Архив метки: Андрей Усков

Андрей Усков. Сырая сила (очерк)

« – крыша нагрелась, всюду висела паутина,

и многие пауки уже умерли, видны были их

лёгкие трупики, которые в конце концов падали

на землю и делались неузнаваемым прахом.

Яков Титыч любил поднимать с дорог и с задних

дворов какие-нибудь частички и смотреть на них:

чем они раньше были?»

Андрей Платонов, «Чевенгур».

 

« Это – какое-то Пессиво…»

Из древне-детского лексикона дочери.

 

 

Шла весна не помню какого года, с ней проходила моя тогдашняя жизнь. Мы ехали с ней в плацкартном вагоне, в город, который считали родным. Посреди ночи, «что-то» нас разбудило, от чего это «что-то» – тут же само и забылось. Поезд, очевидно, стоял в степи и освещения ни из окна, ни из прохода не было никакого. В абсолютной темноте кто-то вполголоса разговаривал. Мрак, который окутывал этот разговор казался таинственным и не реальным, а звуки  казались близкими и родными.
Читать далее

Андрей Усков. 7 приколов из жизни Штрауса (фельетон)

Перед вами Пётр Иваныч Деваев, мужик лет 50, может больше, по кличке Сквозняк, который идёт из клуба домой. Портрет его незамысловат: седеющая эспаньолка и зимняя шапка командира подводной лодки, нос красный, глаза карие, брови сросшиеся, карактер нордический, не женат, мужчина в полном расцвете сил. За его спиной болтается баян и полыхает вечерняя зорька. Болтается и полыхает. Ещё очень светло. Иваныч смотрит на смеющиеся от весеннего солнца окна домов и испытывает от них полноту радости космического светила на заснеженной земле. Читать далее

Андрей Усков. Шорохи любви (трилогия)

1)    Муза (быль)

2)    Васечкин Сон (рассказ)

3)    Прозрение (рассказ)

________________________________________________________________

 

Муза (сентиментальная быль)

I

Она плыла в воздухе, когтила душу, уносила бельё, оголяла слёзы, смеялась в лицо, рыдала навзрыд, валила столбы, срывала крыши, путала телеграфные проповеди, укоряла в ничтожности и снова плыла над землёй. Минор её… Что вы! Какой минор? Ах, впрочем, пусть будет минор…
Читать далее

Андрей Усков. Чур без Психов (сборник рассказов)

НТП (рассказ сестры)

 

«Наш человек любит выразиться, замечает мне мой сосед Пашка. Пятнадцать минут назад он занял у меня денег на четушку и вот опять нарисовался. Мне неудобно ему отказать во внимании. Осенью у меня испортился кран, он его починил и ничего не взял за работу; хмыкнул только – свои люди… сочтёмся. Он работает на двух работах и подрабатывает в местной газете. С женой они живут, как говорит дядя Петя: по всякому; то она ко мне бегает жаловаться, что он вновь напился, то вот сейчас, он рассказывает мне причину своего стресса, а я сижу напротив, смотрю на его священнодействия и, улыбаясь ему, молчу. Не могу пить один, прочищая горло, говорит он, хоть ты тресни. Ты, пожалуста, только Нинке не говори, а то откроет опять свою абсер ваторию… а мне, понимаешь… высказаться нужно… мне не столько выпить… сколько высказаться… у меня в голове больница дурдом пузыриться. Я если не скину этот груз, то взорвусь просто-напросто… как шахид. Читать далее

Андрей Усков. Тропинка, мостик, усадьба (миниатюра)

Мало кто когда-либо представлял себе свою смерть персональным божеством. Ужасная скука думать о таких вещах будучи мысленно совсем в другом месте. Слова упускают почти всё, если вообще доходят. Как бы там ни было, вся эта затея не стоит выеденного яйца, если в ней нет секрета исцеления. Так, во всяком случае, размышляем мы. Но подвизавшись увидеть, представить и выразить, можно-таки ощутить или хотя бы услышать тот вкрадчивый голос или звук, который так или иначе всех известит когда-нибудь о присутствии этого божества в нашем миропорядке вещей. И пугаться не надо.
Читать далее

Андрей Усков. Анюта (рассказ шутника)

Приходит как-то Вовочка на вечер выпускников. А на носу Новый год. Уселся он на заднюю парту и начал наблюдать за товарищами по детству.

«Вон – Петечка Салогуб, он в «Ревизоре» Собакевича играл, классный был пацан, а вырос жлоб жлобом: продаст, обманет, да ещё и пообедает с вами. Вон – Анечка Оленина, в 7-ом классе что ли… влюбился в неё, а, впрочем не помню в каком, купил ей билеты в цирк, говорю, пошли сходим, экзотические медведи приехали на велосипедах. Читать далее

Андрей Усков. МЧС (рассказ)

Я умываю руки, – сказал профессор Бескровных своей аудитории. С антресолей скатилась его любимая мартышка Чи-Чи и подала ему полотенце. А что делать с трупом? – спросил его ассистент Ахмедов. Пока ничего, – задумчиво ответил профессор. Мало-помалу аудитория опустела. Труп Переверзева, что лежал на операционном столе широко зевнул, открыл глаза, и сказал – что, уже? Да-да отдыхайте, голубчик, покойно, – сказал Бескровных ожившему трупу. Переверзев встал со стола, прошёл к окну, открыл форточку, закурил папиросу, и, выдохнув первую затяжку, сказал – 12 лет вы меня препарируете профессор и никакого толку, что я вам, силикон бездушный? Читать далее