Александр Ралот. Секретная агентесса его высочества (рассказ)

Март  1797  г. Санкт-Петербург. Покои  государыни

 

Супруга  императора Павла  Первого  Мария Фёдоровна отложила в сторону  письмо достала изящный  платочек, голландской работы и  вытерла им слёзы. Ей  хотелось  удалиться в опочивальню и нарыдаться, по-бабьи, вдоволь. Но то что позволено простолюдинам, невозможно для  особ  высшего общества.  Государь  вечером давал бал. И  присутствие на нём императрицы с припухшими глазами было  совершенно недопустимым. Всхлипнув  пару раз Мария Фёдоровна кликнула прислугу.

— Велите запрягать. Еду в  Смольный.  Графиня Безбородько будет меня сопровождать.

Спустя пять минут в кабинет  вбежала  запыхавшаяся фрейлина. Исполнив  полагающийся реверанс,  поинтересовалась.- Государыня, к чему такая спешка? Я и   ваши придворные дамы  ещё затемно начали готовиться  к сегодняшнему торжеству. Дело ведь предстоит нешуточное. Нельзя же перед  гостями, званными, опозориться.

Любовь Ильинична, бесцеремонно перебила фрейлину,  Мария Фёдоровна.- Мне нынче не до веселья. Извольте переодеться в походное и не заставляйте ждать свою госпожу. Карету  вот-вот подадут.

— Да, что  случилось?- Фрейлина  наконец рассмотрела  покрасневшие глаза императрицы и не на шутку  встревожилась.

— Графиня,  ступайте же скорей. По дороге   расскажу.

***

Директриса смольного института благородных девиц нисколько не  удивилась  внезапному  визиту высочайшей особы. Подобное случалось не раз. Но  вид  крайне расстроенной  Марии Фёдоровны её удручал.

—  Вы  должны  подготовить отдельные комнаты для  двух новых смолянок. Девочки скоро  прибудут в Петербург.  Они уже  несколько вышли  из возраста, в котором воспитанниц принимают в заведение, ну да это ничего. Ведь не существует же правил без  исключений. — Императрица  посмотрела на  стоящую рядом графиню, ища  у той  подтверждения   сказанному.

Директриса молчала, не зная как  возразить  высокородной просительнице.  Наконец  решилась.- Устав  института  утверждён  вашей свекровью, Екатериной Великой. И в нём  чёрным по белому начертано,  что никто из смолянок не имеет привилегий, ни в части  проживания, ни в части  приёма. Прошу меня простить, но…

— Никаких, но быть не может.  Несколько дней назад скончалась их мать, Анна-Юлиана Бенкендорф. Мы с ней  были дружны  с самых малых годов. Поэтому я обязана  заботиться о сиротках. Буду навещать их  каждую неделю и  экзаменовать по всем предметам. Высочайший  рескрипт о зачислении, ввиду исключительных обстоятельств  доставят сюда, в ближайшие дни.

***

— «Двенадцать лет, это не шесть!» — Ворчала, про себя, директриса. Наблюдая как прислуга готовит комнаты для каждой  из  девочек.- «Мои воспитанницы  уже  два курса обучения освоили, а эти…… Научить четырём языкам! Да ещё в  совершенстве!  Танцам и всевозможной музыке! Для чего же их готовят? Уж не для тайных дел, ли?»- Директриса тут же  прогнала  мысль.- «Это никак не женское!»

 

***

Опасения главы Смольного института были напрасны. Девочки имели прекрасную домашнюю подготовку. Хорошо  усваивали предметы, более того, Дарью  Бенкендорф  за год до окончания обучения  уже пожаловали во фрейлины её высочества.

Кисейных барышень, то есть,  будущих выпускниц  института благородных девиц,

пригласили во дворец, на смотрины.  Называли  их так вовсе не потому, что девушек воспитывали неженками, а исключительно из-за ткани, из которой шились  платья, предназначенные для выпускного бала.

Мария Фёдоровна  советовала своей  юной фрейлине  обратить внимание на графа Алексея Аракчеева.

На глазах барышни мгновенно проступили предательские слезинки.

— Вижу. Не люб. Жаль. Даже очень. Ну, что же неволить не стану.  Девичьему сердцу виднее.- Супруга императора взяла  подопечную и повела в другой зал.- Дожила. Нынешним смолянкам и  сиятельные графы  уже не по нраву. Кого же тебе потребно? Герцога, принца?

Дарья не ответила.  Барышня,  не слышала того, что говорила  императрица. Её  взгляд  был обращён на игральный стол, за которым,  сидел Павел со своим любимцем Христофором Ливеном.

Мудрая  женщина проследила за взглядом Дарьи и поняла  сразу.

— Надеюсь ты не на  моего супруга пялишься?- С  иронией в голосе произнесла она. Будь  по твоему. К стати он тоже граф, да к тому же ещё и генерал-адъютант. Подходящая партия. Ступай, припудри носик. А я  выберу момент, пошепчусь с  осударем. Надеюсь он мне «в такой мелочи» не откажет. В  феврале  одна тысяча  осемьсотого года  молодые обвенчались.  И новоиспечённую госпожу Ливен  акружила беспечная дворцовая жизнь. Сопровождать повсюду сою  лагодетельницу было  не в тягость.  Супруг же  делал  карьеру по военному  едомству.

 

Санкт-Петербург  март 1801  года

 

«Государственный переворот», то есть цареубийство остановило стремительное продвижение счастливого супруга. Новый император Александр посчитал, что любимчика его отца надобно спровадить куда подальше. Вскорости Ливен получил  высочайший  указ- «незамедлительно отбыть к новому  месту службы. В мало перспективный Берлин. Глухомань Европы, того  времени.

. Худа без добра не бывает. В этом городишке супруга российского  посла вдруг обнаружила в себе пристрастие к внешней политике.

 

Октябрь 1812-года. Кабинет  императора  Александра  первого

 

—  Ливен. Я отправляю вас в Лондон. Россия  ведёт жесточайшую войну.

Англичане наши верные союзники. Однако не всё так просто! Хозяин кабинета на минуту замолчал. Не  спеша подошёл к окну и затем не отрывая взгляда от  людей,  снующих внизу, по площади, продолжил.- Надеюсь,  что очаровательная супруга не  оставит вас, в трудный час, и поедет на  остров. Было бы замечательно, если бы она стала вашей надёжной помощницей!

***

По  своему разумению или по чьей-то  указке Дарья Ливен  открыла в Лондоне шикарный светский салон. Сделала  так, чтобы там  как можно чаще  стали бывать  представители  верхних слоёв британского общества. Поговаривали, что именно в её салоне,  чопорные англичане  увидели, как надо танцевать вальс.  Не  раз женщина, с благодарностью вспоминала педагогов Смольного института, заставляющих  до изнеможения учить   языки, музицировать и танцевать. Развлекая  гостей, вслушиваясь  в беседы, хозяйка  салона собирала ценнейшую информацию. Никогда ранее, женщине, да ещё иностранке не  удавалась  получать нужные сведения, к тому же из  самых надёжных источников. Ночью, в  далёкую Россию, спешно отправлялись шифрованные депеши.

Император с нетерпением ждал  вестей из Британии. Требовал, чтобы бумаги оттуда несли сразу к нему. А он уже  сам решит, когда их переслать министру иностранных дел Карлу Нессельроде.

 

Осень 1814 года. Вена

 

Император Александр, на правах победителя,  создал  «Тройственный Священный союз» с Австрией и Пруссией. Был уверен, что отныне  его держава  будет играть партию «первой скрипки», в оркестре под названием Европа. Однако канцлер Клеменс фон Меттерних, считал иначе. Российские дипломаты, пытались его подкупить. Предлагали выплачивать пожизненный весомый  пенсион. Разумеется, строго  секретно.  Канцлер от денег не отказывался, но  продолжал вести собственную политику. Патриоты,  во все времена, встречались. И не  только в нашей стране.

***

 

Перед началом Венского Конгресса  стран-победителей  госпоже Ливен вручили  личное  задание от его императорского величества. В нём всего одна строчка. “Завоевать доверие Меттерниха! Любым способом”. Слово любым было подчёркнуто.

Графу Нессельроде поручалось обеспечить их личное знакомство.

***

Австрийский  канцлер был весьма охоч до женского пола. Как и полагается, по законам того времени, имел минимум двух любовниц. Сбежавшую от знаменитого супруга  княгиню Багратион и внучку не менее именитого Бирона, герцогиню Саган. Соперницы  Дарьи более чем достойные, но в  споре за сердце этого  мужчины она победила вчистую.

Ловелас и  канцлер напрочь потерял голову. К сожалению  любовники  виделись редко. Жена дипломата обитала в туманном Лондоне, Меттерних в солнечной Вене.

В интересах государства  Александру первому не раз приходилось разрабатывать операции, под названием «Встреча влюблённых». Дарью Христофоровну российское  министерство  иностранных дел срочно  вызывало на континент, для личного присутствия на  заседаниях «Священного союза». Участие канцлера в них было обязательным.

***

Дождавшись ночи, меняя кучеров и кареты, разными  маршрутами  они направлялись к  отдалённому отелю или гостевому домику, чтобы уединиться хоть на несколько часов.

***

В дни разлуки Дарья писала австрийскому канцлеру нежные послания. Запечатывала их, как  минимум, в четыре конверта. Первый адресовался секретарю австрийского посольства в Лондоне. Остальные, кроме последнего, предназначались курьерам-конспираторам. Для этой переписки освоила написание буквиц  левой рукой и использование симпатических, то есть невидимых чернил!

***

Меттерних наивно считал, что  влюблённая женщина станет снабжать его информацией из  российского посольства. Бедняжка даже не догадывался, что в этой любовной интрижке негласно присутствует  третий, вернее  первый. Александр!

***

— «Милостивый государь»- писала Дарья в Санкт-Петербург.- «Мне стало доподлинно известно, что австрийское правительство  предпринимает шаги по сближению  Лондонским королевским двором.  Это делается, без  уведомления союзнической России!»

— Нессельроде — государь  вплотную приблизился к министру иностранных дел.- Думаете, что за вас буду работать я, то это нет так. К сожалению, прямо сейчас не представляется возможным отправить вас в отставку и назначить министром  графиню  Ливен, лишь по одной причине. Дама носит юбки! Уверяю, наши потомки это недоразумение обязательно устранят.  Почему, я вас спрашиваю, почему, у меня на столе до сих пор нет доклада о сближении Австрийской империи  с  Англией? Читайте! — Александр швырнул Нессельроде депешу,  полученную от Дарьи.

Министр  стоял по стойке смирно, не зная, что ответить. Наконец сообразил- молчать больше нельзя. Набрал полные лёгкие воздуха, но император жестом указал на  стул, стоящий подле массивного стола.

— Пишите! Отныне наша страна делает в политике  резкий разворот!  Нам надлежит опередить этих заносчивых австрийцев первыми заключить  боюдовыгодные договора с англичанами.  Установим с островитянами  тратегические отношения.  Понятна  мысль, разъяснять  не требуется?   И ещё вот  то. Вызовите  из Лондона  чету Ливен. Графиню представить к награждению  рденом Святой Екатерины. Указ  подпишу, без промедления!

 

Санкт-Петребург января 1816 года. Комната для тайных встреч

 

—  Понимаю, что это не просто. Вы  столько лет-император замешкался, подыскивая подходящее слово-были дружны  с Меттернихом. Но с ним надо срочно прервать все отношения. Отныне мы начинаем  сближение с англичанами!

— Ни один  мускул на лице дамы не  выдал её волнения. — Мой повелитель,  я уже наладила достаточно тесные отношения с королем Англии.

— Да я в курсе. Если  память не изменяет,  Георг четвёртый,  крестный отец вашего сына. Ходят слухи, что мальчик имеет с ним даже некоторые общие черты. Впрочем, это не моё дело. Я подобных слухов не комментирую и не одобряю.

—  Всё потому, что монарх соизволил повесить в опочивальне мой портрет. Короли  имеют право на такие поступки, не так ли?

Государь кивнул в знак согласия и продолжил. Тамошний монарх, к сожалению не принимает судьбоносных решений.

— Настал  кивать головой женщине.- Главный противник Меттерниха в Англии, министр иностранных дел  Джордж Каннинг.

—  Прекрасно. Вот вам очередное задание. Сделайте так, чтобы он стал нашим верным союзником.

—  Любыми методами?- Уточнила Дарья и впервые с начала этой беседы,  улыбнулась.

Лондон. Тихая улочка городка Брайтон

— Доротея, дорогая, что ты делаешь в таком захолустье? — Любовница  Байрона,  леди Каролины Лэм  с нескрываемым любопытством разгадывала на свою лондонскую знакомую, супругу российского посла.

— Не  кричи так! Бесцеремонно оборвала её Дарья. Неужели тебе надо объяснять азы  конспирации? Могла бы сразу догадаться, что я здесь не из-за красот  местности. Не в столице же  встречаться с….. неким мужчиной.

Каролина  понимающе кивнула и  прошла мило,  довольная тем, что  случайно узнала  тайну владелицы  популярнейшего  светского салона.

А  госпожа Ливен  поспешила на встречу с доверенным человеком,  неся в своей  изящной сумочке два письма. Одна для Австрийского канцлера — с дезинформацией, подготовленной в соответствующем российском ведомстве.  Второй, на Родину, с подробным изложением недавней беседы с правителем Великобритании.

***

Неожиданно для  Европы две соперничающие империи Российская и Английская медленно, но  неотвратимо стали  превращаться в союзников. Увы ненадолго.

В  какой-то момент  любимая женщина  убедила всемогущего Каннинга поддержать её страну в освободительной войне бедных греков против Турции.

***

В знаменитом Наваринском  сражении  флоты двух великих держав разгромили  армаду Мухаррем-бея. Сколько  русских моряков остались целыми,  подсчитать невозможно. Но что совершенно точно, военный союз, пусть и краткосрочный, принёс  свободу и независимость  измученной Греции.

Продолжение «служебного роман» с Джорджем Каннингом неожиданно закончилось. Британский премьер  скончался. А  графиня Ливен вдруг, в одночасье, стала княгиней!

Представители высшего света туманного Альбиона  в день её отъезда на Родину преподнесли  браслет, усыпанный драгоценными камнями.  Знали бы, кому дарят столь щедрый  подарок!

 

 Санкт-Петербург. Зимний дворец

 

— Ваше высочество, несмотря на  смерть  моего….м…. английского друга, я могла бы принести  ещё много пользы, пребывая в Великобритании. Ведь у нас был салон, завсегдатаи которого сообщали..

Николай  бесцеремонно перебил даму.

— Стало известно, что на острове вам  грозила опасность, от чрезмерно любопытных сотрудников, как эта  служба у них называется?

— Государь, вы, о том  конфликте? Так я и мой муж тут  не причём!

— Не понял! Извольте пояснить, о чём  вы? — Произнеся эти слова император смотрел не на  стоящую рядом  женщину, а на министра иностранных дел  Нессельроде.

Опытный царедворец и номинальный начальник Дарьи  побелел от страха. По  спине побежали струйки холодного пота.- «Да  как она смеет так разговаривать с императором. Он её  сейчас, прямо здесь, на моих глазах…»

Меж тем Дарья спокойно продолжила. — Ваше высочество,  вы изволили вызвать крайне негативную реакцию в Лондоне, отклонив  кандидатуру посла Великобритании в России Стратфорда Каннинга. Я так  понимаю она, прежде всего, не устроила наше министерство иностранных дел.-Женщина кивнула в сторону Карла Васильевича.

— Что вы та-кое го-во-ри-те.- Заикаясь  робко возразил Нессельроде.- У нас  с британцами возникли некоторые противоречия  по ряду совершенно иных вопросов, по полякам, по португальцам.

—  Теперь это уже не важно! — Николай показал  женщине документ.-Я принял решение назначить Христофора Андреевича Ливена  на  должность члена Государственного совета и попечителя наследника престола великого князя Александра Николаевича. Согласитесь это высокая честь и ответственность!

— А как же я?

—  Обратите свой опытный взгляд на Францию. Что-то там опять намечается. Ох, уж  эти революционеры! Хватит с нас одного тамошнего Наполеона! Ступайте. Необходимые материалы, в полном объёме вам будут предоставлены.  Изучайте.   Возможно, наступит  время, когда России  понадобятся  услуги такого ….. э…..опытного дипломата, как вы.

Я распорядился выделить чете Ливен казённое помещение, в Царскосельском дворце. Мне докладывали, что собственного жилья у вас в России не имеется.

 

Пять лет спустя

 

Спокойный и размеренный Петербурге женщину угнетал. За долгие годы бывшая смолянка привыкла к европейскому  ритму жизни. Здесь не было  салонов подобных тому, который она содержала в Англии. Не получалось наладить отношения с бывшими подругами по институту. Общалась  с  графом Нессельроде, да и то всё больше, по служебным делам.

Супруг  денно и нощно  пропадал во дворце. Супругу с собой не звал, а напрашиваться  женщина считала выше своего достоинства. Иногда в голову приходили  мысли о самоубийстве.  Гнала их. Тем  временем судьба всё решила по своему.

***

Роскошная карета  везла графиню Лиден на аудиенцию к императору.  Женщина,  в сотый раз, повторяла в голове  слова,  которые   скажет  при  встрече с самодержцем.- «Ваше высочество. Недавно я овдовела, кроме того ушли в мир иной оба  сына. Да и моё  здоровье становится хуже день ото дня. Сделайте милость, дозвольте покинуть Россию и обосноваться в Европе. Там я смогу  ещё некоторое время  приносить пользу  империи и ….. её  правителю.

— С графом вы это уже обсудили?- Буркнул государь.

—  Карл Васильевич сам мне  предложил.

Николай первый  потёр виски. Пытался  что-то вспомнить. — Дарья Христофоровна кажется я  советовал вам изучить  французские дела?

Княгиня  кивнула в знак согласия.

— Поезжайте в Париж. Обустраивайтесь. Открывайте  салон. Опыта в этом деле вам не занимать. — Он хотел  ещё что-то добавить, но в кабинет робко заглянул секретарь.

—  Не маячьте в дверях. Я  помню, на это время у меня назначена встреча. Княгиня уже уходит. И  покидает нас. -Хотел было добавить «навсегда», но решил этого вслух не  произносить. Ибо согласно действующего закона  российской империи  эмиграция приравнивалась к особо тяжким преступлениям и  наказывалась ссылкой, с полной конфискацией имущества.

Государю было так же известно, что чета Ливен  давным-давно разместила немалые финансовые активы за пределами его владений, дабы защитить их от подобных указов.

 

Франция. Предместье Парижа

 

— Я  покупаю  имение! Что это бывшее пристанище министра иностранных дел Франции Талейрана, мне  ведомо, как и цена. И ещё, не  сочтите за труд, дайте объявление во всех газетах,  отныне по этому адресу будет располагаться салон русской княгини Ливен .Кроме того, я так понимаю, вы всё и всех здесь знаете. В таком случае подыщите мне хорошего литературного агента.  Собираюсь засесть за мемуары.

***

В   очередные поклонники  пятидесятилетняя дама избрала  премьер-министр Франции. И эта «дружба»  длилась несколько лет. А в Россию  шли  письма и депеши. Женщина  предупреждала о том, что определённые круги, не  прочь развязать  войну  в союзе с Англией и Турцией, а также ведут переговоры о  привлечении в военную  кампанию Швеции и Испании.

Бывшая смолянка сделала для  России всё, что  смогла.

Николай первый,  отличался от  старшего брата. Подобной информации не доверял. О возможной крымской войне имел собственное мнение и  никого  слушать не желал. Зная об этом,  граф Карл Нессельроде в  докладах императору сведения, полученные от Дарьи, не упоминал.  Тем не менее,  информация княгини даром не пропала. Добытые ею сведения,  о противоречиях между Англией и Францией, дала возможность российской делегации на  мирной конференции  подписать  выгодные  условия выхода из войны.

***

Бывшая смолянка принялась за мемуары. Работала  много, даже очень. Её книги шли нарасхват. В них женщина описывала любовные отношения, интриги политиков крупнейших стран Европы. Но не было в них ни строчки об иной, закулисной, жизни женщины. Появились проблемы со зрением.  Смолянка не сдавалась. Нашла оригинальный выход, стала писать на зелёной бумаге. Такие записи стали её «фирменным знаком» и  обрели  многочисленных подражателей.

***

— Госпожа!  Доставили свежую газету. Наконец-то напечатали результаты парижской  мирной конференции.- Служанка протянула Ливен  увесистую пачку.

— Читай вслух, мне сие уже не по силам.-Старая женщина зашлась в кашле. Тяжёлая форма бронхита  не давала дышать.

— Мо-ло-цы на-ши. Про-с-то. Мо-ло-д… Гор-жу-сь.

***

Той же  ночью княгиня Дарья Ливен скончалась  на руках отставного  премьера Франции господина  Гизо.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ответьте на вопрос: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.