НООСФЕРА
Только глаз не опускай,
Будь летящей, целься вверх.
Я совсем тобою стал,
Я твой орган много лет.
Как спасение во тьме,
Бог любви нас завязал,
До того момента я
Бил себя и бичевал.
Кротким пленником чудес
Создан я, лечу вперёд,
Только пусть пороков бес
И тебя не заберёт.
Сколько лжи блестит в ногах,
Только в землю не смотри,
Обещания во прах
Обращай, и вверх лети.
Я так голоден тобою,
Что прошу тебя опять
И дороге, и покою
Предпочесть мою кровать.
Даже поднебесных духов
Не минует эта дрожь,
Как меня, когда на ухо
Ты гитарный блюз поёшь.
Я во сне так тихо плыл,
Я приблизился к оградам,
Ты стояла у могил,
Останавливая взглядом.
Мы с тобою полетим
Прочь от города больного,
Я накину палантин,
И тебя от свалки скрою.
Даже если и обманом,
Но тебя от зла спасу,
И с земного полумрака
В ноосферу унесу.
ТЫ – ИЕРОГЛИФ
Мерцают райские огни,
Два отражения за рампой.
Рука с рукою говорит,
Ты стала королевой штампа.
Мне нравится дешевизна
Твоих не истинных суждений.
Ты рок-н-ролльная весна,
А я – в тебе, и я – твой гений.
Весна играет мной теперь,
Мне сладко быть её вассалом,
И боль, которая во мне, -
Она роднее брата стала.
В кармане брюк твоих не сдача, -
Моё там сердце на прицепе,
Ты мне приносишь неудачу,
Но я не жду прихода лета.
Я нисхожу в порыве боли
Во славу рок-н-ролльных вёсен.
Мне намертво в язык вкололи
Тебя, и мне покой несносен.
На главной улице сквозняк,
Меня насквозь он продирает.
Когда не ты, то всё не так,
Мне пустота дышать мешает.
Те улицы, где ходишь ты, -
Дешевые, кривые холлы,
Спасут меня от пустоты,
Ты иероглиф рок-н-ролла.
ИСТОЧНИК
Он заявил, что мне знаком.
Я сразу понял, – ангел это:
Крылом помятым, как зонтом,
Стоял-махал, синея светом.
Глаза закрыл и зашептал:
«Пора».
- Но как я долго ждал!
Смотрел назад, гонимый ночью!
Я гневно, жарко жаждал встречи.
- Я говорил с тобой заочно,
Я слышал ясно твои речи!
Вот ангел крылышки подъял,
На шее воротник расправил,
Ботинком на весу играл,
Зрачки свои мне в душу вправил.
Как фильм, во мне промчалось время;
По кадрам миги леденели.
В руках волшебного злодея
Журнальные листы летели.
Пожал плечами ангел нежный,
Зевнул протяжно, изогнувшись,
И убежал приманкой свежей
Для водопойных кур синюшных.
Я понял все его улыбки,
Я понял нелюбовь к помехам,
И бросил прочь характер пылкий,
И растоптал его со смехом.
ВРЕМЕНИ НЕТ
Нам угол дивана смеялся призывно,
И мы улыбались ему неразрывно,
Чтоб угол и точки по кромкам дивана
Связать воедино, и падать в нирвану.
Мы взглядами, помнишь, с тобой толковали,
Сюрпризы назавтра извне ожидали?
Но что-то и сами могли обозначить,
Сжигая часы в том безумии нашем.
Прошла сотня дней, и пускай уже далее
Оно потекло, – хоть налево, направо ли,
А я всё храню сон, истерзанный в прах,
Что был благоденствием в наших мирах.
Казалось – минуты должны выпить тайну,
А время застыло в том прахе случайном.
И мы растворились, уснули бы снова,
Но не замирали в слоистом покое,
Глаза бы открыли, и плыли волнисто
Сквозь шёпоты ночи в истлевшей истоме;
Ты глаз не закроешь, но имя зависло,
И спряталось демоном в сумрачном доме.
Судьба увела тебя прочь с этих нот,
Но вижу черты твои в собственном лике.
Безумный, смотрю на твой снимок в блокнот,
Он так отражает безвременья блики.
Мой сон – это время, а времени нет,
Мне шепчет о вечном в блокноте портрет.