Дас ист совсем не фантастиш! (эссе)

В последние месяц-два по телевизору часто крутят телерекламу, в которой некий слесарь-водопроводчик, своей колоритной внешностью поразительно напоминающий традиционного персонажа немецких порнографических фильмов, с лёгким укором спрашивает хозяйку квартиры — некую миловидную барышню характерной то ли грузинской, то ли армянской, то ли еврейской внешности:
— А чего ж вы меня про засор-то не предупредили?
Барышня делает ничего не понимающие глаза (похоже, ей что зазор, что запор, что помидор, что Чинганчук-Зелёный Змий — всё однохренственно, все одинаково). Дескать, эскьюзь ми, да что вы, гражданин слесарь тире водопроводчик, такое говорите! Откудова мне, высококультурной, практически высокоинтеллигентной барышне, знать, что в этой симпатичной дырочке какой-то непонятный засор-запор-затор-затвор? С каких это запорных помидоров и чинганчуков? Тогда этот порнографический слесарь-водопроводчик суёт ей под её выдающихся размеров носяру свой айпад (или айпед. Или гаджет. Или как их там? Я тоже в запорах как Чинганчук в помидорах!):
— Посмотрите сами на экран. Вот волосы, вот свиные шкурки, колбасные обрезки, куски х.повытирательной бумаги, закаменевши сопли, затвердевшие слюни, использованные презервативные хандоны… И всё это со временем наслоилось на стенки сливного отверстия, что и вызвало запор-засор-затвор-прокурор его диаметра.
— И чего ж теперь делать? — растерянно спрашивает барышня, озабоченно чеша свой выдающийся носопырий.
— Куды бечь?
— Бечь никуды не надо, — успокаивает её этот прогрессивный деятель слесарно-водопроводного искусства. – А надо взять таз, смешать в нём Тайд, Хеденьс и Шольдрис, Проктер энд Гембол, любимый стеклоочиститель гражданина Алибасова под названием «Крот» и портвейн марки «Плодово-жилистый» (сто пятьдесят два рубля — поллитра). После чего вылить всю эту жуть в засорившееся отверстие, и засор со змеиным шипением, петушиным клекотанием, пронзительным свистом и душераздирающим хохотом растворится враз, навсегда и на веки веков!
— Дас ист фантастиш! — бурно восторгается барышня, и сразу становится ясно и понятно, что хотя в засорах и прочих тонкостях слесарно-водопроводного быта она ни хрена не разбирается и разбираться никогда не будет ( и не хочет!), но тоже совсем не чужда немецкой порнушки ( а скорее всего, в ней же и регулярно снимается. На пару с этим самым слесарем тире водопроводчиком.).

Вопрос: к чему я развернул весь этот «апокалиптический дивертисмент»? Отвечаю: к посадке популярного артиста, случившейся буквально на днях. Потому что эта посадка – не дас исх фантастиш, а уже даст ист суровый реалистиш. То есть, не просто посадка, а шанс для нашего правосудия, чтобы показать, что оно именно правосудие (правовое судие), и что Закон един для всех. И оно, правосудие, этот шанс не просто не упустило, а совершенно блестяще реализовало. За что честь ему и хвала. И предлагаю не делать никаких конспирологических предположений, что через пару дней-месяцев-лет, когда утихомирится вся эта громкая, превратившаяся в самый настоящий фарс, история, артист преспокойненько выйдет на свободу и снова будет выступать в спектаклях и сниматься в кино (а почему бы нет?). Помнится, известная «оборонсервисная» Женюлька в назначенном ей узилище и суток не провела, хотя у неё и прегрешение было — хищение в особо крупных размерах. Хотя и в особо крупных, но хищение. Не убийство! Так что наш артист может, и выйдет, а может, и нет. Может, отмотает срок по полной. Кто сегодня это может знать? Если только трепачи на многочисленных телевизионных ток-« шовах», которые ничего никогда не знают, а всего лишь делают вид, что знаю и даже уверены, потому что за этот вид и за их пустопорожнее трепачество им и платят на этих «шовах» довольно приличные деньги. А единственное, чему я искренне рад, так это тому, что его папа (имею в виду Олега Николаевича) не дожил до сего дня. И вот это я пишу без всякого намерения покощунствовать.

И что совсем уж странное и совершенно необъяснимое: узнав о приговоре и сроке, мне почему-то (почему?) вспомнилось то место в «Похождения солдата Швейка». Где швейков сослуживец (кажется. Баллоун, хотя не утверждаю) говорит ему, что вот уже какую ночь видит один и тот же сон: как на него бежит здоровенный русский солдат с ружьём наперевес и примкнутым к дулу штыком, а под носом у него в такт бегу болтается здоровенная сопля. И что ужас вызывает не сам солдат, не ружье и не штык, а вот эта самая сопля.
Почему вспомнилось именно ЭТО — что говорится, хоть убейте… Мистика какая-то. Совсем не фантастика. Пора пить успокоительное.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.