Поддержи будущее на своих руках…

-Что там   за шум?! — Наталья Владимировна с беспокойством выглянула  за дверь на лестничную клетку. Собиралась вынести мусор, но тут увидела  какую-то возню возле мусоропровода.
— Так вот, молодые моральные уроды,  осчастливили наш этаж своим поганым посещением, — с негодованием острил сосед  Никита.
— Что же вы их так-то!   Замерзли, может…
— Ага, на третий этаж греться  с пакетами на тупых головах, — держа крепко в своих мужских руках за пальто мальчишку: длинного,  худого как жердочка, — рычал сосед. И только тут она разглядела…

Возле мусоропровода стояли трое мальчиков и девочка лет десяти, прижатые  к нему.  Одного из них  мужчина  держал крепко за пальто,  а другим  перекрывал выход, и одновременно пытался позвонить в милицию.  У старшего парня на голове  находился полиэтиленовый мешок, наполовину стянутый.  Никита, так звали соседа,   военный, и хватка у него, соответственно — мертвая.  Те не могли даже пошевелиться.   Никита матерился, не стесняясь, а девочка   умоляла не звонить,  а то их выгонят из школы и возникнут с родителями.  Один  из мальчиков держал в руках  пакеты, и какие-то бутылочки.

-Никита, попробуем без милиции разобраться?   Наталья Владимировна подошла к девочке и спросила:
— А,  твои родители в курсе,  где ты сейчас и чем занимаешься?
— Да, знает мама.  Но я еще ничего не делаю…     Они нас только  позвали с Витькой.
— Что она знает?! — с негодованием переспросила Наталья Владимировна.
— Ну, что я дружу  с этими ребятами из нашего дома.
— А где вы живете и почему  не в своем подъезде греетесь?! — удивляясь, переспросила.

— Что непонятно?! — буркнул один из мальчишек,  удивляясь наивной тупости взрослых. Там же сразу нас запеленгуют.
— Ух ты, мать твою, слова-то какие тебе знакомы! — буйствовал Никита. Умник выискался.  А что требуется, что бы вас оставили в покое?!  Дали спокойненько загнуться,  и отползти на кладбище.

— А почему умереть,  Никита?! — с удивлением переспросила Наталья Владимировна.  Не совсем, понимая еще, в чем тут, собственно дело. Таким разгневанным своего соседа  никогда не видела. Да и не догадывалась, что  может быть таким. Обычно это выдержанный обходительный мужчина.  И вся  их семья  вызывала уважение.

— Да, вы знаете, что у них в этих бутылочках?!  Там смесь убийственная.  Они натягиваю пакет и нюхают ее,  а если  малейшая передозировка – кранты им.  Но  главное, не  то, что  сами загнуться…   Хрен  бы с ними…  Меньше будет моральных  уродов, а то,  что они других втягивают.  Маленьких совсем.  Вот этого оболтуса, указывая на  дылду, которого держал за пальто, — негодовал Никита,- уже несколько раз ловил в нашем подъезде.  Если я   увижу,  что подходишь к моему сыну,  задушу собственными руками, — гадёныш! И так сжал его за шею, чуть,  вправду,  не задушил.

— Пожалуйста, не звоните  милицию, —  упрашивал самый маленький мальчик.  Мы больше никогда не будем с  ними общаться.   И Нинку отпустите…  Она  еще не нюхала…   Нас  только  сегодня  хотели  научить.   Я тоже еще не пробовал…
— Так!  Подождите, Никита! — уверенно обратилась  Наталья Владимировна к разгневанному соседу и ребятам.  Дайте-ка мне телефоны ваших родителей,  если вы действительно  не обманываете,   и даете нам слово, что больше не будете этим заниматься.  Так,  телефоны ваших родителей… 

Все молчали, а девочка назвала номер своей матери. Наталья Владимировна попросила Никиту не отпускать их и не звонить в милицию, и сходила в квартиру за телефоном. Еще раз переспросила у девочки номер, и позвонила…    Там не отвечали…

— Ну,  да!  Щас,  так они вам и дали  настоящие номера телефонов родителей, — удивлялся   наивности соседки, разгневанный Никита.
— Да, она там с  любовником, наверное…  Личную жизнь  устраивает, — буркнула  девочка, опустив голову.
— Жизнь устраивает, с удивлением переспросила Наталья Владимировна!?  Это, что же, она так тебе  говорит?! Или ты   такие взрослые пошлые выводы научилась делать?!
— Сама!   Она  всегда говорит, чтобы я погуляла,  а то  так и не выйдет замуж, если  буду   торчать дома.
— Боже мой! —  сжалось сердце от жалости к  девочке.   И сразу так  и  представилась картина…  Что всех этих ребят толкает в объятия к  всякого рода,  как сказал сосед — моральным уродам.  Тем скучно  одним купаться в  безобразие,  вот они и завлекают в черные сети:мальчишек и девчонок с неустановившейся  психикой.

— Но, ведь эти, как вы говорите,»настоящие  уроды» —
сами же, еще дети!  Никита, передавайте взрослого парня  участковому, раз   сбивает  малышей с пути,  а других отпустим.  Предоставим  шанс. Я  сейчас сфотографирую их, и если еще где-нибудь увидим,  то сразу сообщим в милицию.  Они, кажется, сегодня уже получили порцию  наказания в виде страха.  Давайте  пожалеем.  Совсем еще дети.  Тебе сколько? — спросила она маленького мальчика.

— Мне  десять лет, как и Нинке.   Дружим.    А эти нас уже два раза звали…  Только сегодня пошли с ними, — не поднимая головы от пола, рассказывал мальчик, дрожа, как осиновый листок на ветру.
— А тебе сколько?- спросила Наталья Владимировна того,  кому скрутил руки Никита.
— Четырнадцать лет, —  буркнул,  а сам уже   еле стоял на ногах,  качаясь во все стороны.
— Видите! Уже  надышался.   Вот, кажется, и участковый приехал, —  по звуку лифта определил Никита. Наталья Владимировна схватила девочку и мальчика за куртки и затолкнула в свой коридор,  и прикрыла дверь.  Никита покачал укоризненно головой, порицая ее действия. Тут из лифта вышли двое в милицейской форме.  И Никита еще не успел открыть рот, как…

— А-а! Знакомые все лица!  — без всякого удивления и участия равнодушно протянул участковый, увидев оставшихся ребят.   Сразу понял,  о чем будет идти речь.
— Что значит знакомый, переспросила Наталья Владимировна.  Вам они знакомы?!
— Да  встречались уже  в  участке.
— Это, что же,  получается?! – буйствовала Никита.  Эти ублюдки  травят наших детей, а вы с ними мило беседуете за чашечкой чая и отпускаете, так что ли?!- Ну, обходимся и без чая…     А вы попробуйте не отпустить.  Их же сразу берут на поруки…

Высокопоставленные папы,  и школа под давлением денежных вливаний  в свой дырявый бюджет.  Вот,  например,  у  этого «малыша», — съёрничал он,  показывая на дылду – папаня,  обещал послать меня во   тьму — таракань  коровам хвосты крутить,  если буду охотиться на его сына.  Я, правда,  не испугался, но он ведь подключает те силы,  которым  не могу противостоять.  Мое начальство.
— Тогда я его прикончу здесь и сейчас, что бы ни расплодился, — рявкнул Никита,  и так сжал того за горло, что он забился в судорогах.
— Тих-тих-тихо!  Под статью захотел.   Давай мне  этих…  Обещаю, что пойдут туда,  куда  положено. Надел на  пацанов  наручники,  и  вместе со своим напарником повели их за собой.
— Я буду   интересоваться  их судьбой, —  пригрозил Никита вслед уходящим.   Спрошу  с вас…   Эта фраза явно была адресована участковому. Зря  не дали и  этих малолеток, — по инерции злобно буркнул  Наталье Владимировне.

— А если бы ваш сын, ему кажется двенадцать лет,  оказался на их месте?!  Что вы предпочли,  что бы с ними  сделали соседи, поймавшие их?!   Никита молчал.  Ну, вот…     Всегда,   и сами становитесь на место того,  кого собираетесь казнить,   и, примеряя на себя должность   палача.   Это живые люди.    Слабенькие, хиленькие, но — человечки.  И если им не давать шанса,   сыграем еще большую злую игру, чем те, кто по своей безмозглости  ими управляют.

Она закрыла за собой дверь,   оставив  соседа в раздумье  с  зажатой  сигаретой в руках. Девочка вся дрожала, то ли от страха, то ли о холода.   На ней была тоненькая курточка,  и какие-то смешные,  не зимние колготки.    Наталья  еще раз попробовал позвонить ее матери. Но никто не отвечал…

— Так, что же, тебя сейчас не пустят домой, что ли?!
— Да  нет, запустят…    У меня  есть ключ.  И у  Витьки   смогу побыть, — ответила она, указав  на мальчишку. Он мой сосед.
— А ты почему не даешь  свой телефон? — обратилась она  к мальчику.  Тот молчал насупившись.
— Его сразу убьют, — ответила Нина за друга.  У него  отец сильно злой.
— Пьёт, что ли? — спросила Наталья Владимировна.
— Нет! Не выпивает  совсем. Но очень недобрый  и грубый.  Он и  мамку его бьет даже иногда. Лаются  постоянно. Он выражается…    На все  правительство, учителей, соседей…

— Хорошо!  Поверю  вам и  отпущу.   Идемте, напою  чаем.  Угостив  ребят чаем с  вареньем, Наталья  Владимировна пригласила   к  компьютеру  и молча, ничего не говоря,  показала сюжет, где корчатся  в судорогах от спайса подростки. Ребята сказали, что уже видели такое и опускали головы,  а она заставляла их смотреть.
— Поймите  же вы!  Разрушить  жизнь очень просто, но  дальше существовать   нормально  уже не сможете.  Полетите, как  поезд под откос…      Взяла и показала им сюжет-крушение поезда…  Скрюченные вагоны летели с обрыва,  разбрасывая тела людей в разные стороны.

— Вот так и ваша жизнь!   Посмотрите,  как проживают  свою короткую, удивительную  жизнь  другие ребята.  Наталья Владимировна открыла сюжеты из жизни кадетов – спасателей «Эдельвейс» и  Находки. Ребята такого же возраста, но как  горят у них глаза!  Как светятся лица!   Потому что они заняты интересным, важным делом.
Показала им инвалидов-мальчиков и девочек, которые  и поют, и рисуют, и создают какие-то поделки…

— Видите!   У всех есть увлечение.   Неужели вам нечем заняться?!   Нас ведь тоже не воспитывали  как-то особенно  родители. Но я не имела совершенно свободного времени.   Занималась в разнообразных кружках, какие только существовали в наше сложное, но интересное время. Оно всегда интересное,  надо только уметь  это видеть.  Сейчас масса   возможностей.   Танцуйте, пойте, учитесь играть на гитаре, рисуйте…  Рядом с нашим домом Военно-морская академия;  на ней  висит яркое красочное приглашение для всех вас.   И теннис, и восточные единоборства,  и плавание, и дайвинг.  Идите туда сами, не ждите, что  кто-то займется.

Да, так получилось, что у вас такие семьи.  Такая  жизнь! Ну, вы  уже большие.   Понимаете, что хорошо, что плохо.  Выдержите, мои дорогие в этой жизни. Выживите!   Пожалуйста!  Я же выжила. Мне  очень помогали  хорошие примеры из книг.    Знаете, если мало радует окружение,  читайте, много читайте.  Они спасут. Есть замечательные произведения для таких, как вы: «Четвертая высота»,  там девочка  Гуля  Королёва закаляла свой характер. Избавлялась от тех самых слабостей, которые присущи и вам.

А «Маленький принц!»  Это удивительный пример отношения к жизни.  Грин «Алые паруса»,  для  Нины.  Да и тебе она подойдет, — обратилась  к Вите.  А «Как закалялась сталь!»  Жюль Верн «Дети капитана Гранта».  Попробуйте, хоть одну из этих книг прочитать, и вы поймете меня.   Наталья Владимировна почувствовала, что чем-то зацепила ребят.    Скорей всего тем, что с  ними  так серьезно и  заинтересованно никто и никогда не разговаривал, — с грустью подумала она.  Вы  для меня, как внуки.   У меня двое: Ксюша и Максим. 

 Прошу вас.  Дети смотрели во все глаза на женщину, и молчали.   Разговаривала, не привычно для них, как с самыми близкими людьми.   Обняла, и вывела из подъезда, провожая взглядом, пока  не вошли  в соседний дом.  Прошло часа два.   Наталья Владимировна      собиралась спать, как вдруг раздался звонок

-Спасибо, что не отдали мою дочь в милицию, — благодарил  детский голос…
-Это кто, с удивлением и, одновременно, догадываясь  —  спросила.
-Я мама Нины, Валя.
-Сколько же вам лет?!   Вы  же  совсем молодая?!   Такой юный голосок!
— Мне   двадцать шесть…    Рано родила.     В шестнадцать лет…    Можно я к вам завтра зайду.  Хочу  поблагодарить.

— Благодарить не надо, а заглянуть  можно.  В двенадцать, если  устраивает.  Потом меня не будет.  Мы должны будем поговорить  об отношениях с   дочерью, если готовы к такой беседе — приходите. Как  понимаете, тема, более чем серьезная.

— Хорошо,   обязательно приду.   А  Нина сейчас ищет в интернете книгу «Четвертая высота», — это вы  порекомендовали?!  Конечно, вы, — не дожидаясь ответа, тихо проговорила Валя.   Я обязательно   приду завтра.
— Да, какая честная девочка. Не обманула.  Правильно сообщила номер телефона. Еще совсем не испорченная, — с теплым  удовлетворением, подтверждающим ее действия,  подумала Наталья Владимировна, чему-то улыбаясь… И мама, видимо, не совсем  отпетая.

А кто, собственно ее учил быть матерью?!  А меня, кто учил?!  Живем, как удаётся.   А ведь следовало, чтобы ни как получается, а как  необходимо.  А  кто скажет, как это- необходимо?!
-Ну,  как ты  сама жила? — спросил внутренний голос. Что делала  в такие моменты, когда  жизнь казалась  бессмысленной?
-Что бывало и так?!
-Случалось, еще как случалось…
-Но, ты же,  как-то выкручивалась?!
-Ещё и как. Я просто думала…  Думала!  Да, да! Не мудрствуя лукаво,  думала.   Никогда никого не обвиняла.  Ответственность за все свои поступки несла сама.  Это увлекательное, черт подери занятие и полезное. Просто думать, — вздохнула Наталья Владимировна, как бы стряхивая с себя  свои размышления, и пошла,  спать напевая:

Сама садик я садила,
Сама буду поливать.
Сама милого любила,
Сама буду забывать.

2016г.

Реальная история. Репортаж от  мусоропровода.

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.