Чарли Лемон. Robert Johnson (рассказ)

Переписка в интернете:
— Привет. Может тебе это покажется странным, но всё же..
Твой последний альбом сильно отличается от предыдущих, в нем полно злобы. К тому же, ты упоминаешь
дьявола чуть ли не в каждой песне, так же как делал Роберт Джонсон лет 80 назад. А так как ходит
легенда о том, что он на каком-то магическом перекрестке продал душу дьяволу в обмен на умение
играть блюз, напрашивается вопрос: не сделал ли ты тоже самое? Не заключил ли сделку с дьяволом?
— Привет. Необычный вопрос, но этого можно было ожидать, просматривая тексты моих песен. Ответ я
отавлю на потом. А сейчас у меня встречный вопрос: ты веришь в дьявола, бога и тому подобное?
— Проблема в том, что я не знаю во что верить. Думала ты поможешь мне найти доказательства. Или
опровергнешь мои догадки. Всё равно.
— Ладно. Как ты думаешь, рассказал бы я кому-нибудь о сделке, если бы она действительно состоялась?
— Если в контракте нет пункта о неразглашении инфорации, то почему бы и нет? Тем более, что Роберт
Джонсон, согласно той злополучной легенде это делал.
— Да. Но тогда публика в местных пабах не придавала особого значения высказываниям такого рода.
Разве что сплетни разлетались на всю округу. А в наше время можно запросто получить место в
психиатрической лечебнице.
— Не обязательно рассказывать об этом всем, кто берет у тебя интервью. Иначе конечно, каждый
психиатр будет «спать и видеть» как бы заполучить тебя в свои пациенты. И всё это будет
представлять собой рамку из зелёненньких долларов. А заинтересованным лицам нет смысла
распространять это дальше собственных мыслей.
— Хорошо. То есть, по идее я могу быть спокоен. А если Роберт Джонсон был действительно сумасшедшим?
Или просто-напросто врал? Может это ему казалось забавным. Кстати, я тоже могу врать.
— Был ли он сумасшедшим? Возможно. Врал? Он мог представить правду так, чтобы её посчитали ложью.
Ты хочешь сказать, что всё твоё творчество одна большая ложь? Не думаю. Не верю.
— Это радует. Иначе пропал бы смысл моей нынешней деятельности. А как же аллегория? Может быть? Или
нет?
— Я собственно и пытаюсь выяснить, она присутствует в альбоме или что-то другое.
— Подошли к самому интересному. Ну что же… Года 3 назад, так же как и ты, я не знал во что верить.
Всё ставил под сомнение. Меня мучила каждая мысль, проходящее через мой усталый больной мозг..
Знакомо?
— Конечно знакомо. Что было дальше?
— Я был в тупике. Начал понемногу разрушать свою жизнь, шаг за шагом спускался «в ад» всё ниже и
ниже. Ниже и ниже. Казалось, что вот вот опущусь на самое дно. И оно было почти достигнуто, поверь
мне. Но. Я вошел в тот бар с красно-белой вывеской. Она наполовину горела. И сейчас вижу её перед
глазами. В баре не было ничего особенного. Старое грязное место, где людям предлагают выпивку, и
ничего более. Этот бар стоял на перекрёстке. Для Роберта Джонсона особенным перекрёстком стал тот
неизвестный, а для меня, как показала практика, именно этот. В общем, сижу я, пью, и бармен пополняет
мой стакан время от времени. Чтобы тот не был ни полон на половину, ни пуст. И тут… Рядом со мной
садится какой-то неизвестный мне мужик. Начинает спрашивать о чём-то; я отвечал, но без особого
желания. Внезапно он сказал: «Парень, зачем ты сидишь тут и топишь своё горе? Не хочешь изменить
свою жизнь? {1} Знаешь, она не настолько плоха, как всем иногда кажется». Я отвечаю: «Да, и что
же ты можешь мне предложить? Что нового ты расскажешь?» «Чего ты хочешь?» «Ты кто, Господь БОГ? Зачем
тебе это?» «Ну вот опять… Почти. Придумай чего хочешь, выйди из бара и встань посередине перекрёстка».
Я отвернулся, а собеседник исчез.
Не придавая этому значения, я продолжал пить. Через некоторое время я выхожу из бара, так как делать
мне там уже совершенно нечего, и иду на перекрёсток. Жду. Думал уже уходить, как появился тот же самый
тип и спросил:
— Ну что надумал что-нибудь?
— Ты кто вообще и какое тебе дело до моих мыслей? Зачем этот перекрёсток? Ты в баре не мог продолжить
свои надоедливые размышления..?
— Конечно мог. Но там не было возможности сделать всё как надо. Подумай. Мы на перекрёстке и я
спрашиваю чего ты хочешь. Кто я? — его глаза странно сверкнули, — Ты знаешь, просто скажи это.
— Дьявол?
— О, аплодисменты! Именно так. Говори, чего желаешь.
— Ничего.
— Как это ничего?
— Ничего.
— Такого не бывает… Все чего-то хотят. Денег, славы, успеха. Любви в конце-концов.
— Ничего.
— И тебя ничто не привлекает?
— Уже нет.
— Ладно. А если у тебя будет всё, чего ты захочешь, ну в момент времени, когда у тебя всё же
появляются какие-либо желания? И, к примеру, будешь помогать мне в одном деле, пока живешь своей
обычной жизнью?
— И что же это за «дело»?
— Надо сбивать людей с правильного пути, подталкивать к тому, чтобы каждый из них совершил грех. И
потом их души будут моими. Выгодная сделка, как считаешь? Хорошо и тебе и мне.
— Ты что сам не можешь этим заняться?
— Я это и делаю. Но у меня много другой работы, тем более устаёшь наблюдать за вашими сомнениями.
— Почему я?
— Ты заблудшая душа.
— Наверно. И много у тебя таких как я? В прислужниках?
— Не так много как хотелось бы…
— У меня будет всё, чего захочу?
— Да. Только конечно слон тебе на голову не упадёт. Когда ты захочешь его вместо домашней зверюшки.
В пределах разумного.
— Согласен. Окей.
— Хорошо.
Дальше Люцифер вытащил из кармана антикварный нож с кристаллом на рукоятке. Порезал себе руку.
Передал нож мне. Я сделал также. Кристалл стал кроваво-красного цвета. Дьявол пожал мне руку со
словами:
— Договор вступил в силу. Нож можешь оставить себе. Ну, или сам придумай что с ним сделать. Он
одноразовый.
Улыбка люцифера сверкнула в темноте.

— Ох ты чёрт..
— Да, он самый.
— И… И что? Как ты выполняешь работу дьявола?
— Я раньше это делал. Предлагал людям варианты действий, которые сведут или уже свели их в могилу.
Главное то, что они меня слушали, и сомнений в их лицах я не видел. У меня появилось что-то типа
дара {2} внушения после встречи с НИМ. А за последнее время во мне что-то переменилось. Всё стало
слишком однообразным и… У меня совесть, что-ли, начала просыпаться.. Это странно, ведь 3 года я
ничего такого не чувствовал. Кажется просто мстил людям за то, какие они.
— Теперь понятно, откуда в альбоме столько злости… Ты получил плату за свою работу?
— Да. У меня действительно повлялось всё, что нужно. Новые нестандартные идеи, работоспособность,
росла аудитория нашей музыки. Мне не приходилось ничего доказывать. Это больше не требовалось. Ну и
маленькие радости, типа сосед вырубит колонки когда я хочу спать или магазин откроется ни с того ни
с сего, если мне понадобилось купить зубную пасту. После того, как я подтвердил твои подозрения, что
думаешь обо всём этом?
— Не знаю.. Я в шоке.
— Ладно, до связи. — написал он, подумав при этом:»И зачем я это сделал..? А, не имеет значения»,
взял гитару и начал водить по струнам.

Через день:

— Слушай, а оно того стоило?
— Тогда казалось, что да. Но нет. Определённо нет.
— Жаль…
— Не делай этого.
— Почему?
— Потому что всё надоедает. Хочется чего-то настоящего, а не слепленного из картона. Несколько
паршивых лет и вечность несоизмеримы. Без души не чувствуешь.

— Это твоя мечта?
— Почувствовать жизнь? Да.

— То есть сейчас ты похож на марионетку, привязанную глупыми желаниями?
— Что-то вроде этого. Несколько дней я живу один. Но как долго это будет продолжаться — не знаю. А
дальше мне придётся поискать себе солнечные очки.
— А ради чего всё это? Ради людей? Они всё равно рано или поздно умрут и врят-ли для них всех
предназначался кусочек рая.
— Справедливость должна же быть. Я делаю мир хуже в прямом смысле слова.
— Справедливость? Сильное слово. Когда она была в этом мире? Так же как свободная правда и вера в
будущее?
— Правильно, никогда. Но люди умирают вокруг меня. Знакомые, друзья, семья. Те, кого я когда-то
где-то встречал. Этот груз стал больше меня самого.
— Тогда не знаю. Это кажется слишком сложно. Надо что-то придумать.
— Поможешь?
— Почему-то люди вечно просят у меня помощи… Конечно.
— Может видят в твоих словах надежду..? Кстати, как зовут тебя?
— Конечно. А ещё думают, что я «ТО ОНО». Яна.
«Божья благодать… вот и ответ, — подумал он, намёк на спасение? Смешно. Но из этого может что-нибудь
выйти…»

Только он закончил мысль, как окно, выходящее на шумную улицу, начало трястись с нарастающей силой,
и когда стекло должно было уже вот-вот треснуть, всё мгновенно остановилось. В комнате воцарилась
тишина. Секунду спустя прямо перед глазами героя возник тот самый образ, а вернее внешняя оболочка
того, кого называют Люцифером. {3}
— Ты? Что тебе надо? — спросил герой, не выказывая должного удивления.
— А как ты думаешь, Джордж? Пораскинь мозгами хоть чуть-чуть!
— Не знаю. И знать не хочу. Раньше ты не жаловался, учитывая количество душ, мной отправленных ТЕБЕ
в преисподнюю.
— Да, оно так. Только дело в том, что ты кричишь о нашей сделке на всю округу, — сказал он, повышая
тон голоса и скривив рот в злобной усмешке, — сказал он, повышая тон голоса и скривив рот в злобной
усмешке., — Ладно всё бы ничего, но ты ещё и отговариваешь эту милую девушку от заключения договора.
Что забыл в чём суть твоей работы?
— Ради этого был бы рад и кирпичом получить по голове.
— Тише, прибереги злобу для людей. Сделай что-нибудь с настоящей проблемой и лучше заново открой
миру свой волшебный взор. Иначе пожалеешь.
— Ну и что ты сделаешь? У меня не осталось никого, а душа моя скоро пойдёт к тебе на съедение. Мне
терять нечего, — устало ответил Джордж.
— «Поживём — увидим»… — сказав это, падший ангел бесследно исчез из поля зрения музыканта.

Возвращаясь к интернету:
— Ты странно отреагировала на просьбу о помощи… Что за этим стоит?
— Хм… Почему когда помогаешь людям, в конечном итоге они считают тебя пустым местом? И думают, что
могут пользоваться твоей доротой и дальше без всяких последствий? Наверное, потому что у них
получилось добиться цели, а у тебя нет. Сарказм. Только единственное отличие в том, что ты ни у кого
ничего не просил или вообще не шёл ни к какой цели. Если тебе это не надо? А они только сравнивают тебя с
собой, говорят что надо делать, что лучше сделать, а потом опять сами же просят твоей помощи типа как
«услуга за услугу», а выходит совсем не по-нормальному. И ты просто смотришь кино с шизофрениками.
— Совсем все так себя ведут?
— Чаще всего они не осознают этого.
— Если только ты не преувеличиваешь.
— Возможно.
— Твоя правда.. Это значит, что ты передумала?
— На счёт помощи тебе? Нет. Просто взрыв старых эмоций.. Не знаю, почему сейчас.
— Смотри, мы противоположны друг другу. Я сею боль и ненависть, но в данный момент мучаюсь чувством
вины. Ты же, в свою очередь, делаешь мир лучше, но сейчас ненавидишь каждого, кто по нему ходит.
— Примерно так. Интересная мы с тобой парочка.. Ну ладно. Как думаешь выбираться из пропасти
отчаяния?
— Полчаса назад моё время на раздумья резко укоротилось. Думаю, для начала, надо уехать, и чем дальше,
тем лучше. Пока это всё.
— Далеко..? В Россию не хочешь прокатиться?
— Так значит ты ТАМ живёшь? Это идея. Какой город?
— Санкт-Петербург.
— Ок. То есть получается… Прилечу я завтра ночью. И что дальше?
— Придумаем. Напиши позже номер рейса, ок?
— До встречи.

«Хоть какой-то план действий,» — успокаивал себя Джордж, перешагивая появившиеся трупы в виде
галлюцинаций, появившиеся над пустыми коробками из под пиццы. Натыкался на углы мебели, но всё-таки
отыскивая нужные ему вещи. В том числе и солнечные очки.
«Где эти чёртовы очки? Любые, любые солнечные очки! О да ну..!» {4}
Через час Джордж уже был в аэропорту. Как в тумане, проходя на посадку, он прокручивал у себя в
голове последние слова Дьявола и, гневный монолог Яны о помощи людям. «Он слишком похожи…» «С
одной стороны, неизвестно сколько осталось времени до конца моей жалкой жизни, и успею ли я получить
удовлетворение от неё хотя бы в конце., с другой стороны это лучше чем сидеть взаперти и ждать
неизвестно чего. В воздухе витает положительная атмосфера.. Вроде бы. Да. Точно. Это она. А если
нет… Да, точно, это она. Чёртова паранойя. Надо хоть раз кому-нибудь поверить… К примеру тому,
кто ценит твоё время как своё собственное. И твоё творчество. И даже похож.. похожа чем-то». Он
открыл ноутбук, написал короткое: «рейс OK 887, 03.20», и закрыл глаза в предвкушении нескольких
часов спокойствия. Внезапно ощутив толчёк, Джордж проснулся. Голос пилота объявил, что они в Париже.
«Кажется пора прогуляться по терминалу..»
Пока он ходил по аэропорту Шарль де-Голль из одного конца в другой, меряя его шагами, и, сбившись на
2х тысячах с чем-то., Джордж пытался реанимировать в подсознании последние трупы, пришедшие к нему
в голову. «Это ведь смерть, что-то точно произойдёт…» Чувство тревоги, долго его не отпускавшее,
в итоге исчезло, и герой решил ненадолго отвлечься от реальности. Проговаривая что-то себе под нос,
он искал новые рифмы и изредка посматривал на часы.
Некоторое время спустя, все пассажиры были на своих местах, и самолёт готовился к взлёту. Странно, но
негативные мысли полностью отступили., наверное поэтому новая песня так сильно отличалась от последних.
Она была не такой суицидальной. Джордж записал появившийся текст в заметки. «Да, оно.» Четыре часа —
и добро пожаловать в Росссию. Забирая свой немногочисленный багаж, он пытался придумать
удовлетворительный план дальнейших действий. Так и не остановившись ни на чём конкретном, вошёл в
зал ожидания и увидел Яну, которая стояла у стены.
Шатенка небольшого роста стояла вдалеке от остальных ожидающих. Она обвела толпу стеклянным взглядом
и не найдя нужного человека, уставилась на какую-то точку посередине стены напротив. 30 секунд спустя
кто-то дотронулся до её локтя.
— Яна?
— Джордж..? Ничего себе… Ты на себя не похож, скорее на вампира, — она отвела глаза в сторону, как
бы сопоставляя факты, — ну в наше время.
— А ты лучше выглядишь, чем на фотографиях.. — сказал музыкант скорее себе, чем собеседнице.
— Прикольно, спасибо… А у тебя очки довольно забавные, — ответила она в недоумении.
— Первое, что попалось под руку. поверь, эти лучше, чем те, у которых стёкла разбиты. Ладно…
Время идёт, а дьявол скоро пришлёт своих псов..
— А. Ясно. Пошли отсюда..?
— Пошли.
— Центр или окраина города?
— Центр… Наверное, толпа людей лучше его отсутствия. Какое-нибудь неприметное место.
— Знаю такое место.
{5}

Они вышли из аэропорта. Джордж только подумал о том, что Люцифер может его навестить снова, но
отогнал мысль прочь. «Нет, сейчас точно нет…»
— Что-то тут пустовато… Едем на такси..?
— Ты уж меня прости, но поедем на метро. Как раз к открытию дойдём пешком.
— Тебе виднее. Идём.
Они шли по проезжей части, изредка подходя к самому краю дороги, чтобы ненароком не попасть под
колёса машин.
— Расскажи что-нибудь о себе, — попросил Джордж.
— Это не интересно. Поверь, моя жизнь скучна до безобразия. Работа, учёба и так далее.
— Не верю, честно, у каждого есть пара историй в багаже.
— Да, но хэппи энда не было ни в одной из них. Ты думаешь, мне просто так нравится твоя музыка?
— Кто знает..?
— Ты же можешь это контролировать?
— Не долго.
Герои остановились. Джордж снял очки. «Красивые глаза» — мысли Джорджа пролетели в голове Яны и она
не удивилась этому., в сам момент она посчитала это нормальным и почти приняла эти мысли за свои
собственные — она побледнела.
Джордж вопросительно на неё посмотрел, но не найдя ничего необычного в произошедшем, он пошёл дальше.
А она за ним.
— Вот оно моё проклятие… — сказал он, снова пряча глаза за тёмными стёклами.
— Не так уж и плохо…
— Как сказать.. Это продолжалось всего несколько секунд.
— Теперь я тебя боюсь — Джордж вопросительно на неё посмотрел, — Шутка.. Неудачная.
Шаг за шагом они приближались к метро, беспокойно осознавая, что совсем скоро предстоит искать выход
из непростой ситуации. Когда герои увидели надпись «вход», двери как раз открылись.
— Мы вовремя, — сказала Яна, подходя к кассе, — Интересно, это твоё адское везение?
— Я перестал замечать границу.
— Не важно.. Что есть, то есть. Два жетона, — она забрала монетки, — держи.
— Почему ты помогаешь людям если тебя не ценят? — они прошли на эскалатор.
— Что-то тянет меня это сделать. Ну, иногда мне приходится заставить себя, ведь сделать иначе нельзя.
— Мило…
— Правда.
{6}

Доехав до нужной станции, они вышли из метро и направились прямо в отель. По дороге каждый из них
думал о своём, но, похоже… Самое важное стало ясно. Либо Люцифер свёл двух своих приближенных, либо…
Оно правда так.
— О, мы дошли, — по дороге Яна уже несколько раз подумала о том, зачем отправила то письмо. Но, так
как в данный момент что-то изменить уже было нельзя, она взяла телефон.
— Что там?
— Да ничего, тебе наверно туда…
— Нет, сейчас, подожди, — сказал он, повернувшись и увидев банк с обменом валюты.
— Ладно.

Джордж зашёл в обменник, который находился прямо напротив «дома», в котором ему предстояло жить.
Получив несколько купюр в непривычной валюте, Джордж вернулся обратно. Яна говорила по телефону.
— Пойдешь со мной дальше..?
Яна закончила разговор.
— Пойдём.
— Кто может говорить так рано..? Работа?
— Типа того.. — она улыбнулась и они зашли в отель.
— Если бы ты сказала правду, смешная сцена получилась бы..
За стойкой регистрации сидел администратор, который закинул ногу на ногу и смотрел повтор футбольного
матча. Телевизор был старенький, так же как и табуретка, на которой он стоял. Банки пива видно не
было, но аромат солёных орешек был действительно сильным.
— Здрасьте, что угодно? Комнату?
— Да, — сказала Яна, — ему.
— На сколько?
— Точно не знаю, на пару дней.
Джордж положил деньги на стойку.
— Ваш ключ, — сказал хозяин гостинницы и протянул его Джорджу, — вверх по лестинице и направо, — он
опять уставился в телевизор, не проявляя ни малейшего интереса к тем, кто только что внёс скромный,
но всё-таки, вклад в развитие его угасающего бизнеса.
— Номер 8.
— Спасибо.
Герои пошли вверх по лестнице.
— Номер 8. Ну что же… — Джордж раскрыл дверь нараспашку, чтобы полностью увидеть комнату. — Главное,
чтобы ножки у кровати были не подпилены.
— Держи, — сказала Яна, протягивая очки Джорджу, — не хочу покончить жизнь самоубийством прямо здесь.
— Положительный настрой… Почему так?
— Не знаю, — ответила Яна и подошла к окну. За какие-то несколько минут небо стало серым и начался дождь, —
Потому что это твои очки.

{7}
Через несколько секунд она отошла от окна, посмотрела Джорджу в глаза и спросила:
— Ты чувствуешь сейчас, почему?
Джордж услышал дикий вой собаки.
— Слышала?
— Нет, только ты их можешь слышать. Или видеть. Мне правда жаль. Веришь..?
— Да.
— Похоже это просто смерть… Я тоже обычно не чувствую. Наверное я уйду лучше. — печально сказала
Яна и пошла к двери.
— Останься пожалуйста…
— Ты действительно этого хочешь..? — она посмотрела в глаза обречённому ещё раз.
— Да. На тебя же не действует, правда? — Джордж опустился на пол и прислонился к спинке кровати.
— Не действует.. — сказала Яна, забравшись на подоконник, — очки подействовали, а так нет.
— Скоро конец, а я… Опять не чувствую, ты права. Наверное чувства это смерть. Как вели себя остальные..?
— Бились в истерике, кричали. У кого-то начинался нервный тик…
— А что потом — спросил Джордж.
— Не знаю, я всегда исчезаю, когда повляются псы. Смерть в одиночестве… Что может быть драмматичнее?
— Наверное безграничное одиночество втечение всей жизни, — сказал Джордж, — услышав рычание и скрежет
когтей о дверь. — Они близко. Всё кончится здесь и начётся там. Интересно, что из себя представляет ад?
— Узнаешь совсем скоро. — Яна подавила грустный смешок.
— Не надо, только не вини себя. Это всё равно случилось бы. Посмотри потом сюда, — он указал на свой
телефон, в котором были строчки новой песни. Тут же увидел тень, скользящую по стене. Потом ещё
одну, и ещё… — О, теперь я их вижу. Вот и конец. Прощай безумный мир!
Яна с ужасом смотрела на дверь. Тепрь и она увидела адских псов. Они бились головами об дверь, лаяли,
царапали длинными когтями её снаружи и кусали, отрывая кусочки двересины. Девушка ничего не слышала,
но одной зрительной картинки было достаточно, чтобы она прижалась к краю подоконника как можно плотнее.
Она чувствовала их присутствие. Внезапно дверь жалобно скрипнула и с грохотом раскрылась настеж. Яна
перевла взгляд на Джорджа и резко отвернулась лицом к окну, с неистовой силой обхватив колени руками и
уронив на них голову. Джордж начал биться в конвульсиях, кровь полилась ручьями, но безумных криков
боли не было слышно. Только тихий предсмертный стон раздался с последними ударами сердца; и его
искалеченное изуродованное тело замерло.
Яна медленно сползла с подоконника и склонилась над бездыханным куском плоти, который за несколько
секунд до этого покинула душа Джорджа. Закрыв его глаза, она подняла телефон, отлетевший к стене.
Там оказалось написанно несколько строчек, которые, видимо, были последними в его жизни. Разбитый
окровавленный телефон нёс в себе столько положительных эмоций, сколько Яна давным давно не испытывала.
Она наклонилась совсем близко к трупу и… поняла что пора покинуть это место.
Уничтожив следы своего пребывания в комнате, она направилась к выходу, опустила голову вниз и оставила
Джорджа.
Без труда миновала встречи с хозяином гостиницы, мирно посапывающим перед шумящим телевизором, и безшумно
исчезла.
{8}

..
Двое не заметили, как они перешли в другое измерение., а последние минуты оказались всего лишь
галлюцинацией.
— С самого начала мы пытались решить только мою проблему… Хочешь поговорить? — спросил Джордж.
— Нет, нет. Не нужно, — Яна отошла от окна и села на кровать.
— Люди эгоисты, да..?
— Да, — она улыбнулась и устало посмотрела на Джорджа. Сквозь тёмные стёкла он разглядел, что с ней
действительно что-то не так, но сделал вид что ничего не заметил.
— Я тебе очень сильно благодарен.
— Я ничего не сделала, честно…
— Хотя бы за то, что не ушла.
— Не стоит, — она опустила голову так, что чёлка закрыла её лицо.
Джордж застыл на месте и, не моргая, смотрел вперёд. На стену. Просто так. Ну, потому что смотреть было
уже не на что. Разве что… Из сумки Яны выпал нож с таким же красным кристаллом на рукоятке, как тот,
который Джордж оставил в Нью-Йорке. Пауза сильно затянулась.

— Прости меня..
Нет ответа.

— Джордж, прости меня…
— Мой снова стал белым… И почему..? — он горько усмехнулся, — Оказывается, мы, воины тьмы, избранные для высокой
цели, просто пушечное мясо. Хочешь почувствовать себя частью чего-то масштабного? Пожалуйста. Но товар с истёкшим сроком
годности всегда выкидывают. Ты сожалеешь..?
— Да…
— Каким образом..?
— Я из другой категории. Если ты… говоришь, не чувствовал раньше… Да и кристалл выветрился раньше
времени… Это значит, что ты перестал чувствовать еще до заключения сделки.
— Ну да, ты права. Так почему ты сожалеешь то..?
— Один раз я не взяла телефон, когда человеку, видимо, нужна была моя помощь. Тот человек умер. Я
возненавидела себя. Если бы я сделала иначе, меня бы не лишили жизни. А так появился дьявол и
предложил работу. Теперь и я лишаю последней надежды тех, кто находится на краю пропасти. Для
меня их жизни ничего не стоят.

Они выключили свет.
Это было слишком смешно, но приятно одновременно.

{9}

 

==============================

Если вам понравилась история… И вы хотели бы увидеть продолжение на страницах журнала, скажите автору об этом! =) Небольшое денежное вознаграждение… И вы увидите новую серию!

Номер карты: 5213 2438 7361 0834, tinkoff.

==========================

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ответьте на вопрос: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.