая, прочувствованная речь:

 

Неужели вам никогда не приходили в голову, что у этого жалкого клоуна есть душа, живая, борющаяся человеческая душа, спрятанная в это скрюченное тело, душа, которая служит ему, как рабыня? Вы, такая отзывчивая, жалеете тело в дурацкой одежде с колокольчиками, а подумали ли вы когда-нибудь о несчастной душе, у которой нет даже этих пёстрых тряпок, чтобы прикрыть свою страшную наготу? Подумайте, как она дрожит от холода, как на глазах у всех её душит стыд, как терзает её, точно бич, этот смех, как жжёт он её, точно раскалённое железо! Представьте, как она беспомощно озирается вокруг на горы, которые не хотят обрушиться на неё, на камни, которые не хотят её прикрыть, она завидует даже крысам, потому-что те могут заползти в нору и спрятаться там. И вспомните ещё, что ведь душа немая, у неё нет голоса, она не может кричать. Она должна терпеть, терпеть и терпеть…

 

В комичном наигрыше – арена цирка…

В красивой грустной мелодии – боль клоунской души…

 

Спасибо, Кирилл!

Своей выкладкой ты разбередил мою детскую коулрофобию (страх клоунов).

 

Cypros: Блестящее описание того, что творится у нас на форуме: есть клоуны, есть плоские шуточки, есть хохочущая публика и слезы жалости в твоих прекрасных глазах…

 

Aelina: Ты, наверное, отчасти прав, Кирилл!..

Но шуток, всё же, больше блестящих.

Сегодня Роми салютует, завтра Лёша, а следом и других черёд наступит…

 

Cypros: С большой высоты даже рельефные шутки кажутся плоскими.

 

R_Politykin: Пять баллов с двумя плюсами этому концерту!

 

Aelina: Согласна!

Жаль, что оценочная пятибальная система на сайте упразднена и теперь можно поставить только лайк.

 

Пожалуй, это лучший концерт XVIII века!

 

R_Politykin: Нет, не говорите так. Лучшего концерта не существует!

 

Глава 143

 

Иоганнес Брамс

 

 

Концерт для скрипки с оркестром ре мажор Op. 77

Берлинский филармонический оркестр

Герберт фон Караян (дирижёр)

Анне-Софи Муттер (скрипка)

 

MargarMast: А я вот слушаю скрипичный концерт Брамса в исполнении красивейшей Анне-Софи – особенно первую часть – и пока что не хочется ничего слушать другого. Ещё великолепен в нём Вадим Репин; Менухин в своё время сказал, что он лучший современный исполнитель именно этого концерта. Но Анне-Софи здесь чудесна. Это её музыка.

 

Aelina: Дорогая Алёна, спасибо за наводку!!

Концерт великолепен!!!

Буду к нему возвращаться!!!

 

precipitato: А на Бёрвальда с Раффом – тьфу, договорились?

 

Aelina: То, что их музыка отошла на второй план – это однозначно! Именно Брамс устроил революцию в моём музыкальном сознании.

 

Спасибо Иоганнесу и Вам, дорогой Юрий Вильевич!

 

precipitato: Мне-то за что, дорогая Элина? Основной свод европейской музыки сложился давно, и ни Бёрвальд, ни Стеннхаммар, ни даже Рафф в него не попали. Вас просто неправильно ориентировали.

 

balaklava: Ловко же Вы избавляетесь от конкурентов, интеллигентно.

 

Andrew_Popoff: Слушаю и нравится! Очень. Не ожидал… Старею, что ли?

 

MargarMast: Что делается! Брамс околдовал даже равнодушного к нему Андрея Попова! Да, к сантиментам это, дорогой Андрей, к сантиментам.

 

Andrew_Popoff:  Я не чувствителен к сантиментам, разве что, когда какие-то интимные струны задеваются, как саксофоновое соло из первой части «Симфонических танцев» Рахманинова или «Рассказ Франчески» из Чайковского.

 

precipitato: А я от Шопена регулярно в сопли, такие дела….

 

Andrew_Popoff: Я от ля минорной мазурки тоже.

 

MargarMast: Вот они – творческие люди! Прячут свои сопли от сторонних глаз….

 

 

 

Глава 144

 

Иоганн Себастьян Бах

 

 

Концерт для клавесина, струнных и бассо континуо № 5 фа минор (1738?) BWV 1056

Исполняют Симфонический оркестр «Columbia»

Гленн Гульд (фортепиано)

Владимир Гольшман (дирижер)

 

Maxilena: Всем-всем-всем бааааааааааааааальшой привет! Была в отпуске, вот сегодня прямо с утренней летающей тарелки – и сразу к вам. Докладываю: в отпуске переслушала огромное количество Баха (и не только!) в исполнении Гульда. И вот, что скажу: человек, который после Пятого концерта для клавира и струнных (пятого, потому что первый все-таки восхитительно играет и Перайя) и второго тома ХТК не посчитает Гульда единственным, неповторимым, божественным – Моцартом среди пианистов:

 

«Как некий херувим,

он несколько занёс нам песен райских,

чтоб, возмутив бескрылое желанье

в нас, чадах праха, после улететь!»

 

так вот, такой человек либо глух как пень на оба уха, либо упертый, как…. Ну, в общем, сильно упертый. Таким образом, уезжала я в отпуск гульдофилкой, а вернулась законченной, страстной и трепетной гульдоманкой. С признаками острой малѐрии, но это отдельная история. За что всех истинных гульдоманов сердечно благодарю! Я без вас всех сильно скучала!

 

Aelina: Ура!!! Солнышко взошло!!! Макси, дорогая, наконец-то!!!

С приездом!!! Форумных новостей много, но самых интересных — три:

 

  1. Настя сотворила чудо – «Цахес».
  2. Карапузик – трансформер
  3. Лёше Шмураку ничто человеческое не чуждо – влюбился!!!

 

Правда, пока не знаем в кого, но на лицо все признаки влюблённости…

 

tagantsev: Насколько я помню, этот концерт исходно был написан для виолы да гамба и он сегодня успешно исполняется гамбистами и виолончелистами. Хотя, возможно, я что-то забыл.

 

Romy_Van_Geyten: Митя, везде пишут, что неизвестно, но предположительно был скрипичный в соль миноре. Достоверно известно только, что он вторую часть в 156-й кантате использовал в качестве симфонии.

 

tagantsev: Я не помню, откуда я это знаю. Где-то прочитал. Кроме того у меня есть пластинка на которой он исполняется на виоле да гамба.

 

Maxilena: Для меня этот концерт знаменательный. С коротенькой второй части этого концерта меня «пробило» на Гульда.

 

sir Grey: Вообще, совершенно не могу принять этот концерт на скрипке. Я думаю, сам Господь сказал Баху, когда тот переделал для клавира:

 

 А первый вариант выброси. Так лучше.

 

А любопытно, как Бах сдвигал тональности. Мне кажется, многие композиторы не могут представить свое произведение в столь далеких тональностях. У меня-то слуха нет, мне сыграют в соль миноре – и не замечу, но ноты даже страшно представить себе с одним диезом. Скулы сводит, как ножом по стеклу.

А пример с «Французской увертюрой», которую сдвинули на полтона (!), только чтобы она не путалась с «Итальянским концертом».

 

Вот тебе, бабушка, и ре минор.

 

Romy_Van_Geyten: Что-то у Вас тут не сростается – «Итальянский концерт» – в фа-мажоре, а «Французская увертюра» – в си-миноре.

 

sir Grey: Но Вы же знаете, что была написана сперва в «до». Я же не совсем бездарь!

 

А про ре минор, мне помнится, Коллонтай ругался когда-то, мол, ужасная тональность или что-то такое.

 

Romy_Van_Geyten: Ну да, я только не очень понял, каким боком тут «Итальянский концерт» затесался.

 

sir Grey: Слушайте. Они же выходили вместе, и Бах специально подвинул увертюру на полтона, чтобы было контрастно. Я что-то перепутал?

 

У меня есть ноты, где в обеих тональностях увертюра.

 

Romy_Van_Geyten: Так принято считать. Тритон туда-сюда.., может быть. Я не уверен, что он руководствовался именно соображениями контрастности. Может, ему просто си-минор больше нравился. Он вообще питал слабость к этой тональности.

 

tagantsev: А по мне так – лучше соль-минора ничего нет.

 

abcz: Есть. Ми бемоль минор.

 

tagantsev: Да я пошутил. Просто соль-минор это самая удобная тональность для игры на ренессансной лютне.

 

abcz: Так ведь как настроить.

И сколько выпить, опять же…

 

tagantsev: Вот, черт подери! И возразить нечем!

 

 

 

Глава 145

 

Иоганнес Брамс

 

 

Концерт для фортепиано с оркестром № 1 ре минор (1856-57) Op. 15

Нью-Йоркский филармонический оркестр

Леонард Бернстайн (дирижёр)

Гленн Гульд (фортепиано)

 

MargarMast: Эх, как жаль, что я не музыкант – здесь бы покопаться и покопаться. Посравнивать. Роми, вот Вы профессионал, обожатель Гульда. Ну, попробуйте словесно выразить, что именно Вас покоряет именно в такой интерпретации концерта. Мне, например, это было бы страшно интересно. Сможете? Что именно? Но только – не в общих словах, сказав, что Гульд – гений, а конкретно – на каких-то примерах – как сыграл Гульд и, как, скажем, Гилельс. На что обратить внимание? Ну, например, во второй части, там, где по идее «интимные струны души» должны тянуться просто с невероятной силой, как мне кажется, это вытягивание струн размывается и превращается в нечто мечтательно-созерцательное. Не то, чтобы я прошу Вас меня переубедить – а просто мне искренно хочется узнать, какие именно моменты кажутся Вам наиболее примечательными в исполнении именно Гульда – или это общая его интерпретация? Ну, что-нибудь такое – скажите, пожалуйста. Буду очень благодарна.

 

Aelina: Роми, я присоединяюсь к просьбе Алёны. Пожалуйста!..

 

Romy_Van_Geyten: Это Вы не по адресу. Я не горю такой любовью к этому концерту, чтобы сейчас же ринуться его переслушивать и начинать сравнивать интерпретации. Я вообще не очень люблю что-то с чем-то сравнивать – я предпочитаю принимать вещи такими, какие они есть…

 

Aelina: Роми, наша просьба, по-видимому, была некорректной, извините!

 

MargarMast: Почему некорректна, Элина? Вот этого я уже не понимаю. Мне интересно, как оценивают игру исполнителя профессиональные музыканты, по каким критериям. Чего же тут некорректного? Особенно, когда говорят об одном из них высоким слогом. Ну, значит, есть какие-то критерии, по которым можно оценивать его игру или данную интерпретацию. Впрочем, ладно, Бог со всем этим – не хочется, так и не надо. Хотя, жаль.

 

Intermezzo: Что меня в Гульде покоряет – это не совсем экспериментальная лаборатория, это скорее прослушивание абсолютно всего в том, что он берется играть. Его записи – это результат процесса, где собственно исполнение является лишь конечным результатом огромной работы с текстом (в Бахе это прослушивание каждого голоса, работа над фразировкой, агогикой (что представляет весьма большие трудности, динамикой). Имею в виду, что зависимость результата от момента исполнения (настроения, ошибок, особенностей рояля и т. п.) сведена к минимуму, если не к нулю.

Как вывод, в общем-то, абсолютно всё, что делает Гульд – совершенно оправданно. Это даже не пианизм – это именно исполнение музыки. Поэтому лично я даже не вполне могу назвать Гульда пианистом — он именно музыкант.

 

К тому же, он еще играл на органе и клавесине – на клавесине записаны потрясающие исполнения сюит Генделя.

 

Насчет лучшей записи, не возьмусь судить, т. к. не слушал многие известные исполнения. В любом случае, уверен, что это самое концептуальное исполнение. Fra_kanio жаловалась на его трели, а ведь и они часть концепции – в пиано он играет их «медленнее», а по нарастанию напряжения – «быстрее». Вообще, столько открытий – я надеюсь как-нибудь взять ноты и попробовать отписать по этой записи. Может, получится завтра. Потому что, лично на мой взгляд, в выбранном им темпе он добивается совершенно другого уровня драматизма, по сравнению с (…). И такой темп совсем не убивает ее, а, как ни парадоксально, оживляет, превращает из виртуозного произведения в по-настоящему глубокое и многопластовое.

 

Aelina: Андрей, ты нашел точные слова!

Исполнение, безусловно, многопластовое, глубокое, прочувствованное, на высочайшем профессиональном уровне.

Большое спасибо.

 

Maxilena: Вы, дорогой Андрей, всегда высказываете именно то, что я думаю, причем аргументированно и продуманно. И я радуюсь, что Ваш уровень мышления превосходит мой, потому что для меня это признак прогресса молодого поколения в сравнении с моим.

 

abcz: Признаться, все мои попытки слушать Брамса оканчиваются неуспехом, так что я уже без необходимости его и не слушаю вовсе.

 

balaklava: Абсолютно то же самое.

 

Aelina: Как жаль, Балаклава, дорогой, послушайте ещё раз Четвёртую симфонию!!! Она перевернула всё моё предыдущее музыкальное восприятие. Сильнейшая вещь!!!

 

Maxilena: А Третья? Poco allegretto – вообще, по-моему, едва ли не лучшее у Брамса!

 

Aelina: Макси, если честно, до третьей уши ещё не дошли, но в ближайших планах она, безусловно, присутствует.

Но если ты рекомендуешь, завтра же и послушаю.

Только вот вопрос – в чьём исполнении?

 

Maxilena: Я слушала Мравинского – потрясающе, но записано, как кто-то точно написал, «в туберкулезном санатории». Кроме того, во второй части кто-то из страдальцев явственно дважды упал со стула – видать, от избытка чувств. У меня в плане Бруно Вальтера послушать. Спасибо за доверие к моему мнению!

 

Да, Элиночка, готовь большой платок – третья часть Третьей симфонии Брамса даже меня до слез довела! Я понимаю, что ми-бемольная сильнее, но ничего с собой поделать не смогла.

 

 

 

Глава 146

 

Николай Яковлевич Мясковский

 

 

Симфония №27 до минор op. 85

Государственный академический симфонический оркестр СССР

Евгений Светланов (дирижер)

 

musikus: Сегодня, оголодав, впал в Мясковского. Выбрал Двадцать первую и Двадцать седьмую (со Светлановым!). Давно не слушал. Что получил удовольствие – сказать мало. Когда зазвучала побочная партия в первом адажио Двадцать седьмой, неловко сказать, утирал слезы, но не помогало. Это, конечно, старческое (привет, Лёша!). Вот вам и «симфонический голый король». Какая во всем этом красота, какая душевная чистота и сила этой чистоты! А как всё просто в последней симфонии Николая Яковлевича! Ведь никаких фокусов, никакого «новаторства», а сколько и как удалось сказать!

 

Romy_Van_Geyten: …  «впал в Мясковского» … Сильная фраза! Вне контекста даже страх нагоняет.

 

MargarMast: Вот она — сила музыкально-китового взмаха словом! Бросилась слушать симфонию Мясковского. Приходится срочно перестраивать себя с волны немецкого романтизма на широкополосную волну русского духа.

 

Maxilena: Я тоже бросилась. С совершенно плачевным результатом – дельфинчик утонул в водах, где плавают киты и кашалоты. Мясковский показался мне невероятно скучным… Слаба…

 

musikus: Это должно придти само. Как лето после зимы, и не раньше.

 

MargarMast: Не знаю, начало меня как-то не вдохновляет – слишком много бравурности – может быть, я просто не умею слушать Мясковского?

 

Конечно, когда из бравурности выглядывает нежная мелодия, от этого на душе теплеет. Надо послушать и попытаться проникнуться. Я не знаю – почему у него столько бурь в стакане воды?.. Но зато потом краски совершенно меняются – не-ет, тут не так всё просто. Всё, надо помолчать и послушать.

 

Maxilena: Хотя… Это я по ошибке утонула в Двадцать пятой. Сейчас слушаю Двадцать седьмую. Вот она, побочная тема. Выплываю! Ура!

 

musikus: Наши новые аватарки знаменательно соотносятся: Вы выныриваете на свет белый радостным дельфином, а я показываю лишь хвост, уходя с глаз долой…

 

Maxilena: Ох, не надо так грустно! Просто я своим аватаром хотела показать, что мне учиться и учиться и все равно не достичь уровня кита, величие которого видно по одному только его хвосту. А данный дельфин радуется присутствию кита! Без кита дельфину плохо и беззащитно, и учиться не у кого… Не надо так грустно!

 

MargarMast: Вот, теперь я, наверное, дошла до места, о котором говорил musikus – ради этого места можно потерпеть начало. Здесь малеровская красотища.

 

Maxilena: Ну, до Малера тут,  как дельфину до кита… Но красиво, не спорю. И очень по-русски.

 

tagantsev: С Пятой Малера надо быть осторожней. Она проникает глубоко в душу и мозг (как опухоль), а потом всю жизнь преследует. Я уже лет тридцать или сорок  не могу отделаться от нее – то и дело всплывает в памяти. На мой взгляд, первая часть это самая трагическая музыка, которую мне когда-либо приходилось слышать.

 

Maxilena: Митя! Наверно, мы с тобой все-таки родственные души. У меня – ровно то же самое! Эк ты меня понял!

 

tagantsev: А ты знаешь, что в Архиве есть исполнение первой части на рояле – играет сам, то есть, Малер. Конечно, рояль не оркестр, но когда слышишь его игру, то и рояль звучит, как оркестр.

 

И еще — интересная деталь. Пожалуй, это единственная симфония в мире, в которой тему проводят литавры (в первой части)!!!

 

patlayenko: Двадцать седьмая симфония Мясковского – шедевр в полном смысле. Абсолютная раскрепощенность

духа.  Как будто, кто-то диктовал художнику, что надо вносить в партитуру, а что не надо. А прослушал я все симфонии подряд. Двадцать седьмая – достойное завершение всех

предшествующих восьми симфоний! Я не оговорился – восьми!

Вот они: Пятая, Шестая, Девятая – Двенадцатая, Пятнадцатая, Семнадцатая – Двадцать первая, Двадцат