Крик

В детстве у меня появилась любовь к путешествиям благодаря моему отцу, который частенько выезжал на своем стареньком фургоне куда-нибудь подальше от дома и иногда брал меня с собой. Мы путешествовали не только по России, но и побывали в Грузии, Казахстане, Эстонии, Латвии, Финляндии. Повзрослев, я решил продолжить путешествовать по Земле и обязательно побывать на другом континенте.

Вскоре мне представилась возможность отправиться в штат Аризона, расположенный на юго-западе Северной Америки. Я много читал и слышал об их легендарной местной достопримечательности – плато Колорадо, поэтому в свободный день арендовал небольшой внедорожник и направился в Национальный парк Гранд-Каньон. Припекаемый палящим солнцем и обдуваемый сухим ветром, он представлял собой широко простирающуюся паутину из слоистых красных стен песчаника, выточенных рекой. На протяжении нескольких километров моего пути, я останавливался у смотровых площадок полюбоваться масштабностью и разнообразностью рельефа каньона. С каждым часом цвет его менялся от светло-рыжего до огненно-красного.

Ближе к вечеру я остановился у покатого склона и спустился немного вниз, чтобы присесть у остывающей песчаной стены, развести огонь, пожарить на нем маршмэллоу традиционным американским способом и полюбоваться на американский закат. Одна за другой стали зажигаться звезды над моей головой, а небо наливаться синевой, хотя на горизонте оно оставалось еще яркого оранжево-красного цвета. Чувство было необыкновенное. Казалось, что вроде ничего необычного – закат, звезды, песок, костер. Такое можно наблюдать и в России, но в каждой стране присутствует какая-то своя изюминка, которая либо витает в воздухе, либо прячется в травинке, в камне или еще в чем-нибудь; незаметная изначально, не учуянная с первого вдоха.

Когда солнце скрылось за горизонтом, и цвет ночного неба полностью выровнялся, я остался наедине с темнотой. Дальше места моего расположения, освещенного костром, ничего не удавалось разглядеть. Заметно похолодало. Посидев еще немного, я собрался идти спать во внедорожник. В этот момент меня остановили какие-то звуки, похожие на кошачье пение весной. Достав из рюкзака фонарик, я посветил в глухую темноту со стороны спуска. Но кроме камней и редких кустов, там ничего примечательного не оказалось, да и звуки прекратились.

Когда я попытался затушить костер, вновь раздалось жуткое протяжное блеяние. Поскольку мной всегда двигало любопытство, я медленно спустился на несколько метров вниз по склону и стал освещать фонариком местность. Тогда я заметил, что звуки начали отдаляться, словно я иду в противоположную от их источника сторону.

Вернувшись к костру, я обнаружил небольшое ущелье в стене песчаника, на которое не обратил внимания до этого. Точнее, мне казалось, его там не было! Из ущелья веяло ледяным холодом. Оттуда эхом раздавались те самые звуки, которые приобрели немного иной тон. Я подумал, что это мог быть заблудившийся койот, но заглянув внутрь, отчетливо услышал плач грудного ребенка. Мурашки поползли по всему моему телу. Я думал, идти дальше или закрыться во внедорожнике и дождаться рассвета. Не смотря на охвативший меня страх, я выбрал первое. Может, я покажусь кому-то глупцом, но что, если там необходима моя помощь?

Проход в ущелье вел вниз по небольшому склону. Помощи от моего фонарика было катастрофически мало. Темнота в пещере словно пыталась задавить любой свет, проникнувший в её владения. Чем глубже я заходил, тем холод был проникновеннее. Вскоре, увидев впереди белое пятно, я стал ускорять шаг, но оно внезапно скрылось, плавно уплыв влево. Меня стала пробирать мелкая дрожь то ли от страха, то ли от холода, то ли от всего разом. Я до конца не понимал, что происходит. В голове пролетала тысяча мыслей, ноги слегка подкашивало, а в груди ощущалось сильное напряжение, из-за которого было сложно дышать. Каждую секунду мне хотелось развернуться и убежать без оглядки.

Плач и крик стал раздаваться еще громче. От страха я даже не задумывался о том, как мог появиться младенец в ущелье. Пятно, увиденное мною минуту назад, вновь засверкало впереди. Я убедился, что звуки раздавались именно оттуда. Можно было четко разглядеть, что пятно представляло собой очертания человека, но какие-то мутные. В темноте это напоминало испарения, поднимающиеся с поверхности земли. Но сделав еще пару шагов вперед, я внезапно остановился. То, что я увидел, повергло меня в дикий шок. Передо мной стояла растрепанная, в ужасном виде, женщина, которая держала на вытянутых руках окровавленного младенца. Широко раскрыв рот, она кричала в голос со своим дитя. Её лицо было до боли знакомое, будто мы уже где-то встречались. В ту секунду ощущалось лишь мощное биение моего сердца где-то в области горла, а мозг дал единственную команду телу – бежать. Но я потерял сознание, когда обнаружил, что прохода назад больше нет.

Очнувшись, я понимал, что лежу на земле, а в глаза мои ярко что-то светит. Приподнявшись, я увидел свой фонарик, вероятно выпавший из рук. Рядом поблескивали угли догорающего костра. Вокруг было все еще темно, а где-то далеко в этой темноте выли койоты. Голова болела так, словно по ней ударили дубиной. Вспомнив то, что со мной произошло, я быстро схватил фонарь и поднялся на ноги. Направив свет на то место, где был вход в ущелье песчаника, я ничего не увидел, кроме сплошной стены. В ней не было даже дырочки. Меня вновь охватила неприятная дрожь. Я не мог понять, куда исчезло ущелье, кто была та женщина, и почему я оказался здесь, возле костра, а не внутри песчаника, где потерял сознание. Но я точно понимал, что не собираюсь там оставаться ни на минуту. Я быстро засыпал угасающие угли песком, сел во внедорожник и поехал прочь от этого места. Всю дорогу я пытался убедить себя, что это был лишь страшный сон.

На подъезде к городу, зазвонил мой мобильный телефон. Ответив на звонок, я притормозил и вышел из автомобиля. Новость, которую мне сообщили, подобно удару молнии пронзила меня насквозь, остановив дыхание, сердцебиение и всю мою жизнь в целом. Я издал такой дикий крик, с треском прорвавшийся из моего горла, словно достиг его эхом саму Вселенную. Казалось, той ночью Гранд-Каньон вместе со мной выл от случившегося в моей жизни горя. Минувшим вечером мою жену насмерть сбил грузовик.

С тех пор в моих глазах стоит образ той женщины с окровавленным младенцем на руках. И, наверное, не оставит мою память до конца жизни.