Валентин Великий. Евангелие от Христа (роман)

или Подлинная история Руси

 

По страницам книги Валентина Байгильдина  «Автор «Слово о полку Игореве» Бог Слово»

 

Посвящается Е. В. Латыповой

 

«Ни хытру,

ни горазду,

ни пытьцю горазду

 суда Божиа не минути»

Бог Слово

 

Глава первая

 

Дети Христа

 

Фрагмент текста:

 

«А ты, буй Романе, и Мстиславе!

Храбрая мысль носитъ вашъ умъ на дело.

Высоко плаваеши на дело въ буести,

яко соколъ, на ветрехъ ширяяся,

хотя птицю въ буйстве одолети.

Суть бо у ваю железныи ПАПОРБЦИ…»

 

 

Папорбци – это ПАПОБОРЦЫ.

Автор Папа не говорит об их боевых возможностях, потому что их пока не имеется. Это дети. Поэтому они и железные. Христос полностью уверен в своих детях. Еще бы…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Наши уважаемые новохронологи предполагают, что и Псалтырь написана Христом. А вот летописный Киев они отождествляют с Царьградом.

 

Валентин Байгильдин: Да. Псалтырь наш. Написал его Андрей Глебович Давыд. И это есть в житии Равноапостольных Кирилла и Мефодия.

Фоменко ошибается с местом и временем Распятия. У них это 20 марта 1185-го и Йорос.

На самом деле это 1 мая 1185 года. Где-то на берегу Золотого Рога.

Знают ли Носовский и Фоменко, что Автор не Юрьевич, а Глебович, я не в курсе.

 

Валентин Великий: Не суть важно точное время и место. Главное, что Христос наш, русский!

 

Валентин Байгильдин: Да, тезка. И «Отче «Наш» имеет смысл только на русском. Ни на каком другом языке его нет. Есть об этом у меня в книге «Автор Слова о полку Игореве Христос».

 

Валентин Великий: А где можно купить книгу?

 

Валентин Байгильдин: Купить ее можно только у меня.

 

Валентин Великий: Согласен, если она издана на белой бумаге.

 

Валентин Байгильдин: На белой. А что, бывает другая?

 

Валентин Великий: Издают ещё на газетной серой бумаге. Какова цена Вашей книги и её объём?

 

Валентин Байгильдин: Объем 136 страниц. Цена для Вас будет равна стоимости почтовой бандероли, плюс один рубль.

 

Валентин Великий: Почему?

 

Валентин Байгильдин: Потому — что Валентин.

Потому — что Николаев. Где мой отец служил после войны, и я там бывал с мамой в возрасте одного года.

 

 

 

Глава вторая

 

Рим с Христом или у виска перстом

 

Фрагмент текста:

 

«О чем речь?

Есть одна принципиальная ошибка исследователей «Слова о полку Игореве».

Эта ошибка заключается в разделении речи Автора и речи Святослава.

Ученые удлиняют речь Святослава за счет обращения самого Автора и поэтому заблуждаются.

По-моему, первым это сделал Карамзин, и через его авторитет не посмели переступить. А давно пора…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: «Слово о полку Игореве» написал Христос, оно полностью исторично.

Подобное утверждение есть, мягко говоря, неправда. Никто и никогда не видел подлинной рукописи «Слова». И что на самом деле было написано в подлиннике, никто не знает. И Вы не знаете.

 

Валентин Байгильдин: Дело не в том, кто что видел. А в том, кто что увидел. Это дается через сердце. Поэтому, что видело мое сердце, никто знать не может.

 

Валентин Великий: И то правда, что я к Вам прицепился. У Вас свой взгляд на «Слово», взгляд верующего человека. Прошу прощения за резкость в прошлом. Что Автор «Слова» Христос — очень неожиданно, но я вполне это допускаю. И ещё, Христа Распяли в марте, а вот сообщение об этом пришло на Русь в начале мая, и весть эта совпала с солнечным затмением 1185 года. Не казнь, а весть о казни. Очень может быть.

 

Валентин Байгильдин: «Прошу прощения за резкость в прошлом».    Другое дело.

Но вы излагаете точку зрения Фоменко и Носовского на время Распятия Христа. Ни Вы, ни они не понимаете, кто такой Христос, потому что верите всяким сказкам, не слушая самого Христа. Христос знал о своем Распятии заранее. И расказал, как было, но люди верят попам, а не Христу.

 

Валентин Великий: Да, я очень серьёзно отношусь к исследованиям по Новой Хронологии, но не обожествляю авторов. А Вы автора «Слова» обожествляете. Для меня «Слово» — литература, возможно, историческая, а для Вас оно — Откровение. Здесь мы не сойдёмся. Да нам это, в общем-то, и не нужно.

 

Валентин Байгильдин: Это люди очеловечили Христа, не зная, ни что такое человек, и не понимая Христа. Его нельзя обожествить —  это Бог. Откровение у Христа это нечто другое, собираюсь об этом написать. «Слово» это — ПРАВДА, и оно — единственное, что осталось от нашей подлинной истории, потому что переписывали ее именно из-за русского Христа.

 

Валентин Великий: Христос для меня, безусловно, Мессия, но не Бог. И даже не Богочеловек. Выдающаяся личность, с возложенной на него Богом миссией — дать людям новую религию.

 

Валентин Байгильдин: Здесь уже тонкая область, долго изъясняться и бесполезно, потому что у каждого свой путь. В двух словах,  Христос не давал людям «новую религию». Христос это ведичество, и это учение, которое люди превратили в религию. Мол, мы не понимаем, чему ты учишь, давай мы тебе в ножки упадем и тебе помолимся, а ты сам там чего-нибудь сделай.

А отказывать Христу в том, что Он Бог, в Учении которого человек — это часть Бога — смешно.

 

Валентин Великий: «Христос — это ведичество».

 

На эту тему в YouTube есть лекции? Я бы послушал.

 

Валентин Байгильдин: На эту тему лекций нет нигде, и быть не может, потому что современное ведичество, как черт от ладана, бежит от Христа, не понимая, что основа Учения  Христа — ведичество, которое Он более полно раскрыл через свою личность.

Если коротко:

Ведичество это Любовь и правила общины.

Христос — это Любовь и те же самые —  один в один —  правила общины.

И там и там мясо полностью запрещено.

Жили по 144 года. Христос, само собой, тоже.

 

Валентин Великий: Да, я читал, что Русь была Ведической до Христа. Жаль, что нет на эту тему достаточно материалов. Хорошо, что хоть Ваша книга появилась. Пишите!

 

 

Глава третья

 

 Владимирская икона – Пирогощая Андрея

 

Фрагмент текста:

 

«Почему икона всегда рядом с Боголюбским? Да потому,  что это его ПИРОГОЩАЯ Икона. Та, что из «Слова»? Нет, другая.

 

 

Как это? Когда родится внук у князя – а здесь родился внук Великого князя Киевского – то он на радостях соберет гостей и закатит пир горой. ПИР ГОРОЙ – это по Русски! Когда это произойдет? Не сразу. Во-первых, надо гостей позвать, включая иностранных, а тем подарки приготовить. А у этого ребенка будут и Волхвы.

Во-вторых, у матери было Кесарево Сечение, ребенок большой, поэтому ей надо в себя прийти…

В-третьих, по поверьям, нельзя никому показывать ребенка сорок дней, могут сглазить…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Скажите, Валентин, какие отношения связывали во времена «Боголюбского» Русь и Царьград?  И каким чудесным образом руский князь Андрей «Боголюбский» вдруг стал ромейским императором?

 

Валентин Байгильдин: И Царьград, и Рим, как его называл Христос — это руские слова. Поэтому сидел Андрей на троне Рима по праву наследства, которое досталось Ему от деда, Владимира Великого. Что отражено и на самой древней русской монете – золотнике, якобы X века.

 

 

 

Валентин Великий: То есть Русь не являлась одной из провинций Византийской империи, как предполагает новая хронология? А почему центр Руси был в Царьграде, а не, скажем, в Ярославле?

 

Валентин Байгильдин: Здесь надо понять замысел самого Бога. Ученые этого не понимают. Богу нужно было донести определенные знания для людей. Он посылает Сына, дает Ему эти знания, делает Его наследником главной царской семьи на Земле, и делает так, чтобы события происходили в главном городе Земли, чтобы дошло до всех. Тогда так и случилось, и дошло. Потом темным силам удалось перекрутить это в свою сторону, полностью исказив историю.

 

 

 

 

 

 

Глава четвертая

 

Как зовут Богородицу и где она?

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Любопытно было бы узнать, как Вы объясняете названия наших месяцев. Фоменко предполагает, что март назван в честь Богородицы.

 

Валентин Байгильдин: Богородицу звали Анной. Названия месяцев, которых в старину было девять, надо узнать по календарю –  калядыдару. Вообще, в новой хронологии много чего неправильно. Например, Фоменко и Носовский совсем не поняли «Апокалипсиса», считая его подделкой XVI — XVII веков. Они, конечно, молодцы. Но не всегда. И это нормально, потому что одним построить историю на пустом месте тяжело. И чтобы изменить официальную историческую версию, нужны неопровержимые факты. Я считаю, это Гзак и Кончак, которые вошли во все летописи, и поэтому все эти летописи —  подделки.

 

Валентин Великий: По Богородице не согласен с Вашим выводом. Новая хронология в данном случае более убедительна, показывая, что Успение Анны\Марии произошло на мысе Фиолент, под Севастополем. Там же в своё время Она родила и Андрея, возвращаясь из Владимира в Царьград. Или наоборот. Севастополь был резиденцией наследника – севастократора – Царьграда. А Богородица была замужем за Исааком, братом царя. В этом случае становится понятным, как Андрей оказался на троне Царьграда.

 

Валентин Байгильдин: Да мало ли, что они там в своей новой хронологии напишут. Они самого Христа похоронили у Босфора.

Богородица – мать Андрея, и он может похоронить ее только в Храме и под защитой стен и территории. Что Он и сделал, погребя её останки в Княгинином монастыре во Владимире. Княгиня это Богородица и есть.

 

Валентин Великий: Разве Андрей пережил свою Мать? Это новое для меня.

 

Валентин Байгильдин: Ну, Вы даете! А как же! Это ученые «похоронят» Его в 1174 году.

 

Валентин Великий: Евангелие говорит, что Богородица присутствовала при казни Сына. Или я чего-то не понимаю?

 

Валентин Байгильдин: Не присутствовала. Ни одна мать не сможет на это смотреть.

Но Христос ее наверняка предупредил, что ничего плохого не будет, поскольку сам знал об этом.

 

Валентин Великий: Иоанн: «При кресте Иисуса стояли Матерь Его и сестра Матери Его, Мария Клеопова, и Мария Магдалина».

 

Валентин Байгильдин: Да, это есть. Но, я думаю, этот фрагмент текста вставили позже, ради плащаницы. Когда вставили?

Когда изобрели и изготовили такую плащаницу, которая никаким боком не указывает на XII век. Кроме того, это сделали ради имени Мария. И потом, здесь у них Христос умер. А он не умирал. Это полная ерунда. Они не понимают сути события. А суть в том, что Бог, который все это организовал, не позволит, чтобы волосок упал с головы Сына.

 

Валентин Великий: Ладно, буду читать Вас молча. Всё равно мы во многом не сойдёмся, а спорить просто так я не хочу.

 

Валентин Байгильдин: К сожалению, Валентин, это пока вообще ни с кем не сходится. Что поделать? Почему-то Христа считают Богом, но при этом совсем не хотят, чтобы он остался жить дальше.

Но в этом и была задача фальсификаторов истории. Сделать Его не руским. Отправить в I век, чтобы спрятать концы. Царя превратить в странника. И после Воскресения отправить на небеса. При этом точно знают, что сейчас Он жив, что соответствует истине. Потому что Бог. И если бы Христос был французом, то мы бы узнали, как за последующие сто лет расцвела Франция. Но поскольку Он русский, и ушел на Русь, то — шиш нам.

 

Валентин Великий: Для меня Христос не Бог, и он давным-давно умер. 20 марта 1185 года, если пользоваться традиционной хронологией. Я читаю Ваши работы, узнаю что-то новое для себя, но спорить с Вами я не желаю. Я подхожу к истории только с научной точки зрения. А вопросов веры я касаться не хочу.

 

Валентин Байгильдин: Христос это сначала наука, а потом уже вера.

 

Валентин Великий: У Вас, к сожалению, наоборот, если Вы утверждаете, что Христос до сих пор жив. Новая хронология мыслит строго научно, логично, аккуратно, не навязывая своих выводов никому из читателей. В своих реконструкциях они проверяют все традиционные исторические факты логикой. После такой их проверки каноническая история сыплется, как карточный домик. А вера это вопрос сугубо личный и не исторический. Вера к науке не имеет отношения. И не должна иметь, если мы не хотим оказаться в дураках.

 

Валентин Байгильдин: Носовскому с Фоменко так думать положено, они ученые. Боги бессмертны, чего вы удивляетесь, так и в ведичестве. В дураках мы не окажемся. Это вся наука уже в дураках. Психология в тупике, они уже ничего не могут объяснить, потому что у них всё происходит в голове человека. А это не так. Мир грандиозен и как он устроен, объяснил Христос. Было и до него –Авеста, например. Буквица у нас, которую мог дать только Христос, а это наука о Божественном мире, где люди сами части Бога. И это реальность, а не выдумки. Тоже можно доказать, потому что у ученых есть такие опыты и знания, но они не могут их объяснить. Физика в полной заднице, со своим тяготением и Эйнштейном.

Есть поток эфира. Но «эфирники» тоже не понимают, откуда он. А для меня это как дважды два, потому что это объяснил Христос. Христос — это не религия и не вера, а сначала знания. Потом вера. Потихоньку расскажу, конечно.

 

Глава пятая

 

Как звали Христа?

 

Фрагмент текста:

 

«Между прочим, эти ученые придут к выводу, что «Слово о полку» нельзя рассматривать, как учебник истории. Мол, у Автора всё неправильно. Вы представляете себе эту наглость?

О. В. Творогов — Литература Древней Руси. Пособие для учителя:

«Однако «Слово» — не историческая повесть. Оно не ставит своей целью подробно и последовательно охарактеризовать всю историю злосчастного похода Игоря, бедствий Руси во время ответного набега половцев, обстоятельства побега князя из половецкого плена и т. д. Цель автора иная — осмыслить происшедшие события на широком фоне русской истории двух столетий, осмыслить и вынести свое суждение о половецкой опасности, о политике князей, о понятии княжеского долга и княжеской чести в конкретной обстановке русской истории конца XII в. Совершенно справедлива известная оценка «Слова» К. Марксом, видевшим в нем «призыв русских князей к единению как раз перед нашествием собственно монгольских полчищ».

Атеист Маркс похвалил Христа. Аплодисменты.

Все атеисты изучали в школе «Слово» Христа. Овация.

Да, единственное что у нас осталось от истории это «Слово». И если история не соответствует «Слову», выкинуть надо историю, вместе с академиками, а «Слово» оставить…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: «И если история не соответствует «Слову», выкинуть надо историю, вместе с академиками, а «Слово» оставить».

 

СОГЛАСЕН!!!

 

Валентин Байгильдин: Ну, наконец-то, Валентин.

 

Глава шестая

 

Суслик

 

Фрагмент текста:

 

 

«В детстве мы с братом все время приставали к отцу, чтобы он рассказал о войне. Особенно усиливали свои атаки в День Победы, когда приставать можно и когда вообще все можно, потому что этот день был насыщен какой-то необъяснимой добротой. Все в этот день становилось таинством. Люди пьют, но это таинство, потому что пьют по-особому. Гордо и молча. Люди веселятся, но сдержанно и торжественно, излучая какую-то загадочную силу.

Звенели медали, звенели рюмки, но отец молчал. И только на 50-летие Победы, когда у нас были уже свои дети, а мы уже не приставали, отец заговорил. И заговорил как-то весело, как будто рассказывая не о войне, а сказку детям…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Отец Ваш, Валентин, не мог погибнуть ещё и потому, что должны были родиться Вы. И рассказать нам правду о нашей истории. И спасибо, и Вам, и отцу Вашему.

 

Валентин Байгильдин: Я думал об этом Валентин, потому что знаю, что ничего случайного не бывает. Но Вам спасибо за такую параллель.

 

 

 

Глава седьмая

 

Выполнил ли Автор своё обещание?

 

Фрагмент текста:

 

«Почнемъ же, братие, повесть сию

отъ стараго Владимера до ныняшнего Игоря

 

Я считаю, что Автор выполнил свое обещание и рассказал ним нашу историю от старого Владимира до нынешнего Игоря.

 

 

Владимир Всеволодович Давыд

 

Все ученые думают иначе и считают, что он не выполнил обещания.

При этом они считают и «Слово» и самого Автора – великими.

Вот такая незадача.

Сомневаюсь, что есть еще хоть один, кто на настоящий момент разделяет точку зрения мою и Автора…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: «Сомневаюсь, что есть еще хоть один, кто на настоящий момент разделяет точку зрения мою и Автора».

 

Уже есть!

 

Валентин Байгильдин: Теперь будет веселее.

 

 

 

Глава восьмая

 

215 лет исполнилось кончаку, может, хватит?

 

 

Фрагмент текста:

 

«Солнце светится на небесе, —

Игорь князь въ Руской земли;

девици поютъ на Дунаи, —

вьются голоси чрезъ море до Киева».

 

Дунай это Днепр, который у Автора бывает и морем.

А почему Автор и есть этот Шарокань?

Больше некому, поэтому Автор после мести Шароканю и говорит:

А мы уже, дружина, жадни веселия…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: «Дунай это Днепр, который у Автора бывает и морем».

Нет, дорогой тёзка, здесь я согласиться с тобой не могу. Христа допустимо разъяснять, что ты и делаешь, но поправлять Христа не следует. И если у Христа сказано – море, значит, это именно море, а не река. Здесь я на стороне новой хронологии, Киев в «Слове» и других летописях это второе название Царьграда. Тогда всё становится на свои места, и Киев=Царьград от Дуная отделяет море. Не было в то время никакого нынешнего Киева. Ни Лавры не было, ни Софии. Пустырь был.

 

Валентин Байгильдин: Что поделать, тезка. Автор называет реку и морем.

В «Слове» Киев это Киев. А что это за «другие летописи»? Не Повесть ли временных лет? Где Андрей Первозванный вместо Киева увидел холмы? Так это подделка т. к. фальсификаторам нужен был I век.

 

Валентин Великий: Во всех т. н. источниках, в том числе и в «Слове», царские переписчики, вместо Царьград писали Киев. Об этом говорят и другие новейшие исследователи.

 

Валентин Байгильдин: Ты думай своей головой.

У новой хронологии отец «Боголюбского» — Юрий Долгорукий. Значит, они верят летописям, которые были подделаны.

Где они написали эту чушь про Киев и «Слово»?

В Царьграде есть холмы и Пирогощая?

И зачем подделывать «Слово», когда его было приказано уничтожить?

 

Валентин Великий: «У них отец Боголюбского —  Юрий Долгорукий».

Это не так. Именно новохронологи первыми указали, что все персонажи русской истории вплоть до Ивана Калиты являются вымышленными, а все летописи отредактированными при первых Романовых. Я учусь думать и никому на сто процентов не доверять. Руководствуюсь только здравым смыслом и логикой. В чём-то согласен с тобой, в чём-то с другими исследователями. Как-то так.

И ещё, пока не обнаружен подлинник «Слова», оно не может быть первоисточником. Никто не знает, что было написано в подлиннике. Увы, но и ты этого не знаешь.

 

Валентин Байгильдин: Я доверяю Христу на сто процентов. И «Слово» это подлинник, потому что по смыслу это так.

 

 

 

Глава девятая

 

«Великому Хръсови влъкомъ путь прерыскаше»

 

Фрагмент текста:

 

«Великое «Слово» великого Хрисове – Христа.

Что мы без него?

Кто мы, раз мы без Него?

Есть один персонаж в «Слове о полку Игореве», которого Автор расписал наиболее подробно и потратил на него больше всего слов.

С чего бы это?

Конечно, неспроста.

Это был черт для Руси, почти буквально.

 

 

Всеслав Полоцкий – он же Исаак II Ангел

 

Звали его Всеслав Полоцкий. Или в народе – Всеслав Чародей.

Народ даже сложил о нем несколько былин.

Только слава у него очень дурная, о чем рассказал Автор и былины…»

 

Комментарии:

 

Валентин Великий: Скажи, а Иоанн Креститель есть в «Слове»?

 

Валентин Байгильдин: Нет, конечно. Христу никакой Креститель не нужен. Не пойдет он купаться в реке, с какой-то темной личностью в верблюжьей шкуре.

А вот купание в ледяной воде Христос мог ввести запросто. Может,  поэтому морозы и называются Крещенскими. Кроме того «крещением водой» может называться процедура очищения кишечника водой через гзак. Об этом есть подробно у Христа.

 

Валентин Великий: Вымышленный, получается, персонаж?

 

Валентин Байгильдин: Однозначно. Нужна была пустыня и мелкая речка, другого ведь ничего нет. Вот и скроили.

 

Валентин Великий: Любопытно, Владимир знал, что у него за внук, как думаешь? Новая хронология говорит, что знал. Что Волхвы – это Владимир с родственниками.

 

 

Дед и Внук

 

Валентин Байгильдин: Если сам Владимир был Волхвом, то мог знать. Было какое-то знамение на небе, а это всегда серьезно. Это мы дети несмышленые. Я еще расскажу про волхвов и Христа.

 

 

 

Глава десятая

 

«Тъй клюками подпръся о кони»

 

Фрагмент текста:

 

«Никак не мог разгадать фразу из «Слова о полку Игореве» про Всеслава:

 

«Тъй клюками подпръся о кони

и скочи къ граду Кыеву

и дотчеся стружиемъ

злата стола киевьскаго»

 

Случайно включаю телевизор, идет последняя минута документального фильма «Кто убил Котовского?»

Именно в эту минуту показан ответ.

Казак скачет на двух конях, стоя на каждом одной ногой и держась за  палки, нижним концом привязанные к сбруе на спинах коней…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: «И дотчеся стружиемъ»

С лошади пересел в струг и «дотчесе» (течь, плыть) златого стола. Таково моё понимание. Я, к слову, так и остаюсь при мнении новой хронологии, что Киев это Царьград. Оттого и престол в нём золотой, ибо столица. А Русь в то время была ещё царьградской провинцией, крупной, самой, может быть, главной, но провинцией, и златого стола иметь ей не полагалось.

 

Валентин Байгильдин: Валентин, зачем Всеславу пересаживаться на струг, если Полоцк, откуда он ехал, и Киев, которым он овладел,  расположены с одной стороны Днепра?

Я не спорю о субординации городов (и пока не читал версию Фоменко об этом) и, само собой, Христос будет сидеть в главном из них — и это Рим. Так он сам его называет. Но был еще один золотой стол, это Владимир, где сидит брат Христа Всеволод:

 

«Не мыслию к тебе прилетети

Отня злата стола поблюсти»

 

Самое главное, что Киев Христос называет Киевом, и там, на златом столе сидит грозный и великий Святослав.

Лично я не сомневаюсь, что такой грозный и великий Святослав у нас и у Автора был всего один, и он и есть тот самый, что ходил на Царьград, а, значит, это событие произойдет после написания «Слова».

Так же как после написания «Слова» Христос вернется на Русь и разгромит Киев так, что там больше никогда не будет никакого золотого стола. Всё еще впереди.

 

Валентин Великий: В логике тебе не откажешь. А поход Святослава на Царьград это, видимо, Первый Крестовый поход, с целью отомстить за Христа? Про княгиню Ольгу раскажешь что-нибудь?

 

Валентин Байгильдин: Первый поход это очень похоже, и Христос о нем грозно и весело предупредил.

 

«Се Боготьскыя красныя девы

въспеша на брезе синему морю:

звоня рускыме златомъ;

поютъ время Бусово,

лелеютъ месть Шароканю

А мы уже, дружина, жадни веселия!»

 

Ольга мать Святослава, возможно, так и ее и звали. Все остальное про нее и Святослава — выдумки. По истории Святослав сын Владимира Великого, чего быть не может.

Святослав – Рюрик, а Владимир – Давыд. Владимир старше Святослава и он правил до него в Киеве. Святослав, скорее всего, сын Олзе Гориславича, что приходился братом Владимиру, но от другой матери.

И все эти события были на виду у Автора «Слова», поэтому и отталкиваться нужно только от этого.

 

Глава одиннадцатая

 

Глеб Владимирович. Папа Христа

 

Фрагмент текста:

 

«Есть такая «Повесть об убиении Андрея Боголюбского».

Это Ипатьевкая летопись. Ее найдет Карамзин, прямо в Академии Наук.

Это уже какое-то извращение. Не по-русски это.

Никто не пишет повестей об убиении. Потому что само это название прославляет убийц.

Есть много других слов, а эти до невозможности колят глаза.

Как бы назвали свой рассказ сами убийцы?

Вот так бы и назвали. Только вместо слова «повесть», было бы слово «отчёт».

Потом, кого убили? Боголюбского? Это прозвище. А Род его не хотите сообщить?

Он – Давыд. И отец его Глеб тоже Давыд.

Но в житии «Бориса и Глеба» Давыд это имя, данное Глебу при крещении, чего быть не может, потому что Давыд  —  это РОД.

И Владимир Великий, отец Глеба, тоже Давыд.

Это все равно, что Рюрику дать имя Рюрик…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: А сейчас Христос тоже где-то на Земле, среди нас?

 

Валентин Байгильдин: Как тебе объяснить. Он не среди нас. Он в нас, в каждом отдельно. Это буквально.

 

Валентин Великий: Он в каждом из людей, и в неграх?

 

Валентин Байгильдин: Да, без исключений.

 

Валентин Великий: Но если Он Родился на Руси, значит ли это, что Бог Отец не случайно выделил именно наш народ для Рождения среди него своего Сына?

 

 

Глеб Владимирович и Анна – родители Христа

 

Валентин Байгильдин: Это вопрос глубоко философский. Настолько глубоко, что никогда не рассматривался философией. Христос не Спаситель. Он — Учитель человечества. Система спасения уже встроена в каждого отдельного человека. Это Совесть — Связь с Богом. Человечество не знает, кто такой Христос. Что такое Сын? Прежде чем было ВСЁ, Бог создал Сына. Чтобы Он знал, как будет происходить ВСЁ. Потому это не Адам, которого другой Бог выгонит из Рая за плоды с дерева познания. Творцу, Создателю ВСЕГО нужны познания. Как Богу передать знания человечеству? Он посылает того, кто знает ВСЁ.

О БОГЕ, о Мире и Человеке, о Смысле жизни и Управлении ею. Сын должен родиться от Человека. Просто так управлять любым человеком Бог и так может. Богу нужно создать такое Явление, в которое сначала поверят ВСЕ, и тогда можно будет передать знания. Какой народ Бог выберет для этого? Самый развитый и самый духовный. Если выбрать не духовный, с материальными ценностями, то от такого Сына там постараются избавиться, и Бог это понимает. Богу, что, придется перебить этот народ из-за Сына? Какой тогда смысл Его туда посылать? Самого Сына никто уничтожить не может. Никаким способом. Некому. ВСЁ подчиняется Богу, даже крокодилы. Сын знает ВСЁ наперед. Но развиваться может ВСЁ только постепенно, иначе люди просто сойдут с ума. У них есть чувства, и без них никак. А у чувств есть предел, по определению чувства должны быть осознаны, постепенно. В этом загвоздка. Если даже в «мерседес» вставить двигатель от ракеты Гагарина, то любой «запорожец» будет над ним хохотать, но при этом ездить, а тот нет.

Ну и, наконец, какая это будет семья? Самая развитая и духовная в народе, подготовленная к приходу и имеющая возможности распространять знания. Поэтому – только Царская. Что и произошло.

 

 

Императоры Мануил I и Иоанн II

Они же Ярослав Глебович и Глеб Владимирович Давыды

Старший брат и папа Христа

 

Глава двенадцатая

 

Елена. Сестра Христа

 

Фрагмент текста:

 

«Поскепаны саблями калеными шеломы оварьскыя,

отъ тебе, яръ туре Всеволоде!

Кая раны дорога, братие, забывъ чти, и живота,

и града Чрънигова, отня злата стола,

и своя милыя хоти красныя Глебовны

свычая и обычая?»

 

Глебовна это дочь Глеба, как и сам Христос сын.

У ученых эта Глебовна внучка Юрия Долгорукого. А Автор Слова у них – сын того же Юры. С Автором ученые «покончат» в 1174 году, чтобы Он «не смог» написать «Слово» в 1185.

Прости, Господи.

По смыслу «Слова» Глебовна жена буй тура Всеволода. Это и у ученых так.

Но она и сестра Автора, потому Он и не забывает поделиться с нами, что она тоже Глебовна. И что эта Глебовна «красна», то есть – красива…».

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Совсем запутался в этих родословиях. Ты сейчас которого Всеволода помянул, брата Христа?

 

Валентин Байгильдин: Игорь и Всеволод братья, сыновья Святослава Великого. Это они ходили в поход. Они – Рюрики.

Всеволода обычно называют буй тур. А младший брат Христа это Всеволод Большое Гнездо — Великий князь Ярославский. Они с Христом – Давыды.

 

Валентин Великий: В начале Автор говорит, что не настало ли время «начяти старыми словесы

трудныхъ повестий о пълку Игореве». Что это значит?

 

Валентин Байгильдин: Интересный вопрос. Я думаю, это словесные осуждения Игоря за то, что в результате неудачного и несогласованного похода, половцы пришли в центральные земли Руси. Почему «словесы» старые? Все уже высказались и осудили. Теперь говорит Христос, и не осуждает, а спрашивает князей — вы сами-то все, где были?

 

Валентин Великий: Скажи, тебе не приходила мысль, что половцы это поляки? Или я ошибаюсь?

 

Валентин Байгильдин: Нет, не поляки. У них девки не раскрашивали лица красной краской.

 

Валентин Великий: Любопытно, кого предки кощеем называли?

 

Валентин Байгильдин: У Христа Кощей — конец.

 

Валентин Великий: В смысле кончак?

 

Валентин Байгильдин: Да, Валя.

 

«Стреляй, господине, Кончака,

поганого кощея»

 

Буквица Хиер, по простому хер, тоже означает конец – завершение.

 

 

 

 

Глава тринадцатая

 

«Ты, буй Рюриче и Давыде!» Это кто?

 

Фрагмент текста:

 

«Ученые считают, что это два человека.

Первый у них это Рюрик Ростиславич.

Второй Давид Ростиславич.

И это у них два брата, прости Господи.

Это даже не ошибка. Это полное отсутствие понимания нашей истории.

Ну и «Слова о полку», само собой.

На самом деле это обращение к двум княжеским Родам.

То есть, ко всем князьям сразу, поскольку никаких других княжеский Родов нет.

И нет никого по имени Рюрик или Давыд.

Все князья разделены по этим двум Родам…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: «Летописное выражение «рюриксинеуструвор», вероятно, следует читать как РЮ-РИКС-ИНЕУС-ТРУ-ВОР. То есть: ВОЛЖСКИЙ (Ра) ЦАРЬ (Рикс) ЭНЕЙ (Инеус) ТРОЯНЕЦ (Тру) ВАРЯГ (Вор). Итак, восстановленное летописное имя основателя русской Ордынской династии могло звучать так: ВОЛЖСКИЙ ЦАРЬ ЭНЕЙ ТРОЯНЕЦ ВАРЯГ».

Носовский Г. В., Фоменко А. Т. — Начало Ордынской Руси. М., 2005 г.

 

Валентин Байгильдин: Всякие Синеусы это из Повести Временных лет, а она подделка.

 

Валентин Великий: В их реконструкциях слабым местом является то, что они полагают, будто бы в летописях изменены лишь хронология и мотивация поступков исторических персонажей, а сами эти персонажи, мол, существовали в действительности, а события происходили на самом деле.

 

Валентин Байгильдин: Возможно, что они настолько перенасыщены историческими открытиями, что Господь им говорит: имейте совесть, мужики, оставьте что-нибудь другим. И они оставляют в виде подставленного шара у лузы, на который достаточно только дунуть.

 

Валентин Великий: Сравниваю часто их исследования с твоими и вижу на практике, как атеизм (они называют себя агностиками) создаёт преграды для научной деятельности, мешает ей. И как бы порядочен ни был учёный, а без Бога в душе он порой не видит самых очевидных вещей.

 

Валентин Байгильдин: Могу добавить, что единственным ученым, который никогда не ошибается, является — Христос.

При этом Он знает абсолютно всё.

 

Валентин Великий: В сентябре 2015 года в серии «Как было на самом деле» вышла новая книга А. Т. Фоменко и Г. В. Носовского «Бог войны. Древний Египет: там, где все начиналось. Возникновение земледелия и государства. Золото. Свадьба Богородицы с Иосифом-Гором-Марсом»

 

Валентин Байгильдин: А саму книгу почитать можно?

 

Валентин Великий: Пока только оглавление. Обычно месяца через три после выхода книги уже можно бывает скачать.

 

Валентин Байгильдин: Понял, Валь. Все равно им придется все переписывать. Это если по-честному.

 

Валентин Великий: Не придётся. Не докопаются они до Глеба Владимировича. Они пользуются византийской «родословной» Христа, и верят ей. А по ней родитель Христа — Исаак, брат императора Мануила.

 

Валентин Байгильдин: Под влиянием Рябцевой изменился взгляд на Пушкина.

 

Глава четырнадцатая

 

Мне стыдно за вас, Александр Сергеевич

 

Фрагмент текста:

 

«Стыдно мне за вашу фразу из «Капитанской дочки».

«Прежде нежели приступлю к описанию странных происшествий, коим я был свидетель, я должен сказать несколько слов о положении, в котором находилась Оренбургская губерния в конце 1773 года.

Сия обширная и богатая губерния обитаема была множеством полудиких народов, признавших еще недавно владычество российских государей. Их поминутные возмущения, непривычка к законам и гражданской жизни, легкомыслие и жестокость требовали со стороны правительства непрестанного надзора для удержания их в повиновении»

Это «множество полудиких народов» называлось — Башкиры.

Эта ваша фраза недостойна поэта…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: «И такой штришок – под Уфой войска Пугачёва насчитывали 15 тысяч войск, Рейнсдорп докладывал:… «в Уфимской провинции все селения иноверческие в злодейском обращении были»…

Презанятно, кто это для Рейнсдорпа — иноверец?

Далее…

У холопов, у крестьян, была своя Военная коллегия! Своя печать! С двуглавым орлом! И у Пугачёва была печать, на которой написано «Благоверный государь Пётр Петрович»…, то есть сын Петра Второго!»

 

Валентин Байгильдин: Ты, как всегда, не бровь, а в глаз!

«После победы при Рымнике (1789) А. В. Суворов получил графское достоинство (как Российской, так и Священной Римской империй) и стал именоваться «Суворов-Рымникский»

А, значит, и река Урал —  не Рымник, а РИМник. РИМ это Христово, за него и бились вместе с архиереями.

Христос выведет на чистую воду эту историю, потому что сделать это может только Он. И только Христос оставляет, и всегда, такие следы.

Он утопит «сына» Суворова — Аркадия в этом выдуманном румынском Рымнике, чтобы восстановить Правду. И утопит Он его генерал-лейтенантом и выдуманным сыном Суворова, который сыном его не признавал. Уж сам-то Суворов знал, что это не его сын.

И что это за имечко у сына русского Суворова?

«Желая спасти своего утопавшего кучера, он бросился в бурную речку, но повредил себе руку и не мог выплыть»

Это Рука Господа, только Он этим заведует, без шуток.

Мало того, Христос подождал, пока сыночка сделают генералом, как и Суворова в то время, а уже потом показательно утопит.

А я все думал, почему Анна Иоанновна уничтожила более семисот кузниц в Башкирии — это страх. И не из-за мотыг с косами, а чтобы пушечки не стали бы опять отливать.

Странно, однако, что автор статьи излагает это от себя, хотя всё это есть у Фоменко.

 

Валентин Великий: Слушай, Валентин, выходит, что XVIII столетие это такие же потёмки, как и XIII-е. Думаю, что и «наше всё» к этому руку приложил. Фрондирующий элемент к архивам и близко не подпустили бы. Значит, сочинял он свою «историю» в русле официозных установок. Потому и издали её безбоязненно.

 

Валентин Байгильдин: Ты хочешь сказать XIX-е? Получается, что так, если Карамзин не называет пока иго – татаро-монгольским.

 

Валентин Великий: Нет, я про то, что «Пугачёва», как теперь выясняется, народ называл Петром Петровичем, а не Петром Фёдоровичем. А историки «умертвили» Петра II чуть ли не в детстве.

 

Валентин Байгильдин: Да, что-то тут есть. Получается «Капитанская дочка» – заказ и Пушкин за деньги работал на искажение истории?

Валентин Великий: Я про «Историю пугачёвского бунта». «Капитанская дочка» это художественная проза, к ней претензий у меня нет.

 

Валентин Байгильдин: Да, Валь, это вопрос – не слишком ли крут Пугачев для своих тридцати двух лет. Пушкину в «Капитанской дочке» пришлось натянуть Пугачеву сорок годков.

 

Валентин Великий: Если он сын Петра II, то, примерно, столько ему и должно было быть.

 

Валентин Байгильдин: Да, похоже. Поэтому такой кипиш с судом и казнью. У Петра было побольше прав на престол, чем у Катьки. Ради простого казака никто не будет собирать Сенат, не будет Указов самой императрицы, не будет и запредельно щедрых наград.

А Пушкин нужен был, чтобы теорию Романовых закрепить литературно. Как и с Годуновым.

 

Валентин Великий: И с Разиным та же история. Один в один, считай. Даже в Библии отразился. Вот, что пишет о нём новая хронология:

 

«11. СТЕПАН ТИМОФЕЕВИЧ РАЗИН. РАЗГРОМ РУСИ-ОРДЫ В ЕВРОПЕ

Редактирование некоторых книг Библии продолжалось, вероятно, вплоть до XVII века. Такая мысль приходит при чтении, например, следующего фрагмента Библии: «И возвратился Адер (Орда? – Авт. ) в землю свою. И воздвиг Бог против Соломона еще противника, Разона, сына Елиады, который бежал от государя своего Адраазара (Царя Орды? – Авт. ), царя Сувского, и, собрав около себя людей, сделался начальником шайки, после того как Давид разбил Адраазара; и пошли они в Дамаск, и водворились там, и владычествовали в Дамаске» (3 Царств 11:22–24).

Не является ли этот рассказ вставленным в Библию намеком на известную историю атамана Степана Разина? Имя Разон – это просто Разин. Как и атаман Разин, библейский Разон собрал вокруг себя людей, «разбойников» (именно такое слово употреблено, например, в Библии Скорины начала XVI века), стал предводителем шайки. Даже терминология напоминает романовскую. Именно «разбойной шайкой» именовали романовские летописцы отряды атамана Разина. Упоминается и столица – Москва в форме Т-Моска = Дамаск. Таким образом, не исключено, что в ветхозаветные книги могли вноситься редакционные изменения и дополнения вплоть до XVII века.

Почему появилась такая многозначительная вставка в Библию? Возможно, редакторы XVII века не распознали здесь недавние события, приняли их за «древнюю историю» и вставили в Библию. Это не исключено. Например, если этот текст был написан на не слишком знакомом им языке (редакторы уже плохо понимали по-русски?). Но возможно и другое объяснение, вполне в духе средневековой схоластики и повышенного интереса к возможности вычитывать «предсказания текущих событий» из якобы древних книг. Изложение современного события могли представить читателю не как «газетную хронику» (означающую, что книга только что написана), а как замечательное предвидение якобы «древних мудрецов», которые будто бы вещим взором увидели в глубоком прошлом события далекого для них будущего – XVII века. И даже назвали имена. «Угадали», например, имя атамана Степана Разина. Тем самым, по мнению редакторов XVII века, авторитет якобы «древней» книги только повышался.

Так или иначе, но редакторы, вставившие этот рассказ в Библию, сослужили потомкам хорошую службу. Мы получили замечательную возможность датировать дошедшие до нас рукописи и издания Библии. А именно: те из них, которые содержат вставку о Разине, можно с большой долей вероятности отнести ко второй половине XVII века. Не ранее. Любопытно теперь с этой точки зрения бросить взгляд на ранние издания Библии якобы XV–XVI веков. Вот некоторые примеры.

  1. Острожская Библия, изданная якобы в 1581 году в Остроге. Фрагмент с Разиным в ней выглядит в значительной мере по-другому! И даже находится в другом месте текста – ближе к началу 11-й главы 3-й книги Царств. (Этот фрагмент в синодальном переводе перемещен на 10 стихов вниз.)

В Острожской Библии речь идет, в общем-то, о другой истории. В ней сказано: «И воздвиже Господь на Соломона… Раздрона сына Елидекова, иже избежа от Варамефы и Адразара царя Сувска господина своего и собрашася к нему мужи и бе воевода полку». Здесь речь идет о некоем полководце, воеводе по имени Раздрон. А не Разин. Ни о каких «разбойниках» и «шайках» не говорится ни слова. Да и имя Раздрон лишь отдаленно напоминает Разин. Короче говоря, текст Острожской Библии никоим образом не вызывает в нашей памяти ассоциации с войной против Разина.

Что же произошло? По-видимому, в XVII веке редакторы Библии, будучи не в силах сдержать желание поместить в священный текст рассказ по поводу столь важной для них победы над Разиным, стали искать «подходящий» для этого сюжет. И нашли какой-то малозаметный рассказ о некоем полководце по имени Раздрон. Исправили имя Раздрон на Разон (Разин), убрали слово «полк» и заменили его на «шайку». А в некоторых редакциях (например, в якобы очень старой Библии Скорины) вообще откровенно вписали слово «разбойники». В то время Библия еще не утратила значения книги, имеющей прямое отношение к событиям современной эпохи. Это неудивительно, так как значительная часть Библии посвящена событиям XV–XVI веков, непосредственно предшествующих событиям XVII века.

Итак, поскольку Острожская Библия не упоминает о Разине и о его «разбойниках», то, возможно, она действительно является старой, изданной в XVI веке.

  1. Лютеранский Хронограф 1680 года. Включенное в него подробное (вплоть до мелочей) изложение библейских событий не содержит фрагмента о Разине. Очевидно, авторы Хронографа конца XVII века пользовались старой Библией, вероятно XVI века.
  2. В «Иудейских древностях» Иосифа Флавия фрагмент о Разоне налицо. Здесь он назван Раазаром, что, по-видимому, является результатом слияния двух слов: Разин и Царь (Зар). В яркой форме рассказывается о «разбойниках» и «разбойничьих шайках», которыми руководит Раазар. Имеющийся сегодня текст книги Флавия, скорее всего, окончательно отредактирован не ранее второй половины XVII века.
  3. В немецкой Библии, якобы переведенной Мартином Лютером, фрагмент о Разоне также присутствует. Здесь он назван Reson. Следовательно, текст и этой Библии окончательно отредактирован не ранее второй половины XVII века.
  4. В английской Библии фрагмент о Разине также имеется. Здесь он назван Reson (I Kings 11:23). Мы видим, что и эта Библия окончательно отредактирована не ранее второй половины XVII века…»

 

Валентин Байгильдин: Да, умные это ребята, только они так и не ответили на вопрос, зачем весь этот сыр-бор с искажением истории. А причина одна — русский Христос, которого Фоменко с Носовским тоже похоронили. Но рановато.

 

Валентин Великий: Атеизм, Валентин, для учёного сильнейшее препятствие на пути к исторической истине. Христос это знал, потому и поручил тебе открыть людям то, что новой хронологии оказалось не под силу. Но всё равно им спасибо! И тебе тоже! Огромное!

 

 

 

 

Глава пятнадцатая

 

«Два лика одной Богородицы»

 

Фрагмент текста:

 

«Слева Богородица Боголюбская, и она написана на кипарисовой доске.

 

 

Справа Богородица это мозаичное изображение в Софийском Соборе Стамбула.

Это бывший Царьград,  где и происходили события из Евангелия в 1181-1185 годах.

Почему здесь?

Потому что только здесь в один день 1185 году было и затмение, и землетрясение, описываемые в Евангелиях и в «Слове о полку Игореве»…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Неужели до тебя никто так и не задался вопросом, что означает надпись над входом в Храм Покрова на Нерли: СТВ ДВД?

 

Валентин Байгильдин: Почему нет. Утверждают, что это Андрей Боголюбский изобразил библейского Давида из X века до нашей эры. Православное двуперстие они не замечают. Гусли, которые искусствоведы называют Псалтырем. Звери вокруг — заворожены музыкой.

Учения Христа о Духе, выраженное в камне, в упор не видят. Голубки — Дух. Львы — тело.

После обновления горельефа приделали внушительный нос Давиду, чтобы не сомневались в этнической принадлежности изображенного величества. Шлемовидный купол храма заменили луковкой, с которой Андрей Давыд боролся.

Ну и, наконец, где служба в этом Главном Храме?

 

Валентин Великий: Спасибо! Я ничего этого не знал.

 

Валентин Байгильдин: Значит, теперь нас будет двое, кто про это знает.

 

Валентин Великий: А почему Христос боролся с луковками?

 

Валентин Байгильдин: Сказано, что с ними боролся Илья Муромец. Он посшибал их в Киеве.

Христос строил шлемовидные купола, может, и еще какие-то, но не строил с луковкой.

Почему?

Потому что ты уже знаешь Его отношение к кончаку.

 

 

 

 

Глава шестнадцатая

 

Троица Рублева

Кто на ней и какой Андрей автор?

 

Фрагмент текста:

 

 

«Что здесь может быть не ясно?

Здесь ничего не ясно.

Есть много разных мнений по поводу изображения, вот это действительно ясно.

Кто является автором этой иконы, тоже есть разные версии.

Кто такой сам Рублев?

Мало, что известно.

Вот об этом и поговорим.

 

Главная версия:

 

«Сюжет знаменитой иконы Андрея Рублёва основан на 18-й главе книги Бытия, повествующей о явлении престарелым праотцам Аврааму и Сарре, возле их шатра у дубравы Мамре, трёх светозарных мужей. Авраам принял необыкновенных путников, поклонился и омыл им ноги, велел закласть лучшего телёнка и испечь пресные хлебы для угощения, чтобы укрепились сердца путников. Ангелы предсказали Аврааму и Сарре чудесное, вопреки естеству, рождение у них сына Исаака, от которого произведет Господь народ израилев. Здесь произошло событие необыкновенное, соответствующее важности происходящего, — под видом Ангелов-странников Аврааму явилось само Троичное Божество…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Логично, как и всегда.

 

Валентин Байгильдин: Спасибо. Знаешь, еще, в чем тут логика?

Смотри, придумали иго. Иго должно разрушить Владимир. Без этого придумщикам никак нельзя.

Иконостас Успенского Собора игом разграблен.

Что делать придумщикам при полной на самом деле сохранности иконостаса?

Выдумать Рублева, который придет и все нарисует заново.

Поэтому НИКАКОГО РУБЛЕВА ОДНОЗНАЧНО НЕ БЫЛО. Такие дела.

Как всегда крадут у Христа.

 

Валентин Великий: Потому, наверное, и Тарковского отпустили на Запад, на его духовную Родину. Сделал дело — гуляй смело!

 

Валентин Байгильдин: Да, с Рублевым Тарковский начудил. Потому так ценят этот фильм на Западе. Это какое-то издевательство над Русской культурой и непроходимая тоска.

Но, как всегда, Христос вмешивается и посмеивается. Фильм называется Андрей Рублев и … начинается с Храма Покрова на Нерли, построенного Христом.

Рублев — это Христос. И эту мысль с Храмом подкинет режиссеру сам Христос, но Тарковский эту мысль не осилит.

Несмотря на это фильм начинается с грандиозного откровения.

С нового взгляда – кто здесь КТО.

Христос всегда намекает.

Потому что полностью распоряжается нашими мозгами.

 

Валентин Великий: И что фильм снят в 1966 году, тоже, вероятно, намёк – на 6660 – год Рождества.

 

 

Глава семнадцатая

 

Христос и Патмос против Рублева и ига

 

Фрагмент текста:

 

«Называется эта фреска: Троица. Патмос, конец XII века.

 

 

Фреска в капелле Богоматери.

Патмос – остров в Эгейском море.

Христос на Патмосе написал Откровение Бога Слово.

Откровение 1.9.Старославянское Евангелие:

«Азъ Иоаннъ, иже и братъ вашъ и общникъ въ печали и во царствiи и въ терпенiи Иисусъ Христов, быхъ во острове нарицаемымъ Патмосъ за слово Божiе и за свид;етелство Иисусъ Христово»

 

Откровение.1.10. Старославянское Евангелие:

«Быхъ въ дусе въ день неделный, и слышахъ за собою гласъ велiй яко трубы глаголющiя: азъ есмь алфа и омега, первый и последнiй»

 

Сейчас вместо «недельный» везде воскресный.

Только не заменишь недельный на воскресение.

Недельный это девятый день.

И это славянский календарь.

А воскресение какой?

Седьмой…».

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Греция = Хрисия? От Христос?

 

Валентин Байгильдин: Тонкий вопрос, Валь. Христос – так Он никогда себя не называл. Христ.

 

Валентин Великий: А что это означает в переводе?

 

Валентин Байгильдин: Валь, в переводе мы молимся Христу, а не Христосу.

 

Валентин Великий: Само имя Христ, что означает?

 

Валентин Байгильдин: Х — исполнения обязательств в мире Яви. Явь это у нас.

Р — передача информации из мира Прави.

Правь это у Бога.

И — в гармонии.

С — Слово.

Т — утвержденной свыше

 

Валентин Великий: Я так и думал, что без Буквицы не понять. Некоторые переводят Христос, как мессия. В общем и целом, конечно, смысл похож.

 

Валентин Байгильдин: Здесь интересно про Мессию. Это слово встречается в Евангелие всего один раз, но произносит его Андрей. Он первый находит брата своего Симона и говорит ему: мы нашли Мессию, что значит: «Христос»

 

Ин 1:41:

«Он первый находит брата своего Симона и говорит ему: мы нашли Мессию, что значит: «Христос»

 

Из-за этого Андрея назовут Первозванным, что не соответствует данному событию.

Просто было нужно как-то заменить Христа-Андрея, чтобы какой-нибудь Андрей пошел на Русь и чего-нибудь там сделал.

На самом деле Он не мессия и не Христос — Он Вседержитель и Сын.

 

 

Он Христ только во время пребывания на Земле — это функция.

Надо было вдолбить людям — кто они и навести более или менее порядок.

Дать знания и веру.

 

 

 

Глава восемнадцатая

 

Кто распял Христа?

 

Фрагмент текста:

 

«О своем Распятии Он написал в Слове о полку Игореве.

Это сон Святослава».

 

«А Святъславь мутенъ сонъ виде

въ Киеве на горахъ.

«Си ночь, съ вечера, одевахуть мя — рече —

чръною паполомою

на кроваты тисове;

чръпахуть ми синее вино,

с трудомъ смешено;

сыпахуть ми тъщими тулы поганыхъ тльковинъ

великый женчюгь на лоно

и негуютъ мя.

Уже дьскы безъ кнеса

в моемъ теремь златовръсемъ.

Всю нощь съ вечера

босуви врани възграяху у Плеснеска,

на болони беша дебрь Кияня

и несошася къ синему морю»»

 

Возникает вопрос, если Христос рассказывает о стольких мелочах этого Великого События, скажет ли Он, кто это сделал?

Конечно.

И Он сказал,  кто это сделал.

Причем, этому персонажу уделено очень много внимания…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Думаю, твой труд едва ли скоро будет востребован на официальном уровне.

 

Валентин Байгильдин: Официальный уровень зависит от ученых. Если они хотят, чтобы над ними смеялись, это, конечно, их дело, но им будут задавать неудобные вопросы, от их ответов на которые все будут смеяться, а они плакать. Про Гзака с Кончаком, например. А это такие звери, что прикончат нашу липовую историю смехом.

 

Валентин Великий: «Ни хытру,

ни горазду,

ни пытьцю горазду

суда божиа не минути».

 

Что означает: «ни пытьцю»?

 

Валентин Байгильдин: Ни птице – умеющего летать.

Это Христос о Всеславе Полоцком, который его распял.

 

Валентин Великий: Пытки были??

 

«В основу книги «Страсти Христовы» легло несколько апокрифических сказаний. Основой повествования о схождении Христа во ад и изведении праведников взято из так называемого «Евангелия от Никодима» (II век от Р. Х.) Кроме «Страстей Христовых» это сказание стало источником некоторых богослужебных текстов, например, службы Великой Субботы и иконописных сюжетов. В славянских переводах «Евангелие от Никодима» известно с XIII века».

 

Валентин Байгильдин: Никодим такой был. Он фарисей и есть у Иоанна. Его Евангелие тоже фарисейство.

Но есть в Италии, в городе Лукка (Тоскана) Крест с Распятием Христа, вырезанным, якобы, самим Никодимом, из кедра. Вот это уже — правда, потому что там Христос в Царском хитоне и без таблички Пилата, которую придумают позже. И есть Голубь на кресте. Голубь есть и на Дмитровском Соборе во Владимире, построенным самим Христом в честь Воскресения.

 

Валентин Великий: Были ли истязания при Распятии?

 

Валентин Байгильдин: Было бичевание, но не было гвоздей. У Хониата Андроник просто привязан к балке. На наплечнике Боголюбского  «Распятие» Христос ногами стоит на травке и прибивать гвозди не к чему. На Крите есть кусочки веревки, которой был ПРИВЯЗАН Христос.

 

 

Бог гвоздей не позволил бы и сразу бы всех кончил. А так истязатели сами помучились, когда Христос встал из гроба.

Они и валяются мертвые на наплечнике «Воскресение». И Христос их оставил валяться, навечно, на этом наплечнике.

Кстати, Валь, ты навел меня на мысль. А зачем было вообще поднимать Христа на Крест над землей? Зачем эти скоты будут создавать себе лишние проблемы?

И потом, для этого нужны лестницы. И эти лестницы, если бы они действительно были, тоже стали бы святыми и их бы растащили на сувениры. Но таких лестниц ни у кого нет и о них никто не говорит. Значит, их и не было. И Христос стоял на травке.

Крест, веревки и гроб, конечно, разломали на святыни и такие святыни существуют.

 

Валентин Великий: Существует версия и о Распятии на дереве.

 

Валентин Байгильдин: Валь, я тоже думаю, что это было дерево. Я уже писал. На наплечнике Боголюбского «Распятие» изображены, размашисто так, корни дерева.

К нему могли прибить перекладину.

Но, ты Валь, как всегда, в цвет. Просто удивительно.

 

Валентин Великий: Выражение «древо жизни» не на пустом же месте возникло. Хлеб, как известно, на дереве не растёт. Так что, по видимому, таки да, на дереве Распяли Учителя. Просто, удобно, дёшево.

 

Валентин Байгильдин: Древо жизни это, скорее всего, наш Дух. Который Бог прокрутит через все знаки Зодиака. Чтобы человек сумел обрести все предназначения.

Крутить, видимо, приходится долго, через один и тот же знак. Какой смысл Богу давать человеку что-то еще, если он не прошел первый урок?

Соответственно Дерево это — вечное и должно приносить плоды, а не дрова.

 

 

 

Глава девятнадцатая

 

Жемчуга от Богородицы на корону русской литературы

 

Фрагмент текста:

 

«Всего одно слово Богородицы.

Но такое слово есть в русской литературе.

И этим словом Богородица, по-царски, заявляет:

Да! Это мой сын написал «Слово о полку Игореве!»

И хотя заявляет это Богородица словами Архангела Михаила,

это слово принадлежит самой Богородице, как участнице Главного События для всего человечества.

И слово это — звезда небесная на груди русской литературы.

В былые времена это произведение было очень популярным для русского народа под названием «Хождение Богородицы по мукам».

Несмотря на то, что это произведение тоже измучено «переводом» с греческого, это слово там осталось.

Но сначала о самом произведении…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Вполне убедительно, Валентин. А для чего гроб с Христом нужно было опускать в море? Так хоронили в те времена царей? Или, наоборот, хотели, чтобы не было могилы, чтобы некуда было прийти поклониться? Интересно, Всеслав понимал, что Христос Сын Божий? Вряд ли, наверное.

 

Валентин Байгильдин: Знал, Валь. Он искушал Христа на Кресте,  перед входом Его в Небесный Иерусалим. И второе, знала стража заговорщиков, предлагая Христу обратиться с просьбой о защите к Богу — своему Отцу. Всеслав мог считать себя подобным Христу, он умел летать, превращаться в животных. Я думаю, Бог специально создал равного по силам врага.

Зачем положили в Гроб?

Интересный вопрос. Я не знаю. Наших князей хоронили в храмах. великих Киевских в Софийском Соборе. Это есть в Слове, когда Святополк доставил тело отца, Олзе Гориславича в Софию.

Бесы были уверены, что Христос умер. Они положили Его в Гроб и понесли к морю. Если бы просто хотели утопить, гроб был бы не нужен. Поэтому похоже на то, что все-таки хотели похоронить, но в каком-нибудь тайном месте. Для этого ждало судно на берегу. Или же хотели опустить гроб в море, подальше от берега.

 

Валентин Великий: Мне думается, что к известному нам по Евангелиям возрасту Христа нужно относиться с осторожностью. Тридцать или тридцать три это, скорее, продолжительность Его царствования. Если редакторы выдумали происхождение от плотника, то, что стоило им изменить и возраст, чтобы напустить ещё большего туману? Я думаю, что на плащанице проявлен Образ Христа. Прости, но в этом я на стороне новой хронологии. Плащаница это, возможно, наш древний Спас Нерукотворный.

 

Валентин Байгильдин: Валь, о своем Рождении сказал сам Христос в «Откровении» Бога Слово. 6660-е Лето. Зодиак – Китоврас. Здесь железно. Так же Он сам сказал, сколько правил до Распятия — около четырех лет. Что касается нерукотворности, всё может быть. Есть нерукотворные картинки на полях. Пусть это даже будет плащаница. Только не связывай ее с тем, что в неё был завернут Христос — и я с тобой соглашусь.

 

Валентин Великий: А почему Христа не могли завернуть в плащаницу?

 

Валентин Байгильдин: Потому что его раздели до последней тряпки. Потому что Он не умирал в XII веке. Потому что на плащанице — изображение старика.

Я не против плащаницы. Но здесь может быть скрыто кое-что ещё более грандиозное.

 

 

 

 

Глава двадцатая

 

Предлагал ли Христос тунеядствовать?

 

Фрагмент текста:

 

«Да, предлагал, радостно утверждают атеисты, посмеиваясь над верующими и самим Христом.

Ну, что тут возразить?

Читать атеисты умеют, и Библию от них не спрячешь.

И такое предложение действительно есть в Библии.

В Нагорной Проповеди Христа.

Синодальный перевод:

 

Матфей. 6.25.

«Посему говорю вам: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды?»

 

Здесь вопрос — зачем переводить, если текст теряет смысл?

Зачем переводить бумагу и переводить умы гордых атеистов на сладостное превосходство?

Ну, эти переводчики всё равно не услышат, так нужно хотя бы атеистов спустить на Землю, на которой работать надо.

Потому что Христос не предлагал лежать кверху брюхом в ожидании кренделей с неба.

За это от Неба можно получить только то, что получил Воробьянинов от Бендера после аукциона…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Я вот что подумал. Детей на Руси обычно рожали в бане. Там же, как известно, и зачинали. В Евангелиях говорится, что Христос Родился в пещере, которая, скорее всего, Пещь Ра — в бане. Христос Родился в декабре. Пещь Ра, естественно, жарко протопили, а затем Пещь Ра превратилась в Евангельскую пещеру. Опять же, сено в сцене Рождества тоже присутствует. По-моему, всё это не лишено смысла.

 

Валентин Байгильдин: Ты молодец, Валь. Без этих древних знаний здесь, конечно, не обошлось.

Вот где бы найти такую Пещь Ра? Неужели ни одной не осталось.

Туда же человек должен в половину роста войти и свободно сидеть.

Иванушку не туда ли заталкивала старуха?

А если найти, пустят ли? Скорее всего, у староверов есть. Поэтому и живут по сто пятьдесят лет.

 

Валентин Великий: Не, ну, вряд ли здесь нужно понимать буквально. Для чего было Глебу совать жену в печь? Её просто протопили, а рожала Анна на полке.

 

Валентин Байгильдин: Не в печь, Валь, я не про это. Они знали про Пещь, чего мы не знаем. Что они знали, чего мы не знаем? Мы вообще что-нибудь знаем? По сравнению с семьей Христа?

Ну и, конечно, Рождение проконтролирует сам Волхв Владимир.

Кстати, не сам ли Он будет делать кесарево?

Очень даже может быть. Потому что он Должен был присутствовать. Его предупредят.

Поэтому сделал кесарево, вышел покурить — взошла Венера на Востоке. Записал, помыл руки, передал нам.

 

Валентин Великий: То есть ты хочешь сказать, что кесарево – потому что кесарь делал? Возможно, конечно.

 

Валентин Байгильдин: Если бы слово «кесарь» относилось только к Христу, так только у него бы и осталось. А кесарями были все византийские императоры. Как и Христос позже. Поэтому, скорее всего, кесарево сечение надо отнести к кесарю Владимиру. Который на тот момент и был таким кесарем Византии-Руси.

 

Валентин Великий: Может быть. А позже это событие могло трансформироваться в легенду о том, что французские короли одним прикосновением своих царственных рук излечивали людей от золотухи.

 

Глава двадцать первая

 

Андроников монастырь в символах Распятия

 

Фрагмент текста:

 

«Есть такой монастырь в Москве. Спасо-Андроников.

Монастырь очень старый.

 

 

Расположен на берегу Яузы.

А вот история монастыря это песня, прямо таки баллада о месте Распятия и о самом Христе.

Во-первых, на территории монастыря имеется Спасский Собор. Он  самый древний из сохранившихся Московских Храмов.

 

Освящен в 1357 году.

 

Я бы сказал, что Христос расписался на нем — это строил Я.

Потому что только Он так и строил.

 

Купол Собора — шлемовидный.

 

 

 

«О Руская земле! уже зашеломянем еси!»

 

Это из «Слова о полку Игореве», написанного Христом.

Именно такой купол был и у Храма на Нерли. Тоже шлемовидный.

Потому это не церковка, а Храм-Воин.

Дмитровский Собор во Владимире – шлемовидный.

Многокупольный Успенский Собор во Владимире — шлемовидный.

Успенский Собор Княгининого монастыря во Владимире – шлемовидный. Никаких луковок…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Кто строил на Руси Храмы с луковками? На кого сердился по этому поводу Христос?

 

Валентин Байгильдин: Кто строил с луковкой? Наверняка Всеслав и его сторонники. Он же был, какое-то время главным в Киеве. А пришел Илья Муромец и посбивал их, это было во время захвата Киева войсками Андрея Боголюбского-Христа. С луковкой это в проекции — кончак. Иван Великий, например. И этот стиль победил. Самое главное — Христос так не строил.

 

Валентин Великий: Кто описан в «Повести временных лет» под именем Святополка Окаянного? Всеслав? Биографии у них похожи. Святополка писари делали с Всеслава??

 

Валентин Байгильдин: Да, вполне подходит по своей окаянности. Только убийство Глеба выдумали.

 

Валентин Великий: Глеб Владимирович, по всей видимости, и без того почитался святым на Руси, как папа Христа. Подменить происхождение его святости, думаю, было не трудно. Это хорошо, что фальсификаторы часто относились к работе спустя рукава. Сейчас хоть что-то можно восстановить.

 

Валентин Байгильдин: Глеб Владимирович был еще и императором Византии Иоанном II Комнином, поэтому не мог не отразиться в одном из Волхвов. Он бы обиделся, что понятно. Император уже по определению святой – от Бога. Что касается фальсификаторов, то, конечно, это делали не историки типа Скалигера. Это делала власть, новая власть, которая сделала из Христа то, что сделала, а русские историки при этом бежали впереди телеги, грузя на телегу иго татарское и выбрасывая с нее Христа.

 

 

Иоанн II Комнин

 

 

 

Глава двадцать вторая

 

Вещий Олег

Песня, кино, и Михаил Задорнов

 

Фрагмент текста:

 

«Есть пара моментов в истории Вещего Олега, которые знакомы всем.

Взятие Царьграда, и смерть от змеи.

Вот об этом и поговорим.

Олег с большим войском приплыл на ладьях к Царьграду.

Ладей —  две тысячи. В каждой по двадцать человек.

Год 907-й. Это «Повесть временных лет».

У Царьграда – стены. А бухту Золотой Рог перегораживает золотая цепь.

Почему бы и нет, если дальше тоже будут только шутки.

Олега никто не испугался. Спокойно постреливают защитники в Олега с городских стен и посмеиваются над князем.

Но Олег малый непростой. Он придумал к этим ладьям приделать колеса.

 

 

Фрагмент «Повести временных лет»

 

А тот, кто это написал, решил заодно приделать к нашим ушам – ослиные. Потому что без этих ушей колеса не приделаешь. Где он возьмет колеса и куда он будет их приделывать?

Дырки сверлить? А возвращаться он собирается?..»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Не вижу ничего такого в Пушкине, что могло бы вызвать мой интерес. Вряд ли он знал, о ком писал.

 

Валентин Байгильдин: Валь, мы с тобой говорили, что с Годуновым и Пугачевым он не историчен и находится на стороне власти. Это третий случай, когда его используют для шельмования истории. Поход на хазар это не самый яркий эпизод в легенде об этом Олеге. Но Пушкин поет в правильном направлении и именно с этого начинает. Очень нужна история, что якобы они уже были. Мы с тобой это уже обсуждали.

 

Валентин Великий: Пушкин не лгал, я думаю. Он искренне верил, что Карамзин, с помощью художественных приёмов, воссоздал по летописям реальную историю русов. Пушкина использовали, конечно, но втёмную. Зачем было посвящать его в тайны. Он готов был обманываться и так.

 

Валентин Байгильдин: Валь, почему Пушкин не почувствовал, что про колеса – это выдумка? Почему из всей древности выбрал именно этот момент, а не, скажем, Крещение Руси, что гораздо значительнее?

То есть Пушкин просто человек, как и все мы, продолжающие топать по Карамзину.

 

Валентин Великий: Что значит, Пушкин просто человек? А кто же ещё? Конечно, недобросовестные литературоведы приписывают ему дар пророчества, чуть ли не ясновидения, в литературном смысле обожествляют его: величайший, гениальнейший и т. д. и т. п., но, почему мы с тобой должны заморачиваться всей этой идолопоклоннической чепухой? Для любого разумного человека Пушкин это первый в России профессиональный поэт и только. Пишущий за деньги.

О степени его одарённости можно спорить.

Пушкин не обязательно самостоятельно обратился к сюжету об Олеге. Его могли ненавязчиво к нему подвести. Тот же Карамзин. Хотя, я думаю, что и Николая Михайловича самого использовали. Ему не нужно было ничего выдумывать из головы. Летописи под Карамзина были уже давным-давно готовы. Оставалось найти талантливое перо, которое сделает летописную версию широко известной. К Карамзину, по-видимому, долго присматривались и в итоге выбор всё-таки пал на него. А он, в свою очередь, заметив талант Пушкина, приобщил и того к внедрению в русские мозги фальшивой истории. Плевать они хотели на историческую истину, для них главным было, «чтобы костюмчик сидел». На счёт выдумки про колёса, повторю, Пушкин, как и Карамзин, создавал не историческое произведение, а литературное. Это касается и «Бориса Годунова», и «Моцарта и Сальери»…

 

Валентин Байгильдин: Про Пушкина. Я тебя об этом и спрашивал: не похожа ли эта история на некую вербовку в своих целях. Карамзин — масон, а поэт должен быть самостоятелен. Но, судя по его страстям, поэта можно было на них поймать, деньгами в том числе. Поэтому история с камер-юнкерством может быть не страдательной, а вынужденной.

Вот это, что за дрянь?

«России определено было высокое предназначение… Ее необозримые равнины поглотили силу монголов и остановили их нашествие на самом краю Европы; варвары не осмелились оставить у себя в тылу порабощенную Русь и возвратились в степи своего востока. Образующееся просвещение было спасено растерзанной и издыхающей Россией…»

А.С. Пушкин

 

Валентин Великий: Пустое это, тёзка. Не справедливо судить о людях первой половины XIX века с высоты сегодняшних исторических знаний. К тому же Пушкин попросту не обладал критическим мышлением, чтобы подмечать несуразности карамзинской «Истории».

 

Валентин Байгильдин: Валь, по твоей же справедливости несправедливо распевать нам про дутое величие этих не зорких и не глубоких.

 

Валентин Великий: Конечно, не справедливо, кто же спорит.

 

 

 

 

Глава двадцать третья

 

Русские императоры Византии Око Минос

 

 

Фрагмент текста:

 

«Вот, что должно быть в наших учебниках истории!

 

И на обложке «Слова о полку Игореве», автор которого – Христос!

 

Серху Христос – Император Византии и Руси. Андрей Глебович Давыд.

За спиной у него двое сыновей. Мстислав и Роман – ПАПОБОРЦЫ.

 

«А ты, буй Романе, и Мстиславе!

Храбрая мысль носитъ вашъ умъ на дело.

Высоко плаваеши на дело въ буести,

яко соколъ, на ветрехъ ширяяся,

хотя птицю въ буйстве одолети.

Суть бо у ваю железныи папорбци

подъ шеломы латиньскыми.

Теми тресну земля,

и многы страны —

Хинова,

Литва,

Ятвязи,

Деремела,

и половци сулици своя повръгоша,

а главы своя подклониша

подъ тыи мечи харалужныи»

 

Слева папа Христа Глеб Владимирович – Парфогенит (Император) Иоанн Око Минос.

Справа старший брат Христа Ярослав Глебович – Парфогенит (Император) Мануил Око Минос, от которого власть и перейдет Андронику Око Минос – Христу…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Любопытно было бы узнать о судьбе детей Христа. Мстислав Великий это, по-видимому, сын Христа?

Вчера купил «Слово о полку Игореве». Хотел купить бутылку коньяку, но купил «Слово» (правда, коньяк я потом тоже купил).

 

Валентин Байгильдин: В нашей истории Мстислав будет спрятан и проходить под другим именем, но отыскать, конечно, его надо. И Романа, Примерно, знаю, как. А «Слово», да. Священная книга русов!

 

Валентин Великий: Не знаю, ещё не читал. Завтра начну, наверное. Там ещё два перевода Лихачёва.

 

Валентин Байгильдин: Когда будешь пить коньяк, на перевод Лихачева селедку положи.

 

Валентин Великий: Ага, сейчас, стану я пить коньяк под селёдку! Тем более, что я его уже выпил.

 

Валентин Байгильдин: Под селедку пить не надо. Надо просто положить селедку на Лихачева. И пить.

 

Валентин Великий: Человек трудился, переводил так, как понимал. Другое дело, если он сознательно затуманивал содержание и скрывал имя Автора. Но ведь это вряд ли?

 

Валентин Байгильдин: Не знал, конечно, что это Христос. Но ведь -бред на бреде. Просто отсутствие ума какое-то.

Ни одного слова правильно не перевел. И за это сталинскую премию?

 

Валентин Великий: На счёт бездарности Лихачёва согласен с тобой. Но злого умысла не было, а это главное в человеке, по-моему, чтобы не было умысла и корысти.

 

Валентин Байгильдин: Не уверен насчет отсутствия умысла. Что он говорил в 90-е? Мы никто, запад все. За это там ему докторские степени и давали. Он не знал, кто написал «Слово», как и все остальные академики, а я знаю. Посмотрим теперь, есть ли у них совесть.

 

Валентин Великий: Нужно ознакомить Носовского и Фоменко с результатами твоего исследования. Сегодня только они могут сделать твой труд известным. Пошли им экземпляр. Или передай через общих знакомых, если таковые имеются.

 

Валентин Байгильдин: Валь, попробую сделать наоборот. Чтобы они сами мне написали.

 

Валентин Великий: Это не суть важно, кто кому первый напишет. Важно, чтобы книга твоя стала известна широкому читателю. Тема её слишком важна для всех людей.

Аминь!

 

Валентин Байгильдин: Спасибо, Валь.

 

 

Феодора – жена Христа

 

Глава двадцать четвертая

 

Щекотъ славий успе, говоръ галичь убуди

 

Фрагмент текста:

 

«Это из Слова о полку Игореве.

Старорусский текст:

«Щекотъ славий успе,

говоръ галичь убуди»

Лихачев:

«Щекот соловьиный уснул,

говор галок пробудился»

Интересно, да? Оказывается, галки днем спят, а ночью пробуждаются и гоняются за учеными, чтобы свить у них в голове гнездо…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Кто огласовывал текст «Слова о полку»?

 

Валентин Байгильдин: Ты хочешь спросить, кто его разделял на слова?

 

Валентин Великий: Нет, именно огласовывал — вставлял гласные. Ведь текст рукописи приобретённой Мусиным-Пушкиным был написан одними согласными?

 

Валентин Байгильдин: С чего ты взял? Это был рукописный журнал «Хронограф». Кто будет читать неогласованный журнал?

На самом деле там интересная история. Говорят, что все буквы шли подряд, без разделения на слова. Я в это не верю. Подряд-то подряд, но такой стиль письма был и есть в документах. Но там есть маленькая буква, в конце каждого слова. Вот этого и не поняли, потому что забыли этот стиль. Есть такой стиль письма и на самом старом Храме Ярославля.

 

Валентин Великий: Просто я читал у Фоменко, что до изобретения книгопечатания все тексты в целях экономии пергамента писались только согласными буквами, а гласные обозначались точками поверх согласных, но без указания какая именно гласная. Фоменко утверждает, что известный Тридентский Собор XVI века был посвящён огласовыванию Библии. Проблема, мол, целая была. Я думал ты в курсе.

 

Валентин Байгильдин: Да, я читал такое и про Библию. Тогда бы мы ее до сих пор разгадывали. У нас в языке на основе Буквицы нельзя выбросить гласные. Смысл меняется.

 

Валентин Великий: Именно это я и имел в виду. Где гарантии, что древние тексты были правильно огласованы и восстановлены? В рукописи, мол, КРВ можно было огласовать и как кровь и как кривой и как корова. Да и вообще как угодно.

 

Валентин Байгильдин: Откуда ты взял это КРВ? И причем здесь папирус? Русские где возьмут этот папирус? Писали на плотной бумаге и не жалели ее.

Но кому-то выгодно считать, что Библия была написана без огласовки, потому что якобы она была написана на арамейском. Вот пусть ее и читают на арамейском. На русском ее можно понять только понимая каждую букву, сразу записанную, а не потом выдуманную.

 

Валентин Великий: Да не папирус, а пергамент. Я ведь ничего этого не утверждаю, а только ссылаюсь на работы новой хронологии. Выходит, что они банально врут, рассказывая читателям про неогласованные древние рукописи?

 

Валентин Байгильдин: Валь, у арамейского и безгласной Библии источник один. Как можно доверять этому источнику, если Фоменко прекрасно знает, что Псалтырь написан Христом, но его умыкнули в Ветхий Завет у самого Христа, и не только Псалтырь.

 

 

 

Глава двадцать пятая

 

Христос назвал себя Автором Слова о полку Игореве

 

Фрагмент текста:

 

«Христос назвал много своих Имен.

Бог, Шарокань (Вседержитель), Кисаню (Кесарь — император Рима)…

«Се у Рим кричат»

Это Христос пишет «Слово» в Риме (Царьграде).

Но самое интересное, что Он назвал себя в названии произведения.

В первом же Слове!

«Слово о полку Игореве» это «Слово — о полке Игореве»!

Потому что Христа звали Слово, причем только Его.

Почему это так?..»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Корень имени Слово – лов. Ловец человеков?

 

Валентин Байгильдин: Видимо, да, Валь.

 

Валентин Великий: Если Слово это имя Христа, то фраза у Иоанна, о том, что «В начале было Слово», приобретает смысл и становится понятной. Раньше я не понимал, почему в начале было Слово.

 

Валентин Байгильдин: Да я и сам не догадывался. Но самое главное, что Иоанн это папа Христа – Глеб Владимирович Давыд. В византийской истории он Иоанн II Комнин (Око Минос). Потому он и всё знает о Христе. А также в его Евангелие есть продолжение жизни Христа.

 

 

 

Глава двадцать шестая

 

Что означают буквы рядом с Христом?

 

Фрагмент текста:

 

«Рядом всегда написаны четыре буквы:

IС — ХС

Причем, над этими буквами всегда пишется титло – волнистая линия.

А что они означают и на каком языке они это означают?

Нам говорят, что это расшифровывается — Иисус Христос.

Всегда так говорят.

А мы сами-то, как говорим?

 

Именительный — кто — ???

Родительный — кого — Христа.

Дательный — кому — Христу

Винительный — кого — Христа

Творительный — кем — Христом

Предложный — о ком — о Христе

 

А есть еще:

Рождество — Христово

Чада — Христовы

 

И так далее…

 

Что нужно поставить в Именительный падеж?

 

ХРИСТ

 

Почему?

 

Потому что — так будет правильно…»

 

 

 

Комментарии

 

Валентин Великий: С каждой новой твоей работой я словно прозреваю понемногу. Спасибо, Валентин!

 

Валентин Байгильдин: Спасибо, Валь. Ты пока один, кто всё понимает. Не готовы люди. В смысле у них нет посуды, куда всё это положить. Уже всё занято. Но к десяти тысячам моих читателей должен объявиться второй. Так у Христа. Он говорит, дам всем, а поймут только двое из десяти тысяч. Ждем второго.

 

Валентин Великий: Для нас с тобой он станет третьим. Как и заведено у русских.

 

Валентин Байгильдин: Да, Валь. А вдруг это будет ОНА?

 

Валентин Великий: «Ты сердце полонила,

надежду подала

и то переменила,

надежду отняла.

Лишаяся приязни,

я все тобой гублю.

Достоин ли я казни,

что я тебя люблю.

 

Я рвусь, изнемогая;

взгляни на скорбь мою,

взгляни, моя драгая,

на слезы, кои лью!

Дня света ненавижу,

с тоскою спать ложусь,

во сне тебя увижу –

вскричу и пробужусь…»

 

А. П. Сумароков

 

 

 

 

Глава двадцать седьмая

 

Когда князь Игорь вернулся плена?

 

Фрагмент текста:

 

«Во-первых, он не вернулся сам, конечно же, его спас Христос, будущий автор «Слова».

По пути, превращая Игоря в различных животных и птиц.

Будет ли помнить об этом Игорь, как его превращали в сокола, например?

Вряд ли. Что положено Юпитеру, не положено быку. Примут за ненормального. Скажут, в плену повредил голову.

Поэтому Игорь и не сможет толком ничего объяснить и пойдут разговоры, Игорь такой, Игорь сякой. И такие разговоры были.

«Старые словесы».

Поэтому самому Христу пришлось объяснить, как всё было. Ка̀к Он его спасал.

Чтобы еще раз спасти Игоря, теперь уже от пересудов…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Человеку с рациональным мышлением трудно в такое поверить, Валентин. В то же время превращение сперматозоида в человека удивления у нас не вызывает, а превращение человека в птицу, в лучшем случае может вызвать снисходительную улыбку, а в худшем посоветуют обратиться за консультацией к психиатру. В чём здесь дело, как думаешь?

 

Валентин Байгильдин: Это очень и очень интересный вопрос, Валь. Христос на него так ответил: Мф. 23:13

«Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что затворяете Царство Небесное человекам, ибо сами не входите и хотящих войти не допускаете».

А это страшно, потому что Христос сказал: не войдешь при жизни в Царствие Небесное — не войдешь и после смерти. Эту фразу Христа знали Пушкин, Толстой, Достоевский? Знали как дважды два. Почему не сказали людям, что̀ это? Потому что не знали сами. Они не понимали что̀ представляет из себя Бог, а, значит, не знали и что̀ есть из себя человек. Они уже не знали, что такое Буквица, и ни один из них не написал строчки о ней. А Буквица ЗНАЕТ ВСЁ — и про Бога, и про человека.

И ни один из них не знал, что Христос — Русский, а, значит, они не могли найти текстов Христа в Библии, чтобы что-нибудь понять. Что уж говорить о других?

Кто-нибудь другой знал? Конечно.

Монахи Соловецкого монастыря сумели уничтожить семьсот человек осаждающих монастырь солдат всего за пару дней, уничтожили их молитвой, после чего в стане осаждавших случилась эпидемия неизвестной болезни и — каюк. Монахи держались восемь лет. И люди им помогали. Но осаждавшие, видимо, смогли найти сильного колдуна, и он сломал мозги одному из монахов и тот стал иудой. Но на следующий день после взятия монастыря и растерзания защитников — Тишайший царь заболел и через неделю скончался. На Руси это поняли однозначно и правильно. Причем, скончается он навсегда, а все монахи вернутся на Землю почти сразу. Дней через сорок.

Знали все знахарки, которые лечили словом. Только с помощью Христа, но словом, без всяких лекарств, кто — с помощью трав, это более низкий уровень знаний.

Кто их научил? Христос. Оттуда и пошло. Когда Христос научил своих учеников исцелять людей без лекарств, а научились этому лишь один из десяти тысяч челов, они пошли и стали исцелять как Христос. И сейчас есть такие, например, Тибетский лама, я тебе рассказывал про свою любовницу, которую лама исцелил на раз от последней стадии диабета, врачи это умеют? А это есть и никуда не делось, скажем, академик Сытин знает, что̀ нужно внедрять на государственном уровне, а не таблетки дорогие производить? Не помогут таблетки.

Даже на простой вопрос, почему из одного и того же сперматозоида и одной и той же клетки может родиться мальчик, а может девочка  — не ответит ни один ученый.

А это решают на Небе, а не сперматозоид.

Вот так, если вкратце.

 

Валентин Великий: В срок не оплатил трафик и сутки просидел без интернета. Скучновато, однако. Как быстро интернет изменил нашу жизнь. Вряд ли это хорошо. В особенности, когда даже со своими соседями чаще общаешься в сети, чем вживую. Конечно, есть и преимущества. К примеру, при помощи мировой паутины можно познакомиться с красивой молодой женщиной из Ульяновска. Между мною и нею 2 тысячи 203 километра.

 

Валентин Байгильдин: Далековато.

 

Валентин Великий: Зато при помощи интернета я в любую минуту могу прикоснуться к монитору и погладить её аватарку.

 

Валентин Байгильдин: А что же местный контингент?

 

Валентин Великий: Она лучше всех!

 

Валентин Байгильдин: Тогда покоряй.

 

Валентин Великий: Только этим и занимаюсь.

 

 

Глава двадцать восьмая

 

Имперское Великолепие Христа!

 

Фрагмент текста:

 

«Эта икона греческая.

 

 

«Греция была частью Византии-Руси, императором которой был Христос, под именем Андроника I Комнина.

На самом деле — Око Миноса.

Минос это сын Зевса. Око — это сердце, через которое осуществляется связь человека с его Творцом.

Для ученых сердце просто насос. Поэтому они пытаются заменить сердце на механическое, а в результате человек сходит с ума…»

 

Комментарии

 

Любовь Царькова: Интересно получить ссылку на то, где Вы взяли эту икону.

 

Валентин Байгильдин: Друг был в Греции, там и снял.

 

Любовь Царькова: Любопытно, что в книге, которую держит император, текст «Отче наш» — и почему-то в варианте, который закрепился после реформы Никона в XVII веке, где добавлено в конце «Ибо Твое есть царство и сила и слава вовеки». У старообрядцев раньше этого конца молитвы не было, что весьма странно.

 

Валентин Байгильдин: Слова «Яко твое есть Царствие и Сила и Слава во веки» есть в старославянском Евангелие.

 

Любовь Царькова: По манере письма — явный новодел.

 

Валентин Байгильдин: Какой новодел, когда там кракелюры. Икона монастырская, побойтесь Бога.

 

Любовь Царькова: Валентин, сужу только по манере письма.

 

Валентин Байгильдин: Вы судите не по манере письма, а по отсутствию икон с такой манерой письма у нас. То, что в XII веке изобразительное искусство портретов было высочайшим, доказывают мозаики Святой Софии Стамбула и фрески монастырей Афона. Выше уже некуда. А это Афон. Что, у нас таких фресок не было, таких манер? Конечно, были.

 

Где они?

 

У Тишайшего надо спросить.

 

 

 

Глава двадцать девятая

 

Боящийся несовершенен в любви?

 

Фрагмент текста:

 

«В свое время эта фраза из Альтиста Данилова, где она повторяется несколько раз, озадачила поиском смысла.

Ну, хорошо, боящийся несовершенен в любви, а в чем он совершенен?

В прыжках в ширину?

В работе, в поисках пути, в красивой плоти?

Понятно, что — нигде.

Тогда зачем об этом говорить?

В то время я еще не знал, что это фраза из Библии.

Как и сейчас большинство не знают, что ее там нет.

И есть, и нет?

Ну, да.

Как и большинство фраз из Библии.

Потому что эти фразы прибывают там в двух разных смыслах, где чаще всего во втором смысле вообще нет никакого смысла.

Как и в этом случае смысла нет, но его вам объяснят.

Не понимал этой фразы и альтист Данилов, хотя книга и хороша…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: С Наступающим, Валентин! Желаю крепкого здоровья для тебя лично и новых исторических открытий для всех нас, твоих читателей!

Счастья и удачи всем твоим домочадцам!

 

Валентин Байгильдин: Спасибо, Валь! Буду стараться! Тебе желаю, чтобы Дед Мороз подарил тебе Снегурочку, ульяновского свежего румянца, очарования сердца и открытий Бога!

 

Валентин Великий: С просторов интернета:

 

«Почему животные живут гораздо меньше людей?

Подруга рассказала вчера историю. Она работает ветеринаром, и вчера к ней в клинику привезли старую 10-летнюю собаку, которая была больна раком и уже умирала. Хозяева решили её усыпить, т.к. животное очень сильно мучилось. Они посчитали нужным, чтобы при этой процедуре присутствовал их 6-летний сын. Когда собаку усыпляли, подруга была очень удивлена тем, что малыш не проронил ни одной слезинки. Тогда она спросила, знает ли он, почему животные живут гораздо меньше людей. Ответ поразил её до глубины души. Мальчик сказал: «Конечно, знаю. Люди приходят в этот мир, чтобы научиться любить. А собаки это уже сразу умеют, поэтому им не требуется для жизни много времени».

 

Валентин Байгильдин: Понравилось.

 

 

Фреска – Сон Христа

 

 

 

 

 

Глава тридцатая

 

Которого Святослава Изборник?

 

Фрагмент текста:

 

«Таких изборников два. 1073 и 1076 годов.

1073 — парадная книга с картинками.

1076 — обиходная. Без картинок.

Ну, вот. Якобы эти два изборника были составлены для Великого князя Святослава Ярославича. Годы жизни 1027 — 1076. В 1073-1076 гг. великий князь Киевский.

Изборник — это избранные изречения.

То есть вторым изборником он не сильно и попользовался.

А я думаю, не видел и первого, потому что изборники-то есть, а такого князя не существовало в русской природе. Как не существовало и его батюшки Ярослава Мудрого.

И об этом нам сообщают сами Изборники…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Дух и Душа, есть ли разница между ними?

 

Валентин Байгильдин: Конечно. Душа у тела на Земле. Дух у Бога на Небе.

Тело + Душа + Дух + Бог = Человек

 

Валентин Великий: Полистал Алистейна, он у тебя в избранных. Он в курсе, кто Автор «Слова о полку»?

 

Валентин Байгильдин: Валь, не знаю. Он пишет об истории, видимо, что-то у него мне понравилось.

 

Валентин Великий: Он описывает случай произошедший с Мусиным-Пушкиным, искавшим тогда Тьмутаракань. Корабль, на котором находился коллекционер, сорвался с якоря в Крыму, и его отнесло в Константинополь. Вряд ли это случайно.

 

Валентин Байгильдин: Вообще, Валь, загадка, почему люди не интересуются историей? Нас, что, двое всего?

 

Валентин Великий: Двое плюс ОНА. Итого – два с половиной.

 

Валентин Байгильдин: Как-то странно. Люди не интересуются, но очень тверды в том, чему их научили. Иго, например.

 

Валентин Великий: Люди в большинстве своём не ищут новых знаний. Не верят в них. Ну, какие открытия могут быть в истории? Всё уже давным-давно известно. Есть летописи, есть школьные учебники, монографии. Все исторические факты задокументированы, запротоколированы. Археологических находок подтверждающих летописную историю — целые музеи! А тут находится, понимаешь, какой-то Фоменко и прочие умники, жаждущие дешёвой популярности. Они строчат, а я должен всё это читать, думает обыватель? Нет уж, дудки!

 

Валентин Байгильдин: Ничего, Валь. Придется узнать, потому что наша история связана с Христом. И надо нам ему вернуть то, что у него отобрали. И для этого не надо читать тома Фоменко.

 

Валентин Великий: Для этого необходимо иметь элементарную любознательность, жажду знаний. Как говорится, и одному человеку по силам привести лошадь к водопою, но и сорок человек не смогут заставить её пить.

 

Валентин Байгильдин: Это да. Но, например гзак и кончак могут обрушить историю не благодаря любознательности, а благодаря смеху. Редедя с косогами тоже, оказывается, вошли в летописи. Таких вещей много, просто надо выстрелить.

 

Валентин Великий: Профессиональные учёные это каста, поэтому ждать от них помощи в распространении подлинных знаний не приходится. Задача честных исследователей — продолжать кропотливо трудиться и выкладывать результаты своего труда в интернет.

 

Валентин Великий: Скажи, а что стало с Всеславом? У него не было «полномочий» воскреснуть после издыхания? Написал сейчас и задумался, а правда, для чего ему воскресать? Мавр сделал своё дело, мавр может уходить. В небытие?

 

Валентин Байгильдин: Там темная история про Всеслава. Сначала он на троне в Царьграде, но сидеть в столице это еще не значит завоевать всю Империю. Потом брат его выколет ему глаза и посадит за решетку. В 1189-м Крестовый поход покончит с обоими.

Командует всем Бог. Ему нужно развитие Системы. Чтобы развился Христос, Бог сотворил Ему могущественного соперника. Дальше о Всеславе сказал сам Христос:

 

«Нн хитру,

ни горазду,

ни пытцю горазду

суда Божия не минути»

 

Так что с ним всё ясно.

В 1189 году Христос вернул себе власть. Но сначала ему надо было разобраться с половцами.

Шекспиром еще надо будет заняться. То, что это самый гениальный автор, понятно. Никто не знает, кто он. Ты, конечно, догадываешься, Кто.

 

 

И это именно так.

 

 

 

 

Глава тридцать первая

 

Византийские искры боевой доблести Христа

 

Фрагмент текста:

 

«Андроник Комнин — это настоящий тип византийца XII века, со всеми его добродетелями и со всеми его пороками. Высокий ростом (говорят, в нем было более шести футов), геркулесовой силы и несравненного изящества, он обладал, по выражению одного современника, «красотой, действительно казавшейся достойной трона».

«Крепкого телосложения, удивительно сильный во всех телесных упражнениях, поддерживающий рассчитанным воздержанием полное равновесие сил и здоровья, а также могучую грацию форм, не поддающийся никакой болезни, он был превосходным наездником, законодателем мод. На войне же он совершал подвиги, достойные рыцаря»

 

Никита Хониат

 

XII век

 

Современник Христа…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: «Христос Сын Бога и был Им создан до сотворения Земли».

То есть вначале Бог создал Христа, а уже Христос создал землю?

 

Валентин Байгильдин: Нет. Всё создавал Творец. Но, чтобы Христос ВСЁ знал, сначала Творец создал Сына. Это есть в Библии, но принимается за другое. Поэтому специально об этом расскажу. Почему я о доблести? Потому что, в принципе, достаточно одной фрески Христа в кольчуге, с мечом и щитом. Чтобы разрушить официальную историю про странника в пустыне. И эта фреска на Афоне. А когда таких фактов сотни?

Не всё создал Творец. Например, Христос создал бегемота. И ученые удивлены, почему нет костей предшественника. Типа по Дарвину.

Кстати, интересная мысль. Археологи нам уже плешь проели своими динозаврами.

Но при этом нет ни одного черепа монгола у нас. А динозавры если и были, то сразу вместе с человеком, ради которого всё и затевалось.

 

Валентин Великий: Короче говоря, Христос обустраивал землю для появления на ней человека, а затем и сам Воплотился, чтобы дать людям Знание и веру?

 

Валентин Байгильдин: Воплотил Христа Творец, чтобы дать людям знания – кто они такие. Чтобы Христос ВСЁ умел, Бог показал Ему, как это делается. И кроме того Христос – Вседержитель. К Творцу – только через него. К управлению собой – только через него. После жизни решает Христос – нужен ты ему или нет. Христос полностью управляет нашим сознанием, но по незыблемым Законам Творца. И Творца можно видеть – это Свет.

 

 

Ра Свет

 

 

 

Глава тридцать вторая

 

БОГ

 

Фрагмент текста:

 

«Как скучно мы живем»

И какая гадость эта заливная рыба, и геоцентризм Аристотеля, и антропоцентризм Птоломея, и гелиоцентризм Галлилея.

При этом все трое верили в Бога, но ни один из них не знал, что такое Человек, и  поэтому забыл поставить Бога — Отца всего Человечества — в центр своей системы.

Как и сейчас не знает ни один ученый. Их этому не учат.

Это действительно Ирония судьбы всего Человечества.

Поэтому мы шастаем по чужим квартирам пьяными, насмехаясь над собой.

Бог послал Своего Сына на Землю.

И Христос, посмотрев на людей, сказал, да они все пьяные.

Не знают, кто они такие.

Даже Гассан Абдуррахман ибн Хоттаб, просидевший в бутылке три  тысячи лет и заработавший там насморк, знал о Мироздании больше, чем все ученые вместе взятые.

Поэтому и был волшебником…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: На форуме одном прочёл сегодня, что с Богом могут конфликтовать лишь благородные люди. Человек не имеющий, мол, претензий к Всевышнему — быдло бездумное.

 

Валентин Байгильдин: Бог в основании устроил так, что все претензии к Нему оборачиваются для человека большими неприятностями.

 

Валентин Великий: Выходит, что Бруно сожгли за дело, что нет никакого множества миров?

 

Валентин Байгильдин: Человеческого нет. Но при этом есть мир без человеческого тела и он более совершенен.

Если туда пустят.

 

Валентин Великий: Господь уже старенький, глуховат, нужно хорошенечко постучать, авось услышит.

 

Валентин Байгильдин: На Небе не стареют. А с Бруно не всё так просто. Темная история.

Его время жизни – это как раз когда начнут искажать память о Христе. Его не сразу казнили. Видимо, не быстро победил лагерь изменников Христа.

Всё-таки поэты это люди с тонко настроенными струнами. Не знаю, как это у тебя получается.

 

Валентин Великий: В смысле?

 

Валентин Байгильдин: В смысле некой мелодии поддерживающей тему.

Надо почитать историю инквизиции. Она могла начаться только после Христа, веке в XV. Тоже будут врать. Но надо найти зерна.

 

Валентин Великий: Ю. С. Рыбников предположил, что Вселенная это шар, самая совершенная геометрическая фигура. Про Шароканя в то же время он не в курсе. Он, хотя и считает себя атеистом, но признаёт, что Луна есть искусственный спутник Земли.

 

Валентин Байгильдин: Только Земля не спутник. Мать Земля. В Центре — Оцъ. Вся вселенная — внутри. Это не значит, что это мало.

 

Валентин Великий: Но Галактики существуют? Они тоже вместе с нами внутри Земли??

 

Валентин Байгильдин: Всё, что существует, находится внутри. Потому что Христос – Шарокань. Было бы еще что-то, Христос бы сказал. Он сказал, что мы приходим из своих чертогов (Созвездий) через Солнце. Душа прилетает Светом.

 

Валентин Великий: У меня мама была Светлана.

 

Валентин Байгильдин: Ну, уж мамы-то наши в Свете. Заслужили.

 

 

Глава тридцать третья

 

Войдите в темную комнату

 

Фрагмент текста:

 

«Встаньте перед зеркалом.

Зеркало должно быть большое.

Зеркальный шкаф подойдет.

В комнате темно.

В коридоре, через который вы попали в комнату, должно быть светло.

Вы, зеркало перед вами, примерно, в метре от вас, и проем двери должны быть на одной линии.

Смотреть будете в зеркало, на освещенную стену в коридоре позади вас.

Теперь покачайтесь из стороны в сторону.

Вокруг головы, вместе с вами, будет передвигаться и затенять стену ваша Аура.

Это не тело излучает что-то. Это сначала это что-то, а потом тело.

Это структура вашей Души, настолько плотная, что мешает проходить свету.

У меня где-то по полметра в каждую сторону.

Наиболее темная часть сразу вокруг головы и по краям Ауры.

Теперь возьмите утюг, нагрейте его до 36 градусов…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Про портрет Дарвина понравилось, смешно! А если серьёзно, ночью, гражданин естествоиспытатель, нужно спать, а не утюги нагревать.

 

Валентин Байгильдин: Если серьезно, то спать надо головой на Север. Се Вера. Потому что поток от Бога движется именно так.

 

Валентин Великий: А уши не замёрзнут?

 

Валентин Байгильдин: В уши надо вставить пару свечек для обогрева.

 

Валентин Великий: Не могу не поделиться.

 

Владимир Бушин

 

Он всё увидит этот мальчик

 

«В июле прошлого года мне позвонила и попросила о встрече некто Беатрикс Вуд, англичанка, кинопродюсер. Я, конечно, удивился: что такое? Чем моя скромная и совершенно не киношная особа могла заинтересовать незнакомую мне дочь гордого Альбиона? Однако не ксенофоб же я, согласился на встречу: «Приходите, буду рад». А удивляться потом пришлось еще больше, и не только мне, но и госпоже Вуд.

На другой день в сопровождении своей помощницы Татьяны англичанка и припожаловала ко мне домой. Тут сразу выяснилось, что продюсер-то она продюсер, но не английской, а финской кинофирмы. Час от часу не легче! Выходит, и финнам есть до меня дело… Но уж вконец я был ошарашен, когда англо-финнка поведала, зачем я им понадобился и чего они от меня хотят. Еще в 1993 году в «Советской России» была напечатана моя статья о Павлике Морозове. И вот оказывается — вы только вообразите! — что они снимают фильм о герое моей давней статьи. Мы хотели бы, сказала Вуд, чтобы вы приняли участие в этом фильме, поделились своими мыслями об этом широко известном в вашей стране подростке. Выходит, не я их, в сущности, интересую, а мой герой. Ну, это немного легче, хотя еще удивительней…

На другой день Беатрикс — она была молода и обаятельна — пришла уже с режиссером Пекка Лето, с оператором, осветителем и со всей киноаппаратурой. Они ее установили. «Мотор!» — и я начал свой рассказ, заглядывая иногда в текст своей давней статьи:

«Третьего сентября 1932 года тихим утром два мальчика из глухой уральской деревни Герасимовка, братья Павел и Федя отправились в тайгу по клюкву. Они надумали это не сами, их настойчиво уговаривала пойти родная бабка Аксинья. Через три дня, шестого сентября, братьев нашли в лесной чащобе убитыми…»

Беатрикс, которой Татьяна тут же быстро и точно все переводила, удивленно встрепенулась. А я продолжал:

«Участковый инспектор милиции Яков Титов составил акт осмотра трупов:

 

«Морозов Павел лежал от дороги на расстоянии 10 метров, головою в восточную сторону. На голове надет красный мешок. Павлу был нанесен смертельный удар в брюхо. Второй удар нанесен в грудь около сердца, под каковым находились рассыпанные ягоды клюквы. Около Павла стояла одна корзина, другая отброшена в сторону. Рубашка его в двух местах прорвана, на спине кровяное багровое пятно. Цвет волос — русый, лицо белое, глаза голубые, открыты, рот закрыт. В ногах две березы…».

 

Беатрикс хотела что-то сказать, но ее остановил режиссер Лето.

 

«Труп Федора Морозова находился в пятнадцати метрах от Павла в болотине и мелком осиннике. Федору был нанесен удар в левый висок палкой, правая щека испачкана кровью. Ножом нанесен смертельный удар в брюхо выше пупка, куда вышли кишки, а также разрезана рука ножом до кости…».

 

Беатрикс остановила съемку и подошла ко мне. Ее губы мелко дрожали то ли от страшной картины, воссозданной прочитанным текстом, то ли от неведомой мне обиды или недоумения.

— Простите, я не понимаю… Его убили?.. Их убили?.. Кто?..

Я остолбенел:

— Как? Вы снимаете о нем фильм и вам это не известно? Вы не знаете, что Павлика и его младшего брата Федю убили?

В разговор вступила Татьяна. Оказывается, работая над фильмом, съемочная группа уже побывала у нескольких авторов, когда-либо писавших или хотя бы упоминавших о Морозове, и все твердили только одно: «Это невиданный предатель! Он предал собственного отца!».. О, я знал их, ненавистников Павла, всех наперечет! Впереди, конечно, как всегда, фигуры, подобные бесстыжему журналисту Ю. Альперовичу, «юношескому» писателю В. Амлинскому, телевизионно-газетному интеллектуалу Ф. Бурлацкому, всеохватному историку и литературоведу Н. Эйдельману, педагогу, видите ли, С. Соловейчику. За ними — профессиональный «известинский» правдолюб при любом режиме Ю. Феофанов, критик на все руки Т. Иванова и прочие…. А дальше, как водится, русские суперпатриоты, до того отягощенные своей любовью к родному народу, что не соображают, с кем они в одной компании, у кого на подхвате, — В. Солоухин, Д. Балашов, С. Куняев…

— Мотор!

Я продолжал:

«На первом допросе арестованный по подозрению молодой мужик Данила показал:

 

 «Кулуканов несколько раз уговаривал меня убить Павла, однако не было подходящего момента. Третьего сентября я зашел к нему и сказал, что братья ушли по ягоды. Кулуканов сказал: “Я давно договорился с Сергеем обо всем, но ему одному ничего не сделать. Возьми деньги, а когда прикончим Павла, я дам тебе золота две пригоршни”. После этого мы с дедом Сергеем решили идти в лес. Мы знали, какой дорогой Павел ходит с болота домой, и пошли ему навстречу. Ребята ничего не подозревали, подошли близко, и тогда дед внезапно ударил Павла ножом. Павел вскрикнул: “Беги, Федя!..”

Я кинулся за Федором, схватил его, дед подбежал и нанес ему несколько ударов. Убил обоих дед при моей помощи. Сделали мы это по наущению Кулуканова».

 

Беатрикс подняла руку, съемка остановилась.

— Надо объяснить, — глухим, странным голосом сказала она, — кто эти люди.

Я согласно кивнул и продолжал:

«Дед Сергей внес важные поправки в показания Данилы. Признал, что замысел убийства принадлежит именно ему, так как «Павел вывел из терпения, не давал проходу, укорял за то, что он содержатель конфискованных кулацких вещей». Но при этом заявил, однако, что «сам братьев не убивал. Только держал Федора. Зарезал же ребят внук Данила». Тот вынужден был подтвердить эти показания и добавил некоторые подробности:

 

«Павел не шевелился, но дед вытряхнул ягоды из мешка и сказал: “Надо надеть ему мешок на голову, а то очнется и домой приползет”. Потом я стащил Павла с тропы на правую сторону, а дед стащил Федора на левую. Федю мы убили только затем, чтобы нас не выдал. Он плакал, просил не убивать, но мы не пожалели…».

 

Раздался стук. Кто-то уронил на пол что-то твердое. Я взглянул на Беатрикс. Бледная, она недвижно сидела в кресле, стиснув пальцы.

«Кто же они, эти два человека, молодой и старый, с такой беспощадной жестокостью убившие двух мальчиков? Нет, это не беглые каторжники, не бродяги-душегубы, а односельчане убитых. Больше того, старик приходился не только своему сообщнику по убийству, но и обеим жертвам родным дедом, а Данила был их двоюродным старшим братом. И надо добавить, что бабка Аксинья, жена деда Сергея, знала о замысле убийц, одобряла его и сама не раз говорила внуку Даниле: «Да убей ты этого сопливого коммуниста!» Потому в то роковое утро она как соучастница так настойчиво и выпроваживала внучат в тайгу. Вот каковы были эти люди, против которых в глухой, пробуждавшейся к новой жизни деревне, восстал одинокий отрок-правдолюб. И после этого его, а не их клеймят как предателя, преступившего через узы родства и крови!..»

Я попросил остановиться, чтобы промочить горло, и когда выходил в кухню за стаканом воды, услышал, как режиссер Лето сказал: «Да это просто шекспировский клубок страстей и злодеев!» Через минуту я вернулся с отпитым стаканом воды.

«Павел… Павлик Морозов… «Цвет волос русый, лицо белое, глаза голубые, открыты. В ногах две березы»… Пожалуй, нет в нашем советском прошлом другой фигуры, которая так часто и так яростно поносилась бы ныне питомцами горбачевско-яковлевского «нового мышления» и тем самым так резко и глубоко высвечивала бы всю их подлинную духовную суть. Они говорят и пишут о нем с такой злобой, ненавистью и уверенностью в своей правоте, словно не его, нежного отрока вместе с малолетним братом, предали лютой смерти здоровенные мужики, а он, вооружившись ножом, зарезал в лесу немощного старца, да еще разбогател на этом или сделал карьеру. Кое-кого из этих горбачевско-яковлевских питомцев я уже перечислил. Накал их ненависти и страстной жажды опорочить несчастную жертву кровавой трагедии классовой борьбы просто изумляет…

Взять упоминавшегося Альперовича, который напакостил в полную меру своих сил на родине и укатил в США.

В 1981 году из московской молодежной газеты, в которой он работал, написал письмо Ларисе Павловне Исаковой, учительнице убитого, с просьбой ответить на множество вопросов и прислать свою фотографию того времени. Надо, мол, для большой публикации, которую готовлю. Старушка, привыкшая верить людям, а уж особенно тем, которые работают в газетах, тщательно выполнила просьбу. Однако публикация не появилась, ибо то, что она написала, никак не укладывалось в схему замысла литературного прохвоста, больше того, решительно опровергало сей замысел. Тогда Лариса Павловна стала добиваться, чтобы он хотя бы вернул фотографию, дорогую память о молодости, и тут вдруг обнаружилось нечто такое, чему старая учительница долго не могла поверить: журналист втирался к ней в доверие под чужим именем — И. М. Ачильдиева, своего коллеги по редакции! Зачем? Да ясно — грязные дела удобнее проворачивать в маске порядочных людей.

Примерно в то же время не поленился Альперович-Ачильдиев еще и поехать в Алупку к Татьяне Семеновне, матери Павла (она умерла в 1983 году). И вот представьте себе эту картину и этого человека: к восьмидесятилетней старушке в маленький городок является столичный журналист с диктофоном и ласковым голосом задает ей множество ловко сформулированных вопросов, является с единственной целью — убить еще раз ее давным-давно убитого сына. А та — простая русская душа — разве может помыслить что-нибудь дурное? Она, радуясь гостю, говорит, не заботясь о формулировках, и мысли у нее нет, что слова ее могут быть вывернуты наизнанку, а в пасквиле под названием «Вознесение Павлика Морозова» будет сказано для достоверности: “Я встречался с матерью моего героя”. Уходя, он целует сухонькие беспомощные руки, вынянчившие пятерых детей, из которых к тому времени четвертых уже схоронила, руки, за всю жизнь не знавшие ни дня покоя. “Храни вас Бог в дороге”, — говорит старушка на прощание. И гость с низким поклоном исчезает. Он спешит в Москву, ему не терпится устроить за письменным столом пиршество гробокопателя…

Альперович (кроме украденного второго имени у него было и третье — красивый русский псевдоним Дружников) задумал еще доказать, что убили подростков-братьев не дед Сергей и брат Данила, а некто Карташев и Потупчик. Жаль, говорит, что уже умерли, а то бы я посадил их на скамью подсудимых. Как так? Ведь было следствие, показания многочисленных свидетелей, суд, наконец, было признание самих подсудимых. Все так, не отрицает Альперович-Ачильдиев-Дружников, но те двое, кого осудили, его не интересуют, ибо они — простые крестьяне, а эти — коммунисты. Да еще Карташев — «уполномоченный ОГПУ». И вот, мол, убийством хотели спровоцировать массовые репрессии в деревне… Правда, материалов следствия и суда Альперович в руках не держал. Таким людям некогда копаться в архивах, как три года копалась в них Вероника Кононенко, написавшая обстоятельное исследование об этой трагедии. Альперовичам лишь бы побыстрей слепить статейку или книжонку позабористей. А когда иные из них, как Солженицын или Радзинский, обращаются к документам, то бесстыдно препарируют их в соответствии со своими целями. Альперович же строил свое доказательство исключительно по наитию «нового мышления», согласно которому не было в истории людей, ужаснее коммунистов, и не существовало страны, омерзительнее Советского Союза.

Но тут-то и появилась откуда-то неугомонная журналистка Кононенко и разыскала не только все судебные материалы дела, но и самого Спиридона Никитича Карташова, оказавшегося, вопреки надеждам и расчетам Альперовича, отнюдь не вымершим коммунистом. Нашла эта дотошная Вероника и Алексея — последнего из семьи Морозовых, младшего брата Павла».

Беатрикс радостно всплеснула руками, ее большие серые глаза сияли, а когда оператор по какой-то технической необходимости тут же сделал паузу в съемке, она изумленно воскликнула:

— Все оказались живы — и мать, и учительница, и Карташов!

— Ничего удивительного, — ответил я. — Во-первых, все они в дни трагедии были весьма молоды. А во-вторых, не забывайте, что до ельцинско-черномырдинских реформ средняя продолжительность жизни была в стране 72 года у мужчин и 76 лет у женщин. Теперь же большинство мужчин не доживают даже до пенсии.

— А вот вы упомянули о Солженицыне, — неуверенно сказала англичанка, — ведь он всемирно известен, нобелевский лауреат…

У меня не было желания распространяться об этом, и я опять ответил кратко:

— Этот нобелиат получил то, что давно заслужил: полное безразличие читателей и оголтелые восторги Радзинского. Больше того, его книги стали предметом насмешек и даже глумления. В последнее время этим занялся, видимо, не отдавая себе отчета в производимом эффекте, весьма известный у нас телехохмач Хазанов. Вот, говорит, однажды Ростропович прислал Солженицыну раков и пиво, и это толкнуло писателя на создание великого, бессмертного романа «Раковый корпус». А как была написана книга «Ленин в Цюрихе»? Да очень просто! Однажды картавящий Ростропович, видите ли, напомнил писателю картавящего Ленина, и он бросился к письменному столу. Что же касается многомиллионотиражного трактата Солженицына «Как нам обустроить Россию», то он зародился на даче у того же Ростроповича в размышлениях о том, как Александр Исаевич обустроил бы эту дачу, если бы она принадлежала ему…»

— Это в России называется юмор? — спросила соотечественница Свифта, Бернарда Шоу и Ивлина Во.

— Да, таков у нас теперь юмор. И другого юмора не понимают и не заслуживают ни президент, ни премьер, ни министр культуры. Они сами на уровне таких особенно известных юмористов и сатириков, как Хазанов и Жванецкий, Петросян и Задорнов. Этот последний не так давно огласил по телевидению примерно такую шуточку: «В стране катастрофически падает количество изнасилований. Что стало с нашими мужчинами? Я их не узнаю…» И Ельцин, Черномырдин, Лужков, даже новый министр обороны, портативный ельцинский маршалок Сергеев, заходятся, изнемогают в хохоте. Пошляки потешают пошляков. Такова сегодняшняя Россия.

Впервые голос подал оператор:

— Хотел бы я посмотреть на этого юмориста, если бы число изнасилований возросло за счет его жены или дочери.

— А ведь я знал его отца, Николая Задорнова. Прекрасный был человек и писатель. Познакомились в Коктебеле. Позже он даже рецензировал одну мою книгу для издательства «Современник». Знал по Коктебелю и мать, ее звали, кажется, Софья Абрамовна или Павловна. Разве мог предвидеть честный русский писатель, что плодом его брака окажется юморист такого пошиба… За особые заслуги в щекотании пузатых пошляков Ельцин бесплатно предоставил Задорнову четырехкомнатную квартиру с двумя сортирами в «президентском доме» на Осенней улице, где сам имеет весь шестой этаж…

— Мотор!

«Альперович, зачислив Карташова в чекисты, объявив, что именно он убил Павлика Морозова с целью вызвать массовые репрессии, высылку местных кулаков, разумеется, врал. Карташов чекистом никогда не был, и никаких репрессий не последовало. Арестовали по подозрению в убийстве всего шестерых человек, двое из которых вскоре были отпущены. Не состоялась и «массовая высылка кулаков» из деревни, чем запоздало стращал обличитель. Алексей Морозов свидетельствует:

 

«У нас из богатеев никто не пострадал, да и высылать было некуда — и так медвежий угол. Высылали к нам»…

 

Когда спрашиваешь этих писателей, историков, педагогов, как же так, за что вы люто ненавидите Павла, ведь не он же убил, а его убили, то они, бледнея от гордого негодования, отвечают, например, голосом Соломона Соловейчика: «Он нанес удар в завязи нравственности. Под анестезией жалости к убитым в сердца детей, читавших о них, вливали жуткую вакцину против совести». Какие слова! Завязь… Анестезия… Вакцина. Но позвольте, вакцина вроде бы средство против чумы, холеры, оспы. Разве совесть стоит тут в одном ряду?

Тогда они отвечают голосом Владимира Амлинского: «Павел Морозов — это не символ стойкости, классовой сознательности, а символ узаконенного предательства». Как это не символ стойкости, если ему то и дело грозили расправой, не раз избивали так, что он попадал в больницу, пытались утопить, а он стоял на своем! Кто-нибудь из вас, твердокаменные, пронес свои убеждения сквозь такой кошмар, получил за свои взгляды хотя бы одну затрещину?..

Тогда они отвечают голосом известного ветерана правдолюбия Юрия Феофанова: «Меня заставляли молиться на Павлика!» Кто заставлял? Побойся Бога, старая кикимора! Это от предрасположенности зависит. Есть люди и органы печати, которые не в силах не молиться хоть на кого-нибудь. Да и лучше уж молиться на убиенного отрока, чем на грабителя Гайдара, предавшего деда, или на Чубайса, именуемого «вором в законе».

Тогда отвечают хором: «Он совершил преступление, которое неизмеримо тяжелее любого убийства!» Но разве смерть не искупает любую вину хотя бы через шестьдесят лет? Ведь вы все время твердите ныне о милосердии, сострадании, на устах у вас то Божье имя, то имя Искупителя… Но что же все-таки он совершил? И они отвечают: «Он выступил против родного отца!»

Допустим. Вы так бурно и долго негодуете, словно это единственный доселе невиданный случай не только в нашей, но и во всей истории рода людского. Словно ничего подобного вы не встречали в мировой литературе от Еврипида и Гоголя, у которых родители убивают своих детей, до Шолохова. В «Тихом Доне» сыновья убивают своего отца за то, что он изнасиловал их сестру, свою дочь Аксинью… История рода человеческого, увы, трагична, и тяжко бремя страстей человеческих.

Но ведь Павел-то не убил отца, того всего лишь на несколько лет лишили свободы, и произошло это отнюдь не в результате личных усилий сына — показания против подсудимого давали многие. Может, Трофим, отец Павла, председатель сельсовета, был ангелом во плоти и пострадал несправедливо? Вот что сказал о нем, даже спустя почти шестьдесят лет, другой его сын — Алексей:

 

«Я про отца старался плохо не говорить. Меня вынудили, чтобы брата от позора спасти. О мертвых плохо говорить — грех». И все-таки: «Привезли ссыльных поселенцев осенью тридцатого года. Вы думаете, отец их жалел? Ничуть. Он мать нашу, сыновей своих не жалел, не то что чужих. Любил одного себя да водку. И с переселенцев за бланки с печатью три шкуры сдирал. Последнее ему отдавали: деньги, сало, мясо…».

 

За торговлю этими бланками Трофима и посадили, вместе с пятью другими председателями сельсоветов, промышлявшими в округе тем же. Однако нам твердят: «Павел изменил кровным родственным узам, самым святым на свете. Он предал отца! Донос — это всегда донос, а уж на отца!..»

Но вот я беру свежайший номерок еженедельника «Аргументы и факты» и читаю письмо, присланное недавно одной девушкой:

 

«Вы, наверное, подумаете, что я сумасшедшая, ведь я хочу убить своего отца… У моей матери трое детей. Когда я родилась, отца посадили за изнасилование, и моей матери пришлось воспитывать нас одной на 60 рублей в месяц да еще посылать передачи. Когда я была маленькая, очень хотела, чтобы отец вернулся, но вот это произошло, и наши мучения начались. Он пил, пил много, бил нас и мать, а когда был трезвым, его издевательства принимали еще более изощренную форму. Он то спускал на меня собак, то начинал говорить такое, что просто стыдно повторить, а когда я повзрослела, пытался изнасиловать… Вчера в два часа ночи отец ворвался ко мне с ножом, стал бить и кричать, чтобы я пошла с ним. Я упиралась, звала на помощь, но мать тоже боялась подойти, ведь у него в руках был нож. Наконец, на крик вышла соседка и пригрозила, что вызовет милицию. Это было последней каплей. Если он сегодня напьется, он будет в моих руках. Пусть ценой собственной жизни, но я отомщу за свои и мамины страдания. Он сам сделал из меня врага».

 

Вот такое письмо наших распрекрасных демократических дней в многомиллионную газету… Что же молчите вы, многомудрые педагоги и вельмигласная критикесса Татьяна Иванова из «Огонька», и матерый правдолюб Феофанов из «Известий»? Почему не слышно ваших вселенских воплей: “Дочь предала отца! Донос! Измена священным узам крови!” А если девушка выполнит свою страшную угрозу, повернется ли у вас язык осудить ее и объявить чудовищем, страшнее Павлика?..»

В камере кончилась пленка, и оператор почему-то слишком долго менял ее на новую при гробовом молчании всех присутствующих. Тишину нарушил только глоток, который Беатрикс сделала из стакана с водой…

— Мотор!

«Жизнь Павла Морозова мало отличалась от жизни этой девушки эпохи Горбачева-Ельцина, а кое в чем была и пострашнее. Этот нынешний скот угодил в тюрьму за изнасилование, а жена собирала ему передачи. А тот скот бросил молодую жену с четырьмя детьми и на глазах всей деревни начал жить с другой. Городские интеллектуалы Амлинский да Бурлацкий, возросшие на асфальте, могут не понимать во всей полноте, что это такое для русской деревни шестьдесят лет тому назад, но Солоухин, выросший в такой деревне, или Балашов должны бы ясно представлять себе картину со всей обстоятельностью. Ведь здесь такой срам, что хоть в омут. Но, может быть, еще страшнее другое: как прокормить пять едоков двумя женскими руками? И начали эти едоки «ходить в куски», как говорят на Урале, то бишь побираться.

Алексей Морозов рассказывает:

 

«История Павлика — это трагедия семьи, которую отец растоптал и предал».

 

Да, именно так: не сын предал отца, а отец предал всю большую семью, и в том числе старшего сына. И сделал он это задолго до того, как Павел хоть что-то предпринял против него.

Но в чем же все-таки конкретно состоял поступок Павла? Может быть, послал письмо на Лубянку? Или приехал в Москву и выступил на собрании в ЦДЛ, требуя выслать отца за границу и лишить советского гражданства, как это сделали в отношении некоторых своих собратьев кое-кто из писателей, нынешних разоблачителей убиенного? Или, наконец, обратился в местные органы ОГПУ?

По одной журналистской версии, Павел пришел в сельсовет и рассказал о проделках своего отца приехавшему из райкома партии уполномоченному по хлебозаготовкам Кучину. Это крайне сомнительно, ибо, во-первых, в сельсовете он всегда мог напороться на отца, бывшего там председателем; во-вторых, при чем здесь уполномоченный по хлебозаготовкам? По другой журналистской версии, Павел никуда не ходил, а, наоборот, к ним в избу сам зашел уполномоченный и случайно увидел оброненную Трофимом справку, а Павел сказал, что отец такими справками торгует, но фамилия уполномоченного была не Кучин, а Дымов. По третьей версии, принадлежавшей уже не приезжим журналистам, а Л. П. Исаковой, учительнице Павла, в деревне вообще не появлялись представители райкома с такими фамилиями, а был уполномоченный, имевший запоминающуюся фамилию Толстый. Однако в материалах дела нет никаких показаний уполномоченных. Есть показания участкового инспектора милиции Я. Т. Битова. Гораздо вероятнее, что Павел, пожелай он сообщить властям о каких-то непорядках, обратился бы именно к нему. Но в показаниях Битова нет ни слова о том, что Павел говорил ему хоть что-нибудь об отце.

Но допустим на минуту самый неблагоприятный для Павла вариант: он пришел в сельсовет и сообщил приезжему человеку о злоупотреблениях отца. Но ведь, в отличие от зрелых мужей, многоопытных писателей, требовавших, например, в 1958 году лишить гражданства своего собрата, которого они называли предателем, малограмотный тринадцатилетний мальчик ничего, кроме своей таежной глухой Герасимовки, не знавший, конечно же, не способен был предвидеть все последствия. Тем более, что на дворе стоял только 1931 год, и он, опять же в отличие от помянутых выше московских писателей, не мог учесть ничем не заменимый опыт тридцать седьмого года, которым располагали те.

Наиболее вероятным будет предположить, что Павел хотел только припугнуть отца, надеялся, что приезжий дядя всего лишь задаст тому хорошую взбучку, он образумится и вернется в семью. При всем драматизме сложившейся в доме обстановки, при всей горечи и боли, что отец причинил семье, мечта о возвращении отца могла жить в сердце мальчика и двигать его поступками. Помните, что пишет девушка, отец которой сидел в тюрьме за гнуснейшее дело:

 

«Когда я была маленькой, очень хотела, чтобы отец вернулся».

 

Кто докажет, что шестьдесят лет назад детские сердца были устроены иначе.

Однако напомним, никаких доказательств, что Павел сказал о служебном корыстном жульничестве отца работнику райкома или милиции, нет. И нет ни слова о доносе в материалах как суда над Трофимом Морозовым с его подельниками по обвинению их в торговле справками, так и суда над убийцами братьев, — ни в показаниях подсудимых и свидетелей, ни в других приобщенных документах.

А есть заявления такого рода:

 

 «Сергей Морозов был сердит на внука, ругал его за то, что он давал показания против отца на суде…. «На суде сын Трофима Морозова, Павел, подтвердил, что видел в доме чужие вещи»… «Мой свекор ненавидел нас с Павликом за то, что он на суде дал показания против Трофима…» и т. д.

 

Да, именно так: дал на суде показания против отца, а точнее сказать, по причине малолетства, будучи допрошен в присутствии матери и учительницы, Павел лишь подтвердил то, что в качестве свидетельницы показала мать. И никак иначе он поступить не мог. Надо думать, что, как это водится всегда, его предупредили, и он знал об ответственности за ложные показания. И вот мать уже дала правдивые показания. Значит, если Павел захотел бы выгородить родимого негодяя, то, во-первых, он, скорее всего, был бы легко уличен в неправде, а главное, ему пришлось бы выбирать между ненавистным отцом и любимой матерью, которую он ложными показаниями мог поставить под удар. Синклит сердцеведов ныне твердит: вот и должен был во имя отца-страдальца поставить под удар мать! Слава Богу, мальчик поступил по-своему: встал на сторону несчастной, опозоренной отцом матери. В этом весь его грех. Судите его, сердцеведы!..»

Много, очень много наговорили и написали ненавистники Павла Морозова, и всё — ложь. Но однажды вырвалось все-таки словцо правды. Владимир Амлинский заявил в «Литературной газете»: «Он глубоко опасен!» Святая правда. Да, он был крайне опасен, и притом не только для жуликоватого богача Арсения Кулуканова, которого принародно клеймил за то, что тот украл 16 пудов общественного хлеба; не только для Ефрема Шатракова, которому советовал сдать припрятанное ружье; не только для хитрого, прижимистого деда, которого стыдил за то, что он прячет ворованное и всегда старается поживиться за чужой счет; не только для отца, которого обличал и за махинации с фальшивыми справками, и за то, что как председатель сельсовета он во всем потакал богачам… Не только для этих односельчан да родственников был опасен Павел, но и для всех подобных личностей в округе. Его старая учительница Лариса Ивановна Исакова, у которой в тридцать седьмом расстреляли первого мужа, а в сорок первом погиб на фронте второй, русская женщина поразительной душевной чистоты и стойкости, поднявшая на свою учительскую зарплату шестерых детей, говорит о своем ученике Павле:

 

«Светлый он был человек. Хотел, чтобы никто чужую судьбу не заедал, за счет другого не наживался. За это его и убили».

 

А после смерти, когда его история стала известна, он стал опасен для многих во всей стране. Для кое-кого он глубоко опасен и сейчас. Ну как же не опасен, допустим, для Горбачева, всю жизнь озабоченного только своей шкурой, если Павел с открытой грудью шел в бой за других; как же не опасен для Ельцина, который всю жизнь лгал и будет лгать до могилы, если Павел просто не способен был солгать; как же не опасен для какого-нибудь Марка Захарова, который при первом же шорохе сбежал из партии, да еще устроил мерзкое зрелище сожжения своего партбилета на глазах миллионов телезрителей, а Павел, тринадцатилетний деревенский мальчишка, в ответ на угрозу дремучего деда «бить до тех пор, пока не выпишешься из пионеров», бросил ему в лицо: «Убивай хоть сейчас, не выпишусь!». Он опасен для всех названных и не названных здесь своих гонителей и клеветников: от еврея Соловейчика до русской Ивановой, от нестарого Альперовича до древнего Феофанова, от здравствующего Бурлацкого до покойного Амлинского…

Мой друг и сослуживец по журналу «Дружба народов» Ярослав Смеляков в стихотворении «Судья” писал о юном солдате, павшем в боях за Родину:

 

Если правда будет время,

Когда людей на Страшный Суд

Из всех земель с грехами всеми

Трикратно трубы призовут, —

Предстанет за столом судейским

Не Бог с туманной бородой,

А паренек красноармейский

Пред потрясенною толпой.

Он все увидит, этот мальчик,

И ни иоты не простит,

Но лесть — от правды,

Боль — от фальши

И гнев — от злобы отличит…

 

Эти стихи и о нем — о Павле Морозове. За деланными гримасами боли и гневными воплями своих хулителей он ясно видит фальшь и злобу…

 

«Цвет волос — русый, лицо — белое, глаза — голубые, открыты. В ногах две березы…»…

 

…Хотите, верьте, хотите — нет: два особенно злобных его ненавистника умерли, это произошло в разные годы, но в обоих случаях — в день убийства Павлика и Феди.

Тот, кто не верит этому, вероятно, усомнится и в том, чем я хочу завершить статью. 7 января, в Рождество, около 11 часов вечера, когда я был занят некоторыми уточнениями в тексте, уже отданном накануне в редакцию, вдруг раздался междугородный звонок. Париж! И мой добрый приятель сообщает: по французскому телевидению показывают фильм о Павлике Морозове. Вот на экране ты, Бушин, а теперь Федор Бурлацкий лепечет… Герасимовка… памятник Павлику…

Мистика? Промысел Божий? Простая случайность? Все возможно! Но уж это совпадение могут подтвердить с одной стороны, все парижане, с другой — сотрудники «Завтра».

Я не знаю, конечно, что за фильм получился у студии KinoFinlandia и у ее сотрудников, но я верил всю жизнь и верю до сих пор, что женщину с такими глазами, как у Беатрикс, могут обмануть, но сама она никогда не сделает зла, не скажет неправды».

 

Газета «Завтра». 1998. № 2. Январь

 

 

 

Глава тридцать четвертая

 

Гравитация. Шо, опять?

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Час тому наблюдал в небе золотистый рог полумесяца. Это Луна?

 

Валентин Байгильдин: А что еще? Луна бывает и днем.

 

Валентин Великий: А вдруг это не Луна, а ещё одно солнце, второе из четырёх, весеннее. Взошло и обустраивается на привычном месте.

 

Валентин Байгильдин: Нет, Валь. Солнце одно. Но оно имеет одновременно по-разному нагретые стороны.

 

Валентин Великий: Значит, орбита земли – круг, а не эллипс?

 

Валентин Байгильдин: Какая орбита Земли? Она просто вращается.

 

Валентин Великий: А почему созвездия меняются?

 

Валентин Байгильдин: Небесная Твердь крутится относительно Земли. Один оборот в течение года.

 

Валентин Великий: И что, во всей Вселенной, кроме нас, никого?

 

Валентин Байгильдин: А откуда они возьмутся, если Бог должен быть в центре, а края нами уже заняты.

 

Валентин Великий: А для чего другие планеты?

 

Валентин Байгильдин: Назначение планет – наделять характер человека персональными чертами.

 

 

 

Глава тридцать пятая

 

Ум и Разум

 

Фрагмент текста:

 

«…«И Я скажу вам: просите, и дано будет вам; ищите, и найдёте; стучите, и отворят вам, ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят»

Сказал это Христос.

И это только азы.

И обо всём этом Христос рассказал. Сейчас этого нет.

Но там, где было, с такими книжечками люди бежали в леса.

Потому что были разумны…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Всё верно, Валентин, но есть у меня убеждение, что разумный человек от людей в лес с книжкой не побежит.

 

Валентин Байгильдин: Они бежали не от людей, а от нелюдей.

Бежали, я думаю, от какого-то немыслимого зверства. Не только в вере дело. Сгибали несгибаемый народ.

 

Валентин Великий: Это может быть. Поначалу Никон строил Новый Иерусалим под Москвой. Значит, планировали оставить Христа руским, но что-то помешало, наверное.

 

Валентин Байгильдин: Мысль, конечно, интересная. Но для Христа Иерусалим на Небе и города с таким названием не было на Земле. Носовский и Фоменко ошиблись.

Скоро будет год, как я написал про авторство Христа «Слово о полку Игореве».

Лаяли на меня гораздо больше, чем благодарили.

Я не жалуюсь.

Люди слепы. И это им нравится.

.Страшно за людей. «Аще праведный едва спасется, нечестивый и грешный где явится?»

 

Валентин Великий: Жизнь Никона оболгана, думаю, не меньше, чем житие Аввакума. Царские борзописцы свалили на этого патриарха все преступления Алексея Михайловича.

 

Валентин Байгильдин: Никон это приводной ремень разрушения веры. Главный. Ты портрет его видел?

Я знаю, как к нему отнесся Христос.

 

Валентин Великий: Да я не спорю, и не оправдываю Никона. Просто пытаюсь рассуждать исторически и не мерить все эпохи и их персонажей современной меркой.

 

Валентин Байгильдин: Вот и вспомни, исторически, как называл его Аввакум.

 

 

Сожжение протопопа Аввакума

 

 

 

Глава тридцать шестая

 

Прибавление к Христу Соломwна, как прибавление ума

 

Фрагмент текста:

 

«Как его прибавить и почему Он Солом(w)н?

Надо вернуть Христу то, что ему принадлежит. И это прибавит нам  ума.

Это Учение Христа находится в Библии под разными названиями:

  1. Книга Притчей Соломоновых.
  2. Екклезиаст.
  3. Песнь Песней Соломоновых.
  4. Книга Премудрости Соломона.
  5. Псалтырь Дав(ы)да уже прибавлен раньше.

Чтобы прибавить себе ума, надо прибавить только Солом(w)на, как это имя звучит в Библии на старославянском языке.

Соломон вам ума не прибавит и его можно оставить Ватикану, который его придумал.

Солом(w)н и Соломон это две большие разницы, как говорят в Одессе…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Совсем не жалеешь ты Фоменку, Валентин. Любопытно, а для чего Христос создал Латиницу, что, Буквицу европейцы бы не осилили?

 

Валентин Байгильдин: Нет, конечно. Это для них слишком сложно. Они до сих пор могут думать только о деньгах, которые им всегда хотелось отобрать у других. Мы так не можем. Мы созданы как полюс Духа, они как полюс богатства, об этом еще Шевтели сказал: «Ты дал им золото».

 

Валентин Великий: И что, они навсегда такими останутся?

 

Валентин Байгильдин: Они спрятали и полностью исказили жизнь и Учение Христа, лишив самих себя знаний ради призрачного первенства. Первенство мы у них отберем, знания вернем.

 

Валентин Великий: Несмотря ни на что, они не кажутся мне безнадежными.

 

Валентин Байгильдин: Кстати, латынь это примитивный русский. Так посмеяться мог только Христос.

 

Валентин Великий: Наши князья от Ивана Калиты до Василия Тёмного реальные персонажи?

 

Валентин Байгильдин: Думаю, не было ни того, ни другого. Это можно и придется доказать.

Интересное кино получается. Наука загнала себя в стойло, под влиянием власти в прошлом, и сама создала себе цепи. Где нынешние Галилеи? Они ничего не могут понять без Христа, которого их лишила политизация религии, дошедшая до отрицания самого Христа.

 

Валентин Великий: Всему своё время, тёзка. Большинству наших людей пока ещё не нужны знания.

 

Валентин Байгильдин: Это да. Они даже представления не имеют, что̀ им это может дать.

 

Валентин Великий: Кто такие Арии и/или Асы?

 

Валентин Байгильдин: Наверное, это мы. Не знаю. Азия это Асия. От океана до океана — без всякой надуманной Европы. У Богов на русских какие-то планы специальные. Нас всегда обучали. Мы делились с другими. На Земле жесткий порядок. Потому что решение о твоем рождения и куда ты попадешь, в какую страну, решают Боги, а не родители. Вернее так, родители, переехав в другую страну, нарушают планы Богов и этим могут лишить себя этого выбора Богов, то есть снизить его.

 

Валентин Великий: Спасибо, Валентин! Я, интуитивно, всегда был против того, чтобы наши девушки выходили за иностранцев. Теперь понял, почему.

 

Валентин Байгильдин: Наполеон родился на острове. Знали Боги, где рожать.

 

Валентин Великий: Вот этого не понял.

 

Валентин Байгильдин: Он родился на Корсике, — сиди на острове и не рыпайся. Так захотели Боги.

Потом его сослали на Эльбу. Остров. Он — опять. Потом на Святую Елену.

 

 

Художник Орловский А. О.

Наполеон на острове Св. Елены за два месяца до смерти. 1823 г.

Бумага, акварель, гуашь.

 

 

 

Глава тридцать седьмая

 

Что такое «харалуг» в Слове о полку Игореве?

 

Фрагмент текста:

 

«…И чтобы понять это надо понимать, что «Слово о полку Игореве» написал Сам Христос.

Этого никто не понимает, поэтому не поняли, в том числе, и слово «харалуг».

Надо понимать, что Христос видит людей не так, как люди друг друга.

Поэтому Христос так настойчиво и говорит о харалуге, который мы не видим, а Он видит.

ХАРА – это АУРА человека. ЛУГ – ПОЛЕ.

ХАРАЛУГ – АУРАПОЛЕ…».

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Ты писал как-то, не помню уже в каком контексте, что чувства должны быть осознаны человеком. То есть, поставлены под контроль разума?

 

Валентин Байгильдин: Осознаны и поставлены под контроль это разные вещи. Зачем ставить под контроль, например, чувство любви к природе. Просто чувства должны подчиняться иерархии. Сначала Любовь к Богу, а там и страх Божий. Потом они сами выстроятся в разумении того, что ты зависим, и только поэтому можешь управлять собой и чем угодно.

Вообще-то все чувства – это Ноль претензий к чему угодно. Для этого надо понимать, как всё устроено. И любовь к Христу, конечно же. Он – управляющий Бога.

 

Валентин Великий: Вот видишь, Валентин, ты Никона с Тишайшим за нелюдей держишь, а они, может быть, выполняли свою часть работы в русле Божественного Промысла.

 

Валентин Байгильдин: Они нарушали волю Бога. И поэтому были Им уничтожены. Без вариантов. Не будет их больше никогда, будь они хоть трижды «святыми».

 

Валентин Великий: Разве можно нарушить Высшую Волю? Вряд ли это кому-либо под силу. На Земле, во всяком случае. Нарушить можно лишь нравственный закон, совесть. А уж если Бог решит проявить Волю, то нарушить Её – уверен, невозможно.

 

Валентин Байгильдин: В том-то и дело, что нарушают, как хотят. Потому что не знают, кто они. Нарушают на Земле, но неизбежно огребают тут же на Небе, где всё сразу становится известно и уже не будет никаких скидок, когда туда явятся. Вечное небытие.

 

Валентин Великий: По-моему, мы говорим с тобой о разном, Валентин. Закон (совесть) статичен. Он дан нам Богом при нашем рождении и существует как факт. От нас зависит, нарушать его или нет. Волю же Бога я понимаю, как действие, непосредственное вмешательство в ход событий или жизнь конкретного человека. Чтобы нарушить Его Волю – необходимо знать, где и когда Она будет проявлена. Я так понимаю.

 

Валентин Байгильдин: Совесть это не закон, а механизм воздействия. Если на войне тебя не накажут за уничтожение врага, то просто за убийство человека, не на войне, сотрут в порошок.

Тебя подключают к Совести через сердце при рождении, а не дают тебе ее.

 

Валентин Великий: Это не суть важно. Главное, что человек сам решает, жить ему по совести или не жить.

 

Валентин Байгильдин: «Не жить» это точно сказано. Или по Совести – или не живешь.

 

 

 

Глава тридцать восьмая

 

Стихотворение Н. Гумилева о тетке Христа

 

Фрагмент текста:

 

«В 1908 году поэт побывал в Стамбуле.

 

Ему всего 22.

 

Посмотрел фрески в Святой Софии.

 

Написал стихотворение:

 

Тревожный обломок старинных потемок,

Дитя позабытых народом царей,

С мерцанием взора на зыби Босфора

Следит беззаботный полет кораблей.

 

Прекрасны и грубы влекущие губы

И странно-красивый изогнутый нос,

Но взоры унылы, как холод могилы,

И страшен разбросанный сумрак волос…

 

Для начала, царей мы не забыли и … забыли.

Мы помним Владимира Великого, но забыли его же под именем Алексея I Око Минос, чьей дочке Анне Гумилев и посвятил стихотворение, сам не подозревая об этом…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: В чью честь Христос воздвиг Храм в Царьграде, кто такая София?

 

Валентин Байгильдин: В честь Бога. София это Храм, которой и есть сам человек.

 

Валентин Великий: Скажу два слова в защиту Гумилёва. Поэты, как правило, не очень внимательны к деталям. Им важен сам образ, а не его словесный орнамент. Это, во-первых. Во-вторых, буквы для Гумилёва, надо думать, были не русские, а греческие. Так что упрёки в слепоте я, от имени Гумилёва, готов переадресовать товарищам из новой хронологии.

 

Валентин Байгильдин: Я не упрекаю Гумилева и не собираюсь на него сваливать слепоту всего человечества.

Вот уж действительно – зомби. Их лишили самого главного и хоть бы хны.

Что говорить, так врезали бревном по лбу, что сам Лев Толстой не смог в Слове о полку – Христа разглядеть.

Профессиональные историки нашего времени обязаны разглядеть.

 

Валентин Великий: Последнее предложение улыбнуло.

 

Валентин Байгильдин: Между прочим, Толстой и из Рода Христа –Давыдов, и из рода Рюриков.

Кому бы уж кажется и знать-то?

С Толстым даже еще круче. О чем сам Лев Николаевич не знал.

Он по деду, Николаю Сергеевичу, князю Волконскому – прямой потомок Глеба Владимировича Давыда. То есть, папы Христа.

И из Рода Богородицы он. Такие дела.

 

Валентин Великий: Наш пострел везде поспел.

 

Валентин Байгильдин: Но сам писатель, конечно, полагал, что произрастает от Юрия Долгорукого.

Отправил письмо в Ясную Поляну, правнучке. Может быть, услышит?

 

Валентин Великий: Толстому повезло, что не знал, Кто его предки. Иначе зазнался бы и не стал Толстым, а так – великий писатель, гений.

 

Валентин Байгильдин: Детям Христа это не помешало стать великими.

 

Валентин Великий: Ладно, уговорил.

 

Валентин Байгильдин: Мы детки самого Творца. А помогает нам Христос.

Такая у нас Родословная.

 

Валентин Великий: Скажи, если Христос жил на Земле так долго, то он пережил жену, всех своих детей и даже внуков?

 

Валентин Байгильдин: Само собой. Только жена была не одна, а, думаю, три или четыре.

 

Валентин Великий: А что, все Рюрики спокойно подвинулись и уступили правление потомкам Христа, и никто не бузил?

 

Валентин Байгильдин: Христос разгромил ставку Рюриков – Киев. Все подчинятся. А куда им деваться?

Бузил Всеслав. Но он Давыд.

 

Валентин Великий: Фоменко утверждает, что в книге Исход на самом деле описан выход из Руси тюркского племени, захват им в 1453 году Царьграда и создание Османской империи. Так ли это, как думаешь?

 

Валентин Байгильдин: Очень похоже. Сразу после Вознесения Христа наследники начнут рвать на части Его Империю.

 

 

 

Глава тридцать девятая

 

Анна Андреевна. С рук Христа на трон Франции

 

Фрагмент текста:

 

«Икона, которую вы видите, подтверждает, что дочка у Христа была.

Икона эта с Афона. Интересно, что в русской иконописи, та же самая икона, Успения Богородицы, пишется вообще без сыновей, только с дочкой, как у Дионисия, например. Или сыновья Христа затемнены, как у Феофана Грека, как будто это тени прошлого. Сюжет один и тот же –Успение Богородицы

 

 

И у Христа на этот момент пять детей.

Двое старших это Мстислав и Роман.

Двое младших – пока не ясно, как их зовут и кем стали.

На руках у Христа дочка Анна.

В этом и великий смысл иконы…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: «Христос выбирает человека, зажигает ему цель и сопровождает».

Безусловно, что это и о тебе самом сказано, Валентин. Пришло нам, сиротам, время узнать правду о своём же прошлом и Христос выбрал тебя.

Спасибо за интересные сведения!

Анна Андреевна звучит гордо!

 

Валентин Байгильдин: Спасибо, Валь. Наша история в миллион раз интереснее любых кодов да Винчи.

И это не просто история. Это необходимо для понимания Христа. И любви к нему, за невероятную грандиозность содеянного Им на Земле. Ради нас.

Всё от Него.

Ничего, разберемся.

 

Валентин Великий: Скажи, а про иконы изображающие успение детей Христа, внуков Его, что-либо известно? Могли быть такие иконы?

 

Валентин Байгильдин: Сначала надо понять, как их звали на Западе, который они будут возглавлять.

Икон таких при Христе быть не может.

Он сказал, Кому надо молиться. При этом Богородице надо молиться, но это Мать Земля, а не Мама Христа. Самому Христу и Богу. Всё.

У нас где-то 5000 Святых. Большая часть до Христа. Сам понимаешь, что это значит.

 

Валентин Великий: По французской истории ими в это время правила (Бл)Анка Кастильская (1188-1252).

 

Валентин Байгильдин: Да, Валь. И, кроме того, что судьба ее похожа на судьбу Анны, французам еще предстоит назвать королей истинными именами, а Бланка пока выдумана взамен Анны.

 

Валентин Великий: Столько легенд ходит об этом Анновском Евангелие. Может быть, уже и нет его.

 

Валентин Байгильдин: Прочти, Валь письмо Анны Папе. Конечно, оно переделано, но что-то осталось. Приписывают это письмо Морису Дрюону, но тот не мог знать, что у нас на самом деле в каждой избе есть печь. Там есть фраза: «Меня охраняют викинги».

Это ерунда, конечно. Но то, как она это сказала – прочти.

Вот это и будет спецназ Христа.

 

Валентин Великий: Прочел. Фальшивка.

 

Валентин Байгильдин: Конечно, настоящее никто не покажет.

 

Валентин Великий: Ярослава в главных его делах писали с Христа?

 

Валентин Байгильдин: Валь, Христос не делил Землю между сыновьями. Он пошлет их взять эту землю и возглавить.

 

Валентин Байгильдин: А памятник этот великолепный из бронзы, между прочим Украина подарила Франции. Руки наши делали.

 

Валентин Великий: Анна Андреевна очень похожа на Родителя. Одни черты с Автопортретом Христа.

 

Валентин Байгильдин: Захоронение Бланки. Тоже иностранки. Под Парижем. Где Анна они не знают. Аббатство Мобюиссон (L’abbaye Notre-Dame-la-Royale de Maubuisson. Построила сама Анна-Бланка. Где бы увидеть надпись на надгробии?

Была там статуя из черного мрамора. И медная пластина. Революция всё уничтожила.

 

Мир праху твоему, Анна Андреевна.

 

Глава сороковая

 

«Операция Ы. Чтоб никто не догадался»

 

Фрагмент текста:

 

«Никто и не догадался.

Автор этой фразы Балбес.

Это в кино.

Но, чтобы было кино, сначала это должно появиться в жизни.

Тогда в кино, когда мы узнаем себя на экране, будет смешно.

Или не смешно, а горько – от того, что не знаем.

Горько…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Пытаюсь угадать действия Христа после освобождения от гроба и воды. Превращается в птицу и улетает?

 

 

Валентин Байгильдин: Встанет. Вся охрана упадет в обморок от испуга.

Ты прав. Наверно, улетит. Где-то там дети, Мать, Отец, Феодора. Надо позаботиться и появиться, чтобы не страдали. Возможно, они на Кипре, под охраной флота. Возможно, на Афоне.

Кстати, на Наплечнике Боголюбского «Воскресение» хорошо видна левая кисть руки Христа. Невредимая.

С гвоздями на Распятие я уже разобрался – фальшивка. Руки не могут взмыть вверх, если в них гвозди. А в кистях их просто нет.

 

Валентин Великий: Хониат пишет, что после своего свержения Андроник пытался уплыть на Русь, но корабль попал в шторм и был прибит к берегу, где низложенный император и был арестован.

 

Валентин Байгильдин: Валь, Христос Сам управляет любым штормом и такой случай есть в Евангелие. Здесь сложнее. Распятие входит в план Бога и Христос знает об этом заранее, поэтому и прятаться не будет. Люди без Чуда не поверят. И это тоже отражено в Евангелие, когда у Христа спрашивают фарисеи, каким пророчеством можешь доказать…

 

Поэтому Бог в этот день сделал и затмение, и землетрясение, чтобы люди прочувствовали и запомнили. Также в этот день, как после любого затмения, для людей повысят нравственную планку. Кто не допрыгнет – удалят.

Нас всегда воспитывают.

 

Валентин Великий: Почему Христос вынужден был разгромить Киев? Рюрики не желали подчиняться? Христос громил Святослава Грозного?

 

Валентин Байгильдин: Святослав Великий – союзник Христа. Мало того, сам Христос не ходил на Киев. У него своих много созидательных дел.

Он послал своего старшего сына Мстислава, а для этого ему надо было подрасти, а Святославу умереть.

Вот тогда, видимо, опять появится какой-нибудь буйный Рюрик, которого и угомонит Мстислав.

Людей он трогать не будет. Христос ему даст такое умение, что они сами разбегутся.

А вот церкви он порушит. Что отразилось и в былине про Илью Муромца, которому не понравились МАКОВКИ. Это и есть ЛУКОВКИ, ненавистные Христу, которые возведет, еще, видимо, Всеслав, как символ кончака – культа распутства.

Скорее всего, просто посбивал все луковки и удалил непотребства из храмов. Конечно, киевляне воспримут это как конец света.

Интересная загадка. Про Всеслава народ помнит. Про Христа нет.

Почему?

Его не запрещали.

Память о Христе – вырывали с корнем.

Тишайший царь запретил гусли. Это что значит? Конечно, пели о Христе.

Но это значит, что при новой вере народ поет старые песни и не слушается царя.

 

 

Боярыня Морозова навещает Аввакума в тюрьме

(миниатюра XIX века)

 

 

 

 

Глава сорок первая

 

А Игорева храбраго полку не кресити!

 

Комментарии

 

Александр Чашев: Интересное исследование. У нас в Архангельской области ещё можно услышать от деревенских бабушек слово крЕста, имеющее значение – «могильная яма»..

Может быть, Игорев храбрый полк не предан земле? Останки воинов последней Отечественной до сих пор не захоронены.

Кстати, у моих предков – старообрядцев поморского толка – главным символом был именно – кресъ. Отсюда и выражение «крес на крес», то есть крестообразно.

Разумеется, это всего лишь экспресс-версия.

 

Валентин Байгильдин: Александр, а вы ведь правы. А я не прав.

Конечно, кресить это – предавать Земле.

Поздравляю!

 

Александр Чашев: Валентин, поздравлять рановато. Сто раз надо проверить ещё одну экспресс-версию. Если только в виде оной и указать в исследовании.

 

Валентин Байгильдин: Ваше право, Александр, сомневаться. Но Христос всегда очень точен и логичен, как никто.

И, конечно, Христос пожалел о том, что наши воины не захоронены.

И Он не мог об этом не сказать. Они шли к Нему.

 

 

 

Глава сорок вторая

 

Христофор Колумб это – Христос

 

Фрагмент текста:

 

«Как бы сказочно то ни звучало, это чистая правда.

И деяния Христа на Земле более чем фантастичны и не вместятся ни в одну сказку.

Иоанн. 21.25.

«Многое и другое сотворил Иисус; но, если бы писать о том подробно, то, думаю, и самому миру не вместить бы написанных книг.

Аминь»…

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Конечно, Христос, кто же ещё! Чтобы поверили, необходимо было плыть Лично. Уверен, что Индию Он тоже посетил и написал для них Бхагават. Господи, да где Ты только не был! Всюду Был, Есть и Будет!

 

Валентин Байгильдин: А это мысль с Индией. Ты прав, Валь.

Христу надо всем дать знания.

У индусов это было шесть белых, голубоглазых людей с бородами.

Они и стали кастой брахманов.

И появление такого посланника зафиксировано многими народами.

У Башкиров есть такое племя с русыми волосами и голубыми глазами, что очень удивляет другие племена.

Мое племя Тангауров вышло из Индии.

 

Валентин Великий: С Австралией пока не понятно. Мало информации.

 

Валентин Байгильдин: Сомневаюсь, Валь, что этот зоопарк – для людей. Это же очевидно.

Поэтому Бог и создал эту Землю подальше от человека.

 

Валентин Великий: Носовский с Фоменко, будь они верующими, давно бы увидели исторические события в истинном свете, а не ломали головы, пытаясь понять, кто такой этот «христианин-колонист», как они называют «Христофора Колумба».

 

 

Корабль Христа

 

Валентин Байгильдин: По-моему, достаточно быть просто зрячим, чтобы видеть русский текст рядом с мозаиками Софийского Собора Стамбула.

 

Валентин Великий: Специально взял с полки «Забытый Иерусалим». О фресках они там ничего не пишут. Только о сбитых надписях на сводах Святой Софии.

 

Валентин Байгильдин: Они увидели, что надписи сбиты?

Кстати, никогда Царьград не назывался Иерусалимом. Этот город на Небе.

 

Валентин Великий: Из книги Носовского и Фоменко «Забытый Иерусалим»

 

«3.14. Зачем сбили и переложили надписи на сводах Большой Софии?

 

Многие думают, что древние мозаики, — которые, как известно, практически не стареют со временем, — в основном дошли до нас в своем первозданном виде. Это не так. Оказывается, некоторые мозаики ПЕРЕКЛАДЫВАЛИ. Причем, не ради их реставрации или обновления, а с целью РЕДАКТИРОВАНИЯ ИСТОРИИ. Приведем яркий пример.

На хорах Большой Софии расположена известная мозаика, изображающая Христа, справа и слева от которого стоят царь и царица, рис.1.29 . Сегодня над головой царя написано, будто это император Константин. Однако имя императора в этой надписи ОЧЕВИДНО ПЕРЕДЕЛАНО, причем очень неаккуратно, рис.1.30 . Исправление настолько сильно бросается в глаза, что комментаторы были вынуждены придумать забавную теорию для объяснения этого факта. А именно, будто царица Зоя, изображенная на мозаике справа, НЕСКОЛЬКО РАЗ ВЫХОДИЛА ЗАМУЖ. Пусть так. Но при чем тут мозаика? — возникает недоуменный вопрос. А вот, оказывается, при чем. Нас уверяют, будто «с каждым замужеством императрицы ПРИХОДИЛОСЬ МЕНЯТЬ ЛИЦО И ИМЯ ЕЕ МУЖА НА МОЗАИКЕ. Следы этих изменений хорошо видны» [90] с.44. Таким образом, перекладывали не только ИМЯ, но и ЛИЦО царя. Впрочем, оказывается, было переложено также ЛИЦО САМОЙ ИМПЕРАТРИЦЫ И ДАЖЕ ЛИЦО ХРИСТА! Если по поводу лица царицы комментаторы, поразмыслив, «нашли выход», предложив нам думать, будто это сделал Михаил V, питавший к ней ненависть [101], с.61, то по поводу перекладки ЛИЦА ХРИСТА современные комментаторы не нашли ничего лучшего, как заявить, что прежнее лицо Христа «недостаточно гармонировало» с новыми лицами царской четы. Поэтому и его тоже «пришлось переложить» [101], с.61.

Позволим себе усомниться, что причиной всех этих искажений первичных надписей — и лиц! — были якобы очередное замужество императрицы, ненависть наследников и законы изящного искусства. Как мы теперь понимаем, причины были куда более серьезными. И сделано это было не так уж давно. Мы даже можем высказать мысль, когда именно. Известно, что в 1847 году — то есть уже в XIX веке — была проведена обширная «реставрация» Большой Софии, во время которой были расчищены мозаики. С ними что-то сделали, А ПОТОМ СНОВА ЗАШТУКАТУРИЛИ! [101], с.46,64. А может быть, заштукатурили впервые? Эту штукатурку снимают уже в наше время. При этом здесь, оказывается, работали ЕВРОПЕЙЦЫ, специально приглашенные для реставрационных работ, — шведские архитекторы братья Фоссати (Gaspar, Giuseppe Fossati) [101], с.46,64. Не они ли «подправляли историю», сбивая старые надписи и заменяя их на новые, «правильные», вычитанные из учебника Скалигера-Петавиуса?

Мы видим, что с мозаиками Большой Софии все далеко не так просто, как казалось бы. Важно, что сегодня, когда снимают штукатурку со стен храма, из-под нее появляются НЕ СОВСЕМ ТЕ старые мозаики, которые были выложены в XVI веке, — по нашей реконструкции, — а МОЗАИКИ, ОБРАБОТАННЫЕ ЕВРОПЕЙЦАМИ В СЕРЕДИНЕ XIX ВЕКА. Которые, скорее всего, «привели их в соответствие» со скалигеровской хронологией. Надо думать, рисунков старых мозаик в их первозданном виде они нам не оставили».

 

Валентин Байгильдин: Хорошо обработали, прямо под нас.

 

Валентин Великий: Потому я и говорю: рациональный ум – слепой ум!

 

 

 

Глава сорок третья

 

Христос, Святая София, Манассия и детский сад

 

Фрагмент текста:

 

«Манассия Константин (1137-1189) –летописец Императора Византии Мануила I – Ярослава Глебовича Давыда.

И Императора Андроника I – Андрея Глебовича Давыда – Христа..

На картинке этой летописи Манассии нарисованы все Трое, включая самого летописца.

С чего бы это художнику стоять рядом с Императорами?

Манассия очень близкий человек для Христа.

Поэтому Христос упоминает его в Псалтыре.

Пс. 59.9.

«Мой Галаад, Мой Манассия, Ефрем крепость главы Моей..»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: И всё-таки трудно отказать в логике ребятам из новой хронологии, утверждающим, что европейские языки короли Запада начали создавать в середине XV века, с целью развалить Великую Империю и стать независимыми от Центра.

 

Валентин Байгильдин: Центром был Христос. И для нас, и для Запада. Все короли – это дети Христа. После Христа, но не дети и не внуки, а уже праправнуки стали делить Государство Христа, пока не растащили его на улусы.

 

Валентин Великий: Не могу понять, а хочется, для чего Христу понадобилось придумывать мертвую латынь, не для аптекарей же?

 

Валентин Байгильдин: Валь, само собой, Европа болтала на разных языках, но, чтобы этим хозяйством управлять, нужна письменность. Вот Христос и упростил русский. Это, к примеру, видно по местоимениям. Позднее все европейские языки повторят последовательность нашего алфавита.

 

Валентин Байгильдин: Муж Анны – король Франции, не случайно был неграмотным. Некому было его учить и нечему. Сам понимаешь, если есть государство, то оно из кожи вон вылезет, но сделает своего короля грамотным. Поэтому не было никакого государства. Условно Франция.

 

Валентин Великий: Я и сам, быть может,  царских кровей.

 

Н. И. Греч:

 

«Перед вступлением в первый брак императора Павла дали ему для посвящения его в таинства Гименея какую-то деву. Ученик показал успехи, и учительница обрюхатела. Родился сын. Его, не знаю почему, прозвали Семёном Ивановичем Великим и воспитали рачительно. Когда минуло ему лет восемь, поместили в лучшее тогда петербургское училище, Петровскую школу, с приказанием дать ему наилучшее воспитание, а чтоб он не догадался о причине сего предпочтения, дали ему в товарищи детей неважных лиц. По окончании курса наук в школе, Великий объявил, что желает служить во флоте, поступил, для окончания наук, в Морской кадетский корпус, был выпущен мичманом, получил чин лейтенанта и сбирался идти с капитаном Муловским в кругосветную экспедицию. Вдруг (в 1793 году) заболел и умер. В «Записках Храповицкого» сказано: «Получено известие о смерти Сенюшки Великого». Андрей Андреевич Жандр в детстве своем видал Великого в Кронштадте, где тот катал ребёнка на шлюпке, сидя у руля…»

 

Валентин Байгильдин: Может быть. Великий – очень редкая фамилия.

 

 

 

 

Глава сорок четвертая

 

Евангелие от Христа:

Сон Святослава в «Слове о полку Игореве

 

Фрагмент текста:

 

  «У меня на глаза наворачивались слезы. Как это объяснить? Какие-то оглушительные слезы.

В этом сне Автор рассказал про свое РАСПЯТИЕ НА КРЕСТЕ и ВОСКРЕШЕНИЕ:

«Си ночь, съ вечера, одевахуть мя — рече —     

чръною паполомою           

на кроваты тисове;        

чръпахуть ми синее вино,            

с трудомъ смешено;           

сыпахуть ми тъщими тулы поганыхъ тльковинъ

великый женчюгь на лоно  

и негуютъ мя…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Я так понял, что ты решил разбить на главки свою первую книжку «Автор «Слово о полку Игореве – Христос», что вышла в мае 2015-го?

 

Валентин Байгильдин: Да, Валь. Я не сразу, но понял, что читать полностью никто не будет. Да и кто будет читать, если любой уверен, что я псих. Теперь я могу сказать без злопамятства – люди дураки, если не желают знать самого главного для себя.

 

Валентин Великий: Правильно я понимаю, что великий князь Святослав действительно видел этот сон?

 

Валентин Байгильдин: Ничего он не видел.

Просто Христос использовал здесь художественный прием.

 

Валентин Великий: Возможно, что не только поэтому, но и для того, чтобы клерки не распознали о чём речь и не уничтожили рукопись. Знаю, скажешь, что Христос бы этого не позволил, но ведь летописи уничтожили.

 

Валентин Байгильдин: Где-то еще есть библиотека Ивана Васильевича, за которой долго охотились.

 

Валентин Великий: Кто такой был Василий Блаженный?

 

Валентин Байгильдин: Валь, я же не историк. В большинстве случаев, то, о чем я пишу, я не знал ещё вчера.

Или уже сразу знал, как с Автором «Слова о полку Игореве», но это должно было обрасти доказательствами. Мясо на кости появиться.

Если я чего-то не понимаю, то есть вообще ни бум-бум, я прошу Господа помочь, и Он мне всегда помогает. Я даже не знаю, о чем буду писать завтра.

И снова спрашиваю.

Вот такая у меня с Ним Тайная Вечеря.

Это может каждый, но путь к этому долог и только через веру, знание Законов, почитание, полное подчинение, абсолютную преданность и любовь.

За полгода до написания «Автор «Слово о полку Игореве» – Христос», мне устроили встречу с собственным Духом.

Я сразу понял, что у моего Духа должно быть Имя, и такое имя я ему дал.

Я тогда даже писать не собирался и ничего не писал до этого, но Автора я уже знал, как дважды два.

Это есть в Евангелие от Иоанна:

«Я крещу вас в воде в покаяние, но Идущий за мною сильнее меня; я не достоин понести обувь Его; Он будет крестить вас Духом Святым и огнем»

Что такое Крещение Огнем я знаю.

Есть еще последняя стадия посвящения.

Это когда Сам Христос даст тебе Новое Имя и запишет его на белом камне.

 

Валентин Великий: Древо Иессеево это потомки Христа?

 

Валентин Байгильдин: Нет, предки.

 

 

 

Древо Иессеево

 

В Византии Владимир Великий это Алексей I Комнин. Думаю, это и есть Иессей. В Псалтыре тоже это есть. То есть был кто-то еще круче Владимира Великого и звали его Давыд. Похоже, что речь идет о каком то армянском корне, где Давид очень почитаем, но, скорее всего, совместился у них с Христом и его прадедом.

 

 

 

Глава сорок пятая

 

Тамплиеры

Гвардия Живого Христа!

 

Фрагмент текста:

 

«Для тех, кто понял, что Христос в XIII веке был жив, не будет существовать никаких загадок тамплиеров.

Те, кто не понял, могут продолжать разбивать волны своего удивления о бесчувственные глыбы лжи вокруг самих тамплиеров.

Тамплиеры были защитниками христиан и теперь сами нуждаются в защите.

Поэтому:

Для начала, по-русски, они – ТЕмплиеры.

По-французки: templiers.

Temple – Храм.

На печати темплиеров такой Храм есть.

И называется он Храмом Христа.

Поэтому сначала надо было появиться Христу в 6660 лето (1152 г.).

Затем Христу надо было построить самый грандиозный  Храм в XII веке, известный сейчас, как Софийский Собор в Стамбуле, а тогда это был Царьград, столица Руси, где Императором и был Христос, под именем Андроник I Око Минос.

И только после этого могли появиться сами Темплиеры, которые подчинялись только Папе, а в XII и XIII веке был только один Папа и это был Христос…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: По поводу серебра: где-то я прочёл, что в стародавние времена обручальные кольца на Руси были серебряными. Золотое кольцо на безымянном пальце правой руки носили содержанки богатых купцов. Возможно, что это одна из причин, почему золото называли презренным металлом.

 

Валентин Байгильдин: В Жизоре были еще на стенах Звезды Давида.

 

 

Изображение Распятия на стене замка в Жизоре

 

Конечно, это Давыда, и это славянский знак, и есть об этом в интернете.

 

Валентин Великий: Теперь, наверное, уже трудно установить, когда темплиеров начали преследовать. Жак Молэ реальный персонаж?

 

Валентин Байгильдин: Да, реальный. Это его сын вернул Плащаницу. Но не факт, что это было тогда, а не позже.

 

Валентин Великий: «Кто имеет ум, тот сочти число зверя, ибо это число человеческое. А число его шестьсот шестьдесят шесть».

Почему Автор вначале предлагает имеющему ум счесть число, и тут же даёт ответ?

 

Валентин Байгильдин: Потому что в старославянской Библии написано: почти, а не сочти. Раньше я сам этого не замечал. Спасибо, Валь.

 

Валентин Великий: Проще говоря – вера для умных людей, почитающих Бога.

 

Глава сорок шестая

 

«На седьмом веце Трояни връже Всеславъ жребий о девице себе любу»

 

Фрагмент текста:

 

«Наша История это Христос.

И это не просто история. Это основа основ. Как нашего прошлого, так и настоящего.

Христос создал наше государство.

Как и большинство других.

Но этого нет ни в нашей, ни в чьей-либо другой истории, что является безобразием, а не историей.

Людей сделали дураками, украв у них главное.

Нам с Валентином дураками быть не хочется…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Почему наша элита сделала царской ставкой именно Царьград? Из-за климата, что ли? Неженками они вроде не были. Или центр Империи на Босфоре во времена Владимира Великого уже существовал, а дед Христа основал лишь новую династию?

 

Валентин Байгильдин: Нет, не из-за климата. Не было, Валь, никого. Русь, Византия и Восток. Вот для них это центр. Шелковый путь здесь. Пряности…

Аахен Христос сделает следующим своим центром. Ему так удобно, тоже центр Европы.

Главный морской порт Европы – Ла Рошель.

Главный морской порт Средиземного моря – Александрия.

Любопытно, где похоронен Глеб Владимирович? Скорее всего, рядом с женой в Княгинином монастыре. История тело спрятало. Сначала это был Вышгород, чего быть не может. Потом якобы всё исчезло.

 

Валентин Великий: В Египте, наверное, в Долине Царей.

 

Валентин Байгильдин: Не думаю. Скорее, в Успенском Соборе Владимира, построенного самим Христом, и под иконами, написанными самим Христом. Всеволод что скажет Христу? Какой Египет? Как я буду папу с мамой поминать?

В Успенском Соборе есть мощи Боголюбского. Особо почитаемые.

Значит, нам достались фрагменты мощей Христа. Само собой, их нам предоставили сразу.

А также есть мощи ГЛЕБА АНДРЕЕВИЧА, сына Боголюбского. Представляешь? Переделали отца в сына. Но мощи то есть!

 

 

«Обступили мя тельци мнози»

Всеслав и Ярослав Полоцкие с сыновьями

 

Валентин Великий: Императору по рангу положено быть погребенным в столице Империи. В этом есть сакральный смысл. Значит, в Царьграде их и хоронили.

 

Валентин Байгильдин: Все стремятся к Богородице. Она во Владимире. А Глеб?

 

Валентин Великий: Молчит Русь. Не дает ответа.

 

 

 

Глава сорок седьмая

 

Достойна есть!

 

Фрагмент текста:

 

«Толком я даже не успел ее рассмотреть.

Всего пара секунд.

С боку.

Я случайно обернулся и через пару секунд она вышла из вагона метро, а я остался.

Уже другим.

Она меня выпрямила и отделила Душу от тела.

Я с одного взгляда понял, что̀ это.

Это Достоинство.

Что-то Третьяковское по этому поводу не вспоминается.

Она сама Третьяковка.

Иконная часть.

Какая-то истина.

Сразу и навсегда…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: «И с барышнями поаккуратнее, каменные они там, не каменные… Наше дело — сторона. Сиди на солнышке, грейся…»

 

Валентин Байгильдин: Я, Валь, кузнец. Сидеть мне некогда. Хочу выковать то, что спрятано от людей, достать это голыми руками из огня. И их это тоже должно обжечь. Для этого надо иметь достоинство. Русское.

 

Валентин Великий: Искусство не способно зажечь. Удивить, восхитить, рассмешить – да. Зажечь мужчину может только женщина.

 

Валентин Байгильдин: Ты, как всегда, предвосхищаешь. Только собирался об этом черкнуть.

 

Валентин Великий: Меня вот зажгли. Хотя и не без пользы, надо полагать, для русской литературы, но в эротическом плане – без дивидендов.

 

Валентин Байгильдин: На грудь – лавровый, на голову терновый?

 

Валентин Великий: Приблизительно так. Оно, конечно, две тысячи верст для мужчины не расстояние, но так то для мужчины, а для бедного поэта – препятствие неодолимое.

 

С другой стороны, Ирина Муравьёва поёт: «быть может, счастье рядом, ты только оглянись». Оглянулся: слева – железная дорога, справа – река.

 

Валентин Байгильдин: Что за мысли?

 

Валентин Великий: Шучу, конечно. Я такой, что сам, кого хочешь, утоплю и под поезд брошу. Её, например, если встречу!..

 

Валентин Байгильдин: Рассмешил.

 

Валентин Великий: Когда все люди станут хорошо себя вести, тогда Господь даст нам возможность пользоваться совершенными видами связи. Не просто беспроводными, а прямо телепатическими. Я уже предвкушаю, как мысленно произношу заветную фразу:

– Алло, это Ульяновск? Соедините меня, пожалуйста, с Е. В. Латыповой.

Только, боюсь, не снимет она свою телепатическую трубку. Пошел ты, скажет, трепло, говорил, что «сдужить тебе всегда готов», а сам и глаз на Classic-online не кажет.

 

 

 

Глава сорок восьмая

 

Господин Великий Новгород это Владимир!

 

Фрагмент текста:

 

«По поводу старины Новгорода на Волхове высказано много основательных сомнений.

Этот город основан не ранее XV века.

Поэтому стали искать другой Новгород, упоминаемый как центр Руси, но не нашли.

Носовский и Фоменко создали версию, что это вовсе не город, а территория между городами Владимиро-Суздальской Руси.

Но это всё-таки город.

Давайте обратимся к Главному Эксперту по этому вопросу – Христу, написавшему «Слово о полку Игореве», где такой город – Новоград –есть.

Остается только определить, где он…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Убедил с первого раза!

Вот, на что ещё можно обратить внимание. Автор пишет:

 

«И скочи къ граду Кыеву

и дотчеся стружиемъ

злата стола киевьскаго.

Скочи отъ нихъ лютымъ зверемъ

въ плъночи изъ Белаграда,

обесися сине мьгле; утръже вазни,

с три кусы отвори врата Новуграду»

 

Не очень-то удобно добираться из Киева во Владимир через Белгород. Это крюк в 430 км. Может быть, Белгород (белый город) это образное имя Киева? Как «северная столица» у СПб?

 

Валентин Байгильдин: Да, Валь, молодец. Скорее всего, Белоград это действительно Киев, потому что в памятнике это могло быть написано с маленькой буквы, и кроме того – СКОЧИ ОТ НИХ.

 

Валентин Великий: Да, жаль, что подлинник не сохранился.

 

Валентин Байгильдин: Я думаю, есть еще подлинники. Ватикан, Европа, могут и у нас быть, у староверов. Христос явит, когда будет нужно. Но у нас, конечно, за «Словом» охотились.

 

Валентин Великий: Если вдуматься, то эпитет Великий в словосочетании Господин Великий Новгород больше тяготеет к слову Господин, чем к слову Новгород. Так мне кажется, во всяком случае.

 

Валентин Байгильдин: Ты просто блещешь умом. Сначала был просто Новгород, потом явился Господь и к названию добавили Господин Великий.

Пристроил, конечно, сначала Христос Китай-город.

 

Валентин Великий: Ну, да, а у них Карл Великий.

 

Валентин Байгильдин: Западные ученые не понимают, как мог Карл Великий построить 500 Храмов за 50 лет.

Во-первых, где взял золотишко? Это дорого. У Христа оно было.

Во-вторых, по Храму в месяц. Христос прожил 144 года…

Кстати, где появляется Христос, там появляется слово Великий.

Александр Великий

Господин Великий Новгород

Карл Великий

Великорусы

Гранд Тартария – это они про нас.

Великие Моголы. Хотя Могол это уже – Великий.

Магох Христос в Острожской Библии

Дела на Земле Христа были Величайшими.

Да к их 500 Храмам ещё прибавить наших 200-300.

Плюс Храмы и крепости темплиеров.

А Новгородская Икона, которую я показывал – Покров Пресвятой Богородицы (Новгород, 1401—1425 годы) оказывается, из Господина Великого Новгорода.

А она из Третьяковки. Значит, ученые даже не смогли школу определить.

 

Валентин Великий: Вернусь к Ярославне. Автор пишет:

 

«Ярославна рано плачетъ

въ Путивле на забрале, аркучи:»

 

Почему Автор написал – НА забрале? Предлог мешает принять это выражение за метафору. Не удивлюсь, если забралом в то время назывался балкон княжеской резиденции.

 

Валентин Байгильдин: А, может, это подъемный мост? Как только его опустили рано, она прибежала и как заплачет! По идее, она обращается и к ветру, и к Днепру, а для этого надо выйти из города, но при этом остаться в нем, потому что плачет она в Путивле. Этой точкой и может быть только мост, с которого всё видно и ветер есть, но сам мост все-таки принадлежит городу.

Здесь решающим моментом является время действия. Потому что в городе, на стене, она может плакать хоть всю ночь. Но она плачет всегда РАНО.

А это рано наступает с восходом Солнца. Видимо, сразу опускают мост-забрало и вперед.

 

Валентин Великий: Если в Путивле был подвесной мост, то я с тобой согласен.

 

Валентин Байгильдин: Он там появился только благодаря тебе.

 

Валентин Великий: Будем считать, что день прожит не зря.

 

Валентин Байгильдин: Да. С поднятым забралом!

 

Валентин Великий: Отличная метафора!

 

Глава сорок девятая

 

Спаситель человечества на плече отца

 

Фрагмент текста:

 

«Фреска с Афона.

 

Монастырь основала Бабушка Христа Феодора.

 

Это жена Императора Византии-Руси Владимира Великого и в Византии ее звали Ирина – Ирий – Мир.

 

Красавец Глеб Владимирович по колено в воде с Христом на плече.

 

В руках у Христа, как всегда, свиток – учение для людей.

 

Неожиданно.

 

И светло как-то…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Расступитесь, человеки,

Отрок ласково рече.

  Из варягов Еду в греки

на родительском плече!

Валентин Байгильдин: Сюжет не канонический, поэтому столько легкости и поэзии.

 

Валентин Великий: Смотрю фрески афонских монастырей и часовен. Впечатляет!

 

Валентин Байгильдин: Да, и есть на Афоне такие фрески, которые предпочитают не замечать, и они не тиражируются. Например, Христос с сыновьями в боевых доспехах с оружием; Христос в Императорском одеянии… Заговор молчания.

Это любовь к Христу?

 

 

Чудотворная икона Богородица Млекопитательница

Находится в русском ските Святого Пророка Ильи на Святой Горе

 

 

 

Глава пятидесятая

 

Есть ли Бог?

Затмение разума человеков

 

Фрагмент текста:

 

«Для меня Бог есть!

И понял я это не сразу.

Поэтому над атеистами я не смеюсь, которые сами смеются над аргументами верующих.

Практически ни один верующий не сможет доказать присутствие Бога, они просто это знают сердцем, без всяких доказательств, и правильно делают.

Верующие  прыгают в веру, как с трамплина, и законы веры сразу начинают действовать, а эти законы уже не разрешают ни смеяться над атеистами, ни доказывать что-либо тем, кто называет их дураками.

Всё.

Их разделяет пропасть.

Почему это так?..»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Как я понимаю Иоанна:

«В начале был Слово – (то есть Христос) – и Слово был у Бога – ( то есть до создания Земли Христос находился при Боге Отце) – и Слово был Бог.

 

Валентин Байгильдин: Да. И Христос сказал, что к Богу мы можем обратиться только через него, то есть через Слово.

 

Валентин Великий: Через молитву, конечно.

Правда, я не прошу ничего для себя. Мне хватает имеющегося. А вот друг тяжело заболел, прошу о выздоровлении.

 

Валентин Байгильдин: Просить надо. Бог сразу видит и слышит тебя в твоей ячейке на Небе. В зависимости от желания, идет некоторая задержка. В опасной ситуации – мгновенная помощь. Для этого нужен открытый канал, почитание и любовь.

 

Валентин Великий: Верно. Родитель всегда с удовольствием выполняет просьбы детей, если они ведут себя послушно. Чего-нибудь попрошу теперь.

 

Валентин Байгильдин: Представляя это на картинке. Слово плюс картинка. Картинка твоя. Слово к Богу.

Нужно просить об этом каждый день, пока не исполнится.

 

Валентин Великий: Ничего, потерпим. Надежда и сама по себе чего-нибудь да стоит.

 

Валентин Байгильдин: Надежда на Бога это и есть твоя вера. Это эмоциональное состояние чистоты, кротости, радости, – полет животрепещущей Души, освещенный Величием и Всемогуществом Творца.

 

Валентин Великий: Какой слог!

 

Почему Всеслав любил надевать на себя рога? И не этот ли персонаж частично известен нам под именем Юлия Цезаря, по приказу которого на ворота хозяина дома, с чьей женой он планировал ночевать, вешали оленьи рога?

 

Валентин Байгильдин: Цезарь выдуман. Полностью.

Почему Всеслав надел рога? Это интересно.

Во-первых, с рогами было всё его окружение, а, возможно, и всё его войско.

«Обыдоша Мя тельцы мнози, юнцы тучнии одержаша Мя»

Псалом. 21.13.

Потому что сражался он с русскими, и надо было как-то отличаться, как красная лента на папахе.

Во-вторых, Всеслав понимал, что Бог ему в таких делах не помощник.

Ирод это он, Всеслав. И есть былина, где он приказал своему войску перебить всё мужское население, включая младенцев.

Всеслав использовал колдовство. Кто ему помогал?

Здесь может быть дело в следующем.

Система, созданная Богом, позволяла человеку превращаться в кого угодно.

И в сказках есть множество таких случаев.

Это был подарок людям. От полного доверия нам.

Но нашлись те, кто стал это использовать во зло другим.

В частности, против Христа.

И Бог лишил людей этого подарка, оставив его только Христу.

Произошло это, думаю, в момент землетрясения, когда Христос разбил крышку гроба и вышел.

ВСЁ.

Поэтому для меня было загадкой, каким образом брату Всеслава Ярославу удалось выколоть глаза этому всесильному колдуну.

Просто Бог в один миг лишил полностью Всеслава этой силы, отобрав ее и у всех остальных, кроме Христа.

Здесь интересно еще, если он умел становиться муравьем и волком,  Змеем Горынычем умел ли? У него отрубают голову, а она вырастает опять. У него змея на мече. И мать родила его от Змея.

 

Валентин Великий: Змей Горыныч, возможно, образ. Например, Рогнеда-Всеслав-Ярослав.

 

Валентин Байгильдин: Очень похоже, и отец у Рогнеды был Рогволд. Рог-Вол.

А Владимир и Полоцк брал. И типа Рогволда убил.

 

Валентин Великий: Короче, та̀ ещё семейка.

Что делают на многих иконах Рождества Христова, у яслей Младенца, корова и коза? Это намёк, что княгиня Анна не вскармливала Андрея своим молоком?

 

Валентин Байгильдин: Валь, ну ты даешь! Это очень тонкая мысль. Потому что у Богородицы было кесарево, а при таком положении дел либо не будет молока, либо его нельзя пить, ибо возможна инфекция.

 

Валентин Великий: Каких книг недостаёт в старославянской Библии в отличие от синодальной?

 

Валентин Байгильдин: Не было у нас библии. Но всё, что отдано другим авторам в Библии, а это тексты Христа, я знаю.

 

Валентин Великий: У староверов только Евангелие и Псалтырь?

 

Валентин Байгильдин: Что у них было, сейчас никто уже не скажет. Евангелие было, но другое, в смыслах рассказанных самим Христом. Конечно, что-то полностью совпадает, как Нагорная, например. И у них было учение Христа. А это Притчи Соломона, Экклезиаст, Песнь Песней, Премудрости Соломона и Сирах.

Псалтырь, само собой.

 

 

Преполовение Пятидесятницы

Фреска XVI века в монастыре Дионисиат. Афон.

 

 

 

Глава пятьдесят первая

 

Тайна Успенского Собора Княгиниго монастыря

 

Фрагмент текста:

 

«Успенский Собор Пресвятой Богородицы.

Так он называется полностью.

Основан в 1200 году.

Если это правда, то это очень важный факт.

Считается, что основала монастырь то ли жена Всеволода Большое Гнездо Мария Шваровна, то ли ее сестра Анна. И так и этак встречается. Эти два захоронения и являются самыми древними. И они сохранились после одного или нескольких перемещений по Храму.

 

Также встречается, что Анна, это не сестра Марии, а вторая жена Всеволода.

 

Вот такие версии запутанные, как, впрочем, и всё в нашей истории.

Тайна касается захоронения Анны…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: А кто она Богородица? Как её отчество, чья она дочь?

 

Валентин Байгильдин: Чья дочь не знаю. Но, возможно, Она из Чернигова, так как Христос, говоря о Ярославе, упоминает черниговские были. Кому их ему рассказывать как не ей. Конечно, происхождение Богородицы нужно найти.

 

Валентин Великий: Вот, видишь, шевелить тебя надо.

 

Валентин Байгильдин: Твой оселок всегда помогает, чтобы наточить топор, который мы обрушим на головы историков.

 

Валентин Великий: Кого же тогда Фоменко под титулом Богородицы «похоронил» в Крыму? А его соавтор Носовский носит имя-ответ на ключевой вопрос русской истории, но не понимает этого. Насмешка Бога?

 

 

Успенский собор Княгининого монастыря

 

Валентин Байгильдин: Они и Христа в Крыму «родили». Мне интересно, как называлось Боголюбово до Рождения в нем Христа? Не Владимир ли?

Валентин Великий: В Рождестве Христа в Крыму есть известная логика. Херсонес по истории был официальной ставкой византийского наследника. А Глеб Владимирович таковым и являлся.

 

Валентин Байгильдин: Не существует иконы «Богородица Херсонесская». А это приговор этой версии. Владимир Великий не мог уйти, бросив Владимирскую Землю. В ней он оставил Глеба.

Опять ты навел меня на мысль. Пирогощая Андрея не случайно – Владимирская. Там Он Родился и городишко переименовали в Боголюбово.

 

 

Беседа Христа с самарянкой

Фреска XVI века в монастыре Дионисиат. Афон.

 

 

 

Глава пятьдесят вторая

 

Плачущая Ярославна – племянница Христа

 

Фрагмент текста:

 

«Звали ее Ефросинья.

Отец – Ярослав Осмомысл.

Мать – сестра Христа Елена Глебовна…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: А, может быть, Ефросинья – дочь Ярослава Глебовича? Что нам известно о его детях?

 

Валентин Байгильдин: Там темный лес с Мануилом-Ярославом. Но такой дочери у него нет.

 

Валентин Великий: Ефросинья имя не очень так. Простецкое какое-то. Одним словом, Фрося.

 

Валентин Байгильдин: А, по-моему, Ефросинья – лакомый кусок для поэтов.

 

Валентин Великий: Как образ – да.

 

Валентин Байгильдин: Она уже воспета, Валь.

 

Валентин Великий: Как посмел Осмомысл просить Христа о разводе с Еленой Глебовной!

 

Валентин Байгильдин: Потому и зовется шибко умным.

 

Валентин Великий: Что такое «мёртвая вода» в русских сказках? Понятно, что образ, но образ чего?

 

Валентин Байгильдин: Стоячая вода.

 

Валентин Великий: Странно, почему тогда в сказках от мёртвой воды сращивались разрубленные части тела богатыря?

 

Валентин Байгильдин: Возможно, это стоячая соленая вода и грязь. Как лиманы под Одессой. В грязи, кстати, Христос предлагал лечить кости. В Евангелие от ессеев.

 

Валентин Великий: Зегзицы с Юга возвратились. Пух в гнездо таскают. Щебечут что-то на своём языке. Наверное, самка самцу за что-нибудь выговаривает. Вечно они чем-то недовольны.

 

Валентин Байгильдин: Да всё тем же. Пух не тот, положил не туда, сам на нем не сиди… Всё-таки женщинам дан язык, чтобы с детьми разговаривать. И любим мы их не за разговоры.

 

Валентин Великий: А они нас, наоборот – за разговоры любят. Шельмы ушастые!

 

 

Фрески работы Мануила Панселина в соборе Протата в Карее

Афон, XIV в.

 

Глава пятьдесят третья

 

Откровение Бога Слово (Апокалипсис)

Автор Христос, 1185 год

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Многое становится на свои места и получает смысл. В числе прочего и даты. Например, год 1189 вместо 1204 выглядит предпочтительней.

 

Валентин Байгильдин: 1204 год меня тоже не устраивал. Двадцать лет Христос ждать не станет.

В принципе, Всеслав устроил майдан против власти Христа, и люди сошли с ума от обещанных им бочек варенья.

 

Валентин Великий: Почему Ярослав не уступил трон Андрею, а сам решил царствовать?

 

Валентин Байгильдин: Ярослав был гораздо старше Христа, поэтому не мог уступить трон ребенку..

Меня другое удивляет. Как мог Ярослав заболеть при таком брате. Или он получил ранение в битве, когда Христа не было рядом. Ярослав воин. И не рука ли здесь Всеслава?

 

Валентин Великий: В чём для Всеслава был смысл Распятия? Всеслав знал Замысел Творца?

 

Валентин Байгильдин: Смысл Распятия – поиздеваться. Что тут непонятного. Пленить Бога и высказать Ему, что он мешает им править, как они хотят. Помнишь про к(w)сти? Затем положили в гроб и хотели утопить. Всеслав Замысел Творца знать не мог. Он использует колдовство для убеждения людей в своей силе. Была такая дыра в Божественной системе.

Такие дыры и сейчас есть – ростовщичество, одурманивание и т. д.

 

Валентин Великий: Если я правильно понял, то наш колдун не верил в существование Бога вообще?

 

Валентин Байгильдин: Верил, но до Христа Бог был у всех другой. Не знали люди. У Всеслава был какой-то славянский Бог. Возможно, Чернобог-Черный змей.

 

Валентин Великий: Я подумал, а что если первый киевский князь Аскольд это Ас Коляда?

 

Валентин Байгильдин: Похоже. Всё должно быть по-русски. Калядыдар кто-то должен был дать людям. Самим это было не придумать.

 

Валентин Великий: А с Вавилоном – бабьим лоном это ты ловко догадался. Респект!

 

Валентин Байгильдин: Возможно, что Христос придумал вавилон, когда тот уже стал продажной девкой. До этого Он не стал бы так называть свою столицу. Он переживает, что так много оказалось обманутых свободой. Вот Он и даст им ею насладиться.

 

Валентин Великий: Всеслав большим был сластолюбцем, ну и подданные с него пример брали. Нет, ты как хочешь, но легенда про оленьи рога не на пустом месте появилась. Думаю, и фраза его, «жребий брошен», тоже была им произнесена, когда он решился на переворот.

 

 

 

Глава пятьдесят четвертая

 

Христос, Слово о полку Игореве и Андрей Боголюбский

 

Фрагмент текста:

 

«Христос – Автор Слова о полку Игореве.

В нашей истории Христос и Андрей Боголюбский это одно лицо, но Христос прожил не 33 года, а 144. Андрея Боголюбского не убивали в Боголюбово.

Я понимаю, что такая связь видна не всем, поэтому перечислю основные канаты этой связи, без подробностей, потому что всё подробно уже написано в моей книге «Автор «Слово о полку Игореве» Бог Слово».

События в «Слове о полку» относятся к 1185 году…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Верующим пора становиться знающими, но они почему-то не торопятся. Наверное, потому, что любопытство для них – скука. Лучше футбол посмотреть, на диване с планшетом поваляться или сходить в кафе. А ты тут со своим Христом. Кому оно надо!

 

Валентин Байгильдин: Это нужно нашей литературе, которая стоит на фундаменте, построенном Христом. Вере я не собираюсь никого учить. По себе знаю, что ее дают тебе по каплям. Наша история это тоже Христос. Моя задача зажечь кристаллик света в сердцах людей, а на язык историков положить пудовую гирю.

 

Валентин Великий: На историков он ополчился. Что они тебе плохого сделали? Да, врут, зато как красиво! Опять же зарплату нужно получать. Кто их внукам роликовые коньки купит?

 

Валентин Байгильдин: Они сами отлично их изготовят, оторвав колеса от каталки, на которой их вывезут из вузов…

Как тебе бороды «римлян» на наплечнике Боголюбского?

Я даже не сразу понял, что с копьем и противной рожей это Всеслав, действительно, гораздо старше Христа.

 

 

 

Валентин Великий: Видно же, что на наплечнике просто не было места для таблички Пилата.

 

Валентин Байгильдин: Никто до сих пор не знает, что их носил Христос. Я пытался написать в немецкий музей, где хранится наплечник «Распятие» – тишина. Иметь такую реликвию, представляешь?

 

Валентин Великий: Кто изображён внизу Распятия?

 

Валентин Байгильдин: Это латиняне, на которых только и мог опереться Всеслав. Им всё равно, Кем был Христос. Из русских у Всеслава будет только родня.

 

Валентин Великий: А что означает жест главного латинянина?

Крест имеет корень. Мужчина прикасается рукой к корню. К этому мужчине прикасаются стоящий за ним другой мужчина. Круговая порука?

 

Валентин Байгильдин; Или танец? Очень похоже. Они бесновались.

 

Валентин Великий: Нет, не танец. Именно круговая порука в совершении такого неординарного преступления. Уверен, что и само выражение получило жизнь в результате Распятия.

 

Валентин Байгильдин: Круговая порука это что?

Некое закрытое сообщество, действующее против законов общества в своих интересах.

Здесь же они открыто казнят императора.

 

Валентин Великий: КРУГовая поРУКА.

 

 

Именно это изображено на наплечнике.

 

 

 

 

Глава пятьдесят пятая

 

Цветная иллюстрация к Слову о полку Игореве

 

Фрагмент текста:

 

«Эта иллюстрация находится в киевской Псалтыре за 1397 год.

Справа от Христа Всеслав Полоцкий.

Слово о полку Игореве:

 

«На седьмомъ веце Трояни

връже Всеславъ жребий

одевицю себе любу»

Одеваться себе любу.

 

На картинке изображено как именно он оделся.

 

 

Он надел рога.

Его приближенные тоже.

Также из истории и былин известно, что мать Всеслава Рогнеда родила его от змея.

Поэтому в Псалтыре у него меч обвит змеей.

Почему эта картинка находится в Псалтыре?

Потому что Псалтырь написан Самим Христом.

Это иллюстрация к Псалму 21.

21.13.

«Обыдоша мя телцы мнози, юнцы тучнiи одержаша мя…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Вряд ли на рисунке изображены приближенные Всеслава. Слишком мелкие сошки для подобных иллюстраций. Они оба одноногие. Здесь что-то есть.

 

Валентин Байгильдин: Валь, кроме Всеслава здесь есть Ярослав, его брат. У него тоже меч со змеей.

Змеиный меч это, вероятно, потому, что против Христа.

И потом, обрати внимание на мастерство художника и сравни его с наши летописями, которые рисовал ученик маляра.

 

Валентин Великий: Почему нет ног у задних персонажей, и что означает красный щит одного из них?

 

Валентин Байгильдин: Русские щиты были красными. А нет ног, может означать, что одного колена – сыновья Всеслава и Ярослава.

 

Валентин Великий: Это ближе к логике. Можно согласиться.

 

Валентин Байгильдин: Христос в «Слове» обращается только к внукам Ярослава и Всеслава:

 

«Ярославли вси внуце и Всеславли!

Уже понизите стязи свои,

вонзите свои мечи вережени.

Уже бо выскочисте изъ дедней славе».

 

Сыновья, видимо, уже отбросы.

 

Валентин Великий: Как думаешь, почему медики взяли себе на эмблему меч со змием? Какой-то намёк или насмешка, что медицина на самом деле не лечит, а добивает больного?

 

Валентин Байгильдин: У них чаша со змеей.

 

Валентин Великий: Это меч, замаскированный под чашу. Где ты видел такие чаши? Скорее, это стоматологическая плевательница.

 

Валентин Байгильдин: Ты прав. Чаша это более поздний вариант. Есть посох с крылышками и двумя змеями. Это эмблема Асклепия. И это Христос. А змеи это ДНК. Посох – путь к Богу, видимо.

Асклений связан с Миносом. А между витками змей семь очков (чакр?).

 

Валентин Великий: Если меч со змеями это один из символов Христа, как ты говоришь, то каким образом он оказался на рисунке у Всеслава?

 

Валентин Байгильдин: Это не символ Христа.

Это символ двух энергий Кундалини у йогов.

 

Валентин Великий: А почему тельцы названы тучными?

 

Валентин Байгильдин: Тучные – обжоры, видимо. Презрительно. Воин не может быть тучным.

 

 

 

Глава пятьдесят шесть

 

«А древо не бологомъ листвие срони»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: «а древо не бологомъ листвие срони:

по Роси и по Сули гради поделиша».

 

Если речь здесь о древке и стяге, то слишком уж замысловатая получается метафора. Ну, допустим, болог это ветер, а каким образом ветер мог делить города между князьями? Это раз.

Далее:

 

«не бологомъ бяхуть посеяни —

посеяни костьми рускихъ сыновъ»

 

Здесь у Мусина противоречие: если в первой строке Автор говорит о сеятеле, то во второй Он не может говорить о семенах. Это невозможно. Здесь явная смысловая ошибка.

 

Валентин Байгильдин: Ветер не делил города. Это две Реки – Рось и Сула, по которым Русь поделена между половцами и русичами.

Болог – это благо, наверное. Добро, мир.

 

Валентин Великий: Болог здесь – это семя. И кости – семя. Берега реки засеяны не бологом, а костьми. Не станет Автор сравнивать существительное одушевлённое с существительным неодушевлённым. Это бессмысленно.

 

Валентин Байгильдин: «не бологомъ бяхуть посеяни».

Семя посеяло семя?

 

Валентин Великий: Нужно понимать: ЗАсеяны, я думаю. Кости ведь тоже не могут сеять, но могут быть посеянными.

 

Валентин Байгильдин: Битва на берегу реки.

 

Никто и никогда там не сеет кроме ветра. Это луг, там сено заготавливают.

Поэтому на этот раз не болог-ветер посеет семена на берегу, а битва посеет кости.

 

 

Валентин Великий: Убедил, Валентин.

 

 

 

Глава пятьдесят семь

 

«Ярославна рано плачетъ въ Путивле на забрале, аркучи»

 

Фрагмент текста:

 

«Войско Игоря разбито.

Половцы двинутся вглубь Руси.

Поэтому города будут закрыты забралами.

Уныши, – видимо, унавесить, занавесить…»

.

Комментарии

 

Валентин Великий: «Уныша» это унылые, я думаю.

 

Валентин Байгильдин: На этот раз не соглашусь с тобой, Валь.

Уныша – забралы подняли.

А веселие поникло – опустилось.

 

Валентин Великий: «Уныша об градомъ забралы,

а веселие пониче».

Здесь противопоставление: уныние – веселие. Разберись на досуге. Но, если не согласишься, значит, я не прав.

 

Валентин Байгильдин: Ты прав. Ворота подняты. Нет торга. Нет потока людей. Нет базара.

 

Валентин Великий: Почему Мусин не оставил нам собственного толкования «Слова», как думаешь?

 

Валентин Байгильдин: «Во время службы моей в С.-Петербурге несколько лет занимался я разбором и преложением оныя Песни на нынешний язык, которая в подлиннике хотя довольно ясным характером была писана, но разобрать ее было весьма трудно, потому что не было ни правописания, ни строчных знаков, ни разделения слов, в числе коих множество находилося неизвестных и вышедших из употребления; прежде всего должно было разделить ее на периоды и потом добираться до смысла, что крайне затрудняло, и хотя все было уже разобрано, но я не быв переложением моим доволен, выдать оную в печать не решился, опасаясь паче всего, чтобы не сделать ошибки подобной кн. Щербатову… По переезде же моем в Москву увидел я у А. Ф. Малиновского, к удивлению моему, перевод мой очень в неисправной переписке и, по убедительному совету его и друга моего Н. Н. Бантыша-Каменского, решился обще с ними сверить преложение с подлинником и, исправя с общего совета, что следовало, отдал в печать».

 

 

Титульный лист первого издания

 

 

 

Глава пятьдесят восемь

 

Притча о фарисее и мытаре»

 

Фрагмент текста:

 

Христос не умер на Кресте, о чем Сам рассказал в «Слове о полку Игореве».

А также в «Откровении» Бога Слово (Апокалипсис) рассказал о своем пути со своими людьми из Тьмутороканя на острова в Эгейском море.

Часть этого пути упоминается в последнем плаче Ярославны.

Это когда Христово войско движется по пустыне от восточной оконечности Мраморного моря в строну порта Измир. Ярославна его жалеет:

«Ярославна рано плачетъ

въ Путивле на забрале, аркучи:

«Светлое и тресветлое сълнце!

Всемъ тепло и красно еси:

чему, господине, простре горячюю свою лучю

на ладе вои?

Въ поле безводне жаждею имь лучи съпряже,

тугою имъ тули затче?»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Откуда Ярославна могла знать о странствиях Христова воинства?

 

Валентин Байгильдин: О них знает Христос. Он просто вложил это в ее уста.

Как рассказ о Распятии передал через сон Святослава.

 

Валентин Великий: Через сон можно, а знать Ярославна не могла. И схалтурить этот Автор не мог. Что-то тут не то…

 

Валентин Байгильдин: Это историческая поэма и поэтому Христос всегда очень точен в деталях. Эти детали он передаёт и через героев и иногда намеренно тонко. Поэтому столько лет и не могли ничего понять. Что касается последнего плача Ярославы, Ему надо было показать, что в четвертую ночь Он вылетает к Игорю. Сделал Он это через племянницу, которая молила о помощи.

 

Валентин Великий: Ложно мудрствуешь, Валентин. Конечно, Ярославна плачет по мужу во всех эпизодах. С чего бы это Автор вдруг стал таким «тонким», чтобы читатель не догадался, что ли, о чём Он пишет? Талант поэта заключается в способности писать красиво и понятно, без «тонкостей».

 

Валентин Байгильдин: Он обращался к братиям, которые его прекрасно понимали. А по-твоему получится, что Ярославна сошла с ума и об этом и написал Христос. Если бы не было известно, где был Христос в это время, я бы и не говорил про это. А если известно, от Самого Христа, что Он был в пустыне и Ярославна это подтвердила, то это и т. д.

 

Валентин Великий: Жена плачет о муже. Зачем выдумывать за Автора всякие сложности.

 

Валентин Байгильдин: Ты сам бы кому плакался, если бы твой дядя был Христос?

 

Валентин Великий: Ярославна плачет:

«чему, господине, простре горячюю свою лучю

на ладе вои?

Въ поле безводне жаждею имь лучи съпряже…»

 

Святослав ходил на Кобяка и, естественно, рассказывал сыну с невесткой о «поле безводном». Зачем усложнять, когда очевидно, что жена молится о благополучном возвращении мужа. Она знать не знает о том, что случилось накануне в Царьграде, и Автор не станет вкладывать ей в уста неведомые ей вещи. Зачем ему это?

 

Валентин Байгильдин: Да, дела. Все всё знают, кроме бедной Ярославны.

 

Знамя знает:

«див,

кличетъ връху древа,

велитъ послушати — земли незнаеме,

Волзе,

и Поморию,

и Посулию,

и Сурожу,

и Корсуню,

и тебе, Тьмутораканьскый блъванъ!»

 

Конец половецкий знает, где Дон.

«Кончакъ ему слѣдъ править кь Дону Великому».

 

Стяги знают:

«стязи глаголютъ:

половци идуть отъ Дона

и отъ моря»,

 

Город Ярославль знает:

«той же звонъ слыша давный великый Ярославль»

 

Донец знает, что Игорь не бабник:

«Донецъ рече:

«Княже Игорю!

Не мало ти величия,

а Кончаку нелюбия»,

 

Даже дятлы —

«тектомъ путь къ реце кажутъ»

 

Одна Ярославна ничегошеньки не знает.

 

Валентин Великий: Это всё не имеет никакого значения, Валентин. Притянуть за уши можно любые аргументы. Ярославна не могла ничего знать о перевороте в Царьграде, а тем более о подробностях отступления Христова воинства на острова. Откуда ей это известно? Пока сам Дядя или супруг не расскажут ей об этом – неоткуда ей это узнать.

 

Валентин Байгильдин: Опять двадцать пять. Она и не знала. Знает Христос и поэтому даже вещи разговаривают. Не было тогда Царьграда. А поле безводное было. Где оно на Суле? Она жалеет воинов. Это кто? Воин это с оружием. Без него это пленный. Горячее солнце и жажда это пустыня, в которой и находился на тот момент Христос. Она же не говорит, что эти воины скованы, это что не мученья? Просто нет воды, вот и всё.

 

Валентин Великий: То, чего не знала Ярославна, о том она и плакать не могла. Для меня это факт.

«Възлелей, господине, мою ладу къ мне»,

«лады вои»,

это только о муже можно сказать.

 

Валентин Байгильдин: Ну, да. А в последнем плаче мужей стало много и она пожалела их, что им попить нечего бедненьким.

 

Валентин Великий: «Лады вои» – милого воины….

 

Валентин Байгильдин: Кстати, если она ничего не знает, то откуда она знает, что кому-то хочется пить? Христос намекает, что Игорю подсовывали баб, ему, что, попить не дадут? И откуда это может знать Донец, если он вообще не должен разговаривать?

 

Валентин Великий: В общем – как знаешь, только когда придёт мой черёд предстать Пред Очи, я сообщу Автору, (на ушко), что упрямый башкыр никого не желал слушать и упорно гнул свою линию, за что заслуживает самого глубокого казана с тремя кубами берёзовых поленьев.

 

Валентин Байгильдин: Безводное поле это нет никакой воды, а есть солнце, которое усугубляет эту проблему. Там, где находится Игорь, воды полно. Поэтому перечисляю твои грехи:

 

1.Сделал дурой Ярославну.

  1. Сделал глупцом Христа.

3.Пожелал мне то, чего нельзя желать, даже в шутку.

Кроме того никаких казанов там нет.

Или ты чист и с тобой разговаривают.

Или нет и это – навсегда.

 

Валентин Великий: В шутку всё можно желать, главное, чтобы человек имел способность понимать шутки. Если такой способности у него нет – общение с ним становится в тягость.

 

«Слово о полку Игореве» для меня – произведение поэта, а не Господа Бога, и только в этом смысле я готов обсуждать с тобой её текст. Критический же разбор произведений Господа Бога не входит в мою компетенцию. Поэт ни за что не вложил бы в уста Ярославны то, чего она просто не могла знать. А Господь, естественно, может говорить её устами, о чём Ему угодно.

 

Валентин Байгильдин: Эк, куда тебя занесло. Любой поэт может вложить в уста своих героев, что угодно, и сплошь и рядом это делают. Нет такого правила для поэтов.

Господь Бог это Творец и Отец Христа. Христос просто Господь.

215 лет только и делали, что обсуждали произведение просто какого-то поэта.

Только я понял, что это Христос, в том числе Его шутку про гзака с кончаком.

Я не обижаюсь на шутки. Я не обижаюсь, даже если меня посылают, потому что я вообще не обижаюсь.

Про казан это не шутка.

Шутка это когда весело всем.

Если весело только автору шутки, то это называется злой шуткой или вовсе не шуткой.

Ты с мамой так пошутишь?

То-то и оно.

И потом, если человек не понимает шуток, это никогда не являлось препятствием для общения, а как раз такие шутки им являются.

Но, опять не для меня.

Я сам бываю кривоват.

Если ты не можешь понять плач Ярославны, ну и Бог с ней.

Слава Донцу (Днепру), который знает о нравственной чистоте Игоря, но который знать об этом не имеет права, по мнению упорного поэта с реки Ингул.

 

Валентин Великий: Днепр (Донец) знать может, как и любой другой одушевлённый автором предмет может знать всё, о чём прикажет ему знать фантазия поэта, а Ярославна ни о перевороте, ни о странствиях Христа знать не может и плакать об этом не станет. Просто тебе очень хочется очередных открытий. Понимаю… А правила для поэтов существуют, причём, единственное – не молоть чепухи.

 

Валентин Байгильдин: Сначала Ярославна знает про кровавые раны Игоря. Откуда она узнала? Может, он жив, здоров и водку пьет за победу?

Это, конечно же, чепуха.

Потом она знает, что ветер продолжает слать стрелы на Игоря, уже покрытого кровавыми ранами.

Это, конечно же, чепуха.

Потом, забравшись на стену, она знает, что надо обратиться к Денпру, чтобы вернул Игоря, как будто он в плену у Днепра, а не у половцев.

Это, конечно же, чепуха.

Потом она знает, что надо обратиться к Солнцу, чтобы не мучило жаждой неизвестно кого во множественном числе, в неизвестном поле безводном.

Это, конечно же, чепуха.

Чепуха это считать Христа просто поэтом и подгонять его под рамки тех, кто не понял Его за 215 лет, а, может быть, и никогда не поймет.

 

Валентин Великий: Ярославна от гонца знает, что была битва, и что Игорь, возможно, ранен, или даже убит, т. к. более подробных известий о нём, на момент плача, она не имеет. Женщину терзают самые мрачные мысли… Валентин, мне надоело толочь воду в ступе. У меня такое чувство, что ты не меня, а себя пытаешься убедить.

 

Валентин Байгильдин: Да, для меня это важно, и я не считаю это водой в ступе и отношусь к твоим словам серьёзно, поэтому перепроверяю свою мысль, благодаря тебе, что меня совершенно не раздражает, а, наоборот, вызывает, как всегда, только благодарность, несмотря на бывающую попутную резкость слов.

 

 

Христос благословляет брак младшего брата своего Всеволода Большон Гнездо с Марией Аланской

 

 

 

Глава пятьдесят девятая

 

«Съ вами, русици, хощу главу свою приложити»

 

Фрагмент текста:

 

«И что же хотел Игорь, наш Герой-молодец?

Биться до Победы, как Русские бьются и не умирать!

Как это они будут делать во Главе с Христом.

Главным нашим Воином!..»

 

Комментарии

Валентин Великий: «съ вами, русици, хощу главу свою приложити,

а любо испити шеломомь Дону»

Он сказал: Ах, как же хорошо ПРИЛОЖИТЬ ГОЛОВУ К ШЕЛОМУ С ВОДОЙ Из Великого Дона и испить с вами русичи!

 

К шелому, чтобы испить воды, прикладывают уста, а не голову.

У Автора здесь, по-видимому, что-то другое.

 

Валентин Байгильдин: Он у меня пока не пьет. Для этого надо приложить голову, чтобы испить.

 

Валентин Великий: Если иметь в виду цель (именно цель, а не пункт) похода, то можно предположить, что Игорь рвётся «главу свою приложити» – пред престолом своего государя и Господа.

 

Валентин Байгильдин: Нет. Всё войско не собиралось к Христу. Иначе бы они не повернули к Днепру вдоль Сулы.

 

Валентин Великий: Мне тоже интересно, к чему или к кому Игорь хотел «голову свою приложити». Вряд ли к шелому с водой. И так понятно, что трудно напоить уста не наклонив головы.

 

Валентин Байгильдин: К делу приложить.

 

Валентин Великий: Нет, не подходит. К делу руки прикладываются.

 

«съ вами, русици, хощу главу свою приложити,

а любо испити шеломомь Дону»

 

Исходя из смысла всей фразы, мне кажется, что в текст могла вкрасться ошибка переписчика, и в оригинале стояло не любо, а лИбо.

 

Валентин Байгильдин: Не думаю. Всё-таки, наверное, – приложить голову к Днепру, чтобы испить. Это радость для всех – освободили свою землю за Сулой. А Любо испить шеломом – это дополнение – мужская гордость военной победы.

 

Валентин Великий: Нет, этот поэт – очень точный поэт и прикладывать голову человека к реке не станет. Это будет халтурой с его стороны. Да и не пристало дружинникам становиться на четвереньки и лакать по собачьи, тем более, что пить они собираются из шелома.

 

Валентин Байгильдин: «съ вами, русици, хощу главу свою приложити,

а любо испити шеломомь Дону»

 

Игорь: – С вами, русичи, хочу главу свою приложити к престолу Христа. – А любо испить шеломом Дону?

 

Войско: – Любо!! Любо!! Любо!!

 

Валентин Великий: Любо!

 

 

 

Глава шестидесятая

 

Нагорная соль на ногах, на Небе и под ногами

 

Фрагмент текста:

 

«Из Нагорной Проповеди Христа;

Синодальный перевод с греческого:

 

Матфей 5.13

«Вы – соль земли.

Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь ее соленою?

Она уже ни к чему негодна, как разве выбросить ее вон на попрание людям».

Интересная соль, да?

Что написано, то написано.

Обычная история, необычной соли.

Берете любое толкование, на любом языке, кроме старославянского, и начинаете путешествие… в никуда…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: «больше не нужны будут Богу и просыпятся на Землю»

А что станет с душой такого человека после его смерти, она уже не вернётся к Богу?

 

Валентин Байгильдин: Есть так называемая вторая смерть. Термин Христа. Если жил недостойно – душу сожгут, но дадут помучиться. Дух, где записана недостойная жизнь, распадется и будет выброшен с Неба на Землю.

 

Валентин Великий: Против такой перспективы есть, наверное, только одно средство – страх Божий.

 

Валентин Байгильдин: Бояться мало. Для бездельников та же участь, но с Земли их заберут раньше срока.

 

Валентин Великий: А кто у нас бездельник? Если это в мой огород камешек, то разве литературный труд у нас уже не труд? И потом, я ни у кого на шее не сижу, а живу на пенсию по инвалидности, которую мне платит государство.

 

Валентин Байгильдин: Об участи бездельников сказал Христос. Он же запретил эти камешки разбрасывать по чужим огородам. Поэтому ни о ком лично я не говорил.

 

Валентин Великий: То есть осуждать за что-либо других людей Христом запрещено?

 

Валентин Байгильдин: Да. И это легко понять на детях. Можно сколько угодно раз назвать отрока дураком, но это не поможет. Необходим другой подход, светлый.

 

Валентин Великий: Откуда берётся дождевая вода? Ведь, к примеру, в Африке дожди могут идти, не переставая, целые недели. Но такое огромное количество воды не может содержаться в тучах, иначе они просто рухнули бы на землю под её тяжестью. Может быть, тучами Господь просто закрывает от людей механизм подачи воды на сушу? Мол, не должны мы знать, что и как именно в этом случае работает.

 

Валентин Байгильдин: Вряд ли что-то прячут. Богу не нужны машины. Такое устройство уже есть и оно – Духовное – связывающее воедино человека и природу.

Мы тоже такие Духовные устройства и потому можем всем управлять, в частности дождем, чему есть тьма примеров.

 

 

 

Глава шестьдесят первая

 

«Всеславъ князь людемъ судяше, княземъ грады рядяше»

 

Фрагмент текста:

 

«…«Всеславъ князь людемъ судяше,

княземъ грады рядяше,

а самъ въ ночь влъкомъ рыскаше:

изъ Кыева дорискаше до куръ Тмутороканя,

великому Хръсови влъкомъ путь прерыскаше».

 

Это так было написано в первом издании Слова в 1800.

Под руководством Мусина-Пушкина, который сказочным образом нашел текст «Слова», а слова там не были разделены…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: «Ятец, ятчик…»

 

Истец, короче.

 

Гри́дница (гридня) — в древнерусской архитектуре IX—XVII веков — большое помещение в княжеском дворце для дружинников. Этимологический словарь Фасмера слово гридница производит от слова «Гридь», Гридень — дружинник.

А что Даль говорит про гридницу?

 

Валентин Байгильдин: Даль:

ЯЧАТЬ, якнуть южн. зап. стонать, жалобно кликать.

Поскольку может только грозиться, а не сделать.

Но смысл останется тот же.

 

Валентин Великий: «Ни хытру,

ни горазду,

ни пытьцю горазду

суда божиа не минути»

Пытьцю это, мне думается, от слова – пытливый, очень (горазду) любознательный.

 

Валентин Байгильдин: Может быть. Не дурак был этот зверюга.

 

Валентин Великий: А почему ты считаешь, что Автор в данном эпизоде говорит о Всеславе в заключении? Может быть, Автор просто сокрушается; вот, мол, днём:

«Всеславъ князь, людемъ судяше»,

(совершает суд, судит как глава рода, старший князь)

«княземъ грады рядяше»,

(младшим князьям Полоцкой земли города в кормление раздаёт)

«а самъ въ ночь влъкомъ рыска»

(двойную, мол, жизнь ведёт)

 

Валентин Байгильдин: Потому что Всеслав это – кобяк. И в его истории есть заключение и побег. Дыру, кажется, в полу проделал. Кроме того, Христос не будет писать о своем главном враге, какой он добрый. И что значит «выторже» Кобяка. Половцы князьями торговали? И в гриднице, если это половец, ему незачем в ножки Святославу падать. А Всеславу надо вымаливать жизнь, как предателю.

 

Валентин Великий: Вообще-то да, далее Автор сам географически локализует местонахождение Всеслава:

«Тому въ Полотьске позвониша заутренюю рано

у святыя Софеи въ колоколы,

а онъ въ Кыеве звон слыша».

 

Валентин Байгильдин: Здесь, может быть, о другом, о более раннем времени. По былине Всеслав захватил Киев хитростью. А, значит, был там князем какое-то время и насадил свои луковки. Короче, два раза сидел в Киеве. На троне, и в тюрьме.

 

Валентин Великий: По истории около года Всеслав был князем в Киеве. Видимо, захватил город во время отсутствия в нём Святослава.

 

Валентин Байгильдин: Он мог захватить его и при нем. Есть там, что после этого три волхва покинули город. Силен был. Кстати, все его похождения по бабам присвоили Владимиру Великому, который был чист нравственно, само собой.

 

Валентин Великий: Возможно, Автор Вознесся в 1263 году, прожив 111 лет. Ну, о ком ещё из князей митрополит мог горестно воскликнуть: закатилось Солнце земли Русской! Летописный Невский ничего такого особенного не совершил, чтобы о нём можно было так искренне печаловаться. Может быть, потому и Невский, что основал город на Неве.

 

Валентин Байгильдин: Я сомневаюсь, что можно доверять таким датам, тем более, что самого Невского не существовало, а Христос покинул Тело в Европе, а не у нас. Круг Жизни – 144 Лета.

И однажды Христос попросил Отца дать Ему прожить полный Круг. Поэтому – 1296. Немного погодя начнутся гонения на тамплиеров.

 

Валентин Великий: А откуда известно, что в Европе, а не у нас?

 

Валентин Байгильдин: Его столицей был Аахен. Где и лежит Его Тело под именем Карл Великий. Плащаницей владели темплиеры. Сын казненного Жака де Моле явил ее людям. Лет через тридцать после казни отца. А это французы. Королями Европы были детки Христа. Они и распорядились. Богородица у нас – во Владимире.

 

Валентин Великий: Непонятно мне поведение Филиппа Красивого. Внук против Ордена своего Деда.

 

Валентин Байгильдин: Вряд ли он внук. Христос переживет их. Правнук, может быть. Успеет уже офранцузиться.

 

Валентин Великий: Для чего Христу понадобилось создавать в Европе ещё один центр власти, если существовали уже и Царьград и Киев с Владимиром? Ведь, как ни крути, а таким образом Он как-бы ставил Западную Европу над всеми другими государственными объединениями.

 

Валентин Байгильдин: Он объединил всех под своей властью. Я показывал миниатюру, где Христос стоит во главе русских священников, греческих, арабов и ахейцев. Потом, так или иначе, Христос побывает везде. И царями в Европе были русские детки Христа.

 

Валентин Великий: Воистину: вся власть на земле от Бога.

 

 

Свадьба Христа и Феодоры

 

 

 

 

Глава шестьдесят вторая

 

Есть пророк в своем отечестве

 

Фрагмент текста:

 

«И это наше отечество.

Но нашему отечеству ничего неизвестно об этом своем Пророке.

Ни то, что Он свой.

Ни то, что Он не произносил фразы «Нет пророка в своем отечестве».

Ни то, что означает слово «Пророк».

Ни то, как пишется слово «ПророкЪ»

Ни то, почему оно так пишется.

Ни то, что это отечество не имеет отношения к стране, включая нашу.

Ни то, что это не пафос про прекрасное далёко, а быль про очень близкое.

Ни то, что эта фраза прошла через испорченный телефон.

Ни то, кто его испортил…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Вот ты пользуешься старославянским Евангелием, уважаешь староверов, знаком, вероятно, не с одним из них, а, скажи, кто-нибудь ещё, кроме тебя, знает и понимает нашу историю так, как понимаешь её ты? Сами староверы хотя бы знают, что Христос был русским и написал «Слово» и «Откровение»?

 

Валентин Байгильдин: Не только не знаком, но и не встречал ни одного из них. Староверы о Русском Христе не знают. Почему? Могу только предположить. Когда начались гонения на староверов при Тишайшем, то они не прятались и попали под топор, причем лучшие. Вера им запрещает прятаться. А вот вторая волна бегущих от новых порядков, уже побежит далеко, навсегда, и без лидеров. Поэтому могли и забыть.

 

Валентин Великий: Где они печатали свои Евангелия, ведь не в царских же типографиях?

 

Валентин Байгильдин: Да не было никаких евангелий. Это что, жизнь Христа – до 33 лет? О том, что происходило при Распятии в 32,5 Он написал в «Слово о полку». Которое постарались уничтожить. Как посбивали все фрески во всех церквях, где Христос был частью на древе Русских царей. Евангелие это вообще на Небе, потому что пишется не через «в», а через ижицу. В «Откровении» Христос так и сказал – ангел с евангелием жизни.

 

Валентин Великий: Ты говорил, что староверы знали, что главное это Евангелие от Иоанна. Почему?

 

Валентин Байгильдин: Главное в том смысле, что там нет происхождения от Авраама. Там Христос назван Богом Слово. И заканчивается оно, что деяний Христа не вместить в тысячу книг. Вот хотя бы тысячу нам надо найти. Они есть, книг десять я уже назвал. Будет и еще.

 

Валентин Великий? Иоанн это Глеб Владимирович?

 

Валентин Байгильдин: Думаю, да.

 

Валентин Великий: Как называлась наша вера до Никона, — русская? Есть версия, что – правоверная, как сейчас в исламе.

 

Валентин Байгильдин: Правоверие это не по-русски. Поэтому не для нас. Православие. Хотя Христос и говорил: право пути творити. Но этого маловато для веры.

 

Валентин Великий: К букве «ё» как относишься?

 

Валентин Байгильдин: Как я могу к ней относиться, если у Христа она отсутствует.

 

Валентин Великий: Но ведь социальная система не может развиваться, будучи статичной. Она деградирует и умрёт. Так и язык – живёт и развивается, от сложного к простому.

 

Валентин Байгильдин: Язык нам дан Богом Слово. Это совершенство и нечего там развивать. Деградация – это лишиться этого совершенства и в результате перестать понимать Христа.

 

Валентин Великий: Можно и нужно изучать Буквицу в школе, но говорить и писать сегодня на языке двенадцатого века?

 

Валентин Байгильдин: Я не предлагал говорить и писать на языке XII века. А если не вернуться назад и не понять Христа на Его языке, то это будет путь в никуда. Что и получилось.

 

Валентин Великий: Вернуться назад в том смысле, чтобы узнать, наконец, настоящую нашу историю и осознать самих себя – я только ЗА! С Божией и твоей помощью, мы к этому, надеюсь, и придём.

 

Валентин Байгильдин: Историю, понять, кто такой человек и получить Божественную силу каждому и для всей страны.

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава шестьдесят третья

 

Вербное Воскресенье. А что мы празднуем?»

 

Фрагмент текста:

 

«Вход  Христа в Иерусалим.

Там Его и Распяли, якобы через неделю.

Но это история тех, кто отправил Христа в I век.

Сам Христос назвал дату Рождества в «Откровении».

Это 6660-е Лето.

1152 год по новой эре.

Распятие произошло в 1185 году.

Распяли Христа Всеслав Полоцкий с братом Ярославом.

Дядья Христа.

Опять-таки, по словам самого Христа.

В этом же году, месяца через 3-4 после Распятия, Христос написал  «Слово о полку Игореве», где рассказал, в том числе, и о своем Распятии.

До этого Христос написал «Откровение», через месяц-два после Распятия, где объяснил, что такое Иерусалим.

Это город на Небе!

И равного ему нет на Земле, потому что на Земле – таких городов и  быть не может…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: «Владимир ВСЕВОЛОДОВИЧ Великий».

В официальной истории этот Всеволод как-нибудь отразился?

 

Валентин Байгильдин: Был такой основатель рода Всеволод Ярославич. И меня всё время смущало, что Владимир Великий черный, как смоль. Так вот, по византийской истории мать Алексея I Комнина – АРМЯНКА. Анна Далассина. И это получается прабабушка Христа. Вообще, весь Кавказ был с нами. В Грузия Царица Тамара –невестка Христа. Алания – родина жены Всеволода Большое Гнездо Марии.

 

Валентин Великий: Не именем ли Ярослава – деда Владимира назван город Ярославль. Видимо, так и есть. О самом Ярославе, конечно, следов нет?

 

Валентин Байгильдин: След только в том. что Всеволод Большое гнездо сидит на столе в Ярославле, но об этом никто ни ухом, ни пером. Кроме самого Христа, разумеется.

 

Валентин Великий: На автопортрете Христа, знакомом уже твоим читателям, Господь изобразил себя в руках с книгой, с обычной, в нашем представлении, книгой: с разрезанными листами и твёрдым переплётом. Значит, в XII веке на Руси уже существовало книгопечатание, или это пока только рукописная книга?

 

Валентин Байгильдин: Было. Называлось ксилография. На доске вырезались буквы. У императоров была шелкография.

 

Валентин Великий: А это и правда, Автопортрет? Как ты догадался?

 

 

Валентин Байгильдин: Книга расположена зеркально. Поэтому это Автопортрет. И никто писать Христа старше тридцати трех лет не посмеет. А здесь Он гораздо старше.

 

 

 

Глава шестьдесят четвертая

 

«Ту ся брата разлучиста на брезе быстрой Каялы»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Господь сегодня привиделся во сне. Вместе с тобой. Сидим у меня дома. Господь смотрит на висящую у меня на стене свое Изображение в короне. Я спрашиваю:

 

— Господи, это Ты?

— Да — отвечает – это Я.

— Это точно автопортрет?

— Да, точно.

— А мы (!) это вычислили.

— Вы молодцы.

 

Затем пошли к Нему домой. Но в дом он нас не пригласил, а просто вынес стулья, и мы ещё несколько времени разговаривали с Ним у ворот дома. Я три с половиной года уже не курю, а во сне вдруг закурил. Почему? К Нему пришло много людей, обступили Его со всех сторон, и я, каким-то образом, оказался далеко в стороне от всех вас. Я так расстроился, что и закурил. Наверное, ничего уже просто не соображал от горя. А Он вдруг встаёт со стула, толпа расступается, а я в это время затягиваюсь дымом.

 

— Это что ещё такое? — вопрошает Он, скорее с укоризной, чем с сердцем.

— Господи, — это в последний раз, — отвечаю.

 

Много ещё было задано Ему разных вопросов. Помню, я спросил:

 

— Господи, Ты ли написал Апокалипсис?

— Апокалипсис? — повторил Он вслух и чуть наморщил лоб, как бы припоминая…

 

Но ответа я не дождался – проснулся.

 

Валентин Байгильдин: Вопросы надо задавать до сна, что всегда и делали русские.

Утро вечера мудренее.

За счет Христа и мудренее.

Он сказал, что по ночам заглядывает нам в голову.

Я и ты первыми на всей Земле поняли, что это Имперская, прижизненная Икона Христа.

С ней и днем можно разговаривать.

И Христос сразу увидит на Небе, кто понял эту Икону, а кто нет.

Вот Христос к тебе и приходил, Валя, в той реальности, которая реальнее нашей.

Поздравляю.

 

Валентин Великий: Спасибо! Автопортрет я увеличил, ксерокопию вставил в рамочку и повесил на стену. На неё и молюсь. Не икона, конечно, в принятом понимании, но всё равно Образ.

 

Валентин Байгильдин: Это и есть Икона, потому что Образ на ней правильный. Ты смотришься в Христа, как и я, а не в подобие и не в I век.

 

 

Глава шестьдесят пятая

 

«Съ черниговьскими былями, съ могуты, и съ татраны»

 

Фрагмент текста:

 

«Ярослав Глебович Давыд – старший брат Христа.

Ярослав Глебович под именем Мануила I Комнина был Императором Рима (Византия) сразу после своего отца Глеба Владимировича, который уступил ему трон при жизни и на момент написания «Слова» Глеб Владимирович, как и Ярослав Глебович и как Владимир Всеволодович Великий – жив.

После Ярослава на престо в Риме взойдет Христос – Андрей Глебович Давыд, под именем Андроник I Старый.

Почему были черниговские?..»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Может быть, татраны это горы? Есть такой массив Татры, кажется…

 

 

Ярослав Глебович (Мануил I Око Минос) с женой

 

Валентин Байгильдин: Это мысль, но только тогда татраны это жители Татр – это самые высокие горы Карпат. Для равнинных русов это сказка, конечно. Надо со словаков ящик шампанского потребовать.

 

Валентин Великий: Расскажу, раз уж зашло об алкоголе. На проводки решил помянуть всех своих родных, даже двоюродных, вплоть до прабабки и прадеда. Короче, всех кого только мог вспомнить. Перед тем как выпить, я каждый раз перечислял вслух имена сих моих усопших родственников, чего ранее никогда не делал. В общем, помянул. А через две, примерно, недели, мне снится сон. Идёт мама, под хмельком. Я подхожу, беру её за руку, чтобы проводить до дома. И она говорит мне: — Валик, я тебе столько гостинцев принесла! Я смотрю, а в руках у неё авоська с двумя булочками. Где же, спрашиваю, гостинцы? Понимаешь, отвечает, попросили у меня пятьдесят копеек, а так как кошелёк был в сумке с гостинцами, то я и отдала просившему сумку, на, мол, сам возьми. А он сумку не вернул, украл.

Такой вот сон. Как я его понимаю? Примерно, так: гостинцы это как спасибо от всех тех, кого я помянул. Естественно, что спасибо было передано через маму. А то, что гостинцы украли, означает, что тех гостинцев мне пробовать ещё рано.

 

 

Христос благословляет старшего брата своего Ярослава Глебовича (он же Мануил I Комнин) на царство

 

Глава шестьдесят шестая

 

«Сказание об индейском царстве»

Автор Христос. Часть 6

 

Фрагмент текста:

 

«Так что полностью «iwанн» – это предназначение Христа и его можно прочесть как:

Связь Неба и Земли Созидаемая Мыслью Божьей данной Народу для сотворения вместе с Богом!

Связь с Богом у нас осуществляется ТОЛЬКО через Христа, о чем Он не раз говорил.

Поэтому  iwанн это – Бог Слово…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Если «iwaнн» в «Откровении» – это Христос, то имеем ли мы право предположить, что и Евангелие от Иоанна это, на самом деле, Евангелие от iwaнна, то есть – Христа?

 

Валентин Байгильдин: Нет.

Иоанн. 1.20.

«Несмь аз Христос».

Также он сказал:

Я крещу вас водою, а идущий за мною будет крестить вас Духом святым.

 

Валентин Великий: А почему его путали с Христом?

 

Валентин Байгильдин: Иоанн это папа Христа Глеб Владимирович Давыд.

 

Валентин Великий: Вчера публично назвал себя христианином, а час назад был экзаменован Небом на сей предмет. Захожу в маршрутку, передо мной зашла пожилая пара. Мужчина протягивает водителю купюру в 50 гривен (проезд 4 гривни). Водитель отвечает, что у него нет сдачи, и требует выйти из автобуса. Мужчина говорит, что выйти не может, т. к. жена – инвалид, а время уже позднее и будет ли ещё одна маршрутка неизвестно. Водитель начинает возмущаться и настаивает, чтобы старики покинули салон автобуса. Конечно, я заплатил за них, но мне другое непонятно – как этот водитель будет жить дальше? Этого я решительно понять не могу… И ведь ехать-то старикам было всего лишь три остановки.

 

Валентин Байгильдин: Молодец, маршал, что говорить. Дальше не наше дело судить.

 

 

Газета «Власть Советов», 5 августа 1936 г.

 

 

 

Глава шестьдесят седьмая

 

«Сказание об индейском царстве»

Автор Христос. Часть 7

 

Фрагмент текста:

 

«Смысл двуперстия, Екатерина не знала, а спросить было уже не у кого.

Двуперстие – это Связь с Богом.

Двуперстие это символ полноценной, непосредственной,  двухсторонней связи каждого отдельного человека с Богом.

В частности. Ты думаешь о чем-то и на это сразу получаешь ответ: нравственно это или нет.

То есть, разрешено это Богом или нет.

Через Совесть.

Которая является центральной буквой в Буквице Христовой.

ОУК…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Екатерина только что вступила на престол, и ей необходимо было продемонстрировать своё милосердие. Но обратиться с подобной речью к дворянам, подлинным людоедам и истязателям, императрица не решилась. Пришлось пенять церковникам за их грехи столетней давности. Церковная верхушка никакой опасности для неё не представляла, ибо Пётр III, годом раньше, конфисковал у неё имущество. Иерархи готовы были терпеть любые её речи, надеясь и уповая, что государыня вернёт церкви хотя бы часть отобранных у неё земель. И часть она вернула.

 

Валентин Байгильдин: Екатерина обратилась с этой речью по адресу. На тот момент Екатерина оказалась самой русской на русской Земле. Также эта речь говорит о том, что Екатерина не была замешана в предполагаемом убийстве мужа, иначе у нее не было бы нравственных сил так сказать, как она сказала.

 

Валентин Великий: Речь её – обычное лицемерие. И никто без её согласия не посмел бы тронуть Петра. Она просто физически не могла короноваться при живом императоре. Она же учинила расправу над Иваном Антоновичем, уехав в Ригу, чтобы на неё не подумали. В своё время граф Пален никак не мог назначить дату переворота, пока не получил согласие Александра на убийство отца.

Валентин Байгильдин: Сие есть не лицемерие, а нравственная сила.

 

Валентин Великий: Нравственность это не слова, а поступки.

 

Валентин Байгильдин: Часто так бывает, что произнесенное слово отделяет нравственность от безнравственности. Мало того, бывает это и без слов, для этого достаточно мысли, чтобы оказаться нравственным или нет.

 

Валентин Великий: Предлагаю сойтись на том, что Екатерина не обычная женщина, а правительница империи, желавшая лишь одного – сохранять и поддерживать мир внутри вручённого ей Богом государства. Императрица опасалась, что церковный протест может вылиться в народное восстание, и всеми силами старалась это предотвратить. Именно в этом я вижу смысл её обращения к Синоду. Нравственен ли побудительный мотив этой её речи? Безусловно, нравственен, если мы говорим не о женщине, но об императрице.

 

Валентин Байгильдин: Это совсем другой коленкор, как говорил мой дед переплетчик.

 

 

 

Глава шестьдесят восьмая

 

«Сказание об индейском царстве»

Автор Христос. Часть 10

 

Комментарии

 

Валентин Великий: «Владимир ВСЕВОЛОДОВИЧ Великий, Первый Император Рима».

Не получается, чтобы он первый был. Владимир ещё в Чернигове княжил, когда в Тьмуторокане Олег Святославлич царствовал:

 

«Тъй бо Олегъ мечемъ крамолу коваше

и стрелы по земли сеяше.

Ступаетъ въ златъ стремень въ граде Тьмуторокане,

той же звонъ слыша давный великый Ярославль,

а сынъ Всеволожь, Владимиръ,

по вся утра уши закладаше въ Чернигове».

 

Как это объяснить?

 

Валентин Байгильдин: Ты молодец, Валь. Меня это тоже смущало. Если отбросить всё и слушать только Командора, то получится, что Тьмуторокань – изначально русский город, поэтому так и называется.

 

Да, надо добавить. Тьмуторокань – русский город и речь идет о княжеских разборках внутри одной страны. Ни о чем другом Автор рассказывать не обещал в «Слове о полку».

 

Валентин Великий: Возможно, Тьмуторокань и до Владимира был столицей Руси. Географическое его положение уж слишком сладкое в таможенном смысле. И царствующей династией были Рюрики. Затем уже воцарился Давыд Владимир. По-видимому, Творец не смог разглядеть в Рюриках нравственных оснований для воплощения в их роду Вседержителя. А Владимир такие надежды, надо полагать, подавал. Как-то так, я думаю.

 

Валентин Байгильдин: Все мы – выбор Бога. И Владимир тоже. Необходимо было подготовить Пришествие Христа.

 

Валентин Великий: Не могу не поделиться.

 

«…Собаки хватают ноздрями воздух и уходят от нас по аргишу. Мы бредем вслед за ними, не торопясь, с перекурами и разговорами о превратностях охотничьей судьбы.

— Белки в гойнах спят парочками, — рассуждает дед. — Увидишь гойно, стукнешь палкой — не вылезет, не-е-ет! Потихоньку поскресть надоть по дереву— она подумат: хищник какой или птица, колонок аль соболь, — выскочат обе и смотрят: в наволоке они гойна любют делать… Тут их и бьешь. Белка разная бывает. Губница, которая грибы сушит. Чует, что шишка не родится. Поест — три-четыре дня из гойна не выходит. А когда шишка родится — то белка лузжбит ее кажный день, такая белка для охотника лучше. Да молодежь пьет сейчас помногу. А чего не охотиться? Как мы охотились! Какие охотники были — Михаил Алексеевич, Илья Степанович! По пятьсот белок добывали за зиму. Ондатров, соболишек сдавали…

Дед насторожился, замер, снял солдатскую ушанку, покрутил головой: «Однако кого-то лают…»

Я прислушался — ничего, кроме шуршащей морозной тишины. Открыл рот, напряг уши. Откуда-то издалека уловил текучий, сливающийся в одно целое звон.

— На гряде лают! — оживился дед. Мы повернули лыжи и стали подниматься по мелколесью на гряду. Дед прибавил шагу, ему под семьдесят, а я едва поспеваю за ним. По пути он разглядывает цепочки соболиных следов, быстро отличая свежий следок от вчерашнего. Собачий лай все явственней, уже различаешь голоса: грубая редкая лайка— матерый Музгар, высокая, звонкая, с подвываньем — молодой горячий Карун… Я уже взмок, а лай все ближе, дед почти бежит бегом, я стараюсь не отставать, выкатываемся к собакам в распадок — они беснуются под желтой лиственницей, на вершине которой застыл коричневый комочек — соболь! Увидев нас, собаки перешли на сплошной визг, ощетинив холки, бросились к дереву, уперлись в него передними лапами, а Карун, как мне показалось, чуть ли не сделал попытку влезть по чешуйчатому стволу.

— На, стреляй ты, Славка. — Дед, отдышавшись, снял с плеча мелкашку. — А я собак придержу, а то шкуру попортят!

Зверек распластался на ветке, наблюдая за нашими движениями. Я, привалившись плечом к березе, становлюсь поустойчивее, унимаю дрожь в теле, идущую от сердцебиения, ловлю на мушку круглую ушастую голову, но пуля обламывает ветку — и соболь, словно кошка, растопырив лапы и хвост, летит на снег. Собаки бросаются к нему, он, однако, успевает подскочить к дереву и снова взлетает на вершину. Я стреляю, но чувствую, как от волнения и усталости дрожат ноги. Дрожь передается через руку стволу, мажу, стреляю снова, соболь опять рушится вниз, пытаясь уцепиться за ветки. Карун сбивает с ног деда, рвется к зверьку. Соболь, у которого отбита нижняя челюсть, завинчивается в снег, но дед с внезапной прытью опережает собаку, наваливается на соболя телом, ловит его руками. Соболь впивается предсмертной судорогой в суконную рукавицу, но челюсть у него разбита, зубы раскрошены пулей, глаза светятся зеленоватым, медленно тускнеющим светом…

Дед подымается и за яростную верную службу дает кобелям лизнуть окровавленную соболью морду. Собаки по очереди подходят, обнюхивают поверженного врага, лижут кровь, свирепо ворчат и, удовлетворенные, калачиком сворачиваются на снегу…

Конечно, соболь самый совершенный хищник животного царства. Куница и глухарь, заяц и хорь, белка и горностай, и даже мелкая косуля, — все трепещут его. Если бы наш соболь смог вырасти до размера льва и они бы встретились, я уверен, что от царя зверей и хвоста бы не осталось…»

 

Станислав Куняев – Поэзия. Судьба. Россия.

 

Валентин Байгильдин: Вот это да. Умерла Вера Глаголева. Что же это такое, всего-то шестьдесят два. На шестидесятилетие у меня заказывали две серебряных медали для нее.

Нахапетов полюбил ее со спины, по походке.

Как-то зимой в 1975-м, кажется, я брал автограф у Родина на кладбище и с ним была Вера. Царствие ей Небесное.

 

 

 

Глава шестьдесят девятая

 

Финист — Ясный Сокол. О чем эта сказка?

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Как ты думаешь, любознательность это природное свойство души или приобретённое? Дети вроде все любопытны, а вот любознательными людьми вырастают немногие из них.

 

Валентин Байгильдин: Любознательность, я думаю, это инструмент ума для познания окружающего мира.

Для этого надо иметь этот ум, а он часто ограничен и по самой природе есть не у всех. Собственное мнение это большая роскошь, зачем она, если можно как все.

А для любопытства ума не надо. Это просто черта характера, узнать как у других.

Да и людей сильно ограничили в любознательности, заперли в комнату и погасили свет.

Чего там о других говорить, если Толстому эта любознательность не помогла, и он сильно заблудился в понятиях о Боге и человеке.

Только Христос может включить Свет, и всегда надо с Него начинать проявлять свою любознательность. А там уже Он может помочь в любом деле.

 

Валентин Великий: Что такое Рай, если не по религии, и вообще, это русское слово?

 

Валентин Байгильдин: Вспышка РА.

Но русские считают, что слово это не русское, потому что пришло вместе с христианством.

 

Валентин Великий: Самый русский писатель:

 

«Англичане назвались, чтобы его родителям деньги посылать, но левша не взял.

— Мы, — говорит, — к своей родине привержены, и тятенька мой уже старичок, а родительница — старушка и привыкши в свой приход в церковь ходить, да и мне тут в одиночестве очень скучно будет, потому что я ещё в холостом звании.

— Вы, — говорят, — обвыкнете, наш закон примете, и мы вас женим.

— Этого, — ответил левша, — никогда быть не может.

— Почему так?

— Потому, — отвечает, — что наша русская вера самая правильная, и как верили наши правотцы, так же точно должны верить и потомцы.

— Вы, — говорят англичане, — нашей веры не знаете: мы того же закона христианского и то же самое Евангелие содержим.

— Евангелие, — отвечает левша, — действительно у всех одно, а только наши книги против ваших толще, и вера у нас полнее.

— Почему вы так это можете судить?

— У нас тому, — отвечает, — есть все очевидные доказательства.

— Какие?

— А такие, — говорит, — что у нас есть и боготворные иконы и гроботочивые главы и мощи, а у вас ничего, и даже, кроме одного воскресенья, никаких экстренных праздников нет, а по второй причине — мне с англичанкою, хоть и повенчавшись в законе, жить конфузно будет.

— Отчего же так? — спрашивают. — Вы не пренебрегайте: наши тоже очень чисто одеваются и хозяйственные.

А левша говорит:

— Я их не знаю.

Англичане отвечают:

— Это не важно суть — узнать можете: мы вам грандеву сделаем.

Левша застыдился.

— Зачем, — говорит, — напрасно девушек морочить. — И отнекался. — Грандеву, — говорит, — это дело господское, а нам нейдёт, и если об этом дома, в Туле, узнают, надо мною большую насмешку сделают.

Англичане полюбопытствовали:

— А если, — говорят, — без грандеву, то как же у вас в таких случаях поступают, чтобы приятный выбор сделать?

Левша им объяснил наше положение.

— У нас, — говорит, — когда человек хочет насчёт девушки обстоятельное намерение обнаружить, посылает разговорную женщину, и как она предлог сделает, тогда вместе в дом идут вежливо и девушку смотрят не таясь, а при всей родственности.

Они поняли, но отвечали, что у них разговорных женщин нет и такого обыкновения не водится, а левша говорит:

— Это тем и приятнее, потому что таким делом если заняться, то надо с обстоятельным намерением, а как я сего к чужой нацыи не чувствую, то зачем девушек морочить?

Он англичанам и в этих своих суждениях понравился, так что они его опять пошли по плечам и по коленям с приятством ладошками охлопывать, а сами спрашивают:

— Мы бы, — говорят, — только через одно любопытство знать желали: какие вы порочные приметы в наших девицах приметили и за что их обегаете?

Тут левша им уже откровенно ответил:

— Я их не порочу, а только мне то не нравится, что одежда на них как-то машется, и не разобрать, что такое надето и для какой надобности; тут одно что-нибудь, а ниже ещё другое пришпилено, а на руках какие-то ногавочки. Совсем точно обезьяна-сапажу — плисовая тальма.

Англичане засмеялись и говорят:

— Какое же вам в этом препятствие?

— Препятствия, — отвечает левша, — нет, а только опасаюсь, что стыдно будет смотреть и дожидаться, как она изо всего из этого разбираться станет.

— Неужели же, — говорят, — ваш фасон лучше?

— Наш фасон, — отвечает, — в Туле простой: всякая в своих кружевцах, и наши кружева даже и большие дамы носят.

Они его тоже и своим дамам казали, и там ему чай наливали и спрашивали:

— Для чего вы морщитесь?

Он отвечал, что мы, говорит, очень сладко не приучены.

Тогда ему по-русски вприкуску подали.

Им показывается, что этак будто хуже, а он говорит:

— На наш вкус этак вкуснее.

Ничем его англичане не могли сбить, чтобы он на их жизнь прельстился, а только уговорили его на короткое время погостить, и они его в это время по разным заводам водить будут и все своё искусство покажут.

— А потом, — говорят, — мы его на своём корабле привезём и живого в Петербург доставим.

На это он согласился».

 

Валентин Байгильдин: Надо поподробнее почитать о Лескове. Он издевается над англичанами и при этом считается, почему-то, англофилом. Скорее, это его биографы англоманы.

 

 

Первое произведение Николая Семеновича Лескова

 

 

 

Глава семидесятая

 

«Прысну море полунощи, идутъ сморци мглами»

 

Фрагмент текста:

 

«Возможно, вы уже догадались, что такое сморцы и почему они идут мьглами, но давайте по порядку, поскольку ни один поэт или академик не смог этого сделать.

Почему это так важно?

Потому что это слова Христа и ему будет приятно, что русские, наконец-то, поняли, о чем Он сказал в главном произведении не только русской, но и мировой литературы…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Это самый трудный, на мой взгляд, фрагмент для читателя, когда ты предлагаешь ему поверить в то, каким именно образом Игорь был освобождён Христом из половецкого плена. В этом месте, мне думается, Автором установлен своеобразный нравственный порог, переступив который (то есть, поверив, что человек мог превращаться в птицу) читатель начинает по-настоящему, искренне верить Христу и, что Он мог творить чудеса.

 

Валентин Байгильдин: Я думаю, что Вера еще не то еще может. И это есть и в Евангелие, когда люди хотели побить Христа камнями, то Он исчез, пройдя через них.

 

Валентин Великий: В чём значение Толстого для русской литературы? «Война и мир» вышли в свет через полстолетия после описываемых в ней событий. Читать её неимоверно скучно. «Воскресение» типичное морализаторство. «Отец Сергий» просто смешон…

 

Валентин Байгильдин: Толстой. Что он сделал? Он подарил русским культуру и ясность мышления на основе нравственности. Простота изложения – от простого к сложному. Любая философия до него это рассуждения закрытых групп философов на своем собственном непонятном языке.

Сейчас то же самое. Включая, например, рассуждения Лихачева о «Слове». Мол, мы специалисты и вам не хрен об этом рассуждать. Бредовый язык филологов туда же.

А Толстой за простоту и ясность во всем. Если Толстой ошибается, то ошибается искренне.

Сейчас он бы был среди нас четвертым. Он у нас есть?

Первым, конечно, Христос, да нас двое.

Сегодня Толстой с лету бы понял, что такое вера, Кем был Христос…

В свое время он этого понять не смог, но при этом сумел стать властителем дум, в том числе за счет публицистики, а не только литературы.

Короче, для ума полезен, хотя чувства мои принадлежат Достоевскому, хотя и возможно, что Достоевский ловит людей на удочку чувства, очень умело, а Толстой – на удочку ума, что более полезно. А литература Толстого меня совершенно не волнует, окромя «Казаки», о чем тебе известно.

 

Валентин Великий: Во время работы в библиотеке прочёл всего Достоевского, включая «Дневник писателя» и переписку с женой. Это было в 1994-м. После этого книг его в руки не брал. Ничего не перечитывал. Не помню даже в чём смысл Легенды о Великом Инквизиторе.

 

Валентин Байгильдин: Башкиры меня удивляют. Приезжали две родственницы. Одна заслуженный учитель России, историк, вторая учитель химии. Сельские. Это, значит, учителя без отрыва от хозяйства: с коровами, гусями, курами, мужьями и собственными детьми, тракторами, машинами, банями и огородами. Всему рады и нет такого, чего бы им не нравилось. На «не нравится» у них нет времени. Теперь еще и внуки пошли, и настала пора стать вахтовыми бабушками. Это когда сыновья уезжают в Сибирь, на нефть, жены работают, а садик в Уфе далеко. Устои незыблемые, от детей полное уважение и помощь. Смотришь на них и удивляешься, черпая свет ложками.

 

Валентин Великий: И как родственницы отнеслись к русскости Христа? Бабушка историчка не назвала тебя сумасшедшим?

 

Валентин Байгильдин: Нет, не назвала, потому что я показал ей картинки и долго не внушал, чтобы планка не рухнула. Но что-то поняла и назвала переворотом в истории.

 

Валентин Великий: Наверное, взрослые люди должны как-то сами к этому приходить, познакомившись с твоими работами. Но что-то им мешает. Мне товарищ сказал, что люди просто боятся новых знаний. Может быть.

 

Валентин Байгильдин: У человека должна быть опора, и так-сяк он ее формирует, каждый свою, а потом боится ее потерять, потому что то, что пишу я, полностью вышибает старую опору, но новую еще надо будет осознать. Прочитать – мало, надо ее опять сформировать для себя, а это труд, нужно убедиться, что это истина, а для этого опять надо прочитать всё, и сразу это не проглотишь, а для этого надо время. Детям это проще, если сразу встанут на правильную дорогу. Взрослые инерционны и не хотят считать себя дураками. Да мало ли. Поэтому, Валь, твердо держим знамя Христово и беседуем, это тоже важно, поймут, что мы нормальные, а там, глядишь, и помогут подержать знамя.

 

 

Выпуск от 1 января 1937 года

 

 

 

Глава семьдесят первая

 

«Комонь въ полуночи Овлуръ свисну за рекою»

 

Фрагмент текста:

 

«Вечером, перед сном, я крутил и так и сяк мысль, а не являются ли Гермес и Христос одним лицом?

С этим и лег спать.

И Гермес, и Христос – Боги.

 

Гермес – сын Зевса, а русские Императоры Рiма-Царьграда тоже называли себя сыновьями Зевса, но другого – Миноса…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: «Поэтому овлур это – ВЛАСТНО опустился на Землю БОГ!»

 

В те времена, чтобы выглядеть властно – нужно было быть конным. То есть, перелетал Христос – сидя на коне. На нём же и опустился. Так я думаю.

 

Валентин Байгильдин: Молодец, Валь! Ты прав. Командор был на коне.

 

Валентин Великий: А, видишь, таки Бог Слово общается с нами посредством наших сновидений. Я всегда чувствовал, что есть сон и есть Сон. Гермес – Бог торговли. Христос честно торговать не запрещает.

 

Валентин Байгильдин: Да. Я не раз замечал, что твои мысли мне помогают, в этот раз просто непосредственно.

Чаще ты о чем-то своем, и вдруг это меня наводит на что-то другое.

Теперь понятно, что это делает Христос.

Где двое собрались в мою честь — Я среди них!

 

Валентин Великий: Ты подумай, а не лошадь ли зовут Овлуром? Станет ли Христос говорить о себе, что Он «властно» спустился, когда вокруг ни души? Для кого властно – для себя самого? Да и не станет Автор, только что назвавший себя «тмутороканским блваном», тешиться своей властностью. Зачем Ему это?

 

Валентин Байгильдин: Да, ты прав. И у Даля нет этого властно, это я пересолил. Но Автор уже сказал, что это конь, зачем называть еще и имя? Судя по всему, овлур – это овладеть Землей.

 

Сегодня твой день, Валь. Считай, ты вошел в историю, вернее, запрыгнул в нее – на коне Христа!

 

 

«Всё это было – всё это ложь»

 

 

 

Глава семьдесят вторая

 

«Прости нас, Глеб Владимирович»

 

Фрагмент текста:

 

«Самый счастливый папа на Земле, прости нас.

Прости нас, русский Император Рiма, родившийся в Тьмуторокане.

Прости нас, русский Великий Князь из Боголюбово.

Спасибо тебе за твою Великую Любовь.

Спасибо тебе за то, что ты был настолько совершенным, что Бог послал Своего Сына тебе, и Он стал и твоим Сыном.

Мы молимся за тебя, но не знаем, что за тебя.

Мы почитаем твое успение, но не знаем, что это твоё успение.

Тебя похоронили дважды, под разными именами.

Но ни разу под своим…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Глеб Владимирович – «Железная Маска» русской истории. Точнее не скажешь. Отставных императоров, выходит, не обязательно было хоронить в столице? Или это Личная Инициатива Христа?

 

Валентин Байгильдин: Душа любит посещать место смерти. На что ей смотреть в чужих краях?

 

Валентин Великий: Ну, не всегда же хоронят человека там, где он умирает.

За хорошее поведение Создатель отпускает душу на Землю, проведать любимые при жизни места?

 

Валентин Байгильдин: Я думаю, что на Небе им интереснее. Поэтому в виде приведений они посещают свои дома токмо.

 

Валентин Великий: Привидений встречать не приходилось. А вот домовой у меня живёт и это факт. Недавно так меня разозлил, что я уже намеревался запустить в него тапками.

 

Глеба Владимировича клерки умертвили дважды: первый раз в образе безусого юнца, а второй в образе Иоанна Крестителя. Даже спустя столетия они боялись и ненавидели этого человека и государя.

 

Валентин Байгильдин: Да, Валь. Но теперь люди могут наконец-то посмотреть на лицо Глеба Владимировича, который очень похож на своего Сына, из-за которого и спрятали жизнь отца.

 

 

Глеб Владимирович Давыд (Иоанн II Око Минос)

 

Безобразие в том, что Бог рассказал людям, кто они. Без этих знаний они не люди. У людей это Знание украли, чтобы одна контора объявила себя главной. Контора людям думать запретила. Поэтому люди так и не знают, кто они.

 

Стих – кто вы, люди? просится на перо.

 

Валентин Великий: У меня не просится.

 

Валентин Байгильдин: Тогда надо снять фильм.

 

Валентин Великий: Вспомнился твой дед переплетчик. Только режиссёра искать не нужно. Он сам должен прийти к такой необходимости. По мере нравственного взросления.

 

Валентин Байгильдин: Тогда это должен быть камикадзе, потому что я выражаю свое личное мнение, а кино это уже СМИ и его будут давить.

 

Валентин Великий: Лучшей чести, чем пострадать за Христа – не существует. Тебя вон тоже многие дураком именуют, а ты только радуешься. Униженные здесь во Имя Его, будут приближены к Нему на Небе.

 

Валентин Байгильдин: Получается, дорога к вере лежит через историю, то есть через правду к истине.

 

Валентин Великий: Именно! Но, чтобы обрести знание и веру, обязательно необходимо быть любознательным человеком. Без этого никак. А любознательность, в свою очередь, является следствием нравственного состояния. Не бывает любознательных людей с отрицательной нравственностью. Во всяком случае, я таких не встречал.

Человек, ищущий знания – это всегда добрый и хороший человек.

 

Валентин Байгильдин: Скорее, это пытливость, замешанная на очаровании Христом.

 

Валентин Великий: Меня Христос не очаровывает. Меня он восхищает! Как Поэт, прежде всего. А, как Господину моему, я ему подчиняюсь. И стараюсь следовать в русле Его Проповеди.

 

А как исторический деятель Христос вызывает у меня чувство неиссякаемого любопытства.

 

 

 

Глава семьдесят третья

 

«А самаю опуташа въ путины железны»

Часть 2

 

Фрагмент текста:

 

«Возможно Христу было позволено убить только Всеслава Полоцкого, что он и делает на иконе под названием «Георгий Победоносец…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Думаю, что и этого он не совершал. Икона, скорее, образ, ибо – дракон. Вот если бы вместо дракона – Всеслав, тогда не образ, тогда картинка с натуры.

 

Валентин Байгильдин: Мы с тобой в одной песне, Валь. Я тоже так думаю, хотя и сказал: возможно.

Например, Командор призывает князей отомстить за кровь Игоря, а сам этого не делает, когда спасает Игоря, — Он просто усыпляет половцев, хотя мог бы их уничтожить.

 

Валентин Великий: А почему ты раньше думал, что самого Христа опутали железом, а не гроб, ведь гроб опутывать удобней – он твёрдый.

 

Валентин Байгильдин: Почему так думал? Не сразу всё доходит. Обматывать Тело Христа, конечно, ни к чему, потому что черти думали, что Он уже умер.

 

Валентин Великий: По истории, Исаака II Ангела сбросили с крепостной стены его же приближённые. Видимо, в расчёте на милость Христа. И в Откровении Автор пишет, что разобьются об камни враги Его. Выходит, знал.

В синодальном переводе Иоанн Креститель питается акридами с мёдом. Фоменко толкует акрид как огурец. Ты говоришь, что Христос питался, в основном, орехами и мёдом. Возможно, что ещё  огурцами и, вообще, овощами и фруктами.

 

Валентин Байгильдин: В Евангелие от ессеев, Христос рассказывает, как надо приготовить лепешку. В свое время это было популярно у интеллигентов, хотя они и не знали, как правильно это делается, и чей это рецепт, конечно, тоже не знали.

 

 

Газета «Правда», 12 октября 1936 года

 

 

 

Глава семьдесят четвертая

 

«Трубы трубятъ городеньскии»

 

Фрагмент текста:

 

«Но Ипатьевкая летопись – это выдумка Карамзина, а поскольку академик Лихачев об этом даже не подозревал, то ему ничего не оставалось, как разместить эту версию в своем пятитомнике, встав на колени перед этим величайшим мерзавцем, укравшим у нас историю, не зная, ни о том, что тот – мерзавец, ни о том, почему он мерзавец, и почему русская история и русская литература не имеют права так называться, пока не выкинут на помойку сочинения мерзавца, и дурака, стоявшего перед ним на коленях…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Не согласен я. Христос, получается, сам себе противоречит. Если «голоса уныли», то, как же они могут орать во всю гортань? Я думаю, что городеньские это горе-день-ские = который день. Траур в городе, а трубы траурные, видимо, напоминают об этом людям. Как и нам, когда-то по телевизору транслировали траурные мелодии после смерти руководителей партии и правительства. Не оттуда ли – из XII-го века – и пошла эта традиция…

 

Валентин Байгильдин: Нет противоречия у Христа. Голоса унылы – это речь, разговор, что вполне понятно.

Трубы в городе?

А в деревне, где нет труб, но есть народ и горе?

Христос, что забыл про них, прости Господи?

Бог о Руси печется, то есть обо всех, а не о горожанах только, Он не мэр города, а Царь всей Руси — с городами, деревнями и хуторами.

Поэтому, скорее всего, Мусин пропустил в слове городецкие букву «л» – горЛодецкие – потому что думал про город и неизвестного монаха, которого можно и поправить, клякса, стертость и т. д.

Только горло вписывается в канву.

Какие трубы на похоронах, ты про нашу сборную по футболу, что ли?

 

Валентин Великий: Городские трубы это естественно, князь-то городской, удельный, а не общерусский. С чего это галичане стали бы убиваться по путивльским воинам и их князю? У них своя отдельная страна, своё отдельное хозяйство. А половчане? Тоже станут рыдать по Игорю??

 

Валентин Байгильдин: Да где ты видел эти трубы, в Самарканде? Есть и были колокола, и не было никаких городских труб, кроме водоотвода и канализации.

И опять же, в городах люди плачут, а в деревнях, значит, веселятся?

 

Валентин Великий: Может быть, деревень тогда и не было? В конце Автор пишет: «грады веселы», а про деревни ничего.

 

Валентин Байгильдин: Грады эти Киев и Тьмуторокань.

 

Глупость сказал про Тьмуторокань – там Всеслав. Поэтому Путивль и Киев.

 

 

Путивль. Курская улица, 1906 -1910 гг.

 

 

 

 

 

Глава семьдесят пятая

 

«Ни потка въ потках нетопырь»

 

Фрагмент текста:

 

«Это фраза из «Моления Даниила Заточника».

И эта фраза принадлежит Христу и должна находиться крупным шрифтом на обложках учебников истории, в учебниках должна быть всего одна страница и на ней надо изобразить кукиш, что является образным выражением содержания учебников истории по отношению к русскому народу.

Это сэкономит деньги и время русского народа…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Да, понимаю Христа – мудреца разумом, вынужденного дозревать телесно в обществе детей, ибо неправильно было отдавать власть «ребёнку».

 

 

 

Его попросту не стали бы слушаться. Да и доказать, что ты Бог, Он, видимо, тогда ещё не мог, в смысле всяких чудес и прочего. Помню, ты писал, что только после Распятия Творец дал ему такие возможности.

 

Валентин Байгильдин: Уже мог, но дети всё равно бы не поняли,  Кто Он, приняли бы за кудесника. Есть кое-что об этом. Какой-то мальчик прыгнул с крыши и разбился, Мальчик-Христос был рядом, и взрослые подумали на Него. Мол, такой-сякой, слышали, конечно,  что-то о нем. Тогда Он просто исцелил мальчика и ушел, без объяснений. Не знал никто, Кто Он есть, но родители и Владимир сразу поняли, потому что Он светился ночью. Сейчас уже не знают, Кто Он. О чем речь тогда?

 

 

Исцеление бесноватого;

Византия; XIII в.; местонахождение: Греция. Афон

 

 

 

Глава семьдесят шестая

 

«До Немиги съ дудуток»

Часть 2. Важная»

 

Фрагмент текста:

 

«С первого разу не удалось полностью разгадать это место в «Слове» и заноза осталась.

Теперь мы ее вынем, и пусть воссияет наш Вседержитель!

Это очень важное место…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Спасибо, Валентин! Очень любопытно. Может быть, эта битва на Немизе и послужила материалом для легенды о Ледовом побоище, где Александр Невский – Глеб Владимирович – разбил рогатых немцев.

 

Валентин Байгильдин: Может быть. Валь, ты молодец.

Здесь есть один вопрос, когда именно это произошло?

Семь полков у Всеслава, это очень много, и биться они могут только на льду, больше негде.

Скорее всего, это было спустя сорок дней после Рождества Христа, когда приезжал дед, Владимир Великий в Боголюбово и раззвонил по всему миру – Кто Родился.

 

Валентин Великий: «Александр Невский» был еще и Владимирским князем.

Конец марта – начало апреля как раз подходит. Но ты молодец, это действительно очень важная битва в нашей истории.

 

Валентин Байгильдин: Да, тем более, что никаких псов рыцарей не было ни в XII, ни в XIII веках, да еще с крестами тамплиеров. А вот рогатое войско мерзавца Всеслава было, и об этом есть картинка в киевском Псалтыре 1397 года.

 

Валентин Великий: И фильм про Ледовое побоище создан, а про Невскую битву в нём – ничего. Значит, главное – победа над рогатыми. Это могли помнить.

 

Валентин Байгильдин: Как ты быстро сообразил, я удивляюсь.

Никакого Новгорода на Волхове тогда не было, а Новоград на Клязьме был.

 

Валентин Великий: И странно, что немцев Александр разбил на Чудском озере, а в историю вошёл как Невский.

 

Валентин Байгильдин: В истории битвы на «Чудском озере» погибло 70 орденских рыцарей.

У мерзавца было 100 раз по 70.

70 сотен превратились в 70 рыцарей с рогами.

Число и рога выжили в веках.

 

А ты совершил открытие, Валь, поздравляю!

 

 

 

 

Глава семьдесят седьмая

 

«Отвори врата Новуграду, разшибе славу Ярославу»

 

Фрагмент текста:

 

«Что это за слава Ярослава, в чём она?

Как можно её расшибить?

Давайте по порядку.

Что это за город Новоград?

У ученых это Новгород на Волхове, которого не существовало в XII веке.

У Христа в «Слове» это город на Клязьме, который сейчас называется Владимиром.

Впервые Андрей Глебович Давыд упоминает Новоград в своем письме Глебу Владимировичу:

«Зане, господине, кому Боголюбиво, а мне горе лютое; кому Бело озеро, а мне черней смолы; кому Лаче озеро, а мне на нем седя плачь горкий; и кому ти есть Новъгород, а мне и углы опадали, зане не процвите часть моя…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Нет, Валентин, не убедил. Ну, какая может быть ещё СЛАВА у резьбы? В лучшем случае, красота. Думаю, что «слава Ярослава» связана с тем, что город, построенный Ярославом, был неприступным и во время княжеских усобиц никто его взять так и не смог. Всеслав – смог, чем и разбил славу Ярослава…

 

Валентин Байгильдин: Тогда бы эта слава называлась славой Новограда, а не Ярослава. Как слава Измаила, построенного французами, где действительно были неприступные стены, а у Новгорода их не было. Глеб Владимирович – хозяин трети Руси, появляется наследник, народу, конечно, интересно, чем он там занимается, и любое его начинание его прославит.

 

Другая былина, но более поздняя, потому что есть иконы.

 

Около терема булатный тын,

Верхи на тычинках точеные,

Каждые с маковкой-жемчужинкой;

Подворотня – дорог рыбий зуб,

Над воротами икон до семидесяти;

Середи двора терема стоят,

Терема все златоверховые;

Первые ворота – вальящетые,

Средние ворота – стекольчатые,

Третьи ворота – решетчатые.

 

С Ярослава пошла слава и все так стали делать.

 

Валентин Великий: Сейчас нам можно только воображать, насколько всё это было красиво сделано, построено, вырезано, украшено…

 

Валентин Байгильдин: Это да. Всё ободрали, даже золотой оклад Владимирской Богородицы. Боголюбово всё было в золоте, а, значит, и Владимир.

 

 

 

 

Глава семьдесят восьмая

 

Ледовое побоище на Клязьме у Боголюбово

 

Фрагмент текста:

 

«Сам факт этой битвы скрыть не смогли, слишком это было важное событие по своему значению для всего народа, поэтому использовали тот же прием: событие перемещается во времени, участникам даются новые имена, а здесь еще оно перемещается и по месту.

 

 

Боголюбово

Предположительное место Ледового побоища

 

Короче, водят за нос.

 

Кто?

 

Вот здесь большой вопрос.

 

Потому что считается, что историю нам писали немцы, мол, были такие в академии, а Ломоносов с ними боролся, за это его приговорили к смерти через повешение, в ожидании чего он отсидел семь месяцев в тюрьме, а потом был помилован императрицей Елизаветой Петровной.

После смерти Ломоносова, уже при Екатерине II, на следующий же день, как плевок, были изъяты все бумаги и библиотека.

Но я не об этом, а вот о чём:..»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Википедия:

 

«Пётр I, посетив вновь устроенный монастырь 29 мая 1723 года, повелел перенести мощи князя Александра из владимирского Рождественского монастыря в новую столицу. Останки князя прибыли в Санкт-Петербург 30 августа 1724 года, в память о чём в календарь Русской церкви был введён новый праздник Перенесения мощей благоверного князя Александра».

 

Откуда Пётр мог знать о Невском, если того выдумал Карамзин? Я всё же думаю, что Повесть Временных Лет существовала уже при Петре.

 

Валентин Байгильдин: Невского выдумали по заказу Никона, видимо. Поэтому он был уже и при Петре.

А ПВЛ еще не было, потому что сначала надо было найти Мусину-Пушкину «Слово» и неправильно понять гзака с кончаком, которые там присутствуют в виде князей половецких.

 

Валентин Великий: Зачем Мусин снимал копию для Екатерины? Решил похвастаться открытием неизвестного талантливого поэта?

 

Валентин Байгильдин: Она его назначила обер-прокурором Святейшего Синода, а вслед за этим повелела Синоду указом собирать старые книги. Вот он и отчитался. Конечно, никто не знал, что автор Христос, на это еще целых 215 лет мозгов не хватит.

 

Валентин Великий: А для чего государыне понадобились «старые книги»? Не для того ли, что бы все они затем погибли в «московском пожаре». Всё это очень подозрительно…

 

Валентин Байгильдин: Вообще-то и Екатерина Алексеевна и ее муж Петр Федорович потомки Христа. Екатерина считалась философом и … проехала мимо главного, как и все остальные философы до сих пор. Может, ты и прав, старых книг императрица боялась, судя по арестованной ею библиотеке Ломоносова.

 

Валентин Великий: Тэк-с. Имею на сегодняшний день 49 стихотворений посвящённых Е. В. Латыповой. Столько же букв в Буквице Христа. Случайность, конечно, но приятная.

 

Валентин Байгильдин: И цикл еще не завершен…

 

Валентин Великий: Дай-то Бог.

 

Летите, мои вздохи, вы к той, кого люблю,

и горесть опишите, скажите, как терплю;

 

Останьтесь в ея сердце, смягчите гордый взгляд

и после прилетите опять ко мне назад;

 

Но только принесите приятную мне весть,

скажите, что еще мне любить надежда есть.

 

Я нрав такой имею, чтоб долго не вздыхать,

хороших в свете много, другую льзя сыскать.

 

А. П. Сумароков

 

 

 

Глава семьдесят девятая

 

«Обесися сине мьгле»

 

Фрагмент текста:

 

«Скочи отъ нихъ ЛЮТЫМ ЗВЕРЕМ

въ плъночи изъ Белаграда,

ОБЕСИСЯ СИНЕ МЬГЛЕ

утръже вазни,

стрик усы отвори врата Новуграду,

разшибе славу Ярославу,

скочи влъком

до Немиги съ дудутокъ.

 

Это рассказ Христа о своем главном враге – Всеславе Полоцком.

Также это и главный враг всего человечества, распявший Христа.

Крест с Распятием есть у вас на шее.

А изображение отмщения за Распятие есть на гербе нашего государства, и его столицы, где «лютый зверь» уже мертв…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Не могу понять, как Святославу удалось пленить это чудовище, способное превращаться в муравья, и почему Всеслав сразу не сбежал из княжеской темницы, а сидел там какое-то время. Непонятно.

 

Валентин Байгильдин: Значит, Святослав тоже кое-что умел, а научиться этому он мог только у Христа.

 

Почему сидел и не сбежал? Думаю, был прикован за руки, врастяжку, и кормили его с рук. Что-то с руками в волшебстве связано.

 

Валентин Великий: Возможно. Кощея в сказках за руки привязывали, чтобы не мог колдовать.

 

 

Глава восьмидесятая

 

«На седьмомъ веце Трояни для двадцать первого»

 

Фрагмент текста:

 

«Ярославли вси внуце и Всеславли!

Уже понизите стязи свои,

вонзите свои мечи вережени.

Уже бо выскочисте изъ дедней славе.

 

Масса ученых не поняла, что это за «слава», но у нас есть шанс…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: Что символизировали рога у Всеслава мне так и не понятно. Автор пишет, «обступили мя тельцы тучни», но выражение это у Христа, вероятно, образное. Едва ли Всеслав стремился быть похожим на быка или буйвола. Непонятно.

 

Валентин Байгильдин: Он русский и воевал с русскими. Как-то нужно было отличаться его войску в бою.

Это не образ, а факт.

Может, дьявола из себя изображал.

 

Встретилось у Лескова в замечательном рассказе Николая Семеновича «Некрещеный поп»:

 

«Не был он мироедом в великорусском смысле этого слова, потому что в малороссийских селах мироедство на великорусский лад неизвестно».

 

По-моему, это говорит о многом.

Не было этого гадства у вас, которое у нас было везде.

А вот почему – вопрос.

 

Валентин Великий: Совесть не позволяла, потому что никто мужика не неволил, он сам соглашался на условия мироеда:

 

«– Авдей, а Авдей! никак, ты сено-то в город везешь? – кричит мироед на всю улицу.

 

– Собрался было, Петр Матвеич, – робко откликается Авдей, чувствуя угрозу.

 

– Вези лучше ко мне – те же деньги, да и в город ездить не нужно. А коли искупить что в городе хотел, так и у меня в лавке товару довольно.

 

Авдей не прекословит. Вязанку за вязанкой он перетаскивает сено во двор к мироеду и получает расчет. В городе сено тридцать копеек стоит, мироед дает двадцать пять: «Экой ты, братец! поехал бы в город – наверное, больше пяти копеек на пуд истряс бы!»

 

– Чтой-то, Петр Матвеич, словно бы маловато весу у вас выходит! Надо быть, сена у меня тридцать пудов было, а у вас двадцать семь весы показывают…

 

– Чудак, братец, ты! разве я вешаю? стрелка вешает! Вон смотри стрелку-то – прямо стоит? А коли прямо – значит, верно.

 

– У Петра Матвеича весы живые: сколько ему захочется, столько и весят! – шутит сосед, тоже член мирской «гольтепы», случайно проходя мимо.

 

Пошутит прохожий, пошутит и сам продавец, пошутит и мироед – так на шутке и помирятся. Расчет будет сделан все-таки, как мироеду хочется; но, в добрый час, он и косушку поднести не прочь.

 

– Вот на этом спасибо! – благодарит Авдей, – добёр ты, Петр Матвеич! Это так только вороги твои клеплют, будто ты крестьянское горе сосешь… Ишь ведь! и денежки до копеечки заплатил, и косушку поднес; кто, кроме Петра Матвеича, так сделает? Ну, а теперь пойти к старосте, хоть пятишницу в недоимку отдать. И то намеднись стегать меня собирался».

 

Салтыков-Щедрин М. Е. – На лоне природы. Мироеды.

 

Валентин Байгильдин: Получается, мироед держал других за дураков или предоставлял соблазнительную услугу?

Ведь в сельпо тоже будет дороже, чем в городе – надо доставить, сохранить.

А в Малоросии чем будет отличаться?

Что-то тут в людях, в характерах.

 

Валентин Великий: Насчёт характеров верно подмечено. Не получилось, видать, у Творца вместить все отличительные черты русского характера в одного великоруса. Пришлось создавать ещё малоруса и белоруса. Как-то так, я думаю.

 

Валентин Байгильдин: Да, по-видимому, каждый из трех дополняет единое целое.

 

 

Прага, январь 1925 года

 

 

 

Восемьдесят первая

 

«Князю Игорю не быть!»

 

Фрагмент текста:

 

«Автор «Слова о полку Игореве» Шарокань-Вседержитель, на коне, вылетев в полунощь с южного берега Мраморного моря, прилетел в полночь на реку Сулу, и его конь опустился на Землю, на русской стороне реки, напротив того места, где на половецкой стороне реки был бой Игоря с половцами и где Игорь находится в плену.

Автор летел вдоль Сулы от Днепра, видимо, так удобнее и видно сверху, как на карте, и Игорь знает, что Бог будет лететь к нему именно так, поэтому, ожидая Христа, измеряет мысленно этот путь от великого Дона (Днепра) до малого Донца (Сулы, которая впадает в Днепр). Кто такой Овлуръ?..»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: «Комонь въ полуночи Овлуръ свиснУ за рекою:

велить князю разумети»

 

В первой строке рассказ идёт от первого лица, а во второй от третьего: разве такое возможно?

 

Валентин Байгильдин: Христос одновременно и Автор и Герой повествования, потому может, как рассказчик, переходить на третье лицо. Это бывает.

Кстати, это очень большая тонкость, ты молодец. Потому что этот переход с Я на Он возможен только для Автора и одновременно Героя, а у ученых Овлур это половец и уж, конечно, никак не Автор.

 

Валентин Великий: Знаешь, когда одна строка от первого лица, а следующая за ней – от третьего, то это напрягает, слишком резкий переход. Я всё же думаю, что переписчики ошиблись в данном случае.

 

Глава восемьдесят вторая

 

«А Игорь князь поскочи горнастаемъ»

 

Фрагмент текста:

 

«А Игорь князь поскочи

горнастаемъ къ тростию

и белымъ гоголемъ на воду.

Въвръжеся на бръзъ комонь

и скочи съ него бусымъ влъкомъ

 

Да-а!

Пришло время опять посмеяться над учеными и поэтами.

Потому что они думают, что скакал горностаем сам Игорь, а потом он же еще и белым гоголем.

Вы так сможете?

Никто не сможет, кроме самого горностая.

А Игорь еще был и весь израненный, после почти трехсуточного боя, и раны его еще не зажили, после боя прошло не больше пяти дней, так что князь тем более не сможет «скакать»…»

 

Комментарии

 

Валентин Великий: А зачем было усыплять половцев, если Игорь продолжал мирно спать? Или душа Игоря была бы видима половцами?

 

Валентин Байгильдин: Игорь спит, но его охраняет караул в спящем военном лагере, где будут часовые и дневальные.

 

Валентин Великий: Зачем было усыплять охрану, если Автор мог и при ней незаметно вынуть душу Игоря и направить её к реке? Или незаметно не мог?

 

Валентин Байгильдин: Если бы Автор так умел, то Ему незачем было бы лететь на Сулу.

 

Валентин Великий: Почему Автор называет русичей ВНУКАМИ Даждь Бога, а не детьми?

 

Валентин Байгильдин: Даждь Бог это Господь Бог. Так называли Творца до Христа, не зная Его Имени.

Поэтому называли – Дающий Бог.

Первым был Сын – Христос.

Затем русские, поэтому – внуки.

 

Валентин Великий: А богиня Лада реальный персонаж?

 

Валентин Байгильдин: Видимо, нет.

 

Валентин Великий: Если Гермес – трижды рождённый, то можно предположить, что первое Рождение – это сотворение Христа Творцом; второе – воплощение Христа в образе Бога Коляды, давшего русским первоначальный язык и обучившего их ремёслам, а третье – это уже, собственно, Рождество Христово в XII веке. Как думаешь?

 

Валентин Байгильдин: Может быть, Валь, очень похоже.

 

 

Гермес

 

 

Эпилог

 

Богородица с Сыном верхом на белом коне

 

Есть такая фреска у нас.

 

Сейчас расскажу.

 

И покажу.

 

Во Владимир мы приехали вечером в пятницу, на экспрессе.

 

Для пенсионеров проезд туда и обратно бесплатный.

 

Главная цель – поклониться Богородице.

 

Жена выбрала отель «Орион», что расположен между Золотыми Воротами, где Всеслав Полоцкий превращал свое войско в муравьев, и Свято-Успенским Княгининым монастырем, в Успенском Соборе которого покоится Богородица.

 

От отеля до монастыря – пять минут ходьбы.

 

Из окна номера видны купола Никитской церкви XVIII века, в стиле барокко.

 

За сто рублей вы можете подняться на колокольню и познакомиться с городом с высоты птичьего полета.

 

На обратном пути ваша голова несколько раз познакомится со сводом прохода в стиле мышиной норы, и тогда вы поймете, что деньги с вас взяли за вызов спасателей для  застрявших туристов.

 

От такого приключения становится только веселей, и когда вы выйдете из храма, то мир и расфуфыренное салатово-белое барокко, станут еще красивей, а, значит, и вы тоже.

 

С утра в субботу мы наденем свои крестики и отправимся к Богородице.

 

У жены крестик покупной, у меня самодельный, из вербы, в форме буквы «Т».

 

Поэтому я крещусь двумя пальцами, а жена тремя.

 

Что поделать, её с ним на шее крестили, зато у меня – настоящий.

Пришли.

 

За каменной оградой монастыря нас встречает большой стенд.

 

«Успенский Собор построен в 1200 году….

 

Подумал: может быть.

 

… по настоянию жены Всеволода Большое Гнездо Марии Шваровны (чехини)»

 

А вот этого быть не может.

 

Жену Всеволода звали Мария Аланская – и никаких чехов.

 

Портретов Всеволода и Марии нет ни у историков, ни в монастыре, а я вам их уже показывал, и снова показываю, где молодоженов благословляет Андрей-Христос, старший брат Всеволода.

 

Собор для Успения Богородицы построил Сын Богородицы.

 

Это стиль Христа — восьмиоконный подкупольный барабан и купол  в виде шлема, вместо луковки.

 

На куполе крест, вроде бы, похож на крест Дмитровского Собора, в честь Воскресения.

 

На кресте голубок…

 

А это что?

 

 

Крест Дмитровского собора

 

Под крестом те же рога Всеслава, но на остриях креста красуются крестики.

 

Это ново так уж ново, но никак не старо.

 

Не может этого быть.

 

В построенном Христом Дмитровском Соборе (назывался, конечно, по-другому – Воскресный, например) сохранился старый Крест.

Мы туда позже зайдем и сразу выйдем, потому что вход сделали платным, даже для пенсионеров.

 

Я успел внимательно рассмотреть этот Крест, пока на меня не набросилась кассирша.

 

Внутри Храма никого нет, ничего не изменилось в экспонатах этого музея, когда он был бесплатным и таким же пустым.

 

Отчего она такая нервная и с порога выгоняет из Храма, о котором ничего не знает?

 

Не в деньгах дело, подумаешь – 70 рублей.

Не хочется платить за злое.

 

Итак, мы в монастыре, но никого нет, я даже испугался: может, и Собор закрыт?

 

На стенде висело предупреждение, что фотографировать нельзя.

 

Нигде нельзя, ни на территории музея, ни в самом Храме.

 

Тоже новость, кому я помешаю, если никого нет?

 

Нет автобусов с туристами, нет автомобилей у входа, нет людей.

 

Нет монахинь, только кошка сидит на окне, греется на солнышке.

 

С погодой нам повезло, хотя в Гидрометцентре об этом не знали.

 

Небо чистое, Солнце ясное, Кресты горят, сердце млеет.

 

Храм был открыт, Слава Богу, и когда мы зашли, как раз закончилась служба.

 

Человек двадцать, вместе с монашками, попом и прихожанами.

 

Нет никаких туристов с сумками и рюкзаками.

 

Только мы с Татьяной.

 

Из притвора Храма, где светло, зашли внутрь, где царил полумрак.

 

Электрического освещения нет.

 

И там, где обычно висит люстра, по центру, её тоже нет.

 

Поэтому виден молочный луч света под куполом.

 

Из темноты вдруг выплыла старенькая монашка и недружелюбно прошипела: чего, мол, пришли, служба уже закончилась.

 

Я подумал: ваша закончилась, моя началась.

 

А вслух произнес, что пришли поклониться Богородице.

 

Кто здесь кто в Божьем Храме?

 

Я непробиваемо дружелюбен, а она намекает, чтобы мы убирались.

 

Ей, видно, по делам надо идти, а тут – посетители.

 

Разные они бывают, монашки…

 

…Как-то летом мы посетили с женой Толгский женский монастырь под Ярославлем.

 

Народу было полным-полно.

 

Повсюду лавочки для отдыха.

 

Есть открытое кафе, и есть в помещении, где тоже можно посидеть.

 

На территории снимай, что угодно, а внутри – без вспышки.

 

Приехали туда на речном трамвайчике.

 

Обратно в Ярославль надо на автобусе.

 

Подошли к монашке спросить, где автобусная остановка.

 

Так она подвезла нас на электромобиле – два километра.

 

Машинка недешевая, как для гольфа, а не как на овощной базе.

 

При этом она вся светилась каким-то внутренним светом добра и достоинства.

 

Как мило было приглашение, также мило и поговорили.

 

Оказалось, настоятельница этого монастыря воспитала большинство будущих настоятельниц женских монастырей России.

 

Вот так.

 

Пришла стать винтиком, а из неё сделали двигатель…

 

…Слева в иконостасе ростовая Икона Богородицы кисти Христа – «Богородица Боголюбская».

 

На верхней планке дети Богородицы, которые все есть в Слове о полку Игореве.

 

Автор Иконы – третье Дитятко Богородицы, изобразил Себя в окошечке справа вверху.

 

При жизни Богородицы Икона находилась в Боголюбово.

 

Поэтому здесь она появилась вместе с самой Богородицей.

 

Сейчас здесь список с Иконы.

 

Настоящая где-то на реставрации.

 

Я встал на колени и попросил прощения у Богородицы.

 

 

Думал, что у Иконы будет находиться и склеп с именем Анна, который раньше находился в алтаре.

 

Но ничего нет, вообще ни одного захоронения.

 

Где Богородица?

 

Подошел к монашке спросить, где находится настоящая Икона Богородицы Боголюбской, чтобы завести разговор о склепе Анны.

 

Она:

(недовольно, и не останавливаясь)

– А что, вы не знаете, что уже семь лет, как её забрали у нас?

 

Я:

– Знаю, что она во Владимиро-Суздольском музее, но в каком?

 

Она:

– Знаете, так чего спрашиваете?

 

Монашка удаляется в темноту на лавку, отмахиваясь от разговора.

 

Владимиро-Суздальский музей это много музеев, куда входит, например, деревня Кидекша, где есть церковь в честь встречи Глеба Владимировича и Анны.

 

Нелепое название для музея, всё равно, что Московско-Мытищинский.

 

В Суздале живет меньше 10 000 человек, а во Владимире больше 300 000.

Короче, ничего я не узнал, но не мог я так просто уйти, и стал рассматривать, едва видные, фрески, под наблюдением монашки на лавке.

 

В Храме больше никого.

 

И здесь я увидел эту фреску!

 

Далековато, темно, но я ее разглядел и обрадовался!

 

Фреска находится на стороне, которая называется северной, хотя это и бывший север.

 

Если от входа вы смотрите на иконостас, то это стена слева.

Она расположена, приблизительно, на высоте пяти метров от пола.

 

Это сказка! И эта сказка – русская быль.

 

Богородица на белом коне, с Христом на руках.

 

Этого больше нигде нет.

 

Если вы наберете в поисковике фразу «Богородица на коне», то ничего, кроме моей статьи «Богородица на коне, рукою Сына», на эту тему не будет.

 

Нет такой темы в нашей церкви, но она есть в Храме Успения Богородицы.

 

Нет такой темы в нашей истории, но она есть на стене русского Храма, построенного РУССКИМ ХРИСТОМ.

 

В главе «Гороховец — град Пресвятой Богородицы» я предположил, что князь Глеб Владимирович и Богородица Анна могли познакомиться на женских конных состязаниях в Кидекше, которая тогда была военным лагерем, а Богородица могла в них победить и этим обратить на себя внимание князя.

 

Теперь на этой фреске можно увидеть подтверждение моей версии.

Вы на чем своего ребенка катаете — на коляске, пристегнутого ремнями?

 

А Богородица катала Сына на коне, держа Его на руках, что говорит о мастерстве и уверенности Наездницы.

 

И этот сюжет мог написать только сам Вседержитель, во славу своей Мамы, для успения которой Он и построил этот Собор.

Как это чудесно!

 

Но фотографировать нельзя, монашка наблюдает.

 

А я наблюдаю под собой клетчатый, цветной пол, какой  был в Храме Покрова на Нерли, которого там сейчас нет, а здесь есть.

 

Но на него можно посмотреть в главе «Успение Богородицы на Нерли», а здесь снимать нельзя.

 

Что делать?

 

Ну, думаю, зайду в лавку, которая в соседнем здании и куплю книжку о Храме, где такая фотография должна быть.

 

Книжка такая есть — 300 рублей — и она с фотографиями, но там есть фото всего двух сюжетов из, примерно, сотни, и нет Богородицы на коне с Сыном.

 

Была бы там эта фреска, я бы купил книжку и был очень рад.

 

Это что же получается?

 

Снимать, оказывается, можно, но только для того, чтобы мне же и продать?

 

Что делать? Что делать? Что делать?..

Нравственную сторону вопроса я уже для себя решил, положив в ящик на Храм в несколько раз больше, чем стоит разрешение на съемку в Третьяковке, плюс эта, ненужная мне, книжка.

 

Я знал, что всё равно сфотографирую эту фреску, но как бы это сделать без грозных окриков?

 

Вернулись в отель и оттуда заказали такси до Боголюбово.

Одиннадцать километров и всего за двести рублей.

 

Это я для путешественников, чтобы знали, что такси там дешевое, хотя можно доехать и на автобусе за четвертак.

 

Доехали до Боголюбского женского монастыря, но заходить туда  не стали, а отправились к Храму Покрова Богородицы на Нерли.

 

По пути нас угостили горячим монастырским чаем на травах и булочками.

 

Прямо на улице.

 

Светит солнышко, монахиня улыбается и еще предлагает бесплатно пообедать.

 

Нам хватило пары замечательных булочек к чаю, размером с ноготь и улыбки.

 

Вода у них своя, из скважины.

 

Еще бы не попить этой водички, где Родился Господь.

 

Идем по Боголюбовсскому лугу.

 

Трава скошена, в сторонке пасутся несколько коз.

 

Храм, как Белая Лебедь, сияет на солнышке.

 

Снова новины.

Церковная лавка переехала из Покрова в церковь Трех Святителей.

 

И не стало меда с Боголюбского луга, как не стало и пасеки, которая здесь всегда была.

 

Очень вкусным был мед и это под него я писал свою первую книжку:

«Автор Слово о полку Игореве – Христос».

 

Очень жаль.

 

Продают мед из Суздаля, но мне его не надо.

 

Мне надо с Христова луга, по которому Он босиком ходил и босым изобразил себя на стене Своего Храма.

 

Надо было бы найти хозяина этих коз и попить молочка, чтобы  получилось Христово.

 

Вечный вопрос: почему этот Храм стоит здесь?

 

Да потому, что люди не знают, Кто его построил.

 

Не знают, что его построил Лучший из людей.

 

Не знают, что этого Строителя они носят на шее.

 

Не знают, что строил его Поэт, произведения которого еще не раз назовут величайшими, причем под разными чужими именами, или совсем без имени, как, якобы, безымянное «Слово о полку Игореве», где Имя Автора есть и даже не одно, потому там есть и Небесное Имя:

 

Шарокань – Вседержитель,

 

и Земное Имя:

 

«сын Глебов»,

 

и имя посланника связывающего Небесное с Земным:

 

Христ.

 

Никакому строителю не придет в голову строить здесь Храм – это невозможно на затопляемом лугу.

 

А Поэту Богу Слово пришло, и Он его построил, потому что Он Бог.

Я думаю, что Вседержитель построил здесь Храм в честь своих Земных Родителей.

 

Это место, где встречаются две реки – Нерль и Клязьма.

 

А первая встреча Глеба Владимировича и Анны была на Нерли, в Кидекше, там вспыхнула у них любовь.

 

Разве этот Храм не будет поэтичным для родителей Христа?

Богородица Родилась в Гороховце, на Клязьме.

 

Разве этот Храм не будет поэтичным для Богородицы?

 

Разве этот Храм не поэзия любви Христа к своим Родителям?..

 

Все фрески Храма сбиты в XIX веке топором – из-за этой Любви, чтобы мы её не увидели.

 

Следы топора остались.

 

Нет мраморного пола из красных и белых квадратиков, который есть на иконе «Успение Богородицы на Нерли».

 

Шлемовидный купол заменили на луковку.

 

Куда идем?..

 

Идем в Боголюбский женский монастырь, чтобы поклониться Христу на месте Рождения Христа.

Самым древним сохранившимся зданием монастыря является лестничная башня с галереей.

 

Они XII века.

 

Это за собором Иконы Боголюбской Богородицы.

 

Сейчас галерея примыкает к Рождественской церкви.

 

Вот то, что стояло на месте этой церкви, которую развалили в XVIII веке, там и Родился Андрей Глебович Давыд Христ.

 

Сейчас там музей и – никого.

 

А должна быть очередь до Владимира.

 

Постояли.

 

Стало радостно, как-то.

 

Набрали полевых цветочков вокруг церкви.

 

И поехали обратно во Владимир, к Глебу Владимировичу, папе Христа, в Свято-Успенский Кафедральный Собор.

 

Сразу нашли его мощи.

 

Это справа от иконостаса.

 

Прости нас, Глеб Владимирович.

 

Фотографировать тоже нельзя.

 

Но я щелкнул со вспышкой один раз.

 

Рядом бабки-служки.

 

Никакой реакции.

 

Значит, если не наглеть, то можно.

 

Это хорошо.

 

Да и бабки, одна за другой, подходят к Глебу и молятся на коленях.

 

Может, знают, что это за Глеб?

 

Вот и получилось, что хотели.

 

В один день побывать у Богородицы, у Глеба Владимировича, на месте Рождения Христа и в первом Храме Христа.

 

Весь вечер переживал, как бы мне снять Богородицу на коне с Сыном.

 

Но Господь всё устроил.

 

Утром опять солнечно.

 

Вышли из расчета, чтобы быть в Храме через десять минут после службы.

 

Кошка уже сидит на месте.

 

Выходят девочки из воскресной школы.

 

Больше никого.

 

Зашли в Храм.

 

И здесь не оказалось ни души.

 

Вообще никого.

 

Спокойно снял, со вспышкой.

 

В Храме очень темно, не мешало бы со штатива, но уж получилось, как получилось.

 

Слава Богу!

 

Хорошо на душе.

 

Теперь и вы можете видеть эту замечательную фреску.

 

Зашеломянем

 

 

 

27 июня 2020 г.

 

 

 

Приложение

 

Центральный фрагмент фрески

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ответьте на вопрос: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.