Игорь Литвиненко. Уклонимся ли от бесчестия (эссе)

Хоронили одного человека. Давно это было, лет уже пятнадцать назад. Он работал в книжном издательстве, редактировал прозу. Местные литераторы – и маститые, и начинающие –  души в нём не чаяли, потому что он умел так отредактировать рукопись, даже самую лохматую, что она превращалась в шедевр. Ну, не в шедевр, конечно, это я так, для красного словца… Но помню, как авторы рукописей, даже очень самолюбивые, всегда соглашались с его правкой, даже благодарили. И было у него еще много достоинств. А самое главное из них сформулировал, поднимая поминальную стопку, один писатель, тоже ныне покойный: «Это был интеллигент в истинном смысле слова: он даже подлеца не мог обидеть».

Помнится, я тогда внутренне покривился. Мне показалось, что это не может быть достоинством интеллигента. И вообще никакое это не достоинство. Подлеца не мог обидеть… Да подлеца-то как раз и следует обижать! Он же подлец! Так ему и надо!.. И так далее в духе известного изречения, что добро должно быть с кулаками.

А время прошло, я повзрослел, набрался опыта жизни, стал умнее, покладистее и добрее. Но хвалиться нехорошо, пусть выскажутся окружающие. Да и не во мне дело. Я могу быть каким угодно, как и все остальные, а истина все равно одна-единственная на всех. Это правда у каждого может быть своя собственная – как те газеты, что еще недавно печатались и распространялись по всей стране победившего нас социализма: «Московская правда», «Камчатская правда», «Магаданская правда»… Никому в голову не приходило назвать газету «Магаданская истина». И правильно, что не приходила. Потому что это было бы очень смешно.

И вот я повзрослел, поумнел, подобрел… И фраза, произнесенная на давних поминках, время от времени вспоминается, и раз от разу я к ней проникаюсь каким-то… не согласием даже, а… сочувствием, сопереживанием. То есть еще не согласен, что не надо обижать, но уже догадываюсь, что иногда, в определенных условиях и при стечении некоторых обстоятельств такое может быть и объяснимо, и даже полезно…

Философия тут довольно сложная, согласен. Всякие христианские заповеди лезут на ум: не делай того, не пожелай этого, а если дадут тебе по правой стороне головы, подставь левую… Все это давно известно и поэтому так банально. Умозрительно можно принимать библейские заповеди в качестве этаких парадоксов, наводящих на размышление. Но как практическую жизненную программу?.. Не знаю. Вряд ли кому-то действительно удалось на подобной основе достичь практических положительных результатов.

Хотя, знаете ли… Может быть, если вдуматься… Если вспомнить, например, великого индуса Махатму Ганди… Ведь он всей своей жизнью доказал практическую эффективность принципа ненасилия. Точнее – ненасильственного сопротивления. И сумел убедить свой народ в эффективности этого принципа. Результат известен: индийский народ, руководствуясь принципом ненасильственного сопротивления, смог избавиться от колониального рабства. При этом даже британцы, проигравшие борьбу с индийским народом, до сих пор почитают Ганди как великого человека и бессмертного мудреца.

Или Дмитрий Сергеевич Лихачёв. Тоже поучительная жизнь и судьба. Человек очень книжный, в политических баталиях прямо никогда не участвовал, занимался всю жизнь языкознанием и другой филологией, а все-таки пострадал наравне  с многими политическими противниками Сталина, хлебнул лиха на Соловках, куда его упекли вместе с отъявленными уголовниками… И вот эти-то уголовники, разбойники-рецидивисты, дважды спасли ему жизнь. Лихачёв очень интересно вспоминает об этих людях. «Иван Яковлевич Комиссаров, бандит…» По имени-отчеству величает бандита. Не в знак благодарности за спасение, а просто иначе не может относиться к человеку – не только к хорошему, со всех сторон положительному, но и к заблудшему, падшему. «Даже подлеца не мог обидеть»…

Конечно, хорошо быть героем, активным борцом. Побеждать зло, утверждать добро. А жизнь не стоит на месте, и мы с вами видим, как иногда меняются местами эти, казалось бы, незыблемые понятия – добро, зло… Не дай бог жить в эпоху перемен, как говорили древние китайцы.

Трудно менять себя изнутри, соглашаться с тем, что еще вчера казалось таким неприемлемым и враждебным. Но когда бурление перемен затихает и устанавливается новое, непривычное соотношение добра и зла, в сухом остатке обнаруживается вещество, не подверженное никаким переменам, не ржавеющее ни в какой кислоте. При внимательном рассмотрении оказывается, что оно не такое уж сложное, состоит из небольшого числа этических элементарных частиц: самоуважения, чести, достоинства…

Из мутной воды всеобщего обновления чистыми выходят лишь те, кто руководствовался не правдой, а истиной. Кто не боролся за правду, не отстаивал в непримиримой борьбе свою честь, а всего лишь не принимал неправду и уклонялся от бесчестия. Как Дмитрий Сергеевич Лихачёв и еще многие, многие…

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ответьте на вопрос: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.