Archive for Июнь, 2011

Кто и зачем хотел оболгать песню «Священная война»

Вторник, Июнь 28th, 2011

Наш народ создал множество замечательных военных песен. Среди них немало настоящих шедевров и особое место занимает песня «Священная война». Она стала настоящим гимном Великой Отечественной. Трудно забыть её величественную музыку, написанную А.Александровым воплощается мощь Великой Державы. Незабываем и великолепный текст В.Лебедева-Кумача. Мы приводим его здесь полностью, так как он нужен для целей нашего исследования. Хотя надо сказать, что в песне исполняются обычно не все четверостишия стихотворения.

Вставай, страна огромная,
Вставай на смертный бой
С фашистской силой темною,
С проклятою ордой!

Припев:

Пусть ярость благородная
Вскипает, как волна!
Идет война народная,
Священная война!

Как два различных полюса,
Во всем враждебны мы.
За свет и мир мы боремся,
Они — за царство тьмы.

Дадим отпор душителям
Всех пламенных идей,
Насильникам, грабителям,
Мучителям людей!

Не смеют крылья черные
Над Родиной летать,
Поля ее просторные
Не смеет враг топтать!

Гнилой фашистской нечисти
Загоним пулю в лоб,
Отребью человечества
Сколотим крепкий гроб!

Пойдем ломить всей силою,
Всем сердцем, всей душой
За землю нашу милую,
За наш Союз большой!

Встает страна огромная,
Встает на смертный бой
С фашистской силой темною,
С проклятою ордой!

Долгое время песня считалась святыней. Но пришло время разрушения святынь и «Священная война» стала в ряду тех символов, которые пытались сбросить с пьедестала. Вот что сказал о ней известный режиссёр Станислав Сергеевич Говорухин в фильме «Россия, которую мы потеряли».
На экране документальные кадры времён… вовсе не Великой Отечественной, которая являлась самой главной частью Второй мировой войны. На экране кадры времён Первой мировой, на фоне которых звучит музыка песни «Священная война». Голос Говорухина за кадром. «Не торопитесь обвинять автора в музыкальной неграмотности. Слова и мелодия этой бессмертной песни были написаны Александром Боде, учителем гимназии из города Рыбинска. И написаны они были в шестнадцатом году». Дальше Станислав Сергеевич читает текст, как ему кажется Боде -

Вставай страна огромная,
Вставай на смертный бой
С тевтонской силой тёмною,
С германскою ордой.

Забегая вперёд скажем, что он перепутал слава «тевтонская» и «германская» согласно тексту, приписываемому А.Боде. Но не это важно. Важно, на основании, каких доказательств Станислав Сергеевич, решил нанести удар по самой священной военной песне нашего народа. Доказательства очень «серьёзные»… свидетельства, покойной к тому времени, дочери Боде, которая по памяти пыталась воспроизвести якобы написанный её отцом текст. Любой непредвзятый исследователь, прежде чем использовать столь шаткие аргументы, подумал бы: «А уж не перепутала ли чего старушка? Ведь столько лет прошло». Но С.Говорухин вопреки всякой логике принял версию о том, что песню сочинил именно А.Боде. И это не случайно.

Рассмотрим вопрос подробнее, ибо он как нельзя лучше показывает мотивы авторов различных фальсификаций истории Великой Отечественной войны и зыбкую логику этих фальсификаций.
Вот как появился гимн Великой Отечественной. Стихотворение написано Василием Лебедевым-Кумачом сразу после нападения Германии на нашу страну в ночь с 22 на 23 июня 1941 года. Людям незнакомым с тем, как пишутся стихи, такая быстрота кажется подозрительной. На самом деле стихотворения не подчиняются временным рамкам присущим крупной прозе. Понятно, что великий роман не создашь за сутки. Что же касается великого стихотворения, то оно может быть создано за несколько минут, даже экспромтом. А может писаться и много лет. Не подряд конечно. Просто автор время от времени может кое-что добавлять к основному тексту или наоборот убирать. Причём умение сокращать, порой важнее умения добавлять. Самый яркий пример этого – стихотворение «Я только раз видала рукопашный…», написанное Юлией Друниной. Эта замечательная поэтесса, участница войны, не смогла пережить развала СССР и покончила собой в 1991 году. Вот текст стихотворения.

* * *
Я только раз видала рукопашный.
Раз — наяву и сотни раз во сне.
Кто говорит, что на войне не страшно,
Тот ничего не знает о войне.

По признанию самой поэтессы, это четверостишие вначале было просто одной из строф большого стиха. Зная, как хорошо Друнина умела писать, можно догадаться, что стих был неплохой. Но, когда она нашла в себе силы убрать другие строфы, он стал просто гениальным.
Если вернуться к тексту песни «Священная война», то надо сказать, что создан он был отнюдь не экспромтом. В печати неоднократно появлялась информация о наличии в Российском государственном архиве литературы и искусства черновика слов этой песни, написанного рукой В.Лебедева-Кумача, с его многочисленными правками, отражающими последовательную работу над созданием текста. Сошлёмся на одного из исследователей Ю.Бирюкова. Цитата.
«Строки написаны карандашом, как всегда у Кумача.

Идёт война народная,
Священная война,
И ярость благородная
Вскипает, как волна.

С этой строфы зародилось стихотворение. Поэт зачёркивает в ней «и» меняет на «пусть», а в окончательном варианте меняет строки местами и делает строфу рефреном-припевом.
Следующей была строфа:

За землю нашу милую,
За Родину свою
Всем сердцем…
Пойдём ломить…

Кумач подбирает рифму:

Всем сердцем, всей душой…
Всем сердцем, всею силою…

Зачёркивает «Родину свою». Меняет на «Союз большой». В итоге строфа принимает такой вид:

За землю нашу милую,
За наш Союз большой
Пойдем ломить всей силою.
Всем сердцем, всей душой.

Третья строфа поначалу выглядит так:

Тупому зверю низкому
Загоним пулю в лоб,
Насильнику фашистскому
Найдём дорогу в гроб…

Вариант последней строки:

Сколотим крепкий гроб.

И ещё одна версия этой строфы:

Сожмём железным обручем,
Загоним пулю в лоб.
Мы всей фашистской сволочи
Сколотим крепкий гроб…

Так, строчка за строчкой, строфа за строфой, поначалу неуклюжие, перечёркнутые, написанные заново, вновь зачёркнутые, изменённые, родились все куплеты будущей песни. А что песней эти стихи непременно станут, Василий Иванович не сомневался. Потому сразу же выделил строфу-припев, как бы ставя композиторов перед фактом: вот вам песня, и ничто иное».

Хотя если бы даже текст был написан без помарок, ничего необычного в этом бы не было. В истории поэзии нередки примеры, когда даже большие стихотворения записывались автором без единой правки. Нередко замысел такого текста долго вызревает, а потом «прорывается» в строки путём вдохновения. Тем более, что и само вдохновение приходит порой под влиянием сильных переживаний. Вряд ли кто будет отрицать, что начало войны было сильнейшим переживанием для жителей нашей страны.
24 июня стихотворение «Священная война» появилось в газетах «Известия» и «Красная звезда». В тот же день композитор и руководитель ансамбля военной песни А.Александров написал к нему музыку. Печатать слова и ноты не было времени, и Александр Васильевич вывел их мелом на доске, а певцы и музыканты переписали в свои тетради. Еще день ушёл на репетицию. И уже 27 июня 1941 года на Белорусском вокзале одна из групп Краснознамённого ансамбля красноармейской песни и пляски СССР впервые исполнила эту песню. По воспоминаниям очевидцев её в тот день исполнили пять раз подряд. 28 июня песня была записана на грампластинку, а 30 июня издана с нотами. «Священная война» стала символом Великой Отечественной войны – с её исполнения ежедневно начинался радиоэфир. После окончания войны, песня не утратила своей популярности. Её с удовольствием слушали миллионы людей. Так, например, замечательный бард Владимир Высоцкий назвал её своей любимой песней.

Но вот пришли мутные времена, так называемой, перестройки. Началось массовое ниспровержение, казалось бы незыблемых ценностей. Неудивительно, что среди них оказалась и «Священная война». Так в 1990, некто Андрей Мальгин поведал миру о том, что В.Лебедев-Кумач якобы присвоил слова, написанные ещё в 1916 году провинциальным учителем словесности Александром Адольфовичем Боде (1865 — 1939). Свою версию Мальгин строил исключительно на словах дочери Боде, Зинаиды Александровны, в замужестве Колесниковой. Мальгин, говорил, что у неё есть автограф песни. Оказалось его нет. Текст она записала по памяти (!), после того, как «Священная война» много десятилетий звучала в эфире. Зинаида Александровна послала письмо сыну, автора песни композитора Александра Александрова, Борису, который тоже был известным композитором. Вот выдержки из этого письма.
«Уважаемый Борис Александрович!
Всегда с большим удовольствием мы слушаем и смотрим по телевизору выступления Краснознамённого имени А. В. Александрова ансамбля песни и пляски Советской Армии. С особенной радостью слушаем «Священную войну».
Большое спасибо Вашему отцу, Александру Васильевичу, и Вам, Борис Александрович, за музыку к этой песне. В дни XXV съезда нашей Коммунистической партии после исполнения концертной программы Вы выступили с воспоминаниями о создании «Священной войны», и для нас стало совершенно ясно и понятно, что В. И. Лебедев-Кумач скрыл от Вас правду о происхождении этой песни. В. И. Лебедев-Кумач не писал песни «Священная война».
Родилась песня «Священная война» в г. Рыбинске на Волге в мировую войну 1914-1917 годов. Написал её учитель русского языка и литературы, латинского и греческого языков Рыбинской мужской гимназии Александр Адольфович Боде — наш отец. Он был умный, образованный человек, окончивший филологический факультет Московского университета, знаток истории, глубокий патриот, с широким пониманием жизни.
1916 год. Кадровый 28 Грохольский полк — на фронте. Казармы полка используются для новых пополнений воинских частей. По параллельным реке Волге прямым и длинным улицам Рыбинска почти круглые сутки маршируют прибывающие на обучение и дальнейшее отправление солдаты — новобранцы, ополченцы.
Прибывают в Рыбинск беженцы-латыши. Они покидают свою землю, селенья, жилища: бегут, спасаясь от аэропланов, поливающих обжигающей, ядовитой жидкостью людей, животных, жилища. Рассказы беженцев-латышей полны ужаса. С фронта привозят бойцов, отравленных газами.
Каждый день дважды — в гимназию и обратно — отец пересекает марширующие улицы. Он остро воспринимает всё, что видит и слышит, волнуется, делится впечатлениями с мамой. В эти тяжёлые, напряжённые дни была написана отцом песня «Священная война». Её слова и музыка (мотив был другой) родились вместе. Величавые, образные выражения слились воедино с простой, чисто русской мелодией…
Старость свою отец проводил под Москвой. Около него были дети, внуки. Последние годы жизни отец стал говорить о неизбежности войны с Германией. «Чувствую я себя уже слабым, — говорил он, — а вот моя песня, «Священная война» может теперь ещё пригодиться». Из наших современных песен больше всех нравилась ему «Широка страна моя родная»… Считая В. И. Лебедева-Кумача большим патриотом, отец решил послать ему «на вооружение» свою «Священную войну». Его доброе письмо с вложением слов и мотива песни были отправлены в адрес В. И. Лебедева-Кумача в конце 1937 года. Отец ждал ответного письма, но его не было. В январе 1939 года отец умер в Кратове, в доме, где жил и откуда было послано письмо с песней «Священная война» и откуда и я пишу Вам это письмо.
В 1942 году проездом через Москву на Ленинградский фронт мой сын Андрей — артиллерист, войдя в дом и сняв пилотку, прежде всего спросил: «Мама, ты слышала дедушкину «Священную войну»?» «Да, слышала. Музыка Александра Васильевича Александрова, и это очень правильно. Он дал жизнь всей песне. За это мы ему очень благодарны. А какое могучее звучание! Даже дрожь пробирает!..» — ответила я сыну.
А дальше… оказалось, что В. И. Лебедев-Кумач в одну ночь написал то, что было выношено сердцем и умом патриота-учителя ещё в мировую войну 1914-1917 годов.
Посылая Вам это письмо, мы глубоко убеждены в том, что Вы, Борис Александрович, должны узнать об истинном происхождении песни «Священная война»… Будем Вам, Борис Александрович, благодарны, если Вы ответите на наше письмо. Желаем Вам полного благополучия и успехов в Вашей прекрасной работе и всего только доброго и светлого.
Зинаида Александровна Боде,
в замужестве Колесникова».

Дочь Боде писала также и в «Литературную газету». Вот как выглядел первоначальный текст «Священной войны» согласно версии Колесниковой.

Вставай страна огромная,
Вставай на смертный бой
С германской силой тёмною,
С тевтонскою ордой.

Пусть ярость благородная
Вскипает, как волна,
Идёт война народная,
Священная война.

Пойдём ломить всей силою,
Всем сердцем, всей душой
За землю нашу милую,
За русский край родной.

Не смеют крылья чёрные
Над родиной летать,
Поля её просторные
Не смеет враг топтать!

Гнилой тевтонской нечисти
Загоним пулю в лоб,
Отрепью человечества
Сколотим крепкий гроб.

Вставай, страна огромная,
Вставай на смертный бой
С германской силой тёмною,
С тевтонскою ордой.

Прежде чем рассматривать утверждения дочери А.Боде по существу, давайте поговорим о тех людях, которые стали на основании столь зыбких аргументов, обвинять в плагиате выдающихся поэта и композитора, а заодно бросать тень на весь народ, который выиграл величайшую из войн под знаком священной песни, которую по-сути объявили фальшивкой.
Представьте такую ситуацию. К вам пришло письмо от неизвестной гражданки, где она безо всяких доказательств пишет, что песню… пусть это будет «Червона рута», написал вовсе не покойный ныне Владимир Ивасюк, а она. Неужели таких «доказательств», как письмо вам будет достаточно, для того, чтобы писать статьи и снимать фильмы, где вы будете называть Ивасюка вором и плагиатором? Нет конечно. Но ведь в случае со «Священной войной» произошло то же самое. Так почему же Мальгин и Говорухин поспешили признать авторство А.Боде? Почему не проверив факты, поверили на слово З.Колесниковой и обвинили в плагиате известного поэта и не менее известного композитора. Понятно, что причина вовсе не в письме старушки. Как человек много лет проработавший в редакциях газет, журналов и телекомпаний, могу сказать, что редакция любого крупного СМИ получает массу писем среди, которых можно и не такое найти. Сенсация готовилась теми, кто в год сорока-пятилетия Великой Победы запустил её в информационное поле и продолжает раздувать сейчас двадцать с лишним лет спустя. На то, что мы имеем дело со спланированной акцией очернения Победы указывает множество обстоятельств. И чем больше их изучаешь, тем больше понимаешь, что провокация готовилась долго и тщательно. Очень вероятно (хотя и не факт), что дочь Боде сама стала жертвой этой провокации. Не исключено, что её отец и вправду сочинил какую-то песню патриотического содержания, может с похожим названием. Возможно, она была хорошей, возможно плохой, на что косвенно указывают появившиеся в Интернете стихи, приписываемые А.Боде. Но это не важно. За много лет Зинаида Александровна могла забыть текст и, воспроизводя его по памяти, невольно переписала слова Лебедева-Кумача, с которыми просыпалась страна все военные годы и которые знал наизусть практически каждый советский человек, включая, естественно и саму Колесникову. Как уже говорилось, каждая редакция серьёзного СМИ получает тысячи писем. И если бы отец Зинаиды Александровны не был немцем, если бы его отчество было не Адольфович, письмо Колесниковой мирно последовало бы в мусорную корзину и было бы забыто.
Это очень легко понять, просматривая фильм Говорухина вышедший на экраны в 1992 году и ныне широко популярный (благодаря Интернету) в определённых кругах. Без этого фильма вряд ли кто бы знал о статье Мальгина прозвучавшей на радио «Свобода» в 1990 году и перепечатанной в журнале «Столица» в 1991.В фильме «Россия, которую мы потеряли» умаляются заслуги наших полководцев, утверждается, что они не умели воевать и побеждали лишь тем, что не щадили солдат. Там же смакуется тема предательства, оправдываются изменники Родины. Весь фильм проникнут пафосом преклонения перед ценностями западной цивилизации, перед западным образом жизни. И приписав авторство песни немцу, создатели фильма хотят показать, что даже главную военную песню нам подарили иностранцы. Мол мы такие уже никчемные, что без них никак. Весь фильм призван доказать «второсортность» нашего народа. При том, я ничего не имею против немцев. Многие поколения выходцев из Германии верно служили России, среди них было немало выдающихся людей. И если бы немец и впрямь написал патриотическую песню в то время, как его соплеменники вторглись в Россию, ничего зазорного в этом бы не было. Я просто хочу проследить логику создателей «сенсации». Даже суд доказал авторство Лебедева-Кумача, по иску его внучки. И вряд ли Мальгин с Говорухиным сами верили в авторство Боде. Не такие уж они наивные люди, чтобы поверить голословному утверждению старушки. Просто в контексте очернения нашей истории приписать авторство главной военной песни немцу было идеологически очень важно. Важно было и то, что Александр Боде носил отчество Адольфович. Когда-то популярное в Германии имя «Адольф», ныне редко. Уж слишком много крови пролил самый известный его обладатель, Адольф Гитлер. Нельзя забывать, что фильм Говорухина посмотрели миллионы людей. Сейчас уже ни для кого не секрет, что спецслужбы овладели практикой зомбирования людей при помощи СМИ. И касаемо нашей темы, можно сказать, что людям, через подсознание внушали код. Ключевыми словами которого были «немец», «Адольф». Мол, он и создал самую патриотическую песню.
Нельзя исключать и того, что дочь Боде была отнюдь не жертвой, а сознательной участницей провокации. Судя по некоторым материалам, она не только написала от руки текст, но и ноты, якобы скопировав их через стекло. А ведь любой непредвзятый анализ показывает, что не мог такой текст был написан в 1916. А раз фальшив текст, значит и нот не могло быть.
Первое, что бросается в глаза, это строка «не смеют крылья чёрные над Родиной летать». Читая эти слова, так и видишь кадры военной кинохроники, когда тысячи немецких самолётов вторглись в небо нашей страны. И хотя, дочь Боде пишет об аэропланах, которые непонятно где летали, но не было их столько в Первую мировую, чтобы так рельефно впечататься в душу поэта. Тем более Боде не был на фронте и не видел вражеских аэропланов. Кое-кто утверждает, что под словами «крылья чёрные» Александр Адольфович имел ввиду крылья демонов. Я думаю, что этот «аргумент» столь явно притянут «за уши», что его и комментировать не стоит. Возьмём другую строчку – «вставай страна огромная». Если Боде написал песню в 1916, то призывать страну, воюющую уже два года к пробуждению, по меньшей мере, странно. Ещё один момент. Лебедев-Кумач, русский по национальности не указывает национальности захватчиков. Он называет их просто фашистами. Неужели немец Боде, будет выпячивать то, что враги его Родины, были его соплеменниками – германцами? Да и слово «тевтонская» свидетельствует о фальшивке. Конечно, немцев иногда называли «тевтонцами» по имени одноименного германского племени и рыцарского ордена. Но куда реже, чем прусаками или фрицами. Понятно, что слово «тевтонской» появилось потому, что создатели фальшивки понимали, что употреблять слово «фашистской» в 1916 году было невозможно, а придумать что-то оригинальное не могли. Вот и появилась «тевтонская орда».
Из письма дочки Боде трудно понять приписывает ли она музыку Александрова своему отцу или нет. По крайней мере, она утверждает, что мотив песни А.Боде был другой. И на этом, как говорится, спасибо. Судя по всему, Зинаида Александровна путает понятия «музыка», «мотив» и «мелодия». Даже ярые защитники авторства Боде, типа музыковеда Е.Левашева, делают «скидку» для А.Александрова. Пишут, что А.Боде напевал свой текст под мелодию «Мазурки» М.Глинки, а композитор Александров, мол эту мелодию гармонизировал. Хотя С.Говорухин режиссурой своего фильма, по сути приписал Боде не только слова, но и музыку, ведь кадры из хроники Первой мировой идут именно на фоне музыки Александрова. А теперь представим реальную ситуацию. Неужели Лебедев-Кумач мог принести известному композитору любительские ноты и потребовать, чтоб тот аранжировал уже готовую песню? Нет, конечно. Известно, что Александров писал музыку сам, причём текст взял из газеты. Но ведь создатели «сенсации» и его косвенно обвинили в плагиате.
Надо сказать, что вокруг песни «Священная война» в постперестроечные времена наблюдались и другие спекуляции. Так появлялись утверждения, что «Священная война» якобы до 15 октября 1941 года была, чуть ли не под запретом, «ибо некие предержащие власти считали, что она чрезмерно трагична, с первых строк обещает «смертный бой», а не близкое торжество победы». Такое утверждение не соответствует действительности, так как есть документальные доказательства, что стихотворение «Священная война» напечатали две крупнейшие газеты, в том числе вторая по значению, после «Правды», газета СССР – «Известия», где стих появился на первой полосе под портретом Сталина. Понятно, что такая публикация воспринималась тогда, как официальное одобрение, поэтому ни о каких запретах не могло быть и речи.
И в заключение. Существует предание о том, как во время Второй Мессенской войны, ещё в седьмом веке до нашей эры, спартанцы, испытывающие военные трудности попросили помощи у афинян. Те, не желая всерьёз помогать своим давним соперникам, словно бы в насмешку, прислали им хромого учителя – Тиртея. Но, как оказалось, этот Тиртей был поэтом. Он сочинял военные песни. И получилось так, что афиняне, послав Тиртея, оказали спартанцам большую помощь, чем, если бы прислали военный отряд или опытного полководца, в качестве военного советника. Вдохновлённые песнями Тиртея, спартанцы разбили врага. Эта легенда показывает, какое огромное значение имеют патриотические военные песни в жизни людей. Песня «Священная война» помогла нашим предкам разбить врага. И мы, потомки воинов-победителей, должны защищать эту священную песню от лжи и клеветы.

Сергей Аксёненко

«Конституционная ночь» в Украине, глазами её участника

Вторник, Июнь 28th, 2011

к 15-летию принятия Конституции Украины

Недавно, 18-19 июня 2011 года был делегатом 44 съезда КПУ, который прошёл в Киеве. Там раздавали журнал со статьёй о первом восстановительном съезде в Донецке, что состоялся аж 19 июня 1993, то есть ровно 18 лет назад. Писали об этом, как об очень давнем событии, примерно так, как в годы моего детства, в 1970-е о борьбе большевиков-подпольщиков. То есть о событиях, которые стали историей. И я вспомнил, что ровно 18 лет назад был делегатом этого съезда. Более того, как и сейчас работал в секретариате съезда. А за день до того, участвовал в заседании оргкомитета, представляя делегацию Луганской области. А ещё 6 марта, того же 1993-го был делегатом Конференции в Макеевке. Причём все эти восемнадцать лет, я не избирался делегатом ни одного съезда или конференции партии.
Кажется это было совсем недавно, но если подумать, то 18 лет – возраст взросления человека. В 18, я ушёл в армию и считал себя вполне взрослым.
В том же журнале была статья о Виталии Ивановиче Луценко (1937-1999), отце бывшего министра внутренних дел, Юрия Витальевича Луценко, того, которого судят сейчас. Надо сказать, что Юрий Витальевич вырос в семье большого начальника. Родился Юрий в конце 1964, а его отец, Виталий Иванович в этом году стал инструктором Ровенского обкома КПУ, очень высокий по тем временам пост. Причём до того, был начальником теплоэлектроцентрали, а вскоре возглавил город Ровно, став первым секретарём горкома партии. В 1990 стал первым секретарём обкома, но в отличие от многих бывших партийных руководителей, партию не бросил. Возглавил в 1993 обком КПУ при её восстановлении, а в 1998 стал народным депутатом Украины и председателем комитета парламента по делам ветеранов. Я годом позже был выдвинут в Нацсовет по телерадиовещанию. Виталий Иванович был одним из инициаторов моего избрания в Нацсовет от Верховной Рады Украины и у меня были очень хорошие отношения с этим замечательным человеком. А вот с его сыном, Юрием Витальевичем виделся всего лишь несколько раз, где-то в 2002-2003 годах, когда тот был народным депутатом от соцпартии и работал в комитете по транспорту и связи. Я был координатором Всеукраинской ассоциации кабельного телевидения и встречался с ним по делам ассоциации. Юрий Витальевич тогда был крайне левых взглядов и он мне показался достойным сыном своего отца. Но вскоре взгляды Ю.Луценко резко поменялись… но я не хочу останавливаться на этом, просто жаль, что забыт его отец, которому Юра всем обязан в жизни.
Старшее поколение мне знакомо больше чем молодое. Я лично знаю двух первых президентов Украины – Л.Кравчука и Л.Кучму, а вот с двумя последними не знаком. Народный депутат Тарас Чорновол, ровесник Юрия Луценко, а годы жизни Вячеслава Чорновола, отца Тараса, полностью совпадают – оба родились в 1937 и ушли из жизни в 1999. С Тарасом Вячеславовичем встречался несколько раз в Парламенте, когда в 2005 подал в суд на Верховную Раду Украины за нарушения при назначении членов Нацсовета по ТВ и РВ. А вот отца, Тараса – Вячеслава Максимовича, известного диссидента, знал гораздо лучше, ибо он был моим коллегой по второму созыву Украинского парламента. При избрании в Верховную Раду (тогда Верховный Совет) 1994 мне не было и 27 лет, я стал тогда самым молодым депутатом, поэтому отцов знаю лучше, чем сыновей, хоть эти и являются моими старшими ровесниками. Кстати, другой известный диссидент, Левко Лукьяненко с 1995 по 1998 был моим заместителем по следственной комиссии украинского парламента. В той же комиссии работал ещё один известный диссидент – Мыкола Горбаль.
Ещё разительнее пример с Георгием Гонгадзе. Когда я с ним познакомился где-то в 1995, не думал, что этот малоизвестный журналист, станет столь знаменитым после своего исчезновения. А Разумков… ведь сейчас, когда говорят о фонде имени Разумкова, вряд ли кто из нового поколения помнит об Александре Васильевиче Разумкове, замечательном человеке и великолепном политике. Забыт уже и недавно погибший бывший народный депутат Евгений Кушнарёв, бывший мэр Харькова. И московский журналист Юрий Щекочихин, народный депутат СССР. И народный депутат Украины моего созыва Юрий Оробец, чья дочь сейчас заседает в парламенте. И Вадим Гетьман, убитый в 1998, предшественник В.Ющенко на посту руководителя Национального Банка. И академик Михаил Павловский. И герой «Конституционной ночи» Михаил Сирота… Правда этого ещё вспоминают в связи с очередной годовщиной принятия Конституции. Я хорошо знал этих людей. И пишу о них, чтобы объяснить мотивы данной статьи. Когда знаком со многими такими людьми, когда принимал участие во многих событиях, ставших затем историческими, впору писать мемуары. Мемуары писать пока неохота, а вот небольшую заметку о так называемой, «Конституционной ночи» – в самый раз. Ибо я тоже был участником этого события пятнадцатилетней давности.

Когда я пришёл 27 июня 1996 года утром в парламент, я вовсе не думал, что мы будем там сидеть всю ночь. Сейчас можно прочесть, что депутаты мол, намеренно принимали Конституцию ночью ибо все чёрные дела делаются в ночи. Это не соответствует действительности. Просто всё шло к тому, что парламент будет разогнан, а президент Л.Кучма, планировал через референдум «протащить» выгодную ему конституцию, где президенту будут предоставлены практически неограниченные полномочия. Тогдашний глава администрации Кучмы, Дмитрий Табачник, который сейчас работает министром образования, говоря о возможном роспуске парламента, произнёс сакраментальную фразу: «матч состоится при любой погоде». Этим он намекал, что парламент будет распущен при любых условиях. Ошибся Дмитрий Владимирович. Наш созыв доработал до конца, до 1998. Но тогда в 1996, всё шло именно к роспуску. Тем более, что наших коллег из Беларуси, президент А.Лукашенко к тому времени распустил и создал двухпалатный парламент. Кучма хотел создать точно такой же. Расчёт был на то, что палаты будут ослаблять друг друга и парламент будет бессильным. А вся власть перейдёт к президенту. В 1993 президент России Б.Ельцин, после того, как расстрелял Верховный Совет России тоже создал двухпалатный парламент, чем установил неограниченную президентскую власть. Всё шло к тому, что в Украине будет то же самое. Провластным депутатам даже дали команду не регистрироваться, чтоб парламент не мог начать работу, чтоб у нас не было кворума. Из-за неразберихи, царившей тогда, часть из них зарегистрировалась. Понятно было, что больше они такого не сделают. Поэтому председатель Верховного Совета (который после принятия Конституции будет называться Верховной Радой, как нам украинском, так и на русском) А.Мороз решил вести заседание до самого принятия Конституции. Перерыв был равносилен разгону парламента. Поэтому заседание длилось всю ночь. Атмосфера была очень возбуждённой. Я отвечал в парламенте за телерадиовещание и нарождающийся тогда Интернет. Был председателем подкомиссии (после принятия Конституции — подкомитета) по электронным СМИ. Одновременно – председателем Временной следственной комиссии по изучению ситуации в телерадиоинформационном пространстве Украины. Надо сказать, что незадолго до этого – 13 мая 1996 года, я сделал доклад от имени комиссии в Верховном Совете. Мы тогда пытались воспрепятствовать монополизации президентом телевидения и радиовещания. Среди всего прочего парламент выразил недоверие председателю Гостелерадио Зиновию Кулику и президенту Национальной телекомпании Александру Савенко. Президент Украины их в отставку не отправил, зато Кулик сразу после моего доклада отключил прямую трансляцию заседаний парламента. Против меня началась кампания в СМИ, у меня до сих пор хранится целая папка газет и журналов, где нападают на нашу комиссию. Появились даже первые карикатуры, где я серпом и молотом разбиваю телевизор. Среди прочих ругали меня те же Зиновий Кулик с Александром Савенко и Дмитрий Табачник, хотя до этого у меня с ними со всеми были нормальные деловые и человеческие отношения. Но не мог же я доклад комиссии смягчать во имя нормальных отношений.
Понятно, что во время «Конституционной ночи» моей задачей было добиться того, чтобы записать в Конституцию нормы не позволяющие президенту монополизировать эфир. На практике это проявлялось в том, что когда прописывали те или иные полномочия парламента и президента, я пытался вставить туда возможность контроля со стороны парламента за теми или иными структурами в телерадиовещании. В конце концов, это привело к тому, что после того, как в Конституции появилось упоминание о таких структурах их нельзя было уже ликвидировать. Например – мы хотели ликвидировать Гостелерадио, как лишнюю надстройку над Национальными теле- и радио- компаниями. И добиться того, чтобы руководителей этих кампаний президент назначал по согласованию с парламентом. Когда эта норма не прошла, я решил провести хотя бы согласование председателя Гостелерадио. Эта норма прошла. И до сих пор действует. А совершенно ненужный Государственный комитет по телевидению и радиовещанию до сих пор существует, ибо прописан в Конституции, стал конституционным органом и его нельзя уже ликвидировать простым указом президента. Ликвидировать его можно только внеся соответствующие изменения в Конституцию, что очень хлопотно. Почему же он не нужен – этот Гостелерадио? Потому, что частично дублирует полномочия другого органа, который нам тоже удалось прописать в Конституции – Национального совета Украины по телевидению и радиовещанию. Вот такими вопросами приходилось мне заниматься всю ночь. Хотя они были не основными. Основными, те которые прошли с огромным трудом, были вопросы связанные со статусом русского языка, со статусом Крымской автономии. Не всего тут нам удалось добиться, но я не буду писать об этом, так как об этом и без меня много написано.
В общем – бурной выдалась та ночка. Под утро пришёл Кучма и заявил, что деньги сэкономленные на референдум, можно пропить в парламентском буфете. Не помню буквально он так сказал или как-то по другому, но суть была та. Ещё пообещал наградить нас. От наград мы отказались. Я даже заявление соответствующее писал. Хотя эдилия с президента с парламентом длилась недолго. Вскоре начались новые разногласия, но это уже тема отдельного разговора.
Когда мы вышли из здания Верховной Рады на улице светило яркое солнце. Мы сфотографировались на память. Домой ехать не хотелось и я поехал в свой рабочий кабинет, который тогда находился на площади Леси Украинки, там где ныне Центризбирком.
Начинался новый рабочий день…

P.S. К десятилетию Конституции я написал статью «Как мы принимали Конституцию Украины». Когда писал эту статью, я специально не стал перечитывать свой материал пятилетней давности на эту же тему. Ту статью я уже подзабыл, и думаю, благодаря этому мне удалось избежать дублирования. Кому интересно даю адрес той работы.

http://www.ytime.com.ua/ru/17/2006/42/263

Сергей Иванович Аксёненко. Журналист. Народный депутат Украины второго созыва.
Участник «Конституционной ночи».