10. Недобрый знак

С рассветом войско кипчаков продолжило движение на восток, готовясь к неизбежной уже схватке с иштэками.

Вдали показались горы. Над одной из них, ближайшей к ним и очень правильной формы, поднимались два столба густого дыма. Пришельцы из Степи поняли, что этот дым – сигнал иштэкских дозорных, говорящий об их, кипчаков, приближении. Этой горой была Зирган-тау. Через некоторое время стал виден, открывшийся с возвышения, на котором оказались Иргиз-хан и его воины, стан иштэков, расположенный на самом берегу широкой реки, за которой сразу поднималась заросшая лесом гора.

Кипчаки продолжали двигаться вперёд. Оказавшись на широкой равнине, перед самым станом балабашняков (в Большой Степи именуемых иштэками), выстроившимися в боевой порядок, Иргиз-хан остановил своё войско, подняв правую руку. Военачальники, готовые к бою, ждали его решения. Иргиз-хан обратился к ним:

— Иштэков чуть больше тысячи, меньше, чем нас. И напав на них, мы без труда опрокинем их и сметём в ту реку.

Его первый военачальник, Арслан, командующий отрядом в пять сотен воинов, заметил:

— Не заманивают ли они нас в засаду, великий хан? Здесь много холмов и оврагов – среди них могут прятаться и другие иштэки.

— Ты прав Арслан. Надо быть осторожными: начнём постепенно. Нападём с трёх сторон, чтобы никто из них не ушёл. Кошбатыр?

— Слушаю, великий хан.

— Та гора к югу отсюда, видишь её?

— Да, повелитель, — ответил Кошбатыр, внимательно всматриваясь в гору, указанную ему ханом. Ничего подозрительного там видно не было, но кто знает?

— Двинешься со своими месегутами к ней, но не на саму вершину. Туда вышлешь разведчиков: посмотреть, нет ли за ней засады. Оттуда, с юга, по моему сигналу нападёшь на иштэков, начав битву первым. Но если за горой засада – сразу отходи на запад, чтобы растянуть их. А я отсюда решу, что делать дальше.

— Я понял, великий хан.

— Арслан, ты нападёшь с севера, сразу же после Кошбатыра. Понял?

— Да, великий хан. Мы набросимся на них, как львы. Ты будешь доволен.

Иргизу понравился его ответ.

— Хорошо, Арслан. А я нападу с центра, и мой удар окончательно опрокинет иштэков. Кошбатыр, — хан поднял руку, — начинай. — И хан махнул рукой в направлении горы, о которой он говорил.

Три сотни месегутов, во главе с Кошбатыром, двинулись к югу. Чуть позже от войска отделился полутысячный отряд Арслана и направился в противоположном направлении, чтобы оказаться с северной стороны войска иштэков.

Глядя вслед удаляющимся месегутам, Иргиз-хан, почему-то, начал испытывать смутное беспокойство. Вид горы, к которой они двигались, вдруг начал внушать тревогу Иргизу. Потом ему показалось, что какое-то рыжее пятно мелькнуло на вершине этой невысокой горы. С того места, где находился хан кипчаков, нельзя было рассмотреть, что это, но Иргизу показалось, что он узнал его. Он вздрогнул, когда с неожиданной ясностью, охватившей его сознание, вдруг понял: это – та самая лисица! Что делает здесь эта тварь? Вчера она упомянула о землях месегутов, и вот сейчас эти самые месегуты направляются прямо к ней. Что замышляет эта ведьма? Это ведь точно она – Иргиз-хан чувствовал это без малейшего сомнения.

— Назад! — закричал хан, поняв, что всё начинается не так. — Верните их назад! — Голос его был страшен. Затем он прошептал еле слышно: — Плохой знак… нехорошо.

Оба отряда, повинуясь новому указанию, повернули назад и стали возвращаться…

— Кошбатыр, — сказал Иргиз-хан, когда Кошбатыр вернулся и подъехал к нему, — я изменил своё решение: начнёшь не с юга, а с севера. С юга, после тебя, нападёт Арслан, а я, так же, нападу последним, в центр их войска. Начинай, Кошбатыр: проложи путь нашей победе.

— Да, великий хан. Месегуты начинают битву.

Когда Кошбатыр удалился, Иргиз-хан повелел вернувшемуся также Арслану:

— Арслан, с юга начнёшь ты. Подойди к той горе и, когда будешь готов, Кошбатыр нападёт. Потом я дам знак тебе. Но первым делом, слушай внимательно, Арслан, отправишь одну сотню на вершину горы – пусть поднимутся туда и, если кого-нибудь там увидят, пусть убьют всех, кто там окажется. Отправь сотню прямо отсюда, а сами поезжайте следом, но на гору не поднимайтесь – готовьтесь к нападению на иштэков. Всё, начинай, бесстрашный Арслан.

— Я всё понял, великий Иргиз-хан. Всё будет, как ты повелел.

Пять сотен воинов двинулись к югу. Арслан отдал распоряжение одному из предводителей, и тут же сотня всадников устремилась вперёд, к горе. Арслан вёл своих воинов туда, куда ему было указано ханом. Что заставило повелителя изменить первоначально задуманное? Это недобрый знак. Он может означать, что Иргиз-хан не готов по-настоящему к битве. Но он, Арслан, должен выполнять то, что ему поручено не поддаваясь никаким сомнениям.

Кошбатыр, в это время, вёл три сотни своих месегутов к северо-востоку, чтобы, сделав крюк, обрушиться на иштэков с севера. Он был в недоумении: почему хан изменил своё намерение? С этого не начинают сражение – это плохой знак. Но нельзя подвергать сомнению решения повелителя, иначе будет ещё хуже. Поэтому Кошбатыр отбросил всякие предчувствия и целиком посвятил себя подготовке к начинающемуся сражению.

Очень скоро месегуты оказались с северной стороны иштэкского войска и остановились там, готовые к бою. Кошбатыр и все его воины, разгорячённые, как бывало перед любой битвой, в нетерпении ожидали сигнала. Отсюда они уже видели серьёзные, нахмуренные лица иштэков.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *