Геракл в рабстве у Омфалы

Доколе мне ещё носить раба
Зрак и печать? В естественных правах
Быть поражённым? Где моя свобода?
Всё в прошлом – битвы, женщины, походы,
Охоты, игры. Ныне я в шутах,
Игрушкою царицына двора
Хожу. Былые мощь и разум
Положены под спуд. Я был наказан.
Я понимаю всё и потому
Я ближних не сужу. Но мне-то в судьи
Даны все люди! У богов весы
Особые: при равенстве вины
По-разному казнятся слабый с сильным.
И у людей так. Только людям мило
Позорить слабого, а олимпийцам…
И вот теперь ношу я сарафан
Девичий, кольца, серьги и браслеты.
И так мне стал привычен этот срам,
Как будто никогда другим и не был
Геракл. О святые небеса!
Я поражён недугом несвободы!
Я словно дерево, к своим земным корням
Гнетомое рукою садовода.
А что же ветви?! Что же эти корни
Небесные?! Вот так и пропадут?!
Ужель таким, как я, сама свобода
Опаснее, чем самый злой недуг?
Я б уничтожил самого себя
И всё вокруг, когда бы был свободен,
Неподконтролен небу. Так пожар,
От ветра головнёй костра рождённый,
Не греет, но сжигает всё живое.
Так сила, упоённая собою,
Сама себя крушит. Я это понял
Давным-давно. Но всё же это против
Моей природы. Людям нужен свет.
Свет и тепло. И их даёт огонь. Но
Огню ли до людей? Нет. Нет. И нет…
Так пусть же вихрь, как щепы, ломит брёвна!
Огонь найдётся и герой найдётся!
И звёздный полог будет его склеп.