Оксана Ким. По ту сторону рассвета

Роберт проснулся рано, ровно в пять тридцать, как и в предыдущие пять дней в неделю, умноженных на годы тягучей рутины.

Его будильник подергивался на тумбочке из серого дерева. Монотонность механических движений не давала сбоя, мужчина открыл глаза, и его взгляд уперся в потолок.

Среда. Сегодня только среда, а он уже смертельно выдохся. Хотя он чувствовал себя так каждый день. Кого он обманывал. Даже пятница не приносила облегчения. Пятница всегда была лишь началом тревожного ожидания трудовой недели.

Время утекало, а он все так же трудился в юридической конторе с  десяти до девяти, уже десять лет. И в свои тридцать выглядел на все унылые сорок пять.

Подружки, как будто сговорившись, все, как одна, называли его скучным неудачником, и все его отношения заканчивались, так и не начавшись.

А ведь когда-то он был довольно красивым мужчиной, с большими зелеными глазами и отличной статной осанкой, и что более важно — бурным характером.

Роберт даже не заметил, как его глаза посерели, а спина приняла форму дешевого мягкого кресла на колесиках. Повседневность наложила на него заплесневелый налет из паутины отчаяния с примесью паленого одеколона.

Рутина не дает человеку думать, замечать и самое главное — волноваться.

Многие его знакомые сверстники имели высокий по меркам общества статус, блестящую яркую машину, одни — красивых женщин, другие — семью. У него же имелись черный потертый пиджак, пиво в холодильнике и красный будильник — единственная цветная вещь в его маленькой квартире.

Хотя, подождите секунду. Было еще кое-что.

В его спальне стояло старое зеркало в серебряной раме, досталось оно ему  невесть откуда. Но и оно покрылось пылью нехватки времени. И антикварный предмет ничем не выделялся среди скудной обстановки квартиры.

Начался, никогда не заканчивающийся, долгий день, который Роберт надеялся прожить.

Он уже десять лет совершал повторяющиеся поочередно определенные действия: заправлял постель, ел, выпивал чашку черного кофе без сахара, чистил зубы и одевался. Выходя на улицу, он всегда проверял свой почтовый ящик, в котором бумаги лежали всего два раза: извещение об отключении света за неуплату и письмо от матери — поздравление с днем рождения. Но он каждый раз проверял его снова и снова. Наверное, это была просто привычка. Ждать ему было нечего, по правде говоря.

На улице стояла под стать настроению паршивая погода. Машины окатывали прохожих грязной водой из луж, а зонтики ломались под напором ветра.

На работе Роберт сидел в тесной конуре с Дэвидом, другим работником, который часто раздражал уставшие уши Роберта постоянной болтовней о ставках и девушках.

-Роб, ты не поверишь! Зуб даю. Ты просто упадешь. Я вчера просадил две сотни, представляешь? Просто взял и поставил на гнедую, звать ее Мэрион, красавица, такой лошади я еще не видел. Мне Денни посоветовал, он ведь толк знает в лошадках. Ну, я и поверил ему. И бах! Просадил.  А потом что было! В следующий забег поставил на самую невзрачную, думаю, это как в жизни: красавица всегда тебя опрокинет, а дурнушка — не откажет. Осталось у меня еще сотня — вот и поставил на нее, на Хизер. Сижу и прирос будто к стулу. Закрыл глаза — и вот она, лошадка моя, первая на финише! Ей Богу, я глазам не поверил. А ставка ведь один к восьми! Так что я теперь богач.

-Завязывал бы ты с азартными вещами. Это до добра не доводит.

-Брось чепуху молоть! Ты не понимаешь всей соли. Это как будто у тебя кровь стынет в жилах! Адреналин.- Протянул Девид с довольной улыбкой.- Чего ж тут недоброго?

-Я тебе говорю — заканчивай. Проиграешься в пух и прах.

-Да что с тобой говорить! Твердишь одно и то же. Не смекаешь ты ничего.

Роберт промолчал и уткнулся в бумажки. Дэвид иногда напевал что-то, и Роберту приходилось кидать на него многозначительный взгляд. Дэвид сразу умолкал с обиженным видом и, насупившись, отворачивался или выходил покурить.

Закончив работу, Роберт заходил в маленький магазинчик по пути домой и покупал кофе и пиво.

Вечер парень проводил за телевизором или каким-нибудь беллетристским детективом, посасывая бутылку темного пива. Вот и сейчас у него в руках был экземпляр отборной чуши про детектива-самоучку, который расследовал убийство мэра какого-то городка. И все это было приправлено банальной любовной историей – интрижкой детектива с молодой секретаршей этого самого мэра.

Роберт читал больше по привычке, начатые книги он не бросал, даже если они ему не нравились. Монотонность его действий усыпляло в нем желание двигаться вперед и смотреть на мир ясными глазами.

Перед сном требовалось провести ежедневный обряд умывания и чистки зубов, ровных и белых, в отличие от него самого.

Придя в ванную, Роберт выдавил маленькую горошину пасты на щетку и посмотрел на свое лицо. Он поджал губы, и, прищурившись, стал вглядываться. На секунду задумавшись, он опустил голову и засунул щетку в рот, медленно и тщательно водя ею по зубам.

Сплюнув, он включил воду. Ему послышалась музыка. Должно быть, соседи опять гуляют. Что это они, перешли с рока на джаз? Ну, чем черт не шутит. Надо бы пойти и всыпать им хорошенько за такое. Уже полночь! Совсем совести не знают. Но ему завтра на работу. Некогда ходить и разбираться с всякими нарушителями порядка.

Возвращаясь в спальню, Роберт чуть было не упал, споткнувшись  о старое зеркало. Оно покачнулось, но Роберт вовремя схватил его и удержал на месте. Это маленькое происшествие как будто всполошило парня, и его сердце забилось быстрее.

Отдышавшись, Роберт взглянул на зеркало. Оно и вправду было красивым. Как это он раньше не замечал. Ну, надо же. У него в квартире есть такое чудо, а он и не знал до этого момента. Пыль осыпалась, и он всматривался в резные узоры на раме. Была видна рука мастера. И в этом зеркале он как будто бы был стройней и моложавей. Расправив плечи, Роберт вертелся и смотрел на свое отражение. Эти брюки его полнили, а щетина придавала возраста. Надо будет сбрить ее завтра. И еще купить новый костюм, денег хватит. Не дело ходить в таком паршивом виде.

Спохватившись, Роберт посмотрел на часы, битых полчаса он рассматривал себя в зеркале. Беззвучно обругав свою глупость, он стащил одежду и лег в постель.

Разбудил его как всегда безотказный будильник, положив начало новому трудному дню. Проделав обычные сборы, Роберт отправился на работу.

За обедом он вспомнил вчерашнее происшествие, и до конца дня оно не выходило из его головы. Придя домой, он бросился к зеркалу и испытующе стал в него вглядываться. Но там ничего не было. Зеркало как зеркало. И, немного все-таки подождав, Роберт пошел к холодильнику за ежедневной порцией пива.

Телевизор синим светом обволакивал комнату, транслируя реалити-шоу про семью, члены которой постоянно выясняли отношения и ругались. Но к концу каждой серии всегда происходило примирение и воссоединение любящих людей. Роберт бездумно щелкал каналы.

Зазвонил телефон. Кто мог звонить ему так поздно вечером? Недоумевая, Роберт снял трубку.

-Алло?

-Роб! Это я!- в трубке громыхал голос Дэвида и еще сотни людей из бара.

-Дэвид, ты зачем звонишь мне посреди ночи?

-Да брось! Всего девять вечера! — Голос звонившего надрывался, чтобы перекричать музыку и всеобщее веселье.

-Я собирался спать.

-Не дури. Ты должен придти сюда. Помнишь Глэдис? Ну, ту девчонку из магазина напротив нашей конторы? Я видел, как она на тебя смотрела пару лет назад. На меня она и не глядит, иначе стал бы я звонить! Девчонка — первый сорт, ничего не попишешь. Так что приезжай сюда. Это твой шанс, друг.

-Какого черта, ты принялся мне указывать?

-Я же для тебя стараюсь! Она спрашивала про тебя, вот и позвонил. Надеюсь, ты приедешь, надо быть полным дураком, чтобы прохлопать такую красотку!- Крикнул Дэвид и бросил трубку.

Черта с два он куда-нибудь сдвинется! Нечего ему там делать. Подумаешь, красотка. Ему на работу завтра. Отработает пятницу, и можно будет отдохнуть.

Почему-то Роберт разозлился на Дэвида. Напарник был очень назойлив, а суету Роб ненавидел больше всего.

С непонятной досадой Роберт упал на постель. И снова услышал музыку. Ну, это уже выше его терпения. С остервенением он вскочил и бросился на лестничную площадку.

Со злостью стуча соседям в дверь, он закричал:

-Открывайте, подонки! Мне это уже надоело! Прекратите вы или нет?

Дверь открылась не сразу. Девушка в пижаме с недоумением уставилась на взъерошенного Роберта.

-Что вам нужно?

-Зачем вы две ночи подряд включаете музыку ночью? Ее слышно у меня в квартире. И я не думаю, что другим жильцам это нравится. Мне надоели эти вечеринки!

-Извините, но старые квартиранты съехали две недели назад. Я живу одна. И сейчас я хочу спать. Хватит шуметь.

-Это вам хватит шуметь! Я все слышал. Решили дурака из меня сделать? Попрятались?- С этими словами Роберт вломился в квартиру.

Внутри было темно. Горел лишь ночник в коридоре. В комнатах никого не было. Роберт проверил даже балкон.

-Где все ваши приятели?

-Убирайтесь! Иначе я буду кричать, и соседи вызовут полицию.

-Я еще вернусь, как выясню, в чем здесь дело!- Он погрозил пальцем.

-Вон!

Роберт вернулся домой вне себя от злости. Но через минуту он осознал, что не видел эту девушку раньше. Может быть, он ошибся? Видимо шумел кто-то другой. Но он слышал музыку именно из-за этой стены!

Роберт уставился на зеркало. Встав, он медленно подошел к своему отражению.  Быть этого не может. Парень даже постучал по нему, удостоверившись, что оно настоящее. Заработался. Чудится невесть что. Надо бы выпить. Он вспомнил про бар.

Почему бы и нет? Он так измотан, что ему кажется всякая дрянь. Пора проветриться.

Заглянув в старый шкаф, Роберт уставился на свой жидкий гардероб. Из двух висевших там рубашек он выбрал черную, отдав предпочтение кажущейся стройности, которую придавал этот цвет. Заправив ее в брюки, он несколько минут постоял перед зеркалом, оценивая себя.

Глаза у него заблестели странным светом: он выглядел шикарно. Этакий ловелас, непринужденными движениями которого любовались все девушки. Рубашка облегала его добротный торс, а худощавое лицо излучало превосходство. В профиль он казался еще лучше: прямой красивый нос греческого образца, высокий лоб и небрежно лежавшие волосы придавали его облику некую незримую аристократичность, которая подсознательно нравилась людям.

Рубашка выглядела свежей и отглаженной, хотя провисела в шкафу не меньше полугода. Спина его выпрямилась, а широкие плечи выдавали в нем атлета. Роберт даже не заметил, как начал улыбаться и любоваться собой.

Почему бы ему и впрямь не сходить выпить и поболтать с девчонкой-другой?

Роберт стоял перед зеркалом и самодовольно себя разглядывал. Он поморгал несколько раз, пытаясь стрясти наваждение, но все оставалось неизменным: он и вправду был хорош собой.

Не заметив, как он оказался в баре, Роберт уже шел к стойке.

Заказав двойной виски и опершись спиной на стойку, Роберт делал вид, что его ничто не интересует, кроме порции теннесийского алкогольного напитка.

Роберт же интересовал всех в зале. Его заметил Дэвид.

-Роб! Я здесь! — Крикнул напарник и помахал рукой.

Роберт, аккуратно выискивающий Девида с самого начала, с облегчением двинулся к столику, откуда доносился крик.

-Здорово, приятель! Я думал, ты не придешь.- Радостно продолжал Дэвид. За столиком с Дэвидом сидели парень и две девушки. Одну из них Роберт узнал. Это была Глэдис. Девушки с недоумением переглянулись.

-Решил заскочить, — с несвойственной ему улыбкой ответил Роберт.

-А это Руди, Маргарет и Глэдис, ну Глэдис ты знаешь, — добавил Дэвид, не скрывая подталкивающего намека, чем довольно позлил Роберта.

-Да, верно, мы знакомы,- подала голос девушка. Она с искренним интересом разглядывала пришедшего. – Почему бы нам не выпить за встречу?

Глэдис смело подсела поближе к Роберту и уже вскоре они наперебой болтали, забывая даже пить.

-А что ты любишь больше всего на свете?- Спросил Роберт, вперяясь взглядом в девушку. – Наверняка что-то есть.

-Я люблю банальные вещи. Например, мороженое, чистое постельное белье, запах лаванды и персиков, свежие салаты, снегопад. Но больше всего я люблю не спать до утра и наблюдать за тем, как встает солнце, особенно тот миг, когда лунный свет отступает, давая начало рассвету.

Они сидели в баре до трех ночи. Глэдис пора было идти. Роберт проводил ее до такси. И, поцеловавшись, они попрощались.

Окрыленный, Роберт очутился дома. Он вспомнил, что ему завтра на работу и упал на постель.

Проснувшись, он вспомнил прошлый вечер, что скрасило предстоящую работу. Дэвида на месте не оказалось. Напился вдрызг как всегда. Выгонят ведь его с работы. У Роберта в голове мелькнула мысль, что парень-то неплохой. И чего он так к нему относился?

Отработав, Роберт энергично шел домой, наслаждаясь своим настроением и концом недели.

Придя домой, Роберт выпил пару бутылок пива и снова стал разглядывать себя в зеркале. Он определенно изменился! Былая красота вернулась к нему. И он чувствовал себя прекрасно. Он начинал чувствовать уверенность. Что-то происходило с ним, возвращало прежнюю силу.

Выйдя на лестничную площадку, он столкнулся с той девушкой, которой нагрубил.

-Привет, — сказала она. – А вы тот самый новый жилец? Приятно познакомиться, я Элис.

Странно, что она не узнала Роберта. И он решил не напоминать ей о своей грубости. Она была чрезвычайно мила.

-Меня зовут Роберт.

Они разговорились, и она пригласила его войти.

Все произошло быстро.

У него не было женщины два года. Обычно они на него так быстро не клевали. Особенно такие, как Элис.

Он выскользнул за дверь, когда она заснула.

Дома Роберт сидеть не собирался. Почуяв былую привлекательность, он отправился в модный клуб.

Пропустили его без проблем. Перед ним открывались все двери. Менеджер поздоровался с ним и отвел в комнату с мягким круглым диваном и зеркалами, спросив:

-Вам как обычно?

Роберт только тихо кивнул.

Комната казалась ему огромной из-за зеркал. Дорогая обстановка радовала глаз, и Роберт расслабился.

Через некоторое время к нему зашли две девушки и стали танцевать, обнажаясь.

Одна из них подала голос:

-Ну что же ты? Как будто не узнаешь нас. Трудный день, милый? Расслабься. Чего ты хочешь?

-Вы знаете, как меня зовут?

-Что ты сегодня принял?

-Как меня зовут??- заорал Роберт.

-Роберт Доусон! Ты совсем спятил?

-А вы кто?

-Ммм. Ты решил поиграть. Тогда сегодня я буду для тебя Ритой. А эта малышка – Лили.

Зашел управляющий, неся поднос и ведро с шампанским.

На подносе лежали белые ровные полоски кокаина.

Роберт молча вдохнул одну дорожку и закрыл глаза.

Это просто сон. Уж во сне ему можно повеселиться?

Он попросил еще трех девушек.

Менеджер, ни слова не говоря, ушел и вернулся с требуемым заказом.

-Малыш, ты сегодня такой жадный,- обидчиво сказала Рита и полезла к нему в карманы, вытащив пачку денег. Она кинула их в воздух.

От наркотиков Роберт повеселел: туман перед глазами и вправду казался ему сном.

Прыгая по комнате, он смотрел на себя в зеркала. Комната сдавливала и одновременно расширяла просторы человеческого бытия. Роберт кричал во всю глотку свои желания, и девушки все исполняли.

На следующий вечер Роберт проснулся у себя в кровати. На нем была порвана рубашка.

Подойдя к зеркалу, Роберт уставился на свои глаза, красные и потухшие, с лопнувшими сосудами. Волосы растрепались и отливали жиром. Он машинально полез в карманы — там было пусто.

-Что со мной? — хриплым голосом простонал мужчина.

В мгновение Роберт очутился в загородной вилле. Вокруг танцевало море народу. Все — бриллиантовые богачи.

-Где здесь уборная?- Спросил Роберт у пробегавшего рядом официанта.

-Там!- Кинул тот второпях, показывая на лестницу, и умчался, таща за собой поднос с бокалами.

Роберт вбежал в туалет, расталкивая гостей, и посмотрел в зеркало. На нем был дорогой костюм темно-красного цвета, белоснежная сорочка и бабочка.

Парень вздохнул с облегчением — он снова спит.

Успокоившись, Роберт вышел в зал. Алкоголь лился рекой, красивые женщины были одна развязней другой. Все танцевали и не обращали друг на друга внимания. Безликая масса проглотила Роберта целиком.

-Роберт? — окликнула его молодая девушка. Он не мог вспомнить, как ее зовут.- Я так рада, что ты здесь! Я скучала.

Все повторилось. Кровать под алкоголем расплывалась в глазах. Он так и не узнал имя той девушки.

Когда солнце село, Роберт проснулся в своей постели, долго лежал и вспоминал свои сны. Роберт повернул голову и посмотрел на будильник. Воскресенье. Что за чертовщина? Он ушел от Элис в пятницу.

Вскочив с кровати, он обнаружил на себе тот дорогой темно-красный костюм из сна. Роберт с силой ударил себя по щеке, как это обычно делают, чтобы проверить, не спят ли.

Роберт определенно не спал. Удар был болезненный, и на лице осталось красное пятно.

Ему снова послышалась музыка. Она становилась все громче.

-Нет! Нет! Я больше так не могу! Не надо!

Музыка прекратилась. Роберт, трясясь и дрожа, смотрел в зеркало. Он совсем изменился. Его глаза бегали и моргали. И было уже совершенно не различить, какого они цвета.

Он все понял. Его дедушка сошел с ума в сорок лет. Когда он умер, его пожитки перевезли к Роберту. Это было его зеркало. И Роберт понял причину безумия деда.

Он схватил старое зеркало и вынес его на улицу. Он старался не смотреть в него. Но какой-то сосед столкнулся с Робертом, и тот ненароком перевел взгляд на зеркало. Глаза Роберта затуманились. Перед ним сидела Гдэдис. Обнаженная и прекрасная.

-Роберт, иди ко мне.

-Нет! Только не ты!

Вспышка, Роберт у крыльца в обнимку с зеркалом.

Он зажмурил глаза, и ощупал его руками — оно трепетало.

Надо его уничтожить. Но если разбить его тут — останется куча осколков. Засунув его под мышку, он побежал к городской мусорке.

Прохожие оборачивались и долго смотрели странному мужчине вслед.

Роберт вернулся домой затемно.

Помылся, переоделся, плотно поел, в общем, пытался войти в свою колею.

Но кое-что в нем все-таки поменялось. Точнее, вернулось. Его взгляд, полный силы и внутреннего стержня. Он много думал.

 

Вечером Роберт пошел в бар. Там он встретил Дэвида.

-Ты чего в четверг не пришел? Но ты не беспокойся, она и сегодня тут, — сказал Дэвид и покосился на столик в углу.

 

-Привет, Глэдис.

-Здравствуй, Роберт.

 

-А что ты любишь больше всего?

-Я люблю банальные вещи. Но больше всего миг, когда лунный свет отступает, давая начало рассвету.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ответьте на вопрос: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.