Даша Николаенко. Белый Бим, крашеное ухо (рассказ)

Меня не хватит надолго, точно

и я не успею, прости,

спасая себя денно и нощно,

еще и тебя спасти.

Не стоит верить в меня, честно,

зачем ты следишь за мной?

Как я, ты не знаешь свое место?

Дай лапу, пойдем домой.

 

  • ***

Осенним погожим днем она собиралась на встречу. Аккуратно собрала волосы в пучок, подвела брови, немного глаза, губы не трогала, они и без того хороши. Надела шелковую блузку освежающего голубого цвета, белую юбку-карандаш, туфли на высоком каблуке. Закинула в сумочку все, что могло бы понадобиться, перекинула плащ через ручки. Открыла входную дверь, чтобы выйти, вернулась, в который раз посмотрела на себя в зеркало, улыбнулась:

  • Вот теперь можно идти, — задорно подмигнув своему отражению в зеркале, произнесла она и вышла из дома.

 

Светлана стояла на станции метро, ожидая поезда, думала о предстоящей встрече. Как давно они не виделись, четыре года, пять? В современном мире так просто поддерживать связь, интернет переполнен соцсетями, но это не для них, а телефон и вовсе потерял свою актуальность. Беседа уступает место переписке, и мир постепенно погружается в гнетущую всепоглощающую тишину. Но вдруг раздается телефонный звонок:

  • Как ты живешь ?
  • С мамой, а ты ?
  • Замуж выхожу. Поможешь мне выбрать платье ?
  • Говори адрес.

 

Любопытно, что изменилось за это время. Узнают ли они друг друга, будут ли рады видеть. А разговор, о чем говорить… Вопросов было все больше, с каждой станцией волнение нарастало. Она вышла из подземелья, глубоко вдохнула свежий осенний, чуть влажный после дождя воздух, огляделась. Вот он, тот самый салон, в котором они условились встретиться. Обтянула юбку. Двери салона отворил приятного вида молодой парень. А вот и Марина стоит к ней спиной.

  • Господи-боже, как я рада тебя видеть! — воскликнула Света, чуть только Марина повернулась к ней лицом. — Ты ни на грамм не изменилась!
  • Тем сложнее нам будет выбирать платье, — со смехом ответила подруга, разведя руки в стороны для объятия.
  • Почему же ты не звонила, я думала, ты уехала жить за границу.
  • Так и было. Пожила сначала в одном месте, потом в другом, только счастья не нашла. А оно видишь, как оказалось, дома осталось.
  • Я очень рада за тебя! Обещай, что ты все-все мне расскажешь! Про жизнь заграничную и жениха отечественного, — не унималась Светлана.
  • Обещаю! Теперь у нас для всего отыщется время. А пока полистаем каталог? Я приглядела парочку нежных платьев.
  • Да-да, конечно.
  • Устраивайтесь поудобнее, девушки, — перебил их молодой человек, — может быть, кофе?
  • И конфеты с ликером, пожалуйста, у нас сегодня особенный день, — весело подхватила Света.
  • Будет исполнено, — улыбаясь ответил парень и оставил девушек наедине.

Они перемерили десятка два платьев, выпивая одну за другой кружечку горячего ароматного кофе. Улыбка не сходила с лица Светланы. Она сидела в мягком кожаном кресле кремового цвета, закинув ногу за ногу, и с удивительным красноречием расхваливала подругу в каждом из платьев. Но, наконец, выбор сделан: платье куплено, аксессуары подобраны, визитка салона в кармане.

  • Спасибо за помощь.
  • Мне было приятно.
  • Встретимся на девичнике ?
  • Говори адрес.

 

2) ***

 

  • Девушка, девушка, — пронзительный женский голос доносился со спины. — Девушка, постойте же! — не унимался голос.

“Наверное, стоит обернуться, я ведь, все-таки, девушка,” — подумала Светлана, спускаясь по лестнице к перрону.

Она замедлила шаг, обернулась посмотреть, кому предназначалось обращение. Полная женщина средних лет с одышкой и свистком в руках бежала вниз по лестнице, выкрикивая трудно различимые в шуме прибывающих поездов слова. Женщина приблизилась к Светлане, остановилась, чтобы отдышаться.

  • Девушка, вы не слышали, я вам кричала! — не без злости набросилась она на Светлану.
  • Извините, я не думала, что вы обращались ко мне. А в чем, собственно, дело ? — с интересом, но в то же время с опаской спросила Света.
  • Девушка, вход в метро с животными строго воспрещен, неужели, вы не знаете!
  • Божечки, с какими еще животными ? — недоумевая, с улыбкой произнесла девушка. — У меня нет никаких животных.
  • А это что такое ? — почти издевательски спросила женщина, указывая рукой за спину Светланы.

Девушка обернулась и увидела за своей спиной грязного кудлатого пса. Пес стоял прямо за Светланой в сантиметрах пятидесяти от ее ног. Он стоял неподвижно, практически уткнув нос в колени девушки. Пес весь с головы до ног был покрыт грязью, от этого шерсть казалась черного цвета, в сбившихся кудрях скрывался разного рода мелкий мусор: опилки, кусочки глины и даже окурки. Светлана с ужасом взглянула на женщину.

  • Это не мое, — тихим голосом произнесла девушка.
  • Ничего не хочу слышать, он зашел следом за вами.

Делать было нечего. Светлана еще раз взглянула на пса, неужели, он действительно все это время преследовал ее. Она сделала пару шагов, пес последовал за ней. Немного кругами, чуть-чуть восьмеркой, картина не менялась, пес неустанно и смиренно шел за девушкой по пятам. Они вышли из перехода на улицу. Стояла чудесная солнечная осенняя погода. Один из тех дней, когда небо ясное, солнце жгучее, а ветер свежий, но еще по-летнему мягкий. Сегодня выходной. Люди такие веселые и безмятежные прогуливаются по улицам города, рассматривая друг друга, выставляя оценки тому или иному наряду, прическе, особенно, макияжу. Девушки надели свое лучшее платье, мужчины причесались, все дышит красотой и, вдруг, этот пес…

Светлана отошла к небольшой лужайке, обернулась, пес все еще был здесь. Она села на корточки, чтобы быть к нему ближе, чтобы рассмотреть, чтобы поговорить. Такое странное желание, но и единственное на тот момент.

“Откуда ты взялся, дружок…”, — почти шепотом, глядя собаке в глаза, произнесла Светлана,- “Откуда ты взялся? Ты, верно, давно бродяжничаешь, многое видел, бедняга, и вынес немало. Ты болен? А, может, ты зол? Когда в последний раз ты ел и что… Где ты спал, где гулял, с кем играл. Зачем ты нашел меня, а главное, за что?…”, — она помолчала с минуту, отвела глаза в сторону, тяжело вздохнула, и теперь уже уверенным голосом твердо произнесла: “Ну что же, дружок, для себя я все решила, теперь твой черед. Я собираюсь раздвинуть твою скудлаченную шерсть, чтобы посмотреть, нет ли у тебя кожных заболеваний, я загляну тебе в уши и даже залезу к тебе в пасть. Если ты ощетинишься или огрызнешься на меня, дружок, я оставлю тебя. Ты слышишь, оставлю.”

Света еще раз взглянула на пса и приступила к тому, что ему обещала. Она не щадила пса и с усилием раздвигала шерсть в самых нежных и болезненных местах, она оттянула одно ухо, затем другое, пес не издал ни звука. Подошла очередь самого опасного и неприятного испытания, нужно было одной рукой приподнять верхнюю губу собаки, другой нижнюю, чтобы посмотреть зубы, и если даже это не выведет его из себя, попробовать силой открыть пасть. Светлана долго ждала реакции, держа пасть открытой, но ее не последовало. Пес смотрел ей в глаза, ни один мускул не дрогнул на его теле за время испытаний. Он сделал свой выбор, он смотрел прямо и открыто, ни шагу назад, он знал, чего хочет, он знал, чего ждет.

  • Дай лапу, пойдем домой…

 

 

 

 

 

3) ***

 

В метро с собаками не пускают, а как добраться из центра другим транспортом Светлана не знала. Она вежливо остановила пожилую пару, молодежь бесполезно спрашивать, а эти, наверняка, помогут.

—  Нужно-то сменить пару автобусов, дружок, и мы дома. Только как же я затащу тебя в транспорт? Белая юбка моя после такого никогда не отстирается. Брось, не переживай, придумаем что-нибудь.

Они подошли к остановке, но стояли поодаль, люди вокруг бросали осуждающие взгляды на Светлану и презрительные на пса. Собака не проявляла и тени агрессии, сидела смирно рядом с девушкой. Автобус приближался к остановке, но Света не торопилась подходить. “Как-нибудь в самом конце. Не торопись, дружок, последними зайдем, чтобы никому не мешать.” Девушка двинулась к автобусу, пес шел за ней. Она подошла к самым дверям, не зная, что ей делать: взять собаку на руки, попробовать позвать его за собой ? Света поставила одну ногу в салон, чтобы двери автобуса не закрылись случайно. Пес угадал ее мысли, робко заглянул в салон автобуса, а в следующее мгновение  уже стоял на площадке рядом с перилами. Девушка последовала за ним. Светлана с собакой заняла пустую площадку в хвосте автобуса, взялась за поручень, пес сел в углу рядом с ней. Автобус тронулся… и люди тоже.

  • Ни стыда, ни совести. Сама вон, как вырядилась, а собака хуже черта! — сыпались упреки один за другим.
  • Уберите этого вонючего пса.
  • Собака-то бешеная, бешеная собака!
  • Понабирают шавок, спасу нет! Животное должно в будке сидеть, а не по транспорту скакать.
  • Блохи по всему автобусу, да что же это такое?
  • Выбросить их обоих, и дело с концом.

Проехав пару остановок, Светлана с собакой вышли из автобуса.

  • Не слушай их, дружок, не думай даже. У нас с тобой был тяжелый день, а у них, видимо, тяжелая жизнь.

Еще несколько попыток с автобусом не увенчались успехом. В одном кричали, что собака пачкает пассажиров, в другом боялись, что сидит без поводка и намордника. Светлана тоже переживала из-за того, что пес, хоть и ходит за ней, но совершенно свободно, без поводка. А, вдруг, он чего-то испугается, рванется и попадет под машину?! Нет, так больше продолжаться не может. “Мы идем пешком, и мы идем за подарками”.

 

 

 

 

 

 

 

 

4) ***

 

Пройдя несколько километров, им повстречался небольшой зоомагазин. Светлана подошла к двери, заходить с собакой было нельзя, но и оставить его одного никак невозможно. Девушка приоткрыла дверь ровно настолько, чтобы можно было разглядеть продавца.

  • Добрый день, мне очень нужен поводок и ошейник для собаки.
  • Добрый, для какой собаки ? — с недоумением спросила продавец.
  • Для этой, — Светлана открыла дверь шире, чтобы показался пес.

“Ну вот, дружок, теперь ты совсем культурный”, — приговаривала Света :”Теперь никто не посмеет косо на тебя посмотреть или обругать. Ты только погляди на себя, ты прекрасен! Ты идешь рядом со мной, будто всю жизнь так ходил. С тобой, верно, приключилось несчастье, может быть, ты потерялся? Это ничего, дружок, я тебя отмою, причешу, развесим объявления, и ты найдешься! Кто-то обязательно тоскует по тебе, иначе и быть не может. ”

Они неминуемо приближались к дому, где их никто не ждал. Светлана знала, как трудно будет уговорить маму оставить собаку. Совершенно понятно, что такие решения не принимаются в-одиночку, но пути назад уже не было. На пороге дома их встретил старший брат.

  • Верни это, откуда взяла! — гневно сквозь зубы прошипел брат.
  • Я не могу. Я не смогла оставить его, — сквозь слёзы отчаянья лепетала девушка. — Он выбрал меня, я не смогла оставить…
  • Мама, ну чего ты сидишь, ты не понимаешь, что происходит ? — переходя на повышенные тона, не пуская Свету в квартиру, не успокаивался он.

Минута тишины, то и дело нарушаемая тихими всхлипываниями Светланы, прервалась спокойным маминым голосом:

  • Что же теперь делать, веди его в ванную, будем мыть.

Брат в отчаянии стукнул кулаком в стену и отправился в свою комнату. Света подхватила пса, затащила его в ванную. “Затащила” — неверное слово, ведь он не сопротивлялся. Мама держала душ над собакой, пока Светлана пыталась вымыть всю грязь и мусор с длинной сбившейся шерсти. Этот процесс занял много времени и сил. Вся ванная покрылась грязью, а слив засорился. Это та малая цена, которую они заплатили за истинное преображение, практически чудо. Отряхиваясь и чихая, обтирая бока о стены и двери, размахивая от радости пушистым мокрым хвостом, по квартире бегал совсем уже не черт, нет! Это был необычайной красоты пес с белой, как снег, шерстью и только ухом чернее угля. Он обежал всю квартиру, затем вернулся к креслу, на котором сидела Светлана, и лег рядом.

  • Смотри-ка, белый! Кто бы мог подумать, таким чумазым он был, — в изумлении повторяла мама.
  • Белый, но не совсем. Ухо-то черное, ты видишь это? Или мы помыли плохо ?
  • Нет, оно действительно черное. Ты уже придумала для него имя ?
  • На вид он взрослый, года четыре, думаю. Наверняка, у него было имя. Его звали Бимом, разве можно было назвать иначе? Это ведь Бим! Самый что ни на есть Белый бим черное ухо.

Но они ошибались. Пес не отзывался на это имя, как и на любое другое, которое приходило им в голову. Раз подходящего имени найти не удалось, было решено оставить Бима. С того дня у Светланы появился вечный белоснежный спутник с ухом чернее ночи.

 

5) ***

 

  • Ой, да это же Бим! — улыбались прохожие во время прогулок. — Прямо как в книге! Признайтесь, вы специально ему ухо покрасили ?
  • Нет, с таким родился, — смущенно отвечала Светлана.
  • Чудо-то какое! А можно погладить ?
  • Он не очень общительный, но не укусит, гладьте, пожалуйста.

Пес привык к новому месту быстро, как и к новому имени. Казалось, для него ничего не имеет значения, если Света где-то поблизости. Бим совершенно не умел играть в игры. Он не приносил палку, не бегал за мячиком, не дергал зубами за поводок. Он не бегал по квартире, не грыз мебель, не лаял, услышав посторонний шум. Он не знал, как радоваться снегу, но искренне радовался, когда хозяева приходили домой. Он был чуднЫм стариком, и день за днем завоевывал любовь всех членов семьи.  Света очень привязалась к собаке. Вечерами, когда мама уже ложилась спать, девушка укладывала Бима рядом с собой на кровать, обнимала его и так засыпала, но каждое утро просыпалась одна. Пес страх как не любил лежать на кровати, возможно, его наказывали за такое поведение в прошлом. Каждый вечер для него был пыткой, но он ждал, когда Светлана уснет, и только тогда аккуратно выбирался из ее объятий и спускался под кровать. Через несколько месяцев Бима знал весь район. Увидев однажды этого пса, никто не мог его позабыть, а те, кто видел впервые, с легкостью угадывали его имя. Даже брат постепенно оттаял и принял собаку.

“Ты настрадался в прошлом, дружок, но, наконец, тебе повезло. Ты долго скитался, ты долго искал. Ты выбрал меня, и я спасла тебя. Мы будем счастливы, вот увидишь, мы будем!”- шептала девушка Биму на ухо… на черное, словно смоль, гладкое ухо.

Так шел год за годом и еще один год.

 

 

 

 

 

[ На этом я могла бы закончить, дополнив слегка, что жили они долго и счастливо. И мы успокоились бы, услышав историю о собаке, которая за годы несчастной жизни обрела семью и надежду на светлое будущее: на любовь, на ласку, на полную миску. Мы утвердились бы во мнении о том, что справедливость не просто громкое слово, о том, что за черной полосой неизменно следует белая, если только черная полоса не последняя…]

 

6) ***

 

В дом пришла болезнь. Она подкралась незаметно неслышно из-за угла. В пору, когда люди счастливы: подходит к концу старый год, и приближается новый. Когда квартиры, улицы и целые города украшены сотнями фонариков. Повсюду предпраздничная суета, люди дарят подарки, накрывают на стол. Каждый загадывает желание под бой курантов, жмурит глаза и так громко думает о нем, чтобы вселенная услышала именно это желание, самое важное, самое необходимое желание.

“Пусть он живет, Господи, пусть только он живет” — твердила Света ночь за ночью, сжимая собаку в объятиях.

Дни тянулись один за другим. Каждое утро перед работой и вечер после Светлана отвозила Бима в клинику на укол. Врачи не давали утешительных прогнозов, но не отказались попытаться помочь. Мужественно, иначе этого не назвать, Бим переносил уколы, лекарства, процедуры, постоянные обследования. Он безоговорочно доверял девушке и был готов к любым испытаниям, если она считала, что так нужно. Проходили месяцы, лечение не помогало. Бим медленно и болезненно умирал.

  • Мы должны помочь ему, — опустив глаза в пол почти шепотом произнесла мама.
  • Я не могу … не могу решить, — не сдерживая рыданий с трудом проговорила девушка.
  • Мы избавим его от боли, так будет лучше, ты мне веришь ?
  • … Да …

 

 

 

 

Осенним пасмурным вечером она собиралась в парк. Аккуратно собрала волосы в пучок, подвела брови, немного глаза, губы не трогала. Надела синие джинсы, которые носила с шестнадцати лет, байку брата, кроссовки на высокой подошве. Аккуратно подняла сумку, открыла входную дверь, чтобы выйти, вернулась, медленно подошла к шкафу, сняла поводок с крючка, зажала его в кулак:

  • Вот теперь можно идти.

 

Я похоронила его в центральном парке, там, где мы повстречались, где я обрела друга, а он надежду. Я похоронила его ночью, перепачковшись грязью, а он так и остался белым с одним только ухом чернее угля. На прощание я положила руку ему на грудь: “Прости…я не сумела тебя спасти”.

Возвращаясь домой, не видя дороги, не замечая огней, я споткнулась о камень. Только это оказался вовсе не камень. Свернувшись клубочком посреди тротуара лежал щенок. Он пискнул от боли, а, может, неожиданности, кряхтя поднялся на пухлые ножки, неуклюже отряхнулся, с трудом поднял тяжелый влажный нос, и заглянул мне в глаза…

  • Ну здравствуй, дружок!

(Николаенко Даша)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ответьте на вопрос: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.