Венечка Пономарь. Заказ (рассказ)

За окном один из первых летних дождей поливал дырявый асфальт. По наполненным водой ямам туда-сюда сновали автомобили. При попадании колес в лужи водители матерились – это было видно по гримасам на их лицах и злобно шевелящимся губам.

На маленьком столике, вплотную придвинутом к большому почти панорамному окну, стояли два пузырька, — один желтого цвета, другой красного. Вокруг, словно замыкая их в стены, покоились четыре булки с горячими сосисками, приправленные острым соусом. Почти у самого окна исходила паром чашка с черным как обувной крем кофе. Леся задумчиво смотрела на эту конструкция, выбирая с какой же булочки начать. Она вытянула руку, но потом, представив, что соус размажется по щекам, а сосиска начнет выскальзывать из ненадежных тисков сдобы, передумала и взяла чашку с кофе.

— Питаешься?

Мужчина появился неожиданно, дверные колокольчики не звенели.

— Угу, — пробурчала Леся, ставя чашку на стол и вытирая салфеткой обожженные губы.

— Ну, тогда приятного аппетита.

Живоглот – так называли пришельца – уселся напротив и немного поморщился сквозь надменную улыбку, когда оглядывал стол.

— Никогда не понимал, что тебе так нравиться в этих забегаловках.

— Цены, Живоглотик, цены.

— Я тебя умоляю! С прошлого заказ и месяца не прошло, куда ты бабки деваешь?…

— А у меня семья большая в деревне, понял.

— Не похожа ты на деревенскую девчушку, — мужчина усмехнулся, потом посмотрел на стол и, выбрав одну из булочек, целиком запихнул её в рот. Теперь Леся поняла, за что его прозвали Живоглотом. – Ну да ладно, — продолжил он, виртуозно справившись с проглоченным. – Вот заказ.

Леся взяла конверт и извлекла из него фотографию.

— Ну и урод, — не удержавшись, выдохнула она, едва взглянув на изображение. – Страшнее тебя.

Улыбка сползла с худого лица собеседника.

— Киса, ты с выражениями поаккуратнее.

Повисла пауза.

— Оплата как обычно – в два захода, — нехотя продолжил Живоглот, уняв приступ гнева. – Камера хранения двести девять, там аванс, место, где ствол лежит, съездить, кстати, надо сегодня, Лысый завтра опять перебазируется. А информация о клиенте в этом, как его… ка…категорическом императиве Канта… Точно.

Леся положила фото в конверт и отдала его обратно – такую рожу трудно было не запомнить, даже если клиент был в солнечных очках.

— И ещё, должен тебя предупредить, хотя это против правил, конечно, но… Ты уже пятая по счёту, кто его завалить попытается.

— В смысле?

— Да в прямом, — в рот отправилась вторая булочка с сосиской. – Сначала хотели своими силами разобраться, направили ребят. Он с ними разделался как удав с мышатами, мы только одежду со стволами нашли. Потом само собой наняли со стороны. То же самое, только не искали никого, а этот ферзь живой и здоровый ходит… А исполнителя нет. Потом ещё одного подтянули. С этим сложнее, его хозяину в посылках прислали, в несколько заходов… С намеком, что он все знает, понимаешь, всё… Как, почём и кто заказал… Шеф, между нами, серьёзно так занервничал. Шутка ли, какой-то ком с горы авторитетного человека нагибает как последнюю маруху, вот и дал приказ: покончить с негодяем во что бы то ни стало. И вот я здесь. Ты – баба, у вас своя тактика, нам, мужикам, непонятная. Может и перехитришь его! В общем, подруга, думай сама, я тебя предупредил. Работа сложная, поэтому оплата особая. Если вывезешь дело, год, а то и два проблем знать не будешь. Ну а если нет – не серчай, каждый за своё рискует.

— Чем же этот супермен вам так не угодил?

Живоглот неспеша дожевал третью булочку, громко рыгнул и внимательно посмотрел на девушку. Вокруг распространился гнилостный запах.

— А это, красавица, не твое дело, — многозначительно сказал он. – Я тебе даю ровно столько информации, сколько тебе надо, чтоб хмыря завалить, всё остальное не твоя заботушка.

— И то верно. Сроки? – спросила Леся, с трудом сдерживая тошноту.

— Ты же знаешь, чем быстрей – тем лучше. Но с учетом сложности заказа на быстроте никто не настаивает, главное – результат. Но мой тебе совет – не затягивай.

Осклабившись, гость проглотил последний хот-дог, оставив девушку без обеда.

— У меня всё. Вопросы есть?

Она отрицательно покачала головой.

— Тогда пока, – Живоглот встал из-за стола, — сколько с меня? – спросил он, показывая на пустой стол.

— Подавись.

— Как знаешь, красавица.

Ушёл он как обычно, дверь отозвалась веселой трелью колокольчика.

— Уродец, — пробормотала Леся, допивая остывший кофе и глядя в окно на уходящего бандита.

Дождь всё ещё лил.

 

Заказ был странным. Насколько сложным сказать пока было нельзя. Клиента сначала нужно было отыскать, узнать, чем и как живет, его привычки, образ жизни, расписание, а потом уже определять сложность. Рассказ о том, как он расправился с людьми хозяина, Лесю впечатлил не особо. В большинстве своем так называемые кадровые бойцы как это ни банально были пушечным мясом, с минимальным количеством серого вещества. Тех, кто обладал умом, хозяин давно прибрал в свою особую свиту, на роль быков они не годились, иначе не приходилось бы прибегать к Лесиной помощи. В чем был прав Живоглот, так это в том, что бабе-убийце работать было проще, чем мужику. Мало кто мог заподозрить в хрупкой девушке опасность, поэтому подобраться к жертве ей было намного легче. Несколько первых не очень серьезных ребят, которые мало заботились о собственной безопасности, она завалила изображая проститутку. Потом клиенты пошли серьезнее, в работе с ними нужно было проявить фантазию, которой у провинциалки, неудачно попытавшейся покорить большой город, оказалось с избытком. Любимым способом убийства была передозировка инсулином, который вызывал кому и последующую остановку сердца, а следов не оставлял, так что обиженные братки никого не искали – это особенно радовало заказчиков. Таким вот образом она постепенно заработала авторитет в бизнесе смерти и за короткое время стала высокооплачиваемой убийцей.

Конечно, это не было делом жизни, и Леся прекрасно всё понимала, тем более, что такие люди сами долго не жили. Но сначала надо было чем-то кормить себя и младшую сестрёнку, которую она забрала с собой прочь от спивающейся матери и извращенца отчима. Потом собственные аппетиты возросли, сестра начала подрастать, соответственно увеличились затраты на обучение и содержание. Так и пошло. Вопросами нравственности убийца никогда не задавалась, так как не считала свое ремесло хуже, например того, чем занимались девочки на проспектах, попав в затруднительное положение, да и жертвы были редкостными подонками, которых искренне не было жаль.

Леся очнулась. Пустая и уже остывшая чашка плавно перекатывалась в руках. Кондиционерный воздух гонял по столу крошки от съеденных булочек, а на бумажных тарелках подсыхали пятна от горчицы и кетчупа. Девушка поймала себя на мысли, что перед глазами назойливо маячит безобразное лицо с показанной ей Живоглотом фотографии. Вроде бы ничего особенного страшного в нём не было, никаких внешних увечий, глаза закрыты солнечными очками, но искривление рта и какая-то неправильная форма, казавшейся на первый взгляд обычной, головы придавали жертве отталкивающую, даже жуткую внешность.

Девушка тряхнула головой, встала из-за стола и вышла.

 

Натки дома не было. Опять, наверное, собралась на дискотеку со своими мажорными подругами, а сейчас зависают в каком-нибудь дорогом кафе. Сестренка с определенного времени перестала считать деньги, как и её подружки, у которых папы и мамы были воротилами бизнеса.

На холодильнике была прикреплена записка с инструкцией, в которой подробно описывалась последовательность действий для разогрева еды. Леся даже не стала смотреть в ту сторону, аппетита почему-то не было. Она немного посидела в интернете, но ничего интересного не нашла. Потом посмотрела какую-то дребедень по спутниковому, на долго тоже не хватило. Когда заняться стало совсем нечем, девушка выглянула на улицу. Дневное ненастье сменилось солнечным вечером, день напоследок решил улыбнуться. Яркие лучи ударялись о мокрый асфальт и весело слепили идущих по нему прохожих. Было кощунством в такой день думать об убийстве, но работа есть работа, скоро надо было собираться за стволом.

Вдруг её взгляд привлек странный человек. Он вполоборота стоял у витрины цветочного магазина, расположенного напротив окон Лесиного дома, так, что лица практически нельзя было рассмотреть. Выглядел он весьма нелепо, но, в то же время, что-то пугающее было в его внешнем виде. Огромного роста, широкоплечий, просто гора мяса, не рельефных мышц, а настоящих – каменных. Любому качку с протеиновой рекламы он мог бы дать фору. На нём был одет странный плащ, больше похожий на военную брезентовую палатку, который был застегнут наглухо и свисал до колен. Из под плаща были видны широкие черные штаны, заправленные в безразмерные стоптанные берца. На голову, по размерам больше напоминающую спелую тыкву, был накинут капюшон.

Этот Кинг-Конг, несмотря на свои габариты и облик, так гармонично вписывался в окружающую обстановку, что Леся, разглядывая общую картинку, не сразу заметила, как он повернул голову. Глаза были закрыты солнечными очками. Но именно благодаря этому девушка узнала лицо, которое несколько часов назад видела на фотографии. Она невольно вздрогнула, а чудо-юдо подняло очки и уставилось прямо на неё. Вместо глаз на лице зияли два черных провала, по крайней мере так казалось издалека, разделения на зрачки и белки точно не было. Из всех многочисленных окон, имевшихся в многоэтажке, в которой жила Леся, громила выбрал именно её окно, в этом девушка была уверенна.

Она невольно отпрянула и задернула шторы. А потом, словно рысь за добычей, прыгнула к прикроватной тумбочке, в которой хранился дежурный тэтэшник. На дело она всегда ходила с разным оружием, от которого потом избавлялась сразу после выстрела, но для собственной безопасности всегда хранила отдельный пистолет в квартире.

Когда рука ощутила твердь знакомой, почти родной рукоятки, дрожь прошла. Оружие всегда придавало ей уверенности. Она подошла к окну и слегка раздвинула шторы, оставив узенькую щелочку для просмотра. Около цветочного магазина никого не было. Точнее не было этого огромного урода. Девушка ощутила страх. Она почему-то была уверенна, что это существо – иначе назвать его было нельзя – проникло в подъезд и поднимается к её квартире. Она на цыпочках подкралась к двери и застыла с пистолетом в руке, прислушиваясь к каждому шороху на лестничной площадке.

Но там было тихо. Никто не хлопал тяжелыми дверями, не скрипел лифт, не стучали чьи-нибудь ноги о бетонный пол. Леся выругалась и опустила пистолет. Нервы были на пределе.

— Ладно, — прошептала она, идя на кухню, — надо выполнить заказ и отдохнуть. Съездить куда-нибудь.

 

Сначала девушка зашла в библиотеку. На смене дежурил «свой» человек, который прикрывал книгу с информацией о клиенте на случай, если какой-нибудь чудик теплым летним вечером решит поштудировать старика Иммануила.

Потом девушка добралась до вокзала, где в камере хранения под номером двести девять забрала аванс и адрес, где её ждал Лысый со стволом. Выпила чашку растворимого кофе в вокзальном кафе и села на пригородный рейс, чтоб добраться к месту схрона.

Сведений о клиенте не было почти никаких. Обычно хотя б указывали места пребывания, автомобили на которых передвигается. В этот раз не было ничего. Несколько раз он появился в цветочном центре на главной площади, пару раз его видели на автовокзале. Больше никакой информации не было. Вот и попробуй найди человека без имени и адреса в городе-миллионике, будто Леся не наёмный убийца, а детектив по розыску экзотических монстров. Спасала только яркая внешность. Девушка вспомнила неожиданное появление клиента у её дома и невольно вздрогнула. В голове всплыл рассказ Живоглота о скорбных попытках целых пяти человек придать это существо земле, а особенно о последнем киллере, которого частями прислали хозяину. От всего этого ей вдруг стало не по себе.

За окном междугороднего автобуса начали сгущаться сумерки. Пассажиры, убаюканные рокотом двигателя и неспешной ездой по ухабистой дороге, практически все дремали. Ничего страшного они, слава богу, из себя не представляли, по крайней мере пустоглазых громил среди них точно не было. Обычные работяги и пенсионерки. Был ещё какой-то прыщавый юнец в огромных наушниках, который с отстраненным выражением лица смотрел в окно. На всякий случай девушка посмотрела на водителя. Он тоже был совершенно обычным рабочим гостем из ближнего зарубежья восточного направления. Всё это успокоило убийцу, и она постаралась отвлечься от тревожных мыслей.

В этот раз Лысый назначил свидание на старом заводе, от огромной территории которого остались рабочими лишь несколько цехов. Леся вышла на остановке, дорога от которой вела к проходной. Согласно корявой схеме, начерченной судя по всему самим Лысым, подойдя к центральным воротам ей нужно было пройти двести метров вдоль забора, где отыскать в кустах дыру, если никого не будет, то подождать, посыльный в любой случае должен появиться в течении пятнадцати минут.

Следуя указаниям и спотыкаясь в темноте, девушка взяла от проходной направо и через несколько минут наткнулась на заросли американского клена. Возле них стоял небольшой тентованный грузовичок, около которого сновали люди. Подойдя поближе, Леся узнала в одном из них Лысого.

— Что, имущество казенное разбазариваешь, — спросила она, подкравшись к нему со спины.

Он неохотно обернулся, но узнав старую знакомую, оголил свой беззубый рот в подобии улыбки.

— Да какое к чертям имущество. Так… хлам ненужный. Мужики, давайте быстрей уже, через десять минут обход вечерний, а мне ещё сетку задвигать.

В сторожке было душно. Пахло грязными носками и перегаром. Лысый, который, кстати, не был лысым, а имел довольно густую, хотя и сальную шевелюру, отодвинул несколько досок на потолке и из образовавшегося отверстия  извлек грязный сверток. Развернув ткань, он протянул Лесе «Зиг-Зауэр» с двумя магазинами, пачкой патронов и глушителем.

— Всё как обычно, по высшему разряду.

Девушка взяла сверток, проверила состояние ствола и глушителя. Убедившись, что оружие в порядке она убрала грязную тряпку со всем содержимым в принесенный с собой портфельчик, который доверху был набит косметической мишурой.

— Выпьешь?

— Нет, дорога дальняя. Лысый, скажи, а что это за клиента мне дали?

— Хех, а мне почем знать, твой же клиент.

— Не гони, я же знаю, что ты в курсе…

— Э-эх, красавица, — вздохнул сторож, — мое дело маленькое: нужен ствол – пожалуйста, ствол будет, какой угодно, хоть снаряд танковый.  Причем чистый, это уж я гарантирую. А вот что им делается и кого валить надо – увольте, этим я не интересуюсь. Меньше знаешь – крепче спишь, крепче спишь – дольше живешь.

Он внимательно посмотрел на молодую убийцу, а потом со вздохом продолжил:

— Знаешь, чего я никогда не понимал? Почему ты этим занимаешься. Красивая, молодая баба. Не можешь себе мужика что ли нормального и богатого найти и жить припеваючи? Ну да ладно, жизнь твоя, а смерть тем более твоя, её у тебя никто отнять не сможет… Слух тут правда по городу пополз, что завелся у нас боец какой-то, братву по чем зря крошит. Ребятушки нервничают, да всё зазря, никто ничего сделать не может. Не знаю, как к тебе это всё относится, но советую быть поаккуратней, а лучше не высовывайся вообще…

 

Лысый довел Лесю до прорехи в заборе, отодвинул скрипящую железную сетку, и девушка выбралась с территории завода. Она практически на ощупь двинулась по тропинке к проходной. Почему-то пользоваться подсветкой на телефоне не очень хотелось. Свисающий над крыльцом КПП фонарь выдернул из мрака небольшой участок местности перед ступеньками, и девушка увидела лежащую на боку машину, ту самую, в которую полчаса назад Лысый что-то загружал. Вокруг никого не было, а в воздухе висела тишина, которая иногда наступает после сильного ночного дождя. Леся на мгновение остановилась и осмотрелась. Если машина перевернулась, значит в скором времени должен подняться шум, а попадать в гущу событий ей совершенно не хотелось, тем более что в изящном портфельчике, болтавшимся за спиной, лежала уголовная статья с приличным сроком. Девушка шагнула в тень густых деревьев, мрак под которыми казался абсолютным, но уходить не стала, женское любопытство взяло верх над инстинктом самосохранения.

Ничего не происходило, что немало ее удивило. Но через некоторое время в проходной замелькал свет, а следом за этим раздался треск разбивающегося стекла. Рама единственного окна с грохотом упала на асфальт, а из образовавшегося проёма кто-то выбрался наружу. Леся невольно отступила назад и уперлась спиной в шершавый ствол дерева. Дыхание прервалось. Дышать просто было страшно. Казалось, что тихий ночной воздух громовым раскатом разнесет по округе каждый едва уловимый вздох, и она будет обнаружена.

Рядом со ступеньками стоял человек, которого она должна была убить и который наблюдал за ней у цветочного магазина. Он хищно вглядывался в темноту, словно пытаясь обнаружить ее присутствие. На нем были одеты все тот же безразмерный плащ, штаны, а ноги втиснуты в стоптанные берцы.  Клиент отвернулся, и выволок из оконного проема чье-то искалеченное тело.

Леся закрыла холодными руками рот, чтобы не закричать. За свою короткую жизнь она успела повидать много трупов. Но во всей этой обстановке было что-то такое, что заставляло останавливаться сердце: ночь, качающийся тусклый фонарь, темнота, перевернутая машина, монстрообразный человек, склонившийся над изувеченным телом…

Надо было бежать, и чем быстрей, тем лучше. Испуганная убийца согнувшись, начала двигаться вдоль деревьев, стараясь не шуметь. В это время чудовище легким движением огромной руки свернуло несчастному шею.

Под резиновой подошвой легких кроссовок хрустнула ветка. Треск эхом отразился от стен бетонного забора. В следующее мгновение монстр поднял голову и вытянулся во весь рост. Прятаться смысла уже не было. Ноги, отключившись от головы, сами понесли Лесю вперед по направлению к остановке.

Она бежала и слышала шаги, раздающиеся сзади. Размеренные и четкие, как стук солдатских сапог на параде. Шаги не приближались и не удалялись, а просто гнали жертву вперед, словно играли. Добыча превратилась в хищника, а хищник – в жертву. Где-то на задворках сознания мелькнула мысль о пистолете. Но достать и зарядить его времени бы не хватило. Взяв себя в руки, Леся заметила, что начинает выдыхаться. Дыхание сбивалось, ноги становились ватными, а тело покрыла противная липкая испарина. Из груди наружу начала подниматься волна, готовая перерасти в истерику.

Вдруг она заметила, что к остановке, до которой оставалось метров десять, приближается внезапно вынырнувший из мрака автобус. Колымага еле плелась по дороге. Но появившаяся медленная надежда на спасение предала Лесе сил, она ускорила темп и начала размахивать руками. Метров за пять до остановки развалюха начала притормаживать и остановилась. Двери со скрипом медленно распахнулись и наружу выбрался единственный пассажир. В этот момент девушка буквально подлетела к автобусу, на всей скорости врезалась в вылезшего на улицу человека и они почти в обнимку рухнули в ещё не успевшие закрыться двери.

— Ты чё делаешь, дура?! – возмутился задрипанный мужичек, держась за бок.

— Поехали! – крикнула обезумевшая девушка водителю.

— Эй, ты чё творишь?! – воскликнул бородатый водила, глядя в салон автобуса.

— Поехали! – завизжала Леся, а потом посмотрела на улицу.

Огромная фигура преследователя неминуемо приближалась. Он не ускорял бег, но двигался настолько целенаправленно, словно был точно уверен, что настигнет добычу, и для этого не обязательно было прикладывать дополнительные усилия.

Матерящийся пассажир поднялся на ноги, и хромая направился к выходу. Леся с силой дернула его за воротник грязного пальто, и он снова рухнул на пол.

— Поехали! – вновь завизжала девушка.

— Я те щас поеду! – водила завозился на своем сиденье и попытался открыть свою дверь, но замок заклинило. – Твою мать!

Монстр приближался, а автобус даже не думал трогаться.

— Закрывай двери и поехали!

— Да пошла ты, — буркнул бородач, воюя со старым замком.

Надо было что-то делать, иначе в ближайшие несколько мгновений это чудовище ворвется в салон и оставит внутри кровавое месиво из трех задержавшихся в этом богом забытом месте неудачников.

Леся сдернула со спины рюкзак, сорвала металлическую застежку и перевернула его вниз. На затоптанный пол старого междугороднего автобуса высыпались многочисленные предметы женского туалета. Последним с глухим стуком на пол выпал грязный сверток, переданный Лысым. Убийца схватила незаряженный пистолет и подлетела к водителю, который так и не смог справиться с проржавевшим замком. Он обернулся на шаги и уперся носом в дуло.

— Закрывай дверь и быстрей гони отсюда, замочу, — стальным голосом без истерик сказала Леся, знакомое ощущение в руке очередной раз успокоило её и заставило мыслить хладнокровно.

Бородач испуганно кивнул, выжал сцепление, включил передачу и, несколько раз нажав на газ, отпустил педаль, соединяющею двигатель с приводом. Старый железный конь неохотно проснулся и дрогнул.

— Быстрей, и дверь закрой!

Что-то заскрипело в конце салона, и ржавые створки поползли навстречу друг другу. За миг до того, как они сомкнулись, перед грязными стеклами появилась огромная фигура. Преследователь успел просунуть руку между створками и почти дотянулся до лежащего на полу очумевшего пассажира. Тот не в силах что-либо предпринять уставился на громадную лапу, выписывающую в воздухе безумные пассы. Автобус стал набирать скорость. Испуганный водитель жал на педаль акселератора и переключал скорости, будто вел не дышащий на ладан тарантас, а управлял скоростным болидом на гоночной трассе.

Леся подбежала к двери и ручкой пистолета начала изо всех сил бить по торчащей снаружи руке. Лицо за стеклом исказилось гримасой боли, но не отступило. Большие уродливые пальцы один за другим превращались в искореженное кровавое месиво, но по-прежнему пытались ухватить  хоть кого-нибудь.

Внезапно автобус сделал резкий маневр вправо, чуть не наехав на дорожный знак. В следующее мгновение раздался глухой звук удара, и уродливая рука выскочила из салона, наконец-то дав дверям закрыться. Леся посмотрела в заднее стекло и увидела как монстр кубарем откатывается от погнувшегося дорожного знака.

— Молодец, — выдавила она из себя, обращаясь к водителю.

— Кто это?! – спросил бородач, тоже глядя назад.

— Я и сама толком не знаю…

Пассажир забился в угол, поджав ноги и спрятав лицо в длинный ворот поношенной кожаной куртки. Беднягу колотила мелкая дрожь, а ещё было слышно как он стонет.

Леся устало опустилась на одно из сидений. Ей уже не было страшно, но дикая слабость наполнила тело. Она подобрала свои вещи, разлетевшиеся по салону, и наконец-то зарядила пистолет, так как не была уверена, что остаток пути они проедут спокойно.

— Куда ехать?

— В город.

— Может, в полицию позвонишь? – голос водителя дрожал, было понятно, что он пытается справиться с волнением.

— Пока не стоит, — устало ответила девушка, проблем ей и без правоохранителей хватало.

Прошло не меньше получаса. Колеса несли ржавый автобус по ночной пустынной дороге. За грязными стеклами разлилась темень, и разглядеть что-нибудь снаружи было практически невозможно. Мотор скрежетал изношенными агрегатами, выпуская в салон едкие выхлопные газы. Но это было неважно, главное, что внутри было безопасно. По крайней мере, хотелось в это верить…

Становилось жарко. Забившийся в угол пассажир, кажется, заснул. Он перестал стонать и трястись, вместо этого слышалось какое-то нервное похрапывание, одна нога распрямилась и вытянулась на полу, другая, согнутая, завалилась на бок. Леся смотрела вперед и напряженно думала, что же делать дальше. Когда она немного успокоилась и собралась с мыслями, стало ясно, что громила шёл за ней. Более того, он, кажется, уже после её разговора с Живоглотом знал о том, какой убийца получила заказ, кто она такая и где живет, ведь не даром он появился у цветочного магазина, прямо напротив её дома и даже смотрел в окно…

…Натка…

Девушка встрепенулась. Нужно срочно было предупредить сестру, чтобы уходила из дома. Конечно обычный человек, с разбегу врезавшись всем корпусом в металлическую трубу, да еще с покалеченной рукой, вряд ли быстро оклемается, если вообще сможет прийти в себя. Но этот монстр, чудовище и вообще непонятное существо, явно не был обычным, если вообще был человеком. Поэтому основная задача теперь – это добраться до вокзала, там поймать такси, забрать сестру и валить из города на тот случай, если урод решит заглянуть в гости. Леся больше не думала о том, как выполнить заказ, главное теперь было остаться в живых. Она извлекла из внутреннего кармана телефон, который посмотрел на неё черным треснувшим экраном и не отозвался на включение.

— У тебя телефон есть? – обратилась она к водителю.

— Батарея села.

— Чёрт… Ты можешь быстрее? – вопрос прозвучал с раздражением.

— Нет. Слава богу так едем, боюсь движок перегреть, тогда вообще встанем.

— А у тебя есть телефон?

Проснувшийся пассажир с недоверием посмотрел на девушку, сжимающую в руках пистолет, и отрицательно покачал головой. Леся выругалась, и начала пристально вглядываться в окна, пытаясь определить место, где они едут. Недавно навалившаяся усталость, чуть не сморившая её в сон, куда-то испарилась.

— Сколько до города?

— Километров десять, не меньше, — отозвался бородач.

— Черт, черт, черт!

Машин, двигавшихся в попутном да и во встречном направлениях не было. Единственной возможностью добраться до города была старая колымага, грозящая вот-вот остановиться. Девушка ещё раз попыталась реанимировать телефон, но ничего не изменилось.

Вдруг автобус тряхнуло, словно что-то врезалось в бочину. Он начал вилять по дороге. Водитель матерясь выкручивал рулевое колесо из стороны в сторону. После нескольких зигзагов ему удалось выровнять ход. Леся посмотрела в окно и увидела, как их догоняет монстр. Лица видно не было, но по общим очертаниям огромной фигуры она поняла, что это именно он. Да и кто же ещё мог ночью на пустой дороге гнаться за автобусом. Пассажир тоже заметил преследователя и вжался в свой угол.

— Дави на газ! Быстрее, этот урод нас сейчас догонит.

— Да не могу я! Не едет он быстрее.

Мотор ревел как первобытный динозавр, но скорость от этого не увеличивалась, только салон заволокло выхлопными газами.

Последовал ещё один удар. Автобус снова завилял, а находившиеся внутри люди покатились по салону. После второй атаки в районе двери образовалась большая вмятина.

— Стреляй в него, чё ждёшь! – послышался крик со стороны водительского сиденья.

Приняв удобное положение, девушка прицелилась, но потом поняла, что стрелять через окно будет проблематично. Схватившись за поручни, она с силой оттолкнулась и ударила ногой по стеклу. Но желаемый результат не наступил. Она повторила попытку, но ничего не изменилось – заляпанное вековой грязью стекло осталось на том же месте.

— Надо шнур дернуть, — раздался голос молчавшего до этого пассажира.

— Чё?

— Шнур надо дернуть и стекло выдавить.

Он быстро встал из своего угла, подбежал к окну и схватился толстыми грязными пальцами за ржавое колечко, которое девушка сначала и не заметила. Резинка, к которой крепилось кольцо, медленно поползла вниз, но, преодолев не больше десяти сантиметров пути, остановилась. По лицу пассажира было видно, что он прикладывает неимоверные усилия. Но ничего не получалось. Леся тоже подбежала к окну и схватилась за сопревшую резину. Вновь на автобус обрушился удар и девушка вместе с пассажиром потеряв равновесие на секунду повисли на шнуре и в следующее мгновение оба оказались на полу, сжимая в руках оборвавшийся кусок резины.

— Да стреляй ты уже! – орал водитель.

Автобус будто волокло по стиральной доске – заднее колесо лопнуло под натиском ударов.

Пассажир встал и, держась за поручни, начал бить ногами по стеклу. Он был обут в какие-то допотопные кирзовые сапоги, которые оказались намного тяжелей Лесиных кроссовок, и поверхность оконного проема начала покрываться паутиной трещин. Ещё немного и оно должно было сдаться.

Леся вытащила из кармана ствол и сняла оружие с предохранителя. Мужик очередной раз оттолкнулся и обрушился на стекло обеими ногами. Под тяжестью удара оно не выдержало и вывалилось наружу, а за ним в ночную тьму улетели ноги пассажира. Его руки соскочили с засаленных поручней, и он по пояс ушел в освободившийся оконный проем. В последнюю секунду мужик инстинктивно схватился за сиденье и кряхтя повис в таком положении.

Девушка снова поставила пистолет на предохранитель, убрала его в карман и кинулась на помощь к скользящему наружу пассажиру. Схватив его за руки, она с силой начала втягивать неуклюжее тело назад в салон. Он застонал и мертвой хваткой вцепился ей в руки, больно стиснув их. В этот момент из темноты вынырнуло страшное лицо преследователя. Тусклый свет, лившийся из салона, теперь позволял разглядеть каждую черту монстра. Очки были разбиты и нелепо висели на переносице, а изо рта и носа сочилась черная кровь – очевидно, удар о дорожный знак не прошел даром. Но пустые черные глазницы и хищный оскал не выражали ни грамма боли, они источали лишь ярость, такую, что Леся ощутила её всем своим нутром. Она уперлась правой ногой в сиденье и с силой потащила торчащего в окне мужика на себя. Но было уже поздно. Монстр на бегу схватил беднягу за шею  и одним движением вытянул его наружу. Девушка потеряв равновесие и отпустив пассажира, упала на сиденье, больно ударившись лицом. В следующий момент она выпрямилась и посмотрела в разбитое окно. Урод остановился, отстав от автобуса. В свете задних фонарей было видно, как он поднял над собой жертву и резким движением опустил на асфальт. Так он сделал ещё несколько раз, пока тело не перестало дергаться. Монстр посмотрел вслед удаляющемуся автобусу и пустился вдогонку.

Вспотевший водитель вцепился в огромный руль, который непослушно выпрыгивал из его мускулистых рук. Педаль газа давно сровнялась с уровнем пола. В салоне было непродохнуть. Он уже ничего не кричал девушке, а просто вытаращенными глазами смотрел на дорогу и пытался удержать непослушного железного коня в равновесии.

Леся потянулась за пистолетом. Сомнений в том, что монстр скоро их догонит, не было. И уж коль скоро стекло было выбито, нужно было стрелять. Но оружия в кармане не оказалось. Она растерянным взглядом начала осматривать салон, но пистолет не находился. Самое интересное было в том, что деться по большому счету ему было некуда. Девушка встала на колени и начала заглядывать под сиденья. Но ствола по-прежнему нигде не было. Очевидно, он каким-то образом вывалился наружу вместе с пассажиром.

В окне снова замаячила уродливая личина преследователя. Он протянул руки в салон, одной ухватился за боковину сиденья, а другой, изуродованной попытался схватить девушку. Вовремя сообразив, Леся отскочила. Монстр взревел. Ничего подобного она в жизни не слышала. Его уродливое лицо исказилось в еще более безобразной гримасе. Он подтянулся и почти влез в салон. Автобус сильно тряхнуло, и преследователь сполз назад, но удержался, цепляясь за сиденье.

Боковым зрением среди сизого дыма девушка заметила висящий у двери железный огнетушитель. Не долго думая, она схватила его, подбежала к чудовищу, пытавшемуся залезть обратно, и начала со всей силы бить его по уцелевшей руке. Рев, раздавшийся из широко разинутой черной пасти, на несколько мгновений заглушил звук умирающего двигателя. Контрольный удар пришелся по звериному оскалу. Изломанные теперь уже на правой руке пальцы, из которых сочилась кровь, соскочили с поручней, и огромное тело скользнула на улицу. Но монстр не сдался. Он уцепился за раму окна и, поровняв свой ход с движением автобуса, не дожидаясь, пока девушка снова воспользуется тяжелым огнетушителем, начал раскачивать машину из стороны в сторону. Сначала Леся уронила огнетушитель, который упал на левую ногу, и та отозвалась сильной и резкой болью, а потом рухнула на пол сама. Ощущение было такое, что машина плывет по штормящему океану.

Контроль над управлением был потерян. Рулевое колесо вырвалось из рук водителя и сделало несколько резких оборотов вправо. Машина потеряла скорость и под натиском сильных рук сначала встала на правые колеса, а потом вовсе легла на бок и, проехав по инерции в таком положении ещё несколько метров, остановилась, выпуская в атмосферу остатки выхлопных газов.

Леся открыла глаза. Попыталась пошевелиться, но тело отозвалось болью. Сначала девушка даже не поняла, что произошло. Ей казалось, что мир перевернулся с ног на голову. Но потом сквозь треснувшее лобовое стекло она разглядела мелькающий вдали светофор и все приобрело привычные очертания. Автобус лежал на боку. Двери и разбитое стекло были блокированы, выбраться через них было нельзя. Разбивать окна, которые теперь служили потолком, сил уже не было. Люк крыши, находящийся справа, был наглухо запаян. Единственным возможным выходом оставалась водительская дверь. Леся встала, превозмогая адскую боль, и сделала шаг. Под ногами затрещали осколки. Она посмотрела вниз и увидела в метре от себя пистолет.

— Где ж ты прятался, сволочь? – чуть не плача прошептала она и подобрала оружие.

Спереди кто-то зашевелился. Кровь в висках начала пульсировать с такой силой, что, казалось, сейчас хлынет наружу. Девушка резким движением вскинула руку с оружием, снимая его с предохранителя, и чуть не выстрелила.

— Ты там жива? – водитель сидел согнувшись и держался за ногу. Из разрезанной штанины торчал кусок стекла и сочилась кровь.

Она опустила руку и, стараясь не шуметь, добралась до раненного. Его бледное лицо покрывала холодная испарина. Острый как бритва осколок насквозь прошил ногу в районе икры, теперь о попытке бежать не могло быть и речи. Девушка оторвала кусок штанины и перевязала ногу чуть выше кровоточащей раны.

— Больно? – только и смогла выдавить из себя Леся.

— Потерплю. Что это за тварь?!.. Она ведь… где-то рядом ещё…

Сверху раздался звук удара и треск разбивающегося стекла, осколки которого посыпались на бородача. Он машинально закрыл голову, но появившиеся сверху руки с уже знакомыми переломанными пальцами одним движением утянули его наверх. Раздался крик, который резко прервался какими-то булькающими звуками, а потом наступила тишина, и тело тяжело свалилось вниз.

С водителем было покончено, теперь оставалась она. Осознание скорой смерти подняло в саднящей груди чувство, близкое к панике. И страх. Отправив в мир иной внушительное количество человек, пусть даже и не очень достойных такого удивительного дара как жизнь, убийца сама никогда не задумывалась, что же испытывают ее жертвы за миг до смерти. Хотя она почти никому не давала мучиться, беспощадно и быстро выполняя свою черную работу. Большинство из них даже не успевало опомниться.

Но в этом случае монстр очевидно захотел растянуть удовольствие, дав себе время посмаковать ее вкусный страх. Сначала, после того, как тело водителя рухнуло вниз, ничего не происходило. Потом сверху послышался звук тяжелых шагов. Сквозь грязные стекла чудовища не было видно – он ходил по другому краю. Леся как кошка, наблюдающая за скачущей по стене тенью, поворачивала голову то в одну, то в другую сторону, в зависимости от того с какой шел звук. Потом снова наступила тишина. Повинуясь инстинкту, девушка начала красться к водительскому сиденью. Можно было попытаться открыть дверь или разбить лобовое стекло и через него выбраться наружу.

Сзади затрещало стекло – чудовище прыгнуло в салон. В масштабах перевернутого автобуса монстр казался еще более огромным. Он пригнулся, так как не помещался в пространстве во весь свой рост, и хищно уставился на жертву. Леся аккуратно начала отползать, с ужасом глядя на охотника, загнавшего её в угол. Осколки стекла врезались в ладони, оставляя глубокие порезы, но она не обращала на это никакого внимания. Ее взгляд был прикован к существу, стоящему напротив нее. Вдруг монстр резким движением подался вперед и снова замер. Девушка взвизгнула, а на лице охотника появилось некое подобие улыбки, ещё более исказив уродливое лицо. Он играл с ней. Возможно, она была единственной его жертвой, которая смогла дать хоть какой-то отпор, сломав пальцы на обеих руках.

До лобового стекла оставалось совсем чуть-чуть, но это расстояние казалось непреодолимым. Сочащие кровью ладони горели огнем, на них  уже почти не осталось живого места. Монстр сделал ещё несколько шагов в сторону своей жертвы. Он будто раскусил вероломный план бегства и, протянув руки, схватил Лесю за шею. Ощущение было такое, словно горло зажали в огромные тиски и начали их плавно сжимать. Он приблизил ее лицо к своему и окунул девушку в вязкую черную бездну мертвых глаз. Ее словно бросили в холодную воду и заставили открыть глаза. Теперь она не чувствовала удушья, не чувствовала изрезанных рук и перекалеченного тела. Она ощущала только холод, безжалостно обволакивающий все вокруг и проникающий внутрь. Теперь ей было нечего бояться. Надежда на спасение, которая заставляет человека действовать и, порой, приводит к панике, испарилась, а с ней должен был уйти и страх. Она была в руках чудовища и секунды ее жизни были сочтены.

Но вдруг Леся ощутила какой-то дискомфорт. Что-то нарушало гармонию смерти. Это был карман. Правая сторона её куртки как-то неправильно отвисала вниз. Что-то тяжелое внутри создавало совершенно неуместное ощущение неудобства. Среди холодной черноты уродливых глаз неожиданно появился пистолет. Когда девушка подбежала к водителю, после того, как автобус перевернулся, она положила предназначавшееся монстру оружие в карман, и благополучно забыла об этом.

Что-то щелкнуло в голове. В скользкую от крови ладонь в который раз за вечер легла успевшая стать родной рукоятка новенького «Зиг-Зауэра». Теперь осталось сыграть в русскую рулетку – она не помнила, поставила ли его на предохранитель. Монстр ещё больше усилил давление на горло, и из последних сил девушка поднесла пистолет к его виску и нажала на курок.

Время застыло. Секунды превратились в минуты. Минуты в часы. А часы в маслянистую вечность, в которой уже не было ничего, кроме черного омута. Она даже не поняла, был ли выстрел, или курок застрял на середине своего судьбоносного пути, преграждаемый хитроумным механизмом.

Но маховик бытия внезапно закрутился с новой силой. В легкие с болью ворвался воздух, спиной девушка почувствовала болезненное падение на стекло, а за миг до всего этого голова чудовища дернулась в сторону, противоположную той, в которой был пистолет. Мощный удар свинца размозжил черепную коробку и выкинул ее содержимое наружу. Огромное тело последовало за ним и бездыханное тело охотника повалилось на бок.

Заказ был выполнен.

 

Леся подходила к своему дому. Быстро двигаться она не могла – пальцы на левой ноге были сломаны, а в придачу раздроблено несколько ребер. Из обеих ладоней торчали мелкие осколки, которые она не смогла вытащить по дороге, выбравшись из перевернутого автобуса. Кровь на них уже запеклась и неприятно стягивала воспаленную кожу.

Расцветало. У подъезда стояла скорая и несколько машин с синими мигалками, вокруг которых толпились люди. Сначала девушку никто не заметил. Она тоже не особо обращала внимания на толпу, главное было как можно быстрей добраться до квартиры и убедиться, что с сестрой все в порядке. Когда она подходила ко входу, ее остановил человек в форме.

— Постойте, с вами все в порядке? – спросил полицейский, оглядывая окровавленную и грязную девушку.

— Все отлично, — пытаясь сбоку обойти сотрудника, ответила Леся.

— Постойте, туда нельзя, — он схватил ее за плечи, не давая пройти.

— Да отвали ты! — раздраженно взвизгнула она. Потом, вывернувшись и превозмогая боль в теле, подбежала к подъезду.

Но дорогу ей преградили люди в синей спецодежде, вытаскивавшие на носилках большой черный мешок. Сердце яростно заколотилось в груди. Она снова подумала о монстре, стоявшем напротив её окон, и почувствовала, как холодный липкий пот начал покрывать тело. Страшная догадка осиновым колом врезалась в сознание. Леся остановила врачей и без объяснений расстегнула мешок, не дав никому опомниться. Из под разошедшейся в разные стороны молнии показалось синее лицо сестры. Выпученные глаза, налитые кровью, светились безжизненным ужасом, язык вывалился изо рта, а на шее виднелись два огромных кровоподтека.

Заказ был выполнен.

Леся уже мало понимала происходящее. Ее оттащили от тела и повели в квартиру, в которой все было перевернуто вверх дном. Кто-то спрашивал о том, что она делала вечером, что с ней произошло, кем приходилась ей покойная, вертели перед глазами пистолетом, который до недавнего времени хранился в прикроватной тумбочке. Но она не реагировала. Все это пролетало мимо. Девушка не чувствовала ничего. К ней подходили врачи, извлекали маленькими щипцами из порезанных рук осколки, забинтовывали их, заставляли дышать, производили множество нелепых и совершенно ненужных манипуляций с зачем-то выжившим телом. Но в итоге от неё все отстали.

Леся сидела на кресле и смотрела в окно. Туда, где начинал свою работу цветочный магазин. Неожиданно раздался телефонный звонок. Она машинально взяла трубку.

— Алё, ты чё мобилу выключила? – в трубке послышался знакомый голос Живоглота, — как заказ?

— Я. Все. Сделала, — отстраненно ответила Леся и сбросила вызов.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ответьте на вопрос: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.