Виталий Пажитнов. Пути судьбы, судьба и суета… (философская фэнтези-сказка)

«…О чём поёт ночная птица

Одна в вечерней тишине…»

К. Никольский и гр. «Воскресенье»

«Судьба, суды, судьбы и суета

Порою часто миг бесстрастный,

Смотрящий дальше на года,

И тщетность суетных сомнений

Что к нам заглянет иногда,

И безрассудность, что ведёт к победе,

И долгий путь,

Что верен нам всегда…»

 

 

 

1

 

 

Когда Эдвин вышел скрипнув легко за ним закрывшейся стеклянной дверью магазина на уже вечерний проспект большие настенные часы, возвышавшиеся примерно в 40 метрах от него показывали уже почти половину 8, и зажав немного поудобнее под мышкой небольшой пакет с 2 пачками кофе и 3 упаковками с вновь появившимся на острове весьма неплохим особым табаком (который до этого почти на 3 месяца исчез со всех прилавках из-за сбоя поставок с материка) он улыбнулся, посмотрел на уже близкое к горизонту солнце, закурил и неспешным шагом пошёл по украшенному разнообразными витринами и отсветами заходящего солнца проспекту. До наступления сумерек оставалось ещё где-то минут 30, и Эдвин неспешной походкой, слегка прихрамывая на совою левую ногу (последствия одного его немного неудачного загородного путешествия, когда он случайно скатился в совершенно невидную из-за лиан и тропической зелени недавно появившуюся и неожиданно осыпавшейся почти у него под ногами большую промоину), да, его левая нога ещё понемногу прихрамывала и он не спеша и иногда поглядывая на висевшие над близким морем довольно причудливые красновато-оранжевые облака уже приближался к большой Почтовой Площади, где его кстати довольно давно уже должны были ждать. До площади оставалось ещё примерно минут 10 неспешного хода, и он засунув руки в карманы и придерживая пакет с покупками подумал что день сегодня прошёл вроде-бы вполне успешно, и что Элиза… Да, а с Элизой он не виделся уже больше 4 недель, и последствия последней с ней встречи…

Да, а последствием последней с ней встречи явилось его почти двухнедельное содержание на загородной вилле мэра этого города в виде хоть и почётного, но всё-таки ареста, и только благодаря особым ходатайствам и попечительству свыше он 10 дней назад распрощался с этим загородным местом, в котором проходило его заключение и вернулся наконец-то к себе домой. Да, хотя через день у него и был очень серьёзный разговор с мэром, но в принципе всё это вроде было и не такт-то уж и плохо, да, а вот с Элизой, да а с Элизой он… Да, ага, а вот уже и площадь. Да, и интересно, а где-же здесь опять притаился Елор, что-то его опять нигде даже и не видно… Так, а если посмотреть в этом зелёном скверике, ведь как и раньше вполне возможно он может ждать меня там…

И Эдвин прошёл ещё шагов 20 по направлению к пёстро зеленевшему примерно метрах в 50 от него весьма уютному скверу с аккуратными скамейками и небольшим фонтаном посередине, как вдруг почти совсем над своим левым ухом он с небольшой улыбкой услышал очень хорошо знакомое и произнесённое довольно тихим и внятным голосом обращение:

— Да, а извини меня пожалуйста, но если не секрет, то куда ты сейчас так спешишь? Случайно не к этому-ли тенистому и прохладному скверу?

Эдвин обернулся и сразу-же с улыбкой увидел за своей спиной бесшумно идущего прямо следом за ним своего большого и довольно весьма необычного зверя. Да, это был Елор. Эдвин остановился, улыбнулся также вставшему рядом своему большому мохнатому товарищу и с небольшой улыбкой сказал:

— Да, а ты опять встречаешь меня совершенно бесшумно.

— Да, я просто стоял на той стороне площади, вон там, за углом, и увидев что ты уже подходишь сюда перешёл следом за тобою проспект и решив тебя не тревожить просто потихоньку пошёл сзади.

— Ну что-же, спасибо тебе за предусмотрительность.

Елор немного мотнул своей головой с двумя очень внимательными глазами и немного выдававшимся вперёд довольно острым носом, под которым располагалась и его большая пасть с двумя рядами очень больших и крепких зубов, опустился на задние лапы и почесав передней лапой вдоль своей длинной шеи спросил:

— Да, а ты как я понял шёл искать меня сейчас в этом небольшом боковом зелёном сквере?

— Да, и я сейчас даже сильно удивляюсь тому, что ты не там.

— Ну, а туда я сегодня просто не очень хотел заходить, — там сейчас итак довольно много посетителей. Да, и кстати, — как твоя нога?

— Ты знаешь, — а спасибо, — всё почти уже прошло. Только иногда ещё немного побаливает сверху, ну и ещё немного прихрамываю.

— Ну и потянуло-же тебя тогда идти по той дороге… Да ну ладно, это мы тебе поправим, и послезавтра утром никаких следов уже не должно и остаться.

— Да, а за это спасибо.

— Да что уж, впервой-ли? Вечно вас куда-нибудь занесёт, а потом лечи все эти ваши вывихи и травмы.

— Да, а здесь тебе просто большое спасибо, — лучше вас с такими поврежденьями просто никто у нас не справляется.

— Да ну ладно, — впервой-ли? Да и кстати, куда мы с тобой сейчас пойдём?

— Куда? Да конечно-же домой. Там ведь наверняка мы сможем и нормально поужинать, и в нашей гостиной как всегда найдётся и что-нибудь на десерт.

— Ну что-же, — кто бы возражал.

И Эдвин мигнул своему говорящему зверю, он немного встряхнув своей длинной шеей поднялся и они пошли по этому вечернему и пёстро украшенному огнями различных витрин проспекту к находившемуся сравнительно совсем недалеко оттуда небольшому переулку, в конце которого и находился их небольшой и очень уютный дом. Эдвин шёл чуть-чуть впереди, а Елор немного сзади, иногда немного приостанавливаясь и оглядываясь назад как будто бы пытаясь что-то рассмотреть или разобрать на этом уже покрытом довольно густыми сумерками проспекте.

Да, и наверное здесь нам уже стоит пожалуй немного приостановится и в нескольких словах уделить немного нашего внимания Елору и всем другим его собратьям, таким-же довольно весьма удивительным и необычным животным, которые сейчас обитали, увы, только на их большом острове и ещё на небольшом кусочке суши на материке, который отделял от этого острова довольно широкий и глубокий пролив. Да, а эти очень необычные и даже просто уникальные звери сохранились сейчас только на этих небольших и практически просто затерянных посреди огромных тропических вод кусочках суши, — да, только на этом острове и ещё хоть и немного реже на небольшом прибрежном участке на материке, где они тоже хоть и несколько реже, но также иногда встречались. Особенности этих, и по всей вероятности весьма и весьма древних животных были и правда весьма довольно очень достопримечательны, — их задние лапы были немного короче передних, мягкий и довольно длинный хвост совершенно не мешал их бесшумной и лёгкой походке (да и кстати, иногда когда это бывало нужно, они могли совершенно спокойно пробегать и достаточно большие расстояния с весьма завидной скоростью, спокойно достигавшей разгона до 55-60 километров). Прямо над передними лапами у них начиналась довольно высокая и широкая грудка, очень плавно переходящая в довольно длинную и гибкую шею, на верхушке которой очень уютно располагалась и немного нами уже описанная немного удлинённая и очень умная голова, снабжённая двумя двойными рядами очень острых зубов и двумя небольшими и очень зоркими глазами (которые кстати очень хорошо могли всё видеть даже и в самой полной темноте, почти что также ясно как и днём).

Да, и ещё Елор и все его собратья совершенно спокойно могли разговаривать и понимать практически любую человеческую речь (даже на самых необычных и весьма своеобразных языках), очень хорошо владели тем, что сейчас обычно называют телепатией и ещё многими совершенно неожиданными и необычными способностями (например такими, как совершенно неожиданно вдруг исчезать и становиться совершенно невидимыми и в это время совершенно спокойно перемещаться и бывать совершенно в различных местах), да и ещё они в совершенстве владели и совершенно особым и абсолютно уникальным даром «целительства», так что почти все ушибы и травмы, случавшиеся у жителей этого острова они исправляли и излечивали очень быстро и просто, и как им это удавалось всем оставалось лишь только догадываться. Да, и тот перелом, который случайно случился у Эдвина неделю назад его мохнатый друг довольно быстро немного над ним поколдовав просто уложил нашего героя спать, а когда он проснулся, то он уже спокойно смог встать на обе ноги, и единственное что у него ещё осталось от недавнего падения, — так это только эта небольшая хромота, которая по уверению Елора должна будет исчезнуть уже послезавтра утром.

Да, а сейчас Эдвин со своим покрытым мягкой гладкой шерстью четвероногим другом уже входили в свой небольшой переулок, в глубине которого и находился их небольшой двухэтажный дом (а если точнее – пожалуй даже и целый небольшой особняк). Подойдя к воротам Эдвин приостановился, вытащил ключи и открыв небольшую входную дверь пропустил вперёд Елора, потом вошёл сам и захлопнув входную дверь они пошли через довольно большой и обсаженный разнообразной пёстрой зеленью двор к дверям своей веранды (сразу за которой располагалась и их гостиная) и войдя внутрь Эдвин подошёл к столу, включил электрическую кофеварку и сказал своему спутнику:

— Да, а чашка кофе, да и ещё чего-нибудь перекусить сейчас пожалуй будут нам совсем не лишними.

— Ну знаешь, кофе ты пожалуй пей уж лучше сам, а вот насчёт перекусить… Да, у нас в холодильнике ещё должно остаться немного и моего прожаренного мяса.

— Да ты шутишь, — немного? Там ведь весь низ заставлен специально подготовленными пакетами с этим твоим лакомством, — ответил ему Эдвин и кивнув уже удобно устроившемуся на своём широком матерчатом коврике рядом со столом Елору (да, это было его обычное и привычное место) подошёл к стоявшему в углу холодильнику, вытащил аккуратно упакованную в полиэтилен вечернюю порцию своего друга а себе взяв из небольшого шкафчика сверху пакет с свежей пиццей ещё раз кивнув своему удобно устроившемуся на своём законном месте спутнику подошёл к столу и положив всё принесённое на стол также опустился в своё любимое хозяйское кресло. Потом немного потянувшись он вытащил из кармана свою любимую трубку, положил её на стол, немного зевнул и развернув вечернюю трапезу Елора положил большой кусок немного поджаренного мяса на широкий поднос, потом поставил туда ёмкость с чистой водой и поставив всё это перед лежавшим удобно устроив свою голову на передних лапах Елором налил себе уже заварившегося кофе и поудобнее устроившись в своём кресле также принялся и за свою вечернюю трапезу.

И через 20 минут налив себе вторую чашку кофе и посмотрев на уже покончившего со своим ужином четвероногого жильца он немного улыбнулся и взяв со стола лежавшую там трубку вытащил из пакета упаковки с купленным наконец-то табаком и сказал Елору: — Ну что-же, вот наконец-то у нас на острове и появился мой любимый табак, так что ты уж меня извини, но теперь тебе снова придётся потихоньку привыкать к этому табачному запаху.

— Да ладно, что уж там, в первый что ли раз.

— Да, а давненько его кстати не было.

— О, да, ты ведь где-то 3 месяца почти не курил своей трубки.

— Да, ты совершенно прав.

— Ну что уж тут поделаешь, теперь уж кури.

— О, большое спасибо, — улыбнулся ему Эдвин и забив наконец-то свою трубку взял большую зажигалку, прикурил и выпустив довольно большой клубок дыма немного помолчал, потом затянулся ещё раз и выпустив несколько табачных колец посмотрел на Елора и немного подумав довольно неспешно сказал:

— Да, а как ты думаешь, после моей последней встречи с Элизой как долго её отец будет держать её под надзором на их второй загородной вилле?

— Да нет, ты подожди, и если можно, то я немного сейчас подправлю твой вопрос, и извини, но те две недели, которые мы вместе провели под арестом на вилле нашего мэра, который просто пришёл в ярость после твоей последней встречи с его дочерью, и вышли мы так быстро только благодаря попечениям и особому заступничеству за тебя некоторых твоих знакомых лиц. Да, и извини меня, теперь ты меня ещё спрашиваешь?

— Да нет, скорее это я просто так думаю вслух…

— Ну что-же, а однако ты делаешь это с выражением и разборчиво. Ну что-же, что я здесь тебе могу сказать, — так как ты у нас фигура тоже достаточно важная и высокопоставленная, и как только губернатор острова узнал что наш градоначальник упрятал тебя под арест на своей вилле из-за твоей связи с его дочерью, то сразу…

— Да, то сразу-же пришло распоряжение и мы с тобою вышли на свободу.

— Да, совершенно верно. Да, а что касается мэра и его дочери, твоей несомненной и распрекрасной Элизы, то ты же ведь прекрасно осведомлён об его дальнейших планах выдать её замуж за сына главы всей нашей торговой и промышленной сферы Альгеро, и ты конечно-же прекрасно понимаешь что от этого плана он ни за что просто так не откажется, и что и мы, и все твои друзья и связи просто здесь бессильны.

— Да, ведь Эльмир, сын Альгеро через три месяца достигнет совершеннолетия и примерно через месяц после этого у них планируется…

— Да, совершенно верно, и хоть Элиза и многие из их родственников крайне против этого, да и сам Эльмир прекрасно зная о вашей связи и то что сердце Элизы прочно отдано другому тоже совсем не горит желанием вставать вам на пути, но извини, — но кто же будет у них спрашивать и кто же будет вообще их слушать, если всё вверху уже давно и прочно решено и согласованно, и остаётся лишь три – три с половиной месяца до этого числа.

— Да, три с половиной месяца, да, может быть только чуть-чуть больше…

— Да Эдвин, ты меня извини, но я прекрасно понимаю какая у тебя сейчас квадратная голова от всего этого, и ты знаешь, но советовать тебе сейчас чего-нибудь я уже просто не буду.

— Что, советовать?

— Да, только то что ты итак прекрасно знаешь, — не спешить с какими-либо выводами, и может быть за это время вы и найдёте какой-нибудь выход.

— Да, спасибо… Да, а пока мы с тобой разговаривали, моя трубка уже вся догорела, — придётся забивать её по новой. Да уж, давно я не курил нормального табака.

— Ну, а пока ты это делаешь я пожалуй также ещё немного поужинаю, — ответил Елор и пододвинув немного поближе специально отложенный «на закуску» довольно приличный кусок своего ужина глотнул немного воды и с удовольствием принялся за завершение этой вечерней трапезы.

А Эдвин тем временем включил ещё раз чайник, забил свою трубку и выпустив ещё один густой клубок дыма немного подумал, и решив что пожалуй сделать здесь хоть чего-нибудь они пока бессильны, что стемнело уже почти что полтора часа назад, и что ещё… И что ещё у них с Элизой есть ещё почти четыре месяца, и что за это время какое-нибудь решение… Да, и что за это время какое-нибудь решение или какой-нибудь выход должен быть найден. Да, хотя ситуация эта и не очень простая, но ведь и он – Эдвин Кентон, и ещё к тому-же… Да, и до чего-же ведь это прекрасный табак, — подумал он выпуская ещё одно облако дыма и сквозь него небольшую и ровную струйку дымчатых колец, — да, а табак то ведь просто прекрасный, да, как давно его не было…

— Пфы, — и не так уж и давно, а всего лишь три месяца не было здесь этой твоей любимой отравы.

— Да, а в этом ты прав. Ну что, ещё немного посидим, и пойдём спать? Ты где будешь спать, — опять здесь?

— Да, здесь, внизу. Только вот пожалуйста, когда будешь подниматься, приоткрой немного наше окно, пусть немного проветрится, а то мне опять приходится прятать свой нос в свою подушку от этого табака…

— Да, извини, но я забыл что ты чуть-чуть от этого отвык, — сказал немного улыбнувшись Эдвин и поднявшись приоткрыл широкое окно веранды. Да, а ты как я вижу последний год очень полюбил спать здесь, внизу. Да, а ведь второе твоё ночлежное место там, на втором этаже во второй нашей гостиной тоже ведь когда-то тебе очень нравилось, а в последний год ты там почти что и не появляешься…

— Да, ты совершенно прав, сейчас я больше предпочитаю это место, — да, тут и подниматься никуда не нужно, и вообще мне здесь как-то попривычнее.

— Да, ну это уже как тебе больше нравится. Ну ладно, минут через 10 здесь всё уже должно проветрится. Да, на ночь закрывать тебе окно?

— Спасибо, а закрывать его совсем не обязательно.

— Ну что-же, ты тогда располагайся, а я сейчас допью этот чай и тоже пойду к себе.

И просидев ещё минут 15 Эдвин поднялся, взял со стола свою любимую трубку и неспешно поднялся к себе на второй этаж, где у него располагались спальная, его рабочий кабинет, библиотека и вторая гостевая гостиная. Он открыл окно, немного постоял глядя на яркие южные звёзды, потом подошёл к столу, посмотрел некоторые лежавшие на нём бумаги и после этого пошёл к себе в спальню.

 

 

 

2

 

 

И пока Эдвин Кентон и его мохнатый и очень сообразительный друг и советник спокойно отсыпаются в своём уютном жилище, мы пожалуй воспользуемся этим весьма благословенным моментом и пока наши герои мирно спят и досматривают свои ночные сны пока на время их оставим и отдадим всё-таки достаточное должное, описав наконец-то то место действия, где потихоньку протекает эта наша повесть, и ту страну где происходят почти все эти события.

Итак, Лэндтерна находилась на одном большом и живописном острове, находившемся в достаточно жарком тропическом климате на 20 градусе южной широты, и берега её обильно омывались очень тёплыми и весьма богатыми всякой разной и разнообразной морской живностью океанскими водами. Народ Лэндтерны был очень добродушным и миролюбивым, власть на острове представляла из себя довольно прочно устоявшуюся и весьма стабильную конституционную монархию (которая стала конституционной где-то около 70 лет назад), но всё равно роль президента и монарха почти всегда играло в ней одно лицо, — это всегда были достигшие совершеннолетия и получившие уже достаточную практику в ведении различных политических и государственных дел и правления члены большой венценосной семьи (чьи предки бессменно правили этим островом уже гораздо больше трёх столетий) и собственно вся президентская и королевская власть передавалась в ней всё также, по наследству. Очень важную и часто просто судьбоносную роль во многих основных вопросах обычно исполнял особо приближенный к «Их Сиятельству» и возглавлявший «кабинет министров» (или точнее – какое-то его подобие) обычно дальний родственник монарха, носивший яркие погоны и титул «Губернатор острова», следом за ним шла небольшая иерархия во главе которой стояли 14 особо уполномоченных избранников, или точнее – мэров 14 основный Лэндтернских городов, собственно и представлявших несколько своеобразный «кабинет министров», а за ними следовал уже и довольно цивилизованный парламент, который в отличии от всех остальных высших органов власти каждые 7 лет торжественно и с помпой выбирал из особого числа особенно заслуженных избранников собственноручно уже сам народ (чему он был особенно и иногда почти что до восторга рад, и каждый раз такие выборы обычно превращались просто в праздник).

Что касается международного положения Лэндтерны, то оно также было и достаточно прочным и в достаточной мере стабильным. Лэдтерна как всегда привычно и не одно уже столетие вела весьма оживлённую торговлю и с многими ближайшими с ней странами, и со странами Европы и Ближнего Востока, а также и довольно успешно и с многочисленными странами Северной и Южной Америки. И хотя этот большой южный остров находился и несколько в стороне от основных больших морских путей, но всё равно не смотря на это все его порты всегда были просто заполнены всякими всевозможными морскими торговыми, пассажирскими и другими прочими судами и лайнерами. Что касалось предметов экспорта, то островитяне весьма успешно торговали различными и очень разнообразными морепродуктами, во многих и близких с ним странах а также и в некоторых странах Ближнего Востока и Европы очень ценились их всевозможные сувениры и прочие разнообразные резные изделия из коралла и красного и чёрного дерева, на острове активно велась добыча жемчуга, а в последние десятилетия на острове также появилось и совершенно неплохо налаженное производство всевозможных электротоваров – хозяйственной и бытовой электротехники, телефонов, телевизоров, небольших ПК и разных приспособлений и всевозможных атрибутов к ним и к этой части. Так что Лэндтерна была к этому времени уже довольно процветающей и развивающейся страной со своим флотом, армией и многочисленными консульствами и посольствами в различных точках мира.

Лэндтерну отделял от основного материка довольно широкий и глубокий пролив, сразу-же за которым находилось и другое, очень похожее и такое-же древнее государство Аркадия, которое связывало с Лэндтерной очень давнее многовековое соседство, которое конечно-же как всегда это бывает иногда и сопровождалось небольшими вспышками небольших конфликтов и разногласий, которые неизбежно всегда кончались взаимными и многократными дружескими заверениями о мире и согласии, мирном и дружелюбном соседстве а иногда и совместными вооружёнными походами на некоторые другие «вдруг что-то себе позволившие» и частенько даже и весьма довольно отдалённые государства. Аркадия также была страной очень давней и очень прочно укреплённой монархической власти, но вот только в отличии от Лэндтерны небольшая приставка «конституционной» в укладе их государственного строя увы, практически полностью отсутствовала (несмотря на их такой-же довольно крупный прыжок и прорыв в научно-технической, образовательной, коммерческой и международной сферах). Языки Лэндтерны и Аркадии практически ничем друг от друга не отличались, как с острова так и на материк постоянно курсировали большие туристические паромы и лайнеры, и многие из жителей этих стран имели между собой постоянные дружеские и родственные связи.

Да, и ещё пожалуй мы увы, но мы можем отметить и то, что к моменту описываемых нами здесь событий обстановка в Аркаде была не очень то благополучной и что последний из представителей правившего там не один уже век королевского клана в возрасте 69 лет вдруг очень сильно и внезапно занемог, и так как никаких детей или других законных наследников престола у него к тому моменту увы, уже не было, то и вся обстановка в стране была уже просто крайне напряжённой (да, по сути там шла уже почти открытая борьба за власть различных претендентов и как будто бы «наследников», и вся страна была уже почти на грани больших гражданских смут, а может быть даже и войн).

Ну что-же, вот такую вот картинку представляла из себя та страна, в которой протекает действие этой нашей повести, её ближайшие соседи, её общественный статус и положение и я надеюсь что пока наши герои мирно отсыпались в своём небольшом и весьма уютном особняке мне удалось дать читателю небольшое представление о том месте действия, в котором и будут происходить все дальнейшие события этого повествования.

Да, а Эдвин Кентон, официальный представитель Губернатора острова по наблюдению за работой 4 основных заводов по производству различных высокоточных изделий с микроэлементами, очень часто используемых в государственных технологиях (а особенно в военных и навигационных целях) сейчас мирно спал на втором этаже своего дома, на мягком коврике на первом этаже положив свою голову на небольшую мягкую подушку также спал и его четвероногий друг и советник (я думаю что совсем не стоит скрывать того, что этот очень неглупый и очень часто просто незаменимый представитель совершенно почти уже исчезнувших на нашей планете животных был его самым полным и самым надёжным доверенным лицом) и в приоткрытые окна обоих этажей совершенно беззаботно влетала обычная утренняя перекличка весьма разнообразных и разноцветных тропических попугаев, разбуженных уже минут 30 назад поднявшимся над океанскими водами большим и тёплым южным солнцем.

Да, Эдвин спал, его мохнатый друг тоже и до половины восьмого (а именно на это время был включён его будильник) оставалось ещё без малого почти три часа. Ну что-же, не будем их пока тревожить и мешать их безмятежным сновидениям, но пока они мирно досматривают свои утренние сны мы пожалуй успеем ещё чуть-чуть отвлечь нашего читателя и сообщить ему ещё одно довольно немаловажное сведение о нашем герое, — да, ведь ещё бы, ведь ко всему нами уже сообщённому у сера Эдвина Кентона (а именно таким было его полное и сан и должность) была и ещё одна и особенно ему доверенная обязанность, — да, он ко всему ещё и числился при свите у «Его Величества» в совершенно особенной и очень почётной должности смотрителя и попечителя за особо любимыми и «Его Величеством» и вообще при дворе и очень бережно оберегаемыми Королевскими кречетами, — да, а эта обязанность обычно возлагалась только на особые и особенно доверенные и удостоенные этого плечи. Да, но пока мы освещали эту, ещё одну подробность и заслугу нашего главного героя яркое солнце уже достаточно давно и хорошо осветило и весь этот большой, почти полностью покрытый зеленью и украшенный в самом центре несколькими большими горными вершинами остров, и этот второй после столицы по статусу большой портовый город, и поправив своё чуть-чуть сползшее лёгкое одеяло Эдвин перевернулся на другой бок, попытался устроиться точно также как раньше и досмотреть остатки какого-то немного смешного и почему-то очень важного сна, но зазвеневший у него над головой будильник всё-таки не позволил ему до конца это сделать и уже открывший глаза и проснувшийся Эдвин немного потянулся, минуты полторы ещё полежал глядя на яркие солнечные блики и поднявшись и немного посмотрев на светившее прямо в открытое окно утреннее солнце он застегнул до конца свою рубашку, подошёл к столу и глотнув немного прохладного утреннего чая подумал что вообще-то неплохо было бы попить и чего-нибудь горячего, а заодно и проведать своего мохнатого и наверняка также уже давно проснувшегося друга.

И Эдвин налив из стоявшего там же на столе графина немного прохладного питья и подумав что Елор внизу тоже мечтает о завтраке немного улыбнулся, подошёл к лестнице и стал потихоньку спускаться. И спустившись до половины он сразу-же увидел умную и молча на него смотрящую голову своего друга, который при виде его широко зевнул, немного пфыркнул и пять уложив свою голову на передние лапы стал дальше молча смотреть на Эдвина.

Эдвин спустился, подошёл к столу, включил чайник и посмотрев на лежавшего на своём коврике и уже как будто бы игнорирующего его зверя немного улыбнулся и подошёл к холодильнику. Елор пфыркнул, поудобнее устроил голову на своих мягких лапах и негромко чихнув всё-таки сказал:

— Ну что-же, с добрым утром тебя.

— Ну да, и тебя точно с тем-же.

— Да, а ты наверное думаешь о том, что я сейчас жду своего завтрака. Да, и пожалуй что в этом ты прав, — да, конечно-же жду. И он тихонько чихнул, почесал немного передней лапой свою длинную шею, потом добродушно кивнул уже положившему на стол свой и его завтрак хозяину, а после негромко продолжил:

— Да, а ты знаешь, а я вчера вечером ещё подумал, — ведь через три дня должен будет наконец-то вернуться из своей поездки на материк и твой Эндрю, и что он наверняка ещё привезёт с собой и кучу всяких новостей и известий.

— Да, совершенно верно, и через 3 дня вечером он будет уже у нас дома. А что это ты вдруг его вспомнил?

— Да как тебе сказать, — так, просто размышлял.

— Ну и если не секрет, и к чему-же привели твои вечерние размышления?

— Да нет, не такой уж и секрет, но я просто думал… Да, а знаешь, а давай мы с тобой поговорим об этом лучше уже после этого завтрака.

— Ну, если ты считаешь что так будет лучше, то кто бы возражал…

— Да, ну вот и прекрасно, — ответил Елор и вежливо кивнув Эдвину, поставившему перед ним тарелку с его трапезой отпил чуть-чуть воды и принялся за свой обычный и довольно приличный кусок немного обжаренного мяса.

Эдвин тоже выключил вскипевший уже чайник, распечатал взятую из шкафа вечернюю пиццу и налив себе большую чашку чая тоже принялся за свой обычный завтрак. Когда всё было законченно он налил ещё одну большую чашку чая и закурив посмотрел на также уже догрызшего свою утреннюю трапезу и снова положившего голову на передние лапы Елора. Эдвин сделал несколько глотков, потом затянулся сигаретой и выпустив в окошко небольшую струйку дыма снова посмотрел на своего мирно лежавшего собеседника и отпив ещё немного чая всё-таки поинтересовался:

— Да, а всё же если не секрет, то о чём-же всё-таки ты вчера вечером здесь размышлял, и каковы же всё-таки плоды твоих суждений?

— Да, а вчера вечером я немного подумал, и… И знаешь, — собственно вообще-то особенно нового ничего вроде бы и нет, если не считать скорого приезда твоего помощника, и ещё… Да и ещё, хотя ты можешь и не считать эти мои ночные размышления серьёзными, но как мне кажется, сегодня у нас могут быть и какие-нибудь известия и от твоей Элизы.

— От Элизы?

— Да, возможно что какое-нибудь письмо или записка.

— И ты серьёзно так считаешь?

— Да, просто мне так кажется.

— Ну что-же, спасибо если так. Да а кстати, а чем мы с тобой займёмся этим днём?

— Не знаю, но ты допей лучше для начала свой чай.

— Да, спасибо, — и Эдвин вытащил ещё одну сигарету, закурил и отпив немного чая выпустил густой клубок дыма и поудобнее устроившись в своём кресле немного подумал и улыбнувшись посмотрел на уютно свернувшегося на своём коврике Елора, подмигнул ему и ещё раз затянувшись сигаретой сказал:

— Да, а сегодня, — а сегодня давай мы просто немного прогуляемся по нашему городу, посидим в каком-нибудь кафе и ещё немного прогуляемся по парку. Ну, как ты смотришь на такое предложение?

Елор вытянул вперёд свои передние лапы, потянулся и с удовольствием зевнув посмотрел на Эдвина, кивнул и ответил:

— Ну ты же ведь прекрасно знаешь, что когда-же я отказывался от таких прекрасных предложений, да и к тому-же…

Но до конца он договорить так и не успел, — их разговор прервал немного внезапный звонок с улицы, и подошедший открывать входную дверь привратник (который заодно служил у них и дворником и смотрителем за их зелёным садом) открыв дверь немного с кем-то поговорив посмотрел на окна их веранды и когда Эдвин подошёл к окну он сразу-же крикнул ему что это какая-то почта, и Эдвин кивнув ему сказал чтобы он его пропустил подошёл к двери и улыбнувшись идущему уже к их дому довольно молодому и сильно загоревшему человеку открыл их широкую дверь и пропустив его внутрь показал на свободное кресло у их стола и предложил ему присесть. Молодой человек с благодарностью согласился и на вопрос, что он будет пить, — чай или кофе сказал что лучше всё же кофе и когда Эдвин поставил перед ним его чашку он немного улыбнулся и сказал молча и с ожиданием смотревшему на него хозяину:

— Мистер Кентон, вы извините, но я сейчас пришёл к вам по одной и очень большой просьбе от вашей подруги, и я…

— От Элизы? – переспросил уже взволновавшийся Эдвин.

— Да, от Элизы, и об этом моём визите… Вы извините, — но об этом просто никто не должен знать.

— Да, да, конечно, это всё будет только между нами…

— Да, вот и прекрасно. Да, и вот вам это небольшое письмо, которое она вчера вечером вам написала, — и он протянул немного даже побледневшему Эдвину небольшой запечатанный конверт, и пока Эдвин распечатав этот конверт и вытащив сложенный вчетверо и попахивавший тонкими духами листок очень внимательно и немного дрожа губами перечитывал содержание этого небольшого письменного послания их гость сев немного поудобнее успел сделать несколько глотков только что сваренного кофе, и когда Эдвин перечитав ещё раз это написанное мелким подчерком послание и отложив его в сторону немного помолчал, вытащил из лежавшей на столе пачки сигарету и посмотрев на сидевшего напротив гостя него немного улыбнулся и сказал:

— Да, а вы кстати тоже закуривайте.

— Да, спасибо.

— Да и кстати, и как вас зовут?

— А зовут меня Ментос, и служу я одним из смотрителей на второй вилле мэра нашего города, где сейчас и содержится ваша подруга, и мне…

— Да, спасибо Ментос, — так, я не ошибаюсь? Да, вот и прекрасно, — да, и как там Элиза?

— Да, вы знаете… Вообще-то там всё весьма строго, и никуда кроме сада она выйти просто не может. Да, но вчера вечером мы с ней немного поговорили и договорились, она сразу-же дала мне ваш адрес, и вот я у вас, и вы знаете…

— Да, спасибо, но может быть ещё по кофе?

— С удовольствием.

— Да, кстати эти сигареты — очень неплохие.

— О, спасибо, но я итак курю почти такие-же.

— Да, и извините, Ментос, — так правильно?

— Да, так.

— Да, и вы извините, но если что, то мы можем ведь и через вас…

— Да, господин Кентон, через меня вы можете совершенно спокойно и постоянно поддерживать связь с вашей милой подругой, я сейчас напишу вам адрес где вы можете всегда оставлять для меня свои просьбы и письма, и все они будут переданы лично в руки Элизы.

— Да? Большое спасибо. Да, вот вам бумага, вот и ваш кофе, ну а я пока напишу свой ответ для Элизы.

И пододвинув поближе к сидевшему гостю его чашку кофе и листок с ручкой Эдвин взял ещё один листок и минут пять сосредоточенно и временами над чем-то задумываясь писал ответное послание для своей Элизы. Когда с этим было покончено его гость уже допил свою чашку кофе и неторопливо разминая сигарету сидел, ожидая что скажет ему мистер Кентон.

Эдвин кивнул ему, вложил написанное послание в конверт и передал его прикурившему сигарету и выжидающе смотревшему на него посланнику. Ментос улыбнувшись кивнул, тут же запрятал полученное письмо под рубашку и протянув хозяину листок со своим адресом сказал что если что-то будет нужно, то он может оставлять все свои пожелания кому-нибудь, кто будет в этом доме, там постоянно кто-нибудь но есть, – или сестра с детьми, или отец и старший брат, скажите только что это от вас…

— Да, ну что-же, а за это вам спасибо.

— Да, и вы меня извините, но так как я сегодня отпросился в город только по причине приезда своего двоюродного брата, и мне сегодня лучше не задерживаться…

— Да нет, конечно, кто же вас задерживает, и если я могу быть чем-нибудь для вас полезен, — то всегда пожалуйста.

— Да, большое спасибо, и я ещё раз только повторю, что вся эта переписка – это только между нами, и если что-нибудь вам будет нужно, — то вот этот адрес.

— Да, спасибо, я помню, и что-же, — не смею вас больше задерживать.

— Элизе что-нибудь передавать?

— Да, пожалуй скажите ей что вся связь теперь у нас с ней будет через вас.

— Да, так точно, я полностью к вашим услугам.

— Ну что-же, а может быть всё же ещё и по чашечке кофе?

— Да нет, я пожалуй пойду, — да, меня уже ждут.

— Ну что-же, не смею задерживать.

И Эдвин поднялся, и проводив своего гостя до ворот попрощался и ещё раз вытащив только что полученное письмо снова его перечитал, потом также аккуратно свернул его и положив в карман рубашки не спеша пошёл к дому. Войдя внутрь он вытащил сигарету, ещё раз щёлкнул чайником и опустившись на своё кресло несколько минут посидел о чём-то размышляя, и когда его чайник закипел он приподнялся, налил себе чая и взяв сто стола трубку начал неспешно её набивать. Да, а вроде-бы всё ничего, да и сегодня у них ещё планы… Да, а интересно всё-таки посмотреть на эту новую подсветку в парке, да, и особенно фонтаны… Но тут Елор (о присутствии которого он даже и как-бы совсем позабыл) приподнял над столом свою острую голову, зевнул и немного почесавшись посмотрел на него и немного ещё помолчав наконец-то спросил:

— Ну что-же, и о чём-же, если это конечно не секрет, написала тебе твоя распрекрасная Элиза?

Эдвин посмотрел на него, немного улыбнулся и набив наконец до конца свою трубку не без небольшой улыбки ответил:

— Да, ты меня даже наверно смешишь, — «да, если не секрет». Да ведь разве от тебя возможно вообще хоть что-нибудь держать в секрете? Да, а в этом письме она пишет что относятся к ней очень прилично, два раза в неделю её навещает отец, и что вроде-бы всё ничего, но вот только никаких гостей и никуда не выйти дальше этой ограды. Да и ещё и то что она очень сильно скучает и ждёт, и ещё, — если всё-таки вдруг ничего не получится, то у нас остаётся тогда уже только одно, — да, это только побег с этого острова. Да, это крайняя мера, но знаешь, — я тоже в последнее время частенько всё это обдумываю…

— О, как же ты всё же меня удивляешь, и извини меня, что это вдруг у тебя с твоей памятью, — ведь мы же сколько раз с тобой и довольно подробно как раз обо всём этом и говорили.

— Да? Да, правда, было такое, было…

— Да, и я всё же думаю, что когда вы всё-таки решитесь на этот шаг, то всё-таки я предполагаю что вам без моей персоны и без моих подсказок там будет довольно-таки скучно, и что я… Да, хотя конечно-же мне по большому счёту всё это просто всё равно, но всё же…

— О, а это уже ты не беспокойся, ведь уж про кого, кого, а про тебя-то мы точно конечно-же нет, не забудем. Да, ведь и такого советника как ты, да и ещё и то что за все эти годы мы к тебе так привыкли…

— Ну спасибо, ты меня утешил. Хотя спросил я это кстати просто так, но – всё равно. Да, и ещё один вопрос, — конечно-же послание от твоей избранницы – это просто прекрасно, но я хотел тебе вообще-то ещё и напомнить о том, что мы собрались ведь сегодня и немного прогуляться.

— О, да, конечно. Но только давай это уже где-то после полудня, и лучше всего часа в 2.

— А против этого как раз я и ничуть не возражаю.

— Да, а под вечер мы ещё немного прогуляемся по парку и посмотрим на эту новую подсветку вокруг наших фонтанов.

— Да кстати, я вчера там был, и знаешь, — сделаны они просто прекрасно, вот увидишь.

— Ну что-же, ну тогда вообще прекрасно. Ну ладно, я сейчас тогда ещё по кофе, а ты до выхода ещё вполне усеешь подремать.

— О, ну просто прекрасно.

 

 

3

 

 

И когда солнце перевалило далеко за полдень, примерно где-то в 2 часа Елор и Эдвин вышли из дома и закрыв небольшую входную дверь не спеша пошли по своему довольно небольшому переулку к находившемуся совсем недалеко от них проспекту. Да, а вышли они в это время ещё и по той причине, что как раз в это время та сторона их проспекта, по которой обычно проходили почти все их маршруты уже оказывалась полностью укрытой немного прохладной и просто спасительной в это время тенью, весьма удачно укрывавшей всех проходящих от весьма порой немилосердного и порою весьма в это время припекающего жаркого тропического солнца. Выйдя на проспект и пройдя довольно небольшое расстояние до Почтовой Площади они немного приостановились, и кивнув друг другу на огороженный невысокой резной решёткой зелёный тенистый сквер (как раз тот самый, в котором вчера вечером и Эдвин предполагал найти Елора) решили что сначала уже по привычке они всё же заглянут сперва ненадолго туда подошли к его входу и купив у стоявшего под тенистым навесом лоточника небольшую бутылку прохладного лимонада вошли внутрь, прошли немного под тенистыми деревьями и опустились на одну из аккуратно расставленных вокруг мелодично журчащего по центру сквера фонтана скамеек. Народа в этом сквере почти не было, и когда Эдвин усевшись поудобнее и взглянув на нескольких таких-же лоточников с мороженным и разными прохладными напитками открыл бутылку со своим лимонадом устроившийся рядом с ним на мягкой зелёной траве Елор немного зевнул, потянулся а после взглянув на Эдвина продолжил их ненадолго прерванную этим небольшим путешествием беседу.

— Ну что-же, давай как мы и говорили, просидим с полчаса с тобой здесь, а потом…

— Да, а потом мы пожалуй немного пройдёмся и заглянем в это небольшое новое кафе недалеко от площади, — там вроде всё вполне прилично и там мы сможем кстати и немного пообедать. Ну а потом уже пройдёмся в парк и посмотрим, как там уже устроили эту разноцветную подсветку и какими цветами теперь уже светятся все эти наши знаменитые фонтаны.

— О, а эти фонтаны сейчас там сверкают и правда отлично, я просто уверен что тебе это очень понравится, а насчёт небольшого обеда в кафе, — так это кто бы только возражал.

— Ну и отлично.

И Эдвин налил немного своего прохладного шипящего питья в большой пластмассовый стакан, взятый им при входе у лоточника и сделав несколько глотков немного подумав поставил его рядом с собой на скамейку и с удовольствием вытащив свою заветную трубку и кисет с табаком с небольшой и весьма довольной улыбкой стал неспешно её набивать.

— Да, наконец-то у нас на острове опять появился этот мой любимый табак.

— Да, ты вчера уже говорил, да и к тому-же так вчера вечером обкурил нашу гостиную, что я ещё полчаса после этого чихал.

— Да брось ты, я же ведь всё проветрил.

— Да нет, не всё, просто минут через 10 после твоего ухода это окно случайно захлопнулось, и кое-какой табачный запах там ещё остался.

— Ну, тогда уж извини.

— Да, а мне пора опять привыкать к этой твоей трубке. Ну что-же, в первый раз что ли?

— Да, но ты уж извини, но хоть чем-нибудь перебить твой и совершенно особый нюх… Нет, это пожалуй почти совершенно невозможно. Ведь он же у всех у вас такой, что ему по моему почти ничего совсем не страшно.

— О, а это ты наверное здесь немного нам льстишь и немного нас переоцениваешь.

— Да нет, я просто говорю то, что я сам лично наблюдал.

— Ну всё же, здесь ты не совсем вообще-то прав, хотя чего уж тут, — закуривай, я к этому уже немного привык.

— Ну уж спасибо, — ответил своему мохнатому другу Эдвин и ещё немного отпив из стоявшего рядом стакана чиркнул своей зажигалкой и выпустил небольшое облако густого и немного синеватого дыма. Елор негромко чихнул, взъерошился и ткнувшись носом в свои передние лапы проговорил:

— Нет, а всё-таки лучше бы ты сейчас пил это питьё…

Эдвин понимающе посмотрел на него, улыбнулся и ответил:

— Ну что уж тут с тобой поделаешь, придётся просто пересесть от тебя немного подальше. И взяв бутылку со своим лимонадом он перебрался на другой конец скамейки.

— Ну что, теперь лучше?

— Если честно, — да.

— Да, а хорошо здесь в тени. Всегда любил этот небольшой скверик.

— Ты знаешь, и я тоже.

Эдвин ещё раз затянулся своей трубкой, выпустил ещё один клубок дыма, немного подумал и улыбнувшись сказал:

— Да, сегодня утром у нас уже было одно хорошее известие, и знаешь, — давай сегодня прогуляемся без каких-нибудь особых разговоров, — ведь если что, то поговорить мы можем вечером и дома.

— О, кто бы против этого возражал, но только не я. Хотя конечно я и немного сомневаюсь что всё это получится, но что-же, ты же сам мне это предложил.

— Да брось ты ворчать, — сказал Эдвин и докурив наконец-то свою трубку налил себе немного лимонада и сделав несколько глотков убрал трубку в карман и поудобней прислонился к спинке паркового сидения. Обстановка и настроение, царившая в этот день в этом небольшом зелёном островке была очень спокойная и какая-то немного особенно жизнерадостная – мягкая, спокойная, немного влажноватая тень от ветвистых деревьев, мелодичные переклички и посвистыванья небольших разноцветных пернатых, в изобилии обитавших в ветках этого зелёного оазиса, — всё это очень успокаивало и несло в себе какое-то особое примеряющее и жизнерадостное настроение. Просидев так минут 20 Эдвин допил остатки своего лимонада, Елор также поднялся со своего места и подойдя к фонтану с удовольствием попил прохладной чистой воды и просидев ещё минут 10 Эдвин поднялся, посмотрел на стоявших неподалёку от них лоточников и немного улыбнувшись сказал:

— Ну что, а может быть ещё и по мороженному?

— Да, а ты знаешь… А хотя что, — давай.

И Эдвин подошёл к ближайшему лотку, купил такую-же бутылку лимонада и два мороженных и вернувшись к своей скамейке он улыбнувшись кивнул своему мохнатому другу и сказав ему – «лови» подкинул прямо в мягкие лапы Елора одно небольшое мороженное и снова уютно устроился на том-же месте на этой удобной скамейке. И пока Елор содрав верхнюю обёртку занимался поглощением этого прохладного лакомства Эдвин налил в ту же чашку прохладного лимонада, немного потянулся и прислушавшись к мелодичным пересвистам разноцветных пернатых опять улыбнулся и снова достал свою трубку.

И ещё минут через 20, положив в стоявшую рядом урну пустые бутылки и обёртки от мороженного они переглянулись и решив что ещё минут 10 они спокойно могут посидеть здесь, — вставать сейчас совсем им просто очень не хотелось, да, а потом уже потихоньку пойдут к тому новому, и как Эдвин уже это знал совсем неплохому кафе, находившемуся сравнительно недалеко от этой площади. И когда эти десять минут прошли Эдвин раскурил ещё раз свою трубку, посмотрел на Елора, немного ему подмигнул и с небольшой улыбкой сказал:

— Нет, а правда, хорошее всё-таки здесь это место.

— Да, ты прав, и особенно в такие дни.

— Ну что, теперь у нас это кафе?

— Да, а потом — ещё и небольшой поход по парку.

— Да, благо он не очень далеко.

И Елор приподнялся, с удовольствием потянулся выставив вперёд свои большие передние лапы и немного встряхнув своей длинной шеей посмотрел на мирно докуривавшего на скамейке трубку Эдвина.

— Ну что, ты готов?

— Совершенно.

— Ну что-же, тогда я сейчас докурю, и пойдём.

И покончив с трубкой Эдвин поднялся, посмотрел на немного встряхнувшегося мохнатого спутника, кивнул ему и они потихоньку направились к выходу из этого сквера. Выйдя на большую Почтовую Площадь они немного постояли, потом переглянулись и пошли придерживаясь спасительной тенистой стороны к тому самому недавно открывшемуся и довольно неплохо и по праздничному украшенному кафе, где они думали ещё немного посидеть а заодно и пообедать. Народу на проспекте было не очень много и пройдя по этой тенистой стороне минут 20 они подошли к широкой стеклянной двери с блестящей над ней вывеской «Кафе у светлячков» и слегка подтолкнув легко и плавно приоткрывшуюся дверь вошли в это весьма уютное помещение, где стоявший за стойкой молодой высокий бармен сразу-же узнав пришедшего к ним гостя улыбнулся и приветственно и приглашающе кивнув вошедшим посетителям посмотрел на мохнатого спутника Эдвина и ещё раз улыбнувшись сказал:

— Да, а вы сегодня не один, а ещё и со своим мохнатым провожающим?

— Да, мы вдвоём, и если вас не затруднит…

— Да что вы, в первый раз нам это, что ли? Да, и ведь сегодня у нас такие гости, — пожалуйста, проходите, и Энди, — принеси сразу-же коврик и посуду для нашего четвероногого посетителя.

— Сейчас, сейчас, — и выглянувший из бокового помещения такой-же высокий молодой человек посмотрел в зал и быстро оценив ситуацию сказал: — Вам лучше сейчас вот к этим дальним столикам, да, а для вашего спутника мы сейчас принесём отдельный новый коврик, у нас сейчас как раз лежит новая партия, специально для таких гостей. (Пожалуй совсем не секрет то, что все эти четвероногие и очень хорошо разговаривающие животные, которые остались уже теперь увы, почти только лишь на этом острове были совершенно привычны для всех островитян, и очень часто в одиночку (или с кем-то) их можно было встретить и на улицах всех городов и поселений, где они очень часто и совершенно свободно гуляли и прогуливались (особенно часто уже чуть ближе к вечернему времени) и что все местные жители при встрече с ними сразу улыбались и начинали потихоньку перебирать специальные заветные приготовленные специально для этого камушки в своих карманах, — ведь обычно встреча с этими животными несла в себе удачу и исполнение каких-либо особенных желаний, и если при встрече с ними перебирать специально для этого подобранные камушки в кармане, то что-нибудь заветное или особенно желанное скорее всего наверняка уже случится или сбудется). Да, такова была старинная легенда, которой верили почти что все на этом острове.

И так как визит нашего героя вместе со своим не совсем обычным спутником совершенно не был особенной неожиданностью для хозяев этого кафе, то у дальних столиков очень быстро были отодвинуты мешающие стулья и на освободившееся место был постелен специально подготовленный для всех таких гостей особый коврик, на который пропустив вперёд Эдвина опустился наш Елор. Висевший напротив них большой плоский телевизор был настроен на какую-то музыкально-развлекательную программу и подошедший к ним официант спросил у Эдвина что они будут заказывать, и быстро записав всё выбранное Кентоном в специальный маленький блокнот попросил их немного подождать и поклонившись быстро удалился.

И через несколько минут уставив на столе всё заказанное и положив перед Елором его обычный кусок немного поджаренного мяса и несколько особенно подобранных тропических фруктов и кореньев принёсший всё это официант слегка поклонился и сказав что если им что-нибудь ещё будет надо, — то просьба не стеснятся, на что Эдвин сказав ему спасибо немного посмотрел на висевший рядом телевизор и снова повернувшись к молодому официанту спросил — Да, а как здесь можно переключать каналы?

— О, один момент, сейчас я принесу вам пульт.

— Да? Большое спасибо.

— Да что вы, пожалуйста, народа сегодня у нас нет, так что если вас что-нибудь интересует, то это настроите здесь уже сами.

— Да, спасибо, я как раз очень хотел посмотреть последний выпуск новостей, — да, что-же там творится сейчас у наших соседей в Аркадии.

— Да, пожалуйста, он начнётся где-то через 45 минут. И официант подошёл к конторке, взял пульт и положив его на стол перед Эдвином ещё раз пожелал им приятного аппетита и исчез в боковом помещении.

Горячий суп из омаров и поджаренное мясо с крабовой подливкой были просто замечательны, и когда официант убрал со стола тарелки и поставил на стол большую чашку с кофе Эдвин немного улыбнувшись и одобряюще кивнув достал свою трубку и посмотрев на плясавших на телеэкране латиноамериканцев с гитарами, исполнявших под дружные хлопки какие-то песни из репертуара Боба Марли посмотрел на снова положившего свою удлинённую морду на передние лапы Елора и немного вздохнув достал кисет и начал неспешно набивать свою трубку.

— Ну что-же, а ты прав, место здесь действительно неплохое.

— Да, совершенно верно, и я же ведь тебе говорил что я уже бывал здесь раньше.

— Да, ты знаешь, но не такой я уж и глупый, и это я уже как-то заметил.

— Ну что-же, тогда уж большое спасибо тебе за внимательность.

— Да и правда не стоит. Да, а место здесь и правда неплохое. Да и кстати, ты вроде бы хотел чего-то ещё посмотреть по этому телевизору.

— Да, я уже почти неделю не смотрел последних новостей, и хотелось бы немного посмотреть, что же там сейчас происходит в Аркадии.

— О, а ты знаешь что наши власти с завтрашнего вечера прекращают все туристические и пассажирские поездки в эту Аркадию?

— Да, правда? А это я не знал.

— Ну что-же, тогда посмотри эти новости. А я пока займусь десертом из этих свежих и отборных фруктов.

— Ну, приятного аппетита, — ответил своему другу Эдвин и взяв со стола пульт несколько раз щёлкнул, на пару минут остановился на футбольном матче, где в Лиге Чемпионов английский Ливерпуль безнадёжно проигрывал в полуфинальном матче германской Баварии за несколько минут до окончанья встречи и щёлкнув ещё два раза остановился на программе новостей. Международные новости уже почти подходили к концу и после них как обычно ещё раз повторялась последняя сводка новостей и происшествий на острове и в ближайших к нему странах.

И верно, голос диктора ещё немного поговорив об обстановке на Ближнем Востоке ненадолго замолчал, а после этого снова вернувшись к событиям в Лэндтерне и в соседней с ней Аркадии ещё раз поговорил об очень непростой и сейчас даже ещё больше усложнившейся обстановке в Аркадии, сообщив что 69 летний коронованный правитель Аркадии чувствует себя в последние дни уже немного лучше, но несмотря на это, сам тот факт что последний правитель сейчас не имеет никаких законных наследников престола оставляет положение в этой стране просто крайне тяжёлым, и что более девяти политических партий и нескольких «почти законных наследников», очень жаждущих также занять это место к этому времени уже довели эту страну до состояния почти открытых народных волнений и агрессий, очень серьёзно грозящих если ничего не изменится перейти в уже в серьёзные вооружённые противостояние этих группировок и в состоянии больших гражданских смут, а если всё там не очень удачно сложиться, то может быть даже и гражданской войны… И под конец голос диктора ещё раз повторил и то самое официальное заявление о том, что в виду обострения и осложнения международной обстановки с завтрашнего дня Лэндтерна официально полностью прекращает всё туристическое и пассажирское сообщение и поездки в Аркадию и что уже с сегодняшнего дня у всех въезжающих в страну будут с особой тщательностью проверять весь багаж и документы, и в заключении попросил граждан не волноваться и сохранять во всём гражданское спокойствие и благоразумие.

— Ну и как тебе всё это? – спросил Эдвин у лежавшего рядом и также смотревшего всё это Елора.

— Как? Да как тебе сказать, ведь ты же прекрасно знаешь как я ко всему этому обычно отношусь… Да, вот только если вы с Элизой соберётесь всё-таки бежать с этого острова, то вам скорее всего придётся выбирать какую-нибудь уже другую страну, не Аркадию. Да и ещё и то, что вместе с вами придётся всё-таки туда пропутешествовать и мне.

— Ну вообще-то да, по старой дружбе, если ты конечно не откажешься.

— Ну ты только подумай, — как же я смогу в такой ситуации вас просто взять, и бросить, — ведь что-же вы там без меня будете делать. Хотя ты знаешь, если серьёзно — то я ещё над этим подумаю.

— Да, ты уж лучше подумай, а то и правда, что-же мы там без тебя будем делать.

— Да нет, это я просто шучу. А на самом деле этот вопрос уже давно решённый.

— Ну уж спасибо.

— Да вроде бы не за что. Да и кстати, а вообще-то ты ещё не забывай что через 3 дня оттуда, из Аркадии должен будет вернуться и твой Эндрю. Да, и надеюсь что с переправой и документами у него проблем не будет.

— Да, уже через 3 дня.

— Вы извините, но пожалуйста вот ещё ваш кофе, пожалуйста, как вы и заказывали.

— Да, спасибо.

И взяв принесённую чашку Эдвин немного помолчал, сделал несколько небольших глотков и поставив её на стол несколько задумчиво ответил:

— Да, и скоро приезжает Эндрю. Да, вот кто расскажет что-же сейчас происходит в этой Аркадии. Ведь он ездил туда по поручению Губернатора Острова и 3 недели вращался там в высших должностных кругах.

— Ты знаешь, а по моему ничего нового кроме того, что сейчас показал телевизор он тебе просто не скажет. Просто наши власти сейчас врать не будут, а к тому что было сейчас показано просто трудно даже что-нибудь прибавить.

— Да, а пожалуй ты прав. Ну что-же, всё же подождём его приезда. Не знаю, но может быть он чем-нибудь сможет нам помочь в отношении Элизы…

— Да, а ты знаешь… Не знаю точно про какую помощь ты сейчас говорил, но наверное что-нибудь посоветовать или чем-то быть полезным он вам сможет.

— Ну ладно, давай мы пока всё же оставим все эти разговоры, – ведь мы ещё утром договаривались что ни о чём серьёзном мы сегодня говорить не будем.

— Да, совершенно верно, твоя правда, — немного зевая ответил Елор.

— Так что давай ещё немного посидим, я допью этот кофе и пойдём-ка мы и прогуляемся по нашему парку, да и посмотрим что-же там придумали с этими разноцветными подсветками.

— О, совершенно верно, кто бы возражал.

И через 20 минут расплатившись и выйдя из этого гостеприимного кафе наша компания направилась уже прямо к расположенному примерно в 25 минутах неспешного хода оттуда Большому Городскому Парку, находившемуся немного дальше вверх по проспекту и упиравшемуся своим дальним концом прямо в широкий песчаный океанский берег, начинавшийся прямо за небольшою оградой своими большими и широкими песчаными пляжами. И пройдя через широкие входные ворота наши друзья прошли в тени деревьев мимо стоявших по краю зелёных скамеек до широкой центральной площадки, на которой и находились пять больших, выбрасывающих воду высоко вверх очень аккуратных и ухоженных бассейнов с этими разноцветными и скульптурными фонтанами (один большой – посередине, а четыре немного поменьше – по краям). Честно говоря, этот парк был самым любимым местом для всех горожан и особым предметом их гордости, а также и одним из самых достопримечательных мест всего этого острова.

Дойдя до этой площадки наши друзья остановились и несколько минут посмотрев на эти отсвечивающие уже совершенно разнообразными радужными отсветами яркие брызги фонтанов, подсвеченными теперь несколько дней назад установленной специальной цветовой подсветкой, делавшей их теперь то красными, то синими, то оранжевыми и зелёными отошли назад к деревьям и присели на одну из стоявших там скамеек.

— Ну, и как тебе эта картинка? – спросил немного улыбнувшийся Эдвин Елора.

— Ну что-же, а они неплохо постарались.

— Ну знаешь, а раз уж мы сюда пришли, то может быть и ещё по мороженному?

— Да, а что, — а это с удовольствием.

— Ну, тогда я куплю и себе какого-нибудь лимонада.

И Эдвин поднялся, подошёл к стоявшему невдалеке лоточнику и купив два мороженных и прохладную бутылку лимонада собрался уже отходить, но пока он засовывал свою сдачу в карман сильно загоревший продавец кивнул ему на эти освещённые уже ярким малиновым цветом фонтаны, и с улыбкой спросил:

— Ну что, решили посмотреть на это?

— Да, если честно, — то да.

— Да, а рабочие столько старались, устанавливая здесь все эти подсветки. Ну что-же, а получилось то ведь и правда совершенно неплохо.

— Совершенно согласен, и картинка-то получилась просто замечательной.

— Да, и те гирлянды, которые протянуты вот от того здания с кафе и игровыми автоматами дальше по всем этим деревьям вдоль аллеи, сейчас их просто не видно, — они включаются с наступлением сумерек, — вы знаете, а это смотрится просто великолепно, да ещё и эти фонтаны…

Эдвин посмотрел на широкое жёлтое здание, расположенное чуть дальше, — да, все его стены также светились разноцветными цветными огоньками, а над входом горела и переливалась большая надпись – «Добро Пожаловать» и улыбнувшись любезному продавцу он сказал ему спасибо, прибавил ещё несколько монет «на чай» и сказав что надо будет обязательно прийти сюда как-нибудь вечером и посмотреть на всю эту картину взял поудобнее свой лимонад и мороженное и пошёл к своей скамейке.

Опустившись на своё место он подкинул одно из мороженных лежавшему также у края Елору, и он ловко поймав его своими мягкими лапами добродушно чихнул и сказав Эдвину «спасибо» положил его перед собой и посмотрев как эти каскады воды снова поменяли свой цвет на темновато-оранжевый и синевато-красный положил свою голову на лапы и не очень громко сказал:

— Да, а кроме фонтанов и этого здания кафе никакой подсветки сейчас пока ещё просто не видно. Да, а когда я здесь был недавно вечером, ты знаешь, тут светилось ведь ещё не только это…

— Да, я уже знаю, — ещё и по всем этим деревьям также протянуты такие-же светящиеся разноцветные гирлянды, но включают их пока только с наступлением сумерек.

— Да, а хорошее всё-таки ты взял мороженное, — ответил Елор, к удивлению Эдвина уже поглощая остатки этот немного подтаявшего на под этим южным солнцем мороженного.

— О, а ты его уже почти слопал, — быстро же ты это.

— Да, и большое спасибо.

— Ну что-же, а раз мы сюда заглянули и смеркаться начнёт уже где-то минут через 40, и мы сегодня никуда особо не спешим…

— Да, и совершенно прекрасно, и если мы здесь немного задержимся, то я думаю это только пойдёт нам на пользу. Да, и ещё мы как раз и посмотрим на все эти огни.

— Совершенно с тобою согласен, — ответил ему Эдвин и сделав несколько глотков лимонада неторопливо достал сигарету, неторопливо размял её и посмотрев на светящиеся огни фонтанов прикурил.

— Ну что-же, давай тогда подождём пока здесь загорятся все огни. И он сделав ещё несколько глотков лимонада ещё раз затянулся сигаретой и посмотрел на цветные светящиеся брызги фонтанов.

И через час, когда все эти развешанные вдоль аллеи гирлянды уже минут 20 горели и переливались на высоких ровных деревьях различными цветами и отсветами красок наши два друга вышли наконец из парка и оставив за спиной это искрящееся и переливавшееся всем цветами и отсветами красок любимое место всех горожан уже по ночному проспекту потихоньку не спеша пошли к себе домой.

 

 

4

 

 

И через 3 дня после этой прогулки по городу Эдвин проснувшись и полежав ещё немного в своей кровати неспешно поднялся, покурил стоя у окна и спустившись вниз подошёл к столу и приподнявший при этом свою голову Елор слегка зевнул и сказав спустившемуся хозяину «С добрым утром» опять положил свою голову на передние лапы и молча стал смотреть как Эдвин включает чайник, достаёт из холодильника свой завтрак а заодно и его трапезу, кладёт это всё на стол и наконец-то сам опускается на своё привычное хозяйское место. Эдвин немного посидел, потом подмигнул своему зверю и поднявшись стал нарезать тонкими кусочками сыр для бутербродов, потом с улыбкой посмотрев на выжидающе смотревшего на него своего четвероногого советника ещё раз подмигнул ему, распаковал его кусок поджаренного мяса и молча и немного церемонно положил его прямо перед его носом. Елор ещё раз чихнул, ещё раз помотал головой и Эдвин взяв его питьевую чашу налил в неё свежей воды и поставив её обратно с улыбкой сказал:

— Ну что-же, и тебя с добрым утром. Да, и теперь ещё и добро и пожалуйста.

— Да уж, спасибо.

— Ну что-же, твоя трапеза готова.

— Да уж, спасибо, — ответил немного зевая Елор, — но я кажется и так это вижу.

— Ну а раз так, — то давай для начала слегка перекусим, а все остальные разговоры – потом.

— Совершенно с тобой согласен.

— Ну вот и прекрасно, — ответил ему Эдвин и налив себе кофе потихоньку принялся за свой утренний завтрак. И минут через 20, уже откинувшись к спинке своего кресла и прикурив свою утреннюю сигарету он выпустил несколько дымчатых колец, придвинул немного поближе свою пепельницу и посмотрев на также дожевавшего уже свой завтрак Елора немного потянулся, улыбнулся ему и сказал:

— Да, а ведь сегодня у нас уже 15 число.

— Да, совершенно верно, ты прав, 15-е. Да, и сегодня ведь должен вернуться с материка и твой друг и помощник, и сегодня вечером он скорее всего должен быть уже у нас.

— Да, а что-же, а в этом ты прав. Да, и что-нибудь он нам наверняка поведает.

— Уж что-нибудь наверно, но расскажет.

— Да, а довольно долго он там задержался.

— Уж не смеши, — уж не хочешь ли ты сказать что ты уже соскучился, пфы.

— Да нет, просто у нас на острове за это время произошли кое-какие изменения…

— Да, конечно, — нас наконец-то выпустили из под стражи, а твоя подруга до сих пор так там ещё и содержится.

— Да ну что-же, твоя правда.

— Да, и ещё и то, что у тебя появился от неё ещё один надёжный человек, которому мы можем вполне доверять.

— А, Ментос, — да, совершенно верно. Да кстати, я же вчера вечером передал по оставленному им адресу записку для Элизы, да, и сегодня-завтра должен быть ответ.

— Да, а уж он то уж точно будет.

— Я тоже так считаю. И налив из кофеварки ещё одну небольшую чашку Эдвин сделал несколько глотков кофе, посмотрел на лежавшую на столе трубку и немного зевнув сделал ещё несколько глотков. Да, и кофе был превосходный, и утренняя трубка курилась просто прекрасно и посидев ещё минут 30 в гостиной Эдвин налил себе чашку чая, немного потянулся и посмотрев на Елора слегка улыбнулся ему и сказал:

— Ну что-же, так как сегодня вечером нам стоит ждать прихода Эндрю, то я сегодня загляну в мой офис, посмотрю последние документы и отчёты о новых заказанных партиях, сделанных нашему городскому филиалу в конце прошлого месяца и где-нибудь в половине 5 уже наверняка буду дома. Да, и надеюсь что Эндрю не заставит себя долго ждать.

— Да, уж знаешь, а я в этом просто уверен.

И Эдвни глотнув немного чая откинулся поудобнее в своём кресле, посмотрел за окно на резвящихся в ветвях пернатых и немного вздохнув вытащил сигарету, прикурил и выпустив густой клубок дыма отпил ещё немного утреннего чая.

И в начале четвёртого ещё раз просмотрев лежавшие на столе в его офисе документы (которые собственно ничего нового не содержали) он подошёл к окну, подмигнул сидевшему в большой клетке и ожидающе глядевшему на него попугаю и подсыпав ему немного корма посмотрел на открывавшийся из его окна вид закурил и поглядывая на немного качавшиеся внизу зелёные верхушки пальм подумал: — Ну что-же, здесь как всегда всё в самом полном порядке, и пожалуй можно уже возвращаться. Да, ведь уже могут быть и какие-нибудь известия от Элизы, и скоро к ним в гости уже пожалует Эндрю. Ну что-же, — и он оглянулся на свой кабинет, подмигнул ещё раз смотревшему на него попугаю и через несколько минут закрыв за собой дверь стал неспешно спускаться по лестнице.

Когда он пришёл домой часы показывали уже почти половину пятого и слегка оживившийся при его приходе Елор немного приподнялся, кивнул ему и пока Эдвин устраивался на своём обычном кресле он немного выждал, потом поднял свою голову и достаточно важно сообщил:

— Да, а тебе сегодня есть и почта.

— Да, от Элизы?

— Да, вон там, на столе под газетами.

И Эдвин приподнялся, приподнял две лежавшие на столе газеты и сразу-же увидел лежавший под ними небольшой конверт без адреса и взяв его и тут-же распечатав он внимательно несколько раз перечитал это небольшое послание в несколько строчек, в котором Элиза писала ему… Ну, что-же обычно пишут двое неравнодушных друг к другу людей, тем более если перед ними стоит какая-нибудь преграда или расстояние… И Эдвин ещё раз перечитав это небольшое послание посмотрел на Елора, и он немного зевнув сразу-же ему ответил что принёс это письмо час назад приходивший Ментос, и сказав что это её ответ на его вчерашнее послание попросил передать что если у него ещё будет какая-нибудь почта, то просьба передать её ему завтра до вечера, тогда уже завтра всё будет надёжно доставлено до адресата.

— Ну что-же, а за это ему очень большое и отдельное спасибо, — сказал закуривая Эдвин, — а что касается всего остального…

— Да, ведь скоро уже 5 часов.

— Да, ты прав, и у нас похоже где-то к этому времени должны быть уже и гости. И Эдвин повернулся к немного приоткрытой двери в их боковые помещения (где у них располагалась комната их дворецкого и нескольких домашних служащих, несколько кладовых и довольно приличная домашняя кухня) и сказал уже стоявшему у двери и в ожидании каких-нибудь указаний дворецкому (довольно молодому ещё человеку лет 30 – 32, проработавшего в этом доме на этой должности уже порядка более 12 лет) чтобы он распорядился о том, чтобы где-то в начале 6 был бы готов горячий ужин на него и ещё на одного его гостя, и чтобы…

— Да, так точно, мы все давно уже в курсе, и всё уже почти готово. Когда прикажете подавать?

— Да а знаешь, давай примерно минут через 35 после прихода Эндрю, — сначала мы с ним ещё немного побеседуем за обычной чашкой чая, ну а уже потом…

— Да, так точно и всё понято. Да, а кстати давно же его у нас не было, что-то он на этот раз немного задержался в этой Аркадии.

— Ну ничего, когда он придёт сюда, то он сам нам всё и обо всём расскажет.

— Ну что-же, и мы очень будем рады его видеть.

— Да, я это ему передам.

— Ну что-же, в начале 6-го?

— Ну, где-то минут через 35 после его прихода.

— Так точно, и всё будет сделано, — ответил ему расторопный Энди (так звали дворецкого) и бесшумно исчез в боковом помещении.

— Ну что-же, а до 5 часов я ещё похоже вполне успею и раскурить свою трубку, — сказал он немного почесавшемуся при этом Елору, который в ответ на это только чихнул и ещё поудобнее устроился на своём широком коврике.

— Да, наверно успеешь.

— Ну что-же, тогда, — ответил ему Эдвин, но только он взял со стола свою трубку и кисет с табаком, как в их входную дверь раздался очень хорошо им знакомый короткий двойной звонок, которым обычно пользовался один только Эндрю и когда подошедший к воротам привратник открыл боковую дверь и с небольшим поклоном пропустил внутрь хорошо им знакомую и сильно загоревшую фигуру Эдвин встал и подойдя к двери веранды просто не смог скрыть своей улыбки, — да, это был Эндрю.

Эндрю, ещё детский и школьный товарищ Эдвина, вместе с которым они когда-то одновременно заканчивали и школу и университет и которых крепко связывали уже долгие годы прочной и крепкой дружбы улыбаясь и снимая шляпу шёл уже к их дому. Да, сначала Эндрю вместе с Эдвином довольно долгие годы проработали вместе в одной и той-же конторе и примерно на одних и тех же должностях, но несколько лет назад он был специально отмечен и назначен обратившим тогда на него внимание Губернатором Острова особо поверенным лицом в некоторых и особенно щепетильных делах по государственным и международным вопросам, и естественно довольно большую часть своего времени он проводил порой в довольно долгих и ставших уже почти совершенно привычными поездках и разъездах. Да, и последняя его поездка была как раз в ту самую соседнюю и самую ближайшую к ним и довольно сейчас неспокойную Аркадию, где как мы немного уже об этом упоминали, положение и ситуация были пока просто не очень-то благополучны.

Итак Эндрю вошёл в их гостиную, мягко кивнул Елору и пожав руку Эдвину опустился на своё привычное обычное место напротив хозяина, немного улыбнулся и сказал:

— Ну что-же, очень рад вас снова видеть. Да, я прекрасно знаю что вас совсем недавно выпустили на свободу из под небольшого ареста, которым вы были обязаны главе нашего города, и я надеюсь что вы…

— Да, спасибо, хоть это было и не очень-то приятно, но мы тоже вообще-то надеемся что и из этого положения с Элизой, которая до сих пор ещё находиться под стражей мы всё-таки также сможем найти хоть какое-нибудь подходящее для этого решенье или выход. Да, и я думаю что и твоя помощь в этом и правда не очень-то простом вопросе также очень может нам пригодится.

— Ну что-же, на меня вы можете как всегда и совершенно спокойно рассчитывать, и уж знаете, в вашем вопросе я конечно-же постараюсь сделать всё, что смогу.

— Да, а сейчас, и поскольку ты сейчас с дороги, то я предлагаю сначала по чашке чая, а потом… Да, а потом у нас готово для тебя и кое-какое угощение.

— Да? Ну так это прекрасно, и я отлично помню и твоих поваров, и то на что они способны… Да, а если ты предлагаешь для начала просто чая, — то что-же, по этой жаре это весьма разумно, и я совсем не возражаю…

— Ну вот и просто прекрасно, — сказал улыбнувшись Эдвин и взяв только что вскипевший электрический чайник наполнил две чашки, передвинул одну своему гостю и закурив сигарету немного вздохнул и продолжил:

— Да Эндрю, большое тебе спасибо, но в нашем вопросе, сколько бы мы об этом не думали, но действительно помочь пожалуй могут уже только лишь две вещи – это или какое-нибудь чудо, или же просто наше с Элизой бегство с этого острова. Да, другого здесь пожалуй уже больше просто не остаётся.

— Да, ну ты знаешь… Ты знаешь, но здесь я ничего не могу вам сейчас хотя бы чего-нибудь конкретно сказать или посоветовать, и ты знаешь…

— Да, я прекрасно всё это знаю, и ты знаешь, — но давай мы всё-таки сначала здесь немного перекусим, ну а уж после этого у нас ещё найдётся достаточно времени чтобы всё это обсудить и побеседовать.

— Ну что-же, если ты так предлагаешь, — то что-же, пожалуйста.

— Ну вот и прекрасно, — Эй, Энди, вы готовы?

— Да, так точно, несём, несём, — и тут в гостиной появились два их молодых кухонных работника с большими подносами, полностью заставленными горячими блюдами а следом за ними и улыбающийся дворецкий.

— Да, вот пожалуйста, всё для вас и для вашего и всегда дорогого гостя, вот, пожалуйста, — и расставив на столе все обеденные приборы они очень вежливо поклонились и быстро исчезли в боковую служебную дверь.

— Да, а вот это – пожалуйста, — сказал с небольшой улыбкой Эдвин, — да, и ещё раз, — с приездом.

— Да, спасибо, спасибо, о, а угощение у тебя тут и правда как на министров.

— Ну, не совсем уж и на министров, нет, это специально для нас, и я думаю что во многом это совсем совершенно не хуже.

— Да, а это я вижу… Да, обязательно передай от меня большое спасибо твоим поварам.

— Обязательно. Ну, а сейчас мы пожалуй начнём… Ну, давай начнём с этого мяса с специальной крабовой подливкой, а потом…

И где-то через час с небольшим, когда с этим обильным угощением было уже покончено и перед нашими друзьями стояли уже по чашке горячего кофе и рядом с ними по чаше с особым отборным мороженным Эдвин и Эндрю закурили, и Эдвин затянувшись своей сигаретой положил её в пепельницу и немного подумав продолжил их вечернюю беседу.

— Да, так что как ты видишь, даже хоть как-то вызволить Элизу и поменять эту уже сложившуюся ситуацию нам уже просто никак не по силам, — ведь за всем этим стоят просто очень большие, даже просто огромные деньги и очень большое и очень весьма щепетильное честолюбие двух основных представителей самых влиятельных на нашем острове кланов. Так что если всё оставить так как есть, то Элиза будет просто уже обречена. Да, и дело здесь даже не просто в том, что она не согласна, её здесь никто даже и спрашивать не будет, а в том, что может быть после этого дальше…

— Да, совершенно согласен, и если оставить всё это так как есть, это значит…

— Да, а вообще-то это просто значит её убить, — ведь она там не вынесет с ними и года… Да, и каких-нибудь шансов у неё уже просто не будет.

— Совершенно согласен. А если вы с ней устроите этот побег, то прятаться где-то на острове… Нет, это просто безумие, — здесь вас сразу найдут.

— Да, я над всем этим уже думал, и хоть наш остров довольно большой, но укрыться от них здесь…

— Нет, здесь вы этого просто не сможете.

— К сожалению, но всё это так.

— Ну что-же, тогда вам сейчас пожалуй остаётся только лишь одно…

— Да, и я тоже об этом так думаю.

— Да, конечно Аркадия, — это было бы самое лучшее… Да, и для вас, и для Елора, — и он посмотрел на одобрительно кивнувшего ему на это третьего советника и собеседника, который почти всю эту беседу провёл молча, с известным удовольствием грызя большой кусок мяса и десятка два предложенных ему на десерт весьма сочных и сладких тропических фруктов.

— Да, и для него тоже, — ведь такие животные сохранились сейчас только здесь, на этом острове и ещё и в соседней с нами Аркадией. Да, но к сожалению в Аркадии сейчас… Да, сейчас там немного не те времена, и если вам куда-нибудь ехать… Да, хотя ведь и Аркадию тоже не стоит окончательно отбрасывать со счёта, — ведь хоть это будет для вас и не очень удобно, но найти там приют где-нибудь в горах, в каком-нибудь небольшом селении… Да, это тоже вообще-то возможно. Да ну ладно, а что мы имеем ещё?

— Ну, страны Европы и Америки пожалуй почти сразу отпадают, — ведь там то нас как раз сразу и будут искать. Да, а тогда остаётся…

— Да, а тогда пожалуй у вас остаются возможно и какие-нибудь из стран Ближнего Востока, и конечно-же обширные места на побережье Индийского океана и какие-нибудь из небольших островков Малазийского архипелага, — вот уж где, где, а там-то вас уже ни за что не найдут.

— Да, и там нам кстати ведь будет не так-то уж плохо. Да и кстати, тогда ведь мы сможете взять с собой и Елора, — там ведь климат почти что такой-же как здесь, и тогда он также сможет постоянно быть с нами…

— Да, большое спасибо, — послышалось из-под стола, — и я тоже считаю что всё это совсем и далеко не безнадёжно.

— Большое спасибо, мы примем это к сведению, — да, наконец-то ты всё-таки снизошёл и до беседы с нами.

— Да уж пожалуйста, но вы вроде бы и так довольно хорошо разговаривали, и я с большим удовольствием всё это время вас слушал.

— Да уж, за что, за что, а за это тебе просто большое и отдельное спасибо.

— Да уж не за что. Просто мясо было очень вкусным, а когда подошёл черёд этих тропических сладостей, то я и вовсе отключился от вашей беседы и вас даже не слышал. Уф, и правда, а это было просто прелесть.

— Ну что-же, браво, браво, и мы смогли совершенно спокойно и кое о чём важном уже обговорить и побеседовать.

— Э, погоди-ка Эдвин, смогли-то мы смогли, но вот пожалуй что ещё не до конца.

— Да? Ну, возможно ты прав.

— Да, итак у вас теперь остаётся уже только одно, — это ваше уже довольно скорое бегство вместе с Элизой на какой-нибудь из небольших Малазийских островков или какое-нибудь небольшое поселение на обширном побережье Индийского океана. Да, в принципе как мы уже говорили вам ещё могут подойти ещё и какие-нибудь из стран Ближнего Востока, но я всё же думаю что где-нибудь на этих островах или на этом океанском побережье вам всё же будет как-то, но привычней и удобней.

— И пожалуй в этом ты не ошибаешься.

— Да, ну так что-же… Да, и очень хорошо что теперь у вас с Элизой появился наконец-то и надёжный человек, на которого вы вполне можете положиться и который надеюсь нам сможет очень скоро и кое в чём важном помочь.

— Да, и я тоже так считаю.

— Ну что-же, за это ему и так уже большое спасибо, а что касается вас… Да, конечно если бы в Аркадии сейчас был бы мир, то многие наши вопросы уже просто сами собой бы просто отпадали и всё было бы гораздо яснее и проще… Да, но и Аркадию не стоит также сбрасывать со счёта, — вполне возможно что вы где-нибудь в горах там также можете найти себе приют. Да, а так…

— Ну что-же Эндрю, а ведь итак то мы сейчас имеем и не так-то уж и мало, — ответил с небольшой улыбкой Эдвин, — да, ведь сейчас у нас есть превосходная возможность просто вырвать из крепких лап отца нашу Элизу и после этого – мы совершенно свободны и сможем спокойно найти совершенно надёжный приют почти что в любых подходящих нам странах. Да, а это согласись, ведь совсем не так-то уж и мало.

— Да, пожалуй тут я с тобою согласен. Что касается финансовой стороны вопроса, то с этим у вас насколько я знаю сейчас совершено полный порядок, а если вам что-нибудь будет вдруг надо, — то тут и я, и все мои финансы в вашем полном и полнейшем распоряжении, да, а с чем, с чем, а с ними у меня просто полный порядок, вы знаете.

— Да, в принципе почти такой-же как у нас.

— Совершенно верно, только пожалуй даже чуть-чуть немного постабильней и побольше.

— Совершенно согласен. Да, ну что, ещё по кофе?

— Ты знаешь, — а это с удовольствием.

И Эдвин поднялся, ещё раз заправил кофеварку и включив её снова опустился в своё кресло, кивнул лежавшему мирно на своём любимом месте Елору и посмотрев на стол задержался взглядом на своей любимой трубке улыбнулся, взял её и лежавший рядом с нею кисет и немного подмигнув Эндрю начал неспешно набивать её табаком. Эндрю улыбнулся и также вытащив из кармана своей жилетки почти такую-же трубку немного многозначно посмотрел на своего друга и ещё раз улыбнувшись тоже принялся неспешно её набивать. Вскоре закипела кофеварка и Эдвин разлив по чашкам кофе пододвинул свою чашку немного поближе и с удовольствием затянувшись своим отборным табаком отпил немного кофе и посмотрев на также дымившего трубкой Эндрю немного помолчал, потом сделал ещё глоток кофе и немного подумав посмотрел на своего друга и сказал:

— Ну что-же, вот такие вот сейчас у нас дела.

— Да уж, лучше уж не говори, — знали бы мы хотя бы полгода назад, что всё это так обернётся…

— Да, тогда мы бы были хоть как-то к этому готовы… Но ладно, что уж здесь поделаешь, — ведь все планы насчёт Элизы они хранили в очень строгой тайне, и мы узнали об этом только лишь 2 месяца назад…

— Да, уж что здесь…

— Да уж, и теперь нам уже придётся просто выкручиваться из этой ситуации как сумеем… Да, а как-то, но мы всё-таки должны это сделать. Просто обязаны.

— Конечно-же, здесь я с тобой совершенно согласен. И ты знаешь, — когда подойдёт время действовать и вам понадобится надёжная помощь, — то тогда можете положиться на меня как на самих себя, и всё что будет в моих силах, — я вам обещаю.

— Да, спасибо, и я думаю что уже довольно скоро это может пригодиться, — ведь у нас осталось чуть больше 3 месяцев для того, чтобы что-то здесь сделать… Да, только 3 месяца…

— Что-то здесь сделать… Да, а вам уже остаётся лишь только одно, — это только бежать вместе с ней с этого острова… Других вариантов у вас уже увы, просто нет.

— Да, и увы, я здесь с тобой полностью согласен.

— Да, а кстати, а как ещё по чашке этого прекрасного кофе?

— А это пожалуйста и с удовольствием, — сейчас, — и Эдвин опять приподнялся, ещё раз включил кофеварку и когда она закипела ещё раз наполнил их чашки.

— Спасибо.

— Да, а уж это пожалуйста, кофе и правда отменный. Да и кстати, Эндрю, — так как мы скорее всего уже очень скоро покинем этот остров, то я очень хотел тебя спросить, — да, если мы по каким-нибудь причинам вдруг не сможем взять с собой Елора…

— Да, а если вы вдруг по чему-то не сможете взять с собою Елора, то что-же, то тогда я могу…

— А-пфы, — раздалось из под стола, — а-пфы, а меня-то вы не догадались спросить, соглашусь ли на это я?

— Да брось ты, — поживёшь у Эндрю…

— Да? А может мне захочется немного побродить по здешним лесам и предгорьям, — пфы, вы ведь знаете…

— Да бог с тобой, броди где хочешь, но если что, — то ты всегда можешь прийти сюда, и Эндрю…

Елор немного приподнялся, посмотрел на наших друзей и остановившись ещё раз на Эндрю широко зевнул, немного встряхнулся, потом взглянул на Эдвина и также немного зевнув произнёс:

— Ну что-же, а знаете, — давайте уж здесь ещё немного поживём, а там уже увидим. Ведь вы же и сами сейчас ещё точно не знаете, чего вы, и когда… Пфы, ну а когда это будет известно, то тогда мы уже вместе обо всём этом поговорим и посоветуемся.

— Ну что-же, он прав.

— Да, конечно-же и как всегда.

— Ну что, давай ещё по трубке?

— С удовольствием.

— Да, и ещё раз тебя с возвращением.

— Спасибо. Да, и знаешь, — сейчас уже довольно поздно, так что давай мы сейчас раскурим наши трубки, а потом – ну а потом пожалуй мне уже пора.

— Да, ну а это уже как тебе будет удобнее.

— Ну что-же, моя трубка готова.

— И моя тоже.

И через полчаса они поднялись, подошли к воротам и Эдвин проводив своего гостя посмотрел на огни своего дома, немного улыбнулся и не спеша пошёл обратно в свою гостиную.

 

 

 

 

 

5

 

 

 

 

На следующее утро Эдвин проснулся, немного посидел у себя на втором этаже вспоминая их вечерний разговор с Эндрю и когда он спустился в большую гостиную, то там из стоявшего сбоку большого магнитофона уже вовсю раздавалась весьма жизнерадостная музыка «Джеторо Талл», заранее включенная их дворецким и когда он уселся на своё место и налил себе чашку кофе так и лежавший до сих пор молча Елор немного приподнял свою голову, посмотрел на него и немного подумав сказал:

— Ну что-же, и какие у тебя есть на сегодня планы и намеренья? Только не говори пожалуйста что ты ещё не знаешь или ещё пока что не решил. Да и кстати, и ещё – с добрым утром.

— Да, и тебя тоже. Да, и что-нибудь оставить от тебя в тайне в этом доме просто невозможно.

— В этом доме? Нет, похоже что сегодня ты меня не очень-то уважаешь. Ведь ты же знаешь что я и мои собратья всегда жили в лесах этого острова, а когда здесь появились вы, люди, то мы прекрасно и очень быстро не только выучили весь ваш язык и всю вашу природу, но у нас ещё с древних времён осталась и очень хорошо развитая способность и иногда заглядывать кое-куда вперёд, а так-же без труда узнавать и разузнавать какие планы кто-нибудь из нас, или же немногим позже и из вас, людей имеете, и не собираетесь ли вы… Да, изначально всё это применялось нами в основном в качестве самозащиты, да, в основном только для этого, но ты же ведь знаешь…

— Да, я всё это очень прекрасно знаю, и поэтому и говорю что хоть что-нибудь оставить от тебя хоть как-нибудь в тайне – это просто невозможно. Да, и хотя между нами собственно совершенно никаких тайн и не было с самого начала и мы всегда весьма неплохо проводили наше время…

— О, что-то ты немного разошёлся и разоткровенничался, когда тебя об этом даже не просили… Ну ладно, пока ты там у себя отсыпался, я уже успел позавтракать, — спасибо твоему дворецкому, а что касается твоих сегодняшних планов…

— Да, ты прав, — сегодня я хотел забежать в свою контору и навести там порядок во всех моих документах, — ведь если мы скоро уедем, то пока есть для этого время я просто хотел бы оставить всё в полном порядке, — всё, чтобы моим друзьям и коллегам было просто во всём разобраться и конечно не пришлось бы краснеть из-за каких-нибудь неожиданностей. Да, а потом, — а потом я хотел ещё немного прогуляться по нашему парку, да и вернусь я уже где-то после заката.

— Да, ну что-же, верно, подготавливаешь всё к возможному своему скорому отъезду… Ну что-же, приятно тогда тебе прогуляться.

— Да, а почему это только к своему? Уж не думаешь ли ты здесь остаться?

— Остаться? Да, а в принципе, — почему бы и нет… Хотя вы вчера и что-то говорили…

— Э, да не думаешь ли ты всерьёз что мы сможем оставить просто так тебя здесь, и уехать куда-нибудь без твоих предупреждений и советов? Э, нет, дружище, ты точно также поедешь вместе с нами, а то мы…

— Да, знаешь, — и Елор очень широко и важно зевнул, потом опять посмотрел на Эдвина и немного потянувшись сказал: — Да, а знаешь, а я над этим ещё немного подумаю. Так что иди.

— Да уж, ты подумай пожалуйста, а когда надумаешь…

— Да иди уж спокойно, иди.

— Да, спасибо, утешил.

И где-то около половины пятого, аккуратно уложив и подготовив последнюю папку лежавших в его офисном кабинете документов он закурил, подошёл к окну, — да, теперь здесь уже самый полный порядок, и если кто-нибудь из его коллег станет разбираться со всем этим, то сразу-же поймёт что здесь к чему и что откуда… Да, и хотя время-то вроде ещё есть, но похоже и на то, что его уже не так-то уж и много… Да, ну ладно, — теперь убрать всё в сейф, потом пожалуй посидеть ещё с полчаса в нашем кафе в холле и немного перекусить, а потом… А потом есть ещё почти 2 часа светлого времени, и это время лучше всего посветить прогулке по нашему парку… Да, а это ведь просто прекрасно… Ну ладно, — и он докурил, закрыл окно и запрятав все необходимые документы и ведомости в сейф вышел из своего офиса, закрыл дверь и спустившись на первый этаж присел за один из столиков их большого и уютного кафе. Подошедший тут-же официант вежливо с ним поздоровался, спросил что он сегодня будет и быстро записав заказ поклонился и через несколько минут всё что он заказывал уже стояло на его столе. Да, вместо получаса он там задержался минут на 40, уж очень уютным было их кафе и когда он рассчитался и вышел на Проспект тёплый ветер с моря слегка шевелил большие листья пальм, солнце светило на противоположную сторону проспекта, так что добираться до Городского Парка он будет по тенистой стороне, и ещё… Да, и ещё, как-же всё-таки хорошо там поработали с этой подсветкой и с вечерним освещением, да и эти теперь уже цветные разноцветные фонтаны… Да, ну и прекрасно, и сейчас он ещё раз на всё это и посмотрит. Да, и хорошо что вся жара уже спала. – Думал он неспешно проходя по проспекту и уже приближаясь к Городскому Парку.

Войдя туда он неспешно прошёл вдоль главной аллеи, дойдя до площадки с фонтанами остановился, присел на одну из скамеек и минут 25 – 30 молча и задумчиво смотрел как играют и переливаются в лучах уже низкого солнца разноцветные огни этих подсвеченных брызг от фонтанов, — да, вот они почти все ярко-жёлтые, потом два ближних быстро поменяли свой цвет на ярко-зелёный, стоявшие дальше сделались фиолетовыми и красными а самый большой посередине и вовсе принял яркий золотистый отсвет… Да, а как-же всё-таки всё это интересно… Прошло ещё минут 10, и вот теперь вся правая сторона стала ярко-фиолетовой, а левая – красновато-оранжевой… Да, а как всё это всё же интересно… И посидев ещё немного он потушил свою сигарету, поднялся и ещё немного постояв и посмотрев на эти блистающие огни потихоньку пошёл к дальней низкой ограде, прямо сразу за которой начинались уже песчаные пляжи и широкий океанский берег, — да, ведь сегодня он очень хотел посмотреть ещё и на закат солнца…

И пройдя через эти низкие столбики ограды он вышел на широкий и совершенно пустой уже к этому времени пляж, — низкое солнце в окружении ярких и разноцветных облаков висело тогда примерно где-то в 10 сантиметрах над линией горизонта и опустившись на одну из стоявших поблизости скамеек он вытащил сигарету, закурил и выпустил небольшое облако очень быстро рассеявшегося дыма. Да, а картина эта была как всегда великолепна… Да, как-же люблю я эти вечера, когда уже нет никакого народа и только это море, только этот горизонт и это низкое и уже садящееся солнце, да, и эти облака, — да правда, а ведь какие здесь всегда прекрасные закатные краски… Да, и этот мерный плеск прибоя, как спокойно… Он вытащил ещё одну сигарету, прикурил и немного прищурившись посмотрел вдоль берега, потом опять на это уже почти утонувшее солнце.

— Да, а ведь не зря же Елор и все его сородичи так любят по вечерам выходить на песчаные берега этого острова и выстроившись совсем недалеко от края воды подолгу смотреть на это заходящее солнце… Да, наверное они тоже о чём-нибудь думают, а может быть и что-то вспоминают, — да а вспомнить то им можно очень многое, да, ведь они же… Да, и эти их постоянные вечерние выходы на берег, — это у них тоже ведь просто в крови, и так всё продолжалось просто очень — очень долго, просто очень — очень много веков. Да, наверное ещё когда-то очень — очень давно, когда на этой планете ещё и вовсе не было людей и здесь всё было совсем — совсем по другому, они и тогда всё также выходили на эти песчаные пляжи и подолгу смотрели на это садящееся в воду солнце… Да, но кстати вот и солнце уже почти скрылось, и через пару минут здесь всё будет уже совершенно темно. Да, а интересно будет ещё раз посмотреть на эти разноцветные огни подсветок в нашем парке, — да, ведь это должно быть просто очень интересно и красиво. Да, а с чем, с чем, а с этими огнями здесь просто очень неплохо если даже и не просто превосходно поработали. Ну, вот и солнце скрылось. Ну что, ещё немного посижу здесь, и пойду.

И где-то минут через 15, когда на широком ночном небе уже отчётливо стали проступать большие и яркие южные звёзды Эдвин ещё раз посмотрел на созвездие Южного Креста, поднялся, вытащил ещё одну сигарету и неспешно пошёл к сверкающему разноцветной и мигающей яркой праздничной подсветкой и иллюминацией парку.

Дойдя до площадки с фонтанами он снова остановился и немного подумав снова сел на ту же самую скамейку, на которой он сидел при входе в этот парк. Да, эти фонтаны… А какая игра красок, — сейчас в темноте всё это просто по особенному отчётливо видно и заметно… И он закурил, ещё минут 15 посмотрел на эти переливающиеся и искрящиеся разноцветные огни, потом откинувшись к спинке скамейки и оглянувшись на недавно им покинутый берег подумал: — Да, а это всё время, время…

Да, и вот ведь парадокс, который человек обычно начинает замечать и по особому осознавать обычно только лишь с годами… Да, время, — если оно в молодости просто обычно спокойно и ровно течёт, только изредка слегка подпрыгивая и пружиня на некоторых небольших перекатах и стремнинах различных событий, которых в этом возрасте всегда обычно очень много, но после всё равно всё также ровно входит в своё русло и продолжает почти точно также течь и течь дальше, но чуть позже… Да, а чуть позже, или когда человек уже немного взрослеет, то ведь он гораздо больше и часто просто в совсем другом качестве начинает оценивать и осмысливать и всё происходящее вокруг, и все события и случаи, и всё что с ним происходит и всё чему он как-нибудь являлся или является свидетелем… Да, а это ведь просто происходит каждый раз, и каждый раз человек совершенно немного по другому и по разному смотрит и расценивает всё происходящее и соответственно с этим у него появляется и совершенно другие взгляд и отношение и ко всему происходящему, меняется и его взгляды на мир и очень часто и на меру ценностей царящих в этом мире… Да, и на меру ценностей и ко всему происходящему, и ко всему этому времени… Да, и вроде бы как будто и ничего не меняется, всё как и раньше привычно течёт, у человека имеется и свой иммунитет и своя с годами выработанная система ценностей и привычек, да, его часто чисто уникальные особенности и характер, позволяющие ему спокойно плыть и ориентироваться во всём этом море происходящего, реагировать на разные события, да, всё это так… Но – только время… Да, а вот и этот парадокс со временем, — ведь чем больше человек живёт, чем старше он становится, тем всё чаще и чаще он начинает обращать своё внимание и на само время, и на все происходящие события, и он не только всё чаще и чаще начинает и ценить и само это время, но и учится немного по другому смотреть и на все события, на всё происходящее, на знакомых ему людей и также и на такие обыденные и вроде бы совсем почти с детства привычные вещи, которым он раньше или не предавал особенного значения или же попросту даже и не замечал… Да, и тут то и открывается этот парадокс, — да, он конечно-же в полной мере происходит далеко не со всеми, но… Но тут человек понемногу начинает как-бы немного приоткрывать перед собой и само это время и находить и в нём, и во всём окружающем, и в первую очередь в себе самом порою самые неожиданные и очень интересные стороны, которые раньше просто были им когда-то не замечены… Да, тогда происходит какая-то очень ценная переоценка и переосмысление, и после этого перед человеком и начинает как бы понемногу приподниматься и открываться и это как-бы некое особенное и очень ценное понятие и чувство о «качестве времени», в котором человеку начинают приоткрываться и некоторые свои возможности о которых он раньше просто не задумывался или даже просто не замечал, меняется вся его оценка всех событий и всего происходящего, находится и своё особое место и относительно них и относительно всего другого происходящего вокруг, оно становится человеку гораздо более виднее и понятней, и… И тут у человека, если это конечно ему дано, начинает происходить расширение и обогащение и всего его внутреннего мира и попытки более гармонично и целостно относится и ко всем событиям и ко всему окружающему, да, и ко всему окружающему его и остальному миру. Да, и тут то с человеком иногда и начинают происходить порою самые разные и порою для него и совершенно даже неожиданные события и перемены, — да, человек начинает потихоньку становиться всё более и более разумней и мудрее, и… Да, и от этого он иногда вдруг начинает становиться и всё более и более счастливей и богаче, да, и богаче, — да, он всё больше и больше начинает радоваться простым и вроде бы совершенно обычным вещам, находя в них различные и порою очень разные и радостные стороны, он начинает всё больше ценить и по настоящему любить всякие мелочи, которые вдруг дарит ему жизнь, да, это могут быть и какие-нибудь предметы или вещи, напомнившие вдруг о чём-то, это может быть и что-то очень простое и давно привычное, это могут быть какой-нибудь случайно данный им кому-нибудь на улице совет или случайная и неожиданная встреча или может быть и даже просто какие-нибудь случайно им найденные свои обычные и старые игрушки, оставшиеся у него ещё с молодых лет и случайно напомнившие ему об чём-то, да, и он вдруг что-то вспоминает глядя на них и начинает смотреть и на них, и на всю свою жизнь совершенно по новому, и… И он начинает всё больше и больше любить и ценить и саму свою жизнь, — да, это происходит обычно с годами, и человек открывая себя для себя становится умнее и богаче, он начинает открывать всё новые и новые стороны и в себе самом и в других, становится просто добрее, умнее и снисходительней к другим, он становится для них не просто другом или простым знакомым, он очень часто становится для них уже действительно просто умным и мудрым советником и помощником, и от этого он сам становится просто гораздо добрее и богаче, да, просто гораздо счастливее и богаче, да, а это и есть то самое духовное богатство, которое и делает человека на самом деле просто счастливым.

Да, а время и собственно и само это понятие о «качестве времени», ведь оно же также просто тянется с нами всю-всю нашу долгую жизнь, очень часто порою просто деля её на совершенно разные отрезки и части, и на каждом таком отрезке у человека есть время чтобы остановится и осмотреться, и каждый такой раз он смотри вперёд и назад совершенно по разному и с совершенно другими различными подходами и понятиями к определённым критериям и мерам ценностей, с совершенно другими взглядом и подходами и к ним и ко всему другому… И чем больше у человека было таких отрезков и возможностей посмотреть на вроде бы совершенно одинаковые вещи под совершенно разными углами и оценками, тем ценнее и выше для него становятся и сами эти отрезки времени, и тем больше и богаче и само качество их восприятия, и собственно и само это самое время…

Да, время, время, — ещё раз подумал Эдвин. – Да, а ведь не смотря на всё это, то это ведь тоже парадокс, — ведь чем старше человек становится, тем быстрее для него начинает бежать и само время, а сам человек к этому времени как раз и начинает по настоящему любить и ценить саму жизнь и всё отпущенное ему здесь время, и он очень часто становится иногда мудрее, иногда – счастливей, да, ведь хотя ему и остаётся меньше лет, но зато все эти остающиеся годы у него наполнены уже накопленным к этой поре этим особым и часто даже просто особенным «качеством времени», которое как-бы компенсирует своими небольшими но очень ценными радостями и накопленной жизненной мудростью всё то, что теперь ему как в молодости уже недоступно, и часто хотя и времени-то у человека остаётся уже совсем немного, но оно всё наполнено знанием, смыслом и опытом, и это как бы компенсирует всё остальное, и часто человек в эти годы становится просто богаче своим прожитым жизненным опытом и это самое богатство, хотя всё оно только лишь чисто духовное, очень часто гораздо больше и ценнее любого другого мирского богатства, — ведь если человек находится в мире и счастье с собой, в гармонии и с сами собой и с миром, он просто становится счастлив от этого и просто даже порою он счастлив всему, — и тому что он кому-то на улице помог и подсказал кому-нибудь какую-нибудь правильную дорогу, и тому что вроде-бы всё ничего, и хотя и времени осталось вроде бы немного, но как это тогда было, когда он несколько лет назад точно также куда-то опаздывал и где-то задерживался, переживая что скорее всего опоздает, но когда он пришёл и оказалось что он мог задержаться ещё дольше, но всё равно прийти вовремя, и то как он был тогда просто рад и этому, и тому какой-же дивный и прекрасный тогда стоял вечер… Да, а это и есть те самые частицы этого и самого дорогого Духовного Богатства, которое человеку невозможно купить ни за какие деньги, это гармония и счастье и в самом себе и со всем окружающим…

Да, время, время… Ну да ладно, — чего это я вдруг всё об этом вечном и немного грустном, — подумал Эдвин и вытащив ещё одну сигарету прикурил, посмотрел на ещё один раз поменявшие свой цвет фонтаны и немного потянувшись вздохнул, улыбнулся и немного встряхнул головой.

— Да что-же, а прогулка сегодня получилась просто замечательной. И этот заход солнца, и эти разноцветные фонтаны… Да, и до чего-же всё-таки здесь всегда хорошо вечерами и в это время. Да, в своём офисе я уже навёл самый полный порядок, так что если мы с Элизой в ближайшее время куда-нибудь срочно исчезнем, то моим друзьям и коллегам не придётся особенно долго разбираться со всеми моими делами и служебной перепиской, — там уже полный порядок. Да, а потом ещё и эта прогулка… Да, как-же я всё же люблю эти свои вечерние походы и прогулки, когда на улицах уже почти никого и можно совершенно спокойно и посидеть на берегу, и немного прогуляться под фонарями и не особенно спешить… Ну ладно, ещё одну сигарету, и пожалуй можно будет потихоньку уже возвращаться. Да, а какие здесь замечательные краски, — да, ярко-малиновый и желтоватый свет фонтанов почти незаметно сменился на фиолетово-зеленоватый и посидев так ещё минут 15 Эдвин поднялся, посмотрел на огни стоявшего рядом кафе и кинув в урну уже догоревшую сигарету неспешно направился к выходу вдоль также очень искусно украшенных разноцветными огнями мигающих гирлянд деревьев.

Выйдя из парка он удовлетворительно вздохнул, ещё раз оглянулся на эти сверкающие огни и неспешным шагом пошёл к своему дому. Да что-же, вроде бы всё и не так то уж и плохо. Да, и Эндрю вчера наконец-то вернулся, и этот сегодняшний день… Да, а как хорошо-то сейчас, — подумал он взглянув на уходящие далеко вперёд огни проспекта и уже почти подходя к одной небольшой площади, совсем недалеко от которой находилась его контора, — да, и вроде бы всё ничего…

— Ничего? – вдруг услышал он прямо у себя за спиной очень хорошо ему знакомый и немного ироничный голос.

— Как, Елор? А я думал что ты сейчас дома.

И он обернулся, но совершенно никого не увидел, — только пустой и освещённый фонарями проспект.

— Эгей, а где-же ты опять спрятался?

— Пфы, да, а ты догадайся.

Голос его четвероногого друга раздавался буквально в 3 – 4 метрах левее его, но однако там никого не было. И Эдвин немного постояв и посмотрев на это место немного промолчал, потом улыбнулся и сказал:

— Ну что-же, если уж ты опять играешь здесь в прятки, то что-же, я знаю, — это ты умеешь. Хотя вообще-то для приличия ты мог бы кстати и появиться.

— Да, ты так считаешь?

— Да, так бы было просто несколько попривычней.

— Пфы, ты знаешь, я подумаю.

— Ну ладно, ты пока думай, а я пока пойду к дому.

— О-да, и я тоже.

И Эдвин улыбнувшись и засунув руки в карманы неспешным шагом продолжил свою вечернюю прогулку. Да, а Елор когда ему надоест играть в прятки всё равно ведь появится, — знаем мы эти все его шутки… И Эдвин пошёл так ещё метров 30, но только он дошёл до этой небольшой площади как всё с той-же левой стороны снова послышался голос Елора:

— Да, а ты знаешь что скорее всего уже завтра утром тебя будет ждать и ещё одно, и кстати довольно для тебя неожиданное известие?

Эдвин немного приостановился, снова посмотрел в ту сторону откуда раздавался голос его четвероногого собеседника, и немного улыбнувшись переспросил:

— Да, а это о чём ты? И кстати, если ты мне хочешь о чём-нибудь сообщить, то уж лучше сделай милость и появись в своём обычном виде, так с тобою будет как-то легче разговаривать.

— Ты так считаешь? Ну что-же, пожалуйста.

И тут совсем рядом с Эдвином послышалось обычное традиционное «пыыф», потом примерно почти на уровне его головы как бы раздвигая какую-то невидимую пелену или оболочку появилась сначала голова его друга (мы кстати можем здесь отметить тот факт, что появилась все эти необычные животные обычно не всегда совсем сразу, — сначала появлялась только их немного заострённая голова, потом небольшой кусок их шеи, а уже потом после этого обычно и всё остальное) и когда наконец-то вся его голова и часть длинной шеи уже полностью оказались на своём месте совсем рядом с ним он ещё раз чихнул и посмотрев на Эдвина сказал:

— Да, а ты знаешь, а сегодняшняя прогулка и правда оказалась замечательной.

— А, так значит ты тоже решил сегодня немного погулять?

— Да, совершенно верно, и также посмотреть на закат солнца и ещё немного погулять по парку.

— Ах ты старый плут, — улыбнулся Эдвин.

— Фу, да и не такой уж и старый, мне всего ещё чуть больше 150 лет.

— Ну да ладно, хватит тебе разглагольствовать, и лучше появись уже в своём обычном виде.

— Да уж, так точно, слушаюсь, — ответил Елор и теперь вслед за его головою и шеей точно также как бы раздвигая какую-то невидимую и прочную завесу появились его передние лапы, грудь, спина а затем и всё остальное и меньше чем через полминуты Елор ещё раз негромко чихнув и встряхнувшись опёрся об передние лапы, немного потянулся и посмотрев на Эдвина весьма добродушно сказал:

— Да, а ты как я вижу и не ждал моего присутствия?

— Если честно, то нет. Я думал что ты сейчас дома.

— Да, вообще-то я тоже думал сначала полежать там и послушать музыку, но минут через 20 после того как ты ушёл я немного почесался и решил что так как ты почти весь день будешь в своей конторе, а под вечер… А под вечер скорее всего всё же снова выберешься сюда, да, и я немного подумал и решил тоже немного прогуляться а на обратной дороге и немного побеседовать с тобой.

— Ну, и ты снова стал невидимым?

— Да, ты ведь знаешь, мне так удобнее.

— Да, и как ты только это так делаешь…

— А, да сколько раз можно тебе это объяснять, — пфыркнул Елор, — просто когда мы так делаем, мы все переходим в немного другой пласт реальности, немного в другое измерение где всё вроде бы и очень похоже и на этот, привычный вам мир, но на самом деле все пласты наших измерений очень сильно отличаются от этого, в котором мы сейчас находимся. Да, там где я был сегодня вечером, там также были и этот проспект, и этот парк, — да, только все они были немного другими, — там совершенно по другому выглядели все дома и строения и похожими оставались только ландшафты, — деревья, линии берега, подъёмы и возвышения. Да и кстати, деревья растут там не всегда на тех-же местах как в этом вашем мире, и ландшафты также там иногда имеют небольшие отличия. Да, и там где я был сегодня, — там никого из людей просто не было, да, никого кроме тебя, так как ты мой знакомый и различить там тебя для меня не составило какой-нибудь трудности. Да, тебя я там видел просто прекрасно и когда ты сидел на скамейке, и когда ты вышел на берег, — я также прошёл туда и присел там довольно невдалеке от тебя, — где-то примерно в 300 метрах и также смотрел на этот закат. Ну а потом, когда стемнело я ещё немного побродил по берегу пока ты сидел там опять на скамейке, ну а когда ты вышел я просто пошёл уже следом.

— Спасибо за откровенность.

— Да уж что ты, не стоит.

— Ну и чем-же ещё отличаются эти ваши невидимые миры или измерения от этого, нашего?

— Да пожалуй тем, что в некоторых из них нет ни людей, ни построек и похожими остаются только виды суши и моря, и живут там точно также как раньше только те-же животные, которые населяли эту землю ещё сотни тысяч лет назад, да и кстати и все мои братья, которые когда-то также жили на этой земле в последние столетия тоже просто перешли отсюда туда, в один из этих миров, и мы очень часто там с ними встречаемся и общаемся.

— Да, спасибо, ты мне как-то об этом уже говорил.

— Да уж не за что, да, и мы кстати почти что пришли.

— Да, вот и наш переулок.

— Ну что-же, идём уже к дому.

— Да, а если не секрет, — о чём-же вы там разговариваете со своими собратьями, с теми, которые «там», — да, о чём вы там секретничаете?

— О чём? Да обо всём и о многом.

— Да, понемногу обо всём?

— Да, пожалуй что иногда и так. Да кстати, вот мы и пришли.

И Эдвин подойдя к воротам открыл входную дверь, пропустил вперёд Елора и закрыв за собой дверь подошёл к двери их гостиной и открыв её прошёл внутрь, включил свет с удовольствием уселся в своё кресло.

— Да ну что-же, давай перекусим?

— Без возражений, — ответил Эдвин и включив чайник подошёл к холодильнику, достал свою вечернюю пиццу и ужин Елора, положил всё это на стол и посмотрев на своего мохнатого друга немного подмигнул ему и сказал:

— Да а кстати, а что это за неожиданное известие, о котором ты мне говорил по дороге?

— А это уже завтра утром. Да, к тебе должен будет прийти твой помощник из королевского питомника, — да, сегодня утром оттуда улетел один из кречетов «Его Величества», да, просто воспользовался открытым окном и немного ослабевшей цепочкой которая его там держала. Да, так что теперь жди уже к себе своего помощника и гостя и собирайся уже в экспедицию, в горы.

— Да, а похоже что если всё это так, то послезавтра утром и правда придётся уже ехать.

— Да уж, в первый раз тебе что ли такие походы.

— Ну ладно, вот твой ужин, — и Эдвин положил перед Елором его кусок немного поджаренного мяса.

— Да, спасибо.

— Ну и я сейчас тоже слегка перекушу, — ответил немного зевая Эдвин и налил себе чая. И примерно через полчаса погасив внизу свет и поднявшись по лестнице он немного приостановился, ещё раз подумал что завтра утром у них должны уже быть гости и немного зевая улыбнулся, — да, в первый раз это, что ли, — немного зевнул и вошёл в свою комнату.

 

 

 

6

 

 

И верно, на следующее утро, уже в 11 часов Эдвин уже встречал своего помощника по ведению всего королевского питомника, где постоянно находились около 20 специально отобранных и обученных кречетов к которым «Его Величество» питал особую страсть и привязанность и выслушав его речь об случайно исчезнувшем вчера пернатом он немного поговорил с ним, потом налил себе и гостю по чашке кофе и с улыбкой посмотрев на Алана, своего младшего помощника по всем этим пернатым немного подмигнул ему и сказал:

— Ну что-же, а теперь нам нужно уже срочно готовить экспедицию. Ведь ты же знаешь как «Его величество» относится к этим пернатым, и пропажа хотя бы одного из этих кречетов у него наверняка просто сразу-же станет темой для многих и многочисленных волнений. Так давай уж не будем заставлять «Его Величество» особенно беспокоится и держать в волнении по этому поводу, и давай уже лучше завтра, если ты конечно-же не занят соберёмся и съездим к центру острова и отловим для него ещё одного точно такого-же красавца. Уж ты то я надеюсь не против?

— Да что ты, я готов даже хоть сейчас.

— Ну, совсем сейчас пожалуй уж не надо, а вот завтра…

— Совершенно согласен, и завтра утром всё-всё уже будет готово.

— Да, а сегодня мне ещё надо будет встретится и с Эндрю, и ещё и заглянуть кое-куда по одному важному вопросу.

— Ну что-же, тогда завтра к половине 11 я подъеду к тебе, и где-то в начале двенадцатого мы с тобой будем уже выезжать из города.

— Ну что-же, ну и просто прекрасно.

— Да Эдвин, и обязательно передай мои приветы и Эндрю, — ведь мы с ним довольно давно уже не виделись, и обязательно твоей Элизе, если конечно у тебя будет такая возможность.

— Да, спасибо, а возможность будет, так что я обязательно их передам.

— Да, а как-же ведь вам всё-таки не повезло с Элизой…

— Да, а ты знаешь… А мы здесь обязательно чего-нибудь, но всё равно придумаем.

— О, и я, и многие другие наши знакомые сейчас только на это и надеются.

— Да, спасибо, и я думаю что надеются они уже совсем не напрасно.

— Да, а в этом – вам просто удачи.

— Спасибо.

— Ну ладно, тогда я пошёл собираться и готовить машину, и завтра в половину 11 я у тебя.

— Ну что-же, до завтра, дверь тебе откроет мой привратник, и завтра к половине 11 я тебя жду.

— Обязательно.

И молодой гость встал, попрощался с Елором и подойдя к воротам быстро исчез за боковой входной дверью. А Эдвин налил себе ещё чашку кофе, набил свою трубку и раскурив её немного задумчиво прикинул, — сколько примерно времени может занять эта их поездка. Да, если всё будет нормально, то примерно 3 дня. Так, собирать ему почти что нечего, всё основное возьмёт с собой Алан, а свой небольшой рюкзак он спокойно соберёт сегодня вечером. Да, сейчас, где-то в начале первого к нему должен будет заглянуть Эндрю, и наверняка у него уже могут быть какие-нибудь идеи, а может быть даже и планы по всем их делам. Да, и ещё сегодня должен будет подойти и человек от Элизы, да, Ментос, и сейчас… Да, а как и говорил ему Эндрю, а сейчас, пока обстановка для них стоит пока достаточно благоприятная, то надо этим как раз воспользоваться, и подготовить всё к их уже возможному скорому бегству вместе с Элизою с этого острова, да, надо подготовить и план, и примерные сроки, и всё что для этого может быть нужно… Да, а знали бы они хотя бы несколько месяцев назад что всё это так сложится, ведь тогда ещё можно бы было хоть что-то придумать… Да, ну что-же, а теперь им уже приходится просто выкручиваться из этой, и довольно весьма непростой ситуации… Да, и скоро сюда как раз придёт Эндрю, и как он и говорил, надо будет с ним обсудить и обговорить хотя бы пока примерный план для их побега. Да и кстати, ведь сюда сегодня должен будет заглянуть и Ментос, да, ведь он позавчера обещал прийти сегодня к 2 часам. Ну что-же, ну тогда пожалуй мы втроём здесь всё это примерно и обсудим, да, а после… Ну а после меня 3 – 4 дня здесь не будет, и пока мы с Аланом будем там отлавливать этого пернатого, то может быть за это время здесь чего-нибудь по этому вопросу и придумается. Да и кстати, ведь скоро должен будет подойти и Эндрю.

И действительно, как в подтвержденье этих его мыслей в гостиной раздался условный короткий двойной звонок Эндрю и через минуту вошедший товарищ поздоровался с Эдвином, кивнул Елору и уселся на своё привычное кресло напротив хозяина.

— Да, а ты как и говорил, и как всегда вовремя, — только что тебя вспоминал.

— Ну что-же, наверное дольше жить буду.

— Да, что тебе лучше, — чай, кофе?

— Да, давай лучше кофе.

— Одну минуту.

— Да и кстати, как ты там в своей конторе, — разобрался?

— Совершенно и со всем.

— Так, а это пожалуй даже просто прекрасно. Да, и что-же, и ты знаешь, — а у меня для тебя и для Элизы есть просто очень неплохие новости. Да, я вчера вечером поговорил со своими доверенными людьми, и ты знаешь, — а ваше дело то уже сдвинулось, и сдвинулось в весьма хорошую для вас сторону. Да, и знаешь, давай завтра утром мы сходим в одно место, и я думаю…

— Да, очень интересно что это за новости, но ты знаешь, насчёт завтра… Да, а дело в том, что из нашего королевского вольера для пернатых снова улетел один из любимых кречетов «Его Высочества», и мы с Аланом уже завтра утром выезжаем к центру острова, к этим горным массивам, и пробудем там где-то около 3 дней…

— Да, а это правда, не очень-то и вовремя, ну что-же…

— Да, а кстати, а что это за новости, о которых ты мне говорил?

— Да, а эти новости такие, — я тут немного поговорил со своими знакомыми, и ты знаешь… Ты знаешь, — а для вас уже всё почти что полностью готово, и примерно через две с половиной недели вас уже будет ждать довольно большое и надёжное судно, на котором вы совершенно спокойно и незаметно доплывёте до одного из небольших городков – посёлков в одной из незаметных бухт в индийских джунглях, — и уж там то вы спокойно можете расположиться и устроиться, и уж где, где, а там-то вас искать просто уже никто не будет. Так что когда вы вернётесь с этим вашим пернатым обратно, то вполне приличное и устойчивое морское судно будет уже почти полностью готово, и нам здесь останется уже совсем немного.

— Ну Эндрю, а вот за это тебе и твоим людям просто большое и отдельное спасибо. Да кстати, и ещё тебе большой привет от Алана, и ещё, — что касается наших планов и особенно этих твоих последних новостей, то уже через 30 минут сюда подойдёт наш Ментос, и тогда мы с ним вместе сможем более детально и подробно обо всё этом поговорить.

— Ну что-же, а это просто прекрасно, и это только ускорит мою подготовку.

— Ну, знаешь, а за это тебе от меня и Элизы ещё раз большое – большое спасибо, да и кстати, может быть ещё по кофе?

— Да, а это пожалуй.

И Эдвин ещё раз включил кофеварку и взяв свою трубку немного улыбнулся Эндрю, который также вытащив свою неспешно стал её набивать. И пришедший к ним вскоре Ментос был ими очень радушно и радостно встречен и быстро введён ими в весь курс всех ближайших событий, и когда разговор коснулся вопроса о том, как лучше будет подготовить бегство Элизы из-под этой и правда довольно серьёзной охраны он только мягко улыбнулся и сказал им что как-раз об этом то они могут совершенно не беспокоиться и смело предоставить все действия и тонкости уже в его руки.

— Да, только будет пожалуй большая просьба вам и вашему другу быть недалеко от этой виллы, где именно я вам там покажу, и ждать уже там машину со мною и с вашей подругой. Да, а до этого конечно-же всё должно быть тихо и совершенно никто об этом ничего не должен знать.

— Да, пожалуй только кроме некоторых моих поверенных друзей, которые также будут во всём этом участвовать.

— Ну что-же, а мне как я уже и говорил завтра на время придётся покинуть и эти дела, и наш город, так что Эндрю как мы и говорили будет каждый вечер заходить к тебе домой, и вы там сможете конкретно и обо всём спокойно поговорить и посоветоваться, ну а я когда вернусь, то также присоединюсь к вашей компании.

— Ну что-же, вот и прекрасно, — ответил Эндрю и улыбнувшись Ментосу сказал что уже завтра вечером он к нему обязательно заглянет, и что им пожалуй уже будет о чём немного переговорить.

— Да, пожалуйста, пожалуйста, я всю эту неделю после 7 вечера всё время буду у себя дома, так что добро пожаловать, и чашка кофе у меня всегда найдётся.

— Ну вот и прекрасно.

— Ну что, ещё по кофе?

— Да, пожалуй.

И когда уже все разошлись Эдвин ещё немного посидел у себя в гостиной, потом вздохнул, улыбнулся и посмотрел на Елора.

— Ну что-же, и как будто мы почти что всё уже сегодня обсудили.

— Да, вполне возможно.

— Ну что, пойду уже к себе пожалуй потихоньку собираться.

— Ну что-же, иди, — ответил ему Елор, немного задумчиво посмотрел как он поднимается к себе наверх и снова также улёгся уютно уложив свою умную голову на свои мягкие передние лапы.

 

 

 

7

 

 

 

Утром всё уже было собрано, благо Эдвину практически ничего собирать было не надо, — всё основное нужное для этого похода находилось в ведении Алана и в его большой машине, так что не очень большой рюкзак, пакет со спальным и небольшой но надёжный карабин Эдвина уже спокойно стояли у стенки в их гостиной, и когда в ровно в половине 11 высокий джип Алана притормозил рядом с их воротами и привратник хлопнув дверью пропустил его внутрь, его уже ждали и горячей кофе с пиццей, и полностью уже готовый к их поездке Эдвин. И когда они закурили свои трубки Эдвин подвинув поближе чашку с кофе ещё раз затянулся своим отборным Колумбийским табаком, выпустил густой клуб дыма и с небольшой улыбкой посмотрев на своего спутника сказал:

— Ну как ты думаешь, если с дорогой никаких приключений не будет, за 3 дня мы управимся?

— Да вообще-то должны.

— Ну что-же, как и раньше, поедем к центральному нагорью, в других местах искать таких кречетов будет гораздо труднее.

— Да, и ведь и дорога по которой мы поедем, — ведь она проходит по самым красивым местам нашего острова.

— Совершенно с тобой согласен, особенно когда она уходит вверх, в горы, — ведь там такие виды…

— Да, и я про это говорю. Ну ладно, но это уже по дороге, а выезжать туда нам лучше где-то уже минут через 25 – 30.

— Да, сейчас только допьём этот кофе, докурим наши трубки на дорогу, и вперёд.

— Совершенно согласен.

— За рулём будем меняться через каждые 3 – 4 часа. Кстати, первым поведёшь ты?

— Давай пожалуй сначала лучше я, а насчёт всего остального…

— А насчёт всего остального, — то через каждые 3 – 4 часа. И кстати, у тебя всё в порядке?

— Да что ты, всё собрано и уложено ещё вчера вечером.

— Ну вот и отлично. Долить тебе ещё кофе?

— Да, только немного.

— Ну что-же, тогда допиваем этот кофе, и пожалуй нам уже пора.

— Да, а кофе у тебя превосходный.

И допив кофе они ещё немного посидели, потом Эдвин подозвал своего дворецкого, сказал ему несколько наставительных слов и распоряжений на время своего отъезда и оба путника попрощавшись с Елором, который ради этого даже немного привстал на передние лапы и также пожелал им удачной дороги поднялись, Эдвин взял стоявшие у стены рюкзак, пакет со спальным и свой карабин и ещё раз кивнув Елору они вышли из дома.

Машин в городе в это время было не очень-то много и они без особого труда выехав через окраины к окружному шоссе, ведущему по кругу вокруг всего острова и на котором через 60 километров находился нужный им поворот, выходящий на дорогу ведущую в центральную часть и вглубь острова Алан посмотрев немного дальше вперёд улыбнулся и нажал на педаль газа. И где-то через 3 часа, отъехав уже километров на 150 от этой окружной дороги они остановились, вытащили свои термосы и после небольшого перекуса за руль сел уже Эдвин. На ночёвку они остановились в широком горном ущелье, и посидев немного с горячим кофе и подогретым дорожным ужином они посмотрели на это звёздное небо, на свой небольшой костёр и Алан сказав что завтра к часу они должны быть уже в нужном месте закурил трубку, подкинул в костёр немного веток и сказал что с утра за руль сядет он.

— Ну что-же, твоя очередь, я не возражаю.

— Ну вот и спасибо.

— Да, а сейчас давай допьём этот кофе, ещё немного посидим, и спать.

— Уж кто бы возражал, совершенно согласен.

И через 20 минут они загасили этот уже догоравший костёр и весьма удобно и даже почти с комфортом устроились на своих откинутых дорожных креслах и пожелав друг другу спокойного сна потушили внутренний свет и через небольшое время уже довольно крепко спали.

Проснувшись утром и слегка перекусив они поднялись, посмотрели на уходившие по бокам довольно высоко вверх скалистые склоны и Алан сев за руль и ещё раз оглянувшись на место их стоянки немного улыбнулся и мягко съехал с обочины. Как они и предполагали, примерно где-то к часу они проехав ещё километров 80 по ведущей дальше вверх к старым и уже давно заброшенным выработкам дороге выехали к краю довольно высокого и широкого плато, с одной стороны метрах в 500 от них заканчивавшимся большим и глубоким ущельем, а с другой примерно в полутора километрах от них упиравшегося в довольно высокие горные склоны. Дорога эта вела ещё километров на 15 вглубь дальше и вверх, но туда дальше им было не надо, — они уже приехали на своё довольно хорошо им знакомое и нужное место.

Выйдя из машины и слегка размяв свои ноги они посмотрели на эти горные кряжи, потом Алан вытащил термосы и их дорожный завтрак и усевшись на одном немного уже нагревшемся на солнце широком и удобном камне и они разлив кофе по чашкам перекусили и Эдвин налив ещё чашку кофе посмотрел на эти стоящие невдалеке горные склоны и спросил своего помощника:

— Ну, как ты думаешь, за сегодня мы со всем этим справимся?

— Ты ещё спрашиваешь? Сегодня вечером всё должно быть уже в самом полном порядке. Ведь там, на скалах их столько…

— Да, а это пожалуй что верно.

— Ну что, сейчас допьём этот кофе, вытащим наше снаряжение и пойдём посмотрим как там всё на нашем месте.

— Согласен, давай.

А на том месте о котором они говорили и правда всё было в самом полном порядке, и ещё поднимаясь вверх по высоким ступенчатым скалам они подняли в воздух довольно большую стаю этих благородных пернатых, и выйдя на довольно большую и широкую площадку на которую в самом скором времени как они прекрасно это знали кто-нибудь из этих пернатых обязательно должен будет приземлится они незаметно расставили там свои тонкие и прочные силки и подкинув на некоторые особые места немного тонких квадратиков нарезанного мяса спрятались за камнями и стали ждать.

Ну что-же, и это их ожидание было успешным и уже где-то через полтора часа смирив сначала очень беспокойно сопротивлявшуюся гордую птицу и введя её в состояние полусна они поместили её в заранее ими взятую большую и широкую клетку, немного ещё постояли и посмотрели на открывавшуюся оттуда очень живописную картину высоких горных склонов и близкого широкого глубокого ущелья, свернули свои силки и накидав на эту площадку остатки подготовленного для этой поездки нарубленного мяса и ещё кое-какой снеди для оставшейся пернатой стаи стали неспешно спускаться к машине.

Подойдя к своей стоянке и аккуратно поставив клетку со спящей уже птицей на заднее сидение и накрыв её специальным полотном — покрывалом они снова вытащили свои термосы, Алан довольно быстро разжёг небольшой костёр и удобно устроившись на этих-же и стоящих уже в тени камнях они закурили и Эдвин глотнув немного кофе посмотрел на эти уходящие высоко вверх скалы, потом на находившееся совсем неподалёку от них ущелье посмотрел на Алана и с небольшой улыбкой сказал:

— Ну что-же, заночуем мы сегодня конечно-же здесь, а выехав завтра утром даже мы если не будем особенно спешить, то где-то немногим ближе к ночи будем уже у себя дома.

— Да, 3 дня, как мы и говорили.

— Совершенно верно.

— Ну что-же, тогда я сейчас займусь дальше разведением этого небольшого огня, мы здесь ещё немного посидим и перекусим, а после этого можно будет немного прогуляться и посмотреть на открывающиеся отсюда весьма живописные виды.

— Да, и это ущелье, ведь это-же даже пожалуй почти что ведь целый каньон, и ещё ведь примерно в полукилометре отсюда в него стекает с этих склонов довольно неплохой ручей, если даже и не небольшая быстрая речка с очень чистой водой, и если пройти там немного подальше, — то там такой вид…

— Да, и мы кстати заправим там наши канистры.

— Да, конечно, а то они уже наполовину пустые.

— Ну что-же, тогда я сейчас допиваю этот кофе и начинаю заниматься разведением костра.

— А я пока прогуляюсь вдоль этого ущелья и посмотрю на этот вид.

И уже вечером сидя у костра и перекусив поджаренным мясом с кофе и глядя на яркие южные звёзды они потихоньку переговариваясь налили ещё по чашке кофе, Эдвин закурил сигарету а Алан отпив немного горячего кофе поставил чашку на ещё тёплый камень и посмотрев на Эдвина сказал:

— Ну что-же, вот мы и справились с этим заданием.

— Да уж, и теперь Его Высочество может быть спокоен за своих пернатых.

— Да, и теперь в его вольере уже будет полный порядок.

— Ну что, посидим ещё немного?

— Да, и какие здесь яркие звёзды.

— И само это место ведь совсем и совсем неплохое. И эти скалы, за ними – горные уступы, и этот каньон… Нет, а какой всё-таки ведь иногда красивый у нас остров.

— И только иногда?

— Пожалуй да, и здесь я с тобой согласен.

— Да, а кофе как отлично заварился.

— И термосы мы уже заправили.

— Ну что-же, итак завтра утром мы уже едем обратно, и к вечеру, примерно где-то в это-же время мы должны быть уже в городе.

— Да и не просто должны, а уже будем точно.

И Эдвин закурил ещё одну сигарету, немного отошёл от костра и постояв несколько минут молча глядя на звёздное докурил, потом постоял ещё немного и вернувшись к костру взял свою чашку с немного остывшим кофе и обернувшись к Алану сказал:

— Ну что-же, так как мы завтра уже едем, то давай где-то через полчаса начнём потихоньку подготавливать наши спальные места, ну а потом… А потом — ты знаешь, ты лучше уже ложись, а я ещё где-то минут 40 посижу здесь у костра и немного подумаю.

Алан, очень хорошо зная всё о той ситуации в которой оказался его товарищ со своею подругой понимающе кивнул, также закурил сигарету и когда они через полчаса привели в порядок свои спальные места молча перекурил вместе с Эдвином, потом поднялся и сказав что не будет ему сейчас больше мешать открыл машину и залез на своё спальное место.

— Ну всё, хороших тебе размышлений.

— Да, спасибо, и если ты будешь уже спать, я постараюсь тебя не тревожить. Да, костёр я погашу.

— Ну всё, спокойной ночи.

— Да, спокойной ночи.

И Алан захлопнул дверцу машины, а Эдвин подкинув ещё немного веток в костёр глотнул горячего кофе, закурил и ещё раз посмотрел на это звёздное ночное небо. Он затянулся сигаретой, отпил ещё немного кофе и поставив чашку рядом с собой ещё раз взглянул на звёзды и с небольшой грустью подумал: — Да, а какой-же всё-таки красивый у них остров… Ведь сколько раз уже он бывал и здесь, и в других таких-же местах, и каждый раз это было и что-нибудь новое… Да, и ведь здесь он родился и вырос, занимает сейчас очень видное и достойное положение и должности, является одним из авторитетных советников по многим вопросам… Да, безупречная карьера, высокое положение, и вот теперь через 2 недели… Да, но теперь когда вопрос упёрся в Элизу, — это уже всё. Да, хоть и жаль ему будет покидать этот остров, жаль будет с ним расставаться, — ведь это-же всё-таки его родина, да, но Элиза… Нет, он всё-таки никак не сможет её бросить, а теперь уже выход у них к сожалению только один… Да, как хорошо если бы это была Аркадия, но там сейчас… Да и ведь Эндрю уже подыскал для них какое-то надёжное место, и такое что там их уже точно не найдут, а это сейчас для них пожалуй самое главное, — ведь когда здесь спохватятся, тут такое начнётся… Нет, а всё-таки это немного грустно.

Он ещё раз вздохнул, допил свой немного остывший кофе и закурив сигарету ещё раз посмотрел на яркие ночные звёзды, немного поворошил угли костра и немного вздохнув с небольшой улыбкой подумал: — Да ну ладно, ведь чего уж там… Да, и стоит ли так сокрушаться, — ведь это всё – судьба, суды, судьбы и суета… Да, — судьба, суды, судьбы и суета… Да, а вот фраза хорошая, а как бы здесь её и дальше… Да, а вот пожалуй, — да, — порой минут просивших тщетность… И долгие и долгие года… Да, вроде бы подходит, и даже в рифму. Да, весь этот наш безумный и безумный мир, и все наши дела… Ну ладно, посижу ещё здесь немного, да, и хорошо здесь сейчас, — тихо, спокойно и костёр немного потрескивает, но скоро пора уже спать. Да, ведь завтра в дорогу. Да, — судьба, судьбы, суды и суета, порой минут просивших тщетности, и долгие и долгие года… И посидев ещё минут 15 под этим южным звёздным небом он поднялся, затушил костёр и ещё раз взглянув на большие и яркие звёзды пошёл к их машине.

И утром проснувшись и проведя необходимые сборы они ещё немного посидели у костра с чашками кофе, потом вместе подошли к находившемуся недалеко от их стоянке глубокому ущелью, минут 15 простояли там глядя на немного необычный даже для этих диковинных мест очень живописный пейзаж, открывавшийся им оттуда и попрощавшись так с этой стоянкой пошли к своей машине.

Дорога обратно прошла очень ровно, они 3 раза меняли друг друга за рулём и когда уже стемнело и они подъехали к выезду на Большое кольцевое шоссе сидевший с краю Алан, внимательно смотревший всё это время вперёд и иногда немного в бок закурил сигарету, повернулся к сидевшему за рулём Эдвину и с небольшим вздохом немного задумчиво сказал:

— Ну что-же, ну вот мы почти и приехали.

— Да, уже почти.

— Да, Эдвин, а эти ваши дела… Да, как вы там с Элизой?

— Да, а ты знаешь… Ну что тебе сказать, даже не знаю… Только пожалуй то, что мы всё равно что-нибудь здесь, но придумаем.

Алан с минуту молча посмотрел на него, потом негромко вздохнул и ответил:

— Ты знаешь, а мы все в вас верим, и знаем что вы обязательно здесь чего-нибудь, но придумаете. И я, и все наши друзья. И тут мы все желаем вам удачи.

Эдвин улыбнулся, посмотрел на него и ответил:

— Ну что уж тут, дела, вода и воды… Да, а это они, — судьба, судьбы, суды и суета. Да, и что-нибудь мы обязательно придумаем.

— Эдвин, мы все в вас верим.

— Ну что-же, а за это спасибо.

И Эдвин также закурил сигарету, проехал небольшой плавный поворот и посмотрел на светящиеся часы на приборной доске, — да, уже скоро они будут в городе.

Когда они въехали в город и по практически пустым проспектам освещённым довольно частыми фонарями и светом витрин всевозможных кафе и магазинов подъехали к Почтовой Площади и ещё немного проехав подъехали к переулку Эдвина то Алан оглянулся назад, где стояла накрытая пледом клетка с сидевшим последнее время спокойно пернатым, посмотрел всё ли там в порядке и убедившись в этом дружелюбно кивнув притормозившему уже около своих ворот Эдвину сказал:

— Ну всё, вот мы и приехали.

— Ну, не то чтобы все, но я уже дома. Ты зайдёшь сейчас ко мне?

— Да нет, спасибо, я сейчас тоже домой, да, благо это тоже недалеко отсюда. Да, а этого пернатого я сам завтра помещу в королевскую вольеру, а после этого позвоню тебе.

— Да, договорились, спасибо.

— А насчёт всего остального…

— А что касается всего остального, то давай договоримся что когда у меня появятся какие-нибудь уже конкретные новости или известия, то тогда я обязательно тебе позвоню.

— Ну что-же, а здесь удачи тебе, Эдвин, и я, и многие твои друзья здесь просто в тебя верят.

— Ну что-же, на этом спасибо, да, и не буду тебя здесь задерживать, — сказал выходя из машины и вынимая с заднего сидения свой рюкзак, пакет со спальным и небольшой карабин Эдвин и поставив их на тротуар ещё раз улыбнулся перебравшемуся за руль своему спутнику и сказав ему: — Ну что-же, с возвращением и приятно отоспаться, — захлопнул свою дверцу.

— Да, и тебе спокойной ночи, — ответил ему через боковое окно Алан и дав задний ход потихоньку выехал из переулка. А Эдвин докурил, поднял свои вещи и подойдя к боковой входной двери открыл замок и зашёл внутрь.

— Ну что-же, вот я и дома, — сказал он заходя в гостиную и уже ждавшие его там дворецкий и лежавший как обычно на своём месте Елор тут-же его встретили, — один с небольшим поклоном и приглашением за стол, а второй с небольшим чиханием и фразой – Ну вот, уже приехали…

— Ну, и как прошла поездка, — улыбаясь спросил его дворецкий.

— Да вроде всё ничего, довольно быстро справились. А что у вас здесь?

— А у нас… А у нас сегодня к вам приходил очень взволнованный Эндрю и просил если вы приедете сегодня вечером, то обязательно передать вам вот это письмо, — да, вот оно на столе, а также там и два письма которые принёс для вас Ментос, — одно вчера, одно сегодня.

— Да, спасибо.

— Да, и кстати Эндрю сегодня был чем-то очень сильно взволнован и просил передать вам то, что у него есть для вас какие-то и просто очень важные новости, и что завтра утром он уже обязательно будет у вас.

— Да? А вот это может быть уже интересно.

— Да, и вполне возможно что подробности он скорее всего изложил в этом письме.

— Да, я обязательно сейчас прочитаю.

— Да, вот ваш кофе, ваш ужин сюда принесут уже минут через 10, Елора мы уже накормили.

— Ну и спасибо, — довольно добродушно отозвался из-под стола опять улёгшийся там зверь.

— Ну что-же, ты тогда свободен, а я сейчас поужинаю и прочитаю эту почту. Да, и спасибо что ты меня предупредил, и спасибо что кофе горячий.

— Так ведь мы же вас ждали, — ответил ему ещё раз улыбнувшись дворецкий и поклонившись скрылся за дверью в боковую пристройку.

— Ну вот вы и вернулись, да всё верно, — 3 дня, — сказал немного приподняв свою голову Елор.

— А что, ты думал мы там задержимся дольше?

— Да нет, это я просто так. Да, а ты наливай-ка себе ещё кофе.

— Да уж об этом ты не беспокойся, ужин сейчас принесут.

— Да я и не беспокоюсь, с чего это ты взял? Да, и если я сначала говорил про твоё отсутствие просто так, то твой Эндрю прибежит к тебе завтра утром уже не просто так, а просто с очень большим и очень важным для тебя известием.

— Да? А в чём дело?

— Ну, ты уж лучше сначала поужинай, а потом можешь и посмотреть эти письменные послания, — кое-что об этом будь уверен, там написано. Да, а потом уже мы можем здесь с тобой немного и поговорить, ведь я и не скрываю что и мне здесь кое-что известно. Да, а до тех пор – я молчу.

Тут в гостиную принесли горячий ужин и Эдвин ещё несколько раз попытавшись спросить у Елора и как-нибудь выяснить, в чём-же здесь всё-таки дело так и не дождавшись от него никакого ответа принялся за эту вечернюю трапезу. Когда с остатками ужина было покончено и двое служителей убрали всю посуду Эдвин налил себе горячего чая, вытащил сигарету и посмотрев на также молча смотрящего на него Елора попробовал его ещё раз спросить, но услышав в ответ: «А ты лучше прочитай» ещё раз затянулся сигаретой и протянулся к лежавшим на столе письмам.

Первым он открыл письмо Эндрю. Да, о чём это он там пишет и что это он так хочет мне сказать, что это там за срочные новости? Ну, так, — и вытащив письмо из конверта и развернув его он к очень большому своему удивлению прочитал:

«Эдвин, ты уж меня извини, но пока вы там ездили по нашему острову, на нас здесь просто обрушилось одно и просто потрясающее известие, и касается оно извини, но только тебя, да, тебя и только тебя в первую очередь. Да, а дело в том, что на следующий же день после вашего отъезда ко мне из Аркадии прибыли двое уже довольно знакомых мне высших советников и приближённых Его Высочества Генриха Аркадского, и сразу же и в первую же очередь они спросили у меня о тебе и про тебя. Да, а дело здесь в том, что сам Генрих Аркадский, находящийся сейчас как всем нам хорошо известно в небольшом известном нездоровье, и как это раньше было известно, не имеющий никаких дальнейших наследников престола (что собственно и вызвало в Аркадии очень сильные беспокойства и практически поставило её на грани гражданской войны из-за очень многочисленных претендентов на её высшую власть) так вот, ты представляешь, а венценосный Генрих всё-таки нашёл в своих бумагах и при помощи долгих розысков действительно настоящего наследника престола и власти, и… И извини меня пожалуйста,  но им то и являешься как раз то именно ты… Да, а всё дело в том, что твой дед, если я не ошибаюсь Кендел Кентон, был на самом деле как раз тем самым и куда-то вдруг пропавшим родным братом правившего тогда в Аркадии Филипа Х Эдгаром, с которым он тогда сначала просто очень сильно разминулся в некоторых важных точках зрения на некоторые особенно важные вопросы, а после и вовсе был недоволен ни его правлением, ни его политикой и к тому-же здесь очень сильно была замешена и одна особа, дочь одного из высокопоставленных Лэндтернских вельмож, и вот 70 лет назад он тайком и бежал из Аркадии в Лэндтерну, где и выдал себя за одного английского графа – путешественника, и сделал всё это так, что всё это до самых последних дней так и оставалось строгой и неприкасаемой тайной. Так что Эдвин, ты извини пожалуйста, но когда ты вернёшься, то почти что сразу-же жди меня, и тут я немного более подробно всё тебе объясню. Так что я очень рад если ты уже вернулся и прочитал это письмо, и жди тогда уже нашей скорой встречи. На этом я пока и заканчиваю,

Всё, Эндрю.»

 

Эдвин дочитал это письмо, задумчиво и аккуратно вложил его обратно в конверт и вопросительно посмотрел на Елора.

— Ну что-же, теперь ты прочитал это известие, и теперь ты уже в курсе.

— Да… Как будто бы да…

— Да и не как будто бы, а совершенно точно. Даже я здесь не могу тебе чего-нибудь прибавить.

— Да, ну и дела… Ладно, давай подождём завтрашнего прихода Эндрю, ну а после этого…

— Да, а тебе это «после» до сих пор не понятно…

— Да, а ты знаешь… — И Эдвин очень выразительно посмотрел на своего разговорчивого зверя, и тот почти сразу-же чихнув приподнял свою голову и очень вежливо ответил:

— А что именно интересует Ваше Величество?

— Да, но ты знаешь… И Эдвин уже моча допил свой кофе, собрал лежавшие на столе письма и пожелав Елору «спокойной ночи» погасил в гостиной свет и стал подниматься к себе на 2 этаж.

 

 

8

 

 

 

И на следующее утро как и предупреждал Эндрю в половину десятого он уже входил в их гостиную и поинтересовавшись как прошла их поездка и прочитал ли Эдвин вчера его письмо почти сразу-же начал свой рассказ об произошедших здесь на острове в его отсутствие событиях.

Да, и действительно два прибывших на остров на следующий же день после отъезда Эдвина поверенных представителей правящего Аркадией Генриха Аркадского сразу-же пришли к нему и сразу-же спросили у него про Эдвина, и с сожалением узнав что его сейчас нет в городе очень сильно расстроились, — да, ведь они сюда прибыли с очень почётным и ответственным заданием чтобы пригласить его срочно в Аркадию, и у них при себе было специальное особенное письменное пригласительное послание от Генриха Аркадского, в котором он торжественно и официально приглашал Эдвина как последнего законного представителя правившей уже более 300 лет в Аркадии династии Бургенотов и его внучатого племянника к себе в столицу Аркадии Баргеме, и что сегодня они конечно-же будут у него и лично и с большими почестями вручат его ему.

— Да, вот такие вот дела произошли у нас за время этого твоего недолгого отсутствия.

— Да уж, и не говори.

— Да, а я сейчас даже и не знаю, как-же мне правильно теперь и обращаться к тебе, да, ведь вы же сейчас, Ваша Светлость, теперь…

— Да брось ты, обращайся как раньше, — так ты точно не ошибёшься.

— Ну, тогда спасибо, Эдвин Бургенот.

— Да ладно уж тебе сразу так важничать.

— Да нет, и как ты мог так подумать, — я совершенно серьёзно просто назвал тебя твоим полным именем. Да ну ладно, Эдвин, а насколько нам сегодня назначать к тебе аудиенцию этих двух посланников?

— Да, а ты знаешь… А давай часа в два.

— В 2 часа? Ну вот и отлично, и ровно в 2 они оба будут уже точно у твоих дверей.

— Ну и прекрасно, вот мы и послушаем, о чём они ещё здесь нам поведают.

— Эдвин, только ты пожалуйста здесь лучше не шути, — ведь это предложение – это-же ещё и самый лучший и самый прямой выход и из всей вашей ситуацией с Элизой.

— Да, а в чём, в чём, а в этом, — да, ура, и ты здесь совершенно прав.

— Ну ладно, тогда я пойду и обрадую двух уже ожидающих твоего ответа посланников, а ты – будь готов к их визиту.

— Ну ладно, об этом ты уже лучше не беспокойся, а лучше иди и предупреди что я уже их жду.

— Ну ладно, я пошёл.

— Ну, с Богом.

И Эндрю улыбнувшись поднялся и немного поклонившись и подмигнув улыбающемуся Эдвину вышел из дома.

— Да, ну и дела, однако – сказал после ухода Эндрю откинувшийся в своём кресле Эдвин.

— Да уж лучше и не говори, — ответил ему положивший свою голову на передние мягкие лапы Елор, — я даже и не знаю, как мне тебя теперь правильно называть, — у твоей новой фамилии произношение такое, что язык можно сломать пока её полностью выговоришь.

— А ты лучше называй по старому, — улыбнулся ему Эдвин, — так всё-таки привычней как-то будет.

— Да? Ну ладно.

И как они и договаривались, ровно в 2 часа в их гостиной отчётливо и ровно прозвучал очень хорошо им знакомый условный двойной звонок Эндрю. Предупреждённый уже заранее привратник сразу-же открыл входную дверь и пропустив Эндрю и двух весьма представительных людей лет 40 весьма уважительно им поклонился и сказал им что их уже ждут. Они подошли к дому и открыв дверь Эндрю пропустил вперёд гостей, а потом зашёл сам и вопросительно посмотрел на Эдвина. Двое пришедших тут-же низко и почтительно ему поклонились и когда вставший Эдвин пригласил их сесть они ещё раз поклонились и следом за этим сразу-же начал тот, что был чуть-чуть повыше и почтительно склонив свою голову он очень вежливо и торжественно произнёс:

— Ваша Светлость, мы очень рады вас видеть, и мы, и представляемый здесь нами король Аркадии Генрих XIX очень рады что наконец-то нам посчастливилось после долгих поисков всё-таки вас разыскать, и мы очень рады видеть вас в полном здравии и благополучии и теперь наконец-то мы уже смело можем вручить вам и это послание, которое шлёт вам из Аркадии Его Величество Генрих XIX, но перед этим мы просто обязаны сначала преклонить свои колена перед вами, как перед последним законным представителем из древнего и славного Королевского рода Бургенотов и как последнего законного наследника и будущего законного властителя во всём нашем Королевстве.

И тут они оба склонились на одно колено и очень почтительно склонившись тот, что говорил эту речь вытащил из внутреннего кармана своей жилетки большой запечатанный конверт украшенный гербом Аркадии, серебряным орлом на золотистом поле и передал его также вставшему и склонившему свою голову Эдвину.

— Да Ваша Светлость, мы извиняемся что мы до сих пор ещё вам не представились, но меня зовут сер Реджинальд Вернер, а моего спутника – герцогом Линторским Вильямом Бекаром, и мы здесь же как ваши верные слуги и помощники приносим вам нашу клятву в верности и чести.

— Клянусь, — ответил Вильям Бекар.

— Клянусь вам также верой и правдой и своим клинком, — ответил также начавший эту речь Реджинальд Вернер.

— Клянусь, — ещё раз произнёс Вильям Бекар и только после этого они поднялись и уселись на предложенные им места.

— Ну что-же, и я также очень рад вас видеть, и Эндрю, будь так добр и предложи нашим гостям по чашке кофе, и пока они с дороги будут утолять свою жажду я пока ознакомлюсь с содержанием этого послания.

— О, что вы, большое спасибо.

— Да и ещё, Эндрю, — там у меня в холодильнике стоит большая бутылка с прохладным питьём, и пожалуйста, принеси сейчас и её, — ведь по такой жаре и с этим кофе оно будет совершенно кстати.

— О, вы так любезны, — поклонились ему родовитые посланники, а Эндрю немного улыбнулся и ответив: — Сейчас, одну минуту, — поднялся со своего места и подойдя к боковой двери немного приоткрыл её и негромко сказав стоявшим там уже наготове домашним служителям Эдвина: — Готовьтесь, – подошёл к холодильнику и вытащил оттуда большую запотевшую прохладную бутылку с очень неплохим и тонким напитком. А Эдвин тем временем вопросительно взглянув на тут-же поклонившихся ему влиятельных вельмож аккуратно распечатал гербовый пакет и вынул из него такой-же гербовый листок бумаги, на котором широким и размашистым подчерком было написано личное приглашение от Генриха Аркадского ему, последнему представителю древней династии Бургенотов явиться в столицу Аркадии к нему во дворец для восстановления очень дорогих сейчас родственных отношений и связей и возможно уже в скором времени и принятии и всей верховной власти, так как он, Эдвин Бургенот является сейчас последним представителем их древней и прославленной династии и естественно и единственным наследником престола. После этого стояла размашистая подпись самого Генриха XIX, и Эдвин ещё немного посмотрев на этот переливающийся серебристо-золотистыми отсветами листок бумаги взглянул на сидевших напротив него именитых посланников и положив этот листок на стол немного улыбнулся и сказал:

— Да ну что-же, я совсем не стану от вас скрывать что я очень взволнован и возвышен этим весьма для меня неожиданным известием, и я сейчас даже не знаю, как мне вас и благодарить.

— О, Ваша Светлость, ведь мы – только лишь посланники, которым выпала такая большая и ответственная честь просто преклонить перед вами наши головы.

— Ну что-же, большое вам спасибо, и если честно признаться, то такая новость… Ну ладно, ещё раз благодарю вас за благие вести, а так как вы с дороги и наверняка тоже немного взволнованы, то сейчас сюда внесут небольшой, но вроде бы вполне достойный обед, и я надеюсь что вы не откажетесь, и что…

— Да что вы, мы же вам итак уже очень обязаны…

— Да? Вот и прекрасно, так что давайте сначала слегка перекусим, а уже после этого поговорим и о некоторых делах и тонкостях вашего визита и открывшейся для меня после этого известия картины и об наших ближайших уже, как я это полагаю планах.

— О, да, да, конечно.

— Ну что-же, Эндрю, говори чтобы выносили.

Эндрю понимающе кивнул, приоткрыл боковую служебную дверь и тотчас же служители Эдвина во главе с дворецким, уже минут 5 стоявшие там наготове с полными подносами заставили весь большой стол весьма изысканными и весьма обильными угощениями.

Ну что-же, последовавшая после этого торжественная трапеза продолжалась где-то чуть более одного часа, и когда подошёл черёд десерта и тонких напитков они уже договорились что через неделю, через 7 дней в полдень они снова встречаются здесь, а после этого вечером их будет ждать уже и большая королевская яхта, которая доставит Эдвина и всех его спутников на земли Аркадии, где им уже готов совершенно почётный и соответствующий этому случаю официальный и торжественный приём.

И ещё немного поговорив с гостями об этом и о сложившейся в Аркадии ситуации где-то около половины 7 гости поднялись, поблагодарили Эдвина за благопристойный и радушный приём и ещё раз поклонившись сказали что завтра в полдень они снова будут у него чтобы обсудить и обговорить с ним сложившееся сейчас в Аркадии довольно непростое положение и ввести его в полный курс дела откланялись и пошли к ожидавшей их у ворот большой серебристой машине.

Проводив гостей Эдвин подошёл к уже чистому столу, включил снова установленную на место кофеварку и посмотрев на сидящего рядом с ним Эндрю подмигнул, достал свою трубку и спросил:

— Ну, и как тебе это предложение?

— Просто восхитительно.

— Ну что-же, а ты согласен быть там моим советником и помощником по многим ожидающим нас там вопросам и тонкостям, да, ты поможешь мне в этом?

— Также ехать с тобой?

— Да, конечно.

— Ну что-же, если это уже официальное приглашение, то как-же… Да, и разве ты сомневался что я смогу тебя бросить в такой важный и ответственный момент?

— Да, ну вот и прекрасно, и это значит то, что туда мы едем вместе.

— Да, и здесь уже как вы прикажете, Ваше Величество.

— Да, ну что-же, и тогда мы ещё…

— Да, и кстати, Эдвин, и не забудь про Елора, — а то эта шапка монамаха будет для тебя довольно нелегка.

— Да, а уж о ком, о ком, а о нём-то мы уж точно не забудем.

— Ну наконец-то, вспомнили, — пробурчал так и лежавший всё это время на своём любимом месте и слегка почёсывающийся Елор.

— Ну что, ещё по кофе?

— А знаешь, — с удовольствием.

 

 

 

 

9

 

 

Ну что-же, и в свете всех последних новостей и известий все следующие 4 дня Эдвин с Эндрю и с двумя именитыми посланниками практически полностью провели за обсуждением положения, случившегося к тому моменту в той стране, куда уже на днях отбывали оба наших друга, посвящением их в различные тонкости и особенности с которыми им непременно и почти что сразу-же придётся столкнуться и при дворе и во всех высших кругах, так что следующие 4 дня у них практически полностью были посвящены этим разговорам и объяснениям и только вечером 4 дня, уже обо всём договорившись и поведав новому наследнику престола почти что всё с чем в скором времени ему уже придётся столкнуться и ознакомиться они откланялись и наконец-то оставили наших друзей немного посидеть и поболтать в их домашней привычной обстановке.

— Ну что-же, и как тебе все эти перспективы? – улыбнувшись спросил Эдвин у сидевшего как обычно напротив него Эндрю.

— А что, а вроде бы не так-то уж и плохо. Ведь во первых оказаться одним из твоих советников в уже довольно хорошо знакомой мне Аркадии, — это поверь мне Эдвин, просто большая и очень почётная для меня честь, — ведь я прекрасно знаю все их высшие круги и все их внутренние вращения, и если до сих пор я в них являлся только дипломатическим лицом и представителем нашей Лэндтерны, то ты знаешь, — такое повышение…

— Да, и уже теперь ты будешь общаться с представителями Лэндтерны совершенно с другой стороны.

— Да, и это тоже, и я думаю что это только поможет нам навести хоть какой-то порядок в этой, и не скрою, сейчас уже просто потихоньку разваливающейся стране.

— Да нет, Эндрю, ты погоди, — и ведь как мы с тобой уже разговаривали, этот «хоть какой-то порядок» нас устроит лишь как на первое и какое-то «переходное» время, и хотя эта мера конечно-же сейчас и правда увы неизбежна как предотвращение всяких междоусобиц и волнений, восстановление мира и стабильности, но а в дальнейшем… Но а в дальнейшем – это конечно-же должно быть полное и радикальное изменение и всей власти и всех властвующих сейчас там структур, и в первую очередь это должна быть борьба с этой «конституционной феодальностью», которая сейчас просто царит в этой Аркадии, да, это будет только началом и это будут только первые шаги к тем целям, о которых мы с тобой уже достаточно долго здесь уже говорили.

— Да, сделать из этой сейчас просто феодальной Аркадии действительно настоящее справедливое и цивилизованное государство, поднять проблемы образования и начать возрождение местной промышленности, наладить систему народного обеспечения и серьёзно заняться борьбой с бедностью. Да, а ты знаешь, мы попробуем, и я думаю что проблема образования и работы с молодёжью, внедрение многих уже имеющихся сейчас современных и достойных уважения средств, систем и технологий нам очень сильно в этом просто помогут. Да, ведь работа с молодёжью как со всем будущим этой страны просто обязательно должна будет встать у нас на один из первых планов.

— Да, я совершенно с тобой согласен. И тут конечно-же придётся менять и всю верховную структуру, — да и прежде всего начать с самого института монархии и сделать её в первую очередь хотя-бы конституционной, а в дальнейшем… Да, это введение законно избираемого сената или парламента, да, и тут у нас есть примеры и всех наших современных стран, и взгляд в историю, — да, ведь пожалуй я думаю что примеры истории достижений и ошибок тех-же Афин и Рима нам тоже смогут очень сильно пригодится.

— Да, мы с тобой уже об этом говорили.

— Да, и я думаю что не напрасно.

— Ну что-же, попробуем. Да, а пока у нас есть ещё три дня в этой нашей Лэндтерне.

— Да, совершенно согласен.

— Ну что, ещё по кофе?

— С удовольствием.

— Да, и ещё по трубке.

— О, а это просто прекрасно.

— Ну что, кофеварка сейчас закипит, да и кстати, а ты не хочешь попробовать этого Колумбийского табака, — знаешь, а он очень приличный и те 3 месяца, пока его не было на острове…

— Э, да тебе просто надо было заглянуть в лавочку к Элви.

— К Элви? Это там, где у нас выезд на кольцевое шоссе?

— Совершенно верно, — я всегда у него закупаюсь. Да, и пока я был в Аркадии… Да ну ладно, хотя мой табак почти что такой-же, но если ты предлагаешь, — то что-же…

— На, держи, — и Эдвин передал ему через стол свой кисет с табаком.

— Да, а кстати, — а наш кофе уже закипел.

— Да, сейчас я налью наши чашки.

— Да и кстати, а на оставшиеся у нас три дня на этом острове, — ведь это-же будут уже последние наши дни на этом острове, да, и у тебя какие на это время планы?

— Да знаешь, наверное такие-же как и у тебя, — немного побродить по этому острову, попрощаться с ним и со своими местами…

— Ну, а тут уже и небольшое спасибо и этим двум нашим вельможам, которые весьма любезно предоставили нам на это эти три дня, и дали нам время чтобы мы смогли всё-таки попрощаться и с этим островом, и с нашим прошлым…

— Ну, а так как этих двух весьма ценных осведомителей здесь уже почти больше не будет, то я тоже немного отдохну от них и немного побегаю по этому острову, а то от всех эти ваших разговоров даже у меня даже голова начинала частенько побаливать, — произнёс также поднявший свою умную морду Елор и немного зевнув посмотрел на сидевших за столом друзей.

— Да уж, да уж, — просто вырвался довольно непроизвольный смешок у них обоих, — Да уж, как-же твоей голове сейчас немного не побаливать, ведь уже очень скоро она нам просто очень сильно пригодится в решении почти всех этих вопросов, так что ты уже лучше готовься.

— Ну спасибо, утешили. Ну ладно, а эти три дня я тоже гуляю здесь на свободе, и с самого утра.

— Да, и мы точно также.

— Да а кстати, а табак-то у тебя и правда неплохой, хотя тот что я обычно покупаю в Аркадии и у Элви тоже замечательный, но и твой, — нельзя не отдать должное. Да, и теперь я понимаю почему ты всегда его куришь.

— Так ведь это уже привычка.

— Да, такая-же как и у меня к моему.

— Ну что, ещё по кофе?

— Да, и можно и чего-нибудь к десерту.

— О, а это-то мы кстати позабыли. Эй, кто там есть, — прокричал Эдвин в помещение дворецкого и сразу-же услышал: — Да, вы правы, мы всё слышали и сейчас уже всё несём.

— Ну вот и прекрасно. Да, а на завтра…

— Да, а насчёт завтра у меня такие планы…

 

——————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————————

 

И весь следующий день у Эдвина был занят походами по знакомым и поездкой к Элизе (с которой ему совершенно спокойно и беспрепятственно разрешено было встретится), на следующий день у них также состоялось одно небольшое свидание а весь остальной остаток второго дня он провёл за небольшой прогулкой по городу и посидев немного в одном хорошо ему знакомом кафе когда время стало подходить уже немного ближе к вечеру и до заката уже оставалось где-то примерно полтора часа то он уже сидел на одной из скамеек их Большого Городского Парка и попивая лёгкий тонизирующий напиток с удовольствием смотрел на цветные и переливающиеся огни находящихся прямо напротив него фонтанов.

Да, и этот день прошёл просто великолепно, и это свидание с Элизой а потом и прогулка по городу, и в парке было даже немного прохладно от лёгкого и свежего бриза и минут через 15 можно будет уже потихоньку подниматься и перебираться немного поближе к песчаному берегу, — да, остаток этого вечера лучше всего будет провести глядя на садящееся в воду солнце и на начинавшиеся уже собираться яркие разноцветные краски заката. И он отпил ещё немного лимонада, вытащил сигарету и задумчиво её выкурив поднялся и неспешно пошёл к низкой дальней ограде и перейдя через неё отошёл к одной из крайних скамеек и поудобнее усевшись глотнул ещё немного свежего питья, посмотрел на висевшее над морем солнце и уже начинающие собираться разноцветные закатные облака и немного поудобнее откинувшись к спинке скамейки вытащил ещё одну сигарету и прикурив её подумал: — Да, а какой замечательный всё-таки отсюда вид…

— Да и не только отсюда, но из других мест кстати тоже.

— Эге, Елор? А ты… А ты собственно где?

— А я уже минут 30 прогуливаюсь здесь в этом парке и совершенно рядом с тобой, и ты знаешь, — ты извини что я пока ещё не появился, но там где я сейчас и правда и прохладней, и немного резче краски… Ну ладно, ты извини, но сейчас я всё же перед тобою появлюсь, — так будет просто лучше и немного привычнее с тобою разговаривать.

— Ну что-же, а я думал что я здесь один.

— Ну, погоди чуть-чуть, — послышался ответ и сразу вслед за ним как всегда совершенно непонятно откуда и как-бы раздвигая какое-то невидимое покрывало или плёнку в 3 метрах от Эдвина всё также появилась сначала голова и часть длиной шеи Елора, потом он немного встряхнулся и вот уже через несколько секунд на только что чистом и пустом песке рядом со скамейкой появилось давно уже привычная и немного фыркнувшая фигура этого и правда очень странного и весьма необычного животного. Елор немного встряхнулся, вытянул вперёд свои длинные лапы, с удовольствием потянулся а после этого как обычно удобно устроился удобно пристроив свою умную голову.

— Ну что-же, а ты как я смотрю нагулявшись по острову по старой привычке опять вышел к морю посмотреть на закатное солнце…

— Да я уже два дня так прогуливаюсь, и конечно-же вечером по нашей старой привычке вылезаю и сюда, на эти песчаные пляжи, на морской берег. Да, а сегодня я сделал это уже здесь, поскольку прекрасно знал что ты сегодня вечером тоже придёшь сюда, и я довольно уже нагулявшись решил составить здесь тебе свою небольшую компанию.

— Ну что-же, спасибо за заботу.

— Ну уж право, пока ещё не стоит.

— Ну, и как твоё настроение?

— Да, а ты знаешь, а давай сейчас минут 10 – 15 здесь просто помолчим и посмотрим на этот уже собирающийся потихоньку закат, ведь сегодня наш последний день на этом острове и завтра мы уже уезжаем, да и закат-то сегодня должен быть довольно красивым.

— Ну что-же, давай.

И минут 15 они просидели наблюдая как солнце всё ближе и ближе приближалось к довольно низкой уже линии горизонта и когда Эдвин отпив ещё немного своего лимонада вытащил и размял немного сигарету, то это молчаливое и чем-то даже величественное и какое-то особенное спокойствие, царившее тогда над этим местом и сопровождавшееся только лёгким плеском и шелестом накатывавшихся на берег волн немного пфыркнув прервал всё-таки лежавший и смотревший на эти набегающие на берег волны Елор. Он сначала немного зевнул, потом посмотрел на сидевшего рядом Эдвина, немного встряхнувшись чихнул и всё-таки прервал это их обещанное молчание.

— Да и кстати, ты извини, но сегодня это действительно последний наш день на острове, и завтра вечером начнётся уже совершенно новая, и совсем для тебя ещё неожиданная и пока ещё непривычная история.

— Да, а в этом ты здесь прав, — и совершенно новая, и совершенно другая.

— Да, но ты как я прекрасно знаю довольно уже хорошо осведомлён и подготовлен к этой твоей новой роли, и вы с Эндрю…

— Да, и мы с Эндрю надеемся что как-нибудь, пусть и не сразу, но всё-таки с этим всем справимся.

— Ну что-же я могу тебе здесь сказать, — да, задачка, которая будет стоять перед вами, — да, она будет совсем не из лёгких.

— Да, мы прекрасно это знаем, и мы надеемся…

— Надеетесь? Ну что-же, это уже хорошо.

— Да, надеемся, да кстати и на твою довольно разговорчивую и очень любящую рассуждать голову тоже, — немного усмехнувшись ответил ему Эдвин.

Елор посмотрел на него, потом опять на море и на заходившее солнце и немного задумчиво ему ответил.

— Ну, а на это… Да, а ты знаешь, а на это я пожалуй кое-что, но всё-таки могу тебе уже чего-то и сказать.

— О, я буду очень рад послушать твоё мнение, тем более как ты прекрасно это заешь, — я очень его ценю и уважаю.

— Да, а за это спасибо, но перед тем как начать свой разговор, и разговор для всех для вас на самом деле очень важный, я хочу сначала рассказать тебе о том как я провёл и этот сегодняшний день, и некоторые мои другие тоже. А то без этого пожалуй мне всё это объяснить будет тебе довольно сложно, и я боюсь что ты навряд-ли всё поймёшь.

— Да? А вот это вот должно быть интересно, — ведь ты обычно как-то не очень-то и часто рассказывал мне про все эти твои походы, и ты знаешь, — это будет просто интересно.

— Да, совершенно согласен, я всегда старался не особенно распространятся обо всех этих моих исчезновениях и путешествиях, и о том в каких местах и землях я там гуляю, но а сейчас, — а сейчас я пожалуй кое-что тебе всё-таки расскажу.

— Ого, а вот это уже совершенно интересно, — ведь и для меня и для всех других всегда оставалось загадкой, куда-же это вы там ныряете, когда становитесь невидимыми и совершенно неожиданно куда-то исчезаете… Да, и ты решил мне немного рассказать об этом?

— Да, немного приоткрыть и рассказать тебе о тех местах куда мы попадаем, и рассказать это немного поподробней, — а то боюсь что этот наш вечерний разговор был бы без этого не очень полным. Да, и как бы лучше это для тебя начать… Да, ты же ведь прекрасно знаешь эту вашу известную вам теорию об измерениях, а также и о том, что многое об этих измерениях всём вам сейчас просто неизвестно, и вы даже не догадываетесь и не представляете как следует толком даже что-же это всё-таки такое, как это выглядит и что они содержат и также где они находятся… Да, ну что я тебе могу сейчас сказать, — ведь нам и самим о них известно на самом деле тоже очень мало, хотя мы и сохранили способности как-бы «нырять» и погружаться в несколько слоёв таких доступных для нас измерений, но все они на самом деле тоже очень специфичны и почти во всём имеют тематику, почти полностью привязанную к этой вашей планете, к Земле. Да, а состоят они как-бы из нескольких и совершенно различных пластов, на которых мы проходим эту самую границу, где все известные для вас границы времени и пространства очень сильно изменяются и пропускают нас туда, где мы совершенно спокойно можем как бы путешествовать по всем этим слоям и пластам этих доступных нам измерений, содержащих и самые различные времена и самые различные периоды существовавшие когда-то на этой планете, и совершенно другие миры и картинки, присутствующие тоже где-то рядом с ними, но которые совершенно не могут быть для вас известными. Да, но сейчас я пожалуй расскажу тебе об четырёх основных таких «пластах», не затрагивая некоторые другие, но я думаю что для этого нашего вечернего разговора этого должно быть вполне достаточно.

Да, итак первый пласт или первый слой, в который мы входим, — он самый лёгкий, и он сразу-же делает нас невидимыми и позволяет совершенно спокойно быть и ходить среди вас и в любых других и совершенно различных местах, — проблемы передвижения там как таковой просто не существует. Это первый и самый лёгкий пласт или верхний слой, лежащий сразу сверху этих всех других входов в другие и более сложные слоя, в который мы попадаем сразу-же как только переходим эту невидимую границу. Да, а сразу-же следом за ним идёт и второй или следующий, в котором находятся в принципе всё такие-же места как и тут, но только в них без изменений уже остаются только лишь графический ландшафт и некоторые пейзажи этих мест и иногда нам ещё встречаются и какие-нибудь из ваших строений, и причём строений из совершенно ваших различных времён. Да и кстати оттуда мы совершенно спокойно можем заглядывать и в этот ваш мир, иногда общаться с кем-нибудь из вас, и точно также и просто переходить оттуда туда обратно и туда, где вроде-бы тот-же остров, почти что те-же линии берега, почти что тоже море, но где царит всё тот-же зелёный тропический лес такой-же каким он был сотни и сотни тысяч лет назад, и совершенно без каких-то изменений. Да, и это второй пласт, который следует сразу-же следом за первым.

Да, а третий пласт, — или пожалуй даже немного другое измерение, — он открывает перед нами ту землю, которая была здесь ещё миллионы лет тому назад, всё ту же, совершенно непохожую на эту вашу современную, с совершенно другими морями и землями, с той географией которая была на ней эти миллионы лет назад и с теми обитателями, которые её тогда населяли. Да, с теми самыми как вы их называете «динозаврами» и с другими, совершенно вам неизвестными животными, которые и сейчас как ни в чём не бывало продолжают спокойно там жить. Да, и это есть тот третий слой, который тоже нам вполне доступен.

А вот что касается четвёртого… А вот четвёртый мир, или же слой одного из этих измерений, — он то как раз и есть для нас совершенно особый… Да, а особый он для нас тем, что весь он — только наш… Да, там та-же земля, иногда тот-же лес и всё те-же моря, да но там… Но там живём только мы. Только мы и все наши собратья, которым также когда-то из-за некоторых и не очень-то для нас приемлемых известных изменений здесь у вас на земле просто пришлось переселиться из этого вашего мира в тот, где до сих пор всё точно также как и было когда-то и очень давно и где всё нам просто очень знакомо и очень привычно… Да, и этот четвёртый мир, — он весь полностью наш.

Да, ведь так уж сложилось, что сейчас на этой вашей земле осталось практически только два места, где мы можем ещё жить вместе с вами, — да, это этот ваш остров Лэндтерна, и ещё тот небольшой кусок суши, который сейчас называют Аркадией. А в других местах мы уже просто сейчас не живём… Да, и ты меня извини за такое большое вступление, но я должен-же как-то был объяснить тебе эти картинки из некоторых наших миров, да, это просто вступление чтобы тебе было как-то понятно откуда мы все же берём и эти наши знания, и эти наши и правда большие возможности. Да, а то что они и правда большие, то в этом ты уже очень скоро сможешь убедиться и на своём, и очень скором опыте, — ведь не зря-же я два дня провёл перемещаясь в этих наших мирах и измерениях и успел там переговорить с некоторыми из наших старших и наиболее уважаемых собратьев.

— Да? А вот это уже интересно, — ответил очень внимательно его слушавший Эдвин, — да, и ведь раньше ты не очень-то любил мне рассказывать про все эти ваши незримые для нас походы, и мы знаем что когда вы пропадаете то всё время где-то там бываете, но где… Спасибо что ты просветил меня немного, и ты знаешь, — это было просто очень интересно…

— Ты знаешь… Я вообще-то рассказал тебе сейчас о том, о чём всем вам, людям практически никому и ничего не известно, да, за исключением только нескольких ваших больших колдунов-шаманов и ещё нескольких особо избранных людей, которым мы также решили когда-то раскрыть эту тайну. Да, и теперь ты тоже – один из них.

— Ну что-же, спасибо… Да, а за это – спасибо.

— Да пока ещё не за что, — ответил ему приподняв свою гордую и как-то совершенно по-особому смотревшуюся в этих красках уже наступившего заката голову Елор и немного помолчав продолжил: — И ты знаешь, а сейчас пока давай мы просто здесь немного помолчим, и посмотрим краски этого заката.

— Давай.

И действительно, низкое и уже начинающее в это время заходить за горизонт солнце было в этот вечер тоже как-бы совершенно необычным и особенным, и яркие стелящиеся по горизонту облака, и сама атмосфера царившая в этот вечер на пляже была какой-то совершенно особенной, совершенно ни на что не похожей и чем-то совершенно неповторимой… Когда это яркое солнце уже почти полностью зашло за горизонт Эдвин вытащил сигарету, прикурил и облокотившись об спинку скамейки стал досматривать оставшиеся ещё на горизонте низкие и разноцветные краски этого заката. Да, а было в них что-то… Что-то, и очень и очень особенное… Да, возможно что это и просто казалось… Да нет, — точно, и эта оранжево красноватая полоса на горизонте, и эта атмосфера какой-то особой возвышенности, царившая в этот вечер на пляже… А это…

— А это кстати как раз то, о чём я и хотел тебе сейчас сказать, — ответил ему немного блеснув в темноте своими глазами Елор. – Да, я хочу тебе сейчас сообщить, что сегодня я разговаривал о тебе и о будущем всей этой нашей земли, — и этого острова, и той полоски суши которую вы называете Аркадией, — да, я сегодня говорил об этом с некоторыми моими старшими собратьями, и они немного переговорив посовещались и попросили передать мне их ответ. Да, и для начла я скажу тебе слова одного из наших старших и очень мудрых собратьев, которому совершенно ясно было видно всё, что будет на вашей земле и через многие десятки лет, и гораздо дальше и который выслушав меня ещё раз повторил твоё имя, улыбнулся и попросил мне передать тебе ответ: — что да, что всё у вас получится, и уже очень скоро всё будет так, как вы хотите. Да, и ещё он просил меня передать тебе то, что всё у вас пойдёт почти что сразу и почти во всём удачно, да и что это и будет для вас наша помощь, — да, ты не удивляйся, но когда мы причалим завтра к тому, другому берегу, там уже 2 дня будут царить так долгожданные там спокойствие и согласие и ожиданье твоего приезда, — да, и это уже будет наша работа, — ведь мы все немного ещё и волшебники, и во всех ваших делах и начинаниях вы всегда будете встречать наши подсказки, помощь и подмогу, — это мы вам обещаем. Это и потому, что без нашей поддержки вам справиться с этими делами будет почти невозможно, и конечно-же ещё и потому, что и нам не всё равно что будет в дальнейшем с этими двумя участками этой земли, где мы точно также по-прежнему можем жить и продолжать общаться с вами в этом мире… Да, и это будет наша помощь.

— Да, а вот за это вам спасибо…

— Ну что-же, благодарю за любезность, но по настоящему ты будешь говорить нам спасибо уже тогда, когда ты будешь там у власти и совершено спокойно сможешь решать очень большие и важные, и часто очень сложные вопросы. Да, а это будет уже скоро.

— Ты в этом уверен?

— Ты ещё спрашиваешь!

— Да, но ты знаешь, но мне как-то пока во всё это не совсем ещё верится… Да, и то что ты сказал мне сейчас, и то что нас ждёт уже завтра… Да, ты знаешь, но почему-то всё это звучит сейчас как отголоски из какой-то совершенно другой жизни, как из какого-то совсем другого мира… А здесь, сейчас…

— А просто здесь и сейчас всё немного по-другому, и весь этот вечер, и само это место и вообще весь этот день – они просто немного особые, и хочешь ты этого или не хочешь, но здесь сейчас присутствует и кое-что из другого, из нашего мира и поэтому-то многое тебе и кажется сейчас просто немного странным… Да, и ты не забывай, — ведь это и наш последний день на этом острове.

— Да, последний день на этом острове, — также сказал Эдвин и немного улыбнувшись и осмотревшись по сторонам удивился чистое и резкости восприятия, ясной и немного прохладной чистой свежести, царившей над всем этим местом и немного помолчав он вдруг очень ясно и доходчиво ещё раз вспомнил всё то, о чём ему только что сказал его четвероногий друг, и он немного призадумался и вытащив ещё одну сигарету повернулся к Елору и ещё раз сказал:

— Ну что-же, так ведь и правда, и мы ведь завтра мы уже отсюда отплываем.

— Да, совершенно верно.

— И… И вы нам в этом всём поможете?

— Да, совершенно верно, и все мы, и в первую очередь я.

— Да, спасибо, мы ещё когда с Эндрю упоминали что уж что, что, а твоя фигура в решении многих вопросов будет просто совершенно незаменимой…

— Да уж, спасибо, я это слышал. И уж спасибо за то, что хотя бы в этом вы не ошиблись.

— Да, а разве мы с Эндрю очень часто ошибались?

— Да как тебе сказать об этом, чтобы вас не обидеть…

— Да, ну лучше тогда не говори.

— Совершенно согласен. Да, и весь сегодняшний день…

— Да, и сегодня и правда ведь был уже последний наш день на этом острове…

— Да, пожалуй ты здесь прав, но а что касается последнего дня, — ты знаешь, я могу тебе сказать что и ты, и Эндрю ещё не раз будете на этом острове как особые и почётные гости, и что вам здесь будут всегда очень рады и что ваши дома и всю вашу обстановку здесь оставят в совершенной неприкосновенности, так что когда вы будете приезжать сюда, то как и раньше будете жить у себя дома…

— Да? А вот это очень мило.

— Да, и я тоже так считаю. Да и кстати, когда я сегодня разговаривал с одним из наших старших, он попросил меня передать тебе одну, и очень важную для вас весть.

— Да? И что это?

— Да, а это касается ваших планов и особого предупреждения насчёт этих двух стран, — Лэндтерны и Аркадии.

— Да? И в чём-же дело?

— Да, а дело в том… Я вообще-то хотел оставить для вас это известие на более позднее время, когда вы бы были уже немного более подготовлены, — и ты, и Эндрю, твой будущий главный советник. Да, но я решил что сделать это я ещё вполне успею, но а сейчас, чтобы закончить и этот день и мой рассказ я пожалуй расскажу тебе здесь в чём-же оно заключалось и что просил передать тебе один из очень уважаемых наших старейшин.

— Да, и чём-же дело? Я весь во внимании.

— Ну что-же, вот и прекрасно. Да, а вот и то, что он просил вам передать, — да, у вас всё получится так как вы и думали, и получится это довольно легко, — и это будет для вас наша помощь. Но – тут есть и одно «но», которое я уверен не оставит ни тебя, ни твоего друга и помощника равнодушным. Да, а дело здесь об будущем этих двух стран, – Лэндтерны и Аркадии. Да, ведь дело в том что это не просто страны и государства, а совершенно особенные и отмеченные земли, и что и в прошлом и в будущем они очень сильно отличались и так-же и дальше будут отличаться от всех других стран на этой вашей Земле, — да, и от любых Европейских и Американских государств и держав, и от всех стран Востока и Азии, — да, их просто никак нельзя будет поставить с ними в ряд и даже попытаться хоть как-нибудь сравнить, — да, Лэндтерна и Аркадия будут достаточно современными и развитыми благополучными странами, у вас с Эндрю всё прекрасно получится в установлении мира и многих ваших планов в Аркадии, — да, это будут решены проблемы образования и многие конституционные реформы, будет создан парламент сенатского типа и многое и многое другое. Но однако и Лэндтерна и Аркадия так и останутся конституционными монархиями, хотя к концу твоих дней ты всё-таки добьёшься о введении в твоей стране долгосрочного президентского поста, за что тебе после многие скажут спасибо и искренне будут тебе благодарны. Да, но это уже в конце, но всё равно и до скончания веков эти две страны так и будут особыми и очень тесно связанными друг с другом и совершенно непохожими на все другие страны и государства «странами в стороне», и этого никто просто не сможет изменить. Да, вот о чём и очень важном хотел тебя предупредить мой мудрый товарищ, и точно тоже самое говорю тебе и я. Да, а во всём другом, во всех ваших делах мы предоставим вам нашу полную помощь, и поверь мне, — она вам просто очень пригодится.

— Да… Да… Да, я кажется всё понял… И знаешь, — спасибо… Да, пока только очень большое спасибо…

— Да уж не за что, — немного блеснув в темноте своими зоркими глазами и с изрядной долей юмора ответил его друг, — да, уж пожалуй не за что, и кстати мы похоже здесь немного запозднились…

— Да, немного… Но ведь ты не будешь возражать, что для этого были и свои, и совершенно особые причины?

— Да, и ведь я же только что закончил.

— Да… Да уж, спасибо тебе, Елор…

— Да уж не за что.

— Да нет, пожалуй есть за что, и большое тебе за это спасибо…

Но тут Елор немного приподнялся, встряхнулся, зевнул и посмотрев на Эдвина довольно выразительно сказал:

— Ну что-же, а так как этот наш последний вечер на этом острове уже начинает потихоньку перебираться уже в ночь, то как я думаю немного поспать перед завтрашним днём тебе сейчас отнюдь не помешает. И если мы сейчас выйдем из этого парка и потихоньку отправимся к себе…

— Да, ты прав, пора пожалуй возвращаться. Да и кстати, тебя же ведь ждёт и твой вечерний ужин.

— Ну что-же, а от него я пожалуй уже не откажусь.

— Ну что, потихоньку пойдём?

— Да, пошли.

— Однако, а какие большие и крупные звёзды сегодня над морем, и этот большой полумесяц…

Елор вздохнул, посмотрел на смотрящего на щедро украшенное большими и яркими звёздами ночное небо Эдвина и негромко сказал:

— Да ну ладно, пойдём, а такими картинками и пейзажами уж поверь мне, ты ещё успеешь достаточно налюбоваться за все эти годы. Уж на что, на что, а на это и на такие прогулки у тебя время почти всегда будет.

— Да ну что-же, если так, — то пойдём. Сейчас, только докурю свою сигарету.

И через несколько минут Елор и Эдвин пересекли невысокую дальнюю ограду и пошли к разноцветным и особенно красочным в это позднее время переливающимся огням фонтанов и к выходу из этого парка.

 

 

 

 

 

 

10

 

 

И на следующее утро, уже часов в 10 в их гостиной сидел только что пришедший и весёлый Эндрю и немного поговорив с Эдвином и допив кофе они только собрались ещё раз включить кофеварку, как снова раздался ещё один громкий звонок, и только Эдвин его услышал, он сразу-же поднялся, подошёл к двери и как только в помещение их зелёного двора вошла в сопровождении Ментоса совершенно прекрасная и обворожительная молодая блондинка, Эдвин распахнув их дверь просто бросился им навстречу, и когда они наконец-то сомкнулись прямо посередине двора во взаимных объятиях отошедший к этому моменту немного в сторону Ментос очень мягко улыбнулся, а сидевший в гостиной и всё это прекрасно с небольшой улыбкой наблюдавший Эндрю вытащил свою трубку и негромко сказал:

— Ну вот, вот они наконец-то и встретились.

— Да уж, и не говори, — ответил ему также немного задумчиво смотревший на всё это со своего привычного места Елор, — да, и теперь они простоят и проговорят там ещё минут 10.

— Да, а после этого у них не так-то уж и много будет времени обмениваться здесь своими чувствами и впечатленьями, — сказал выпустив небольшой клуб дыма Эндрю, — да, ведь где-то через час сюда должны будут пожаловать уже наши серы Реджинальд Вернер и Вильям Бекар, и начнутся и наши последние часы в этом доме.

Елор посмотрел на него, потом на так и стоявших посередине двора наконец-то повстречавшихся влюблённых и довольно широко зевнув ответил:

— Да, а пожалуй что в этом ты прав, ведь во сколько уже нас будет ждать наша яхта?

— А наша яхта отплывёт от этих берегов примерно в половину 8, да, это было решено ещё при нашей первой встрече.

— Ну что-же, тогда несколько часов мы пока ещё дома, потом как мы и говорили утром до берега мы все пойдём пешком, а двое наших сэров примерно через час нас здесь оставят и пойдут куда-то подготавливать всё к нашему отъезду и будут ждать нас всех уже на яхте.

— Ну что-же, очень мило с их стороны что они весьма любезно предоставили нам эти несколько часов чтобы попрощаться с этим городом и с домом, и как ни говори, и с этим нашим прошлым…

— Ну, а ты знаешь, — я вчера вечером говорил об этом Эдвину, а сейчас точно также говорю это и тебе, — ты знаешь, а ведь вам серьёзно и прощаться со всем этим будет даже незачем, — ведь вас там ждёт почти что тоже самое, вот только ваши роли будут там пожалуй что повыше, да и сначала будет правда что немного непривычно, но потом…

— Ну ладно, а вот и мы, встречайте, — прервал немного разговорившегося Елора вошедший в гостиную вместе со своей сияющей подругой и шагающим сзади них Ментосом весёлый и радостный Эдвин и тут-же выскочившие из своей пристройки дворецкий и двое служителей заставили весь стол самыми изысканными и тонкими блюдами, уже примерно минут 20 стоявшими накрытыми на их подносах и когда всё было уже готово они улыбнулись сидевшим и откланявшись исчезли в боковой служебной комнате.

А тем временем уже устроившиеся и усевшиеся рядом Эдвин с Элизой уже перестали потихоньку переговариваться друг с другом и Эдвин посмотрев на часы и на также и пришедшего вместе с ними Ментоса немного вздохнул и несколько сокрушённо взглянув на Эндрю и ещё раз на свою подругу немного улыбнулся и сказал:

— Ну что-же, вот мы наконец-то все и здесь…

— Да, наконец-то, — ответил ему с небольшой улыбкой Эндрю, — но вот только времени-то у нас, Ваше Величество остаётся уже совсем-совсем немного, и уже через 20 минут…

— Через 20 минут?

— Да, а через 20 минут здесь появятся уже наши светские гости, а после этого…

— Так ну что-же, Эндрю, мы и им будем рады, и я, и Элиза.

— Ну что-же, а мы очень рады видеть вас снова вместе, и Ваше Величество, давай уж поднимем по этому случаю по бокалу с этим тонким и просто прекрасным «бергамо», ведь у нас ещё есть и для этого время.

— Давай, и с превеликим удовольствием!

— Ну что-же, тогда – поздравляем, за вас!!!

И чокнувшись тонкими фужерами с этим изысканным напитком они отдали и небольшое должное тому что было уставлено на их столе и когда через довольно небольшое время раздался долгий и торжественный звонок и вошедшие вскоре вслед за ним весьма высокие сановники также присоединились к их домашней и уютной трапезе и они довольно быстро обговорив все мелочи, которыми был неизбежно сопровождён их отъезд и ещё раз поздравив Эдвина и Элизу с тем что они наконец снова вместе и после этого ещё минут 20 посидев со своими трубками и послушав один из игравших тогда у Эдвина альбомов Битлз поднялись, очень вежливо поклонились и напомнив ещё раз что по некоторым соображениям и в целях безопасности посадка на яхту будет происходить в 1,5 километрах восточнее гавани, там где широкий песчаный плёс выходит довольно далеко в море ещё раз поклонились и напомнив что будут их ждать на яхте ровно в 7 пошли о чём-то потихоньку между собою разговаривая подготавливаться к их скорому отплытию.

Ну что-же, а наша компания ещё немного посидев неспешно переговариваясь за этим столом и прослушав игравшие тогда «Эбби Роуд» и «Лет ит би» когда стрелка часов подползла к четырёхчасовой отметке Эндрю выпустив клубок дыма из своей трубки посмотрел на Эдвина с Элизой и улыбнувшись очень вежливо и деликатно оторвал их от негромкого, но очевидно очень важного для них разговора и улыбнувшись очень мягко сказал:

— Ну что-же, всё это конечно-же очень хорошо, но только ведь правда и то, что нам тоже пора потихоньку уже собираться. Ведь верно, Елор?

— Да, и не говори. А то оставить их вдвоём, — так они целый день будут здесь о чём-то разговаривать.

— Да, а пожалуй ты прав.

— Да ну ладно, — ответил им улыбнувшийся Эдвин, — хоть вы в чём-то и правы, но нам и правда пора потихоньку собираться.

— Да, и довольно-таки скоро, — дорога до этого песчаного мола займёт у нас где-то около часа, а так как Эдвин хотел ещё и немного прогуляться по городу и немного ещё задержаться на площади перед Ратушей…

— Да, совершенно верно, — около Ратуши к нам должны будут присоединиться также Алан и ещё двое наших друзей, которые тоже вместе с нами отправятся в это путешествие и которые также как и Ментос войдут в нашу близкую компанию уже и там, в Аркадии тоже пополнят состав наших близких доверенных людей и приближённых.

— Да, совершенно верно.

— Ну что-же, а тогда если мы не хотим сегодня опаздывать, то нам пожалуй скоро пора уже будет выходить.

— Совершенно верно.

— Ну что-же, давайте тогда сейчас ещё по бокалу этого прекрасного «бергамо», потом ещё по чашке кофе…

— Да, а потом-то нам пора будет уже и идти.

— Да, совершенно верно.

— Ну что-же, за ваш успех, Ваша Светлость.

— Да, за Эдвина и за Элизу.

И когда подошёл черёд кофе Эдвин встал, переменил проигравший уже Битлз на одну из ранних пластинок Пола Маккартни и «Wings» и снова сев на своё место и взяв со стола свою трубку улыбнулся сидящему напротив него Эндрю и выдержав небольшую вступительную паузу сказал:

— Ну что-же, а теперь нам осталось пожалуй только лишь передать наши хозяйские полномочия над этим домом тем, кто действительно этого больше всех заслуживает.

— Да, — времени-то у нас осталось здесь совсем немного.

— Ну что-же, Энди, — позвал Эдвин своего дворецкого, — да, Энди, учитывая то что и ты, и твой отец столько лет уже проработали в этом доме…

— Да, Ваша Светлость.

— Да, и учитывая всё это мы с Эндрю и с Елором немного посоветовались, и решили что после нашего отъезда и эти ключи, и все права на этот дом и на мою небольшую загородную виллу перейдут к тебе, так как столько лет ты был здесь и главным распорядителем и начальником во время моих частых и долгих отъездов…

— О, а вы знаете, и вы, и ваш отец…

— Да, я знаю всё это просто прекрасно, поэтому я и передаю сейчас эти ключи именно тебе, как в единственные и достойные этого руки.

И передав очень сильно взволнованному и пытавшемуся как-то более и менее пристойно улыбнуться Энди связку ключей и пакет с документами, в котором содержались заверенные дарственные на все их владения Эдвин повернувшись к своим друзьям улыбнулся и отпив немного кофе сказал:

— Ну что, а теперь нам осталось только выкурить по последней трубке в этом доме, попрощаться с ним а потом выйти и прогуляться ещё немного по этому городу.

— Совершенно согласны.

— Ну что, Елор, как твоё настроение?

— Что, настроение? Да просто самое превосходное.

— Ну что-же, тогда давайте сейчас допьём этот кофе, докурим наши трубки, и идём.

И допив этот кофе и выкурив по своей любимой трубке они поднялись, немного поговорили с так и не смогшим сдержать небольшую слезу Энди, бывшем уже более 12 лет дворецким в этом доме и немного присев «на дорогу» вышли во двор, несколько минут молча постояли там, а потом через широко распахнутые главные ворота вышли за ограду и попрощавшись со всеми своими «домашними» неспешно пошли к совсем недалёкому от них проспекту.

Выйдя на Почтовую Площадь они ненадолго задержались около того небольшого сквера, который мы описывали ещё в самом начале нашего повествования, и зайдя туда и выкурив по сигарете у фонтана они немного переговорили там и пошли дальше вверх по проспекту, где примерно в 15 минутах оттуда находилась и главная площадь города, на которой находилось и здание Ратуши и которая так и называлась, — Ратушной площадью, около которой к ним должны были присоединиться ещё три участника этой их поездки. Проходя по проспекту Эдвин немного задержался около одного из кафе, подошедшие к нему Эндрю с Елором тоже немного помолчали, а потом Эндрю сказал:

— Да, а ты прав, ведь сколько-же раз мы встречались здесь поздними вечерами, и ты, и Елор, и ваши походы сюда вдвоём с Элизой.

— Да, совершенно верно, Эндрю, ты прав, — и это памятное для нас место.

— Ну что, пойдём?

— Пошли, до Ратушной площади уже совсем недалеко.

И когда они подошли к Ратушной площади, то почти сразу-же заметили стоявшую около здания Ратуши не очень высокую и складную фигуру Алана, который также стоял и смотрел в ту часть проспекта, откуда должны были появиться наши герои. И заметив их он сразу-же улыбнулся и помахав нашим спутника руками также с улыбкой направился им навстречу. И подойдя к ним он улыбнулся, торжественно поклонился Эдвину, Эндрю и Элизе и сказал что очень рад их видеть снова вместе, и ещё в такой час…

— Да, и ведь вас ждёт уже совсем другое, и совершенно величественное государственное будущее, и мы все очень рады за вас, и в такой день…

— Э, Алан, ты лучше не очень увлекайся в комплиментах, а лучше скажи почему ты один, и где-же ещё Джон и Джойли, ведь вы же также едете сейчас вместе с нами.

— А Джон и Джойли присоединятся к нам уже через несколько минут, да, ведь сегодня Эдвин в честь вашего… Пардон, точнее даже нашего отъезда мы приготовили для вас один, и как я думаю вполне достойный этого сюрприз.

— Сюрприз? А это ты о чём?

— А вот об этом, — ответил Алан и повернувшись к Ратуше махнул куда-то вверх рукой и обернувшись к Эдвину сказал:

— Ну что-же, а теперь смотрите, да, вон туда, где находится окно у вольеры всех наших пернатых.

Эдвин и все остальные сразу-же посмотрели туда, и действительно где-то через полминуты это окошко широко распахнулось и высунувшаяся оттуда голова Джойли приветственно помахав им рукой и прокричав: — «Встречайте» ещё раз махнув рукой исчезла, а вслед за этим из этого окна один за другим шумно махая крыльями и что-то радостно при этом крича вылетели все 20 тех самых королевских кречетов, главным попечителем и смотрителем за которыми до этого момента являлся и сам Эдвин Кентон, который совсем недавно вместе с Аланом доставил сюда ещё одного пернатого, и которые сейчас уже радостно кружились вокруг этой большой Ратушной площади…

— Да Эдвин, вот теперь-то они уже все свободны, точно также как и вы с Элизой, да, и это наш для вас подарок, — сказал стоявший рядом с ним Алан и тут-же над всей этой площадью и над прилегающими к ней улицам зазвучали громкие и весёлые вступительные аккорды знаменитого хита группы «Slade» «Cores I love you», и наши друзья улыбнувшись переглянулись а кружившие в это время вокруг площади пернатые сделав ещё один круг подлетели к нашей компании и приземлившись около них немного вопросительно на них посмотрели, и когда Эдвин разрешающе махнул им рукой они все что-то громко выкрикнув взлетели, сделали ещё два круга вокруг площади, взлетели над крышами и что-то ещё раз громко крикнув полетели в сторону ведущую вглубь к центру острова, к их родным и привычным горам и ущельям.

— Да, а это для вас наш подарок, — ещё раз сказал Алан, — и пусть теперь они тоже будут свободны.

— Да, а однако хорошо что ты и ещё два наших друга сейчас уезжаете вместе с нами в Аркадию, а то я боюсь что такие подарки не очень-то пришлись бы по душе всем главным лицам в покидаемой сейчас нами Лэндтерне…

— Как вы прикажете, Ваше Величество.

— А, ты ещё и иронизируешь… Да ну ладно, Бог с тобой. Да, и кстати, а вон и Джон и Джойли, — и точно, только что вышедшие из главных дверей Ратуши двое молодых помощников Эдвина по многим вопросам (которые как я извиняюсь возможно и из-за моего небольшого недосмотра раньше просто не попадали в рамки этого повествования) полностью закончили этот их разговор и когда они подошли к ним и торжественно им поклонившись встали рядом с Аланом и Эндрю посмотрел на них и закончил: — Ну что-же, а так как мы все теперь наконец-то уже в сборе, то можно теперь и двигаться к конечной нашей цели.

— Ну что-же, а чтобы не заставлять нас ждать, то тогда давайте уже поспешим.

И тут игравшая на площади следом за прекрасным хитом группы Слэйд Битловская «Yesterday» сменилась другой такой-же вечно молодой и вечно зелёной «Your mother should know», и вся компания немного улыбнувшись развернулась и пошла к выходу с этой Ратушной площади, и когда они вышли на другую часть ведущего дальше проспекта в воздухе над ними зазвучала такая-же нестареющая и также подходящая для этого момента Битловская «Let it be» они все улыбнувшись переглянулись и пошли к уже близкому выходу на морской берег. Впереди шли Эдвин с Элизлй, следом за ними шагал немного задумчивый Эндрю, за ним шли по двое Алан с Ментосом и только что присоединившиеся к ним Джон и Джойли, а замыкал всё это шествие неспешно шагавший и иногда зевавший и оглядывающийся назад своей небольшой но очень умной головой Елор.

Когда они свернули с одной из боковых улиц на неширокий проход меду невысокими одноэтажными домами, выходивший как раз на ту часть большого океанского берега, где примерно в 500 метрах от этой границы города находился большой и длинный, выходивший также где-то метров на 500 дальше в море довольно хорошо всем известный большой и широкий песчаных мол, очень часто используемый как местными мореплавателями так и небольшими рыболовными судами и где собственно сейчас их должны были уже ждать. Дойдя до границы построек и собственно границы города они сразу-же увидели качавшуюся на лёгкой волне примерно посередине этого вытянутого песчаного мыса очень ярко и празднично украшенную в королевские цвета Аркадии морскую яхту, и стоящие около немного вытянутой на мелкий берег шлюпки четыре высокие и видные фигуры, причём они сразу-же узнали среди них и двух своих знакомых, терпеливо ожидавших там их появления.

— О, ну что-же, а вот мы кажется и пришли, — сказал шедший сразу за Эдвином с Элизой Эндрю.

— Да, а вот теперь, — и добро пожаловать, — улыбнулся шедшим сзади и сам Эдвин.

— Как вы прикажете, Ваше Величество, — раздался сразу-же дружный ответ всех присутствующих, и даже Елор удовлетворительно чихнув тоже присоединился к этому общему высказыванию и весьма добродушно проговорил:

— Ну что-же, Ваше Величество, а вот тут уже понемногу начинаются и твои новые владения.

— Что-же, если ты об этой яхте, то ты прав, — она довольно быстро нас туда доставит.

— Да, и среди встречающих на берегу я ясно вижу наших сэров Вильяма и Реджинальда.

— Ты прав, да, совершенно верно.

— Ну что, не будем заставлять их ждать, да и давайте потихонечку пойдём.

— Да, пошли.

— И кстати, время сейчас – без пятнадцати 7, так что мы совсем не опоздали.

— Да ну ладно тебе, точность, — вежливость королей.

— Да, но давай поспешим, — все уже почти спустились.

И все семеро отплывающих, а следом за ними и восьмой их «сопровождающий» отойдя от края строений и спустившись по довольно высоким прибрежным скалам вышли на широкую песчаную полосу берега и неспешно пошли к ожидавшей их яхте. Да, и нам стоит тут пожалуй несколько подробно отметить одну небольшую особенность, сопровождавшую тогда их последний поход по этому, и как будто бы пустому в тот вечер песчаному берегу.

Да, а на этом берегу когда они туда вышли и правда совсем ещё никого не было, но когда они дошли примерно до середины этой песчаной полоски, то и справа, и с лева от них от линии берега стали вдруг появляться и также мягко ступая подходить к линии прибоя те самые таинственные и загадочные животные, одним из представителей которых был и наш Елор. Все шедшие заметили это всё не совсем сразу, но когда случайно обернувшийся Эндрю обратил на это их внимание, то почти по всему берегу, с интервалом примерно в 50 метров уже стояли или ещё подходили к воде эти очень умные и совершенно особенные, если даже не совсем уникальные животные.

— Эгей, а вы посмотрите-ка, какой-же особенный у нас сегодня кортеж провожающих.

— А, а ведь они тоже наверное пришли сюда нас проводить…

— Пфы, совершено верно, — да, они именно за этим и вышли сейчас на этот берег.

— Елор, извини, но провожать они вышли не только тебя, но и нас?

— Да, и меня персонально, и всех вас точно также, — и вместе, и по отдельности и я ещё вчера вечером и весьма подробно всё это объяснил Эдвину, да, все эти всё и почему.

— Да, совершенно верно, что было то было, — ответил улыбнувшись Эдвин, — да и за что, а вот за это вам просто большое и отдельное спасибо. Да, и за этот кортеж.

— Да, Эдвин, а ведь для вас это всё ещё только лишь начинается, и они вышли сейчас на этот берег по тому, что они очень хорошо обо всём этом знают, и также знают и всё-всё об этом.

— Ну что-же, тогда давайте тоже немного постоим здесь, на этом берегу, — ведь этот берег тоже немного, но как-то ведь наша земля.

— Да, и к тому-же ведь сколько у нас провожающих.

— Уж лучше и не говори.

— Ну что, может закурим?

— Да, давайте по последней.

И постояв так ещё минут 10 на берегу в молчаливом окружении своих не очень-то обычных провожающих они немного переговорили, потом посмотрели на оставшийся у них за спиной город и на стоявших у края воды и смотрящих куда-то в даль пришедших их проводить весьма необычных зверей и попрощавшись с этим берегом пошли к мерно покачивавшейся совсем недалеко от них большой и празднично украшенной яхте.

Но а в завершении этой небольшой истории мы можем ещё пожалуй ещё отметить тот факт, что и через час после этого, когда эта королевская яхта отплыла от этого берега и понесла наших пассажиров через этот широкий пролив и когда это южное солнце под лёгкий шелест волн легко скользнуло за край горизонта, и всю эту ночь до самого утра эти очень умные и странные очень необычные животные так и простояли там на берегу, прислушиваясь к шелесту волн и смотря на широкую лунную дорожку, ярко отсвечивавшуюся тогда на этой немного поблескивающий от случайных отблесков огней и отблесков лунного света бескрайней водной глади.

 

Да, а в заключении мы можем также ещё сообщить нашим читателям то, что как и говорил совсем недавно на ночном берегу нашему главному герою Елор, совершенно всё у них на их новом месте после прибытия в Аркадию пошло так как он и обещал, да, и что через три месяца после их прибытия он принял из рук своего отца Главный Государственный  Верховный Символ и сам Сан Верховной Власти, и что за последние 3 десятилетия Аркадия стала как и предполагал когда-то Эдвин очень уважаемой и благополучной развитой страной, что Эдвин и после этого очень часто ездил в соседнюю с ними Лэндтерну и в свой родной город и что он всегда вместе с Елором останавливался там также в том-же самом и очень хорошо нами уже описанном доме, и ещё и то что когда он приезжал туда, он обязательно каждый раз выходил вместе с Елором в свою традиционную вечернюю и даже немного для всех привычную прогулку по тому-же Главному Городскому Парку, и возвращались домой они обычно уже совсем в темноте.

 

Да, и вот собственно и конец нашей истории, а понемногу – и даже сказки, но тут автор в самом завершении хочет сказать своим читателям и ещё пару слов, и сказать в завершении пару вроде совершенно простых и обычных вещей… Да, ведь во всех нас всегда, ещё с самого рождения было, есть и будет какое-нибудь стремления к чему-то особенному, хорошему, чистому и справедливому, да, к каким-то особым хорошим вещам, событиям, делам и поступкам… И вы знаете, — ведь почти всегда когда человек делает какое-нибудь хорошее дело, и даже не важно какое, — помогает кому-нибудь перейти через дорогу или подсказывает кому-нибудь какой-то нужный адрес, просто вспомнив о старых друзьях набирает их номер или проходя мимо кого-нибудь нуждающегося и сидящего с шапкой кидает ему несколько монет, — то ведь и ему от этого точно также в этот момент становится и как-то немного и светлее и свободней… Да, и вы извините пожалуйста автора за такое немного сентиментальное отступление, но…

Но просто, — люди, давайте мы всё-таки будем почаще немного добрее и отзывчивей…

Да, и вот теперь – вроде всё.

Конец

Лето 2018

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ответьте на вопрос: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.