Артём Белов. Профессионал (рассказ)

Это было одно из тех предложений, от которого нельзя отказаться. Мистер Лиман пришёл по адресу в заявленное время, но долго не мог найти нужный вход. Только спустя полчаса, обойдя весь дом вокруг на несколько раз, он решил не проходить очередной раз мимо двери, ведущей в подвал с вывеской «Ремонт обуви». Это, конечно, не то, чего он искал, но так как адрес был верным – его Лиман проверял неоднократно – он решил спуститься, хотя бы узнать, куда ему следует податься.

Потолок на лестнице был низкий, из подвала тянуло сыростью и теплом. Мистер Лиман спустился, слева, в узком проходе, его ожидала ещё одна дверь, она не была заперта. Он зашёл в неё, переступая через высокий порог, и, проследовав вдоль труб, он увидел впереди комнату, свет которой освещал бледно-зелёные стены подвала. Намеренно издавая шум, мистер Лиман надеялся, что кто-нибудь его услышит и ответит на его вопросы. Так и случилось. Не успел он подойти к комнате, как из её дверного проёма показалось два человека, двое невысокого роста мужчин, один из которых курил, а другой был в клетчатой рубашке. Воздух в помещении был настолько тяжёлым и сырым, что казалось в нём не находилось места для испускаемой струи дыма выкуренной сигареты, однако, запах табака мгновенно ударил в нос мистеру Лиману.

— Добрый день, господа! — приветственно сказал мистер Лиман.

— Здравствуйте! – сказал человек с клетчатой рубахе, а тот, что курил, не выговорил ни слова, рот его был занят папиросой. Лиман хотел было продолжить и задать интересующие его вопросы, как вдруг его перебил курящий (он тут же кинул сигарету в жестяную банку с водой, будто торопясь заговорить с новым гостем).

— Стало быть, мистер Лиман? Правду говорили, Вы и впрямь очень пунктуальны.

— Вы меня ждали? – спросил Лиман.

— Не совсем мы Вас ждём. Если Вы готовы, то можете оставить пальто на этом диване, и я Вас провожу, — он указал на старый диван с деревянными подлокотниками.

Лиман прошёл в комнату, воздух в ней был ещё тяжелее от табачного дыма. Мужчины проследовали в дверной проём на противоположной стороне. Он поспешно снял пальто, шарф кинул сверху и последовал за ними по неосвященному коридору, в конце которого всё же висела тусклая лампочка, устало испуская жёлтый свет. Во время движения к месту назначения между ними тремя повисла неловкая тишина, перебиваемая лишь скрипом мокрых ботинок пришедшего гостя.

— Я смотрю, тут совсем не обувь ремонтируют, хотя мои ботинки давно нуждаются в помощи мастера, — попытался сострить мистер Лиман, но мужчины, не желая разговаривать, сделали вид, что не слышали этого, от чего неловкость ситуации стала ещё более существенной.

Пройдя так десяток метров и вписываясь в повороты, в которые уверенно входили эти двое, перед собой он увидел ещё одну дверь, она как будто была не из этого помещения: в отличие от всего интерьера, дверь была новой и весьма презентабельной. До этого момента расслабленно чувствовавший себя Лиман, при виде этой двери вдруг начал раздумывать к кому его всё-таки ведут. Весьма странно, что до этого он думал обо всём вокруг, только не о том, куда он попал, кто эти люди и что они хотят предложить. Почему-то он сразу решил слепо довериться «ремонтникам обуви».

Дверь открылась, провожавшие остались в коридоре, любезно освобождая дорогу мистеру Лиману. Тот с полминуты был в некотором замешательстве, раздумывая о том, о чём не позаботился до прихода к этой, наверняка не маловажной, двери. Из проёма уже виднелись некоторые детали комнаты: тяжёлый шкаф, полки которого в два ряда были заставлены старыми книгами, мягкое кресло, застланное красной узорчатой накидкой, и, по виду, весьма не новый палас небольшого размера, но всё же сумевший уместить на себе огромное количество крошек и прочего мусора. Лиман, стоя за порогом, услышал голос из невидимого ему угла комнаты:

— Кто пришёл? Почему вы не проходите? Либо заходите, либо закройте дверь, пожалуйста.

Мистер Лиман не ожидал услышать такой резвый говор и добрую интонацию в столь душном помещении, поэтому, словно отбросив волнение, не теряя более времени, он сделал два уверенных больших шага и сразу оказался внутри.

За столом, который стоял поодаль от входа, сидел полный мужчина, на вид ему было около 50 лет. Его лысую голову накрывала мокрая от пота прядь волос, зачёсанная с левого края, призванная создать впечатление присутствия причёски. Сам он был полного телосложения, видимо, не очень большого роста (Лиман не мог определить это с точностью, так как господин сидел), одет в белую рубашку со слегка пожелтевшим от постоянной носки и трения о потную шею воротником, тёмно-серую жилетку, застёгнутую на все пуговицы, брюки и коричневые броги. Судя по всему, он приготовился к завтраку, но так как его прервали, они слегка привстал, и поприветствовал гостя, пожав ему руку.

— Пожалуйста, проходите, садитесь, — сказал хозяин комнаты.

После этого он опять присел на стул. На завтрак у него было жареное яйцо, кусок хлеба и крепко заваренный чёрный чай. Он поднял вилку со стола и аккуратно проткнул ей желток. Содержимое медленно вылилось на тарелку. Он переменился, непроизвольно улыбнулся, но на лице было больше чего-то хитрого, будто этим действием он совершил нечто особенное. В то же время он был словно раздосадован этим чувством, делая это каждый раз, употребляя на завтрак яйцо, привыкнув к такому элементу рутины.

— Садитесь, садитесь, чего стоите то? – повторил мужчина после действий с едой, — позвольте представиться, меня зовут Роберт Копп, а вы мистер Лиман, так ведь?

— Верно, — спокойно ответил Лиман.

— В таком случае, не буду задерживать Вас болтовнёй и сразу перейду к делу. Впрочем, дело весьма важное, и мы не пригласили бы Вас, не будь Вы так необходимы.

— Не совсем понимаю, в чём же важность?

— Об этом позже. Не знаю, сказал ли Вам Франц об оплате…

— Да он говорил.

— О, это замечательно, а то, вы знаете, я не особо люблю эти разговоры, они мне кажутся очень напряжёнными.

В комнату вошли двое провожавших мистера Лимана мужчин, они прошли и сели на стулья, стоявшие рядом друг с другом. Каждый их шаг был будто отработан временем, а стулья наверняка предназначались именно для них.

— Вы, как мне говорил Франц, геодезист? — продолжил Копп.

— Да, всё верно, — с энтузиазмом ответил Лиман, предчувствуя приближение к самой сути диалога.

— Впрочем, это не играет большой роли, гораздо важнее то, что Вы профессионал своего дела. А таковых в наше время не всегда можно найти. Вам в помощь для выполнения задания я поручаю Дитмара.

Мужчина в клетчатой рубашке оживился, очевидно, это и был тот самый Дитмар. Оживление было очень суетливым, глаза его забегали в разные стороны, то на господина за столом, то на приятеля, сидящего рядом, но никто не реагировал на него, только Лиман не понимал, что происходит и почему этот человек так взволнован. Дитмар будто совершенно не ожидал такого решения, но знал, что это необходимо, поэтому не проронил ни слова, и вскоре окончательно успокоился.

— Что ж, я сказал всё, что нужно, даже больше, — вставая из-за стола, объявил господин Копп, — в остальном Вам поможет Дитмар, он же Вас проводит в назначенное место и объяснит нюансы задания.

Он протянул руку Лиману чтобы попрощаться в то время как тот, недоумевая от сложившегося диалога, вынужденно тоже встал и принял рукопожатие. После Копп лишь добавил:

— Дитмар, сделай так, чтобы наш уважаемый мистер Лиман не чувствовал себя неловко. Теперь можете идти, — напутственная улыбка на несколько секунд застыла на лице хозяина комнаты, а его рука указала на дверь.

Наконец они вышли на улицу. Мистер Лиман жадно вдохнул полной грудью свежий морозный воздух, вытесняя им наружу ту тяжесть, которую накопил за время пребывания в помещении. У Дитмара всё обстояло иначе: ему не нравилась эта свежесть, видимо привыкнув к атмосфере подвала, он воспринимал её более комфортной для себя. На дворе стояла ранняя весна, солнце ещё не успело прогреть воздух, но с крыш домов уже свисали застывшие глыбы льда.

Дитмар стремительно шагал в назначенное место. На его лице было недовольство, вместе с тем он был полон решимости и гордости за то, что именно ему выпала честь выполнять это задание в такой прекрасной компании мистера Лимана.

Через час они уже были на месте. Для Лимана оно было не знакомо. Это была небольшая поляна, целиком застланная снегом, с одной стороны небольшой лес (через который они вышли минутой ранее), с другой – заброшенное трёхэтажное здание, обнесённое кованым железным забором. За этим зданием и с одной из сторон поляны проходили две пересекающиеся улицы. Казалось, что это место никто не замечал, оно было безжизненно для проходящих мимо людей, как и рядом стоящее здание.

— Вот мы и пришли, — вздохнув, произнёс Дитмар.

Мистер Лиман осмотрелся по сторонам и спросил:

— За всё время пути Вы не промолвили ни слова, Дитмар, а ведь Вам наверняка есть что мне сказать, хотя-бы про то… Да, я понимаю, что и сам несколько виноват поддерживая тишину, но я не понимаю, зачем мы…

— Не лукавьте, мистер Лиман, — перебил его Дитмар, рукой залезая во внутренний карман своего выцветшего за длительное время носки пальто, — мне всё о Вас известно, Вы настоящий профессионал.

Рука его вынесла из-под пальто револьвер. Лиман непроизвольно отшатнулся назад, его лицо резко изменилось, он испытал жуткий страх, не ожидая подобного действия от своего помощника.

— Зачем Вам пистолет? Что происходит? – дрожащим голосом с трудом выговорил Лиман.

На миг дуло револьвера указало прямо на сердце мистера Лимана и этого мгновения хватило, чтобы у него перехватило в горле и он полностью потерял рассудок. Но это была лишь неприятная необходимость перед следующим действием. Дитмар развернул револьвер в противоположную сторону так, что теперь он указывал точно ему в грудь.

— Вот, возьмите, — сказал Дитмар и, принудительно взяв безжизненную руку Лимана, вложил в неё пистолет.

— Что, чёрт возьми, происходит? – обречённо вскрикнул Лиман. Он собирался избавиться от оружия, откинуть его в сторону, но мёртвая хватка нового знакомого не дала ему этого сделать.

— Правда, я не ожидал такого решения от господина Коппа и Франца, — продолжил Дитмар, — но, поверьте, для меня большая честь работать с таким профессионалом, как Вы, мистер Лиман.

Второй рукой он положил палец мистера Лимана на курок и выстрелил. В одну секунду на его лице отразилась гордость за выполненное задание и досада, что так недолго он поработал со своим новым начальником. Он навзничь упал на снег, смерть наступила быстро. Теперь это было определённо мёртвое тело, чего нельзя было сказать о мистере Лимане: он был ни жив, ни мёртв, лишь балансировал между этими граничащими состояниями. Пистолет в его руках упал к ногам Дитмара. Всё было как в тумане, разум помутнел. Он оглянулся, посмотрел на оживлённую улицу в надежде найти поддержку, но люди словно не замечали этого происшествия. В голове у него не было разумных мыслей о дальнейших действиях, из-за этого ему ничего не оставалось, как побежать прочь с этого места. Неуклюже, на усталых ногах он вбежал в толпу людей, ощущая только безразличие окружающих. Он заглядывал им в лица, на которых не отражалось ни одной эмоции. В этот момент Лиман задавал себе вопросы, на которых, наверное, сам же хотел найти ответ, но никак у него этого не получалось: «Что же происходит, почему никто не схватит меня, не ударит, не повалит на землю за то, что я сделал? Они же всё видели, точно видели. Видели, что я убил человека. О чём они сейчас думают?». Поток людей проносился мимо Лимана как ночные фонари машин на автостраде.

Он бежал, неизвестно куда, местность для него была совершенно не знакомая. Только спустя полчаса он очутился в знакомом переулке, от которого до своей квартиры ему оставалось чуть более километра, туда он и направился. Поднимаясь по лестнице на свой этаж, он был вынужден останавливаться в каждом пролёте, в лёгких он ощущал тяжесть, холодный и неприятный пот проступал на лбу, его тошнило, но голова всё так же была пуста и непонимание происходящего только усиливалось. Уже когда до квартиры оставался один этаж, он почувствовал себя в некоторый безопасности, словно всё осталось позади, а быть может вообще не происходило. Последний лестничный пролёт он раздумывал о том, правильно ли он сделал, в первую очередь пойдя домой. «Может, стоило вызвать полицию? Или сходить в подвал, чтобы вытрясти всю информацию относительно этого происшествия и его значения?», — размышлял он про себя.

Но то, что он на мгновение забыл, вернулось к нему. Недомогание проявилось тогда, когда он подошёл к квартире. Всё это из-за торчащего между косяком и дверью клочка бумаги, свёрнутого вдвое. Никто из его знакомых, почтальонов или служанок не пользовался таким видом доставки письма, всё проходило через почтовый ящик либо вручалось лично. Поэтому у него не было сомнений о том, по какому поводу пришло сообщение.

Лиман подошёл к двери и двумя пальцами взялся за письмо, но не торопился его вытащить, развернуть и прочесть. Он на минуту задумался: «Неужели так быстро узнали о преступлении? Почему же тогда не схватили меня по дороге? Что же написано на этом листке бумаги? Быть может меня уже с самого начала, ещё до того как я вышел на улицу из душного подвала, приговорили к смерти?».

Минута прошла быстро, Лиман решился вытащить записку. С обратной стороны уже виднелись очертания букв, написанных мягким чёрным карандашом. Развернув бумагу, он увидел одну лишь строчку:

«Ваш чек, Марек Лиман. Вы настоящий профессионал!»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ответьте на вопрос: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.